— Ты станцевала просто изумительно, и я щедро вознаградил тебя за это, — бодро отмечает мужчина и нежно целует место за ухом Алисии. — А теперь я хочу, чтобы ты исполнила еще один… Только в нем должно быть еще больше секса и огня, что пробудили бы во мне то, что я не испытывал уже лет двадцать.

— Каждый танец оплачивается отдельно, — напоминает Алисия. — Вы помните?

— Разумеется, детка. Я прекрасно помню все твои условия.

— Тогда никаких проблем!

— Да, но перед тем, как ты еще раз станцуешь для меня и поразишь своим талантами, я хочу, чтобы ты показала мне все, что на способна…

С этими словами мужчина покрывает поцелуями еще не целованный изгиб шеи Алисии и хватает одну из ее ног, которую слегка сгибает в колене.

— В смысле? — слегка хмурится Алисия.

— Я слышал, что у тебя прекрасные способности в сексе, — хитро улыбается мужчина, нежно поглаживая плечи Алисии. — Вот я и хочу проверить, правда ли то, что о тебе говорят.

— Э-э-э…

— Если сможешь удивить меня и подарить незабываемые эмоции, я заплачу столько, сколько тебе еще никто прежде не платил.

Мужчина медленно проводит рукой по бедру Алисии и нежно гладит ей промежность, а сама девушка слегка вздрагивает не от возбуждения, а от неожиданности.

— За каждый час я готов заплатить тебе сто фунтов, — уверенно заявляет мужчина и слегка прикусывает губу. — Э-э-э… Хотя нет! За такую сексуальную куколку надо давать гораздо больше. ШЕСТЬСОТ фунтов в час.

— Шестьсот? — округляет глаза Алисия.

— Да, детка, ты получишь целых шестьсот фунтов, если сделаешь все так, как я хочу.

— Вы хотите, чтобы я занялась с вами сексом прямо здесь и сейчас?

— Да, хочу.

— Но…

— А почему бы и нет?

— А вдруг кто-то зайдет сюда и увидит нас?

— Не беспокойся, в мою комнату никто не посмеет зайти до тех пор, пока я не дам добро. Потому что все знают, что у меня гости.

— А если сюда зайдет ваша дочь? Или… Жена?

— Не зайдет, моя конфетка.

Мужчина начинает нежно гладить грудь Алисии и массировать ее соски большими пальцами, не отрывая взгляда от ее притягательных глаз.

— Дочка сейчас гуляет где-то со своими подружками. А женушка в очередной раз шляется по магазинам или салонам красоты и тратит мои деньги, которые я ей даю для того, чтобы она меня не беспокоила и занялась своим любимым делом – потрепалась с таким же глупыми бабами, как она сама.

Мужчина ехидно усмехается.

— Эта глупая дура покупает себе шмотье и наводит красоту с мыслью, что она сможет привлечь меня всем этим, — добавляет мужчина. — Ха! Да ее страшному старому рылу уже никакие прически и косметика не помогут.

Алисия нервно сглатывает, бросив короткий взгляд в сторону, а мужчина проводит по изгибу шеи девушки сначала ртом, а потом уже и языком. И это не заставляет ее испытывать приятные ощущения, хотя она и мужественно терпит это ради денег, которые тот пообещал ей заплатить.

— Так что, если ты боишься, что нас поймают, то не бойся, — уверенно говорит мужчина, перемещает руку на промежность Алисии и начинает уверенно гладить ее. — К тому моменту, когда они вернутся домой, ты уже заберешь все свои вещи и уйдешь.

— А если кто-то проболтается? — с испугом в глазах интересуется Алисия.

— Не проболтается. Никто не посмеет даже открыть рот и не доложит моей жене про тебя. Меня здесь все боятся. Все знают, что одно мое слово – и чьи-то головы мгновенно полетят с плеч.

— Ох, я не знаю, мистер Вудхам… — неуверенно говорит Алисия. — Я боюсь чьих-то жен…

— Не бойся, крошка…

— Я до сих пор помню один случай… Однажды меня здорово побила жена одного из моих клиентов. Она поймала нас с поличным и пришла в ярость. И… Если бы он не оттащил ее, то эта женщина прибила бы меня собственными руками.

— Ты под моей защитой, Шерил, — с гордо поднятой головой заявляет мужчина. — Никто не посмеет пойти против меня и навредить тебе. Если кто-то оторвет с твоей головы хоть один волосок, то я разорву любого в ключи.

— Но, мистер Вудхам…

— Тс-с-с… — Мужчина разворачивает Алисию к себе лицом и прикладывает руку к ее губам, уверенно смотря ей в глаза. — Все будет хорошо, доверься мне.

— Послушайте, мистер Вудхам… — слегка дрожащим голосом произносит Алисия.

— И да, прекрати уже называть меня мистером Вудхамом.

— А?

— Запомни, детка, я – Гильберт. Называй меня по имени, как и всех своих хороших знакомых. Я же называю тебя по твоему псевдониму. Так что и ты будь добра называть меня Гильбертом.

— Э-э-э… Ну хорошо… — Алисия пожимает плечами. — Раз вы хотите… Я буду называть вас Гильбертом.

— Вот и прекрасно! — Гильберт с хитрой улыбкой нежно целует Алисию в шею, слегка сжав одну из ее грудей. — Значит, мы с тобой договорились.

— Да… — задумчиво произносит Алисия.

— Ладно, не будем отвлекаться. Сейчас я хочу узнать все, на что ты способна.

Гильберт ласкает ухо Алисии с помощью губ.

— Ну же, красотка, дай мне почувствовать себя твоим верным рабом, — более тихим, низким голосом просит Гильберт. — Заведи меня до полного безумия.

Тихонько постанывая от наслаждения, Гильберт продолжает покрывать шею Алисии поцелуями и руками ласкает все ее тело. А сама девушка все еще остается равнодушной и не выражает никаких эмоций. Она не решается отстраниться от мужчины и отказаться от его предложения вступить с ним в интимную связь, на которой он так настаивает.

— Надеюсь, оплата за мои услуги будет достойной, — спокойно говорит Алисия.

— Обижаешь, куколка! — восклицает Гильберт. — Я же сказал, что заплачу тебе двойную цену за невероятное удовольствие. Шестьсот фунтов в час, если ты не забыла!

— Хорошо.

— Просто сделай это, и я озолочу тебя. Сделаю все, о чем ты только попросишь.

Гильберт решает не терять времени зря и одаривает юную Алисию продолжительным поцелуем в губы, позволяя своим рукам скользить по изгибам ее талии и бедрам и крепко сжимать ее ягодицы. Хоть девушка совсем не в восторге от происходящего, она не решается сопротивляться и позволяет ему делать с ней все что угодно. Да и сама красавица старается отвечать ему взаимностью, отрабатывая свои деньги, которые должна будет получить после того как все закончится.

Юная Алисия всегда была уверена в своей красоте и пользовалась популярностью у мужчин любого возраста. Эта одна из причин, почему она решила заниматься именно этим делом, которым приличные девушки никогда бы не стали заниматься ни за какие деньги. К сожалению, в силу своего слишком юного возраста эта красавица не совсем понимает, насколько низко пала ради того, чтобы раздобыть огромные деньги одним из самых простых способов. И поэтому соглашается платно развлекать мужчин, которые не всегда могут быть молодыми… Совсем как Гильберт, которому на вид около сорока лет… Пока самой девушке всего чуть больше двадцати.

Мужчине вообще в радость поласкать и поцеловать столь прекрасное тело юного создания, которого готово сделать все ради него и тех бешеных сумм, что он ей платит за любой свой каприз. А будучи все более и более возбужденным, Гильберт не замечает, что Алисия совершенно равнодушно относится к его поцелуям во все открытые участки тела или испытывает сильное отвращение, когда этот человек своим языком либо исследует ее рот, либо проводит им по некоторым частям. Его зрачки расширяются, а дыхание становится частым и неравномерным, а он сам всей душой наслаждается временем, которое проводит с молоденькой красавицей, шею которой сейчас покрывает нежными поцелуями. Грудь которой он массирует безо всякого стеснения.

Нельзя сказать, что Гильберт просто использует Алисию для того, чтобы просто заплатить за удовольствие и выгнать ее отсюда. Нет, наоборот – мужчина испытывает довольные сильные чувства к юной девушке, что вскружила ему голову практически сразу после того как он увидел ее в первый раз. Ради нее он готов с легкостью бросить свою жену, с которой у него уже много лет далеко не самые лучшие отношения, чтобы быть с этой молодой танцовщицей и озолотить ее. Он знает, что эта красавица пока что не отвечает ему взаимностью и воспринимает его как одного из своих клиентов. Однако Гильберт уверен, что благодаря своим огромным деньгам и высокому положению в обществе Алисия очень скоро будет принадлежать ему и будет готова на все, чтобы быть с ним.

— Черт, детка, ты такая сексуальная… — с затрудненным дыханием низким голосом говорит Гильберт. — И так вкусно пахнешь…

Гильберт губами проводит по изгибу шеи Алисии и месту за ее ухом, которое он легонько прикусывает, пока его руки уверенно скользят по ее бедрам, животу и изгибам талии, массируют ей грудь или ласкают ее соски.

— Ты была награждена природой всем самым лучшем, что может быть у идеальной для любого мужчины девушки, — добавляет Гильберт.

В этот момент Алисия стоит спиной к Гильберту и молча смотрит пустым взглядом в одну точку, пропуская мимо ушей его слова и не сопротивляясь мужчине, пока тот наглаживает все ее молодое, красивое тело, нацеловывает его и проводит языком или ртом по некоторым частям.

— Наверное, у такой сексуальной красотки должно быть очень много парней, — низким голосом предполагает Гильберт, покрывая поцелуями другой изгиб шеи Алисии. — А, детка? Скажи мне…

— У меня были парни, — спокойно отвечает Алисия. — Но к сожалению, мои отношения с ними длились недолго.

— Почему?

— Либо пользовались мной, либо изменяли мне с другими девушками.

— Ох, как жаль… — Гильберт обеими руками проводит по животу Алисии. — Жаль, что они не понимают, какую красотку потеряли… Хотел бы я знать, что эти глупцы сейчас кусают локти и жалеют, что такая шикарная девушка уже достанется не им.

— Даже если бы и жалели, я все равно не соглашусь вернуться к тем, кто предает и пользуется мной, — спокойно отвечает Алисия.

— Вот как! Что ж, я это запомню…

Рука Гильберта уверенно скользит вниз к промежности Алисии, спину которой он нежно ласкает кончиками пальцев, свободной рукой держа ее за горло.

— Ах, Шерил, — издает полный наслаждения стон Гильберт. — Ты просто великолепна. Да…

Гильберт вовлекает Алисию в продолжительный поцелуй в губы, во время которого не стесняется просунуть язык ей в рот и поласкать его. Пока сама девушка изо всех сил сдерживает стойкое отвращение и желание немедленно вырваться из хватки миллионера и убежать от него, независимо от того, сколько он готов ей платить.

А спустя некоторое время Гильберт немного отстраняется от Алисии, все-таки заметив, что девушка все-таки более пассивная, чем активная, и практически не доставляет ему удовольствие своими головокружительными ласками.

— Кстати, а почему ты совсем не ласкаешь меня? — удивляется Гильберт.

— Я? — округляет глаза Алисия.

— Да. Ну-ка посмотри на меня, красотка!

Гильберт мягко берет Алисию за подбородок и поворачивает ее лицо к себе. Пока сама девушка молча подчиняется мужчине и смотрит ему в глаза, в которых читается желание поскорее овладеть этой красавицей, смешанное с некой нежностью и восхищением.

— Ты помнишь, что я плачу тебе деньги не только за то, чтобы ласкать тебя, но и за то, чтобы и ты доставила мне удовольствие? — интересуется Гильберт.

— Э-э-э, вообще-то, я не хочу давать вам все сразу, — стараясь не показывать свое равнодушие и нацепив на себя хитрую улыбку, отнекивается Алисия.

— Вот как? Не хочешь?

— Не думаю, что вам будет интересно очень быстро все закончить. Ведь… Интереснее продлить этот момент…

— Ну да, в чем-то ты права. Однако я не хочу, чтобы ты была равнодушной и стояла… Я ведь ласкаю не бревно или куклу, а молодую красивую девушку, от которой исходит такая сексуальная энергетика…

С этими словами Гильберт проводит руками по плоскому животу Алисии и нежно сжимает обе ее груди.

— Так что будь добра, хотя бы иногда одаривать меня своей лаской, — низким голосом просит Гильберт.

— Э-э-э… — слегка прикусывает губу Алисия.

— Не стесняйся, малышка. Можешь трогать меня где угодно. И целовать – тоже. Все мое тело в твоем полном распоряжении.

— Мистер Вудхам, я… — тихим, слегка дрожащим голосом хочет что-то сказать Алисия.

— Гильберт, детка. Гильберт. — Гильберт прикладывает палец к губам Алисии и нежно водит им по ним. — Мы ведь с тобой договорились, что ты называешь меня только по имени.

— Простите, Гильберт, я забыла… — скромно извиняется Алисия.

— Ты можешь называть меня мистером Вудхамом, когда рядом есть кто-то из моих друзей или знакомых. Но когда мы с тобой одни, то я требую, чтобы ты называла меня исключительно Гильбертом.

— Хорошо, Гильберт… Как прикажете.

Гильберт еще несколько секунд ласкает все тело Алисии и ее же рукой водит по всему своему телу, уделяя особое внимание своему паху и заставляя ее сжимать и наглаживать его мужское достоинство, дабы тот испытал невероятное удовольствие, а она – едва сдерживала желание прочистить желудок.

— О, как хорошо-то! — с наслаждением стонет Гильберт. — Да, Шерил… Ты великолепна!

Гильберт снова одаривает Алисию продолжительным поцелуем в губы, во время которого он придерживает ее за спину одной рукой, а второй – уверенно массирует ее пышную грудь.

— Ты заставляешь меня чувствовать себя мальчишкой, — низким голосом признается Гильберт. — М-м-м… О да…

В какой-то момент Гильберт, все еще продолжая нежно массировать грудь Алисии уже обеими руками, бросает короткий взгляд на свою огромную двухместную кровать, на которой постелено очень дорогое шелковое постельное белье, и хитро улыбается.

— Ладно, крошка, я вижу, что ты немного стесняешься… — задумчиво говорит Гильберт, нежно проводя своими сухими ладонями по всей длине рук Алисии.

— Простите… — тихо извиняется Алисия, потупив взгляд в пол.

— Ничего страшного, я все понимаю. Ведь я в первый раз попросил об этом.

— Это было… Очень неожиданно с вашей стороны…

— Я не сержусь на тебя за твою скромность. Наоборот, мне даже нравится, что ты так себя ведешь. Неинтересно иметь дело только с той, которая застряла в одном образе и не умеет меняться.

— Да… — слегка дрожащим голосом произносит Алисия и нервно сглатывает. — Вы правы…

— Но ты можешь не бояться меня! Если в какой-то момент ты скажешь, что тебе больно или неприятно, то я тут же перестану это делать.

— Правда?

— Конечно! Я ведь не хочу причинять боль своей маленькой девочке, которая так здорово умеет завести меня своими шикарными танцами.

— Делайте со мной что хотите… — медленно выдыхает Алисия, слегка напрягая мышцы живота, пока Гильберт проводит губами по нежной коже на изгибе ее шеи. — Ради денег я сделаю для вас что угодно… Мне просто очень нужны деньги…

— Понимаю, малыш, понимаю…

Гильберт кладет руку на живот Алисии, сразу же заметив, как сильно он напряжен, опускается на корточки и оставляет несколько поцелуев на открытой его части.

— Но ничего, детка, — уверенно произносит Гильберт и поднимается на ноги. — Раз ты так напряжена, то я помогу тебе расслабиться.

— Как? — округляет глаза Алисия.

— Может, я уже и не молодой мальчик. Однако я все еще умею доставить удовольствие любой девушке.

Гильберт нагло просовывает руку в стринги Алисии и немного ласкает ее лобок, пока напряженная девушка нервно сглатывает из-за ощущения сухих пальцев на гладкой коже.

— Ты в курсе, что в молодости все мои бывшие называли меня половым гигантом? — хитро улыбается Гильберт. — Что ни одна не оставалась недовольной после секса со мной. А многие даже приходили ко мне только ради него. Ради того, чтобы получить то, чего им не могут дать многие другие мужики.

— Я верю… — низким, слегка дрожащим голосом произносит Алисия. — Просто сделайте это…

— Хорошо, детка. Пока что просто доверься мне. Я сам все сделаю и помогу тебе немножко расслабиться. А потом ты, может, и сама будешь готова поласкать меня и свести с ума.

Гильберт разворачивает Алисию к себе лицом и одаривает ее нежным продолжительным поцелуем в губы, придерживая темноволосую красавицу за талию и водя руками по ее спине. Мужчина старается быть настолько нежным, насколько ему позволяет его характер и чувства, которые он испытывает к танцовщице из ночного клуба, и не давить на нее слишком сильно, чтобы не спугнуть ее.

Кажется, что несмотря на его суровый вид и холодный взгляд, полный какой-то злости, этот мужчина кажется не таким уж плохим и ужасным и все-таки умеет проявлять какие-то искренние чувства, когда очень захочет. Или же на него так действуют чары этой юной красавицы, которая способна свести его с ума без особых усилий. С помощью одного лишь взгляда. С помощью небольшого соблазнительного танца.

Спустя некоторое время подобное обращение помогает Алисии немного расслабиться и убедить себя в том, что этот человек и правда не причинит ей никакого вреда и не станет делать что-то против ее воли. К тому же, девушка сама подписалась на это, когда согласилась сделать Гильберта своим клиентом и брать с него деньги за приватные танцы и времяпрепровождение с ним. Так что у нее нет выбора… Она должна это сделать. Сделать свою работу, за которую можно получить большие деньги.

А оставив несколько поцелуев на шее Алисии и все-таки заставив ее издавать – пусть даже и не выражающее настоящее наслаждение – стоны, Гильберт довольно легко берет эту хрупкую и легкую, точно пушинку девушку на руки, с гордо поднятой головой доносит ее до огромной кровати, осторожно укладывает на нее и возвышается над ней, удерживая свой вес на руках.

Пару мгновений он сканирует точечную фигуру юной особы, неотрывно смотрящая ему в глаза и все же старающаяся не показывать, что она немного напугана и напряжена. А потом Гильберт снова одаривает Алисию продолжительным поцелуем в губы, во время которого он осторожно просовывает свой язык ей в рот и начинает работать им все активнее и активнее с каждой секундой. Пока она просто позволяет ему делать с собой все что угодно, стараясь не думать о том, что ей все это ужасно неприятно.

К счастью Алисии, ей не приходиться слишком долго терпеть все это, потому что в какой-то момент Гильберт бросает взгляд на женскую шею и начинает покрывать ее нежными поцелуями, проводить по некоторым частям кончиком языка и оставлять на ней легкие укусы. Чуть позже мужчина медленно проводит рукой по плоскому животу девушки, опускается до ее промежности и ласкает эту часть с помощью кончиков пальцев. И поддается соблазну снова залезть в женские стринги и немного простимулировать женский клитор. Из-за этого юная красавица сильно выгибает спину и с прикрытыми глазами издает тихий стон.

— Ай, черт… — с закрытыми глазами тихо произносит Алисия. — Гильберт…

— Знаю, Шерил, знаю… — хитро улыбается Гильберт, продолжая исследовать влагалище Алисии с помощью пальцев. — Знаю, как тебе это нравится.

— Да… Гильберт… О, черт… М-м-м… Гильберт…

— Тише-тише, детка, все хорошо.

Гильберт нежно массирует Алисии грудь и ласкает ее соски большим пальцем.

— Расслабься… — мягко произносит Гильберт и проводит руками по бедрам Алисии и всей длине ее стройных ног. — Расслабься… А иначе ты не сможешь получить удовольствие.

Спустя некоторое время благодаря медленным и очень нежным действиям Гильберту все-таки удается добиться своего и заставить Алисию полностью расслабиться, перестать быть такой напряженной и взволнованной из-за его желания заняться с ней любовью и даже время от времени начать томно вздыхать и тихонько постанывать. Понимая это, мужчина хитро улыбается и продолжает делать то, что он делает, чтобы закрепить результат и убедиться в том, что эта красавица точно не захочет вырваться и оказать сопротивление.

— Очень хорошо, моя конфетка, — низким голосом медленно произносит Гильберт, погладив Алисию по голове, немного перебрав ее распущенные шелковистые волосы и вдохнув аромат безумно приятного шампуня, которым они пахнут. — Очень хорошо…

Гильберт на несколько секунд вовлекает Алисию в продолжительный поцелуй в губы, во время которого та издает тихие стоны, что, однако, не выражают, никакого удовольствия.

— Ладно… — задумчиво произносит Гильберт. — А сейчас давай мы с тобой пойдем чуточку дальше…

Гильберт аккуратно переворачивает Алисию на спину, открытые участки которой сначала покрывает легкими поцелуями, а затем нежно проводит рукой, и массирует ее упругие, невероятно соблазнительные ягодицы. Чуть позже он начинает массировать все ее тело, начав с плеч и шеи, продолжив спиной и позвоночником и закончив ягодицами и ступнями ног. Кроме того, мужчина успевает снять с девушки ее лакированные туфли на высокой шпильке и черные прозрачные чулки. Он делает все это очень медленно, чтобы растянуть удовольствие и как следует насладиться каждым моментом.

Удивительно, но Алисия действительно приходит в восторг и все больше расслабляется, пока крепкие мужские руки уверенно гладят, массируют и сжимают каждую часть ее тела. Ей становится настолько приятно, что она на время забывает о том, что находится именно с Гильбертом и представляет себе совершенного другого мужчину. Того, кто является ее мечтой. Того, кого она должна встретить в один прекрасный день. Ее собственные мечты помогают ей заставить себя насладиться этим моментом и приготовить себя к тому, что она готова отдаться человеку, который пообещал заплатить ей за это деньги.

— Вот так… — с наслаждением произносит Гильберт, уверенно массируя Алисии спину и проводя по ней руками вверх-вниз. — Я знал, что тебе нравится… Да… А знала бы ты, как мне это нравится… М-м-м…

Гильберт проводит губами по позвоночнику Алисии вверх и вниз.

— Было бы здорово, если ты устроила мне долгий сеанс массажа после тяжелого рабочего дня, — с хитрой улыбкой мечтательно добавляет Гильберт.

— Обязательно сделаю, дорогой, — неожиданно для себя выдает Алисия, будучи абсолютно расслабленной, лежа на животе с закрытыми глазами и тихонько постанывая от удовольствия. — Для тебя – все что угодно, Гильберт…

Гильберт широко улыбается, когда слышит, как Алисия называет его «дорогим» и гордо приподнимает голову. После чего он еще несколько секунд массирует спину девушки и оставляет несколько поцелуев на некоторых ее частях и также на ее ягодицах, которые он нежно сжимает.

— Ладно, этого достаточно, — уверенно произносит Гильберт. — А теперь пойдем еще дальше…

Гильберт переворачивает расслабленную Алисию на спину и нетерпеливо снимает с себя свой расстегнутый пиджак, откидывает его в сторону, избавляется от галстука и ослабляет ремень на своих штанах. После чего он жадно впивается в губы девушки и сразу же начинает водить рукой по ее шее, ключицам, груди, животу и промежности.

Сама девушка никак не сопротивляется этому, а вскоре и вовсе отвечает ему с еще большей страстью, начав уверенно гладит его лицо и запустив руку в его волосы, которые она слегка оттягивает. Это все больше заводит Гильберта, и он прилагает еще больше давления, когда с еще большим удовольствием целует и покусывает кожу на шее и ключицах девушки, но все же продолжает оставаться нежным и мягким. Переступает через себя и забывает о том, что она на самом деле совсем не любит всех этих нежностей и мечтает поскорее добиться своего и наконец сделать эту юную красавицу своей.

Огромным сюрпризом для Гильберта становится то, что уже довольно возбужденная и тяжело дышащая Алисия в какой-то момент сама укладывает его на спину, усаживается на него и сама одаривает его страстным поцелуем в губы, языком исследуя его рот и уверенно лаская ему не только лицо, но еще и торс. Также она уделяет много внимания его мужскому достоинству, которое начинает упираться в низ ее живота.

— О, детка, что ты творишь… — издает тихий стон Гильберт. — Что ты делаешь…

— То, чего ты так хочешь, — уверенно заявляет Алисия. — То, о чем ты так умоляешь…

В какой-то момент Алисия расстегивает несколько пуговиц рубашки Гильберта и нежно натирает руками его обнаженную покрытую обильным волосяным покровом грудь, из-за влияния сильных чувств не обращая внимания на то отвращение, что она испытывает от этого вида. Глаза Гильберта буквально вылетают из орбит от того удовольствия, что он сейчас испытывает, а он сам широко улыбается, чувствуя, как его сильно трясет от того, как умело эта юная девушка ублажает своего клиента.

— Твою мать, Шерил, ты просто неподражаема! — с прикрытыми глазами громко стонет Гильберт. — А-а-а!

— Расслабься, дорогой, — с хитрой улыбкой низким голосом произносит Алисия. — Выкинь из головы все посторонние мысли.

— О, детка, ты заставляешь меня чувствовать себя диким!

— Это только начало. Ты еще не знаешь, что тебя ждет.

— А-а-а-а! Я уже давно не чувствовал себя настолько хорошо, как сейчас. О да… М-м-м-м…

— Я доставлю тебе такое удовольствие, какое ты никогда прежде не испытывал, — низким соблазнительным голосом уверенно обещает Алисия, все еще водя руками по всему торсу Гильберта и оставляя на некоторых его частях короткие поцелуи. — Сделаю все, чтобы ты постоянно думал обо мне, когда я буду далеко.

— Ты уже поселилась в моих мыслях. Уже… Я хочу тебя… Хочу…

— Сделаю все, чтобы не разочаровать.

Обычно скромная Алисия сейчас ведет себя совсем не так, как ей свойственно. В ней как будто живут две личности, одной из которых она дала имя Шерил. И если сторона скромной Алисии сейчас ругается и стыдится того, как она ласкает и нацеловывает сорокалетнего человека ради огромных денег, то сторона Шерил ведет себя абсолютно расковано и поддерживает имидж роковой красотки из ночного клуба и не стесняется буквально облизывать своего клиента и сжимать и ласкать его мужское достоинство, заставляя того громко стонать и сильно дрожать.

— АЙ, ШЕРИЛ! — с наслаждением вскрикивает Гильберт, когда руки Алисии умело ласкает его мужское достоинство и крепко, но нежно сжимает его. — А-А-А! ЧТО ТЫ СО МНОЙ ДЕЛАЕШЬ!

— Нравится? — загадочно улыбается Алисия.

— А-а-а… Ты хочешь свести меня с ума!

— Да, Гильберт, я хочу свести тебя с ума.

Алисия берет Гильберта за подбородок и уставляет свой слегка надменный взгляд в его слегка затуманенные глаза.

— Сейчас ты увидишь, что куколка Шерил не зря является одной из самых сексуальных танцовщиц в клубе, в котором она работает, — с гордо поднятой головой заявляет Алисия.

— О да, малышка, сделай это! — взволнованно просит Гильберт. — СДЕЛАЙ ЭТО! Укроти моего «большого друга», который жаждет немного ласки умелых женских рук и рта!

— Я беру огромную плату за свои услуги, но поверь, милый мой, оно того стоит.

— Я готов отдать тебе все, что у меня есть, лишь бы ты доставила мне удовольствие.

— Не сомневайся. Я удовлетворю тебя так, как этого никогда бы не сделала твоя жена и все твои бывшие. И раз уж тебе хотелось узнать, насколько я хороша в постели, то сейчас ты об этом узнаешь. И надеюсь, что не пожалеешь о том, то решил попросить об этом.

Алисия резко впивается в губы Гильберта и одаривает его продолжительным поцелуем в губы, во время которого она продолжает уверенно растирать мужскую грудь, тихонько постанывая и тяжело дыша из-за возбуждения, которое ею одержимо. В какой-то момент она покрывает весь его торс поцелуями, уделяет много внимания твердым соскам и затем губами прокладывает себе дорожку к нижней части мужского живота, едва ощутимое касание которого заставляет мужчину задрожать и напрячь все свои мышцы.

Пока Гильберт старается насладиться этими незабываемым моментами и испытывает то, чего у него не было, пожалуй, большую часть его жизни, Алисия ловко избавляет его от рубашки, которую откидывает в сторону, и также стягивает с него штаны, что им обоим сейчас совершенно не нужны. Таким образом миллионер сейчас лежит перед ней в одних лишь трусах известной во всем мире фирмы и громко стонет, когда она снова начинает ласкать его пах и уделять много внимания твердому мужскому достоинству. Его тело с обильным волосяным покровом нельзя назвать идеальным, поскольку у него есть небольшой животик и нет никакого намека на стальной пресс, о котором мечтают все юные девочки, насмотревшиеся фильмов и журналов. Впрочем, сейчас для Алисии это не имеет никакого значения, ибо ее цель – ублажить мужчину и получить за это достойную оплату.

И ради этого она прикладывает очень много усилий и заставляет мужчину все больше сходить с ума. Гильберт получает огромное удовольствие от столь умелых ласк Алисии и моментов, когда он сам уверенно гладит ее упругую ягодицы, идеально ровную спину и соблазнительные изгибы тонкой талии и крепко сжимает ее пышную грудь, что слегка набухла от сильного возбуждения.

А в какой-то момент мужчина даже нащупывает застежки от бюстье с корсетом, расстегивает их все и избавляет девушку от этого предмета одежды, лицезрея обнаженную роскошную грудь, которую миллионер с удовольствием массирует обеими руками. Кроме того, он не упускает шанс немного пососать полизать довольно твердые соски. А чуть позже эти двое и вовсе избавляют друг друга от трусов и стрингов, в конце концов оставшись полностью обнаженными и позволяя страсти овладеть их разумом и сделать всю необходимую работу.

Наверное потому, что она сейчас ощущает себя как раскованная девушка по имени Шерил, Алисия чувствует себя вполне комфортно, будучи полностью обнаженной и демонстрируя Гильберту свое тело, пока тот надолго заостряет свое внимание на женской груди. Девушка не стесняется ласкать все его тело и все больше готовит своего клиента его для того, чтобы уже в самое ближайшее время вступить с ним в интим в тот доме, в котором Гильберт живет со своими дочерью и женой. Которые еще не подозревают, что глава их семьи без стеснения развлекается с молоденькой девушкой, которая ублажает его всеми способами и демонстрирует свои блестящие способности в этом деле, за которые она и стала такой известной и востребованной у тех, кто хочет немного расслабиться и развлечься.

***

Вспоминая один из таких моментов своей жизни, Алисии становится жутко стыдно из-за того, что она вообще могла пойти на все эти вещи, будучи юной, глупой девочкой. Сейчас женщина могла бы отдать что угодно ради того, чтобы вычеркнуть этот период из своей жизни, который принес ей немало страданий и проблем. С которыми она пытается справиться и по сей день. Будучи уже взрослым человеком, Алисия сильно жалеет о том, что она вообще согласилась работать проституткой и в дальнейшем стать сексуальной игрушкой для большей части мужчин, что жили в этом городе лет двадцать назад и были не прочь немного расслабиться в компании обладательницы прекрасного молодого тела.

— Боже, как же мне стыдно… — дрожащим голосом произносит Алисия, пока по ее щеке катятся слезы. — Стыдно за то, что я тогда вытворяла.

Алисия тихо шмыгает носом.

— Ну почему я была такой дурой? — недоумевает Алисия. — Почему вообще согласилась работать проституткой и успела побегать голой едва ли не перед всем мужчинами в городе?

Алисия качает головой.

— И все это ради денег… — слегка дрожащим голосом добавляет Алисия. — Ради того, чтобы заработать хорошие деньги я опустилась так низко…

В этот момент по щекам Алисии медленно скатываются слезы отчаяния.

— Из-за этой ужасной работы я и пережила весь тот ужас и поневоле стала убийцей одного из своих клиентов, — тихо говорит Алисия. — Боже, вот я дура… Глупая дура, которая сама угробила свою жизнь. Которая упустила шанс спокойно жить. Быть замужем за приличным человеком и растить своих детей.

Алисия снова тихо шмыгает носом.

— Господи, прости меня… — с жалостью во взгляде умоляет Алисия. — Прости… Мне безумно стыдно за то, что я вела себя таким образом… Я бы все отдала, чтобы этого не произошло. Чтобы найти в себе смелость отказаться от предложения танцевать перед чужими мужиками голой.

Алисия закрывает лицо руками и издает несколько тихих всхлипов.

— Мама, папа, простите меня… — отчаянно произносит Алисия, переведя взгляд на потолок. — Простите за то, что я стала шлюхой ради денег. За то, что я убила человека… Если бы вы знали это, будучи живыми, то убили бы меня…

Алисия прикрывает рот рукой.

— Но поверьте, если бы у меня была возможность повернуть время вспять, то я бы наотрез отказалась от этой грязной работы, — признается Алисия. — Из-за которой вся моя жизнь пошла под откос… Я не хотела этого, клянусь…

Алисия качает головой.

— И ты прости меня, Лиззи… — слегка дрожащим голосом произносит Алисия. — И ты, Джексон… Простите, мистер Кэмерон… Прости, Ракель…

Алисия тихо шмыгает носом.

— Я знаю , что была полной дурой… И расплачиваюсь за все это большую часть своей жизни. Никак не могу заслужить прощение за грехи прошлого. За то, за что мне всегда будет ужасно стыдно.

Алисия снова закрывает лицо руками и продолжает горько плакать и корить себя за то, что по молодости была такой глупой и натворила кучу ошибок, которые была бы безумно рада исправить. Но она прекрасно понимает, что у нее уже не будет шанса это сделать, ибо то время уже давно прошло. К тому же, не исключено, что даже спустя столько лет где-то в городе все еще живут люди, которые помнят о ней как об одной из самых лучших танцовщиц из ночного клуба, куда скромные и порядочные девушки ни за что на свете не пойдут.

***

А тем временем Ракель и Алексис находятся дома у Алисии в ожидании звонка от Элеанор Вудхам, которая за прошедшие пару дней ни разу не давала о себе знать и не присылала никаких сообщений. С самого момента похищения женщины девушки стараются держаться вместе: одна не хочет оставаться в одиночестве и понимает, что ей нужен кто-то, кто мог бы поддержать ее в столь непростое время, а другая прекрасно это понимает и не решается оставить ту, когда она так сильно переживает.

Поскольку она не знает, что сейчас происходит с ее тетушкой, и когда у нее появится шанс помочь ей, Ракель сильно переживает и буквально не смыкает глаза по ночам. Усердно молится о том, чтобы все было хорошо, и хочет верить, что очень скоро Алисия вернется домой живой и невредимой и забудет об этой ужасной истории раз и навсегда.

— Господи, ну почему же эта женщина до сих пор мне не позвонила? — нервно расхаживая по гостиной мимо сидящей на диване Алексис, недоумевает Ракель. — Прошло уже два дня, но от нее не было ни звонка, ни сообщения.

— Не переживай, Ракель, — спокойно произносит Алексис. — Вот увидишь, скоро она позвонит.

— Я не понимаю, чего Элеанор тянет? Неужели она хочет свести меня с ума и заставить мучиться догадками о том, жива ли моя тетя?

— Да, думаю, Элеанор и правда хочет заставить тебя понервничать.

— Ситуация настолько безвыходная, что даже полиция ничего не может сделать.

— По крайней мере, ты уже написала заявление.

— Да что толку-то? Инспектор Бредфорд все равно говорит, что надо ждать звонка Элеанор. А она не звонит и не пишет!

— Рано или поздно эта женщина объявится. Она должна это понимать. Должна понимать, что вечно нельзя скрываться.

— В любом случае пока что нам остается только молиться о том, чтобы с тетей Алисией ничего не случилось.

— Надо верить.

— Ах, если все так просто…

Ракель с тихим вздохом прикладывает руку ко лбу.

— Я и так не могу сомкнуть глаза ночью из-за того, что переживаю, — тихо добавляет Ракель.

— Понимаю… — кивает Алексис. — Моя мама тоже очень переживает за Алисию и молится о том, чтобы она была жива и здорова.

— Она знает об этом?

— Да, я все ей рассказала. И она просит сообщать ей обо всем, что происходит. Но… — Алексис пожимает плечами. — Пока что мне нечем ее обрадовать.

— Верно, — соглашается Ракель. — Нечем.

— В любом случае твоя тетя находится в ее мыслях.

— Ох, боже-боже-боже… — Ракель, поняв, что она немного устает ходить, присаживается на диван с тихим вздохом. — Я этого не выдержу! Это просто невыносимо.

— Держись, Ракель, — мягко подбадривает Алексис. — Надо верить, что все будет хорошо.

— Если эта женщина хочет еще немного помучить меня, то я не уверена в том, что смогу дождаться момента, когда она решит позвонить.

— Рано или поздно Элеанор обязательно позвонит тебе и скажет, что делать для того, чтобы спасти Алисию.

— Интересно, сколько еще она собирается держать меня в неведении? Как долго я буду страдать от того, что ничего не знаю про свою тетю?

— Ты не должна падать духом, — уверенно говорит Алексис. — Особенно сейчас. Когда тебе это крайне необходимо.

— Я знаю, Лекси… Но это очень тяжело…

— Знаю, ситуация очень сложно, но надо держаться. А лучше попытаться как-то отвлечься.

— Я не могу думать ни о чем другом, кроме как о том, что мой близкий человек находится в беде. — Ракель тихо шмыгает носом, прикрыв рот рукой. — Мне больно даже думать о том, что моя тетя сейчас находится в беде. Что эта женщина может сделать с ней что-то ужасное. Держать ее далеко от сюда… Не кормить… Не поить… Возможно, даже бить …

— Думаешь, Элеанор на это способна? — округляет глаза Алексис.

— Не она, так ее люди. Они ведь здорово побили ее, когда эта женщина прислала их сюда.

— Не дай бог! Упаси боже!

— Мне очень страшно… Страшно подумать о том, что ей сейчас приходиться переживать.

— Я все прекрасно понимаю, дорогая. Понимаю все твои переживания и знаю, как тебе сейчас плохо.

— Господи, никогда не думала, что мне приходиться переживать что-то подобное, — устало вздыхает Ракель, проведя руками по своему лицу. — Не думала…

— В любом случае ты должна держаться и оставаться сильной.

— Как? У меня все меньше сил! Я все больше теряю надежду на лучшее!

— Сделай это хотя бы ради Алисии. Она ведь сейчас нуждается в тебе. Даже если ты сейчас ничего не можешь сделать.

— Вот именно, что не могу! — взволнованно произносит Ракель. — Мне невыносимо от одной только мысли, что я вынуждена сидеть здесь и ждать.

— Иногда в жизни случаются события, на которые ты никак не можешь повлиять. Лишь время и искренняя вера в лучшее поможет если не решить их, то хотя бы дать надежду.

— От Элеанор Вудхам можно ждать чего угодно. Она даже может не дать мне никакого шанса спасти свою тетю и по-тихому убить ее.

— Нет, я не думаю, что она это делает.

— Я уже ничему не удивлюсь. Если эта женщина так сильно зла на мою тетю, то она захочет сделать с ней все что угодно.

— Не думай об этом, Ракель, прошу тебя, — с грустью во взгляде умоляет Алексис. — Верь, что все обойдется. Верь, что эта женщина скоро позвонит тебе.

— Я пытаюсь мыслить позитивно. Но в голову упорно лезут лишь плохие мысли.

— Не надо так легко опускать руки. — Алексис мягко кладет руку на сложенные перед Ракель руки и гладит их, пока та рассматривает их своим грустным взглядом. — Ты сильная. Сильная девушка, которая многое пережила.