Еще пара дней пролетает незаметно. Ракель находится дома и со стаканом вкусного напитка в руках проводит время с Блер и Бенджамином, который время от времени приходит сюда, чтобы навестить свою возлюбленную.

— Кстати, а когда Терренса выпишут из больницы? — постукивая пальцами по стакану, интересуется Блер. — А то у журналистов скоро пальцы заболят от того, что они печатают столько ложных статей о его состоянии.

— Думаю, что в ближайшее время, — со стаканом в руках задумчиво отвечает Ракель. — Врач говорит, что он очень быстро идет на поправку и покинет больницу через день-два. Но пока никто ничего не говорит о его выписке.

— Ох, как же мы с Крисом и Кевином перепугались, когда ты и твои подружки рассказали нам про парней, — закинув руку за спинку дивана, признается Бенджамин. — Мы хотели навестить его в больнице в тот же день, но нас тогда не пустили и сказали, что он в очень тяжелом состоянии.

— Да, Эдвард разговаривал с Крисом и узнал о вашем визите от него.

— Слава богу, с Терренсом все хорошо, — спокойно говорит Блер. — Мы все сильно испугались и думали, что можем потерять его.

— Терренс выжил ради Ракель, — с легкой улыбкой предполагает Бенджамин. — Мы все хорошо знаем, как много она значит для него.

— Да и было бы ужасно несправедливо, если бы он погиб в такой ситуации, — с грустью во взгляде добавляет Блер. — Терренс пострадал во благо. Ради спасения Эдварда.

— Ты права, — с легкой улыбкой соглашается Ракель. — Хоть МакКлайф до смерти напугал меня, я искренне горжусь им и ценю его прекрасное отношение к близким людям.

— Терренс умеет любить и быть преданным, моя дорогая, — уверенно говорит Бенджамин. — Он, конечно, любит действовать нам на нервы, но семья и друзья всегда будут самыми важными вещами для него.

— Думаю, это одна из причин, почему он выдержал испытание славой и не закончил плохо, какие многие звезды.

— И вы справились с ним, — отмечает Блер. — Известность ничуть не изменила ваш характер. У вас в приоритете всегда будет семья и друзья.

— Нет, Блер, так было не всегда. — Ракель бросает короткий взгляд на свои руки. — Раньше меня больше волновала моя карьера. Сейчас же мои приоритеты изменились. Настолько, что я бы пожертвовала модельной карьерой, если бы Терренс сказал мне бросить.

— О, нет, подруга, я не думаю, что он хочет этого, — с легкой улыбкой качает головой Бенджамин. — Терренс восхищается снимками со всех твоих фотосессий, заполняет ими свой аккаунт , говорит о своей гордости за тебя и любуется любыми твоими рекламными роликами и выходами на подиум.

— Иногда он и сам фотографирует ее, — добавляет Блер. — Я видела Терренса с фотокамерой в руках, которым он снимал Ракель на заднем дворе.

— И пока он не слышит, я должна признаться, что у него здорово получается, — слегка улыбается Ракель. — Мне очень нравится то, как он снимает меня. МакКлайф – определенно мой самый любимый фотограф.

— В любом случае даже не надейся услышать от него предложение бросить карьеру модели, — уверенно говорит Бенджамин. — Терренс не позволит тебе сделать это.

— Я знаю, Бен. И должна признаться, это дает мне еще больший стимул работать дальше.

— Самое главное – чтобы вам нравилась ваша работа, — скромно отмечает Блер.

— Думаю, если бы Ракель бросила карьеру модели, Терренс сам фотографировал бы ее, чтобы продолжать восхищаться своей любимой невестой и давать всем понять, как ему повезло с ней, — уверенно добавляет Бенджамин.

— Но все-таки карьера карьерой, а вот о семье забывать не стоит, — с легкой улыбкой отмечает Блер.

Ракель начинает с грустью во взгляде думать о своем потерянном ребенке, которого она бы сейчас держала на руках.

— Да, Ракель, вы вообще собирайтесь расширять свою семью после того, как поженитесь? — интересуется Бенджамин. — Такой шикарный набор генов не должен пропасть зря!

— Конечно, — отставив стакан с водой в сторону, бросает мимолетную улыбку Ракель. — Вот мы с Терренсом поженимся, а потом начнем работать над этим вопросом.

— Это хорошо… А то Терренс в последнее время слишком часто говорит о желании стать отцом. Как будто ему уже не терпится взять на руки маленькое чудо, похожее на него.

— Почему на него? — с легкой улыбкой удивляется Блер. — Может, их ребенок будет похож на Ракель?

— Может, девчонка и будет похожа на Ракель, но вот пацан точно будет копией Терренса. Прямо как мой приятель является копией своего отца.

— А может, у них девочка родится? Может, она вообще будет похожа на обоих родителей?

— Время покажет, ребята, — с легкой улыбкой говорит Ракель. — В любом случае у нас обязательно будут дети. И я бы не хотела останавливаться на одном. Хочу как минимум двоих. Мальчика и девочку. Полный комплект, так сказать.

— О, Терренс будет ужасно рад одному ребенку, а уж с двумя и более вообще умрет от счастья, — скромно хихикает Бенджамин.

— Трудностей у вас точно не будет, потому что кругом полно помощников, — уверенно отмечает Блер. — В этом плане вам крупно повезло. Так что будет легко и детей воспитывать, и карьеру строить, и проводить время друг с другом.

— Согласна, нам действительно повезло, — задумчиво отвечает Ракель. — Очень…

Ракель переводит взгляд в даль и на пару секунд молча о чем-то задумывается с грустными глазами, пока Бенджамин и Блер слегка хмурятся и переглядываются между собой.

— Эй, Ракель, с тобой все в порядке? — проявляет беспокойство Бенджамин. — Ты чего какая-то грустная?

— Э-э-э, да, прости… — прочистив горло, неуверенно произносит Ракель. — Просто задумалась немного…

— Знаешь, мне кажется, ты что-то слишком часто думаешь. И Терренса это тоже сильно беспокоит. Он сам говорил мне об этом уже очень давно. Неужели ты боишься что-то сказать ему?

— Вообще-то, есть кое-что… — неуверенно признается Ракель, крепко сцепив руки. — Но я пообещала Терренсу, что расскажу об этом, когда он выпишется из больницы.

— Может, мы можем как-то помочь тебе? Только скажи! Мы постараемся найти какой-то выход.

— Нет, Бен, не надо. Я… Расскажу, в чем дело… Но хочу сначала поговорить с Терренсом. Это будет трудно, но я должна … Больше не могу молчать…

— Неужели все настолько ужасно? — с грустью во взгляде спрашивает Блер.

— Можно и так сказать…

— Ну хотя бы намекните, что с вами произошло, чтобы мы знали как помочь.

— Ребята, обещаю, я все расскажу, но чуть позже.

— Ох, Ракель, ты одновременно пугаешь и интригуешь, — качает головой Бенджамин. — Я даже боюсь представить, что же такого должен узнать Терренс.

— Это кое-что шокирующее… Шокирующее…

С этими словами Ракель уставляет грустный взгляд в одну точку и о чем-то задумывается, пока Бенджамин, приобнимающий Блер за плечи и прижимающий ее к себе, вопросительно переглядывается со своей возлюбленной, которая лишь качает головой.

— О, послушайте, ребята… — с грустью во взгляде задумчиво произносит Ракель и заправляет прядь волос за ухо. — Я бы осталась с вами еще немного, но мне нужно пойти к себе в комнату. Скоро я встречаюсь с Наталией и Хелен. Мы поедем в свадебный салон. Смотреть платья.

— Выберете самые красивые наряды, — бодро просит Бенджамин. — Чтобы женихи челюсти потеряли!

— Поверь, приятель, они еще не знают, что их ждет.

— Только не перестарайтесь, чтобы нам потом не пришлось приводить их в чувства, — шутливо говорит Блер. — А то еще потеряют сознание от чувств.

— Хорошо, голубки, — скромно улыбается Ракель и встает с дивана. — И да, позовите меня, когда сюда вернутся Виолетта с Кристианой. Я хочу попросить их кое о чем.

— Да, конечно, — уверенно обещает Блер.

Ракель с грустной улыбкой хлопает Бенджамина по плечу и гладит Блер по нему. После чего она не спеша поднимается по лестнице на второй этаж, задумавшись о чем-то своем, пока влюбленные провожают ее вопросительным взглядом.

— С ней точно что-то происходит, — слегка хмурится Бенджамин. — Она уже и сама не отрицает это.

— И похоже, ее проблема серьезная, раз она до сих пор не объяснилась с Терренсом, — с грустью во взгляде предполагает Блер и тихо вздыхает. — Хотя прошло уже столько времени…

— Странно все это… Я думал, эти двое доверяли друг другу и ничего не скрывали… То есть… Терренс точно ничего не скрывает и старается быть честным с Ракель. А вот она не хочет ответить тем же.

— Может, она стесняется или боится? Должна была быть веская причина, которая заставила ее молчать еще со времен суда над дядей Терренса. Кроме того, мы знаем, что иногда твой друг бывает несдержанным .

— Нет, Блер, думаю, дело в страхе и недоверии. По крайней мере, Терренс уверен в том, что Ракель боится назвать ему причину своего беспокойства. И его очень расстраивает то, что она не доверяет ему. МакКлайф хочет, чтобы она была счастлива, но не видит счастья в ее глазах.

— И кстати, она в последнее время плакала намного больше, чем когда-либо. Едва ли не по ночам… У нее уже глаза красные от всех этих слез. Их друзья уже много раз обсуждали это и пытались понять, в чем дело. Однако Ракель никому ничего не говорит и продолжает плакать.

— Я заметил… И я начинаю переживать за нее. Если Ракель не откроет свою тайну и будет и дальше изводить себя, то ужасных последствий точно не удастся избежать.

— Мне кажется, даже ее подруги не плакали столько, сколько Ракель плачет сейчас.

— Черт, еще и та история с избиением Анны… Если все это правда, то бедную девчонку надо срочно спасать.

— Да уж, связалась на свою голову с тварью…

— Слушай, неужели Анна выглядит настолько ужасно, раз все говорят о ее плохом состоянии?

— Ты не узнаешь ее, если увидишь, — с грустью во взгляде отвечает Блер. — От прежней позитивной Анны ничего не осталось… Эта не та девушка, которую мы все знали…

— Ох уж эти проблемы… — устало вздыхает Бенджамин, проведя рукой по лицу. — Хорошо, что хотя бы Даниэль все вспомнил, а Уэйнрайт умер.

— И слава богу! Девчонки хоть могут выдохнуть с облегчением!

— Это справедливо. Дай ему волю, он мог бы переубивать еще кучу людей и испортить жизни десяткам девушек.

— Еще бы и ситуация с Анной разрешилась. У меня сердце сжимается от мысли, что кто-то может издеваться над ней…

— Мне кажется, рано или поздно ребята найдут способ помочь Анне. А Ракель не будет молчать о своей тайне вечно.

— Хотелось бы верить…

— Кстати, я тут однажды был в больнице у Терренса, — слегка хмурится Бенджамин. — С нами тогда еще был и Эдвард с Даниэлем и Питером. Да и Кевин с Крисом чуть позже присоединились…

— Какие-то проблемы? — удивляется Блер.

— Понимаешь, Блер… Мне почему-то показалось, что Эдвард был какой-то сам не свой… Он странно реагировал на разговоры про секрет Ракель.

— Почему ты так думаешь?

— Ну… Просто пока мы с парнями думали над этим, Эдвард мысленно был где-то далеко от нас и даже немного нервничал. Я не спрашивал парней, заметили ли они эти странности, но сам точно видел.

— Ни для кого не секрет, что у Эдварда свои странности.

— Мне кажется подозрительным, что он слишком усердно настаивает на том, чтобы Терренс поговорил с Ракель, и просит его быть нежнее к ней и принять все, что она скажет.

— Ну и что? Он просто хочет, чтобы его брат поскорее все узнал. И предупреждает о том, что нужно держать себя в руках.

— Иногда у меня складывается такое впечатление, что Эдвард что-то подозревает, но не вмешивается в их дела откровенно.

— Нет, Бен, вряд ли он что-то знает и не может быть связан с тайной Ракель. Эдвард прекрасно ладит с ней, и она полностью приняла его как будущего члена своей семьи.

— Ну не знаю… — тихо вздыхает Бенджамин. — Этот парень может заставлять размышлять над его поступками. Эдвард – хороший парень, но очень уж непредсказуемый.

— Может, попробуешь поговорить с ним или намекнешь Терренсу на свои подозрения? Уж он-то быстро раскусит его, если тот и правда что-то знает.

— Нет, пока что я не буду вмешиваться. Ракель же пообещала рассказать Терренсу обо всем. Но если ничего не изменится, то я уже буду мягко подталкивать Эдварда и Терренса к решительным действиям. Попытаюсь разоблачить МакКлайфа-младшего. Ненавязчиво, но настойчиво.

— Это правильно. Пусть Терренс и Ракель сами разберутся во всем. В любом случае скоро все прояснится, потому что она, по моему мнению, уже устала молчать. А даже если Эдвард что-то знает, то он правильно поступает, что молчит. Все-таки Ракель и Терренс должны решать свои проблемы сами.

— Вот и я о том же.

Блер ничего не говорит и лишь слегка улыбается, пока Бенджамин мило целует девушку в щеку, приобнимая ее, прижимая к себе и держа за руку. Влюбленные наслаждаются компанией друг друга и не замечают, как в какой-то момент в гостиной раздается звук открывающейся двери. После чего в дом входит скромно улыбающийся Терренс, на плече которого висит спортивная сумка. Закрыв за собой дверь, МакКлайф-старший осматривается вокруг и проходит в гостиную с надеждой увидеть там кого-нибудь. И как раз замечает Бенджамина и Блер, которые о чем-то мило беседуют. Это картина заставляет Терренса сначала улыбнуться, а потом по-доброму усмехнуться.

— Какие люди, какая картина… — встав недалеко от дивана, произносит Терренс.

От легкого испуга Блер и Бенджамин резко отстраняются и поворачиваются к Терренсу.

— Так увлеклись друг другом, что даже не можете оторваться и посмотреть по сторонам.

— Терренс? — округляет глаза Блер.

— Опля, МакКлайф! — по-доброму усмехается Бенджамин. — Ты что ли?

— Ха! — с усмешкой качает головой Терренс. — Да нет, это мой мираж! Наверное, ты так сильно соскучился по мне, что тебе всюду мерещится мой образ. Сто лет про меня не вспоминал, а тут вдруг порвало.

— О, а я смотрю, кое-кто уже выздоровел, — скромно хихикает Бенджамин. — Раз шутишь, значит, не все так плохо.

— Все просто замечательно !

Терренс кладет свою сумку на диван и приветствует Бенджамина после того, как тот встает, обменявшись с ним братским рукопожатием, по-дружески приобняв и похлопав по спине.

— С возвращением, Терренс! — дружелюбно произносит Бенджамин и отстраняется от Терренса. — Не буду скрывать – я ужасно рад, что с тобой все хорошо.

— Благодарю, мой уважаемый друг, — дружелюбно отвечает Терренс.

Блер тоже подходит к Терренсу, который с легкой улыбкой приветствует ее объятиями и обменивается с ней дружеским поцелуем в щеку.

— Слава богу, с вами все хорошо, — с легкой улыбкой говорит Блер. — Вы заставили нас здорово понервничать. Мы очень переживали.

— Виноват, Блер, — слегка склоняет голову Терренс. — Но спасибо за добрые слова.

— Слышь, Терренс… — произносит Бенджамин и хлопает Терренса по плечу. — А разве ты не должен быть в больнице? Что ты вообще здесь делаешь?

— Все просто, Бен, — с легкой улыбкой пожимает плечами Терренс. — Меня выписали . Сегодня утром ко мне зашел врач и сказал, что после обеда я смогу покинуть больницу. А подписав пару бумажек, я быстро собрал свои вещи и практически бегом свалил оттуда.

— Ладно, я тебе поверю. А я уж думал, что ты решил сбежать, как сделал это пару раз, будучи подростком.

— Нет, на этот раз у тебя не получится заложить меня, потому что я реально выписался из больницы и наконец-то вернулся в свой любимый дом.

— Жаль. А то я бы с удовольствием выполнил свой долг, вернув тебя в больницу и сказав твоему врачу, что ты нагло нарушил все правила.

— Да, ты не меняешься, Паркер… — с хитрой улыбкой качает головой Терренс. — Как был ослом, так и остался.

— Для твоего же блага стараюсь.

— Ох, ну спасибо!

— Кстати, а почему вы не сказали, что собирайтесь выписываться? — дружелюбно спрашивает Блер. — Никто вроде бы не говорил об этом.

— А я немного подумал и решил сделать нежданный сюрприз. — Терренс хитро улыбается, расставив руки в бока. — Раз уж меня никто так и не навестил с утра.

— Ха, а нормально будет, если друзья или твоя семья приедут в больницу? — возмущается Бенджамин.

— Сегодня вряд ли у кого-то была эта мысль, как я понял.

— Может, вам что-нибудь нужно? — интересуется Блер, крепко сцепив пальцы. — Могу принести вам кофе или что-то поесть.

— Нет, Блер, спасибо. Я успел пообедать в больнице.

— Ну как хотите.

— Ах, ребята… — Терренс подходит к дивану, садится на него и с легкой улыбкой откидывается назад. — Как же хорошо … Давно я не сидел на чем-то мягком и удобном…

— Только не начинай опять ныть о том, что твоя койка была жестокой и неудобной, — устало стонет Бенджамин.

— А что я могу поделать, если это так?

— Ой, ладно! Нормальная у тебя была кровать!

— У меня болит все тело после того, как я полежал на той кровати. Да и та еда, что мне приходилось есть, была ужасно пресная.

— Уж такая обжора, как ты, сожрет что угодно!

— Только не больничную еду! Она ужасная ! Бр-р-р… — Терренс резко выдыхает, проведя руками по лицу. — Ненавижу больницы… Ненавижу . Но больше всего ненавижу в них лежать, будучи пациентом.

— Ох, МакКлайф… — тихо стонет Бенджамин.

— Но ничего! Я наконец-то вернулся к себе домой и теперь могу наслаждаться свободой. — Терренс быстро окидывает взглядом всю гостиную. — Кстати… А где Ракель? Она дома?

— Да, дома, — подтверждает Блер. — Мы с Беном говорили с ней до вашего прихода. Но пару минут назад она ушла в свою комнату.

— Ага, пришел бы чуть раньше – успел бы застать ее, — добавляет Бенджамин.

— Я искренне благодарен ей за то, что она почти каждый день была со мной в больнице, — признается Терренс. — Потому что в противном случае сошел бы с ума. Мне было нечего там делать! Но присутствие моей красавицы делало время более интересным. Когда Ракель что-то рассказывала, мне уже было хорошо.

— Просто она переживала и хотела позаботиться о тебе. Не все же вам страстно целоваться и зажимать друг друга по углам.

— Ой-ой, и все-то ты знаешь! — закатывает глаза Терренс. — Вообще-то, я еще и забочусь о Ракель как о маленьком ребенке.

— Дай бог, однажды у вас появится свой, — с легкой улыбкой выражает надежду Блер. — Уверена, вы бы стали прекрасным отцом, а Ракель – чудесной матерью.

— Я тоже на это надеюсь… Но сейчас у нас столько проблем, что некогда думать о ребенке и свадьбе.

— Видя, как ты мило возился с дочкой миссис Миддлтон, я уверен, что ты будешь классным папашей, — уверенно отвечает Бенджамин. — Уж я-то видел, как ты умилялся при виде дочки тетушки своей невестушки.

— Но что я сделаю, если эта девчушка мне так нравится? — разводит руками Терренс. — Ты же знаешь, что я люблю детей. И к тому же, Аманда чем-то на Ракель похожа, и я не могу не отметить это.

— Ей кажется, восемь? — уточняет Блер. — Правильно?

— Вроде да… — задумчиво отвечает Терренс.

— Не знаю, что вы думайте, но я тут подумала, что можно было бы как-нибудь познакомить ее с моим братиком.

— А что! — скромно улыбается Терренс. — Отличная мысль! Мне кажется, эти ребятки хорошо поладят друг с другом.

— Этот паренек точно не будет обижать девочек, потому что слишком хорошо воспитан, — уверенно говорит Бенджамин. — Миссис Стюарт сделает из Гарольда настоящего мужика.

— Блер, ты не стесняйся приводить своего братика сюда. Мы с Ракель поговорим с Алисией и предложим ей приехать к нам вместе с Амандой.

— Хорошо, Терренс, я как-нибудь возьму Гарри с собой, — с легкой улыбкой обещает Блер. — Тем более, что он давно сюда рвется и хочет посмотреть на ваш дом.

— Ну или я привезу его сюда, — добавляет Бенджамин. — Погуляю с ним где-нибудь для начала, а потом Гарри поедет к своей сестренке на работу в этот шикарный домик.

— Вот и славненько! — немного шире улыбается Терренс.

На несколько секунд в воздухе воцаряется пауза, после которой Терренс окидывает взглядом гостиную, медленно встает и проводит рукой по волосам со словами:

— Что ж… Раз вы говорите, что Ракель наверху, то я, пожалуй, схожу к ней. И заодно дам вам шанс еще немного побыть наедине и поворковать.

— Она должна быть в своей комнате, — спокойно говорит Блер.

— Спасибо, Блер.

— Кстати, МакКлайф, чуть не забыл! — щелкает пальцами руки Бенджамин. — Ты не хочешь провести время со мной и парнями? Мы договорились собраться всей гурьбой за городом и вкусно пожрать! Там все будут: Эдвард, Даниэль, Питер, Кевин и Крис. Пит хочет прихватить с собой Сэмми, а Эд пообещал привести гитару.

— Ты еще смеешь спрашивать! — по-доброму усмехается Терренс. — Разумеется, я присоединюсь! Какие же посиделки могут быть без Терренса МакКлайфа!

— Ну да, приходи всех побесить. Твой братик уже во всю бьет копытом и ждет не дождется момента, когда сможет снова надрать тебе задницу.

— За него не беспокойся, приятель, с Эдвардом я как-нибудь разберусь. Тем более, что на время я упустил его из виду.

— Ну вот воспользуешься моментом! — Бенджамин по-доброму усмехается. — Только если задницу не надерут тебе.

— В любом случае я приду. — Терренс с хитрой улыбкой указывает пальцем на Бенджамина. — Только ты ничего не скажешь парням о моей выписке.

— Что? — слегка хмурится Бенджамин. — В смысле?

— Никто не должен узнать о том, что я приду и выписался из больницы.

— И как ты себе это представляешь?

— Я приду немного позже… А если мужики захотят поехать в больницу – потянешь время.

— А что, нельзя просто сказать всем о своих планах и приехать? — Бенджамин расставляет руки в бока. — Или ты хочешь искупаться в любви друзей?

— Ну да, я уже предвкушаю , как буду слышать слова о том, как вы все переживали, — уверенно заявляет Терренс.

— Ах вот оно что!

— Ты бы тоже распушил свой хвост, если бы тебе начали говорить что-то подобное.

— Ну да, здесь трудно поспорить, — соглашается Бенджамин, пригладив свои волосы.

— Так что, милый друг, окажи мне услугу и не говори парням, что я покинул больницу до того, как вы увидите меня.

— Ох… — резко выдыхает Бенджамин. — Ладно, звездочка, получишь ты свою порцию любви.

— Ты точно ничего не скажешь?

— Не скажу, не бойся. — Бенджамин указывает пальцем на Терренса. — Но ты мне будешь должен! Хорошо усек?

— Ха, по-моему, я уже столько раз был должен тебе, — по-доброму усмехается Терренс. — Слушай, друг, пощади! У меня же так не хватит сил и времени отдать тебе все долги!

— Ну а это уже не мои проблемы.

— Ладно-ладно, Паркер, договорились, — приподнимает руки перед собой Терренс. — Я согласен.

— Вот и славно! Тогда подгребай к нам после пяти.

— Отлично!

— Встречаемся за городом. Короче… — Бенджамин быстро объясняет Терренсу, как добраться до нужного места.

— Хорошо, я все понял. Приеду после пяти.

— Будем с нетерпением ждать твоего триумфального возвращения.

— С радостью надеру вам всем задницы.

Бенджамин ничего не говорит и лишь скромно хихикает. А затем Терренс подходит к своей черной сумке, лежащей на диване, и перекидывает ее через плечо.

— Ну а сейчас простите, голубки, я вынужден оставить вас, — с легкой улыбкой говорит Терренс. — Чтобы провести оставшееся время в очень приятной компании.

— Да-да, МакКлайф, иди отсюда! — по-доброму усмехается Бенджамин, хлопает Терренса по плечу и подталкивает в спину. — Твоя любимая уже ждет тебя.

— Все-все, считайте, что меня здесь уже нет, — с хитрой улыбкой отвечает Терренс. — Еще увидимся, Бенни.

Терренс медленно разворачивается и направляется к лестнице, по которой поднимается на второй этаж, пока Блер и Бенджамин со скромными улыбками провожают его взглядом.

— Ну вот, а я хотел ехать, — резко выдыхает Бенджамин, расставив руки в бока.

— Надеюсь, он успеет сказать остальным парням, — с легкой улыбкой отмечает Блер.

— Не беспокойся, милая, если он не скажет, это любезно сделаю я.

— Ты же пообещал, что будешь молчать.

— Пока что я даю твоему боссу шанс сделать всем небольшой сюрприз. И получить свою порцию внимания.

— Ох, ты неисправим, Бенджамин Паркер, — с легкой улыбкой качает головой Блер.

— Иногда надо возвращать Терренса с небес на землю и напоминать, что он такой же человек, как и мы все.

— Может, Терренс и любит хвастаться, но как человек он очень хороший и справедливый. И ответственный.

— Ну, с этим трудно поспорить.

Пока Бенджамин и Блер продолжают мило о чем-то разговаривать, Терренс поднимается по лестнице на второй этаж и направляется в свою комнату, осматриваясь по сторонам с легкой улыбкой на лице и все больше понимая, что он безумно скучал по своему родному дому. Подойдя к нужной двери, Терренс тихонько открывает ее и заходит внутрь, но искренне удивляется, когда нигде не видит Ракель.

«Ее здесь нет… — слегка хмурится Терренс. — Может, уже успела куда-то выйти?»

Терренс подходит к кровати и кладет на нее свою сумку. А еще раз окинув взглядом всю комнату, мужчина замечает, что дверь, ведущая на балкон, приоткрыта, а на самом балконе сейчас находится Ракель, облокотившись руками о перила и рассматривая все, что видит перед собой, пока теплый ветерок приятно обдувает ее лицо. МакКлайф-старший может полюбоваться стройной женской фигурой и отметить, как здорово она выглядит в кожаных скинни брюках, простой черной обтягивающей майке без рукавов и черных замшевых туфлях на высокой шпильке. На лице мужчины невольно появляется улыбка, а глаза надолго задерживаются на упругих ягодицах, над которыми та определенно долго и усердно работала, и стройных длинных ногах. Впрочем, Терренсу не удается долго любоваться на Ракель со спины, потому что она в какой-то момент заходит в комнату, прикрыв за собой дверь. И он искренне удивляется, что девушка совсем не замечает его, будучи слишком глубоко погруженной в свои мысли. Она спокойно подходит к столику, на котором лежат ее косметика и предметы по уходу за собой, и начинает что-то искать, не замечая своего жениха даже через зеркало.

Сначала Терренс слегка хмурится и просто стоит на том же месте. Но потом ему все-таки надоедает быть невидимкой, и он тихо, но уверенно подходит к девушке со спины. Когда Ракель отворачивается от зеркала, держа в руках тушь для ресниц, МакКлайф-старший резко закрывает ей рот рукой и притягивает к себе. От чего она с широко распахнутыми глазами резко вздрагивает, выронив из рук свою тушь и на автомате начав вырываться.

— Тс-с-с, тише-тише, кошечка, — низким, тихим голосом произносит Терренс. — Не двигайся.

Услышав знакомый голос, Ракель немного расслабляется и резко разворачивается к Терренсу лицом.

— Терренс? — широко распахивает глаза Ракель и прикрывает рот обеими руками. — О, боже мой…

— Я вернулся, дорогая, — с легкой улыбкой разводит руками Терренс. — Принимай!

— Придурок, ты напугал меня! — Ракель прикладывает руку к сердцу и резко выдыхает. — Я чуть не умерла от страха!

— Но зато ты наконец-то проснулась и заметила меня. А то я стою рядом, но ты совсем меня не замечаешь.

— Я просто задумалась о своем…

— Ладно, извини, я не хотел тебя пугать.

— Ничего страшного.

— Ну тогда приветствуй меня! — Терренс расставляет руки в стороны. — Налетай!

Ракель с широкой улыбкой бросается Терренсу на шею и крепко обнимает его, пока он с удовольствием отвечает на ее объятия, обвивая руками талию девушки, а чуть позже ненадолго оторвав ее от пола, поставив на ноги и погладив по спине и голове. Спустя несколько секунд девушка отстраняется от мужчины и с легкой улыбкой смотрит на него, держа руки на его плечах.

— Не могу поверить! — радостно восклицает Ракель. — Наконец-то!

— А как я рад, что наконец-то вернулся домой, — с легкой улыбкой бодро отвечает Терренс. — Не мог дождаться, когда смогу уйти из больницы.

— Но… Почему ты не сказал, что тебя собрались выписывать? Я бы встретила тебя на машине!

— Да я и сам не думал, что меня отпустят сегодня. Но рано утром ко мне пришел мой врач и сказал, что после обеда я могу быть свободен. Дождался нужного момента, подписал какую-то бумажку, взял все, что у меня было, и ушел на волю. На волю, по которой я так скучал.

— Значит, теперь ты здоров?

— Абсолютно! Анализы просто замечательные, а врач еще раз напомнил, что у меня потрясающее здоровье.

— Ух ты! — Ракель радостно хлопает в ладони. — Я так рада!

— И вот я наконец-то дома. — Терренс нежно гладит Ракель по щеке. — Со своей любимой девушкой, по которой ужасно скучал…

— Добро пожаловать домой, милый, — с легкой улыбкой пригладив Терренсу волосы, отвечает Ракель.

— То невероятное чувство, когда возвращаешься туда, где твое место.

— Прости, я никак не подготовилась. Но если бы ты предупредил меня, то я бы что-нибудь придумала.

— Если что, я уже поел в больнице.

— Тебе же не нравилось то, что готовят там.

— Да, но сегодня меня решили порадовать и предложили кое-что очень вкусное. Совсем не пресное.

— Ладно, все с тобой понятно.

— Ах, Ракель, радость ты моя… — Терренс с широкой улыбкой трогательно обнимает Ракель, положив руки ей на спину и уткнувшись носом в ее плечо, пока та нежно гладит его затылок и заднюю часть шеи. — Как же я по тебе скучал…

— Я тоже, дорогой, — с легкой улыбкой произносит Ракель. — И теперь мне будет не так одиноко находиться дома и ложиться спать одной. Если честно, то мне надоело проводить ночи без любимого мужчины.

— С нетерпением ждал момента, когда смогу проводить время наедине с тобой.

— Пообещай, что больше не будешь заставлять меня проводить ночи в одиночестве. Я уже так привыкла к тому, чтобы засыпать и просыпаться рядом с тобой.

— Обещаю, милая, обещаю. — Терренс мило целует Ракель в макушку. — Сегодня я буду спать рядом с тобой.

Ракель улыбается гораздо шире и еще крепче обнимает Терренса, как можно ближе прижимаясь к нему грудью и с прикрытыми глазами наслаждаясь тем теплом, что исходит от его тела. А спустя несколько секунд влюбленные медленно отстраняются, гладят друг другу лицо или голову и присаживаются вместе на кровать.

— Ах, моя кровать… — с наслаждением произносит Терренс, через пару мгновений принимает лежачее положение и прикрывает глаза. — Как же хорошо… Лежать на этой кровати – божественно…

— Соскучился? — скромно улыбается Ракель, наблюдая за Терренсом.

— Еще как! Дом… Милый дом, как же я скучал… — Терренс расставляет руки в стороны. — Черт! Наконец-то я могу раскинуть руки и ноги по всей кровати!

— Понимаю. У меня всегда было такое же чувство, когда я возвращалась домой после долгого отсутствия. Иногда дома надоедает сидеть просто до смерти, а порой это место кажется просто раем .

— Верно… — Терренс приподнимается на локте и скромно улыбается. — Но для меня любое место будет раем, если там будешь ты. Если бы ты не приходила в больницу, я бы точно сошел с ума от скуки.

— Вообще-то все приходили к тебе: и друзья, и родственники.

— Знаю. Это то, что спасало меня от скуки. Однако даже все мои друзья и родственники не заставили бы меня оставаться в хорошем настроении, если бы тебя было рядом. Я всегда буду говорить, что ты – мое все. То, что так важно для меня.

— Слава богу, я могла находиться с тобой столько, сколько пожелаю. Хоть целый день. И никто меня не выгнал бы!

— Думаю, в этом и кроется причина моего довольно быстрого выздоровления.

Терренс принимает сидячее положение и нежно целует Ракель в щеку, пока на ее щеках появляется естественный румянец.

— У меня есть причина жить и бороться за то, что я хочу, — более низким голосом добавляет Терренс.

— Приятно это слышать, — с легкой улыбкой говорит Ракель и мягко гладит Терренса по щеке сначала одной, а потом двумя теплыми руками. — Эти слова определенно заставляют меня чувствовать гордость.

— Как я уже говорил, моя радость – твоя радость, а твое горе – мое горе.

— Ну поскольку ты абсолютно здоров, то я могу быть спокойной и вздохнуть с облегчением. Хотя я все равно буду заботиться о тебе и следить за твоим состоянием.

— С удовольствием приму твою заботу. И буду подчиняться любому приказу.

С этими словами Терренс с широкой улыбкой щекочет изгиб шеи Ракель кончиком носа, заставляя ее скромно хихикать. А потом мужчина крепко обнимает девушку, оставляет на ее щеках несколько коротких поцелуев и зарывает лицо в изгибе женской шее, на котором он оставляет парочку чмоков. Ее это здорово расслабляет и заставляет почувствовать, как сердце приятно трепещет. Но спустя несколько секунд МакКлайф-старший отстраняется от своей невесты и, все еще обнимая ее, трется кончиком носа об ее нос.

— Надо же, какой ты игривый, — с легкой улыбкой хихикает Ракель.

— Просто я слишком соскучился по тебе, — тихо мурлыкает Терренс.

— Ах, любимый…

Ракель покрывает короткими поцелуями все лицо Терренса, лицо которого она берет в руки. А спустя несколько секунд они принимают лежачее положение и прижимаются как можно ближе друг к другу, обмениваясь нежными взглядами и широкими улыбками.

— Кстати, а ты уже видел Бена и Блер? — тыльной стороной лаская щеку Терренса и обвивая рукой его талию, спрашивает Ракель.

— Да, я говорил с ними, — кивает Терренс и тихо усмехается. — Представляешь, эти голубки даже не заметили, как я пришел, потому что были слишком увлечены друг другом. Наверное, даже если бы здесь проехал танк, ни один из них не отреагировал бы.

— Они проживают лучшие моменты в своей жизни.

— А Паркер-то меняется ! Уже прошло несколько месяцев с начала его отношений с Блер, но он до сих пор ее не бросает.

— Оказывается, Бенджамин Паркер может быть очень внимательным и заботливым.

— Этот парень стал намного серьезнее после того, как начал встречаться с Блер. Конечно, до женитьбы он еще не созрел. Да и Блер тоже… Но прогресс явно на лицо.

— По крайней мере, он обожает играть с ее братиком. Блер как-то сказала, что ее брат так сильно полюбил Бена, что не хочет видеть с ней никого, кроме твоего друга.

— Бен и сам в восторге. Он ведь хотел повозиться с пацаном – вот пожалуйста! Братик Блер встал у него на пути.

— Если бы он также здорово справился с грудничком, тогда можно было бы сказать, что рождение его ребенка не станет для Паркера шоком.

— Я не думаю, что он женится, если девушка забеременеет от него. От ребенка не откажется, но регистрировать брак не пойдет.

— Кто знает, милый… — задумчиво произносит Ракель, пропуская пальцы через волосы Терренса.

— Кстати, а я тут немного подумал и посчитал, что можно было бы попробовать познакомить брата Блер с Амандой? Мне кажется, они прекрасно поладят.

— Мы с Блер и Беном как раз говорили об этом и решили, что это хорошая идея. Я сказала Блер, что предложу тете Алисии приехать сюда с Амандой.

— Я буду только рад. Здесь места полно, и они смогут побегать и поиграть.

— Вот и славно.

Терренс с легкой улыбкой целует Ракель в щеку и перебирает ее пахнущие лаком волосы, пока та прижимается к нему как можно ближе.

— Кстати, Бен сказал, что парни хотят собраться за городом к пяти часам, — задумчиво говорит Терренс.

— Да, я знаю, — кивает Ракель. — Там будут Даниэль, Эдвард, Питер, Крис и Кевин. Роуз и Сэмми с собой возьмет.

— Я так понимаю, Хелен сейчас работает?

— Нет, я скоро встречаюсь с ней, Наталией и миссис Рочестер. Мы поедем смотреть платья в свадебный салон.

— Вот как! — загадочно улыбается Терренс.

— Пора хоть с чего-то начинать. Даже несмотря на все наши проблемы.

— Жаль. Но не буду уговаривать остаться дома.

— Если бы я знала, что ты покинешь больницу, то поехала бы в другой день.

— В любом случае я не сомневаюсь, что мы с Эдвардом будем приятно удивлены.

— Не сомневайся, красавчик, — хитро улыбается Ракель и берет лицо Терренса в руки, пристально смотря ему в глаза. — Вы оба забудете свои имена, когда увидите нас.

— Да уж, вы умейте доводить до остановки сердца.

— Ты еще не знаешь, что я с тобой сделаю в первую брачную ночь. — Ракель целует Терренса в щеку и убирает некоторые пряди волос с его глаз. — Даже не знаю, переживешь ли ты ее.

— Жду не дождусь.

— Поговорим об этом позже. Когда я вернусь из салона.

— Значит, мы снова проведем время по отдельности?

— Прости… — с грустью во взгляде произносит Ракель.

— Не переживай, солнце мое. Ведь я собираюсь сделать парням сюрприз и появиться на их посиделках без приглашения.

— Я так понимаю, ты никому не собираешься говорить и о своей выписке, и о своем приходе?

— Они все узнают, когда я предстану перед ними.

— Вот как!

— И кстати… — Терренс хитро улыбается. — До выписки я уже знал , что они хотели собраться вместе.

— Знал?

— Ага. Я с утра почитал их переписку. Парни договаривались о встрече, не зная, что я был онлайн в групповом чате. И решили связаться со мной, когда будут все вместе. Чтобы подразнить. А мой любимый друг детства подтвердил их планы.