— Но знаешь, что еще ужасно? — Терренс переводит взгляд на Ракель. — Это тот момент, когда на твоих глазах умереть могут близкие тебе люди.

— Я понимаю. Гибель близких – это всегда ужасно.

— Но еще тебе становится ужаснее, когда ты начинаешь думать, что тебе придется увидеть это. Увидеть чью-то гибель.

— Не важно, видишь ли ты или нет. Это в любом случае пугает и заставляет чувствовать себя ужасно. — Ракель опускает взгляд вниз и тяжело вздыхает. — Уж я-то прекрасно знаю, что значит – потерять близких людей… И знать, как именно они погибли.

Ракель с грустью во взгляде вспоминает про Элизабет и Джексон Кэмерон, своих покойных родителей, которые погибли много лет назад в автокатастрофе по вине Саймона Рингера. Терренс же каким-то образом читает мысли Ракель, притягивает девушку к себе, упирается подбородком в ее плечо, время от времени носом касаясь ее щеки и виска, на которых он пару раз оставляет короткие поцелуи.

— Я все понимаю, радость моя, — мягко говорит Терренс и убирает пару прядей волос со лба Ракель. — Потеря родителей – это огромная боль. Но еще ужаснее, когда они умирают не своей смертью, а спровоцированной чем-то или кем-то. От этого боль становится еще более сильной.

— Наверное, я никогда не смогу смириться с тем, что все так произошло, — тихо отвечает Ракель и резко выдыхает. — Этого не должно было случаться. Если бы не этот подонок Рингер, мои родители сейчас были бы живы и здоровы.

— К сожалению, иногда люди сходят с ума от любви и готовы на все ради нее, не задумываясь о том, что кому-то она вообще не нужна. Вот и Рингер наплевал на чувства твоей матери и отказался смириться с тем, что она выбрала другого.

— Ах, Терренс… — Ракель обеими руками обхватывает руки Терренса, пока тот обнимает ее за плечи, и гладит их. — Как же тебе повезло, что у тебя есть оба родителя. Даже если ты не общался с отцом, у тебя все равно есть и он, и мать.

— Согласен, мне и правда повезло, что у меня есть оба родителя. Что я еще не одинок и могу обратиться к более опытным людям за помощью или советом.

— Цени их, милый. Цени сейчас, пока они живы. И не забывай о них, когда придет их время умирать. Делай все, чтобы сделать их счастливыми. Потому что никогда не знаешь, что может случиться завтра.

— Знаешь, Ракель… — задумчиво произносит Терренс. — После того, как Эдвард сказал, что отец якобы погиб, то я уже начал задумываться о том, что несправедливо поступил с этим человеком. Я правда начал жалел о том, что не успел попрощаться с ним и думал, что буду до конца своих дней сожалеть об этом.

— А ты согласился поговорить с ним, если бы тогда знал, что он находился при смерти?

— Думаю, что да. Если бы я сделал это, то уже вряд ли бы пожалел о том, что не послушался свою мать и не пошел на контакт с отцом. — Терренс на пару секунд замолкает, с грустью во взгляде смотря на океан. — Впрочем, я начал думать об этом еще тогда, когда Эдвард намекнул на то, что меня могли обмануть. Когда я рассказал ему про конфликт родителей. А лже-смерть отца заставила меня еще больше задуматься об этом…

— А сейчас ты по-прежнему не хочешь видеть его?

— Хочу, но мне нужно настроить себя на это. Я все еще не готов видеть его и хочу немного прийти в себя. Хотя знаю, что у меня осталось не так много времени. Хотелось бы как-то решить этот вопрос до начала судебного слушания, чтобы не чувствовать себя неловко.

— Ну в этом случае ты уже сам должен принять решение. Все зависит только от тебя, Терренс. К сожалению, я не смогу повлиять на тебя.

— А вот я не думаю, что ты не сможешь повлиять на меня. Иногда ты попадешь прямо в яблочко и говоришь правильные вещи. Поэтому я просто не могу не посоветоваться с тобой, когда мне нужно знать чужое мнение.

— Да, я знаю, но именно в этом случае все зависит лишь от твоего желания. От того, хочешь ли ты общаться с отцом. За тебя это решение никто не примет. На этот раз ты должен сам все обдумать и решить.

— Я знаю, Ракель. Но я уже сказал, что думаю об этом.

— Никто тебя и не торопит. Думаю, теперь и твоя мама не будет настаивать и подождет, когда ты будешь готов к этому разговору. Раз теперь ты знаешь всю правду, которую она хотела донести до тебя, значит теперь нет смысла торопиться.

— Конечно.

— И помни, что какое бы решение ты ни принял, лично я все равно поддержу тебя. Захочешь начать общаться с отцом – я буду рада. А решишь, что не сможешь простить его, – дело твое.

— Спасибо огромное, солнце мое, — скромно улыбается Терренс и нежно целует Ракель в лоб, придерживая ее за затылок. — Спасибо, что поддерживаешь меня.

— Иначе и быть не могло бы, — широко улыбается Ракель.

Терренс, чуть крепче обняв Ракель, носом утыкается в ее плечо, а она сама нежно гладит его по голове и мило целует в висок. В воздухе на несколько секунд воцаряется пауза, нарушаемая лишь звуками морского прибоя.

— Слушай, а может, хватит уже говорить о плохом и грустном? — с легкой улыбкой предлагает Терренс. — Я вообще-то намеревался забыть обо всем плохом.

— Ну раз ты так хочешь, то я готова немного помочь тебе, — с легкой улыбкой низким приятным голосом отвечает Ракель.

— Немного? — Терренс загадочно улыбается, глядя на Ракель. — Жаль… А я-то, наивный дурачок, надеялся, что ты поможешь мне полностью забыться… Покажешь мне, насколько жизнь может быть прекрасной. Особенно когда рядом с тобой находится твой любимый человек.

— Говоришь так, будто я против.

— Ну я не знаю, что в твоей прекрасной головушке. — Терренс нежно гладит Ракель по голове и легонько шлепает ее по носу. — Может, ты что-нибудь задумала.

— О, дорогой мистер МакКлайф, я скажу больше! Я уже давно задумала что-то грандиозное. Что-то, что вам точно должно понравиться.

— И что же это?

— Ага, так я все тебе и сказала!

— Ну хотя бы намекни, чего мне ждать от тебя, — жалостливо просит Терренс и убирает некоторую часть волос с плеча Ракель. — Красавица… Не будь вредной…

— Ничего не скажу!

— Но почему?

— Будешь много знать!

— Пожалуйста…

Ракель не дает Терренсу договорить и мягко затыкает его с помощью нежного, продолжительного поцелуя в губы. Но когда она отстраняется, то откидывает голову назад, затылком оперевшись о его плечо, и смотрит на него с хитрой улыбкой, пока тот тихонько ухмыляется.

— Не думай, что если ты заткнешь меня поцелуем, то я забуду то, что хочу знать, — низким, приятным голосом говорит Терренс.

— А я и не собираюсь скрывать это, — задумчиво отвечает Ракель. — Ты узнаешь. Позже. Когда я захочу.

— Хочешь, чтобы я показал все, на что способен и напомнил, кто всем руководит? — Терренс кончиками пальцами нежно гладит переднюю часть шеи Ракель, пользуясь тем, что ее голова откинута назад и лежит у него на плече, пока его другая опускается к ее промежности, которую он ласкает кончиками пальцев. — Если ты забыла, кто я такой, то очень быстро об этом вспомнишь.

— Скорее это ты вспомнишь, с кем связался. Вспомнишь, что связался не с той девушкой, которая будет плясать перед тобой на задних лапках и как собачка заглядывать тебе в глаза. — Ракель нервно сглатывает и громко выдыхает, когда Терренс берет ее за горло и губами едва касается ее губ. — Я, конечно, безумно люблю тебя… Но признаться честно, мне будет скучно подчиняться тебе и быть хорошей девочкой. А я не хочу помирать со скуки, знаешь ли…

— Да, вот это моя девочка! — с хитрой улыбкой восклицает Терренс, со спины обнимает Ракель за талию и нежно проводит губами по ее приоткрытому уху. — Вот за что я тебя люблю, так это за твою непокорность. Меня всегда привлекали плохие неукротимые сучки. С ними безумно интересно. Классно, когда ты не знаешь, чего ожидать от девушки: то ли она будет скромной и невинной милашкой или же станет уверенной в себе роковой женщиной, способной сразить любого наповал.

— А вот в этом уже ты виноват, любимый, — невинно улыбается Ракель. — Получил то, что хотел получить.

— Разве я виноват в том, что природа сделала тебя такой горячей штучкой? Которая любит действовать мне не нервы.

— Вообще-то, я планировала провести жизнь со скромным и порядочным парнем. И никогда не мечтала о вулкане страстей.

— Это планировал твой дедушка. Но в глубине души ты хотела другого.

— О да, я мечтала о том, чтобы незнакомый мужик облапал меня на первой же встрече и полез целоваться!

— Но тебе же понравилось ! — Терренс оставляет короткий поцелуй на губах Ракель и одной рукой нежно сжимает ее грудь, заставив ту томно выдохнуть с чувством замирания сердца. — Понравилось то, как я приласкал твое шикарное тело.

— Да, ну и что?

— Я сразу понял, что ты еще более горячая и сексапильная, чем казалась. — Терренс запускает руку в волосы Ракель, чувствуя, какие они мягкие и приятные на ощупь. — Поэтому просто не мог упустить шанс. И вот ты стала моей девочкой. А скоро станешь моей уже по закону.

— О боже, прошло уже полтора года, а ты все такой же.

— Надеюсь, этого времени тебе хватило, чтобы понять, как сильно тебе повезло.

Терренс вовлекает Ракель в нежный продолжительный поцелуй, на который та отвечает с чувственным стоном. Его рука сначала крепко держит ее за горло, а затем по-хозяйски сжимает обе груди. Из-за чего она чувствует тепло между ног и инстинктивно еще ближе прижимается к теплому мужскому телу.

— Ты еще не забыла, что все еще являешься причиной, по которой я все еще живой? — низким голосом интересуется Терренс, оставив несколько поцелуев на изгибе шеи Ракель.

— Никогда не забываю, — с легкой улыбкой отвечает Ракель, мягко гладит Терренса по щеке и прикрывает глаза, когда его губы нежно касаются кожи на передней части ее шеи. — Ты тоже причина, почему я живу…

— Ах, любимая… — Терренс с легкой улыбкой запускает в волосы Ракель свои пальцы и пропускает их сквозь мягкие пряди. — Ну а я всегда буду гордиться тобой, потому что ты можешь быть очень смелой и решительной, когда дело касается родных тебе людей.

— Кажется, я слышу безумно приятную для ушей музыку, — с легкой улыбкой закатывает глаза Ракель и макушкой трется об щеку Терренса. — М-м-м…

— Тот случай, когда в человеке есть все самое лучшее: и красота, и ум, и доброта, и смелость. А уж какой преданной ты можешь быть. На что ты готова пойти ради близких.

— Ну да, правда забыл упомянуть, что я жутко упрямая, немного капризная и совсем неукротимая.

— Я все равно люблю тебя, даже несмотря на эти недостатки. Все твои достоинства полностью затмевают их. А твою неукротимость я вообще не считаю недостатком. Как я уже сказал, это то, что мне безумно нравится в тебе.

— Терренс… — заливается краской Ракель.

— Это правда, любовь моя. — Терренс крепко обнимает Ракель обеими руками и на пару секунд утыкается носом в ее плечо. — Если бы мне пришлось умереть за тебя, то я бы сделал это без всякого сомнения.

— Я бы тоже, — скромно улыбается Ракель, берет Терренса за руку и начинает выводить на его ладони какие-то бессмысленные узоры. — Тоже отдала бы свою жизнь за тебя, если бы это было нужно. Я готова пойти на любые жертвы ради тех, кого люблю. Даже подставила себя под удар.

— Я верю тебе.

— Семья и друзья для меня очень важны. И до смерти я боюсь потерять хоть кого-то из близких мне людей. Рядом со мной находятся только те, в ком я уверена. Кто никогда не предал бы меня. Никогда не пошел бы против меня ради своих целей.

— И я, разумеется, в их числе?

— Несомненно. — Ракель широко улыбается. — Неужели ты мог подумать, что нет?

— А я и не думал. И никогда не сомневался, что ты обожаешь близких всем сердцем. Кто бы что ни говорил, для меня ты самая лучшая и самая любимая. И я люблю тебя, независимо от того, что ты делаешь и говоришь.

— Хоть ты порой ведешь себя как самовлюбленный павлин и проявляешь чрезмерную агрессию, я все равно люблю тебя. Кем бы ты ни был. Твои ошибки ничуть не уменьшают силу тех чувств, живущих в моем сердце. Кроме того… Мне кажется, чем больше времени проходит, тем сильнее я начинаю любить тебя. Не знаю, есть ли предел силе любви, но сейчас я понимаю, что не смогу жить без тебя. Не будет тебя – не будет другой части меня.

— Ты описала все, что я чувствую по отношению к тебе, — с легкой улыбкой отвечает Терренс. — Но ты и так прекрасно это знаешь. Мне не нужно напоминать о своей любви, которая растет день ото дня.

— Зато тебе это нужно. И я с удовольствием выполняю твое желание и не даю забыть, что ты неотразимый и любимый мной.

— Ну да, я такой… — гордо приподнимает голову Терренс. — Возможно, однажды я смогу стать спокойнее. Но что точно не изменится, так это мое желание быть кому-то нужным и слышать, что меня считают горячим жеребцом, который может все.

— Не могу это не признать.

— Куда ты денешься! — загадочно улыбается Терренс, проведя рукой по щеке Ракель и изгибу ее шеи. — А не захочешь осуществлять мое желание, так я быстро это исправлю, и ты еще назовешь меня своими королем.

— Да уж, твоя роковая сущность всегда вылезет наружу. Стоит тебе проявить немного сентиментальности, как ты вскоре опять становишься слишком страстным.

— Ты недооцениваешь меня, потому что я умею быть разным . Совершенно разным. Несомненно, моя страстная сторона всегда будет доминировать. Но если я захочу, то могу легко показать что-то другое.

— Ну так докажи это, — с неким вызовом во взгляде предлагает Ракель. — Покажи, насколько нежным ты умеешь быть.

— Да легко! Я умею говорить красиво и всегда знаю, что сказать, чтобы заставить любую девушку улыбнуться.

— Не словами, дорогой мой, а действиями. — Ракель кончиками пальцами проводит по щеке Терренса и затем уставляет свои полузакрытые глаза на его губы, слегка прикусывая свои. — Или ты заставишь меня взять все в свои руки? Правда, если доминировать буду я, то не могу обещать, что останусь скромной и милой лапочкой.

— Ну раз ты так хочешь, то я с радостью покажу тебе все, на что способен, — низким приятным голосом отвечает Терренс, нежно погладив Ракель по щеке. — Сегодня мне как раз хочется оттянуться по полной и забыть обо всем…

— Так вперед! — Ракель кладет голову Терренсу на плечо, оперевшись об нее затылком, и с легкой улыбкой пристально смотрит ему в глаза. — Я вся твоя .

Терренс и Ракель еще несколько секунд смотрят друг другу в глаза. Она крепко держит мужчину за руки, которые он сцепляет у нее на груди, а он в какой-то момент убирает с ее лица прядь волос. Но немного поколебавшись, МакКлайф-старший мягко берет девушку за шею и уверенно сокращает расстояние между их лицами. Та же в этот момент сначала гладит своего жениха по щеке, а потом нежно трогает его волосы на макушке. А получше рассмотрев ее лицо, Терренс мягко касается губ Ракель своими губами, нежно сжимая, оттягивая и посасывая их обе. Девушка же, откинув голову назад, нежно проводит пальцами по мужским волосам и тихонько постанывает от удовольствия, чувствуя, как у нее уже начинает слегка кружиться голова и сжиматься все мышцы ее тела. Поначалу этот поцелуй кажется очень нежным и милым. Но постепенно они все больше углубляют его и начинают забывать о той нежности, которую проявляли изначально.

Некоторое время мужчина мягко придерживает девушку за горло и кончиками пальцами нежно гладит его переднюю часть и слегка выпирающие ключицы. Пока его другая рука ласкает ее волосы, плечи и руки и располагается на внутренней части женских бедер. А затем Ракель разворачивается к Терренсу лицом, уверенно закидывает одну руку вокруг шеи мужчины и прикладывает еще больше давления к тому поцелую, который она продолжает. В этот момент она гладит его по спине, играет с волосами на голове, гладит его по щеке и перекладывает одну из рук ее на широкое мужское плечо.

Терренс же пока что не спешит выпускать наружу всю свою животную страсть и буквально съесть эту девушку, что все больше сводит его с ума и является причиной, почему сейчас его сердце бьется в разы чаще, а дыхание становится более частым и неровным. Его руки пока что всего лишь ласкают и обхватывают ее лицо и шею, проходят сквозь пряди волос и гладят плечи и предплечья, делая все это очень медленно и плавно ради желания побольше насладиться этим моментом и получше изучить каждый сантиметр своей любимой девушки.

— Черт, ты просто неподражаема , — с широкой улыбкой мурлыкает Терренс, перейдя к поцелуям не только губ Ракель, но и некоторых частей лица, плеч и рук. — Сногсшибательна… Просто богиня…

— Ты как всегда знаешь, как сделать мне приятно, — со скромной улыбкой закатывает глаза Ракель, пока ее пальцы проходят сквозь черных прядей волос Терренса, и тихо выдыхает, когда тот оставляет парочку поцелуев чуть ниже подбородка. — Да…

— И ты еще посмела попросить меня быть нежным и забыть о страсти. — Терренс тихо усмехается и одаривает Ракель коротким, но напористым поцелуем в губы. — Да как такое вообще может быть? Как я могу оставаться спокойным, когда рядом со мной находится такая красотка, которая способна пробудить все инстинкты и эмоции? Я уже хочу съесть тебя целиком и полностью!

— Ну а если бы ты научился сдерживать их и выпускать наружу в нужный момент, то мог бы получить еще большее удовольствие.

— Не хочу сдерживаться. Хочу тебя. Только тебя.

С тяжелым дыханием Терренс, крепко взяв лицо Ракель в руки, вовлекает ее в страстный поцелуй, перестав сдерживать себя и осуществляя любое свое желание. Хочет поласкать рот девушки языком – спокойно делает это. Прикусить одну губу или обе – без проблем. Немного пососать их – с большим удовольствием. Запах ее тела и аромат цветочных духов все больше дурманят его разум, вызывают легкое головокружение и заставляют сердце биться в разы чаще. А по мере как возрастает его возбуждение, мужчина все больше развязывает себе руки и к этому моменту начинает ласкать уже и изгибы талии девушки и ее упругие бедра, которые с большим удовольствием крепко сжимает. Сама Ракель также не сдерживает эмоции и сама расширяет зону ласк, начав водит руками по рукам, плечам, шее, лицу, голове и крепкой широкой груди Терренса, время от времени тихонько постанывая от удовольствия и чувствуя, как ей сейчас тяжело дышать.

— И это только начало , детка, — с загадочной улыбкой говорит Терренс и губами проводит по щеке Ракель. — Чем дальше я зайду, тем лучше ты себя будешь чувствовать.

— Да что ты! — скромно ухмыляется Ракель.

— Не волнуйся, я никуда не спешу. — Терренс оставляет парочку коротких поцелуев на изгибе шее Ракель и проводит по коже на ней приоткрытым ртом. — Тебя я могу ласкать часами.

— Опять включил режим самоуверенного петуха? Начал считать, что стоит тебе только посмотреть на меня, то я буду валяться у тебя в ногах?

— Не провоцируй меня, Кэмерон. Ты знаешь, чем это кончится для тебя.

— Могу сделать вид, что я испугалась и поджала хвостик. — Ракель с хитрой улыбкой начинает медленно водить руками по груди Терренса, пристально смотря ему в глаза. — Я много чего могу… Могу сделать так, что ты никогда это не забудешь.

— Я еще дам тебе шанс покомандовать мной. Ну а пока что всем руковожу я . — Терренс крепко, но мягко берет Ракель за горло и гордо приподнимает голову, демонстрируя безоговорочную уверенность в себе. — И тебе придется делать то, что я скажу.

— Сам же сказал, что я неукротимая. Так что, красавчик, ты только зря потратишь время.

— А это мы еще посмотрим. Как я уже сказал, у меня все еще есть надежда сделать тебя послушной девочкой. И я добьюсь своего любой ценой.

Терренс резко валит Ракель на песок, возвышается над ней и не дает ей время понять, как он жадно впивается в ее губы. Та сначала сильно напрягается, что-то тихо мычит и сопротивляется, но вскоре ее тело резко расслабляется, а она сама отвечает взаимностью на это горячее проявление страсти. Мужчина крепко берет ее за запястья, прижимает их к песку, чтобы она была полностью обездвижена, и ласкает губы девушками ртом и языком, посасывая их, нежно покусывая и слегка оттягивая. А спустя некоторое время он крепко берет лицо издающей чувственные вздохи брюнетки и продолжает целовать ее губы и языком исследовать рот. Ракель же обвивает руками шею Терренса, гладит или легонько царапает ему спину и копается в его слегка взъерошенных волосах. Ее дыхание становится более учащенным и прерывистым. Сердце начинает стучать в разы чаще. Его звук отдается легким эхом где-то в голове. Мышцы тела сильно напряжены. А в голове появляется какая-то легкость. Уходят все тревоги и плохие мысли. Все внимание – на эмоции, что дарит ей любимый человек.

В какой-то момент Терренс утыкается носом в изгиб шеи Ракель и слегка трется об него. Из-за чего та чувствует легкую щекотку и скромно хихикает. Но ее смех почти сразу же сменяется тихими стонами и громкими выдохами, когда мужчина просто проводит губами по изгибу ее привлекательной шеи и покрывает нежными поцелуями уже каждую ее часть. А чуть позже он оставляет на ней легкие укусы и щипки и проводит языком по некоторым частям, на которые он дышит холодным и горячим воздухом попеременно. Все ее эмоции, чувства и реакции тела становятся более сильными, а она чувствует себя расслабленной и всей душой наслаждается происходящим.

Немного погодя Терренс с учащенным дыханием покрывает поцелуями ключицы Ракель, вместе с этим нежно сжимая и лаская девушке грудь. Из-за чего ее стоны становятся более громкими и чувственными, а она сама с прикрытыми глазами выгибает спину. Одного прикосновения мужских губ к любой части женского тела достаточно для того, чтобы заставить ее испытывать неземное наслаждение. Его искусные ласки сводят ее с ума, и пробуждают в ней острое желание оказаться ближе к этому человеку. Который заставляет ее задрожать и почувствовать мучительное напряжение где-то внизу живота, когда тот носом приоткрывает некоторую часть ее живота, который он нежно наглаживает обеими руками.

— О боже… — на одном дыхании хриплым голосом произносит Ракель и с чувственным выдохом невольно напрягает бедра. — Черт… Ох… Ты просто неподражаем…

— Неужели ты смела во мне сомневаться? — с хитрой улыбкой низким голосом интересуется Терренс, оставляет на животе Ракель несколько легких поцелуев, пока его руки ласкают ее бедра.

— Конечно, я не сомневалась. Не сомневаюсь, что ты когда-нибудь доведешь меня до остановки сердца.

— А я не сомневался, что ты все равно мне сдашься. — Терренс с наслаждением выдыхает, проводя губами по коже на животе Ракель, придерживая ее за изгибы талии. — Черт, ты малышка, сводишь меня с ума… Твой запах чертовски головокружительный… О да…

— Вот гаденыш… — резко выдыхает Ракель, довольно тяжело и громко дыша. — Знает мои слабые места… Ах… Твою мать…

— Ты, сучка, тоже хороша! — Терренс нежно массирует грудь Ракель, проводит губами по той части, что выглядывает из-под рубашки, и с тяжелым дыханием покрывает поцелуями один из изгибов ее шеи и ее переднюю часть. — Делаешь все для того, чтобы свести меня с ума. Лежала бы ты как бревно, тебе бы все равно удалось свести меня с ума одним лишь своим видом.

— Только я не… — Ракель с прикрытыми глазами издает громкий стон и слегка выгибается, когда Терренс оставляет поцелуй на впадине в ее горле. — Ах, черт!

— Ар-р-р, я бы хоть сейчас снял с тебя шмотки и трахнул! — Терренс одаривает Ракель продолжительным поцелуем в губы, одной рукой по-хозяйски лаская ее грудь и без стеснения просунув ее под женскую рубашку. — М-м-м… Да, крошка…

— О, да… Делай со мной все что хочешь. — Ракель закатывает глаза с чувством дрожи, когда Терренс губами ласкает ее ухо и оставляет нежный поцелуй за ним. — Черт… Ох… М-м-м… Ай!

— Тише-тише, красавица, не надо так кричать, — тихо говорит Терренс, мягко закрыв рот Ракель одной рукой, пока его другая еще сильнее задирает ее рубашку и гладит женский оголенный живот. — Ти-и-и-и-ше…

Терренс перемещает руку на промежность Ракель и нежно гладит внутреннюю часть ее бедер…

— Вот так… Вот так…

— М-м-м… — издает громкий, чувственный стон Ракель, начав медленно двигать бедрами и прогнув спину с чувством, что по ее телу пропускают удар тока.

— Тс-с-с-с, расслабься, милая, расслабься, — шикает Терренс и уверенно ласкает ее промежность, ненадолго просовывает руку в женские джинсы, чтобы раздразнить девушку медленной стимуляцией клитора. — Тс-с-с-с…

Ракель снова издает громкий стон с прикрытыми глазами и чувством, что ее сердце на мгновение остановилось. То, как она извивается словно кошка буквально завораживает Терренса. Он всей душой наслаждается процессом и не скрывает своей гордости, видя реакцию девушки, которую охватывает всеобъемлющий экстаз.

— Дыши спокойно, не напрягайся, — продолжает с хитрой улыбкой приговаривать Терренс, нежно помассировав каждую из грудей Ракель, немного поласкав ее живот в тот момент, когда она приподнимает нижнюю часть тела, положив на него руку и почувствовав, насколько ее мышцы напряжены. — Давай же, детка, расслабься! Чего ты такая напряженная?

Ракель не может ответить, поскольку Терренс все еще затыкает ей рот рукой, и может лишь постанывать, выгибаться, словно кошка, и покачивать бедрами, довольно тяжело дыша с чувством головокружения и вздрагивает после каждого прикосновения мужских рук. А он еще больше раззадоривает девушку, нежно лаская ее промежность и внутреннюю часть ее бедер и большим пальцем стимулируя твердые женские соски.

— Все хорошо, я не делаю ничего плохого, — низким мягким голосом говорит Терренс, довольно тяжело дыша и чувствуя себя несколько напряженным, но уверенным в себе, и нежно шлепает Ракель по бедрам. — Расслабь ягодицы… Не надо так напрягаться.

Терренс кончиками пальцев проводит по ключицам Ракель, передней части ее шеи и впадине на ней, пока та тихонько постанывает и закатывает глаза, чувствуя, как приятное тепло медленно распространяется по всему телу.

— Т-с-с-с… Расслабься и получай удовольствие… — Терренс оставляет нежный, волнительный поцелуй на передней части шеи Ракель и ласкает ее губами. — Ты еще недостаточно мокренькая, чтобы брать тебя сейчас. Еще не готова…

Терренс, не давая ей времени опомниться и что-то сказать, резко впивается в меру пухлые алые губы Ракель, придерживая ее лицо ладонью. От чего девушка вздрагивает с чувством замирания сердца, но сразу же отвечает ему взаимностью, положив одну руку ему на плечо, а другую – запустив в его волосы и начав слегка оттягивать их. Она первая с чувственным придыханием начинает ласкать его рот с помощью языка, лаская мужской слух своими тихими стонами, как можно ближе притягивая к себе жениха, от тела которого исходит тепло, и водя руками по его спине.

В какой-то момент Терренс оставляет пару поцелуев за ухом Ракель, которое он нежно обхватывает ртом, и на подбородке. А затем он просто проводит по изгибу шеи сначала только ртом, а потом еще и кончиком языка, слегка прикусывает некоторые места и зацеловывает буквально каждый сантиметр. Его руки в этот момент все еще ласкают девушке грудь и живот. А пальцы проходят сквозь ее покрытые песком волосы и стимулируют ей соски. Позже он снова возвращается к поцелуям в низ живота и подключает кончик языка, которым скользит по некоторым частям этой красивой части женского тела. Пока его обладательница лохматит мужские волосы и ласкать его слегка покрасневшее лицо, никак не сдерживая себя в проявлении удовольствия.

Когда в какой-то момент Терренс хочет снова поцеловать Ракель в губы, то она, все еще лежа на песке, резко притягивает к себе разгоряченного мужчину и сама вовлекает его в жаркий поцелуй, сильно оттягивая мужские волосы, пропуская пальцы сквозь мягкие пряди, поглаживая его по спине обеими руками и придерживая или лаская лицо и шею своего жениха. А когда тот теряет контроль над ситуацией и сдается этой роковой красавицы, она легким толчком валит его на песок, садится на него и еще более страстно и жадно целует его в губы, начав покусывать, оттягивать, посасывать и сжимает каждую из них, ведя себя очень уверенно и действуя настойчиво. МакКлайф даже не думает сопротивляться той, что заставляет кровь бурлить в его жилах, водя руками по ее спине и уверенно наглаживая ей бедра и сжимая ягодицы. Он не сдерживает тихий стон, стоит ее языку оказаться у него во рту и начать искусно им работать.

Им обоим сносит крышу от сильного возбуждения и невероятных эмоций. Ни один из них не пытается сдержать себя и даже не думает сопротивляться. Невозможно остаться равнодушными к столь умелым ласкам самых чувствительных мест. Их дыхание сбивчивое, лица покрасневшие, улыбка искренняя и широкая, а волосы выглядят взъерошенными. Сердце продолжает отбивать сумасшедшие ритмы, голова все еще кружится, а тело охватывает сильный жар и дрожит после любых действий того, кто знает, что с ним делать.

— Черт, да ты просто безумная! — во время короткого перерыва резко выдыхает Терренс и широко улыбается, когда Ракель нежно смотрит на него сверху вниз.

— Да, я безумная, — с хитрой улыбкой отвечает Ракель и слегка прикусывает губу, пока ее руки в этот момент уверенно растирают крепкую грудь Терренса. — А все из-за тебя . Ты сделал меня такой.

— Я сделал? — Терренс негромко ухмыляется и невинно улыбается. — Да я вообще ничего не делал! Лежу себе спокойно на песочке, получаю удовольствие… А ты умудрилась возбудиться так, будто я ласкал тебя часа два и затрагивал все твои самые чувствительные места.

— Мне достаточно одного лишь твоего взгляда, чтобы мечтать порвать на тебе одежду.

— Верно. Мне нужно ласкать тебя всего пять минут, чтобы ты была готова сделать для меня все что угодно.

— Сейчас ты так возбудишься, что будешь громко скулить и умолять прекратить все это. — Ракель обхватывает ухо Терренса губами, нежно целует место за ним и приближает к нему лицо, чтобы кое-что шепнуть. — Готовься снимать штаны, детка. Скоро тебе будет очень хорошо.

Ракель снова впивается Терренсу в губы, крепко держа его лицо в руках, пока он держит свои на ее ягодицах и иногда поглаживает ее бедра. Ну а после небольшого страстного поцелуя с языком девушка немного покусывает, посасывает и облизывает обе его губы. После чего она с томными стонами, слегка прогнув спину, оставляет несколько поцелуев на изгибах его шеи и ее передней части. От чего тот с тяжелым дыханием закатывает глаза и чувствует, как он несильно вздрагивает, а его сердце замирает после каждого прикосновения женских нежных губ к тонкой чувствительной коже на этом участке тела.

— О да, детка, ты знаешь , как свести своего повелителя с ума… — с наслаждением и широкой улыбкой закатывает и прикрывает глаза Терренс и резко выдыхает, когда Ракель легонько прикусывает место у него на изгибе шеи. — Продолжай в том же духе, продолжай…

— Ну так ты так хочешь этого и еще способен справиться с этим, то пожалуйста, — загадочно улыбается Ракель. — Мне будет даже в радость.

Ракель опускается немного ниже, покрыв поцелуями приоткрытые ключицы Терренса, просунув руки под его футболку и начав с большим удовольствием наглаживать его живот. Она хорошо чувствует крепкий пресс и понимает, насколько его мышцы напряжены. Покрасневший от возбуждения мужчина начинает дышать гораздо громче и чаще, когда его невеста задирает его футболку и начинает покрывать поцелуями весь его живот, уделяя особое внимание его нижней части. Что заставляет его тело сильно задрожать и еще больше напрячься. А самим МакКлайфом-старшим овладевает волна жара и легкого головокружения.

— Черт, иногда жизнь может быть прекрасна , — слегка хриплым голосом говорит Терренс, пока Ракель решает уделить внимание другим частям мужского торса, покрывая их поцелуями и лаская руками или губами. — Ах, блять… Вот сучка… Я сейчас сдохну… Если ты не прекратишь...

— Как ты часто любишь говорить, подожди, малыш, я только начала, — с хитрой улыбкой отвечает Ракель, оставляет парочку поцелуев на груди Терренса и медленно проводит языком по месту ниже его пупка.

— О, твою мать… — бросает в дрожь Терренса.

— Ты такой сексуальный и горячий. — Ракель оставляет несколько поцелуев на шее Терренса, на его щеках и местах за ушами. — Конечно, я могу начать с конца и как следует поласкать твой член. Ведь он такой напряженный… А ты у меня такой нетерпеливый и становишься горяченьким буквально через пару минут. Но я хочу помучить тебя подольше. Чтобы ты, сука, скулил и умолял потрахаться с тобой.

— Любой бы был бы нетерпеливым, если бы имел дело с такой сногсшибательной сексапильной красоткой, перед которой не сможет устоять даже бездарное в делах любовное бревно.

— Может быть… — Ракель с хитрой улыбкой начинает легонько тереться ягодицами об пах Терренса, видя, как он заметно напрягается и начинает неровно дышать, пока его глаза пристально смотрят на нее. — Как я уже говорила, ты не сможешь укротить меня, но зато тебе удается сводить меня с ума за считанные минуты.

— Секрет прост – я просто невероятно способен в этих делах, — с гордо поднятой головой заявляет Терренс, пока руки Ракель скользят по его груди, а она сама покрывает поцелуями каждую часть его лица. — Меня никто не учил этому искусству. Я сам освоил его методом проб и ошибок.

— Охотно верю. — Ракель оставляет парочку поцелуев на губах Терренса. — Верю…

— А вообще у меня никогда не было ошибок. Я всегда знал, как завести любую девчонку. Как заставить ее вздрагивать и стонать от одного только прикосновения моего пальца. Любая была бы готова стать моей всего через пять минут, а то и меньше. Любые ласки и любой секс со мной всегда приводили девчонок восторг…

— Все, МакКлайф, хватит болтать и нахваливать себя, — уверенно отрезает Ракель. — У меня нет времени слушать все это.

Только Терренс хочет сказать что-то еще, как Ракель тут же затыкает его с помощью страстного поцелуя, крепко держа его лицо в руках, действуя с достаточно сильным давлением и время от времени тихонько постанывая. Руки мужчины играют с волосами девушки, гладят ее плечи и по спине, проскользают под рубашку, уверенно гладят бедра и крепко сжимают и массируют ее ягодицы. Она же щедро одаривает его различными поцелуями в губы, лицо и шею: от нежных и невинных до агрессивных и напористых. Снова спускается вниз до его живота, по которому водит своими мягкими губами, и который также не оставляет без волнительных поцелуев. Кроме того, брюнетка уделяет немного внимание его крепкой груди и соскам. Что заставляет его еще тяжелее дышать, гораздо чаще стонать и более остро ощущать непреодолимое влечение к своей невесте.

Чуть позже Ракель снова возвращается к животу Терренса и медленно доходит до его низа. Она оставляет на нем всего лишь несколько поцелуев и внезапно прекращает это делать, медленно выпрямившись и с расправленными плечами и выпяченной вперед грудью смотрит на мужчину.

— Нет-нет-нет, не останавливайся, прошу тебя, — с тяжелым дыханием скулит Терренс. — Пожалуйста, продолжай.

— Ты уверен, что хочешь этого? — с загадочной улыбкой низким, мягким голосом интересуется Ракель, кончиками пальцами медленно водя по низу животу Терренса.

— Очень хочу… Не прекращай… Продолжай…

— Правда? Ну ладно… Будет тебе удовольствие… — Ракель плавно перемещает руку к паху Терренса, который предвкушает что-то грандиозное, но к его разочарованию она резко убирает ее. — Но не сейчас!

— Что? — широко распахивает глаза Терренс, удивленно уставившись на Ракель, которая резко сползает с него. — Эй, я не понял! Что это значит? Ракель!

— Я немного устала. — Ракель обессиленно ложится на песок рядом с Терренсом и с тяжелым дыханием переводит на него свой взгляд. — Тяжело с тобой возиться, солнце мое. Всего несколько минут – а я уже без сил.

— Неужели ты собралась на этом и закончить?

— Если я в ближайшие пять минут не приду в себя, то тебе придется забыть об удовольствии. Прости.

— Ну ты и сумасшедшая ! Как у тебя рука дрогнула?

— Пф, тебе, значит, можно обламывать мне кайф, а мне – нет? — приоткрыв рот, возмущается Ракель. — Тебе, твою мать, можно все?

— Да!

— Ха! Тоже мне нашелся господин!

— Вообще-то, я и есть твой господин, Кэмерон, — с гордостью напоминает Терренс и теплой ладонью ласкает оголенный живот Ракель. — Забыла что ли, с кем связалась? С человеком, которого должны обслуживать по высшему разряду.

— А не пойти ли тебе к черту, самопровозглашенный господин с огромным самомнением! — Ракель уставляет свой взгляд на ясно-голубое небо с облаками в виде различных форм, все еще продолжая тяжело и часто дышать, как будто она пробежала длинный кросс и только сейчас добралась до финиша и без сил упала на землю. — То, что тебя зовут Терренс МакКлайф еще не означает, что все обязаны припасть к твоим ногам и говорить, какой ты прекрасный.

Терренс несколько секунд как-то хитро смотрит на Ракель, прежде чем он с гордым видом немного приподнимается на локтях и говорит:

— Хорошо, можешь немного отдохнуть. — Терренс хитро улыбается, когда Ракель переводит на него свой взгляд. — Но уж потом я с тобой разберусь. Ты ответишь мне за каждое подобное слово и хорошо запомнишь, кто такой Терренс МакКлайф. Поймешь, что о таком мужчине, как я, нужно заботиться, как о самом дорогом драгоценном камне на свете.

— Расслабься, МакКлайф, лучше посмотри, какое красивое небо, — переводит тему Ракель, снова посмотрев на небо и слегка прикусив губу. — И согласись, что это классно – валяться на песочке напротив океана и наслаждаться теплым ветерком и солнечной погодой.

— Вот вредная сучка! — тихо ухмыляется Терренс. — Ну ничего, сейчас я немного передохну и хорошо займусь тобой.

Ракель ничего не отвечает и лишь скромно хихикает и кладет одну руку себе на живот, продолжая глазами рассматривать голубое небо и облака. Терренс же несколько секунд наблюдает за ней и медленно окидывает взглядом все женское тело, которое он находит невероятно привлекательным. А видя, как она изящно сгибает одну ногу в колене, он сглатывает, ибо находит это несколько возбуждающим. Да и каждое движение этой красавицы кажется соблазнительным. Например, его завораживает то, как поднимается и опускается ее небольшая, аккуратная грудь при вздохе и выдохе. Но потом он все-таки ложится на песок и уставляет свой взгляд на небо, сложив руки на животе. Правда, в какой-то момент МакКлайф-старший снова переводит взгляд на свою невесту, пальцами нежно проводит по ее щеке, запускает руку в ее густые волосы на макушке и некоторое время перебирает их, рассматривая каждую прядь. Это заставляет Ракель скромно улыбнуться и прикрыть глаза с чувством полного расслабления.

— Боже, как же хорошо… — с наслаждением произносит Ракель. — Иногда из-за проблем мы совсем забываем о том, какую радость может испытывать человек. И не замечаем, сколько всего интересного находится вокруг нас.

— Согласен, — скромно улыбается Терренс и большим пальцем медленно проводит по губам Ракель, завороженно рассматривая их.

— Порой забот бывает так много, что мы забываем, какого это – быть по-настоящему счастливыми. Хотя каждый миг, проведенный с любимыми людьми, поистине бесценен.

— Лично сейчас я очень счастлив. — Терренс берет Ракель за руку и несильно сжимает ее в своей. — Намного счастливее, чем хотелось бы. А все благодаря тебе. Человеку, который стал лучшим, что когда-либо происходило в моей жизни. Наверное, я не был так счастлив с кем-то еще, как с тобой.

— Будто бы озвучиваешь все мои мысли.

— Может, раньше я не так сильно ценил время, проведенное с тобой. Но сейчас все совсем иначе . Я ценю все те моменты, которые мы проживаем. И… Не стану скрывать – это самое лучшее время в моей жизни.

— Эй, прекрати говорить о том, о чем я думаю! — со скромной улыбкой восклицает Ракель и легонько хлопает Терренса по руке.

— Я говорю правду, любимая. Почему я должен молчать, когда хочу сказать, как мне повезло найти человека, который так здорово вдохновляет меня и поддерживает, когда мне это необходимо?

— Ну знаешь… — Ракель немного лениво переворачивается на живот, пока Терренс приподнимается на локтях. — А вот мне безумно повезло встретить человека, который смог заставить меня чувствовать то, чего я никогда раньше не чувствовала. Который заставил меня ощущать себя любимой и желанной. Еще более уверенной. Красивой. И… Окончательно убедиться в том, что люди видят то же, что и я.

— Только не вздумай сказать, что ты не уверена в себе и считаешь себя некрасивой. Такая чертовски красивая и сексапильная девушка просто не может быть таковой.

— Теперь у меня нет никаких сомнений.

— Их не должно быть. — Терренс снова принимает лежачее положение и кончиками пальцев проводит по щеке Ракель. — Я выбрал себе ту, которая знает себе цену и умеет сражать всех наповал своими красотой, обаянием, сексуальностью и умению подать себя.

— Это определенно музыка для моих ушей… — скромно улыбается Ракель.