— Тебя он точно не оставит в покое, — задумчиво предполагает Джейми. — Эти синяки на лице – еще цветочки. Уэйнрайт может так избить тебя, что мало не покажется. А окажись у него в руках пушка или нож, во второй раз твое ранение может быть смертельным .

— Ничего, я справлюсь. Буду делать все, чтобы держаться до последнего. Ибо знаю, что обязан защищать Наталию. Уэйнрайт – непростой противник, но я справлюсь с ним.

— Тебе повезло, что ты легко отделался, и этот тип был один. А иначе все могло бы быть гораздо хуже.

— Будет намного хуже, если этот ублюдок причинит вред Наталии. Этого я боюсь намного больше. Однажды я уже едва не рехнулся, рвал на себе волосы и боялся, что могу потерять ее, когда дядя Майкл удерживал ее в своем доме. Еще одного раза я не вынесу.

— Мы все переживали за нее, — тяжело вздыхает Ребекка. — Обидно, что Майкл решил сделать ее жертвой, даже если тогда она не имела к нашей семье никакого отношения.

— Думаю, вы с Наталией оба прекрасно понимайте, что вам пока что не следует совать нос в пустые места и туда, где вы можете встретить его, — спокойно говорит Джейми. — А ей тем более нельзя гулять в подобных местах одной или с подружками.

— Я не позволю ей гулять в таких местах, — уверенно отвечает Эдвард. — И запретил ей бывать там одной. Но думаю, она и сама прекрасно понимает все и знает, чем все это закончится. Наталия – умная девушка и все понимает. Да и еще одной пытки Уэйнрайта она точно не переживет.

— Дай бог, она не заупрямится, как иногда это любит делать Ракель, — выражает надежду Ребекка. — Даже если Терренс просит ее не делать что-то, она все равно может ослушаться и сделать все так, как ей хочется.

— Нет, мама. Один раз Наталия уже узнала, что может произойти, и больше не станет делать этого. Конечно, я буду сопровождать ее и в любой момент защитить… Но в то же время я не могу все время быть рядом с ней. У меня полно своих дел, да и мы можем надоесть друг другу.

— Самое главное – не появляться в безлюдных местах, — уверенно говорит Джейми. — В многолюдные он сто процентов не будет соваться, ибо его тут же сдадут полиции. А подобные преступления совершаются там, где нет никаких свидетелей.

— Нет-нет, пока этого ублюдка не найдут, нас там не будет. Я буду внимательно следить за этим.

— Хотелось бы верить, что этого подонка найдут как можно скорее, — выражает надежду Ребекка, сцепив пальцы рук.

— Я тоже. И надо сделать это до того, как он совершит еще какое-то преступление.

— А дел он может наворотить немало…

— Послушай, отец… — Эдвард на пару секунд призадумывается и складывает руки на стеклянном столе, переведя взгляд на Джейми. — У тебя же есть номер мистера Джонсона! Пожалуйста, позвони ему и расскажи про Уэйнрайта! Он должен знать об этом. Я не уверен, что это поможет поискам этого урода, но раз он – полицейский, то обязан быть в курсе.

— Ты прав, Эдвард, — уверенно кивает Джейми. — Я сейчас же позвоню ему. Тем более, что он как раз должен был поехать в полицейский участок и узнать обо всем.

Джейми берет трубку стационарного телефона, быстро набирает какой-то номер и прикладывает его к уху, постукивая пальцами по поверхности стола и смотря то на Эдварда, то на Ребекку, которые иногда переглядываются между собой. А через несколько секунд мужчина уверенно произносит:

— Алло! Мистер Джонсон? Еще раз приветствую! Это Джейми МакКлайф беспокоит.

— Добрый вечер, мистер МакКлайф, — здоровается Виктор.

— Простите, если я вас отвлекаю, но у меня к вам срочный разговор. Вы должны кое-что узнать об Уэйнрайте.

— Да, говорите, я внимательно слушаю вас. Я сейчас как раз нахожусь в полицейском участке и разговариваю с людьми, которые знают об этой ситуации.

— По телевизору сказали чистую правду – Уэйнрайт действительно сбежал из тюрьмы. Буквально недавно Эдвард и Наталия встретили его.

— Ох, господи… — резко выдыхает Виктор. — Значит, вы не успели предупредить остальных?

— К сожалению, нет. Этот тип появился внезапно и начать угрожать моему сыну и его невесте. Уэйнрайт пытался изнасиловать ее и довел ее до сильной истерики.

— И где это случилось?

— В каком-то безлюдном месте. Уж не знаю, как он там оказался, но трудно сказать, где скрывается этот ублюдок. Зато он признался, что действительно выстрелил в сотрудника тюрьмы из украденного у охранника пистолета.

— О, господи… — Виктор призадумывается на пару секунд. — Да, а откуда вам это известно? Это Эдвард с Наталией рассказали?

— Эдвард. Он сейчас со мной. — Джейми смотрит на Эдварда, который уверенно кивает. — Приехал ко мне на работу и рассказал, что произошло.

— А я могу расспросить его? — задумчиво спрашивает Виктор. — Дайте ему трубку, пожалуйста.

— Я лучше включу громкую связь, чтобы мы все вас слышали. — Джейми включает громкую связь на телефоне с помощью нажатия одной кнопки. — Все, я включил! Говорите!

— Эдвард! Эдвард, ты слышишь меня? Это Виктор Джонсон.

— Да, мистер Джонсон, я вас слышу, — уверенно отвечает Эдвард. — Добрый вечер.

— Здравствуй. Скажи, пожалуйста, где ты встретил Уэйнрайта, и как это произошло? Мне нужны подробности!

— Мы с Наталией спокойно гуляли в практически безлюдном месте, а потом Уэйнрайт толкнул Наталию в спину и откуда-то выскочил, давая понять, что это был он. Этот тип рассказал, как сбежал из тюрьмы, и хотел расправиться со мной и поиздеваться над Наталией.

— Надеюсь, вы никак не пострадали?

— Нет, мы в порядке, слава богу. Я отделался парой синяков, а вот Наталия пережила сильный шок, ибо Уэйнрайт пытался изнасиловать ее. Не буду рассказывать всех подробностей, но все это довело мою невесту до сильной истерики, после которой я с трудом успокоил ее.

— Значит, Уэйнрайт угрожал вам?

— Много раз. Припомнил все, что произошло со мной, матерью, отцом, дядей Майклом и Терренсом… Украл у Наталии кулон, который я ей подарил… Я сразу дал понять, что она никуда с ним не пойдет, и сделал все, что смог, чтобы защитить ее. И в итоге он это понял и ушел. Хотя сказал, что это была наша не последняя встреча… И добавил, что подруги Наталии тоже могут пострадать, если он встретит их без парней.

— Все те, которые были на суде?

— Да. Ракель, Хелен, Анна… Он их имел в виду.

— О, господи… — с ужасом в широко распахнутых глазах произносит Ребекка.

— Ох, ситуация сложная … — задумчиво говорит Виктор. — Очень сложная…

— А вы сами что-нибудь узнали? — спрашивает Джейми.

— Ничего особенного, Джейми. Лишь получил подтверждение и изучил протокол допроса сотрудников тюрьмы.

— Но вы ведь поможете нам? — с надеждой спрашивает Эдвард.

— Боюсь, пока что я не смогу вам помочь, — с сожалением во взгляде говорит Виктор. — Полиция усиленно его ищет, но не ждите, что все будет так просто. Да, фотография Уэйнрайта была отправлена во все возможные инстанции, и ее будут показывать в криминальных новостях, но это еще ничего не значит.

— И что нам теперь делать?

— Единственное, что вы можете сделать – быть очень осторожными, не гулять в безлюдных местах и не оставлять девушек одних. Юджин может сделать с ними все что угодно , если никто не помешает ему. Он одержим молодыми девушками и представляет для них угрозу. Есть документы, свидетельствующие о его психических отклонениях.

— Но как долго нам придется бояться его? — с ужасом в глазах недоумевает Эдвард. — У нас и так проблем полно! А тут еще и побег этой больной твари!

— Мне очень жаль, Эдвард. Но пока что нет никаких шансов поймать его, потому что неизвестно, где он скрывается. Полиция тщательно патрулирует улицы и изучает все места в городе, но это может занять очень много времени. А звонки людей могут не помочь полиции узнать его точное местоположение.

— Ох, какой кошмар… — качает головой Ребекка.

— Но ведь есть же надежда, что его поймают? — спрашивает Джейми.

— Надежда всегда есть, мистер МакКлайф, — уверенно отвечает Виктор. — Юджину не удастся далеко уйти. Будем использовать любой момент, чтобы найти его. Ждать, когда он будет на чем-то пойман.

— Бедная Наталия… — резко выдыхает Эдвард, проведя рукой по волосам и приложив ее ко лбу. — Она теперь точно не будет спокойно спать, зная, что ее обидчик на свободе и может причинить ей вред.

— Не беспокойся, Эдвард. Рано или поздно этот тип будет пойман.

— Хорошо бы сотрудники тюрьмы усилили контроль над Майклом и всей его шайкой, чтобы эти твари тоже не сбежали, — задумчиво говорит Джейми.

— Они получили это поручение и сейчас держат их всех под особым контролем. Все тюрьмы, в которых они находятся, тщательно охраняются.

— Будем надеяться, это поможет… — выражает надежду Ребекка и заправляет прядь волос за ухо.

— Кстати, а вы уже предупредили об этом Терренса, Ракель и их друзей? Особенно тех, кто был на суде над Майклом!

— Пока нет, — качает головой Джейми. — Мы с Ребеккой пытались позвонить Терренсу, но он отключил мобильный, а к домашнему никто не подходит. Скорее всего проводит время с Ракель.

— Предупредите их обоих! — твердо настаивает Виктор. — Срочно ! Юджин и на Терренса имеет зуб и расквитается с ним так же, как и с Эдвардом. И к Ракель он тоже неравнодушен. Помня, какими глазами он смотрел на нее и ее подружек.

— Не беспокойтесь, мистер Джонсон, — уверенно говорит Эдвард. — Я поговорю с Терренсом и Ракель, как только встречусь с ними. И скажу друзьям, чтобы они тоже были осторожнее.

— И да, если ты, твой брат, родители или еще кто-то вспомнит и узнает что-то еще, то сразу же сообщите мне. Любая информация может быть важна.

— Мы будем держать вас в курсе, мистер Джонсон, — уверенно говорит Ребекка.

— Спасибо, что сообщили об этом.

— И вам спасибо, что не отказывайтесь помочь, — искренне благодарит Эдвард.

— Сделаю все, что смогу.

В этот момент Джейми с тревогой в душе и испугом в глазах переглядывается с Эдвардом и Ребеккой. Все трое пребывают в ужасе от того, что может произойти, и даже не представляют, как решить назревшие проблемы и начать жить той спокойной жизнью, которой жили ранее.

***

На следующий день Терренс отправился в кафе, чтобы что-нибудь поесть. Пока он со скрещенными на груди руками стоит в небольшой очереди и ждет, когда он сможет что-то купить, он думает над одной ситуацией, которая складывается в последнее время. И касается она поведения Ракель.

«В последнее время Ракель очень странная… — думает Терренс, оглядываясь по сторонам. — Это происходит уже давно. Один день она может быть счастливой, бодрой и смеющейся, а на другой становится угрюмой, грустной и вялой. Эта девушка смеется и улыбается, но у нее в глазах все равно читается грусть.»

Терренс бросает быстрый взгляд на кого-то, кто проходит мимо него.

«Нет, я прекрасно понимаю, что иногда девушки могут быть слишком уж чувствительными, да и наши проблемы также делают свое дело, — слегка хмурится Терренс. — Однако если не заставлять Ракель отвлекаться и думать о чем-то хорошем, она всегда уходит в себя и размышляет о чем-то не слишком хорошем.»

Терренс почесывает затылок и поправляет дорогостоящие часы, которые надеты на его левой руке.

«Но эти странности начались вовсе не две-три недели назад. Это происходит уже долгое время! Я бы даже сказал, иногда это происходило и во время суда над дядей Майклом. Да… Даже тогда она была какая-то странная… Но тогда мне казалось, что она переживала за исход дела. Как и мы все… Хотя даже после того, как суд вынес приговор, Ракель не стала веселее. Я чувствую, что с ней что-то не так, но не могу понять, почему… Может, дело во мне? Может, я что-то делаю не так, и это ее расстраивает? Но что именно? Может, все-таки не хочет выходить за меня?»

Терренс снова осматривается вокруг, понимает, что его очередь уже подходит, и достает из кармана свой бумажник.

«Черт, опять на наши головы свалилась куча проблем! — думает Терренс, достает из него свою банковскую карточку и убирает бумажник к себе в карман. — Вот Перкинса угораздило отправиться черт знает куда! И в итоге его крепко избили и так сбили на машине, что ему память отшибло. Да еще и все время лажал на концертах… А фанаты сейчас усердно поливают его грязью из-за того, что он якобы довел Питера до попытки самоубийства и угрожал ему убийством.»

Терренс тихо выдыхает с прикрытыми глазами.

«Вот и думай, как все это разрешить… — с грустью во взгляде думает Терренс. — И не хватало, чтобы у нас появилась еще одна проблема… Чтобы Эдвард куда-нибудь влип… А потом выручай его задницу и разбирайся с его проблемами… Нет-нет, если этот малой захочет найти приключений себе на зад, я прибью его. Вот серьезно! Еще парочки его типа героических поступков я точно не выдержу.»

Вот наконец-то подходит очередь Терренса. Он быстро говорит, что хочет купить, отдает продавцу свою банковскую карточку, ставит подпись в чеке, который тот ему протягивает, и забирает пластиковый стакан и небольшой пакет спустя некоторое время. А пока МакКлайф-старший осматривается вокруг и находит столик, чтобы сесть и спокойно поесть, его узнает какой-то мужчина, подходит к нему и окликает:

— Терренс?

Терренс кладет все, что он держит в руках, на стол, оборачивается на голос и быстро узнает человека, который его позвал.

— Стивен? — выгнув брови, удивленно произносит Терренс. — Вот уж не ожидал!

— Здорово, мужик! — дружелюбно здоровается Стивен и ставит поднос со своим заказом на столик. — Рад тебя видеть.

— Взаимно!

Терренс дружелюбно приветствует Стивена, крепко пожав ему руку и похлопав по плечу. Мужчина прекрасно знаком с этим человеком по имени Стивен Эпплбай, ибо он – давний друг Ракель и фотограф, с которым она часто работает в качестве модели. А поскольку Терренс также несколько раз работал с ним, то он и Стивен также находятся в хороших отношениях, хотя и общаются довольно редко.

— Какими судьбами тебя занесло сюда? — с легкой улыбкой спрашивает Стивен.

— Да так, катался по городу, проголодался и решить зарулить сюда, — дружелюбно отвечает Терренс.

— Понятно… Я вот тоже забрел сюда перекусить.

— Слушай, а присаживайся со мной. Поболтаем немного. Я все равно приехал один. А так компанию составишь.

— Окей.

Стивен и Терренс присаживаются за столик друг напротив друга и начинают разбираться со своими пакетами с едой, а последний достает бумажник и кладет в нее свою банковскую карточку.

— Кстати, я давно тебя не видел, — уверенно отмечает Терренс.

— Согласен, — отвечает Стивен. — Хотя мы с Ракель часто говорим о тебе, когда нам выпадает шанс поработать вместе.

— Да, она говорила.

— Мы уже столько раз пытались договориться посидеть в каком-нибудь кафе, но у меня почти никогда не бывает свободного времени, и я сильно уматываюсь.

— Неужели такой занятой?

— Да, работы у меня очень много, — задумчиво отвечает Стивен. — Каждый день по несколько съемок, а потом еще куча деловых встреч… Только сегодня выдался более-менее нормальный день…

— Наверное, из-за постоянных съемок у тебя не хватает времени на свою девушку?

— Ты про Деланси? Так я уже давно расстался с ней!

— Расстался ?

— Ну да.

— О, очень жаль… — с грустью во взгляде произносит Терренс. — Расставание – это всегда тяжело.

— Не отрицаю, поначалу было очень трудно, и Ракель замечала это. У меня было такое паршивое настроение, что все из рук валилось, и я с трудом заставлял себя работать. Но потом стало как-то легче, и сейчас я уже не переживаю из-за этого.

— Неужели вы расстались со скандалом?

— Я бы так не сказал. Хотя если честно, я до сих пор не могу понять, почему мы вообще решили, что любим друг друга. Почему решили встречаться, пожениться…

— Мимолетная страсть?

— Да и страсти-то никакой не было… Просто… Просто близкое расстояние сделало все дело… Поцеловались… И… Нам это понравилось. Решили, что это любовь.

— Понимаю.

— Эй, а разве Ракель не говорила, что у нас начались проблемы после нескольких месяцев, которые мы встречались?

— Нет, не говорила… — качает Терренс, съедая что-то из маленького пакетика. — Хотя один раз все-таки упомянула, что из-за твоего паршивого настроения ваша работа была не слишком хорошей.

— Я тогда уже расстался с Деланси. Конечно, Кэмерон как могла поддерживала меня, но легче не становилось. Да и все, с кем я работаю, тоже пытались помочь… — Стивен выпивает что-то из своего пластикового стакана. — Ну а чуть позже мы с Деланси поговорили, и мне стало немного легче. А потом поговорили еще раз и точно решили, что нам лучше расстаться и остаться друзьями.

— Жаль. Деланси – хорошая девчонка. Я давно ее знаю, и она всегда была очень дружелюбна ко мне.

— Я знаю, — задумчиво отвечает Стивен, поедая что-то из небольшой коробочки и запивает это напитком из пластикового стакана. — Но все же нам лучше быть друзьями. Мы договорились не вспоминать о том неудачном романе и сделать вид, будто ничего не было. Я буду очень рад, если она встретит какого-нибудь хорошего парня, а она желает мне найти достойную девушку.

— Понятно… — Терренс отпивает немного кофе из своего стакана. — А после нее ты кого ты встретил?

— Нет, пока что я решил полностью сосредоточиться на работе, — качает головой Стивен. — Именно это и помогло мне прийти в себя. Время и работа – самое лучшее лекарство.

— И ты пока что не думаешь о небольшом отдыхе?

— На данный момент – нет. — Стивен съедает еще что-то из небольшой коробочки. — Да и зачем? Я занимаюсь тем, что мне нравится! Работы много, но она мне не надоедает. А общение с людьми помогает мне отвлечься от проблем.

— Ну ты вполне мог бы поехать к морю или в горы. Взял бы парочку друзей с собой и оторвался по полной.

— Может, чуть позже я и поеду куда-нибудь. А пока что работа, работа и еще раз работа.

— Ладно, в таком случае желаю тебе не переутомиться, — дружелюбно смеется Терренс.

— Спасибо, приятель, я постараюсь.

В воздухе воцаряется пауза, во время которой Терренс и Стивен едят и пьют то, что они купили, будучи удовлетворенными не только едой и напитками, но и спокойной атмосферой, что царит в кафе.

— Ну, ты про себя-то расскажи, — дружелюбно предлагает Стивен. — Как хоть поживаешь?

— Нормально, — отвечает Терренс. — Занимаюсь своими делами.

— Слышал, что твоя группа становится популярнее, и вы выпускайте альбом.

— Это правда. Свой первый сингл и клип на него мы уже выпустили.

— Кстати, он просто потрясающий. И клип мне очень понравился. Девчонки в нем просто бесподобны.

— Спасибо, Стив, — с легкой улыбкой благодарит Терренс. — Рад, что тебе понравилось.

— Обязательно послушаю ваш альбом, когда он выйдет. Уверен, что он будет настоящей бомбой.

— Так и будет, чувак. Не сомневайся.

— Ладно… — Стивен выпивает немного напитка из пластикового стакана. — Ну а как у тебя с Ракель дела?

— У нас все хорошо… — с легкой улыбкой отвечает Терренс.

— Когда вы там уже наконец-то поженитесь?

— Пока что мы готовимся. Хотя у нас так много дел, что у нас нет времени на обсуждения.

— А твой младший брат еще не передумал жениться?

— Нет, приятель, он ни за что не передумает. Эдвард так втрескался в Наталию, что он уже не посмотрит ни на какую другую девчонку. Ему подавай лишь шикарную подружку Ракель.

— У этого парня губа не дура. Подружка Ракель и правда хороша собой. Вы оба отхватили себе лакомые кусочки.

— А то! — с гордо поднятой головой произносит Терренс.

— Ну а Ракель по-прежнему заваливают предложениями о работе?

— Еще как! Пока я работаю с группой, ее очень часто приглашают на фотосессии и модные показы.

— Больше не думайте расставаться?

— Нет, ты что! Мы даже не думаем об этом!

— Кстати, а почему она не с тобой?

— Сегодня она снимается для одного журнала. Очень известного. Шеф-редактор лично пригласил ее сняться для обложки и дать интервью.

— Кэмерон по-прежнему сияет так же ярко, как и звезда.

— Что верно, то верно!

В разговоре снова воцаряется пауза, во время которой Стивен и Терренс скромно улыбаются. Но потом фотограф тихо прочищает горло и складывает руки, немного неуверенно смотря на жениха Ракель.

— О, слушай, Терренс… — задумчиво произносит Стивен. — А я могу спросить тебя кое о чем?

— Да, — пожимает плечами Терренс. — Спрашивай.

— Ты извини, если это не мое дело… Но скажи… А с Ракель точно все в порядке? Или у нее все-таки что-то происходит?

— Э-э-э… — Терренс почесывает затылок. — Ну…

— Значит, с ней что-то не так…

— Э-э-э… — Терренс слегка хмурится и вопросительно смотрит на Стивена. — А почему ты спросил об этом?

— Понимаешь, когда я работал с ней на съемках пару месяцев назад, она была довольно грустная , — задумчиво признается Стивен, держа в руке пластиковый стакан. — Я спросил, все ли с ней в порядке, и она сказала, что да, хотя все равно выглядела очень грустной.

— Правда?

— Да. — Стивен на секунду бросает взгляд в сторону. — Мне хотелось сесть с ней и расспросить обо всем, но потом подумал, что это может быть ее личное дело. Я боялся, что это может плохо повлиять на работу. Но к моему удивлению, Ракель сумела сделать все, что нужно, на отлично.

— Вот как…

— Слушай, а у вас там точно все нормально? — слегка хмурится Стивен. — Может, у вас есть какие-то проблемы в отношениях, а вы не хотите говорить всем, чтобы не было ненужных слухов?

— Нет-нет, у нас прекрасные отношения… — качает головой Терренс. — Ракель говорит, что очень счастлива со мной, и я считаю, что мне повезло с ней.

— Но разве ты сам не замечал ее грусти?

— Должен признаться, я и сам замечаю что-то подобное.

— И давно это происходит?

— Где-то несколько месяцев.

— И ты не можешь представить, что могло случиться?

— Понятия не имею. Хотя иногда валю все на себя. Мол, я что-то делаю не так.

— Похоже, с ней произошло что-то серьезное, раз Ракель не просто грустит, но еще и плачет.

— Плачет ? — округляет глаза Терренс.

— Да. Ты знаком с ее ассистенткой Дейдрой?

— Ну да, видел ее несколько раз.

— Так вот Дейдра сказала мне, что однажды видела, как Ракель плакала в туалетной кабинке. Не хотела ни с кем разговаривать, пока у нас был перерыв.

— Правда? — приходит в ужас Терренс.

— Спроси Дейдру, если не веришь! Она пыталась поговорить с Ракель, но та не захотела ничего говорить. А когда пришло время съемки, твоя невеста пришла на площадку и вела себя так, словно ничего не случилось. Профессионал – да. Но все это странно , понимаешь.

— Ничего себе… Я… Я не знал об этом…

— Не исключаю, что Ракель могла вести себя так и на других съемках, а ее помощница могла не видеть этого. Хотя мне трудно представить, что могло заставить ее плакать, если ты говоришь, что у вас в отношениях все хорошо.

— Слушай, я правда не знаю, что с ней происходит… — покачивая головой, с грустью во взгляде говорит Терренс. — Для нас не секрет, что девушки могут грустить и плакать без причин. Но с Ракель это происходит очень часто.

— А ты не пробовал поговорить с ней?

— Конечно, пробовал, но она говорит, что с ней все хорошо.

— Эй, а она ни с кем случайно не ругалась? Или может, она переживает за кого из своих близких? Может, у кого-то есть какие-то проблемы? С ее дедушкой что-то не так? Или тетей?

— Нет, в этом плане все хорошо. И ее дедушка, и ее тетя оба в порядке.

— Ох, тогда я не знаю… — Стивен откидывается на спинку стула и бросает взгляд в сторону. — Но все это очень странно…

— Знаю, но я ничего не могу сделать, — с грустью во взгляде пожимает плечами Терренс. — Я уже долгое время думаю над этой ситуацией, однако у меня нет никаких догадок. И не могу разговорить ее и узнать, что с ней происходит. Поначалу винил женские проблемы и суд над моим дядей, из-за которого она также переживала, но кажется, дело вовсе не в этом.

— Может, ее подружки что-то знают? Не пробовал говорить с девчонками? Уж с ними Ракель может быть куда более разговорчивой!

— Пока нет, но хочу сделать это.

— Девушки могут делиться друг с другом секретами. Кто знает, может, кто-то что-то расскажет что-то интересное, и ты поймешь, что произошло.

— Я тоже так думаю. Поэтому постараюсь найти момент и поговорить с девчонками. А может, даже попробую поговорить и с ее ассистенткой. Ты поможешь мне связаться с ней, если я попрошу?

— Конечно, без проблем! — пожимает плечами Стивен.

— Спасибо большое, Стивен, — с легкой улыбкой благодарит Терренс.

В воздухе воцаряется пауза, во время которой Стивен и Терренс молча едят то, что у них есть. А через некоторое время Эпплбай смотрит на часы на левой руке и начинает заметно суетиться, понимая, что ему пора идти.

— О, слушай, Терренс, ты прости, но мне пора идти, — задумчиво говорит Стивен. — Я планировал зайти сюда на несколько минут, чтобы перекусить, и не думал, что кого-то здесь встречу.

— Много дел? — спрашивает Терренс.

— Да, но это уже мои личные. Хочу успеть сделать все до завтра, потому что у меня будет очень много работы.

— Окей, я понял. Не буду задерживать.

— Но все равно спасибо, что составил мне компанию.

— И тебе спасибо за разговор, — слегка улыбается Терренс. — Хоть с кем-то поговорил. А то сегодня все мои друзья и младший братец решили кинуть меня из-за того, что они проводят время с девчонками.

— А ты в следующий раз кинь их.

— Так и будет, приятель, — хитро улыбается Терренс.

Стивен и Терренс на прощание пожимают друг другу руку и встают из-за стола, чтобы по-дружески обняться и обменяться легким хлопком по спине.

— Счастливо, Терренс! — прощается Стивен.

— Счастливо, — кивает Терренс.

Стивен забирает пластиковый стакан и недоеденный сэндвич и быстрым шагом покидает кафе, пока Терренс провожает его взглядом и тихонько усмехается.

«Ест буквально на ходу… — с легкой улыбкой думает Терренс. — Такой занятой парень, что едва может найти время на то, чтобы нормально поесть.»

Терренс отпивает немного кофе из своего пластикового стакана и на несколько секунд призадумывается о разговоре со Стивеном.

«Хм, Стивен сказал, что ассистентка Ракель видела, как она плакала… — слегка хмурится Терренс. — Черт… Я же совсем забыл, что она плакала совсем недавно и не смогла объяснить, почему. Да и с ней это происходит далеко не в первый раз… Она плакала и раньше… Но почему? Что могло случиться? Что заставляет ее впадать в депрессию? Почему Ракель так себя ведет и ничего не говорит? Она же знает, что я всегда ее поддержу и помогу чем смогу! Почему она не доверяет мне? Мне обидно, что Кэмерон не хочет ничего мне рассказывать!»

Терренс слегка встряхивает головой и пропускает пальцы через свои волосы.

«Надо что-то делать… Если я не предприму что-то сейчас, то потом может быть уже поздно. Для начала надо поговорить с Наталией, Хелен и Анной. Может, они что-то знают и смогут рассказать мне, почему Ракель так себя ведет… Да и не стоит забывать про мистера Кэмерона. Он точно может что-то знать… И я должен узнать обо всем как можно скорее. Может, у нее настолько серьезные проблемы, что их нужно решать немедленно…»

Терренс тихо выдыхает и выпивает немного напитка из своего пластикового стакана. А через несколько секунд к его столику скромно подходят две девушки – блондинка и брюнетка, которые видят мужчину издалека и быстро узнают его.

— Терренс? — удивленно произносит блондинка, мягко положив руку на плечо Терренса.

Терренс переводит взгляд на девушек и видит перед собой Наталию и Хелен. Обе девушки дружелюбно улыбаются ему и ведут себя так, словно с ними ничего не случилось, хотя брюнетка выглядит довольно грустной, а блондинка – довольно встревоженной.

— О, Наталия! — удивляется Терренс. — Хелен! Привет, девчонки!

— Привет! — дружелюбно здороваются Хелен и Наталия.

Терренс встает из-за стола и приветствует Наталию и Хелен с помощью объятий и дружеского поцелуя в щеку.

— Присаживайтесь за столик, — приглашает Терренс, указав рукой на свой столик.

С этими словами Терренс присаживается за столик, а Хелен и Наталия удобно располагаются напротив него.

— Мы увидели тебя сразу же, как только зашли сюда, — признается Наталия, повесив свою сумку на спинку стула.

— А давно вы здесь? — интересуется Терренс.

— Да нет, минут пять-десять.

— А чего вы сразу не подошли?

— Просто ты говорил с каким-то мужчиной, и мы решили подождать, — признается Хелен. — Подумали, что у тебя какой-то важный разговор.

— Да нет, ничего серьезного, — спокойно отвечает Терренс, проведя рукой по волосам. — Это Стивен. Стивен Эпплбай. Фотограф, с которым дружит Ракель. И с которым она часто работает.

— Это случайно не тот фотограф, с которым Ракель дружит с самого начала своей карьеры? — слегка хмурится Наталия.

— Да, это он.

— Да-да, я помню. Насколько я знаю, у него вроде бы еще была девушка.

— Стив сказал, что он уже давно расстался с ней. Они решили остаться друзьями. Мол, совершили глупость, решив стать парой.

— Вот как… Жалко…

В разговоре на пару секунд воцаряется пауза, во время которой Терренс повнимательнее рассматривает Наталию и Хелен.

— Кстати, я думал, что вы захотите провести время с Эдвардом и Питером, — задумчиво говорит Терренс. — Почему вы не с ними?

— Я сегодня не смогу встретиться с Эдвардом, — спокойно отвечает Наталия. — Сначала он встречается с кем-то, с кем работает над песнями для артистов, а потом хочет поехать в свой дом и заняться ремонтом.

— Надо же, готовит любовное гнездышко? — скромно хихикает Терренс.

— Что-то вроде того.

— А Питер? — Терренс переводит взгляд на Хелен. — У него тоже какие-то дела?

— Питер… — задумчиво произносит Хелен, замолкает на пару секунд и слегка прикусывает губу. — Э-э-э… Питер сейчас присматривает за Сэмми.

— За Сэмми? — слегка хмурится Терренс. — А как же ты?

— Э-э-э… Я недавно привезла его к нему домой… Мне через пару часов надо быть на работе. А пока что я решила сходить в кафе, и Наталия согласилась составить мне компанию.

— Вот как…

Терренсу почему-то кажется, что Хелен ответил на его вопрос как-то отстраненно и слишком растягивала слова, будто что-то выдумывая на ходу и не зная, что на самом деле делает Питер. Однако несмотря на беспокойство и любопытство, он решает не расспрашивать ни Наталию об Эдварде, ни Хелен о Питере. Хотя и отмечает, что обе девушки выглядят не очень хорошо.

— Жаль, Ракель не смогла к нам присоединиться, — с грустью во взгляде говорит Наталия. — Она сказала, что весь день будет занята на какой-то съемке.

— Да, у нее сегодня съемка для журнала… — кивает Терренс.

— Да-да… Она сказала.

Терренс бросает короткий взгляд в сторону, сцепив пальцы рук, а Наталия слегка хмурится, пока смотрит на него.

— Эй, Терренс, с тобой все в порядке? — обеспокоено спрашивает Наталия. — Почему ты такой грустный? У тебя проблемы?

— Можно и так сказать… — задумчиво отвечает Терренс.

— Какие-то проблемы с Ракель? — округляет глаза Хелен.

— Да… И знайте… Это хорошо , что мы с вами встретились. — Терренс отпивает немного кофе из своего стакана. — Хелен, Наталия, я бы хотел поговорить с вами о Ракель.

— О Ракель? А что с ней не так?

— Скажите, вы в последнее время замечали что-то странное в ее поведении?

— Странное?

— Может, вы видели, как она из-за чего грустила? О чем-то много думала? Из-за чего-то плакала? Если что-то такое было, расскажите мне. Я должен знать все !

— Слушай… — задумчиво произносит Наталия и на пару секунд призадумывается, приложив палец к губе. — А Ракель реально какая-то странная в последнее время. Уж слишком переменчиво ее настроение… То смеется и улыбается, то уходит в себя, почти не разговаривает и выглядит очень грустной.

— Это правда , — кивает Хелен. — Мы с девочками пару раз спрашивали, все ли с ней хорошо, но она говорит, что да. Хотя ее глаза полны печали.

— Да я думаю, все это заметили! Вспомни, Питер сразу сказал об этом, когда мы все были у тебя и Ракель дома в последний раз! И тогда Кэмерон очень мало говорила и больше думала о чем-то своем.

— А она ничего не говорила тебе или Хелен с Анной? — слегка хмурится Терренс. — Может, Ракель сказала что-то такое, что вас насторожило?

— Да нет, ничего такого, — пожимает плечами Хелен.

— Эй, а почему ты спрашиваешь? — обеспокоено спрашивает Наталия.

— Мы со Стивеном только что говорили о Ракель, — с грустью во взгляде признается Терренс. — Он сказал мне, что ее ассистентка однажды видела, как ваша подруга плакала в туалете.

— Плакала? — ужасаются Хелен и Наталия.

— Да, но вела себя как ни в чем ни бывало, когда пришла на съемку.

— И ты не знал об этом? — удивляется Хелен.

— Нет, я только что узнал об этом! И меня это пугает . Ракель плачет без причин уже не в первый раз… С ней такое часто происходит… Я несколько раз заставал вашу подругу плачущей, но так и не смог узнать, почему она была расстроена.

— О боже мой… — округлив глаза и прикрыв рот рукой, тихо произносит Наталия.

— Мне страшно за нее, девочки. Я боюсь, что однажды с ней может случиться что-то похожее, что произошло с Питером.

— Хочешь сказать, она может попытаться покончить с собой?

— Этого я до смерти боюсь. Вспомните, Пит тоже казался счастливым, но в какой-то момент просто сломался. Его настоящие эмоции вышли наружу, овладели им и заставили изрезать себя так, что врачи с трудом откачали его.

— Ты думаешь, Ракель страдает от депрессии по неизвестной нам причине? — с испугом в глазах спрашивает Хелен.

— Если да, то надо как можно быстрее узнать это и помочь ей. Все это становится очень серьезно! Ракель губит себя, а я не знаю, почему!

— Прости, Терренс, а у тебя с Ракель точно все хорошо? — слегка хмурится Наталия.

— Нет-нет, у нас с Ракель отличные отношения, — уверенно отвечает Терренс. — Вчера мы провели отличное время вместе. Плавали в бассейне, смеялись, дурачились… Ей было хорошо…

— Ну… А может, что-то происходит с Алисией или мистером Кэмероном?

— С мистером Кэмероном все хорошо, да и с Алисией тоже… Хотя я и не общался с ними уже очень давно. Но боюсь, мне придется нанести дедушке Ракель визит, если в ближайшее время я не узнаю, что с ней происходит.

— Знаешь, Терренс, твои подозрения тоже заставляют меня переживать за нее… — с тревогой признается Хелен, обхватив рукой горло. — Что могло случиться, если Кэмерон плачет?

— Не знаю, Хелен… Но все это заставляет меня нервничать.

— Вряд ли она так сильно переживает из-за происходящего сейчас, — слегка хмурится Наталия. — Да, Ракель переживает за Даниэля и Анну. Но не думаю, что ее переживания такие сильные. Она просто очень хочет, чтобы все снова вернулось на свои места, и все были счастливы.

— Нет-нет, вряд ли она переживает за Анну и Даниэля… — качает головой Терренс. — Эти проблемы начались уже давно, еще со времен судебного процесса над дядей Майклом.

— Но ведь прошло уже несколько месяцев!

— И она ведет себя так еще с тех времен! Я не находил в этом ничего подозрительного, ибо мы все переживали. Но даже после суда она не стала более веселой и продолжала грустить, плакать и уходить в себя.

— Значит, что-то произошло во время суда над Майклом?

— Скорее всего. Больше предположений у меня нет.

— И что же это может быть?

— Понятия не имею. Я ломаю голову уже несколько месяцев, но ничего не могу понять.

— Но что мы можем сделать, если Ракель реально близка к тому, чтобы поступить так же, как и Питер? — с тревогой спрашивает Хелен.

— Пока мы не узнаем причину, все это так и будет продолжаться, — разводит руками Терренс.

— Тогда ее нужно спасать ! Но от чего и как?

— Не знаю, Хелен, но я ужасно боюсь за нее… — обеспокоено отвечает Терренс и на секунду пережимает переносицу носа. — А тот факт, что Ракель ничего мне не говорит, заставляет меня расстраиваться . Я – ее жених, но она мне не доверяет. Чего-то боится. Не хочет, чтобы я помог ей. Кэмерон лжет, что все хорошо, но я знаю, что это не так. Вроде бы все хорошо, но вроде бы между нами есть какая-то стена.