Ракель широко улыбается с прикрытыми глазами и обеими руками крепко вцепляется в подушку, довольно тяжело дыша и понимая, что бешеное сердцебиение отдается эхом в ее виски. Впрочем, Терренс и сам едва может дышать и едва понимает, что происходит вокруг него, будучи одурманенным головокружительным запахом этой темноволосой красавицы, чье податливое и горячее тело сразу же отзывается на любые его ласки и поцелуи.

— Ах, хороша чертовка! — с наслаждением низким, слегка охрипшим голосом произносит Терренс, пока его руки продолжают ласкать изгибы талии Ракель, а его губы – покрывать поцелуями нижнюю часть ее живота. — Невероятно сексапильная…

— Я хочу тебя… — с громким придыханием произносит Ракель и чувственно стонет. — Возьми меня, Терренс… Пожалуйста…

— С огромным удовольствием, детка. Я покажу тебе все, что умеет Терренс МакКлайф. Все, ради чего любая девчонка душу бы продала дьяволу.

Терренс подкладывает руку под спину Ракель и поднимает ее с целью избавить от черного платья, которое не дает ему добраться до обнаженного тела, что приводит его в восторг. Но как только его руки берутся за края юбки, а губы оставляют поцелуй на каждой части ее лица, они оба слышат мужской голос, раздающийся на первом этаже:

— Эдвард! Здорово, приятель! Рад тебя видеть!

Это заставляет Терренса и Ракель резко отстраниться и мгновенно протрезветь. Они начинают внимательно прислушиваться к звукам, что раздаются в гостиной, и слышат громкий хлопок ладоней, говорящий о том, что кто-то кого-то приветствует.

— Привет, Бен, давно не виделись! — раздается бодрый голос Эдварда. — Выглядишь очень счастливым.

— Да ты сам излучаешь свет и радость, — уверенно отвечает Бенджамин. — Прямо-таки ходячий позитив!

— Говоришь как мой братец. Он обожает эту фразу.

— Однако попал в точку. — Бенджамин замолкает на секунду. — О, привет, Наталия! Давно не встречались.

— Привет, Бен, — дружелюбно отвечает Наталия. — Рада тебя видеть.

— Надо же какая ты сегодня красотка! Оделась прямо как невеста! Да и МакКлайф тоже принарядился как жених.

— Может быть… Может быть… Кстати, ты и правда выглядишь очень счастливым.

— А мне не на что жаловаться! Моя жизнь просто замечательная, и я всем доволен.

— Почему что мы с тобой встречаемся? — раздается голос Блер.

— Конечно, радость моя. Я – самый счастливый мужчина на свете, потому что встретил такую потрясающую девушку.

— Мы видим, — скромно говорит Наталия.

— Да, а куда подевался мой любимый братик? — интересуется Эдвард. — Что-то я его здесь не вижу…

— А куда пропала моя лучшая подружка?

— Да эти голубки наверху, — уверенно отвечает Бенджамин. — У них там сейчас страсти, походу, кипят. Наверное решили заняться быстрым сексом перед вашим приходом.

— О, так значит, мы с блондиночкой зря торопились! — ухмыляется Эдвард. — Хоть Терренс по телефону и выразил недовольство по поводу того, что мы еще не явились, уверен, что при виде Ракель у него это вообще вылетело из головы.

— Да уж, Кэмерон умеет вскружить голову МакКлайфу-старшему, — скромно хихикает Наталия. — Только и делает, что подбирает слюни, когда видит ее.

— Ой, да не беспокойтесь, ребятки! — восклицает Бенджамин. — Сейчас они услышат наш разговор и как миленькие придут сюда.

— Высматривайте их у тех перил на втором этаже, — уверенно говорит Эдвард. — Это любимое место нашей любимой парочки, от которой страсть так и прет.

— Там очень хороший обзор на всю гостиную, — скромно отмечает Блер.

— Поэтому они и любят стоять там и наблюдать за нами.

— Так что советуем вам, ребятки, смотреть туда и ждать их появления, — уверенно говорит Наталия.

Вся компания скромно хихикает, а потом они начинают говорить гораздо тише. Из-за чего немного протрезвевшие, но все еще немного красные, тяжело дышащие и вспотевшие Терренс и Ракель уже не могут услышать их.

— Что ж, пора закругляться, — задумчиво говорит Ракель, поправляя свои волосы.

— А Эдвард не соврал, когда сказал, что будет здесь вовремя, — щелкает пальцами Терренс. — Немного приструнил этого спиногрыза – и он приехал как миленький.

— А может, и не вовремя? Я понятия не имею, сколько сейчас времени!

— Может быть. Но главное, что мой братец и его подружка здесь.

— Значит, осталось дождаться только Даниэля с Анной и Питера с Хелен.

— Ой, эти точно приедут позже! — машет рукой Терренс. — И парни обязательно свалят всю вину на девчонок и скажут, что они долго одевались, красились и причесывались.

— По крайней мере, они звонили и сказали, что скоро выйдут.

— Посмотрим.

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, во время которой Ракель и Терренс скромно улыбаются и поправляют свои волосы.

— Ох, ладно, надо идти, — уверенно говорит Терренс, берет свою градиентную рубашку, надевает на себя и застегивает все пуговицы, кроме пары верхних. — Пусть Паркер немного поразвлекает их, а мы с тобой быстро приведем себя в порядок и спустимся.

— Они точно догадались, чем мы тут занимались, — скромно хихикает Ракель. — Уж у твоего братца очень хорошая чуйка, и он читает тебя как уже знакомую книгу.

— Как будто я не знаю, чем он занимался до того, как услышал звонок на телефон Наталии. Как сначала мой братик соблазнял ее, а потом твоя подружка ублажала его.

— Ох, Терренс…

Ракель лениво встает с кровати, одергивает вниз свое платье, поправляет ремешки своих туфлей, подходит к зеркалу, немного причесывает свою копну волос и вносит коррективы в свой сделанный в черных и серых тонах макияж. Терренс же приглаживает свои взъерошенные волосы и проводит руками по своему покрасневшему лицу.

— Ох, ладно, давай ты пойдешь к ним первая, — устало предлагает Терренс и медленно поднимается на ноги. — Я пока пойду в ванную и умоюсь холодной водой.

— Хорошо, — скромно улыбается Ракель. — Присоединяйся, когда будешь готов.

— Несомненно, любовь моя. — Терренс подходит к Ракель со спины и, взяв ее за изгибы талии, нежно целует ее в щеку. — Я не задержусь.

— Так, ну-ка отвали. — Ракель мягко вырывается из объятий Терренса. — А иначе мы уже никогда не уйдем отсюда.

— Всего один поцелуйчик. — Терренс берет голову Ракель в руки и нежно целует ее в лоб. — Не более.

— Хорошо, один! — Ракель гладит Терренса по одной щеке и мило целует его в другую. — Все, свободен.

Ракель разворачивается с гордо поднятой головой и, слегка покачивая бедрами, плавной походкой подходит к двери и покидает комнату, пока Терренс с широкой улыбкой смотрит ей вслед. А как только он остается один, то одергивает свою рубашку, поправляет воротник и рукава, подходит к зеркалу и хлопает себя по горящим щекам с надеждой немного взбодриться.

***

Ракель спускается по лестнице на первый этаж, держась за перила, и видит, как Бенджамин, Блер, Эдвард и Наталия, стоящие в обнимку со своими вторыми половинами и весело общаются друг с другом. В какой-то момент все четверо прекращают разговор, поскольку слышат негромкий, но четкий стук шпилек туфель, раздающийся из-за соприкосновения с мрамором, и переводят свой взгляд на темноволосую красавицу.

— О чем разговор, ребята? — с легкой улыбкой интересуется Ракель. — Я что-нибудь пропустила?

— Разве что приход гостей, — отвечает Блер и указывает на Эдварда и Наталию, которые скромно машут Ракель рукой.

— Вы тут так громко говорили, что мы с Терренсом сразу поняли, кто сюда приехал.

— Разве мы говорили громко? — округляет глаза Бенджамин.

— Могу пересказать все, что вы здесь говорили.

— Ладно… Возможно…

— Кстати… — Ракель переводит взгляд на Наталию и Эдварда. — Привет, ребятки.

— Привет, Ракель, — дружелюбно здороваются Эдвард и Наталия.

Ракель подходит к Эдварду и Наталии и по очереди обнимает их и обменивается дружеским поцелуем в щеку.

— Вы, как всегда, излучайте свет и радость, — с легкой улыбкой говорит Ракель. — И принесли их в этот дом.

— Бен с Блер сказали нам то же самое, — дружелюбно отвечает Эдвард.

— Что правда, то правда, приятель, — со скромной улыбкой пожимает плечами Бенджамин. — Стоит вам где-то появиться, как вокруг все озаряется светом.

— Буквально разгоняйте тучи над городом и приносите в него тепло, — скромно улыбается Блер.

— В этом определенно есть доля правды, — уверенно отвечает Ракель.

Приобнимающие друг друга Эдвард и Наталия переглядываются между собой с легкими улыбками на лице.

— Кстати, Ракель, а почему ты спустилась к нам одна? — интересуется Бенджамин и загадочно улыбается. — Куда же подевался наш неотразимый и слишком уверенный в себе павлин?

— Чистит перышки после бурных ласк, которые вы решили подарить друг другу, чтобы скоротать время? — скромно хихикает Эдвард, скрестив руки на груди.

— Он наверху, в нашей комнате, — дружелюбно отвечает Ракель. — Сейчас спустится наш красавчик.

— Да, подруга, вижу, МакКлайф снова свел тебя с ума, — по-доброму усмехается Наталия. — Ты прямо вся светишься от радости…

— Ой, да пристал ко мне как банный лист. — Ракель заправляет прядь волос за ухо и, закатив глаза, теребит свою сережку в форме пера. — Никак не могла отвязаться от него…

— Ну что же ты хочешь! — восклицает Бенджамин. — Весна наступила! Коты вышли на охоту и сходят с ума. Вот и у нашего неподражаемого Терри шалят гормоны.

— Пф, да у этого мартовского кота гормоны круглый год шалят, — усмехается Эдвард. — Может возбудиться, даже если он просто посмотрит на голого себя в зеркале.

— Что-то в этом есть, — скромно смеется Ракель.

— В этом ты сама виновата, дорогая моя, — уверенно отвечает Наталия. — Дразнишь его все время, а он весь изводится.

— Ну… Это еще кто кого дразнит…

Все скромно смеются, а в воздухе на несколько секунд воцаряется небольшая пауза. После чего Бенджамин быстро окидывает Ракель, Наталию и Эдварда взглядом. А точнее, то, во что они одеты.

— Эй, ребятки, я тут смотрю, у вас разделение на темную и светлую сторону, — бодро отмечает Бенджамин.

— Точно! — с легкой улыбкой соглашается Блер. — Похоже, что Ракель находится на темной стороне, а Эдвард с Наталией – на светлой.

— Слушайте, кажется, у вас назревает борьба света и тьмы, — весело говорит Бенджамин.

— М-м-м, точно… — загадочно улыбается Эдвард, окидывая Ракель взглядом. — Кэмерон же одета в черное…

— Что, подружка, перешла на темную сторону? — скромно хихикает Наталия.

— Нет, я все еще на светлой стороне, — уверенно отвечает Ракель. — Просто недавно купила себе черное платье и решила надеть его.

— Разве оно новое?

— Совсем новое.

— Должен признаться, тебе очень идут платья, — признается Эдвард. — Один из тех редких случаев, когда я вижу тебя в платье. Обычно ты надеваешь их только на публичные мероприятия.

— Ты и правда как будто собралась выходить в свет, — добавляет Наталия. — Прическа, макияж, платье, туфли на высоких шпильках, сережки…

— Вообще-то нет, — скромно отвечает Ракель. — Просто захотелось одеться во что-то красивое… И порадовать любимого.

— О, смотри, дорогая моя, — по-доброму усмехается Эдвард. — Так порадуешь любимого, что он, будучи одержимым животной страстью, разорвет это платье на части. А платье-то красивое. Жалко будет выбрасывать.

— Не беспокойся, Эдвард, я знаю , как остудить жаркий пыл этого жеребца.

— Надеюсь, ты пользуешься моим подарочком, который я подарил вам на годовщину отношений? — загадочно улыбается Бенджамин. — Выбирал специально для такого человека, как мой дражайший друг детства.

— И я безмерно благодарна тебе за такой прекрасный презент, который очень часто пользуюсь.

Все снова скромно улыбаются и замолкают на пару секунд. После этого Ракель бросает взгляд на Эдварда и Наталию, стоящих в обнимку друг с другом.

— Кстати, Наталия… — слегка улыбается Ракель. — У тебя такое красивое платье… Ты кажешься такой нежной и женственной в нем.

— Как оказалось, не зря принарядилась, — загадочно улыбается Наталия. — Случилось кое-что очень особенное…

— Надо же… — Ракель переводит взгляд на Эдварда. — А у тебя, Эдвард? Тоже был особый случай, раз ты надел белую рубашку?

— Может быть… — закатывает глаза Эдвард, покрепче обнимает Наталию и бросает ей нежный взгляд. — Может быть, случилось и правда что-то по-настоящему грандиозное.

— А вы не хотите рассказать нам об этом? — интересуется Бенджамин, приобнимая Блер за талию и с загадочной улыбкой смотря на Эдварда с Наталией.

— Ваши счастливые лица говорят о том, что это что-то очень хорошее, — отмечает Блер. — Может, расскажете нам, что произошло? Нам правда очень интересно.

— Терпение, дорогие, терпение, — уверенно отвечает Эдвард. — Сейчас мы с моей красавицей все вам расскажем.

— Только дождемся человека, который затерялся где-то в этом доме, — добавляет Наталия, прижимаясь поближе к Эдварду и приложив одну руку к его груди.

— Как затерялся, так и найдется, — скромно усмехается Ракель. — Никуда он не денется!

— Кстати, подруга, а твой повелитель сегодня тоже перешел на темную сторону? — интересуется Бенджамин. — Он появится перед нами во всем черном? Или ты будешь единственной, кто предпочел надеть черное?

— Кто знает, Паркер, — задумчиво произносит Эдвард.

— Вообще-то Терренс… — хочет что-то сказать Ракель.

Однако Ракель приходиться замолчать, потому что раздается громкий голос Терренса, спускающийся в гостиную по лестнице с двумя чехлами из-под гитары в руках:

— Что касается моего предпочтения остаться на темной или светлой стороне, то я еще не определился и нахожусь где-то посередине.

Ракель, Наталия, Эдвард, Бенджамин и Блер оборачиваются на голос Терренса.

— О, мартовский кот нашелся! — усмехается Бенджамин.

— Пф, я бы еще поспорил, кто здесь мартовский кот! — восклицает Терренс, к этому моменту уже спустившись в гостиную.

— Да, Ваше Высочество, а почему же вы оставили свою прекрасную королеву одну и вместе с ней не соизволили спуститься к нам?

— Однако я уже здесь. — Терренс кладет оба чехла с гитарами на один из диванов. — Ваш неотразимый и всеми любимый король сделал свои дела и пришел к вам.

— Самопровозглашенный король – еще не совсем король. И с короной он тоже никто!

— Корона будет. А признание и любовь у меня уже и так есть. Так же, как и любимая королева, которую я готов носить на руках…

С этими словами Терренс подходит к Ракель и с гордо поднятой головой проводит рукой по ее спине, не скрывая своей легкой улыбки и заставляя ее саму улыбнуться. А затем мужчина переводит взгляд на Эдварда, стоящий за спиной Наталии и обнимающий ее за плечи.

— О, привет, ребятки, — с легкой улыбкой здоровается Терренс. — Приехали вовремя, не подвели.

— Ну я же говорил, что моя ласточка домчит нас за считанные минуты, — с гордо поднятой скромно улыбается Эдвард. — Все машины передо мной перестраивались в другие полосы и освобождали мне путь. А все потому, что у меня теперь есть крутая тачка. В сто раз круче и новее твоей.

— Ну да. А когда на дороге появляюсь я, то на дорогах вообще нет машин. Потому что по ней едет сам повелитель. Сам Терренс МакКлайф!

— Ага, повелитель павлинов, петухов и курочек, — по-доброму усмехается Эдвард.

— Сделаю вид, что не услышал очередную твою глупую шутку.

Пока Бенджамин, Наталия, Блер и Ракель скромно хихикают, Эдвард тихонько цокает, качая головой, подходит к Терренсу и приветствует его с помощью дружеских объятий и легкого хлопка по спине. А отстранившись от своего брата, МакКлайф-старший подходит к Наталии, крепко обнимает ее и по-дружески целует в щеку.

— Слушай, подруга, ну ты сегодня красотка! — восхищается Терренс. — Я в восторге!

— Ребята уже сказали мне то же самое, — скромно улыбается Наталия, заправив прядь волос за ухо.

— Ну знаешь, что правда, то правда.

— Ох, МакКлайф, хоть ты и наглый павлин, но умеешь задобрить комплиментами.

— Я не задабриваю, а говорю правду.

— Ладно, будем считать, что так!

— Эй, а остальные не приехали? — интересуется Эдвард.

— Еще нет, — качает головой Терренс.

— Я так понимаю, Даниэль с Питером и Анна с Хелен немного задержатся, — задумчиво предполагает Наталия.

— Мы с Ракель считаем, что когда они придут сюда, то Роуз с Перкинсом свалят всю вину на девушек и скажут, что им надо собираться быстрее.

— Так все и будет, — уверенно отвечает Эдвард.

— И это звучит обидно , — хмуро бросает Ракель.

— Ну мы же не виноваты, что вы, милые девушки, собирайтесь по полчаса, — скромно хихикает Терренс. — А то и больше.

— Мы ради некоторых стараемся, — уставив в глаза Терренса не слишком добрый взгляд, чуть громче говорит Ракель. — Информация для размышления, к слову.

— А вы этого не цените! — скрестив руки на груди, сильно хмурится Наталия.

— Вовсе нет! — отрицает Эдвард, подходит к Наталии сзади и нежно обнимает ее за талию. — Я уже давным-давно оценил твои тяжелые усилия. Ты выглядишь просто великолепно, и я хочу смотреть на тебя все время.

— Думаешь, прокатит?

— Не сомневаюсь.

— Ладно, твоя взяла.

Наталия скромно улыбается с легким румянцем на лице, пока Терренс бросает взгляд на Ракель, со скрещенными на груди руками вопросительно смотрящую на мужчину.

— Не смотри на меня так! — восклицает Терренс, подходит к Ракель сзади и обнимает ее за талию. — Для меня ты всегда будешь бесподобна. А сейчас я просто голову теряю от того, насколько прекрасно ты выглядишь.

— Пытаешься запудрить мне мозги? — с хитрой улыбкой интересуется Ракель.

— Вовсе нет, красотка.

— Сделаю вид, что поверю.

Терренс тихонько смеется и прижимает Ракель поближе к себе, пока Бенджамин и Блер, мило приобняв друг друга, наблюдают за обеими парами с легкими улыбками на лице.

— Они такие счастливые, — с легкой улыбкой говорит Блер. — Наконец-то я вижу счастье на их лицах.

— Эти ребята заслужили быть счастливыми после всего того, что им пришлось пережить, — уверенно отвечает Бенджамин.

— Не вижу причин грустить: Терренс и его группа скоро выпустят свою первую песню, Эдвард наконец-то начал зарабатывать хорошие деньги, Ракель регулярно ездит на съемки и участвует в показах, а Наталия просто счастлива. Счастлива иметь такого прекрасного мужчину.

— Рядом с ним она вся светится от счастья. — Бенджамин бросает легкую улыбку на Блер. — Как и ты. В последнее время ты стала выглядеть намного счастливее и улыбаешься намного больше.

— Есть на то причина. — Блер переводит взгляд на Бенджамина и скромно улыбается ему. — И даже если иногда мне бывает непросто, я счастлива, что у меня тоже все хорошо.

— Я бы хотел, чтобы ты всегда была счастлива и никогда не грустила.

— С тобой я уже счастлива, — мягко говорит Блер. — Правда. Я никогда не думала, что могу быть настолько счастливой.

— Рад это слышать. Хотя я и сам не верил, что одна девушка сумеет сделать меня таким счастливом, изменить многое во мне и открыть глаза на многие вещи.

— Не наговаривай на себя, дорогой. Ты всегда был чудесным человеком, с которым мне очень повезло. Я знаю, что всегда могу рассчитывать на твою помощь и быть уверенной в том, что ты придешь по первому же зову.

— Разумеется, милая. И в любом случае спасибо огромное, Блер. Спасибо за то, что уже подарила мне столько радости. Ты – удивительный человек.

— Надеюсь, что в будущем нас ждет еще больше незабываемых воспоминаний.

— Я нисколько не сомневаюсь в этом.

— Ах, Бенджамин…

— Пожалуйста, Блер, называй меня Беном, — мягко просит Бенджамин, взяв Блер за руки. — Ты же знаешь, что мне не нравится, когда меня называют Бенджамином. Для друзей и близких я – Бен. А для всех остальных – Бенджамин.

— Прости-прости, Бен… — Блер виновато склоняет голову, опустив взгляд вниз. — Я забыла…

— Ничего, моя радость, ничего… — Бенджамин с легкой улыбкой обнимает Блер за плечи и прижимает ее поближе к себе, пока та кладет руки ему на спину.

— Знаешь, если честно, я все еще не могу поверить в происходящее, — скромно признается Блер и переводит свой взгляд на Бенджамина. — Я не могу осознать тот факт, что это правда. Хоть прошло уже довольно много времени с тех пор как мы начали встречаться, я продолжаю верить, что это – сон.

— Честно говоря, я тоже, — задумчиво отвечает Бенджамин. — Думал, что не смогу по-настоящему влюбиться в девушку. Даже видя, как Терренс влюблялся в Ракель буквально на моих глазах, я все равно не очень верил, что настоящая любовь существует. Но сейчас я понимаю своего приятеля, который с таким восхищением говорил об этом чувстве.

— Я вообще не думала о любви до того, как встретила тебя. Ни с кем не встречалась. Не знала, что это такое. То есть… Я знала о ней только по фильмам и сериалам… Хотя должна признаться, что отчасти я боялась этого коварного чувства. Потому что знаю много людей, которые разочаровывались в любви и зареклись больше не влюбляться.

— Если люди созданы друг для друга, то они никогда не расстанутся, какие бы сложные проблемы у них ни были. Они сделают все, чтобы научиться решать их и любые другие, которые появятся у них в будущем. К гадалке ходить не надо, чтобы сказать, что Терренс и Ракель созданы друг для друга. Они должны быть вместе. Смотришь на них и думаешь, что эти двое подходят только друг другу.

— И слава богу, сейчас у них все замечательно, — слегка улыбается Блер и бросает взгляд на Эдварда и Наталию, мило о чем-то болтающих с Терренсом и Ракель. — И искренне рада за Наталию с Эдвардом. Эта девушка чудесная. Да и этот парень тоже хороший. Даже если про него было сказано много гадостей.

— Эти двое мне тоже нравятся. Не зря все говорят, что МакКлайф-младший и Рочестер приносят свет и радость туда, куда приходят вдвоем.

— Согласна. Посмотришь на них – и настроение становится в разы лучше.

— Я рад, что они не разбежались после того конфликта. Что Эдвард понял, что Наталию просто подставили, а ей не хватило смелости во всем признаться.

— Ой, да чего вспоминать это! Все это осталось в прошлом. Лучше давай радоваться, что люди вокруг нас очень счастливы, и мы можем не беспокоиться о них.

— Ты права, милая. Впрочем, не только им нечего переживать, но и тебе, Блер.

— Знаю, но ты в курсе, что у меня сложная жизнь, и я фактически одна обеспечиваю маму и брата.

— Но ты не должна опускать руки и бросать свою семью на произвол судьбы.

— Я не брошу их ни за что на свете. Просто становится все тяжелее и тяжелее. С учетом того, что мой брат растет и требует все больше и больше, а мамы рано или поздно не станет.

— Если у тебя будет затруднительная ситуация, то я всегда могу помочь тебе. Конечно, я не богач и зарабатываю не очень много, но все же смогу помочь тебе деньгами.

— Я бы никогда не стала просить деньги в долг. Особенно у тебя.

— В любом случае у тебя есть не только я и твоя семья, но и еще очень многие люди. Виолетта с Кристианой всегда прекрасно относились к тебе. Да и Терренс с Ракель также любят тебя.

— Я знаю, Бен, — с легкой улыбкой отвечает Блер. — Я правда очень рада, что судьба не обделила меня такими замечательными людьми. Хотя бы просто поговорить с кем-то и выговориться.

— Я всегда готов выслушать и помочь тебе.

— Большое спасибо за все, что ты делаешь для меня.

— Приятно делать добро для хорошего человека, — дружелюбно отвечает Бенджамин. — Который не стал отталкивать меня.

— Ах, милый…

Блер мило целует Бенджамина в щеку и с широкой улыбкой обнимает его, и тот с радостью отвечает ей, обняв девушку за талию и плечи, уткнувшись носом в ее макушку и давая ей все свое тепло. А через несколько секунд она немного отстраняется от мужчины и некоторое время смотрит ему в глаза с нежностью во взгляде. Немного поколебавшись, Паркер приближает своей лицо к ее лицу и кончиком носа слегка касается ее щеки, вызывая у Стюарт желание похихикать и скромно улыбнуться. Но чуть позже влюбленные сначала одаривают друг друга коротким поцелуем в губы, а затем – уже чуть более продолжительным. Пока Бенджамин держит в руках лицо Блер, она кладет свои ему на бока и старается оставаться расслабленной, позволяя своему возлюбленному руководить ситуацией, поскольку у нее еще недостаточно опыта в этом деле.

Тем временем Терренс с Ракель и Эдвард с Наталией увлечены разговором, стоя в другой стороне гостиной и не скрывая своих легких улыбок, пока они прижимаются к своим вторым половинкам.

— До сих пор не верится, что наш первый альбом выйдет очень скоро, — с широкой улыбкой говорит Терренс. — Я уже едва не начал терять веру в то, что когда-нибудь запишу его. Но уже в ближайшее время мы выпускаем свой первый сингл.

— А я вообще никогда не думал, что когда-нибудь получу шанс начать музыкальную карьеру, — воодушевленно отвечает Эдвард. — И автором песен для других артистов.

— О да, с тех пор как ты присоединился к нашей группе, мы стали звучать по-новому. Как-то особенно. Мы все брались за работу с огромным энтузиазмом. Работа шла намного лучше, чем я ожидал.

— Никогда не перестану благодарить тебя и парней за то, что вы предложили мне стать частью группы.

— Лично я с нетерпением жду выхода альбома, — бодро признается Ракель. — Уже хочу послушать его.

— Скоро мы сможем оценить их работу, когда выйдет первый сингл ребята, — радостно отвечает Наталия.

— Главное – дожить до этого момента.

— И спорю на что угодно, что наши братики МакКлайф и Перкинс с Роузом точно купят свой собственный альбом, когда он выйдет. Будут пиарить его как только можно. И слушать буквально на ходу.

— Ну знаешь, Рочестер, сам себя не похвалишь – никто не станет это делать, — скромно хихикает Ракель.

— А что плохого в том, что мы купим то, над чем наша группа так усердно работала все эти месяцы? — удивляется Терренс. — Все покупают свои альбомы и слушают их!

— Ну лично я сто процентов куплю его, — уверенно заявляет Эдвард.

— Будешь наслаждаться своим пением? — скромно хихикает Ракель. — Или попробуешь убедиться в том, что все это и правда не сон?

— Нет, скорее, Терренс будет наслаждаться своим, — по-доброму усмехается Наталия. — Будет кайфовать от него. И еще больше распушит свой и без того огромный хвост.

— Трезвоня на всех углах о том, какой он неотразимый и талантливый.

— Ничего, девчонки, когда вы будете слушать мои песни, то будете визжать от радости и восхищаться мной, — с гордостью заявляет Терренс.

— Ага, а почему это тобой? — удивляется Эдвард. — Нет уж! Раз решил собрать группу, то будь добр разделить свой успех со мной, Даниэлем и Питером!

— Ну ладно, дам я вам шанс получить свою минутку славы. Заслужили как ни как.

— Смотри, братец. А то мы трое можем запросто кинуть группу и замутить что-нибудь свое.

— Ага, сейчас! Вы от меня просто так не отделайтесь! Будете играть со мной в группе до тех пор, пока не превратитесь в дряхлых и немощных стариков.

Ракель и Наталия скромно хихикают, пока Терренс и Эдвард приобнимают их чуть крепче. А в какой-то момент блондинка бросает взгляд на мило флиртующих Бенджамина и Блер и слегка улыбается.

— Похоже, у этой парочки еще все впереди, — задумчиво говорит Наталия.

— Вот уж не думал, что Паркер будет встречаться с тихоней, — скромно хихикает Эдвард. — Но он мило смотрится с Блер.

— Ну он хотя бы стал чаще вспоминать адрес этого дома, — уверенно отмечает Терренс. — Бен наведывается сюда почти каждый день с тех пор как начал встречаться с Блер.

— Иногда она приглашает его сюда на чашечку кофе, — задумчиво отвечает Ракель.

— Ну да, приятно полюбоваться на эту довольную рожу. — Терренс тихо усмехается. — Хотя если бы я не давал сигнал о том, что нахожусь в паре метрах от него, то у Паркера вообще не возникло бы желания заметить меня. Он же весь в любви!

— Ага, стрела Амура так глубоко пронзила его сердце, что он не замечает ничего вокруг, кроме Блер, — скромно хихикает Эдвард, расставив руки в бока.

— И так происходит уже несколько месяцев…

— Да уж, дорогой, ему сейчас явно не до тебя, — по-доброму усмехается Ракель.

— Ты права, у него есть дела поважнее, чем какой-то напыщенный павлин с огромной короной на голове, — задумчиво добавляет Наталия.

— Э-э-э, нет-нет! — восклицает Терренс. — Я не кто-то там! Не надо! Я – Терренс МакКлайф! Мужчина, по которому все сходят с ума.

— Да уж… — устало вздыхает Эдвард. — Интересно, как бы ты себя вел, если бы был каким-нибудь Джоном Смитом или Энтони Стоуном? Был бы поскромнее или остался бы таким же самовлюбленным индюком, думающий, что все вокруг от него без ума?

— Какое бы у меня ни было имя, я все равно был бы неотразимым. Ведь природа наградила меня самым лучшим, что в ней есть.

— Ох, черт… Ты уже вызываешь у меня желание придушить тебя.

Ракель и Наталия ничего не говорит и лишь переглядываются между собой и с легкой улыбкой наблюдают за Бенджамином и Блер, которые перестают целоваться и просто нежно обнимаются и что-то говорят, глядя друг другу в глаза.

— Слушайте, да у нас тут какая-то эпидемия любви началась, — задумчиво говорит Ракель. — Все в кого-то влюбляются, и все с кем-то счастливы.

— Ну да, — соглашается Наталия. — Только лишь Кристофер одинок.

— Ой, да Крису и так хорошо! — машет рукой Терренс. — Он не слишком парится об этом.

— Это правда, — подтверждает Эдвард. — Кристофер не собирается заводить девушку и тем более семью. Он живет в свое удовольствие и никому ничем не обязан.

— В любом случае один он точно не останется, — с легкой улыбкой уверенно отвечает Ракель. — Кристофер – очень хороший и порядочный человек. Лично мне он очень нравится.

— Я тоже так думаю, — скромно улыбается Наталия. — Если какая-нибудь девчонка захочет быть с ним, то после небольшого общения Крис точно понравится ей.

В воздухе снова воцаряется пауза, во время которой все четверо продолжают наблюдать за Бенджамином и Блер, которые вскоре сами подходят к ним, приобнимая друг друга.

— Не уж-то нас обсуждайте? — загадочно улыбается Бенджамин.

— Было дело, не отрицаем, — дружелюбно отвечает Ракель.

— Да, говорили о том, как мило вы смотритесь вместе, — с легкой улыбкой добавляет Наталия.

— Приятно это слышать, — признается Бенджамин.

— Эх, Паркер… — скрещивает руки на груди Терренс. — Ты как кот, наевшийся свежей сметаны.

— Ну знаешь, МакКлайф, когда твоя красавица Ракель находится рядом с тобой, ты и сам закатываешь глаза и мурлыкаешь как котяра.

— Ну вот, а ты не верил мне, когда я рассказывал тебе про свои чувства. Но теперь прочувствовал это на своей шкуре и понял, что настоящая любовь все-таки существует.

— Знаю-знаю, признаюсь и каюсь, — приподнимает руки Бенджамин. — Я был неправ.

— Да ладно, я думаю, все мы когда-то так думали, — с легкой улыбкой предполагает Эдвард.

— Ты что, тоже не верил в любовь?

— Не верил, что могу так сильно любить.

— Ну знаешь, Эдвард, такую красавицу, как Наталию, просто невозможно не любить. И вообще, должен признаться, что у вас с братцем прекрасный вкус в выборе девчонок. Выбирайте все самое лучшее и сразу же попадайте в точку.

— А может, красавицы сами нас выбрали? — загадочно улыбается Эдвард, обняв Наталию за талию и прижав ее поближе к себе. — Увидели и не смогли устоять.

— Ага. Одна повелась на того, кто называет себя неподражаемым Аполлоном, а другая полюбила смазливую мордашку того, кто все больше начинает косить под своего братца.

— Нет, приятель, — скромно говорит Наталия. — Изначально я обратила внимание не на лицо Эдварда, а на его чарующий голос.

— Полагаю, Блер также не устояла против того, кто безуспешно пытается быть лучше меня, — уверенно говорит Терренс, приобнимая Ракель за талию.

— Блер любит меня за мой богатый внутренний мир, — с гордо поднятой головой заявляет Бенджамин, крепко прижимая Блер к себе. — За то, что со мной всегда можно что-то обсудить. А я ведь, между прочим, очень приятный собеседник с широким кругозором.

— Ну да. Посмотрим, как твой широкий кругозор оценит семья Блер, когда придет время знакомиться с ними.

— Вообще-то, я уже познакомила Бена со своей мамой и младшим братом, — скромно признается Блер.

— Правда? — округляет глаза Ракель.

— И как твоя семья приняла Бена? — интересуется Эдвард.

— Очень хорошо. Бен сразу понравился моей маме, и он нашел с ней общий язык. Ну а мой младший братик буквально влюбился в него. Гарри очень сильно привязался к нему за эти несколько месяцев.

— Мне и самому нравится этот пацан, — с легкой улыбкой признается Бенджамин. — Обожаю играть и болтать с Гарольдом. Он очень смышленый и веселый. Отличный шутник, к слову.

— Ну думаю, это шанс набраться немного опыта в общении с детьми, — задумчиво предполагает Терренс. — Хоть будешь готов, когда однажды станешь папашей.

— И каждый раз, когда я приезжаю домой, Гарри буквально с порога начинает спрашивать меня о Бене, — скромно признается Блер.

— Ой, да я бы с удовольствием сидел с ним хоть каждый день, — уверенно отвечает Бенджамин. — Но у меня работа. Я не могу все бросить и ехать к нему. Однако я всегда навещаю Гарри, когда у меня есть свободное время.

— Полагаю, ты готовишься к том, чтобы стать папашей, — скромно хихикает Эдвард.

— Когда-нибудь. Хотя должен признаться, что моя мама все чаще стала просить сделать ее бабушкой и дать ей шанс повозиться с внуком.

— Мне кажется, все мамы такие. Они всегда беспокоятся, если мы не спешим жениться и заводить детей. Отцы, конечно, тоже не против, но все же не настаивают так, как матери.

— Ты прав, приятель. Хотя про отцов ничего не могу сказать, потому что мой бросил семью, когда я был маленьким. Я вроде бы говорил тебе, что мои родители в разводе, а у отца уже давно другая жена и общие дети.

— Да, я знаю.

— И я так полагаю, ты сейчас собрался поехать к Блер домой и набираться опыта, играясь за тем мальчишкой? — предполагает Терренс.

— Да, я загляну к нему, — отвечает Бенджамин. — Но перед этим мы с Блер договорились прогуляться.

— Прогуляться?

— Только… — Бенджамин бросает мимолетную улыбку. — Только если вы, уважаемый мистер МакКлайф, любезно согласитесь отпустить Блер на два-три часика.

— Тебе можно забирать ее не на два-три часа, — скромно хихикает Терренс.

— Обещаю, что я ненадолго заберу твою служанку. Как только мы решим попрощаться, то я привезу ее сюда.

— Но все же я постараюсь не задерживаться, — с легкой улыбкой говорит Блер.

— Не беспокойся, можешь возвращаться, когда захочешь, — уверенно отвечает Терренс.

— Спасибо большое, мистер МакКлайф.

— Можешь называть меня по имени. Не стесняйся. Раз ты называешь Эдварда и Наталию по имени, то почему должна называть меня мистером МакКлайфом.

— Хорошо… Терренс… Если вам так удобнее…

— Ну а я тебе уже давно разрешила называть меня по имени, — дружелюбно говорит Ракель и заправлять прядь за ухо.

— Я знаю.

— Да и если честно, то я не очень люблю подобные обращения. Мне всегда было не по себе, когда меня называют мисс Кэмерон. Э-э-э… Я чувствую себя… Странно… Поэтому при знакомстве с людьми я в большинстве случаев прошу их называть меня по имени.

— Ну да, когда тебя окружают люди, которые всегда называют тебя по имени, трудно привыкнуть, когда кто-то обращается к тебе официально, — с легкой улыбкой отвечает Наталия.

— Так что поэтому давайте обойдемся без таких слов, как « мистер », « мисс » и « миссис ». Мы не чужие друг другу люди и можем спокойно называть друг друга по имени.

— Раз никто не против, то почему бы и нет, — скромно улыбается Блер.

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, после которой Бенджамин бросает взгляд на часы в гостиной.

— Ну ладно, ребятки, пожалуй, мы с Блер пойдем, — задумчиво говорит Бенджамин.

— Можете остаться, если хотите, — дружелюбно предлагает Ракель. — Будем только рады. Ребята тоже не будут против.

— Как-нибудь в другой раз. Мы с Блер уже обо всем договорились, а Гарольд ждет моего приезда.

— Тогда приятного времяпрепровождения, — желает Терренс.

— Желаю вам того же, — дружелюбно добавляет Эдвард.

— Я тоже, — в один голос соглашаются Ракель и Наталия.

— Спасибо огромное, друзья! — искренне благодарит Бенджамин. — Передайте от меня привет парням и девчонкам. И скажите, что я как-нибудь к вам присоединюсь.

— Хорошо, передадим, — уверенно обещает Терренс. — Не беспокойся.

Бенджамин и Блер прощаются с Терренсом, Ракель, Эдвардом и Наталией, по-дружески обняв их и сказав что-нибудь приятное.

— Пока, ребятки! — машет рукой Бенджамин. — Еще увидимся!

— Пока! — в разное время прощаются Терренс, Ракель, Эдвард и Наталия.

Терренс провожает Бенджамина и Блер до входной двери и закрывает ее после того, как они покидают дом. А после этого МакКлайф-старший возвращается к Эдварду, Ракель и Наталии с легкой улыбкой на лице.

— Похоже, что Паркер очень серьезно подходит к подготовке к отцовству, — с легкой улыбкой говорит Наталия. — Буквально летит к тому мальчишке на всех порах.