— Ну да, ведь ему не приходиться кормить, укачивать и менять Гарольду подгузники, — скромно хихикает Терренс. — В данном случае есть уже большой пацан, который способен сам себя обслужить. А Паркеру останется лишь развлекать этого мальчишку.

В этот момент обе влюбленные пары присаживаются друг напротив друга.

— Кстати, а сколько этому ребенку лет? — интересуется Эдвард.

— Не знаю точно, но кажется, где-то лет десять-одиннадцать, — задумчиво отвечает Терренс.

— Да, — кивает Ракель. — Я сначала думала, что этот Гарольд еще совсем маленький, но в одном из разговоров с Блер она сказала, что он старше.

— Близок подростковый период, — отмечает Эдвард.

— Блер и ее мама нервничают из-за этого. По ее словам, сейчас он очень послушный, хорошо учится и всегда помогает по дому. Но не исключено, что в подростковом возрасте от этого не останется и следа.

— А скоро этот парень начнет влюбляться в девочек и будет приводить их к себе домой, — задумчиво говорит Наталия. — И причем эти девочки не всегда будут хорошими.

— Вот поэтому они и нервничают. Они надеются, что Гарри будет помогать им, когда подрастет и найдет себе какую-то подработку, потому что Блер не может тянуть всю семью одна.

— А видя, что ребята вокруг него живут намного лучше, он может сильно взбеситься, — предполагает Терренс. — Будет просить мать и сестру купить ему что-то дорогое, что есть у его друзей. Телефоны, планшеты, компьютеры, игровые приставки и прочее…

— А получив отказ, придет в бешенство и устроит своей семье веселую жизнь, — задумчиво говорит Эдвард.

— Да, и получится, что Блер и ее мать зря объясняли Гарри, что у них тяжелая жизнь, и они не могут позволить ему купить что-то дорогое, — добавляет Наталия.

— Вот именно! — восклицает Ракель. — Мы с Блер как раз говорили об этом…

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, после которой Терренс бросает на всех присутствующих короткий взгляд.

— Ох, ладно, ребята, давайте сменим тему, — устало предлагает Терренс. — Сейчас еще рано говорить об этом. А вот через два-три года уже можно вернуться к этому разговору.

— Да, надо чем-то занять себя, пока мы ждем остальных, — задумчиво соглашается Ракель, накручивая прядь волос на палец.

— Интересно, где сейчас носит эти две парочки? — задается вопросом Эдвард, почесывая висок. — И когда они соизволят пожаловать сюда?

— Да приедут они – никуда не денутся! — весело восклицает Наталия. — А в противном случае мы и без них прекрасно проведем время.

— В противном случае Даниэлю и Питеру точно не поздоровится, — уверенно заявляет Терренс. — Даже если они свалят вину на Анну с Хелен.

— Ты бы не связывался с этими придурками, — по-доброму усмехается Эдвард. — От них можно ждать чего угодно .

— Это им лучше не связываться со мной. А иначе я так надеру им обоим зад, что еще раз сто пожалеют об этом.

— Ну помня, как они подшучивали над нами, когда мы были в студии, я начинаю бояться того, что Перкинс и Роуз начнут вытворять на фотосессии и съемках клипа на наш первый сингл.

— Ничего, братец, мы в долгу не останемся и тоже устроим веселую жизнь, — уверенно отвечает Терренс. — Пусть не думают, что выйдут сухими из воды.

— Теперь понятно, почему вас так тянет поработать над делами группы, — скромно хихикает Ракель. — Вы там развлекайтесь .

— Уверен, что и на фотосъемке нам также будет очень весело. Мы уже знаем, что она будет очень крутая, и мы все наденем просто шикарную одежду. Многое из этого будет от очень известных брендов, между прочим.

— О да! — с широкой улыбкой бодро восклицает Эдвард. — Мне поскорее хочется их примерить! Никогда не носил одежду от известных брендов, но ужасно хочу почувствовать себя крутым парнем в дорогих шмотках.

— Чтобы быть крутым, тебе не нужна дорогая одежда, — с легкой улыбкой отвечает Наталия. — Достаточно просто дать тебе гитару и поставить у микрофона.

— Нет, это еще не совсем круто. Лично я мечтаю выступить в костюме настоящего рокера. Ну или хотя бы в крутой кожаной куртке с кучей заклепок и шипов. Это будет нереально круто!

— Ну да, с твоей-то смазливой рожей надевать костюм рокера или кожаную куртку с шипами, — скромно хихикает Терренс. — Тебе бы гораздо больше подошел образ невинного ангелочка. Не девственника, конечно, но все же…

— А я понятия не имею, как может сочетаться образ рокера с присобаченным к заду павлиньим хвостом и огроменной короной.

— Скоро ты увидишь, каким неотразимым рокером я буду. Какими крутой получатся фотографии для сингла, альбома и коммерции. И каким классным будет наш первый клип.

— Ну посмотрим, какая из тебя получится модель. И чему ты научился во время совместной работы с Ракель.

— Кстати, да, ребята! — восклицает Наталия. — Вы так и не рассказали нам о том, как прошла ваша совместная фотосессия для коллекции осенней одежды.

— Мне очень понравилось, — с легкой улыбкой отвечает Терренс. — Круто, что тот бренд выбрал нас лицами этой коллекции. Звучит удивительно, но за все годы моей карьеры мне ни разу не предлагали становиться лицом какого-то бренда.

— Невелика потеря, — невинно улыбается Эдвард.

— Завались, Эдвард.

— Ему понравилось лишь по одной причине, — шутливо отвечает Ракель. — Потому что во время съемок он издевался надо мной. То листьями бросался, то валил в кучу из них, то еще что-нибудь делал.

— Да! А нечего было начинать! Я всего лишь немного приструнил тебя! Чтобы ты была хорошей девочкой и вела себя прилично!

— Ага! А ты типа был пай-мальчиком!

— Конечно! Я был очень хорошим!

— Ну да, виноваты все, кроме тебя!

— Ой ладно, тебе это понравилось ! Ты радостно визжала и не хотела прекращать развлекаться!

— Визжала, потому что мне было щекотно ! Ты щекотал меня где только можно!

— Да, как будто ты не щекотала! Прекрасно знаешь, что я плохо переношу щекотку, но все равно делала это!

— Ура, наконец-то ты признал слабость хоть в чем-то.

— Что ж, можете ничего больше не говорить, — с легкой улыбкой хлопает руками по коленям Наталия. — Ясно, что на съемках вам было очень весело.

— Лично я уже сделал выводы, — добавляет Эдвард.

— Ну раз так, тогда хотелось бы узнать про твою работу, Эдвард, — меняет тему Ракель. — Какого это – быть автором и соавтором песен?

— Это реально здорово! — с широкой улыбкой бодро отвечает Эдвард. — Некоторые песни уже вышли и стали достаточно популярны. А Дерек и Гордон из « Lost In Time » скоро выпустят свой альбом, на котором будут три мои песни.

— О да, братан, ну ты дал! — восклицает Терренс и откидывается на спинку дивана. — Парни рассчитывали на одну песенку, а ты написал целых три.

— Эти песни записывались при моем присутствии, и я знаю, как они будут звучать. Уверяю, это будет бомба !

— Не зря ты находишься у Джорджа в любимчиках. Он любит тебя, наверное, больше меня, Пита или Дэна. Ну… Может быть, у него еще такая же любовь к блондину. Смит тоже обожает его.

— Да, но Джордж не выражает это открыто и ко всем нам относится одинаково хорошо. А также в восторге от тех песен, которые мы записали для своего альбома.

— Ну уж теперь-то он и правда стал относиться к нам гораздо лучше. Да, этот мужик строгий и порой жесткий, но в целом не такой уж и плохой. Так что нам повезло с менеджером.

— Ага, а вы тут говорили, что хотите поменять его!

— Было дело. Но теперь это в прошлом. Тем более, что Смит знает, где и как пиарить нас.

— С такой командой нам точно стоит ждать высоких продаж альбома.

— А после объявления о тура все тут же побегут покупать билеты. Уверен, что у нас точно будет хотя бы одно sold-out шоу.

— И мы с Ракель хотим места в первом ряду у сцены, — уверенно вставляет Наталия.

— Да-да, я никогда в жизни не была на концертах, а для меня это потрясающий шанс, — воодушевленно добавляет Ракель.

— А еще про Анну с Хелен не забудьте.

— Обязательно! Мы с девочками хотим пойти хотя бы на один ваш концерт!

— Ах, милые девушки… — скромно улыбается Терренс, приобнимает Ракель за плечи и прижимает ее к себе. — Вы же прекрасно знайте, что мы с радостью сделаем это. Зарезервируем лучшие места, если вы попросите нас об этом.

— Ваше присутствие позволит нам выступить в два раза лучше, — уверенно добавляет Эдвард.

— Мы знаем, — дружелюбно отвечает Ракель. — И поэтому с нетерпением ждем анонса вашего тура.

— Как самые преданные и любимые наши поклонницы, вы узнайте об этом самыми первыми, — уверенно обещает Терренс.

— Мы с Ракель запомнили ваши слова! — заявляет Наталия, подняв указательный палец. — А как только придут Анна с Хелен, то мы передадим им то, что вы сказали. Напомним вам о вашем общении, когда придет время.

— Хорошо-хорошо, красавицы, мы все поняли, — скромно улыбается Терренс.

Все четверо обмениваются легкими улыбками и замолкают на пару секунд. А после этого Терренс бросает взгляд на то, во что одеты Эдвард с Наталией.

— Слушайте, друзья, а куда это вы так нарядились? — интересуется Терренс. — Во всем белом… Одна надела шикарное платье с туфельками на каблуке. А другой отложил старые лохмотья и наконец-то начал выглядеть как человек, с которым не стыдно выйти на улицу.

— Просто появились бабки, и я начал носить нормальную одежду, — с гордо поднятой головой отвечает Эдвард. — Стал крутым, модным чуваком.

— Ну сегодня ты что-то особенно нарядный. Не уж-то на то есть повод?

— Может быть…

— Эй, а что ты имел в виду, когда по телефону сказал, что у тебя есть хорошие новости?

— Да, Эдвард! — с легкой улыбкой вмешивается Ракель. — Вы с Наталией сидите такие довольные, как будто у вас произошло что-то интересное.

— Это правда, — загадочно улыбается Наталия, положив руку Эдварду на колено. — У нас и правда произошло кое-что хорошее.

— Кое-что очень важное, — уточняет Эдвард, берет Наталию за руку и бросает ей легкую улыбку.

Терренс и Ракель переглядываются между собой перед тем, как мужчина с хитрой улыбкой переводит взгляд на Наталию и Эдварда и говорит:

— Так, ребятки, ну-ка колитесь, чего там у вас произошло!

— Да-да, говорите! — восторженно просит Ракель. — Я умираю от любопытства!

— Э-э-э, а может, мы лучше подождем остальных, чтобы по несколько раз не повторять одно и тоже? — неуверенно предлагает Эдвард. — А когда придут, мы с Наталией и сообщим вам одну новость.

— Да ладно вам, скрытные вы наши, рассказывайте уже! — машет рукой Терренс. — Куда вы там опять влипли? И да, по-моему, я уже предупреждал о том, что не стану ничего для вас делать, если вы опять куда-нибудь влипнете!

— Да, каких хлопот вы подкинете нам на этот раз, дорогие мои? — невинно улыбается Ракель.

— Ну… — задумчиво произносит Эдвард, слегка прикусив губу. — Думаю, что у нас будет не меньше хлопот, чем у вас. Они будут очень даже приятные … Хотя и непростые, должен признаться…

— Приятные хлопоты? — слегка хмурится Терренс.

В этот момент взгляд Ракель падает на левую руку Наталии. А точнее, на серебреное кольцо с розой, которое Эдвард подарил ей на их помолвку.

— Ух ты, Наталия! — слегка улыбается Ракель. — Какое красивое кольцо! Я никогда раньше не видела его!

— Кольцо? — удивляется Терренс, бросает взгляд на кольцо Наталии и невольно вспоминает тот день, когда он сделал Ракель предложение. — На левой руке?

Ракель переводит свой взгляд на свою левую руку. Точнее, на безымянный палец, на котором красуются кольцо, подаренное Терренсом на их помолвку.

— Боже мой… — приоткрывает рот Ракель. — Ребята… Неужели вы…

С широкой улыбкой переглянувшись между собой, Эдвард и Наталия переводят взгляд на Терренса с Ракель и в один голос радостно сообщают:

— Да, мы помолвлены !

Во время воцарившейся на пару секунд паузы Ракель раскрывает свой рот гораздо шире, а Терренс широко улыбается.

— Что вы? — громко удивляются Ракель и Терренс, уставив свой вопросительный взгляд на Наталию и Эдварда.

— Помолвлены, — скромно улыбается Эдвард. — Мы с Наталией собираемся пожениться.

— Черт, ребята, вы это серьезно? — не верит своим ушам Терренс.

— Сюда посмотри! — восклицает Наталия, показывая Терренсу свою левую руку и указывает на помолвочное кольцо на безымянном пальце. — Так что готовься, МакКлайф, скоро я стану частью твоей семьи. Эдвард сделал мне предложение, а я, как ты можешь видеть, с радостью приняла его.

— Боже мой, Наталия… — широко улыбается Ракель, приложив сложенные вместе руки ко рту. — Подружка…

— Готовьтесь принимать еще одного члена семьи, — уверенно говорит Эдвард, придерживая Наталию за плечи. — Скоро эта белокурая красавица станет одной из нас.

— А-а-а! — издает радостный возглас Терренс. — Вот эта классная новость!

— Я так рада за вас! — радостно добавляет Ракель.

— Так что я с гордостью представляю вам свою невесту, которая очень скоро станет моей женой, — с широкой улыбкой сообщает Эдвард.

— Боже мой, я так взволнована! — взволнованно признается Наталия. — Не могу поверить, что я выхожу замуж!

— Мы станем одной семьей! — радостно и громко восклицает Ракель.

— Да! — громко возглашают Наталия, Эдвард и Терренс.

Все четверо резко встают с дивана, продолжая издавать радостные возгласы. Пока Терренс подлетает к Эдварду и заключает в крепкие объятия с широкой улыбкой на лице, Ракель спешит поздравить взволнованную Наталию.

— Наталия, подружка! — радостно восклицает Ракель и заключает Наталию в дружеские объятия. — Поздравляю тебя! Я так рада за тебя.

— Спасибо огромное, Ракель! — с широкой улыбкой благодарит Наталия, отстраняется от Ракель и прикладывает руки к своим щекам. — Боже мой, я наконец-то выхожу замуж!

— Вот и ты дождалась этого момента. Как долго ты мечтала об этом, и вот пришло твое время.

— Не могу поверить! Это похоже на сон!

— Ты заслужила быть счастливой, дорогая. — Ракель с легкой улыбкой берет Наталию за руки. — На твою долю выпало немало страданий, но судьба сделала тебе долгожданный подарок. Это награда за все твои слезы.

— Я не поверила своим ушам, когда Эдвард сделал мне предложение. И не верила своим глазам, когда он встал на одно колено и показал это кольцо.

— Понимаю, милая. И теперь ты понимаешь, как я себя чувствовала, когда Терренс предложил мне стать его женой.

— Очень хорошо понимаю.

— А ты случайно не догадывалась о планах Эдварда?

— Ты что! Я думала, он либо никогда не предложит мне это, либо еще очень нескоро. И жутко разволновалась, когда это случилось. Настолько, что у меня пропал дар речи. — Наталия скромно хихикает. — Бедный Эдвард даже на мгновение подумал, что я откажу ему. Кое-как взяла себя в руки, чтобы сказать заветное « да ». Хотя все равно еще долго плакала от радости и чуть сознание не потеряла от волнения.

— Ах, Наталия… — с легкой улыбкой качает головой Ракель. — Ты себе не представляешь, как я рада за тебя. Уверена, что тебе повезет с Эдвардом, и вы будете очень счастливы.

— Спасибо, Ракель! — радостно благодарит Наталия. — Спасибо огромное!

Наталия еще раз заключает Ракель в дружеские объятия с широкой улыбкой на лице. А отстранившись, девушка гордо демонстрирует подруге свое помолвочное кольцо, от которого та приходит в восторг. И пока невеста получает поздравления, Эдвард с радостью принимает их от Терренса, не скрывающий, что он безумно рад состоявшейся помолвке.

— Эдвард, братик! — радостно восклицает Терренс, заключает Эдварда в крепкие объятия и хлопает его по спине с легкой улыбкой на лице. — Поздравляю тебя! Я так рад за тебя!

— Большое спасибо, брат, — искренне благодарит Эдвард и отстраняется от Терренса. — А-а-а! Черт возьми, я женюсь ! Не могу в это поверить!

— Рано или поздно это должно было случиться. Ты должен был понять, что она – та девушка, которая тебе нужна.

— Я всегда это знал. Просто решил немного подождать, пока улягутся страсти, а я встану на ноги в финансовом плане.

— И правильно сделал. Надеюсь, что ты очень хорошо обдумал свое решение и не пожалеешь о нем.

— Ни за что. Сейчас я понял, что пришло мое время жениться. И полностью уверен в том, что хочу сделать.

— Я рад, если это решение хорошо обдуманное.

— Но черт! — Эдвард хлопает себя рукой по лбу. — Как сильно я нервничал! Думал, что лишусь дара речи, когда начну говорить и дойду до момента предложения.

— Понимаю, брат, понимаю, — скромно улыбается Терренс. — Сам ужасно волновался, когда хотел сделать Ракель предложение.

— О, я подумал, что Наталия откажется, потому что она не сразу ответила согласием. Только лишь потом сказала, что слишком разволновалась и не могла говорить. Расплакалась от счастья и еще долго не могла успокоиться.

— Просто ты реально обрадовал девчонку, которая думала, что ей уже не удастся выйти замуж. Вот она и расчувствовалась.

— В любом случае я чертовски рад, что она согласилась. Очень скоро я женюсь на лучшей девушке на свете, которую безумно люблю. Которая сумела заставить меня понять, что пора жениться и создавать свою семью.

— Я правда очень рад, Эдвард. — Терренс хлопает Эдварда по плечам, а затем берет его за них. — Наталия – чудесная девушка. Здорово, что именно она станет членом моей семьи. Я никогда не скрывал, что она мне очень нравится.

— Нет причин не любить ее.

— Сделай ее счастливой и не бросай. Помни, что она нуждается в тебе.

— Ни за что! — уверенно обещает Эдвард. — Больше я такой ошибки никогда в жизни не допущу!

— Еще раз поздравляю тебя, брат. Ты как никто другой заслужил быть счастливым. После всего, что тебе пришлось пережить.

— Спасибо большое, Терренс. Спасибо.

Эдвард снова крепко обнимает Терренса с легкой улыбкой на лице, похлопав его по спине. После чего МакКлайф-старший подходит к Наталии, а МакКлайф-младший готовится принять поздравления от Ракель.

— Поздравляю, Эдвард, — с широкой улыбкой поздравляет Ракель. — Я правда очень рада за тебя и Наталию. И рада, что вы решились на этот шаг.

— Я хотел жениться на твоей подруге еще очень давно, — скромно признается Эдвард. — Однако из-за той ужасной ситуации мне пришлось позабыть об этом. Если бы мы не расстались, я бы сделал Наталии предложение едва ли не после первой недели наших отношений. Потому что уже тогда сильно любил ее.

— Думаю, даже хорошо, что все сложилось иначе. Если бы в момент того конфликта вы уже были помолвлены, то вам бы пришлось разрывать помолвку. А после примирения снова заключать ее.

— Знаю.

— Ты уж прости, что я так говорю, но ты правильно поступил, что решил жениться на Наталии именно сейчас. Ваши отношения стали намного лучше, суд над твоим дядей закончился, а ты был признан невиновным и начал зарабатывать свои деньги. Нет причин тянуть и дальше.

— Никаких обид, Ракель, — с легкой улыбкой отвечает Эдвард. — Я и сам считаю, что все происходящее было нам на пользу. Хоть мне и стыдно за тот конфликт, я считаю, что именно он помог нам понять, что мы не можем жить друг без друга. Никто бы не заменил мне Наталию.

— Я рада это слышать. — Ракель мягко гладит Эдварда по плечу. — И рада, что она выйдет именно за тебя . Ты – прекрасный человек и прекрасная кандидатура в ее мужья. Я видела многих ее парней, но ни один из них мне не нравился. Может, поначалу ты тоже не очень нравился мне из-за подозрительного поведения, но теперь я не хочу видеть рядом с ней никого, кроме тебя.

— Сделаю все, чтобы у нее больше не было других.

— Просто сделай ее счастливой и продолжай оберегать так, как ты делал это всегда, — советует Ракель, взяв Эдварда за руки. — И она даже не подумает о том, чтобы променять тебя на кого-то другого.

— Конечно.

— И помни, Наталии нужен сильный, уверенный, заботливый и смелый человек, который ради нее любого порвет.

— Не беспокойся, дорогая, со мной Наталия будет очень счастлива, — уверенно отвечает Эдвард. — И я сделаю все, чтобы она чувствовала себя в безопасности.

— Я верю, Эдвард, — с легкой улыбкой мягко говорит Ракель. — Еще раз поздравляю тебя с помолвкой! Не забывай, что я всегда была за тебя и Наталию и желаю вам только самого лучшего.

— Спасибо огромное, Ракель. — Эдвард мягко гладит Ракель по плечам. — Спасибо. Ты лучшая.

— Рада это слышать, братик.

— Взаимно, сестренка.

Ракель и Эдвард обмениваются дружеским поцелуем в щеку и с легкими улыбками заключают друг друга в крепкие объятия.

— Черт, Наталия! — радостно восклицает Терренс. — Я так рад за тебя и Эдварда! Так здорово, что вы все-таки решили пожениться.

— Ах, приятель, а как счастлива я! — широко улыбается Наталия. — Все случилось в тот момент, когда я уже потеряла надежду выйти замуж. И вот чудо – твой братик сделал мне предложение.

— Рано или поздно это случилось бы, подруга. Все шло к подобному итогу.

— Кстати, а ты знал о намерении Эдварда сделать мне предложение еще очень давно?

— Да, это правда. Эдвард признался в этом во время нашей поездки в дом дяди в день его ареста. Тогда он сказал, что к тому времени уже понял, что хочет жениться. И жениться он хотел только на тебе .

— Надо же… — слегка улыбается Наталия.

— И ты уж не обижайся, но я считаю, что вы правильно поступили, что решили жениться сейчас. Если бы вы заключили помолвку гораздо раньше и поругались, то вам пришлось разорвать ее. А это была бы еще одна причина для стресса.

— Ты прав, Терренс, — кивает Наталия. — Здесь я с тобой согласна. Я тоже рада, что мы решили пожениться сейчас. Нам с Эдвардом нужно было проверить наши отношения, прежде чем идти на такой шаг.

— Я и сам попросил Эдварда не торопиться с предложением. И… Я так понимаю, он все-таки прислушался ко мне. Хотя зная его, этот парень запросто мог бы попросить тебя стать его женой сразу же после примирения.

— Я бы все равно согласилась, потому что знаю, что люблю этого человека. И уверена, что выхожу замуж один раз и на всю жизнь. Что мой брак будет такой же крепкий, как и брак родителей, которые вместе уже двадцать восемь лет, а осенью отпразднуют двадцать девятую годовщину.

— Эдвард разделил бы твое мнение. Он говорил, что и сам хотел бы жениться только раз. И не понимает тех, кто разводится по несколько раз. Хоть мой братец и кажется безответственным раздолбаем, я уверен, что из него получится прекрасный муж.

— Не сомневаюсь в этом.

— Рядом с тобой он все больше взрослеет и становится мужчиной. Ты очень хорошо на него влияешь. Благодаря твоей любви к нему он стал совершенно другим человеком. Не таким, каким я знал его несколько месяцев назад.

— Я знаю, Терренс, — скромно улыбается Наталия. — И знаю, что не могу жить без этого человека. Он – все для меня. Без него я не могу быть счастливой… Ни с кем более мне не было так хорошо, как с Эдвардом. Твой брат – удивительный человек. Которого я больше не хочу терять.

— Нет, Наталия, вы никогда не расстанетесь, — с легкой улыбкой говорит Терренс, мягко взяв Наталию за руки. — Эдвард безумно любит тебя и сделает все, о чем ты его попросишь. И доказал это своими поступками, которые совершил ради твоего благополучия. Ради тебя он пошлет все свои страхи к черту и будет горой стоять за тебя.

— И останется сильным, храбрым и счастливым, как любит говорить наша милая Ракель.

— Да. В любом случае я от всей души поздравляю тебя и Эдварда! Вы заслужили быть счастливыми. Пусть этот брак станет для вас наградой за всю боль и все страдания, что каждый из вас пережил.

— Спасибо огромное, Терренс, — с легкой улыбкой благодарит Наталия и мягко гладит Терренса по плечу. — Ты всегда был потрясающим другом для меня.

— Ты здорово смотришься с моим братом. Вы приносите радость и свет даже в самые темные уголки. Я всегда буду за ваши отношения и с радостью принимаю тебя в свою семью.

— Я рада, что мы с тобой станем родственниками.

— Теперь я могу сказать это вполне официально… — Терренс расставляет руки в стороны. — Добро пожаловать в семью МакКлайф, подруга. То есть… Невестка…

— Спасибо, приятель… А точнее, будущий деверь…

Наталия и Терренс скромно хихикают, обмениваются дружеским поцелуем в щеку и заключают друг друга в крепкие объятия, не скрывая своих широких улыбок. А когда они отстраняются спустя несколько секунд, к ним подходят Эдвард и Ракель.

— Еще раз поздравляю вас обоих, — с широкой улыбкой бодро говорит Терренс. — Я полностью одобряю ваше решение и надеюсь, что оно принесет вам лишь радость.

— Если бы я не был в этом уверен, то вряд ли решился сделать предложение, — уверенно отвечает Эдвард, приобнимая Наталию за талию.

— А я бы не приняла его, если бы не хотела, — добавляет Наталия.

— Да куда бы ты делась! — скромно хихикает Ракель. — Стоило бы Эдварду поманить тебя пальчиком, как ты бы побежала регистрировать брак, едва зная его.

— Так говоришь, будто я была готова буквально наброситься на этого красавчика, когда он встал у меня на пути, — по-доброму усмехается Наталия.

— Отчасти это так. Не обижайся, дорогая, но я не могу промолчать.

— Ну а чего же не набрасываться! Если бы я вовремя не отхватила себе такое сокровище, то какая-нибудь другая девчонка положила на него глаз. А я бы не хотела этого.

— Это я вовремя подсуетился и забрал себе эту блондиночку, — с гордо поднятой головой вставляет Эдвард. — А она у меня сногсшибательная красавица, на которую заглядываются все, кому не лень. Упустил бы момент – кто-то более шустрый забрал бы ее себе.

— В любом случае эта история точно сулит хороший конец, — уверенно отвечает Терренс. — И еще раз повторю, я рад, что это случилось именно сейчас.

— Что ни делается, все к лучшему, — с легкой улыбкой говорит Ракель.

В воздухе на несколько секунд воцаряется пауза, во время которой все скромно улыбаются друг другу и приобнимают своих вторых половинок.

— Эй, а ваши родители уже знают о том, что вы решили пожениться? — интересуется Терренс.

— Еще нет, — качает головой Наталия. — Но я скажу родителям сегодня вечером, когда они вернутся домой. Отец с матерью должны были уехать на встречу где-то часа в четыре. Ну а когда вернутся – обрадую их новостью о помолвке и покажу свое шикарное колечко.

— Мама еще не знает, — признается Эдвард. — А вот отец – да.

— Отец знает? — округляет глаза Терренс. — Но как?

— Просто пару недель я приехал в « The MacClife Shipping ». Хотел расспросить его о том, как он сделал маме предложение, но сделать это так, чтобы не выдать себя. — Эдвард на секунду бросает взгляд на свои руки. — Правда, отец сразу обо всем догадался. Поначалу я не хотел говорить, но потом все-таки рассказал ему, что хочу сделать Наталии предложение, но не знаю как.

— Значит, он еще ничего не сказал маме?

— Я попросил его не говорить. До тех пор, пока сам не сделаю это. Конечно, пришлось немного подождать, пока он сделает пару звонков, но потом отец попросил принести нам по чашке кофе, и мы все обсудили.

— Он все еще целыми днями находится на работе? — интересуется Ракель.

— Да, отец очень много работает: то документы изучает, то звонит кому-то, то следит за чем-то, то контролирует работу сотрудников и ребят, которые стажируются в компании. В общем дел хватает!

— И что, мистер МакКлайф не жалуется?

— Нет, отец не жалуется и делает то, что должен. Он любит свое дело и отдает ему все силы. У него буквально глаза горят, когда он приходит домой. Конечно, не мучает нас с мамой разговорами о делах, но не скрывает, как счастлив продолжать дело дедушки Мануэля.

— Здорово, когда человек любит свою работу, — скромно улыбается Наталия. — Когда она ему только в удовольствие.

— Кстати, а что он рассказал тебе про свою помолвку с мамой, если это не секрет? — интересуется Терренс.

— Нет, не секрет, — пожимает плечами Эдвард. — Оказалось, что отец сделал предложение спонтанно. То есть, он хотел жениться на маме, но не мог подобрать подходящего момента. Да и ситуация с потерей дома и компании тоже заставляла его сомневаться. Он боялся, что не сможет дать матери все, что она хочет. Тем не менее отец сказал, что все-таки его любовь к ней оказалась намного сильнее, и он на последние деньги купил недорогое колечко.

— Удивительно, что мама осталась с ним, прекрасно зная всю ситуацию, и не испугалась того, что будет жить с отцом в нищете по вине этого старого ублюдка Майкла.

— Она любила его и была готова идти за ним хоть на край света. Даже смирилась с тем, что у нее не будет шикарной церемонии и пышного белого платья, и легко согласилась на очень скромную церемонию, ради которой им даже пришлось просить у мистера Джонсона в долг.

— Как говорится, с милым рай и в шалаше, — задумчиво говорит Ракель. — Миссис МакКлайф знала, на что шла, но все равно не бросила своего любимого человека и оставалась с ним до самого конца.

— Да, и я прекрасно понимаю ее, — слегка улыбается Наталия. — Когда по-настоящему любишь человека, то тебя не волнует, беден ли он или богат.

— А зная всю историю родителей, я перестал удивляться, что мама всю жизнь так сильно любила отца и ждала, что он вернется к ней, — уверенно признается Терренс. — Даже не думала о том, чтобы посмотреть на других мужчин.

— Кстати, Эдвард, а ты тоже не планировал делать Наталии предложение? — интересуется Ракель. — Или у тебя был план?

— Нет, я как раз планировал это сделать, — качает головой Эдвард. — Знал, где именно хочу предложить Наталии пожениться. Для меня было важно, чтобы это было безлюдное место. Я бы сильно нервничал, если бы на меня пялилась куча людей.

— Это определенно станет причиной чувствовать себя счастливыми.

— Но будто бы ошалевшими, — скромно хихикает Наталия. — Я вот до сих пор не могу поверить, что это правда. И отделаться от мысли, что эта радость будет недолгой.

— Не переживай, Наталия, скоро ты привыкнешь, — с легкой улыбкой отвечает Ракель. — Считай, что это начало нового прекрасного этапа в твоей жизни: ты покинешь дом родителей и будешь жить с мужем.

— Меня это не пугает. Меня пугает то, что предложение Эдварда может оказаться сном. Что я проснусь утром и пойму, что мне это приснилось, и никто не предлагал мне выходить замуж.

— Я прекрасно понимаю тебя, милая. Потому что первое время тоже не могла поверить, что скоро выйду замуж за Терренса и все время щипала себя с целью понять, сон ли это или реальность.

— А когда придет время свадебной церемонии, самой главной целью будет не расплакаться, когда судья или священник спросят нас, согласны ли мы стать мужем и женой. — Наталия на секунду закатывает глаза. — И не упасть в обморок от волнения. Уж я-то точно могу!

— Не беспокойся, дорогая! — скромно хихикает Терренс. — На случаи обмороков у нас будет Бен, который обязательно захватит с собой пузырек с нашатырем. Когда один его дружок женился, то он тряс им у него перед носом и говорил, что готов в любую минуту оказать первую помощь.

— Надо же, — по-доброму усмехается Ракель.

— Кстати, МакКлайф… — задумчиво произносит Наталия. — А куда пропали те парни, с которыми ты часто общался в начале романа с Кэмерон? Коди и Джозеф, кажется…

— Не знаю, Наталия, — качает головой Терренс. — Я уже давно не общался с ними.

— А девчонки их знают? — слегка хмурится Эдвард.

— Конечно, знают. Когда Прескотт, Фриман и Паркер познакомились с Наталией, Анной и еще двумя их подружками, так они сразу же начали клеиться к ним.

— Да-да, я в курсе , что Паркер клеился к моей невесте, — хитро улыбается Эдвард.

— Да, братец, не уехала бы Блонди в Мексику и не потеряла с Паркером связь, ты бы остался у разбитого корыта.

— Даже представить не могу, чтобы я делал без своей любимой.

С этими словами Эдвард прижимает Наталию поближе к себе, обнимая ее обеими руками, пока та скромно улыбается. На несколько секунд в воздухе воцаряется пауза, а затем сначала Ракель направляется к дивану и присаживается на него, а затем то же самое делают и остальные.

— Кстати, ребята, а какие у вас мнения о том, какой должна быть ваша свадьба? — с легкой улыбкой интересуется Ракель.

— Планируйте улететь на какой-нибудь островок и заключить брак среди пальм и песков? — загадочно улыбается Терренс. — Одеться во все белое… По-моему, вполне в вашем духе!

— Идея с островом отличная , — задумчиво отвечает Эдвард. — Но считаю, что будет лучше отпраздновать свадьбу здесь, в Нью-Йорке. Вместе с близкими друзьями, знакомыми и родственниками.

— Да, как же мы будем играть свадьбу и не пригласим на нее всех близких! — удивляется Наталия. — Мы же не хотим, чтобы на нас обиделись. И собираемся разделить эту радость вместе со всеми вами.

— Кстати, забыл сказать! — Эдвард указывает пальцем на Терренса и Ракель, сидящих напротив него. — Вы оба просто обязаны быть на моей свадьбе. Я хочу видеть вас среди гостей.

— Пф, братан, а ты думаешь, меня там не будет? — ухмыляется Терренс. — Да я бы приехал на твою свадьбу даже без приглашения! Терренс МакКлайф ни за что не пропустит такое важное событие, как свадьба моего младшего братика. И обязательно скажет свой тост.

— И половину тоста ты будешь нахваливать себя любимого.

— Люди должны знать, кем я тебе прихожусь. Пусть знают, что ты гордишься быть моим родственником.

— Наверное, ты сейчас прибьешь меня за то, что я хочу предложить, — предполагает Наталия.

— С чего это вдруг? — удивляется Терренс.

— А что если нам всем пожениться в один день ?

— В один день? — переспрашивают Ракель, Эдвард и Терренс.

— Да, устроить, так сказать, двойную свадьбу. — Наталия с легкой улыбкой пожимает плечами. — Мне кажется, было бы круто!

— Слушай, а мне нравится твоя идея! — загадочно улыбается Ракель. — Что если нам и правда устроить обе свадьбы в один день? Мы с Терренсом до сих пор не определились с датой и даже еще не начинали приготовления к свадьбе. Да и мы были так заняты, что порой забывали о нашей помолвке.

— Ну так давайте и правда поженимся в один день? — бодро предлагает Эдвард. — Лично я буду только за.

— А что, отличная идея! — широко улыбается Терренс. — Будем на свадьбе друг друга!

— Надо же, а я-то думала, ты откажешься! — признается Ракель. — Начнешь говорить, что в такой знаменательный день звезда может быть только одна.

— И правда, братец, я тоже подумал, что ты начнешь возражать, — признается Эдвард.

— Да что вы, ребятки! — восклицает Терренс. — Для меня будет честью разделить радость со своим дражайшим братиком и жениться на любимой девушке в тот же день, что и он.

— Ну тогда решено? — интересуется Наталия. — Женимся в один день?

— Только нам придется договариваться обо всем сообща, — отмечает Ракель.

— Ну и договоримся! Мы же не чужие друг другу люди!

— Тогда давайте обрадуем наши семьи и наших друзей и сообщим, что они могут приходить на двойную свадьбу, — бодро предлагает Терренс.

— И дадим девчонкам понять, что у них будет два шанса поймать свадебный букет.

— А у парней – два шанса поймать подвязку! — восклицает Эдвард.

— Должна признаться, что на днях мне приснилось то, что я была на чьей-то свадьбе и поймала свадебный букет, — скромно признается Наталия.

— Правда? — удивляется Ракель, переведя взгляд на Наталию.

— Да, я стояла в сторонке, пока какие-то девушки буквально дрались за него. Но букет каким-то волшебным образом сам прилетел ко мне в руки, не оставив другим девушкам никакого шанса.

— Надо же… — загадочно улыбается Эдвард.

— Послушай, подруга, да это же знак ! — восклицает Терренс. — Твой сон как будто давал тебе понять, что скоро тебя ждет предложение руки и сердца.

— Может быть… — пожимает плечами Наталия. — К тому же, во сне я жаловалась Анне и Ракель, что у меня никого не было. Не было на горизонте моего принца на белом коне.

— Однако принц на белом коне, как ты тогда выразилась, сам нашел тебя, — бодро отмечает Ракель. — В реальности.

— О да, набрался смелости подсесть к Рочестер, сказав, что в кафе типа не было свободных мест, — тихо хихикает Терренс.

— Вообще-то тогда там и правда не было мест! — возражает Эдвард. — А Наталия была одной из тех, кто сидел в одиночестве. У меня был выбор: подсесть к какому-то дедусе с газеткой в руках, мужику с ребенком, парню шестнадцати лет, суровой бабуле или же невероятно красивой, но грустной блондиночке. По-моему, выбор был очевиден .

— Ах, ну тогда все понятно!

— Это и правда судьба, — невинно улыбается Наталия. — Судьба привела твоего братика ко мне.

— Иногда сны все-таки сбываются , — уверенно говорит Ракель, теребя свою сережку.

— А еще иногда невозможное бывает возможно! — бодро отмечает Терренс. — Хоть я не очень верю во все эти приметы и сны, вынужден признать, что бывают случаи, когда они сбываются.

— А еще Эдвард опередил Даниэля, который до сих пор не сделал Анне предложение, хотя он говорил об этом не раз.

— Точно, братец! — щелкает пальцами руки Терренс. — Ты же созрел для женитьбы гораздо быстрее Перкинса! Наверное Анна уже замучилась ждать, пока он встанет на одно колено с колечком в руках.

— Однако Анна не из тех, кто будет доставать мужчину с просьбой жениться на ней, — с легкой улыбкой отмечает Ракель.

— Да, она будет ждать, пока он сам созреет, — уверенно добавляет Наталия.

— Интересно, он еще долго собирается тянуть с предложением? — задается вопросом Терренс. — И сделает ли он его вообще? Благодаря Анне в доме Даниэля всегда чисто и пахнет вкусной едой. Чего еще ему надо? Девчонка-то красивая, ласковая, хозяйственная и заботливая… Такая просто создана для семейной жизни!

— Да сделает он его, не парься! — машет рукой Эдвард. — Даниэль же просто не может жить без Анны и рано или поздно тоже обрадует нас новостью о том, что он женится.

— Эй, а может, нам вообще сделать тройную свадьбу? — бодро предлагает Ракель. — Или подождать, пока можно будет сделать четвертную?

— Мне кажется, Даниэль был бы против, — предполагает Наталия. — Он бы точно сделал так, чтобы день свадьбы с Анны был только их.

— Да уж! — скромно хихикает Эдвард. — Уверен, что он сделал бы нам с братцем какую-нибудь подлянку, если бы наши свадьбы были запланированы на один и тот же день.

— Именно поэтому я советую не допускать этого, — советует Терренс.

— Да, с этим чуваком лучше не связываться.

— Уж лучше мы с вами повеселимся на шикарной двойной свадьбе.