— Если бы ухаживала и воспитывала, то они бы не ели тухлую еду, не царапали все, что видят и не мешали людям спать своим громкими мяуканьем. Эти кошки просто живут у нее дома, а ухаживать за ними она не хочет. Просто держит их у себя дома, чтобы не чувствовать себя одинокой. Кто-то подает голос в квартире – ей становится хорошо. А то, что она мешает соседям, ее совсем не волнует.

— Слушай, приятель, мне кажется, что тебе уже давно пора сваливать из той квартиры и найти что-то более нормальное, — уверенно говорит Терренс. — Есть столько домов и квартир, выставленные на продажу. Ты запросто можешь выбрать то, что тебе понравится.

— Да, блондин, сколько можно жить в этой дыре? — недоумевает Эдвард. — Купил бы для начала небольшую квартиру или домик! Или просто что-то арендовал! А как только наша группа начнет зарабатывать деньги на альбомах и выступлениях, то ты найдешь что-то побольше. Как это сделал я, когда у меня появилось достаточно денег после написания песен для других артистов. Пока что у меня будет небольшой скромный домик, но потом найду что-то другое.

— Честно говоря, я пока что не думал об этом… — запустив руку в волосы, задумчиво отвечает Питер. — Но чувствую, что придется … Потому что с каждым днем ситуация становится все ужаснее. А если эта ненормальная притащит еще пять кошек, то можно будет повеситься.

— Слушай, а может попросить Сэмми навести там порядок? — прочистив горло, бодро предлагает Даниэль. — Ну а что? Мне кажется, этот пушистик быстро усмирит этих кошек! Они побоятся и звука издать!

— Да кошки моей соседки и так страшно боятся его, когда Хелен оставляет Сэмми со мной, — по-доброму усмехается Питер, расставив руки в бока. — Я серьезно ! Они все прячутся по углам и ведут себя как миленькие. Правда только до тех пор, пока пушистый находится у меня дома. А потом все начинается сначала.

— Ну… — задумчиво произносит Эдвард, опускается на корточки и с удовольствием чешет Сэмми за ухом, пока тот радостно виляет хвостом и подставляет свою морду для поглаживаний. — Может, они его и боятся, а вот мне этот песик очень нравится.

— Мне кажется, Сэмми понравился вам всем, — дружелюбно отмечает Хелен.

— Несомненно, — скромно улыбается Наталия, погладив Сэмми по голове. — Сэмми – просто лапочка.

— Ну значит, я напрасно переживала, что он вам мог не понравится.

— Не понравится? — удивленно произносит Эдвард. — Ты что, Хелен! Как такой милый пушистик может не понравится?

В какой-то момент Сэмми лижет Эдварда в нос в знак своей благодарности за почесывания. Сам же мужчина скромно улыбается, хотя ему и немного непривычно ощущать мокрый после собачьего языка нос.

— Надо же, первый случай, когда меня лизнула собака, — вытерев нос, с легкой улыбкой говорит Эдвард. — Раньше они только мою обувь нюхали, да у ног крутились.

— Просто ему понравилась твоя милая мордашка, — с легкой улыбкой пожимает плечами Даниэль.

Эдвард ничего не отвечает и лишь скромно смеется. Вся компания окружает Сэмми, чтобы погладить его и почесать за ухом, пока виляющий хвостом пес с удовольствием принимает их поглаживания и буквально купается во внимании, которое он так обожает.

— Кстати, а где Анна? — хмурится Питер. — Я еще не видел ее и даже не здоровался!

— Кстати, да, — задумчиво говорит Наталия, перестав гладить Сэмми по голове. — Куда подевалась Анна? Почему она не с нами?

— Она же была здесь! — восклицает Эдвард, поднявшись на ноги и окинув всех взглядом.

— А с ней ничего не случилось до нашего с Питером приездом? — обеспокоено спрашивает Хелен. — Может, у нее какие-то проблемы?

— Нет, она была в полном порядке, — разводит руками Даниэль. — Пока вы двое не приехали, мы с ребятами болтали, а я учил ее играть на гитаре.

— Но почему же она ушла туда ? — посмотрев в сторону и слегка нахмурившись, задается вопросом Ракель.

— Куда? — слегка хмурится Терренс.

— Туда!

Все остальные переводят взгляды туда, куда указывает Ракель, и видят, что Анна, будучи чем-то напуганной или взволнованной, сидит там, где сидела до приезда Хелен и Питера. Друзья были настолько увлечены знакомством с Сэмми и воспоминаниями о животных в их жизни, что не заметили, как девушка начала нервничать и в какой-то момент отошла в сторонку.

— Это странно… — слегка хмурится Эдвард.

— Анна! — громко зовет Даниэль, приподнимает руку и делает подзывающий жест. — Анна, иди к нам! Почему ты сидишь там?

Однако Анна лишь бросает на всех короткий взгляд и продолжает сидеть на своем месте, выглядя чем-то напуганной, перебирая пальцы и рассматривая свои руки.

— Ничего не понимаю, — качает головой Даниэль.

— Не нравится мне это… — задумчиво говорит Терренс. — С ней явно что-то не так.

Даниэль ничего не отвечает и, прочищая горло, уверенно направляется к Анне, не став ждать действий остальных, кто остается на своем месте и переглядывается между собой. Подойдя к девушке, мужчина опускается перед ней на колени и приобнимает за плечи.

— Анна, в чем дело? — мягко, тихо спрашивает Даниэль. — Почему ты сидишь здесь одна?

— Мне страшно … — слегка дрожащим голосом произносит Анна, смотря в одну точку.

— Страшно? Но чего тебе бояться?

Прежде чем что-то сказать Анна молчит пару секунд и затем переводит неуверенный взгляд на Даниэля.

— Я боюсь собак, Даниэль, — неуверенно признается Анна. — Там собака … А я боюсь их.

— Собак? — удивляется Даниэль.

— Если бы я знала, что Питер и Хелен приведут сюда собаку, то вряд ли пошла сюда. Почему ты не сказал, что они приведут ее сюда?

— Никто не знал этого. Ребята просто сделали нам сюрприз и только сейчас показали этого песика.

— Лучше бы они предупредили заранее. Я бы придумала какой-то предлог, чтобы не пойти.

— Но, милая… — приходит в ступор Даниэль. — Почему ты боишься собак? Они очень хорошие! Лично я просто обожаю их и сейчас начал задумываться о том, чтобы завести песика.

— Нет-нет, не надо собак, — качая головой, дрожащим голосом произносит Анна. — Я их боюсь! Не надо! Я не хочу собаку! Не хочу! Я боюсь их! Они опасные! Они злые!

— Тише-тише, принцесса, все хорошо. — Даниэль нежно гладит Анну по щеке, пока ее начинает слегка трясти. — У тебя нет причин бояться.

— Есть … Хелен и Питер привели сюда собаку.

— Поверь мне, Сэмми – очень хороший пес. Он ничего тебе не сделает. Посмотри, как все обрадовались, когда увидели его. Столько посмотреть ему в глаза, и ты сразу влюбишься в такую хорошенькую лапочку.

— Нет! Этого не будет! Никогда!

— Не бойся, радость моя. — Даниэль мягко приобнимает Анну за плечи и прижимает ее к себе, нежно поцеловав в висок и поправив ей прическу. — Он очень хороший. Мы все в восторге от этого песика. А Сэмми с удовольствием дает нам себя гладить. Даже если он совсем не знает нас.

— Это не так… Эта собака злая … Она нападет на меня.

— Боже, милая, какая же ты у меня глупышка. Разве может такой милый песик на кого-то напасть? Да он и мухи не обидит! А у Хелен вряд ли бы была плохая собачка.

— Я не хочу здесь оставаться, — тихо шмыгает носом Анна. — Не хочу…

— Нет, Анна, ты что! — Даниэль мягко берет Анну за руку. — Все хорошо. Пойдем к ребятам. Познакомишься с Сэмми. Он тебе понравится.

— Нет, Даниэль, я не могу, не могу… — резко мотая головой, дрожащим от страха голосом отвечает Анна. — Пожалуйста, отвези меня домой. А потом можешь вернуться к ребятам…

— Нет, милая, не надо так говорить, — мягко говорит Даниэль. — И не надо бояться.

— Прошу тебя, дорогой, не заставляй меня нервничать. Я хочу домой.

— Неужели ты хочешь сбежать всего лишь из-за Сэмми?

— Да… Я не могу остаться… Прости …

— Ты же со мной, принцесса, — погладив Анну по щеке, мягко говорит Даниэль. — А ты помнишь, что всегда будешь под моей защитой.

— Пожалуйста, Даниэль…

— Доверься мне. Раз я говорю, что все будет хорошо, значит, так и будет.

— Нет… Я не останусь…

— Анна, милая…

— Или попроси Питера увести эту собаку отсюда.

— Просто подойди к Сэмми, и ты поймешь, что напрасно боялась.

— Нет… — с учащенным дыханием произносит Анна. — Я не хочу, чтобы он был здесь… Мне страшно …

— Сэмми не сделает тебе ничего плохого. Посмотри! Все буквально влюбились в этого песика! Он еще никого не покусал.

— Я не хочу… Не хочу…

— Послушай, милая. — Даниэль берет лицо Анны в руки и уверенно смотрит ей в глаза. — Если ты так боишься, что Сэмми нападет на тебя, то я попрошу Питера подержать его на поводке. Хотя это и будет ненужно, ведь этот пес и мухи не обидит.

— Если Питер не увезет отсюда эту собаку, то я сама поеду домой.

— Ты только попробуй. Знаешь, как говорят: посмотри страху в глаза. Вот и ты сделай то же самое. Если боишься собак – все равно подойди к Сэмми и погладь его. Или просто дай ему понюхать руку, чтобы и он привык к тебе, и ты успокоилась.

— Нет, Даниэль, нет. Не настаивай. Я не буду это делать.

— Анна…

Даниэль заключает Анну в свои крепкие объятия, одаривает ее поцелуем в щеку и затылок и еще крепче прижимает к себе, нежно гладя ее по голове, пока та слегка трясется, издает тихие всхлипы и нервно водит руками по его спине.

— Ну все, тише, малышка, успокойся, пожалуйста, — шепчет Даниэль и аккуратно вытирает слезы Анны под ее глазами, которые он в какой-то момент нежно целует. — Все хорошо…

— Мне страшно… — издает тихий всхлип Анна.

— Не надо. Со мной тебе нечего бояться. Я никому не дам тебя в обиду.

— Ты не сможешь спасти меня от той собаки.

— Не бойся того песика, он очень хороший. Честное слово.

— Нет, это неправда.

— Сейчас ты сама в этом убедишься. Давай вернемся к ребятам. Они беспокоятся за тебя.

— Нет, Даниэль, не надо.

— Доверься мне. Если бы песик и правда был злой, я бы ни за что не пустил тебя к нему.

— Пожалуйста…

— Ну все, принцесса, перестань плакать. — Даниэль размыкает объятия с Анной, обеими руками гладит ей щеки и одаривает милым поцелуем в губы, пока та продолжает сильно трястись. — Пошли к ребятам. Давай-давай.

Даниэль быстро встает на ноги и помогает тихонько плачущей Анне сделать то же самое. А затем он крепко приобнимает ее и ведет к своим друзьям, которые все это время с грустью и тревогой наблюдают за происходящим между влюбленными и иногда переглядываются между собой. И как только девушка оказывается очень близко к Сэмми, спокойно сидящий между Хелен и Питером, она еще крепче прижимается к своему возлюбленному.

— Эй, подруга, ты в порядке? — проявляет беспокойство Хелен.

— Да, в порядке… — дрожащим голосом неуверенно отвечает Анна.

— Почему ты пошла туда, когда мы все были здесь? — удивляется Ракель.

— Боже, ты что, плачешь? — повнимательнее присматривается к Анне Наталия. — Анна, ты чего…

— Ничего… — тихо, произносит Анна. — Просто…

— У тебя какие-то проблемы? — спрашивает Терренс. — Ты чем-то расстроена?

— Я… — Анна бросает испуганный взгляд на Сэмми, смирно сидящий рядом с Хелен с высунутым языком. — Собака …

— Это мой песик, — слегка улыбается Хелен. — Зовут Сэмми.

— Да, подруга, погладь его, — предлагает Эдвард. — Он такой милашка!

— Нет… — качает головой Анна. — Я не могу… Я…

— Эй, в чем дело? — погладив Сэмми по голове, удивленно спрашивает Питер. — Неужели ты боишься собак, раз так испуганно смотришь на Сэмми?

— Вообще-то, да… — неуверенно отвечает Анна. — Я до смерти боюсь собак… И… Не хочу… Чтобы она была здесь…

— Господи, Анна, ты с ума сошла! — слегка улыбается Наталия. — Как можно бояться такую лапулю?

— Не могу быть уверенна… Он… Нападет на меня…

— Не бойся, Анна, этот пес очень дружелюбный, — со скромной улыбкой мягко теребя Сэмми за уши, уверенно говорит Терренс. — Даже слишком .

— Ты только посмотри в эти глаза, — с легкой улыбкой добавляет Эдвард. — Разве может такой милый пес кого-то тронуть?

— Я говорил ей то же самое, но она стоит на своем, — признается Даниэль, крепко обнимая Анну и гладя ее по голове. — Даже надумала уехать домой, лишь бы не видеть Сэмми.

— Боже мой, подруга, как ты можешь такое думать! — недоумевает Хелен. — Сэмми и мухи не посмеет обидеть. Он совершенно безобидный.

— Подружка, ну ты чего! — слегка улыбается Ракель. — Нашла чего бояться!

Сэмми негромко лает пару раз, покорно сидящий рядом со своей хозяйкой Хелен, заставляя Анну слегка вздрогнуть от страха и покрепче обнять Даниэля.

— Ты только посмотри, какой он хорошенький! — восклицает Наталия, подходит к Сэмми и чешет его за ухом, скромно усмехнувшись, когда в какой-то момент тот тычется носом в ее ладонь и обнюхивает.

— Нет! — с широко распахнутыми глазами вскрикивает Анна и начинает еще тяжелее дышать. — Не трогай! Отойди от него! Он тебя укусит! Эта собака злая и плохая!

— Перестань, милая, — с легкой улыбкой говорит Наталия и мягко треплет Сэмми за уши. — Смотри, я глажу Сэмми, а он тянется ко мне.

— Пожалуйста, ребята, отойдите от него. Я не хочу, чтобы он причинил кому-то из вас вред.

— Перестань, Анна, — уверенно произносит Эдвард.

— Сэмми сумел покорить сердце даже такой заядлой кошатницы, как я, — добавляет Наталия. — Ты ведь прекрасно знаешь о моей сумасшедшей любви к кошкам.

— Он нападает на меня… — шмыгает носом Анна.

— О чем ты говоришь, Сеймур? — с округленными глазами удивляется Хелен. — Сэмми и мухи не обидит! Он может напасть на тебя только лишь от радости. Например, когда я долго не вижу его, мой мальчик всегда бурно встречает меня, вставая на задние лапы, вытягиваясь во весь рост и пытаясь облизать мое лицо.

— Я подтверждаю ! — восклицает Питер. — Я не знаю пса добрее, чем Сэмми.

— Этого не может быть… — резко качает головой Анна.

— Боже, Анна, почему ты так боишься Сэмми? — недоумевает Ракель.

— Не только его… Я боюсь собак .

— Но почему? — удивляется Питер.

Анна несколько секунд молчит и испуганно смотрит по сторонам, а потом скрещивает руки на груди, пока Даниэль все еще прижимает ее к себе.

— На меня напала собака, когда я была маленькая, — неуверенно признается Анна. — Большая черная…

— Напала собака? — округляет глаза Эдвард.

— Да… Она вцепилась мне в руку так сильно, что я кричала как резаная… — Анна демонстрирует всем свой небольшой шрам на передней части запястья правой руки. — Вот даже шрам остался…

— Господи… — с ужасом в глазах качает головой Наталия.

— Но почему? — недоумевает Даниэль. — Почему та собака напала на тебя?

— Понятия не имею, — пожимает плечами Анна. — Я ничего не сделала, чтобы спровоцировать. Просто захотела погладить…

— Ты была одна в тот момент? — спрашивает Терренс.

— Нет, я куда-то ходила с папой… В какой-то момент он на что-то отвлекся, а я увидела ту собаку и пошла к ней. Ну и… — Анна тихо шмыгает носом. — Он сначала громко рычал и скалился… А стоило мне потянуть к нему руку, как тот пес вцепился в нее зубами. И… Та собака начала таскать меня из стороны в сторону…

— Ничего себе… — ужасается Питер.

— Ты никогда не говорила об этом, — отмечает Ракель.

— Тогда отцу и еще какому-то человеку с трудом удалось оттащить этого пса от меня, — со слезами на глазах тихо рассказывает Анна. — Не знаю, кто это был… Папа просто попросил его помочь… Ну а у меня после этого вся рука кровоточила… Боли я не чувствовала, ибо была глубоко шокирована. Могла лишь безутешно рыдать и прижиматься к папе. Пока он вез меня в больницу, чтобы убедиться в том, что с моей рукой ничего не случилось. И слава богу, все было хорошо. Не считая глубокого шрама от острых зубов.

— Хочешь сказать, что с тех пор ты и боишься собак? — заключает Хелен.

— Да… — Анна тяжело вздыхает. — Мне до сих пор страшно находиться рядом даже с маленькой собакой… Все время вспоминаю тот случай… И даже помню, как мама сильно ругала папу за то, что он не уследил за мной. Да и от бабушек с дедушек ему досталось… Мол, он чуть ребенка не угробил… И должен благодарить Бога за то, что я легко отделалась.

— Анна, дорогая… — с жалостью во взгляде произносит Наталия.

С этими словами Наталия подходит к Анне и на пару секунд заключает ее в крепкие объятия, затем к ней подходят и Ракель с Хелен, а после еще и Эдвардом с Питером и Терренсом подтягиваются.

— Теперь вы понимайте, почему я так боюсь? — неуверенно спрашивает Анна. — Почему не могу быть с вами…

— Конечно, понимаем, — мягко отвечает Ракель. — Но ты не должна бояться именно Сэмми.

— Он плохой…

— Нет, Анна, Сэмми не такой злой, как та собака, — спокойно говорит Терренс и гладит рядом находящегося Сэмми по голове, который с удовольствием тянется к нему. — Смотри, он сам тянется ко мне, когда я его глажу.

— Это точно! — слегка улыбается Хелен. — Сэмми просто обожает, когда его гладят. Ужасно любит повеселиться, поесть и получать ласку.

— Попробуй погладить его, и ты убедишься в этом.

— Нет, я не буду это делать, — тихо шмыгает носом Анна.

— Расслабься, милая, — мягко говорит Даниэль, крепко обняв Анну, прижав ее к себе и погладив по голове. — Хотя бы просто подойди к нему. Иногда нам нужно смотреть страху в глаза и бороться с ним.

— Не переживай, Анна, с тобой все будет хорошо, — уверенно говорит Эдвард. — Мы прекрасно понимаем твои страхи, но Сэмми совсем другой . Не такой, как та собака.

— Я не могу, не могу… — резко мотает головой Анна и еще ближе прижимается к Даниэлю, приложив сжатые в кулак руки к его груди. — Не хочу…

— Хорошо, принцесса, давай подойдем вместе , — предлагает Даниэль. — Пошли…

С этими словами Даниэль пытается осторожно подвести Анну к Сэмми, но та яро противится этому.

— Нет, Даниэль, нет… — дрожащим голосом произносит Анна и прячется у Даниэля за спиной. — Не заставляй меня это делать. Нет…

Даниэль тихо выдыхает, покачав головой и окинув своих друзей взглядом.

— Простите… — неуверенно извиняется Хелен. — Наверное, мне стоило предупредить вас, что я захочу взять собаку с собой. Мне очень жаль, ребята…

— Нет, Хелен, не извиняйся, — мягко говорит Эдвард, положив руку на плечо Хелен. — Ты же не знала, что Анна боится собак. Да никто не знал. Даже девчонки.

— Слушай, Питер, а ты можешь подержать Сэмми за ошейник? — просит Даниэль. — Может, так Анне будет легче, и она подойдет к нему.

Питер кивает и крепко берет Сэмми за ошейник, надеясь, что Анне удастся побороть свой страх, если она будет знать, что он оттащит собаку, если что-то случится.

— Я держу Сэмми, Анна, — спокойно говорит Питер. — Подойди к нему. Если что-то случится, то я оттащу его назад.

— Давай, милая, подойдем к Сэмми вместе, — уверенно и мягко говорит Даниэль, приобняв Анну за плечи. — Пошли.

Видя, что Питер держит Сэмми за ошейник, Анне становится немного легче, и она все-таки находит в себе силы преодолеть свой страх. Даниэль медленно подводит ее к ретриверу, который виляет хвостом с высунутым языком, даже не думая о нападении на бледную и трясущуюся от страха девушку. Так шаг за шагом девушка медленно, неуверенно подходит к Сэмми, боясь лишний раз посмотреть на него и думая о своем воспоминании из детства.

— Ну вот, — с легкой улыбкой произносит Даниэль. — А теперь просто протяни руку, чтобы Сэмми понюхал ее. Медленно.

Преодолев свой страх спустя долгое время, Анна очень медленно протягивает руку к Сэмми. Пес тут же нюхает ее и начинается утыкаться в нее своим слегка влажным носом и проявляет осторожность, будто понимая, что девушка боится его. Это заставляет девушку слегка улыбнуться и понять, что она песик действительно не настроен агрессивно по отношению к ней. Именно поэтому еще через несколько мгновений она все-таки решается погладить пса по голове. От чего тот начинает еще энергичнее вилять хвостом.

— Да, вы были правы … — с легкой улыбкой тихо говорит Анна. — Он действительно очень милый…

— Ну мы же говорили тебе, что он очень хороший, — уверенно отвечает Даниэль, мягко гладя Анне плечи. — И как видишь, мы не лгали тебе.

— Кстати, можешь попробовать угостить его, — предлагает Хелен, находит в свой сумочке, висящей у нее на плече, небольшой пакетик, из которого она что-то достает, а затем протягивает это Анне. — Вот, это его любимое угощение.

Анна берет собачье лакомство из рук Хелен и немного неуверенно протягивает его Сэмми, который очень быстро проглатывает вкусняшку и начинает облизываться, показывая, как ему это понравилось. Девушка еще раз немного неуверенно гладит собаку по голове и проводит рукой по его шерсти, а тот не перестает вилять хвостом и подставлять морду для ласки. Пока остальные слегка улыбаются, а Питер отпускает Сэмми и приобнимает Хелен, которая и сама немного успокаивается.

— Ну вот видишь, как все оказалось просто! — скромно улыбается Наталия.

— Но это не значит, что я не буду бояться других собак, — предупреждает Анна.

— Ничего, подруга, уверен, что Сэмми научит тебя перестать бояться собачек, — уверенно говорит Питер.

— Может быть… — Анна окидывает всех взглядом с легкой улыбкой на лице. — В любом случае спасибо вам всем огромное.

— Ну вот и умница, — слегка улыбается Даниэль, погладив Анну по голове.

Анна со скромной улыбкой мило целует Даниэля в щеку и заключает в крепкие, трогательные объятия, закинув руки ему на шею, пока тот с радостью отвечает на них, водя ладонями по ее спине. А когда они отстраняются, девушка еще раз окидывает всех своих друзей взглядом, как бы выражая благодарность.

— Кстати, ребятки, я забыла попросить вас не слишком баловали его едой, — задумчиво говорит Хелен и гладит Сэмми по голове. — У Сэмми просто зверский аппетит, а врач советует мне не раскармливать его.

— Зверский аппетит, как у Терренса, — расставив руки в бока, скромно хихикает Даниэль.

— Даже больше, — уверенно говорит Питер.

— Смотри, братан, ты встретил еще одну такую же обжору, как ты, — скромно ухмыляется Эдвард, хлопнув Терренса по бицепсу. — Нашел себе друга.

— Ой-ой, можно подумать, вы трое сидите на вечной диете и питайтесь одними листьями салата и капустой, — с тихой усмешкой качает головой Терренс.

— Для тебя это ноль целых ноль сотых процентов от того, что ты обычно ешь, — уверенно говорит Даниэль.

— Ну да, только не говори, что ты ешь как котенок. Представляю, сколько Анне приходиться стоять у плиты, чтобы прокормить такого проглота. Который, к тому же, вообще не умеет готовить.

— О, бедная Ракель и все твои служанки, которые готовят для тебя по двадцать раз в день.

— Ничего не двадцать!

— Ах да, прости, я не брал в расчеты еще сорок перекусов между завтраком, обедом и ужином. Забыл, как ты обожаешь дразнить всех огромным бургером с сочной свиной или куриной котлетой и стаканом холодной Coca Cola .

— Если очень хорошо попросишь, то я могу поделиться, — с хитрой улыбкой говорит Терренс. — Я ведь совсем не жадный.

— Нет, так неинтересно! — качая головой, тараторит Даниэль. — Мне больше нравится наблюдать за тем, как твои глаза округляются, когда у тебя из-под носа крадут что-то очень, очень вкусное.

— О да, лицо МакКлайфа в этот момент просто бесценно , — тихонько хихикает Питер.

— Большое спасибо за то, что заставили меня захотеть есть, — уверенно говорит Терренс.

— Мне кажется, в следующий раз нам надо организовать посиделки без еды, — задумчиво отвечает Эдвард. — А иначе мой любимый братик съест абсолютно все. Забыв о том, что может не влезть в свой свадебный костюм.

— Не хочу тратить время на всяких мелких спиногрызов. Лучше пойду возьму что-нибудь вкусненькое.

Терренс с хитрой улыбкой на лице и гордой поднятой головой щиплет Эдварда за щеку и направляется туда, где друзья обустроили себе местечко для пикника. Даниэль же провожает его загадочным взглядом и очень хитро улыбается, скрестив руки на груди.

— Знайте, ребятки, мне кажется, что сегодня что-то очень жарко, — задумчиво говорит Даниэль и протирает лоб. — Пойду посмотрю, что у меня есть в машине, чтобы освежиться. Или что-то, чтобы погонять нашу обжору. Пусть сбрасывает свои жиры.

Даниэль быстрым шагом направляется к своей машине, пока Эдвард и Питер переглядываются между собой и тихо усмехаются.

— А мы пойдем проследим, чтобы наш неподражаемый Терри не оставил нас без еды, — уверенно говорит Питер и хлопает Эдварда по плечу. — Пошли, МакКлайф.

— Да, красавицы, никуда не уходите, — окинув взглядом всех девушек, хитро улыбается Эдвард. — Мы будем недалеко.

— Сэмми, пошли с нами. Поможешь смотреть за этим обжорой.

Эдвард и Питер уходят вслед за Терренсом, а Сэмми тут же увязывается за ними, пока Ракель, Хелен, Анна и Наталия тихонько хихикают, покачав головой.

— Ох уж эти парни… — с легкой улыбкой вздыхает Анна.

— Мне кажется, сейчас начнется что-то грандиозное, — предполагает Наталия, расставив руки в бока.

— Это точно! — восклицает Ракель. — Раз наша компания собралась вместе, то нам стоит ждать от них чего угодно .

— Вы как хотите, девочки, а я лучше отойду на « безопасное» расстояние, — усмехается Хелен. — Кто знает, что придет им в голову, глядя друг на друга.

Анна, Наталия, Хелен и Ракель со скромным смешком отходят в сторону, поправляя свои забранные в пучки или хвостики волосы и невольно заставляя парней восхищаться их фигурами и открытой летней одеждой.

— Кстати, Анна, а почему ты никогда не говорила нам, что боишься собак? — интересуется Наталия.

— Да как-то не было случая, — немного неуверенно отвечает Анна. — Да и мне не очень приятно вспоминать тот случай. Точнее, страшно… Мурашки по коже бегут, как только я вспоминаю эту страшную собаку, ее бешеные глаза и острые зубы… На руке даже остался небольшой шрам.

Анна показывает своим подругам небольшой, едва заметный шрам на запястье правой руки.

— Прошло уже много лет, но он до сих пор не прошел, — признается Анна. — И напоминает мне о том страшном нападении.

— Мы все прекрасно понимаем, дорогая, — мягко говорит Ракель. — И нам правда очень жаль.

— Только помни, что не все же собаки такие плохие, — уверенно добавляет Хелен. — Как хозяин воспитает собаку, такой она и будет.

— Да… — тихо произносит Анна, обняв себя руками. — Возможно…

— Полагаю, хозяин той собаки был ужасный и сделал ее такой же, — предполагает Наталия. — Вот она и напала. Не на взрослого, а на ребенка.

— Слава богу, со мной тогда не случилось ничего ужасного, а папа вовремя заметил это. А иначе я могла бы запросто лишиться руки.

— Все хорошо, подружка, это уже в прошлом, — мягко говорит Хелен, погладив Анну по плечу. — Вот пообщаешься немного с Сэмми и поймешь, что бывают очень даже хорошие собачки, которые сами ко всем тянутся.

— Я знаю… И кстати, мне понравился твой пес… Сэмми, кажется…

— Вообще-то, Сэмюэль. Но он плохо реагирует, когда слышит это имя. Правда если нужно провести с ним воспитательную беседу, то я называю его Сэмюэлем.

— Хорошо. Значит, будем называть его Сэмми.

Девушки на секунду бросают взгляд в сторону на своих парней, двое из которых о чем-то болтают между собой, третий копается в пакетах с едой, а четвертый ищет что-то в багажнике своей машины.

— Кстати, Наталия, тот котенок… — задумчиво произносит Хелен. — Который жил у тебя… Какой он был породы?

— Мей-кун, — с легкой улыбкой отвечает Наталия. — Я всегда обожала кошечек этой породы. А моя Мисси была такая милашка… Тогда у нее были еще большие голубые глазки.

— Ах, Мисси… — с умилением произносит Анна. — Твой котеночек… Я все еще помню ее… Она была такая лапуля… Жаль, что тебе пришлось отдать ее из-за аллергии, а мы с Ракель не могли взять Мисси к себе…

— Я вспомнила о ней, когда мы знакомились с Сэмми. Поняла, что очень скучаю… И очень жалею, что не могу иметь котенка из-за аллергии. Что моя детская мечта была разрушена…

— О да, мы знаем, что ты всегда была сумасшедшей кошатницей.

— Это моя любовь . Такая же любовь, как и походы по магазинам. И к моему красавчику Эдварду.

Пока девушки скромно хихикают и продолжают обсуждать котенка, жившего с Наталией, и песика Хелен, который сейчас резво бегает из стороны в сторону, Эдвард, Питер и Терренс находят что-то среди еды и с удовольствием начинают это есть, удобно устроившись на одеяле, что расстелено на траве.

— Сегодняшний день должен быть гораздо лучше, — бодро говорит Терренс.

— О, любой день, когда мы не видим этого маленького оболтуса Коннора, лучший для меня, — отвечает Питер, согнув ногу в колене.

— Это точно! — восклицает Эдвард. — И как же хорошо, что мы не будем видеть его еще несколько дней. А то мне все больше хочется плюнуть в его наглую смазливую рожу.

— Скажите « спасибо », что он вообще делает какую-то работу, — отмечает Терренс и выпивает немного напитка из пластикового стакана.

— Ну хоть в чем-то от него есть толк, — отвечает Питер. — А иначе не было бы смысла продолжать платить ему деньги.

— Только мне кажется, что мы платим ему слишком мало, — признается Эдвард и выпивает что-то из своего стаканчика. — Лучше уж поднять зарплаты тем, кто работает добросовестно.

— Надеюсь, что нам осталось недолго терпеть этого крысеныша, — выражает надежду Терренс.

— Черт, как же я рад, что у нас будет большой перерыв, — резко выдыхает Питер. — Не будем видеть этого отморозка. Конечно, я буду скучать по выступлениям, но думаю, нам пока лучше сделать перерыв.

— Согласен, вся это немного выматывают, — соглашается Эдвард. — Хотя если нас избавят от нужды видеть Коннора, я спою хоть сто раз.

— Ничего, когда мы выгоним этого прыщавого придурка и найдем хорошую замену, все должно наладиться.

— Слушайте, давайте не будем обращать внимания на такие мелочи, — уверенно предлагает Терренс. — Лучше думайте о том, что мы с вами уже очень многого добились.

— Это точно! Можно сказать, что скорый релиз альбома – это уже успех.

— И я уверен, что он будет очень успешным.

— А там и мировой тур не за горами… — с легкой улыбкой задумчиво говорит Питер. — Сыграем не только здесь, но и в других странах… Выучим несколько фраз на разных языках…

— Попробуем местную кухню… Я с радостью попробую то, что мне еще не удалось отведать.

— О да, жратва для тебя святое , — тихонько хихикает Эдвард и вытирает рот бумажной салфеткой.

— Смотри, МакКлайф, будешь много жрать – у тебя вырастит огромная задница, — шутливо предупреждает Питер. — И бока полезут. И щеки станут в два раза больше.

— Этого не будет, потому что у меня великолепные гены, — с гордо поднятой головой заявляет Терренс и проглатывает кусочек того, что он достает из небольшого пакетика. — Ем что хочу в любых количествах и всегда остаюсь в форме.

— Ты говоришь так только потому, что наш отец в свои пятьдесят четыре держит себя в прекрасной форме? — спрашивает Эдвард. — Или потому, что мама в почти что сорок девять выглядит как тростинка?

— Ну я и говорю, родители дали мне все самое лучшее. И природа была щедра ко мне.

— Она немного переборщила, когда сделала тебя самовлюбленным ослом, который бесит всех и вся.

— Не вынуждай меня воспитывать тебя. А иначе я так тресну по заднице, что мало не покажется.

— Играешь в строгого папочку? Да, Терренс?

— Ну ладно, братан, дай ты ему потренироваться, — тихонько хихикает Питер, хлопнув Эдварда по плечу. — Ему же еще становится папашей.

— Сто раз поблагодарил высшие силы за то, что этот петух – всего лишь мой старший братец, а не папочка.

— Иногда ты бесишь меня больше, чем Кэмерон… — устало стонет Терренс. — Так и хочется…

В этот момент Терренс чувствует, как в его затылок попадает тонкая струя воды. Резко обернувшись, мужчина видит Даниэля с водным пистолетом в руках.

— Прямо в яблочко! — с широкой улыбкой громко восклицает Даниэль. — Жаль, что ты сидел задом, а то мог бы попасть прямо в лоб!

— Перкинс, твою мать, какого черта? — возмущается Терренс. — Откуда у тебя эта штуковина?

— Взял из дома. Знал, что захочу немного развлечься. И с парнями, и с девчонками.

— Эй, а есть еще один? — хитро улыбается Эдвард. — Я тоже хочу немного повеселиться!

— Конечно, есть! — Даниэль быстро прочищает горло. — У меня с собой еще три штуки.

— О, круто! — радостно потирает руки Питер. — Ну что, братва, каков наш план?

— Как какой? — удивляется Даниэль. — Надрать МакКлайфу задницу! Я не могу упустить такой шанс!

— Я не буду бегать за тобой, Даниэль! — тряся пальцем, уверенно заявляет Терренс и бросает короткий взгляд на Эдварда и Питера. — И за вами тоже, оболтусы!

— Да ладно!

Даниэль снова стреляет в Терренса из водного пистолета и попадает ему прямо в лицо, от чего тот издает негромкий писк.

— Перкинс! — громко возмущается Терренс.

— Что, приятель, холодая водичка? — хитро улыбается Даниэль. — Ну ничего! Сейчас жарко! Можно немного освежиться!

— Слышь, крутыш, давай тащи сюда все пистолетики! — бодро говорит Эдвард. — Устроим небольшое веселье.

— Ну это всегда пожалуйста. Тем более, что у меня на крючке не только твой братец, но и вы с блондином.

Даниэль стреляет из водяного пистолета уже в Питера и Эдварда, которые, однако, ловко уворачиваются от струй воды.

— Так, а вот это нечестно! — уверенно заявляет Питер. — Мы хотели играть против МакКлайфа-старшего!

— Верно, — кивает Даниэль. — Но почему бы мне немного не пошалить и не надрать задницы еще двум своим приятелям?

Питер не успевает увернуться от струи, которая попадает прямо ему в лицо после того, как Даниэль выстреливает из водного пистолета.

— Перкинс! — громко восклицает Питер.

— В чем дело, Роуз? — хитро улыбается Даниэль и обстреливает Питера из водного пистолета. — Какие-то проблемы?

— Так, ну-ка иди сюда, придурок! — Питер быстро встает на ноги и пулей бежит за Даниэлем, который продолжает обороняться с помощью водного пистолета. — Слышь, шоколадная башка! Я кому, твою мать, сказал! Иди сюда!

— Поймай меня, если сможешь!

После нескольких секунд погони с негромким смехом и попыток облить своего приятеля водой Даниэль начинает обстрел Эдварда и Терренса, которым, однако, удается пару раз увернуться от атаки.

— Ну, чего расселились как старые клуши? — весело спрашивает Даниэль. — Давайте, поднимайтесь! Растрясите свои жиры на заднице и пузе!

— Эй, где ты увидел у меня пузо ? — с открытым ртом возмущается Эдвард и хлопает руками по своему животу. — Да я стройный как кипарис! Ни грамма жира! И стальной пресс! Как камень!

— Ну вот и закрепи результат. — Даниэль начинает обстрел Эдварда, который со смехом пытается увернуться, пока Терренс отсаживается в сторону и со смешком наблюдает за происходящим. — Давай, МакКлайф, хватит брать пример со своего братца и отращивать толстую задницу.

— Чувак, тебе что, скучно стало? — сквозь смех интересуется Эдвард.

— Ага. Мне скучно. Ужасно скучно. Хочу сделать маленькую гадость.

— Ну все, хватит! Перкинс! — Эдвард негромко вскрикивает, когда струя воды попадает ему прямо в глаз. — Угомонись, я сказал!

— Ты не переживай, Эдвард, я вовлеку в эту игру не только вас троих, но еще и наших красавиц, — уверенно заявляет Даниэль. — Ибо у меня есть план устроить грандиозное развлечение.

— Я уже сказал, что не буду заниматься этой дурью, — уверенно заявляет Терренс.

— Куда ты денешься! Вместе со своим братиком встанешь и побежишь как миленький.

— А если я не побегу? — хитро улыбается Эдвард.

— Тогда тебе придется пожалеть .

Превратившийся в непоседливого ребенка Даниэль снова обстреливает Эдварда водой из пистолета, а тот с негромкими визгами пытается увернуться.

— Ну ладно, раз ты захотел проблем, так держись, — уверенно говорит Эдвард. — Достану тебя голыми руками!

Эдвард резко поднимается на ноги и бросается за Даниэлем, который начинает бегать кругами и защищаться с помощью водного пистолета.

— А ну-ка сейчас иди сюда, придурок! — громко требует Эдвард. — Куда побежал, твою мать!

— Как ты меня назвал? — резко оборачивается Даниэль и снова обливает Эдварда водой из пистолета.

— Слышь, Перкинс, а ты вообще-то играешь не по честным правилам! — уверенно отмечает Питер.

— Да! — соглашается Эдвард, резко останавливается и расставляет руки в бока. — Какого хера мы с Питом мокрые, а ты сухой?

— Спокойно, братишки, я еще дам вам шанс поиграть с пистолетиком, — с хитрой улыбкой уверенно обещает Даниэль и подбрасывает водный пистолет, который затем тут же ловит. — Хотя вы меня ни за что не поймайте.

— Ха, да куда ты убежишь? — по-доброму усмехается Питер. — Со спортом ты не дружишь, а в спортзал ходишь через пень-колоду!

— Ага, и ты знаешь, что я очень хорошо бегаю, — с гордо поднятой головой заявляет Эдвард.

— Ну да, — по-доброму хихикает Даниэль. — Только ты все равно стал мокрым, облезлым котом. Вон вся твоя прическа испортилась.

— Скоро испортится твоя , когда я поймаю тебя, — обещает Эдвард, поправляя свою челку, которая упала на лоб под тяжестью воды.

— Ну попробуй. — Даниэль с хитрой улыбкой обстреливает водой сначала Эдварда, а потом уже и Питера. — Вперед, ребятки. Попробуйте.

— Посмотрим, что ты будешь делать без этой штуковины, — уверенно говорит Питер. — Как запоешь после того, как мы заберем пистолет и обольем тебя.

С этого момента Питер и Эдвард начинают гоняться за Даниэлем с целью забрать у него пистолет. А глядя на то, как его друзья и брат гоняются друг за другом и заливаются громким смехом, Терренс не может сдержать своего смешка. Он продолжает сидеть на своем месте и неторопливо поедать то, что находится в пакетах с едой, которые привез каждый из них.