— Я думала, что умру от страха, — очень тихо признается Наталия. — И сожалею, что решила убежать… Может, все было бы иначе, и этот тип не добрался бы до меня.

— Не думай об этом, дочка, — мягко говорит Энтони. — Слава богу, с тобой все хорошо, и ты дома, рядом со мной и своей мамой.

— Да… Слава богу…

— Послушай, Эдвард, тебе стоит немедленно сообщить своим родителям о произошедшем, — уверенно говорит Летиция. — И ты также должен поговорить с мистером Джонсоном. Он должен знать, что вы с Наталией встретили Уэйнрайта.

— Не беспокойтесь, я сегодня же поговорю с отцом и матерью, когда вернусь домой, — уверенно обещает Эдвард. — И попрошу отца связаться с мистером Джонсоном.

— Если хочешь – можешь поехать к нему на работу, — предлагает Энтони.

— В « TheMacClifeShipping »?

— Да. Он поехал туда с твоей мамой по делам.

— Энтони прав, Эдвард, — соглашается Летиция. — Поезжай в компанию и расскажи обо всем мистеру МакКлайфу.

— О… — прикусывает губу Эдвард. — Тогда да… Я поеду в компанию… Этот разговор не терпит отлагательств.

— Поезжай, Эдвард, поезжай.

— Правда я боюсь оставлять Наталию одну и думал побыть с ней еще немного. Чтобы убедиться, что с ней все хорошо.

— Не беспокойся, дорогой, мы сами побудем с ней, — уверенно обещает Летиция.

— Да, сегодня мы с Летицией больше никуда не пойдем и останемся с Наталией, — мягко говорит Энтони. — Проследим, чтобы она хорошо отдохнула. Пусть приходит в себя после пережитого шока и обморока.

— Все в порядке, папа, — слегка улыбается Наталия. — Сейчас мне уже намного лучше. Я успела немного поспать в машине, пока мы с Эдвардом ехали сюда, и он нашел бутылку воды.

— В любом случае тебе лучше еще немного отдохнуть, — уверенно отвечает Эдвард. — Поесть, принять душ, переодеться, поспать… И завтра ты будешь в полном порядке.

— Кстати, а ты как сам себя чувствуешь? — проявляет беспокойство Энтони. — Ты и сам-то не очень хорошо выглядишь! Похоже, Уэйнрайт здорово тебя побил.

— Со мной все в порядке, не переживайте. Отделался лишь легким испугом, парой синяков и носовым кровотечением.

— Тебе бы ко врачу сходить, — задумчиво говорит Летиция. — Все это очень серьезно.

— Не нужно. За всю мою жизнь меня уже столько раз дубасили и били по голове, но я все еще живой и здоровый.

— Дай бог. Но если что – сразу беги ко врачу!

— Спасибо за заботу, миссис Рочестер. Хотя меня куда больше волнует состояние Наталии, чем мое собственное.

— Я тоже в порядке, не беспокойся, — слегка улыбается Наталия. — Отлежусь до завтра и окончательно приду в себя.

— Не беспокойся, Эдвард, мы сами позаботимся о ней, — уверенно обещает Энтони. — Поезжай к своему отцу на работу и сообщи о случившемся.

— Вы уверены, что вам не понадобится моя помощь? — выражает беспокойство Эдвард.

— Нет, Эдвард, мы справимся, — слегка улыбается Летиция. — Если хочешь, можешь позвонить нам после разговора с отцом.

— Ну… — Эдвард молчит пару секунд и кивает, медленно выдыхая. — Хорошо… Тогда я надеюсь на вас.

— И не забудь сказать про Уэйнрайта своему брату и друзьям, — уверенно говорит Энтони.

— Обязательно.

Все четверо встают с дивана. Летиция по-дружески обнимает Эдварда с легкой улыбкой на лице, а Энтони – крепко пожимает руку, приобнимает и хлопает по спине. И пока супруги Рочестер собирают с журнального столика все медикаменты и куски покрытой кровью ваты и говорят, что отнесут их на кухню, МакКлайф-младший подходит к Наталии, с нежной улыбкой поправляет ей волосы и гладит по щеке.

— Отдохни как следует, милая, — мягко говорит Эдвард. — Чуть позже я позвоню, чтобы узнать, как ты себя чувствуешь.

— Будь уверен, что тебе скажут, что со мной все хорошо, — с легкой улыбкой отвечает Наталия.

— И не переживай. Не думай ни о чем плохом. Мы обязательно найдем выход из этой ситуации.

— Я постараюсь. — Наталия поправляет Эдварду волосы и осторожно гладит его рану на лбу, заклеенную пластырем. — Ты и правда хорошо себя чувствуешь?

— Да, со мной все хорошо, — с легкой улыбкой кивает Эдвард. — Не беспокойся, солнце мое.

— Ты уверен?

— Конечно!

Эдвард с легкой улыбкой целует Наталию в щеку и заключает в свои крепкие объятия, нежно погладив по спине и уткнувшись носом в ее плечо, пока та закидывает руки вокруг его шеи и проводит руками по его волосам.

— Береги себя, любимый, — шепчет Наталия. — Будь очень осторожен. А иначе я буду сильно волноваться.

— Все будет хорошо, — уверенно отвечает Эдвард. — Я сильный.

Наталия скромно улыбается и проводит рукой по волосам Эдварда на затылке, скромно улыбнувшись от чувства тепла, которое ей дарит мужчина.

— Я люблю тебя , — со скромной улыбкой напоминает Наталия.

— Я тебя тоже , любимая, — со скромной улыбкой шепчет Эдвард.

Через пару секунд Эдвард и Наталия отстраняются друг от друга, а девушка нежно гладит щеки мужчины обеими руками. А когда в гостиную возвращаются Летиция и Энтони, МакКлайф-младший берет со столика свои телефон и ключи от машины, и супруги провожают его теплыми словами. Когда он покидает квартиру, и женщина закрывает дверь, она и ее супруг подходят к Наталии, с грустью во взгляде обнявшая себя руками. Они по очереди обнимают и целуют ее в висок или щеку, все еще пребывая в ужасе от того, что сегодня произошло.

***

Анна по-прежнему переживает из-за расставания с Даниэлем и испытывает сильный дискомфорт из-за времяпрепровождения с Джулианом. Девушка сидит в своей комнате, откуда она практически не выходит, и в очередной раз вспоминает самые лучшие моменты, проведенные с Даниэлем, отчаянно борясь с жалостью к нему и ненавистью. А через какое-то время в дверь кто-то тихонько стучится. Это заставляет девушку слегка вздрогнуть с мыслью, что Джулиан приехал сюда и снова будет требовать, чтобы она куда-то с ним пошла. Но к счастью, это оказывается Максимилиан.

— Все еще грустишь из-за расставания с Даниэлем? — с грустью во взгляде спрашивает Максимилиан.

— А как ты думаешь? — без эмоций спрашивает Анна, лежа на кровати на животе и рассматривая что-то за окном. — Как я могу забыть человека, ради которого была готова на все! Который клялся в любви, но потом так нагло бросил…

— Дорогая, ты не можешь вечно страдать из-за этого человека. Погрустила немного – и хватит! Надо смириться с этим и двигаться дальше. Ты молодая и красивая, и твоя жизнь только начинается. А ты тратишь ее на переживания о человеке, который тебя бросил.

— Ты ничего не понимаешь. И никогда не поймешь.

— Послушай, дочка… — Максимилиан проходит в комнату, присаживается на кровать и мягко гладит Анну по голове. — Я прекрасно понимаю, что очень тяжело забыть измену. Но нельзя ставить на себе крест по этой причине. Нельзя лишать себя счастья из-за того, что тебя бросили. Многие в своей жизни переживает не одно и не два расставания, но они находят в себе силы двигаться дальше.

— И какого же счастья ты мне желаешь? — издает тихий всхлип Анна. — Думаешь, что заставляя меня проводить время с Джулианом, я буду счастлива?

— Ты сама этого не хочешь. Если бы ты хотела, Джулиан с радостью помог бы тебе забыть Даниэля.

— Кто угодно, но только не Джулиан.

— Почему, дочка?

— Джулиан меня ненавидит , папа, — дрожащим голосом говорит Анна и вытирает слезы под глазами. — Он притворяется хорошим ради тебя. А на самом деле этот человек продолжает оскорблять и унижать меня.

— Нет, не говори так, милая. — Максимилиан берет Анну за руку и мягко гладит ее. — Ты оскорбляешь Джулиана, говоря о нем такие вещи.

— Но это правда! Джулиан продолжает издеваться надо мной даже после того, как извинился перед мной в твоем присутствии.

— Я давно знаю этого человека и его отца. Они – очень хорошие и порядочные люди, с которыми я работал и до сих поддерживаю отличные отношения. Твоя мама тоже хорошо знает их. Так же, как и твои бабушки и дедушки.

— Пожалуйста, папуля, защити меня от этого человека! — отчаянно умоляет Анна. — Я страдаю из-за него! Страдаю больше, чем из-за предательства Даниэля. Мне больше не к кому обратиться за помощью. Только лишь к тебе.

— Анна, перестань наговаривать на Джулиана, — строго говорит Максимилиан. — Он не сделал тебе ничего плохого, чтобы ты так отзывалась о нем.

— Очнись, папа! Хватит смотреть на него как ослепленной любовью мальчик! Ты не хочешь замечать то, какой он ужасный. Но я прекрасно чувствую его безобразное отношение к себе. Джулиан никогда не будет ценить меня так, как должен ценить любой порядочный мужчина.

— Ты проявляешь к нем неуважение. Не только к нему, но и ко всей его семье. Джулиану, Норману, Райану, покойной Женевьеве… Ты оскорбляешь их.

— Господи, ну почему ты не хочешь поверить мне? — Анна медленно принимает сидячее положение, с жалостью в мокрых и красных глазах смотря на Максимилиана. — Этот человек не такой хороший, каким он кажется. Джулиан ненавидит меня. Ненавидит! Для него я – безмозглая и бесполезная курица!

— Дорогая, если человек не привык к телячьим нежностям и предпочитает оставаться сдержанным, это не значит, что тебя хотеть унизить и оскорбить.

— Его извинения не были искренними! Когда ты ушел из моей комнаты, и мы остались одни, Джулиан снова оскорбил меня и заявил, что не чувствовал себя виноватым. Говорил, что то шоу, которое он устроил, было для него сильным унижением. Ибо считает, что не имеет права вставать на колени перед девушкой и извиняться перед ней. Мол, мужчина всегда прав, а девушка всегда виновата. Даже если не так.

— Джулиан никогда не скрывал, что иногда бывает вспыльчив, — спокойно говорит Максимилиан. — Он не привык открыто выражать свои чувства. Но это не делает его плохим человеком.

— Он не просто вспыльчивый, а ужасный и агрессивный. Джулиан ненавидит меня и постоянно твердит, что для него девушки – пустое место.

— Ты просто слишком сильно привыкла к тому, что Даниэль был ласков и нежен с тобой. Хотела найти еще кого-то, кто обращался бы с тобой точно также. Но поверь, не все мужчины такие. И не надо злиться на Джулиана за это. Просто Норман и Женевьева сделали из него мужчину и с детства твердили, что мужчина должен быть сильным и держать свои эмоции при себе. Слабых парней никто не любит, дорогая. А никто этого не потерпит.

— Ты просто ищешь ему оправдания , — с мокрыми глазами качает головой Анна. — Не хочешь поверить, что он плохой. Я все прекрасно понимаю. Но клянусь, я не лгу тебе! Думаешь, я бы убивалась так сильно, если бы не страдала по его вине?

— Ты страдаешь не из-за него, а из-за предательства Даниэля.

— Джулиан только больше усугубляет мое состояние. Я не хочу находиться рядом с ним.

— Анна, дочка…

— Пожалуйста, папочка, защити меня… Я тебя умоляю … Сделай что-нибудь! Я не выдержу всего этого… Не выдержу…

— Ах, дорогая… — тяжело вздыхает Максимилиан, крепко обнимает Анну, прижимает ее поближе к себе и гладит по голове, в какой-то момент поцеловав ее в макушку. — Какая же ты у меня впечатлительная девочка… Стоило Джулиану один раз случайно накричать на тебя, как ты записала его едва ли не в насильники. Нельзя так! Ты должна перестать распускать нюни и воспринимать все так близко к сердцу.

— Он – действительно насильник. Человек, который насилует меня морально. — Анна издает тихий всхлип. — Психологически. Я не могу быть счастливой, пока провожу с ним время. Не могу забыть о своем горе. Не могу найти в себе силы смириться и двигаться дальше. Джулиан делает мне только хуже. Из-за него я уже ничего не хочу. Ничего!

— Не надо закрываться от людей, дочка, — с грустью во взгляде просит Максимилиан. — Откройся Джулиану и позволь ему сделать тебя счастливой. Знаешь, как ему больно от того, что ты не подпускаешь его к себе, и говоришь о нем такие ужасные вещи.

— Кому из нас больно, так это мне , — дрожащим голосом отвечает Анна. — Больно от того, что со мной обращаются как с половой тряпкой. Постоянно твердят, что я – никто! Что я должна помалкивать и молча делать, что говорит мужчина. Что я безмозглая и бездарная дура, у которой не может быть своего мнения.

— Нет, Анна, не говори так. Джулиан никогда бы не посмел сказать такое.

— Однако он говорит!

— Перестань, дочка, — спокойно говорит Максимилиан. — У тебя слишком бурное воображение.

— Пожалуйста, папа…

— И хватит уже убиваться из-за Даниэля. Может, он вообще никогда не вспомнит тебя. Вдруг этот парень уже хотел бросить тебя! И если это так, то он найдет другую девушку. Пока ты будешь страдать, он будет счастлив в новых отношениях.

— Я не смогу спокойно жить, зная, что рядом с ним находится другая, — со слезами дрожащим голосом признается Анна. — Несмотря ни на что, я продолжаю любить его. Даниэль – единственный мужчина в моей жизни, кого я искренне любила и люблю. Я люблю Перкинса настолько сильно, что до сих пор продолжаю идеализировать его. Все время думаю, что я сплю и вот-вот проснусь рядом с ним. Что он обнимет меня, поцелует и скажет, что любит. Что я снова почувствую себя любимой женщиной.

— Ты же говоришь, что не сможешь простить его за тот поцелуй.

— Не смогу. — Анна медленно отстраняется от Максимилиана. — Но понимаю, что не могу без него жить. Он нужен мне… Нужен как никогда. Но факт, что я не нужна ему, причиняет мне огромную боль.

— Даже если та девушка знала об амнезии и воспользовалась его беспомощностью, для тебя это ничего не должно значить. Раз ты бросила его, значит, надо смириться.

— Знаю… — низким голосом произносит Анна. — Но не могу… Не могу… Одна моя сторона настолько сильно любит его, что готова забыть о том поцелуе и помочь ему все вспомнить. Но другая до смерти ненавидит Даниэля за этот удар в спину. Я сама видела, как он целовал ее. Хотя у него был выбор. Он мог оттолкнуть ее от себя и сказать « нет ». Однако Перкинс не сделал это.

— Милая, если ты весь день будешь сидеть в комнате и думать о нем, то так и будешь страдать из-за этой любви. Надо куда-то ходить, развлекаться… А ты целыми днями только и делаешь что плачешь! И отталкиваешь Джулиана, который готов помочь тебе прийти в себя.

— Он поможет мне… Поможет довести себя до желания умереть . Умереть от отчаяния.

— Нет, Анна, побойся Бога! — ужасается Максимилиан. — Не смей даже думать о чем-то подобном!

— Вот увидишь, все так и будет, если ты не спасешь меня от Джулиана.

— Зачем мне спасать тебя от того, кто желает тебе добра? Кто хочет сделать тебя счастливой! Кто всей душой переживает за тебя!

— Если бы я могла, то спряталась бы там, где Джулиан не смог бы меня найти. Но, к сожалению, мне некуда идти. Я не могу скрыться!

— Тебе просто надо забыть Даниэля. Начать выходить в свет и открываться людям. А не сидеть здесь и играть в страдалицу.

— Я и так хочу забыть его… — со слезами, скатывающихся по щекам, громко и отчаянно говорит Анна. — Хочу забыть, что когда-то безумно любила этого мужчину, который оказался неблагодарной свиньей.

— Ну а Джулиан как раз пришел в твою жизнь в нужный момент. Просто откройся и доверься ему, и он сделает все возможное, чтобы облегчить твою душу и заставить забыть Даниэля.

— Нет, папа… Я не хочу…

— Кто знает… — Максимилиан на пару секунд призадумывается. — Может ты даже полюбишь его в скором времени…

— Что? — широко распахнув глаза, громко удивляется Анна. — Я? Полюблю Джулиана?

— Я всегда подозревал, что Джулиан неровно дышал к тебе, хотя ты этого совсем не замечала. Искала парней не там, где надо было.

— С ума сойти… Папа… Ты… Ты хоть понимаешь, что сейчас говоришь?

— Сейчас у вас двоих есть отличный шанс сойтись. А для тебя это возможность забыть Даниэля и перестать мучить себя любовью к нему и мыслями о нем.

Анна резко бледнеет, широко распахивает глаза и приоткрывает рот, будучи в шоке от того, что только что сказал Максимилиан.

— Господи, папа, я не могу поверить… — качает головой Анна. — Не могу поверить, что ты говоришь это серьезно. Ты… Ты… Ты с ума сошел !

— Думаю, судьба преподала тебе хороший урок, — уверенно отвечает Максимилиан. — Родители лучше знают, что нужно их детям. Ты противилась родству с Поттерами и свадьбе с одним из сыновей Нормана и сбежала из дома. И вот теперь ты наконец-то прозрела и поняла, какую ошибку совершила.

— Что? Неужели ты опять завел старую песню? — Анна тихо шмыгает носом, довольно тяжело дыша. — Ты все еще хочешь заставить меня делать то, что я не хочу? Хочешь решать, как мне жить, что делать, с кем жить и тому подобное?

— Нет-нет, дорогая, нет… — Максимилиан мягко берет Анну за плечи и гладит их. — Я не хочу указывать тебе, как жить и не буду. Моей главной заботой всегда будет твое счастье. Это единственное , чего я тебе искренне желаю. И мне больно видеть, как ты убиваешься, целыми днями сидя в комнате и думая о Даниэле, который вообще не помнит тебя. Как ты не поймешь, что ничего не изменится от того, что ты будешь рыдать?

— Как я могу быть счастливой, когда до смерти люблю человека, который предал меня? — громко спрашивает Анна, издав пару всхлипов. — Как? Лучше его уже никого не будет! Никто не сможет дать мне любовь и заботу, которую я получала от Даниэля. Да, он изменил мне, и я ненавижу его. Но я все еще обожаю те эмоции и чувства, которые он мне подарил.

— Всегда найдется кто-то, кто будет намного лучше другого, — уверенно отмечает Максимилиан.

— Нет, папа, никто не сможет дать мне более прекрасную и удивительную любовь, чем та, что мне дал Даниэль. Никто. Мои подруги в свое время тоже думали, что встретят кого-то, кто будет лучше тех, кого хотели бросить. Но в итоге они все равно вернулись к ним и не смогли забыть о своих чувствах.

— У всех разные ситуации. У них одна, а у тебя – другая.

— Почему любовь – такая сложная вещь? — Анна бросает взгляд в сторону и тяжело вздыхает, с грустью во взгляде неуверенно смотря на Максимилиана. — Неужели я всю жизнь буду страдать из-за любви к одному единственному? Неужели я никогда я буду счастливой?

— Я уже сказал, что ты сама этого не хочешь. Для того чтобы забыть кого-то, тебе надо отвлекаться и думать о чем-то хорошем. Для начала хотя бы перестань сидеть дома целыми днями и постоянно думать о любви к Даниэлю. Выйди из дома, проведи время с Джулианом и развлекись… Да, поначалу будет тяжело, но вскоре ты почувствуешь себя легче. Возможно, ты сможешь полюбить Джулиана и выйдешь за него замуж, как и хотели мы с Лилиан и твои бабушки с дедушками. У нас была мечта – породниться с Поттерами, и теперь она может сбыться.

— Проводила бы время с кем угодно, но только не с ним, — без эмоций в глазах качает головой Анна. — Я никогда не полюблю такого ужасного и лживого человека как Джулиан. Он не знает такого чувства и думает, что можно подкупить женщину деньгами. Украшениями, одеждой, машинами, домами, дорогими телефонами и компьютерами…

— Дорогая, не все мужчины открыто выражают свои чувства. Если Даниэль или мужчины твоих подружек громко выражают свою любовь, то Джулиан совсем другой . Он любит, но не говорит это. Не стремится позволить всему миру узнать о его любви. Если два-три человека знают это – все хорошо!

— Нет, папа… Джулиан не умеет любить. Умеет лишь заставлять и шантажировать. Проворачивать любую ситуацию в свою пользу. Любовь ему чужда .

— Ох, Анна… — тяжело вздыхает Максимилиан и проводит руками по лицу. — Я не знаю, как еще с тобой разговаривать… Ты совсем не хочешь слушать своего отца, который точно знает, что для тебя лучше. Я пытаюсь облегчить твое состояние, но ты не хочешь делать то, что тебе говорят.

— Если бы ты хотел облегчить мое состояние, то спас бы меня от Джулиана и запретил ему общаться со мной.

— И да, прекрати уже жить своими фантазиями. Они всегда мешали тебе. Ты взрослая, черт возьми, девушка, а не маленькая девочка! Пора уже запомнить, что в жизни не все так радужно и просто, как в твоих фантазиях и книжках или сказках, которые ты читала.

— Обидно, что с возрастом люди забывают, как мечтать, и начинают верить, что мечты – это пустая трата времени. Ведь иногда фантазии сбываются, а сказка может стать реальностью.

— Ты не принцесса, королева, герцогиня или графиня. А принцев и королей не существует. Тебя не заберут в волшебное королевство в шикарной карете, запряженной лошадьми. Та сказка, которую ты себе придумываешь, никогда и не начиналась. И она не начнется после того, как ты встретишь мужчину и выйдешь замуж.

— Нет, папа, моя жизнь с Даниэлем была той самой сказкой, которую я себе и представляла, — уверенно отвечает Анна. — Все эти несколько месяцев я жила как принцесса и была любима этим человеком. Его дом не был большим шикарным замком, но я чувствовала, что все было совсем иначе. Я была очень счастлива. Да, бывали трудные моменты, но они не заставляли меня жалеть о том, что я согласилась на это.

— Ты сама решила бросить его. А раз так, то тебе придется смириться с этим.

— Поверь, я бы многое отдала ради того, чтобы снова пережить все, что тогда было. И если бы не обида, я бы с радостью вернулась к нему. Даниэль был лучшим , что со мной происходило в жизни. Не говоря о его измене и поцелуе с другой, я не пожалею ни о чем из того, что мы пережили вместе. Никогда . И если я и найду в себе силы двигаться дальше, то буду искать кого-то, кто сможет дать мне то, что давал он.

Анна пару секунд с грустью во взгляде смотрит на Максимилиана, а затем медленно встает с кровати и уходит из комнаты. Оставшись наедине, мужчина резко выдыхает и проводит рукой по своему лицу.

« Ох, как же все это сложно… — с грустью во взгляде думает Максимилиан. — Еще и эта ситуация с Даниэлем… С одной стороны, я считаю, что моя дочь поступила правильно, бросив его. Но с другой – она так страдает из-за него… Закрылась ото всех и не хочет ни с кем общаться. Ни с Джулианом, ни со своими друзьями… И удивительно, что за все это время она ни разу не общалась с ними. Вроде бы не ругались, но Анна все равно избегает их… »

Максимилиан бросает взгляд в сторону и аккуратно вытаскивает соринку из глаза.

«Из-за своей любви к этому парню она не подпускает к себе Джулиана и всячески очерняет его. Анна несправедлива к такому хорошему парню из приличной семьи. Хорошо воспитан, умен, работает, получает хорошие деньги… Ну просто идеальный партнер для моей дочери! Вот она дурочка… Отказалась от такого перспективного жениха! С ним она жила бы как королева и ни в чем не нуждалась бы. И их дети бы были всем обеспечены. Вряд ли бы я мог быть так уверен в успехе группы Даниэля. Если однажды их известность пойдет на спад, и их никуда не станут приглашать, то он очень быстро обнищает. А я не хочу, чтобы моя дочь жила с нищебродом. Она должна быть с тем, с кем ей не придется знать нужды в чем-либо.»

Максимилиан прикладывает палец к губе.

«Кстати, может мне на днях поговорить с матерью Анны о попытке устроить свадьбу Анны с Джулианом? — слегка хмурится Максимилиан. — Думаю, Лилиан была бы счастлива стать членом семьи Поттеров. Мы ведь хотели, чтобы Анна вышла замуж за сына Нормана. Если мы обо всем договоримся, то наши семьи породнятся. И я смогу быть спокойным за будущее своей дочери и ее детей.»

Максимилиан скромно улыбается, поглаживая подбородок.

«Может, судьба и правда прислала ей Даниэля для того, чтобы она поняла, какую ошибку совершит, если откажется от возможности стать обеспеченной женщиной? Как бы Анна ни хотела сбежать от свадьбы с одним из сыновей Нормана, она все равно вернулась туда, откуда сбежала. И рано или поздно моя дочь смирится со своей судьбой. Вся ее семья ведь всегда желала моей девочке счастья. Мы делаем все это ради ее же блага. Ради ее спокойной жизни. И знаем, что для нее будет лучше. Надеюсь, что Анна рано или поздно поймет это.»

Максимилиан продолжает думать о своей идее попробовать поженить Анну и Джулиана, не желая замечать те сигналы, что посылает ему девушка в надежде, что он защитит свою дочь от человека, заставляющий ее испытывать холод, страх и тревогу, и не даст остаться наедине со своей бедой, в которой та оказалась не по своему желанию.

***

Спустя некоторое время Эдвард приезжает в судостроительную компанию своего отца Джейми « The MacClife Shipping ». Огромное многоэтажное здание компании со стеклянными от потолка до пола окнами выглядит очень современным. Вокруг много красивых зеленых насаждений, есть достаточно мест на парковке, которая расположена как на земле, так и под землей. Просторные дорожки, выложенные из кирпича, ведут в разные направления, а на некотором расстоянии от сюда находится, казалось бы, бескрайнее море. А находясь недалеко от этой компании и осматриваясь вокруг, можно увидеть много разных многоэтажных зданий и автомобильных дорог. Возможно, когда компания только начинала свою работу, то все было совершенно другим, но сейчас владелец фирмы решил облагородить территорию и сделать ее еще более приятной глазу.

Впрочем, Эдвард приехал сюда вовсе не для того, чтобы любоваться красотами здешних мест. После того как он подъезжает к зданию и оставляет машину на одном из парковочных мест, мужчина быстро выходит из нее, закрывает на ключ и уверенно направляется к главному входу. Поскольку он был здесь уже несколько раз, то прекрасно знает, куда ему нужно идти, чтобы найти Джейми. Практически все сотрудники компании хорошо знают его как сына ее владельца и всегда здороваются с ним, когда он проходит рядом, на что тот отвечает им взаимностью. Поздоровавшись с молодыми, крепкими на вид охранниками, стоящие у входа и тщательно следящие за теми, кто приходит и уходит от сюда, Эдвард заходит внутрь здания, которое внутри также полностью стеклянное. Какие-то люди в костюмах спешно проходят мимо МакКлайфа-младшего, будучи очень занятыми, разговаривая по мобильному, изучая какие-то бумаги, общаясь со своими коллегами или направляясь с ними ко входу, чтобы покурить с теми, кто уже стоит там или чуть подальше. А поскольку внутри все стеклянное, то он может легко увидеть, чем занимается каждый сотрудник в своем офисе, который может быть как и шикарный и просторный, так и менее роскошный и гораздо меньший по размеру.

Пройдя небольшое расстояние по стеклянному, хорошо освященному коридору, Эдвард подходит к стойке ресепшен. За ним сидит полноватая женщина в возрасте с маленькими белыми сережками в ушах, одетая в темно-синий строгий пиджак и брюки и темно-серую однотонную рубашку, отвечает на звонки, перебирает и изучает какие-то бумаги и иногда отпивает что-то из чашки, которая стоит рядом с ее iMac последней модели. Она выглядит очень сосредоточенной и занятой, выполняя свою работу и что-то объясняя сотрудникам, которые подходят к ней два или три раза за все это время. Эдвард несколько секунд смотрит на нее издалека, пока она говорит с каким-то молодым парнем. А как только они уходят, мужчина медленно подходит к стойке, и добрая на вид женщина сразу же обращает на него внимание.

— О, здравствуй, Эдвард, — дружелюбно улыбается женщина. — Давненько ты здесь не был.

— Добрый вечер, Шейли, — вежливо отвечает Эдвард. — Я смотрю, вы тут не скучайте без работы.

— Да, как видишь, работы у меня всегда хватает. — Шейли берет в руки какую-то бумагу и быстро пробегается по ней глазами. — Куча звонков, бумаг… Еще и сотрудники постоянно подходят и что-то спрашивают.

— Надо же…

— Но ничего, я уже привыкла! Если хочешь остаться в компании, нужно уметь выдерживать ритм, с которым работают все сотрудники. Медлительных здесь не ждут.

— Понятно…

— Да, а что у тебя с лицом? — Шейли внимательно рассматривает синяки на лбу Эдварда и рану, заклеенную пластырем. — Ты что, ударился где-то?

— Да так, ничего серьезного… — отнекивается Эдвард, слегка потерев заклеенное пластырем место. — Пара недель – и все пройдет.

— С тобой точно все хорошо?

— Да, все хорошо. Не беспокойтесь.

Шейли откладывает изученную ей бумагу в сторону и быстро что-то проверяет на компьютере, когда она спрашивает:

— Кстати, ты должно быть пришел к своему отцу?

— Да, мне надо поговорить с ним, — облокотившись на стойку, задумчиво отвечает Эдвард. — Он у себя?

— Конечно, твой отец в своем кабинете.

— Он занят?

— Нет, разговаривает с твоей матерью.

— С моей матерью? Она тоже здесь?

— Да, мистер и миссис МакКлайф приехали сюда вместе.

— Вот так… Что ж, так даже лучше… — Эдвард бросает легкую улыбку. — Спасибо большое, Шейли.

— Кстати, а ты хочешь что-нибудь выпить? Чай? Кофе? Вода?

— О, нет-нет, спасибо, я пришел сюда на пару минут. Надо сказать кое-что отцу и матери. Мне было по пути, и я решил заехать в компанию.

— Что ж, ладно. Тогда пошли вместе. Мне как раз нужно отдать твоему отцу кое-какие бумаги для подписи.

— Хорошо.

Шейли берет в руки какие-то бумаги и вместе с Эдвардом направляется туда, где расположен офис Джейми. Они довольно быстро проходят по коридору и доходят до поистине роскошного, хорошо освященного офиса огромных размеров. Там как раз находится Джейми, гордо восседающий в удобном кожаном кресле и разговаривающий с Ребеккой, сидящая напротив него и прижимающая свою сумку к себе. Когда Шейли и Эдвард подходят к кабинету, женщина тихонько стучится в дверь и отворяет ее, осторожно заглядывая в кабинет.

— Мистер МакКлайф… — вежливо произносит Шейли.

— Да-да, Шейли, — спокойно говорит Джейми, сделав рукой какой-то жест. — Что у тебя?

— Простите за беспокойство, но к вам пришел посетитель.

— Посетитель? Кто?

Шейли отходит от двери и позволяет Эдварду появиться на пороге.

— Эдвард? — удивленно произносит Джейми. — Вот так сюрприз!

— Не знали, что ты захочешь приехать сюда, — скромно улыбается Ребекка.

— Привет, папа, привет, мама, — машет рукой Эдвард.

В воздухе на секунду воцаряется пауза, которую нарушает Шейли, которая бросает взгляд на свои бумаги.

— Ах да, мистер МакКлайф, — задумчиво говорит Шейли. — Я еще зашла к вам сказать, что вы как можно быстрее должны изучить и подписать эти бумаги.

— Хорошо, я сейчас посмотрю, — вежливо отвечает Джейми. — Оставь бумаги на столе, пожалуйста.

— Хорошо. — Шейли подходит к письменному столу и оставляет на нем черную папку с какими-то бумагами. — И да, мне сказали, что молодым стажерам опять требуется ваша помощь. Попросили передать, чтобы вы подошли к ним.

— Я понял. Скажи, что я подойду чуть позже. А пока сделай-ка мне чашку кофе, пожалуйста.

— Как пожелайте, — скромно улыбается Шейли. — Простите за беспокойство.

Шейли быстро закрывает дверь кабинета и уходит по своим делам, а Эдвард бросает на нее короткий взгляд и подходит к Джейми и Ребекке чуть ближе.

— Похоже, я пришел не в самое удачное время, — задумчиво говорит Эдвард, слегка прикусив губу.

— Нет-нет, все в порядке, — машет рукой Джейми, встает с кресла и подходит к Эдварду. — Дела подождут.

Эдвард с легкой улыбкой приветствует Джейми, приобняв и похлопав его по спине, а потом обнимает Ребекку, которая успевает встать со своего места, и обменивается с ней дружеским поцелуем в щеку.

— Ой, дорогой, а это что? — обращает внимание на лицо Эдварда Ребекка, убирает в сторону несколько прядей его волос и рассматривает пластырь на лбу, нежно гладя его щеки. — Что у тебя с лицом? Откуда у тебя синяки?

— Что, сынок, опять потянуло на приключения? — тихонько хихикает Джейми, заметив небольшие следы грязи на белоснежной футболке Эдварда. — Пожил спокойно несколько месяцев, а теперь снова решил пойти в отрыв?

— Вообще-то я как раз хотел поговорить об этом, — немного неуверенно отвечает Эдвард, смотря то на Джейми, то на Ребекку.

— Разве что-то случилось? — округляет глаза Ребекка.

— Да… Дело довольно серьезное .

— Ладно, дорогие мои, давайте присядем, — указав рукой на расположенные напротив письменного стола стулья, спокойно предлагает Джейми и присаживается в свое удобное офисное черное кресло.

— Я хотел рассказать дома, но решил не ждать и приехал в компанию, — признается Эдвард, пока он и Ребекка присаживаются на стулья напротив Джейми.

— О, боже, мне что-то уже становится страшно… — кладет руку на сердце Ребекка.

— Да, Эдвард, ты выглядишь каким-то испуганным, — слегка хмурится Джейми и складывает руки на столе перед собой. — У тебя какие-то проблемы?

— Да, произошло кое-что ужасное , — с грустью во взгляде отвечает Эдвард, крепко сцепив пальцы рук.

— Рассказывай, милый, — мягко говорит Ребекка, положив руку Эдварду на колено. — Мы слушаем.

— Оказалось… — Эдвард замолкает на пару секунд, бросает взгляд в сторону и резко выдыхает. — Юджин Уэйнрайт сбежал из тюрьмы.

— Что? — не сразу понимают Ребекка и Джейми и вопросительно переглядываются друг с другом.

— Юджин Уэйнрайт? — сильно хмурится Ребекка.

— Тот подонок, который издевался над Наталией и помогал дяде Майклу в его делишках, — уточняет Эдвард, рассматривая свои руки. — Который ранил меня в зале суда. Этот отморозок сейчас гуляет на свободе.

— Подожди, Эдвард, подожди, — спокойно говорит Джейми, резко выпрямившись. — Но откуда ты это знаешь?

— Мы с Наталией встретили его, когда проводили время вместе. — Эдвард складывает руки на столе перед собой. — Поначалу мы ничего не замечали, но потом кто-то толкнул Наталию в спину. Она так и сказала, но поначалу я никого не заметил. Мы сделали вид, что Наталия просто споткнулась и пошли дальше. Но потом у нас за спиной появился Уэйнрайт.

— Это он ее толкнул? — уточняет Ребекка.

— Да. Этот тип сказал, что сбежал из тюрьмы после того, как выстрелил в человека, который должен был следить за ним. Украл у охранника тюрьмы пистолет, выстрелил в кого-то и сбежал.

— И где он скрывается? — слегка хмурится Джейми.

— Не знаю… — Эдвард на секунду замолкает и встряхивает головой. — Мы не знаем, откуда он появился и где решил скрываться. Но Уэйнрайт уверен, что полиция никогда не найдет его. Сказал, что нашел местечко, до которого никто не сможет добраться.

— Он что-нибудь сделал с Наталией? — с ужасом в глазах спрашивает Ребекка. — Наверное, бедняжка до смерти перепугалась, когда увидела его перед собой.

— Очень сильно… И если бы меня не было рядом, этот больной ублюдок снова попытался бы что-нибудь сделать с Наталией. Точнее… Уэйнрайт попытался изнасиловать ее прямо у меня под носом. Просто лапал каждый раз, когда у него был момент.

— Вот больной отморозок! — возмущается Джейми.

— Я сделал все, что было в моих силах, чтобы защитить ее. Хотя мне пришлось сильно понервничать… В какой-то момент Наталия убежала, когда мы с Уэйнрайтом боролись. Он тут же побежал за ней, а я очень долго не мог найти их, ибо этот ублюдок закрыл ей рот и не давал произнести и слова. Хотя мне повезло, что Наталия все-таки смогла закричать.

— Бедняжка … — с ужасом в глазах произносит Ребекка. — У меня сердце сжимается, когда я думаю о том, что он мог с ней вытворять.

— Помня, что он сделал в прошлый раз, я представляю , что могло быть сегодня, — резко выдыхает Джейми.

— Этот урод успел рассказать ей обо всех своих больных сексуальных фантазиях, нагло облапать ее с головы до ног и практически раздеть, — более низким голосом говорит Эдвард. — Это все в итоге привело к тому, что у Наталии началась сильная истерика. А еще он бил ее по лицу и таскал за волосы… И едва не придушил…

— Господи, какой кошмар! — восклицает Ребекка.

— Да уж… — с ужасом в глазах произносит Джейми. — Этот ублюдок просто одержим ею!

— А из-за того, что эта тварь пыталась залезть ей в трусы, она сильно перепугалась, — с грустью во взгляде говорит Эдвард и на секунду опускает взгляд вниз. — Я чуть не прибил этого ублюдка своими руками, видя, что он вытворяет с Наталией. Так хотелось взять что-то потяжелее и со всей дури треснуть ему по голове. Отомстить за все ее страдания…

— Ты сильно рисковал, борясь с таким опасным типом, — с тревогой говорит Джейми.

— Ради этой девушки я бы и с пятерыми боролся! Уэйнрайт – крепкий кабан, но я все-таки успеть здоров побить его до того, как заставил уйти и оставить Наталию в покое.

— Слава богу, — с облегчением выдыхает Ребекка.

— Просто понял, что без Наталии я никуда не ушел бы и не собирался так просто сдаваться. У него не было выбора, хотя до него это дошло слишком поздно. Когда он уже успел заставить мою невесту страдать. Снова .

— А с Наталией-то все в порядке? — выражает беспокойство Джейми. — Как она себя чувствует?

— Сейчас уже лучше. Но этот тип сильно напугал ее. Сначала билась в истерике… Снова убежала, била по рукам… Кричала… Как будто сопротивлялась Уэйнрайту, о котором тогда думала… А в какой-то момент ее силы иссякли… И бедняжка в итоге упала в обморок…

— Бедная девочка… — с ужасом в широко распахнутых глазах произносит Ребекка, прикрыв рот рукой.

— Я страшно испугался. На Наталию было страшно смотреть. Сначала эта девушка истошно кричала и брыкалась, а потом у меня на руках потеряла сознание со словами: « Я умираю… »

— Она и правда сейчас в порядке?

— Да-да, слава богу… Хотя она долго была без сознания… А потом пришлось объяснять ей, что произошло, ибо Наталия ничего не помнила. И успокаивать, когда на нее снова накатила истерика… Не такая сильная, но слез было немало…

Ребекка и Джейми с ошарашенными глазами качают головами, с ужасом понимая, что Юджин действительно сбежал из тюрьмы и уже встретил Эдварда и Наталию.

— Ну и дела, дорогие мои… — резко выдыхает Джейми, проведя руками по своим волосам. — Непростая ситуация…

— Да уж, один человек довел девочку до такого состояния… — покачав головой и прикрыв рот рукой, с жалостью во взгляде говорит Ребекка. — Он мог так напугать ее, что у нее точно не выдержало бы сердце.

— Нет-нет, мама, я даже думать об этом не хочу, — резко мотает головой Эдвард. — Если с Наталией что-то случится, я этого не переживу. Думал, что сам кони двину, пока был вынужден наблюдать за ней в таком ужасном состоянии.

— Мы знаем, сынок. — Ребекка мягко гладит Эдварда по колену и руке, что лежит на ней.

— Кстати, а вы знали о его побеге?

— Да, Эдвард, мы уже знаем о побеге Уэйнрайта, — нервно сглотнув и начав крутить ручку в руках, говорит Джейми. — К нам домой приехали Рочестеры, Джонсоны и мистер Кэмерон. Мы решили поболтать за чашкой чая. И в какой-то момент услышали о побеге Уэйнрайта по телевизору. Сказали, что он сбежал еще три недели назад, но об этом стало известно лишь сейчас… Полиция до последнего все скрывала.

— Я знаю, — с грустью во взгляде кивает Эдвард. — Мистер и миссис Рочестер уже сказали мне о вашем разговоре.

— Значит, ты уже говорил с ними? — слегка хмурится Ребекка.

— Да, я отвез Наталию домой, и мы рассказали ее родителям, что произошло. А потом они посоветовали мне поговорить с вами. Сказали, что вы поехали в « The MacClife Shipping ». Вот я и решил, что это хорошая идея… Оставил Наталию под присмотром Рочестеров и поехал сюда.

— Мы и сами хотели предупредить тебя, — признается Ребекка. — Но уже поздно.

— Да уж, не хватало, чтобы еще и мой братец сбежал из тюрьмы, — проведя рукой по волосам, устало говорит Джейми. — Это будет настоящая катастрофа. Мы с таким трудом засадили Майкла за решетку, а если он сбежит, то эта падла точно грохнет всех нас. Он не забудет того, что мы сделали.

— Я и сам молюсь о том, чтобы этого не случилось, — резко выдыхает Эдвард. — Хватит и того, что Уэйнрайт шляется черт знает где и строит планы по изнасилованию моей невесты и ее подружек. Ну и убийству меня, моего брата и наших друзей.