Проходит пару дней. Питер продолжает сидеть дома и не собирается менять что-то к лучшему. Ему безумно стыдно за то, что он подводит свою группу. Но он страшно боится делать хоть что-то для того, чтобы сгладить острые углы. Не хочет собраться с мыслями, привести свой внешний вид в порядок, набраться смелости и отправиться к своим коллегам, чтобы объясниться и извиниться перед ними. Вместе этого Питер бездействует . Ничего не делает. Никак не пытается себя оправдать. Не пытается загладить вину. Не пытается сделать хоть что-то, чтобы исправить ситуацию. Как будто он не чувствует себя виноватым и не понимает, в чем вся загвоздка.

Мужчина вместо этого целыми днями лежит на кровати и пустым, грустным взглядом изучает белоснежный потолок в своей комнате. Роуз стал выглядеть еще хуже, чем несколько дней назад. В усталых глазах, что ничего не выражают, кроме боли и печали, окончательно погас тот блеск, который в них был. Под ними появились заметные синяки от недосыпания. Его щеки стали еще более впалыми. Он сам успел сбросить еще немного веса, а его кожа стала гораздо бледнее. Блондинистые взъерошенные волосы уже давно не получают должного ухода. Они выглядят непричесанными и еще более грязными, чем прежде. От того улыбчивого и счастливого мужчины, который раньше много смеялся и никогда не унывал, не осталось практически ничего. У Питера пусто в душе. У него нет никаких хороших эмоций, приятных ощущений и причин взять себя в руки и вспомнить, что есть люди, которым он слишком многим обязан. Им овладели темные мысли, из-за которых он замкнулся в себе и отказывается идти с кем-то на контакт. Вряд ли бы блондин рассказал что-то, даже если бы не жил один в своей небольшой квартире, а рядом был кто-то, кто был бы готов помочь ему. Он считает, что будет лучше, если о его страданиях никто не узнает. Хотя ему становится все сложнее и сложнее скрывать в себе все эти чувства, что медленно разрушают его.

Пролежав еще какое-то время на кровати, Питер сначала медленно принимает сначала сидячее положение и пустым взглядом осматривает свою комнату, в которой он уже очень давно не наводил порядок, а потом лениво поднимается на ноги и направляется в ванную комнату. По пути мужчина окидывает взглядом тот беспорядок, что царит в его квартире, разбросанные на полу вещи, кучу грязи и пыли во всех уголках и даже кое-какую одежду далеко не первой свежести. А когда он медленно открывает дверь, Питер включает свет, переступает порог небольшой ванной, что отделана белоснежной плиткой, и направляется к зеркалу. Затем блондин переводит взгляд свое отражение, которое выглядит таким же печальным и унылым, как и он сам, и долго вглядывается в свои пустые глаза, как будто пытаясь загипнотизировать себя.

С каждой секундой Питер начинает дышать все чаще и тяжелее и очень сильно нервничать, не переставая думать о чем-то мрачном, что заставляют его чувствовать себя еще более угнетенным. А спустя несколько секунд парень, все еще продолжая всматриваться в свое отражение, начинает говорить с ним низким и хрипловатым голосом. В зеркале он видит, как его губы один в один повторяют их движения и говорят то, во что мужчина начинает верить все больше и больше.

— Ты заслуживаешь все, что сейчас со тобой происходит… Не удивительно, что у тебя нет друзей, а девушки не обращают внимание на такого придурка, как ты. Потому что ты – урод ! Ты – просто ничтожество, Питер Джексон Роуз, жалкое ничтожество. За что бы ты ни взялся, у тебя никогда ничего не получается… Ты не мужик, ты – тряпка… Тряпка, которая нужна всем только для того, чтобы вытирать ноги… Такой уродливый и бездарный человек должен сдохнуть . Он вообще не должен был рождаться и травить всем жизнь…

Чуть позже взгляд Питера падает на лезвия бритвы, которые лежат в небольшом стаканчике на раковине рядом с пузырьком жидкого мыла. Он медленно переводит взгляд на свое отражение, потом – снова на лезвия и затем – опять на отражение. А потом тяжело дышащий блондин дрожащей рукой медленно берет лезвие и долго смотрит на него своим стеклянным взглядом, понимая, как сильно он начинает дрожать и едва борясь с желанием заплакать. В какой-то момент Питер прислоняется к стенке, холод от которого мгновенно обжигает его спину и заставляет еще сильнее задрожать, и медленно съезжает по ней вниз, садясь на пол и положив лезвие рядом с собой. После чего он устает бороться и начинает тихо плакать, чувствуя, как слезы катятся из его глаз по щекам, поддаваясь волне панической атаки, на пару секунд прикрыв лицо руками и запустив пальцы в свои засаленные волосы.

После нескольких секунд борьбы с самим собой и своими демонами блондин снимает с левой руки все свои браслеты, с грустью во взгляде рассматривая каждый и кладя его на пол возле себя. Питер всегда носил довольно много браслетов и повязок на обеих руках и почти никогда не показывал оголенные запястья. Однако это ни у кого не вызывало никаких подозрений, и он убеждал всех, что просто любит носить браслеты. А сняв их все, то перед его глазами предстает несколько шрамов разной глубины, которые еще не успели зажить, и на которые он смотрит с тихими всхлипами, вспоминая какие-то не самые лучшие года своей жизни, о которых известно лишь ему одному. Также на запястье можно найти еще несколько шрамов, но они практически зажили и выглядят очень бледными.

— Я заслуживаю это, потому что во мне нет ничего хорошего… — дрожащим голосом внушает себе Питер. — Все это говорили и были правы … И просто знакомые, и близкие друзья… Они хотят, чтобы я продолжал причинять себе вред и изрезал себя до смерти… И я осуществлю их желание… А потом они будут танцевать на моей могиле и радоваться тому, что я сдох и лежу в сырой земле… Я доставлю им это удовольствие.

Тихо всхлипнув, Питер неуверенно подбирает лезвие и несколько секунд рассматривает эту вещичку, которая красиво переливается на свету и заставляет его надолго залипнуть и завороженно наблюдать за бликами, что отражаются на холодном металле при поворотах и наклонах в разные стороны. Этот блеск буквально подчиняет парня себе словно гипноз, которому он и не думает сопротивляться. Но моментально приходит в себя, когда сильная боль словно клинок пронзает его дрожащее от напряжения тело, а перед глазами предстают ярко-красные кровавые пятна, что вытекает из появившейся на руке ране. Часть из них оказывается на штанах Питера, который вообще из-за этого не переживает. И смотрит только лишь на рану, в какой-то момент начав тихо всхлипывать и дрожать, крепко прижимаясь спиной к холодной стене и прижимая колени поближе к груди.

Стиснув зубы и морщась от невыносимо сильной боли, Питер едва сдерживает желание закричать на всю квартиру – а то и на всю улицу – о своей несчастной участи. О том, какой он неудачник, урод, безмозглый и бесполезный отброс общества, чье рождение стало огромной ошибкой. Парень медленно опускает кровоточащую руку на пол, задирает голову, прикрывает глаза и начинает сильно кусать нижнюю губу, чувствуя, как что-то тяжелое сдавливает ему грудь, не давая нормально вдохнуть и выдохнуть. Его глаза хаотично бегают из стороны в сторону, наблюдая за сюрреалистичными галлюцинациями, что появляются вместе с приступом головокружения и ощущением стремительной потери контроля над телом. Он даже слышит какие-то голоса, что побуждают его не останавливаться, зайти еще дальше и сделать непоправимое. Сделать то, о чем, по их мнению, мечтают все его недруги. То, что он и так слишком долго откладывает.

Отделанные белой глянцевой плиткой стены и пол практически полностью испачканы ярко-красными пятнами. Которыми также испачканы серые штаны и почти такого же цвета майка Питера. Который не может справиться с накатавшим на него ощущением духоты, тошноты, головокружением и страхом смерти по какой бы то ни было причине. Голоса в голове становятся все громче и заглушают биение сердца, что буквально готово выдолбить себе путь наружу. От чего мысль о том, чтобы уйти из этого мира раз и навсегда, возвращается к нему снова и снова, стоит ей немного отступить. Что-то все еще продолжает всеми силами удерживать его от непоправимого, а что-то наоборот – подталкивает в бездну мощными пинками. Блеск лезвия и алые пятна на руке, на полу и на стене вводят его в состояние беспомощности и заставляют его надолго залипнуть.

В какой-то момент Питер и вовсе начинает смеяться. Тихо, но нервно. Все громче и громче. Пока смех не становится пугающе истерическим. Но после этого приходит резкая слабость и сильное головокружение, вызванное потерей крови. Дышать нечем, горло как будто со всей дури сдавливают чьи-то невидимые крепкие руки. Голоса в голове продолжают давить и настаивать на своем, галлюцинации становится более пугающими и заставляют бледного парня сжаться от страха в клубок и горько разрыдаться, снова и снова высоким голосом повторяя что-то вроде: « Нет-нет! Уйдите! Оставьте меня! Прошу! Нет! ». А те в ответ требуют не быть трусом и сделать это. Снова и снова. Снова и снова. Пока Роуз с учащенным дыханием сгибается пополам и плотно затыкает уши руками в надежде спрятаться от преследующих его демонов. Но это как будто только больше раззадоривает галлюцинации, которых включили на максимальную громкость. Которые давят на мозг блондина с утроенной силой.

Давят так сильно, что в итоге Питер не выдерживает и издает долгий протяжный крик, буквально сотрясающий стены и потолок. Тяжело дыша, он медленно выпрямляется и смотрит на всех своих демонов с мыслью, что его время умирать еще не пришло. Есть причина, по которой он должен держаться. Причина, по которой не может или не хочет поддаться на все эти провокации о непоправимом. Парень проводит дрожащими, окровавленными руками по бледному лицу, покрытому каплями пота, немного машет на себя футболкой с чувством духоты и позволяет себе еще немного отдышаться до того, как пробует подняться на ноги. Правда с первого раза у него это сделать не получается из-за слабости в ногах. Он падает каждый раз, когда пытается. Но чуть позже блондин, стиснув зубы, все-таки поднимается на ноги благодаря тому, что он крепко держится за раковину. Он заставляет себя сделать это, даже если его руки тоже заметно ослабели не только из-за его состояния, но еще и из-за прекращения занятий спортом для поддержки хорошей формы.

Не обращая внимания на головокружение, слабость и немного нечеткое зрение, Питер начинает искать в шкафчике, что висит над раковиной, необходимые медикаменты. Он вскоре достает перекись водорода, вату, марлю и пузырек с нашатырным спиртом. Мужчина приподнимает ручку крана и настраивает нужную температуру, пока открывает пузырек с нашатырем и несколько секунд вдыхает его запах. От чего ему становится более-менее лучше для того, чтобы он был в состоянии обработать раны. После этого Питер начинает аккуратно промывать все раны до тех пор, пока ярко-алая вода не становится прозрачной. Далее он обрабатывает их с помощью перекиси водорода, изо всех сил заставляя себя терпеть сильное пощипывание. А уже в конце, когда ему удается остановить кровотечение, блондин туго перевязывает руку небольшим куском марли.

Немного отдышавшись и вдохнув еще немного нашатырного спирта, чтобы ему стало лучше, Питер умывает лицо, смывает остатки крови с раковины и собирает все грязные кусочки ваты, которые выкидывает в небольшую корзинку под ней. После этого он поднимает с пола и надевает на руку все браслеты, понимая, что ему придется найти еще несколько, ибо эти не могут полностью прикрыть запястье, обмотанное марлей. Но перед тем, как сделать это, Питер вытирает с пола и стен всю кровь с помощью половой тряпки и каких-то моющих средств, чтобы в итоге ванна снова стала белоснежной.

Далее блондин осматривает свою майку со штанами и видит, что они тоже все в крови. Он с тихим вздохом направляется к себе в комнату, открывает шкаф и достает оттуда более-менее свежие футболку и штаны более темного цвета. Положив новую одежду на кровать, Питер снимает то, которая на нем надето, и надевает то, что он нашел. Мужчина настолько сильно похудел, что можно увидеть слегка выпирающие ребра и позвонки, а руки, которые раньше были намного крупнее, стали довольно тонкими. Роуз никогда не был полным. Наоборот – вполне себе стройным. Но сейчас у него явный недобор веса, ибо при своем высоком росте он выглядит слишком уж исхудалым.

А переодевшись в новую одежду, Питер замачивает всю грязную в холодной воде и бросает в стиральную машину. После чего настраивает нужный режим стирки и включает ее, слыша, как она начинает медленно набирать воду и раскручивать барабан. Немного понаблюдав за тем, как работает машинка, он слышит звонок в дверь, который заставляет мужчину несколько разозлиться, ибо ему вообще не хочется кого-то видеть.

— Кто бы это ни был, я спущу его с лестницы, — со злостью во взгляде шипит Питер.

Питер быстрым, резким шагом направляется к двери, чтобы открыть ее. Однако он почти сразу же замирает после того, как видит перед собой человека, который отбивает у него желание кричать и выгонять его из квартиры. Эта довольно милая и красивая девушка. Ростом она где-то ниже плеч мужчины. У нее черные длинные волосы, карие глаза и покрытая легким загаром кожа. Ее лицо выглядит свежим благодаря нюдовому макияжу, который очень трудно заметить ничего в этом не понимающему человеку.

— Э-э-э, привет… — неуверенно здоровается девушка, сложив руки перед собой. — Я пришла не вовремя, да?

— Хелен? — удивляется Питер, испуганными глазами рассматривая на девушку с ног до головы и чувствуя, что его сердце начинает биться намного чаще, а дышать становится труднее. — Э-э-э… А… Что ты здесь делаешь?

— Пришла тебя проведать, — пожимает плечами Хелен. — Разве ты не рад меня видеть?

— Э-э-э… — Питер резко мотает головой, буквально лишившись дара речи после того, как он увидел Хелен на пороге своей квартиры и заметно занервничав при ее виде. — Н-нет… Нет… Нет, я очень рад , что ты пришла ко мне…

— Нет, если ты не хочешь меня видеть, я могу прийти в другой раз.

— Вовсе нет! Проходи в квартиру, не стесняйся…

Питер отходит от порога и приглашает Хелен зайти. Девушка же где-то секунду или две смотрит на мужчину, а потом медленно заходит в квартиру и осматривается вокруг в то время. Пока он закрывает за ней дверь, правда не заперев ее на замок, а просто прикрыв. Блондин пару секунд с грустью во взгляде смотрит на симпатичную брюнетку, которая в этот момент стоит спиной к нему, и неуверенно подходит к ней, крепко сцепив пальцы.

— Выглядишь ты что-то не очень… — с грустью во взгляде отмечает Хелен, рассматривая бледное, уставшее лицо Питера. — Такой бледный и уставший…

— Скажи, а зачем ты пришла? — чуть хриплым голосом интересуется Питер, нервно одергивая один из своих браслетов. — Наверное, у тебя полно дел, и ты должна идти на работу…

— Сегодня у меня выходной. Так что я решила зайти к тебе и узнать, как ты поживаешь.

— Неужели еще есть люди, которые беспокоятся обо мне? — без эмоций усмехается Питер, отведя взгляд в сторону.

— Конечно, есть! Ты же прекрасно знаешь, как я беспокоюсь о тебе.

— Я знаю, но в этом нет никакого смысла.

— Послушай, Питер, может, тебе не хочется об этом знать, — тихо, неуверенно говорит Хелен. — Но я пришла сюда еще и для того, чтобы поговорить с тобой о Джессике.

Глаза Питер начинают бегать из стороны в сторону, и он заметно нервничает, вспоминая о том, как подло он обошелся с Джессикой. Если тогда ему ничуть не было стыдно за свой поступок, то сейчас мужчина готов сквозь землю провалиться от стыда перед еще одним человеком, дружбу с которым разрушил раз и навсегда.

— О Джессике? — неуверенно уточняет Питер.

— Она сказала, что ты прогнал ее из квартиры, — немного хмуро отвечает Хелен и скрещивает руки на груди. — Как собачонку! А перед этим накричал на нее и наговорил что-то еще, на что она сильно обиделась?

— Это Джесс тебе сказала?

— А кто же еще? Не ты же сказал о том, как плохо поступил со своей давней подругой.

— Нет, Хелен, послушай, все не так, как…

— Зачем ты поступил с ней так жестоко? Она ведь хотела помочь тебе и вытащить из той бездны, в которую ты себя загнал!

— Клянусь, я не хотел этого! — помотав головой, с жалостью во взгляде оправдывается Питер. — Мне действительно очень жаль, что я так поступил с Джесс. Я… Я не знаю, что на меня нашло…

— Она хотела помочь тебе справиться с твоей депрессией. А ты не только вышвырнул ее из квартиры, но еще и накричал.

— Я знаю, что не должен был этого делать, и мне нет оправдания. Из-за своей депрессии я и так растерял почти всех своих друзей и остался без поддержки. Если ты скажешь, что я во всем виноват, то это никак меня не обидит. Ибо ты скажешь правду …

— Никогда не думала, что ты стал бы поступать со своими лучшими друзьями, — качает головой Хелен. — Мало того, что ты ничего не объясняешь, так еще и стал вести себя агрессивно со всеми своими друзьями.

— Поверь, мне действительно очень жаль, что…

— Надеюсь, меня не ждет такая же участь? Или, может быть, мне лучше уносить ноги? А то мне не хочется пережить то, что пережила Джессика!

— Нет… — качает головой Питер, с жалостью во взгляде смотря на Хелен. — Нет, Хелен, прошу, не говори так!

— Давай, Роуз, наори на меня, подними руку и выгони из квартиры. Потеряй последнего человека, который еще готов помочь тебе.

— Пожалуйста, не делай из меня монстра. Ты же прекрасно знаешь, что я вовсе не такой ужасный.

— Ну давай, поступи как ненастоящий мужчина и выгони меня. Можешь еще и ударить, чтобы оставить о себе просто « замечательное » мнение. Тебе все равно нечего терять!

— Нет, Хелен, прошу тебя, не говори так! — с жалостью во взгляде умоляет Питер. — Как ты могла подумать, что я посмею…

— Я уже не знаю, чего от тебя ждать. Твоих друзей и так можно по пальцам пересчитать, но ты умудрился разругаться со всеми. Да так, что наладить отношения будет очень тяжело.

— Пожалуйста, выслушай меня…

— Знаешь, мне кажется, ты не очень-то рад видеть меня и был готов спустить меня с лестницы. Так что я, наверное, зря пришла сюда и лучше уйду от греха подальше. Прости, что отвлекла тебя…

Хелен направляется к двери, дабы покинуть квартиру, но Питер тут же останавливает ее, взяв под локоть и с жалостью во взгляде посмотрев на нее. В глубине души мужчина страшно боится потерять дружбу еще и с этой девушкой, увидев которую в его глазах появился огонек, и находясь с которой он неровно дышит и немного нервничает. Однако блондин всячески старается не показывать свое волнение, но не скрывает, что до смерти не хочет потерять свою подругу – единственную, которая у него осталась.

— Нет-нет, не уходи! — с жалостью во взгляде дрожащим голосом умоляет Питер. — Останься со мной, пожалуйста. Я тебя умоляю! Ты не можешь бросить меня и тоже разорвать со мной дружбу. Только не ты, прошу тебя…

— Вдруг ты набросишься на меня, если я останусь… — с испугом в широко распахнутых глазах опасается Хелен. — Скажу что-нибудь не то и получу пару пощечин.

— Нет, Хелен! — Питер мягко берет Хелен за плечи. — Клянусь жизнью, я никогда не посмею ударить тебя и причинить тебе какой-то вред. Ты – слишком важный для меня человек, которого я не могу потерять. Я просто не переживу, если по моей глупости наша дружба будет разрушена. Прошу тебя, не уходи… Ты нужна мне…

Хелен резко выдыхает, чтобы немного расслабиться, и со скромной улыбкой мягко гладит Питеру плечо и его руку по всей длине.

— Ладно, приятель, расслабься, — мягко произносит Хелен. — Обещаю, что никуда не уйду и буду с тобой, несмотря ни на что.

— Просто побудь со мной немного, а потом можешь идти по своим делам, — с грустью во взгляде просит Питер. — Твое присутствие всегда заставляет меня почувствовать себя немного лучше.

— Я останусь настолько пожелаешь… И я понимаю, что… Все это лишь последствия твоей депрессии… А не твой плохой характер.

— Клянусь, я ни за что не причину тебе вреда. Пожалуйста, не бойся меня и не оставляй в такой тяжелый для меня момент.

— Не брошу, обещаю.

Питер с трудом находит в себе силы улыбнуться уголками рта и выразить Хелен свою огромную благодарность, поклявшись себе, что не посмеет причинить вред этой девушке, которая так для него важна. А иначе он точно не сможет пережить это и захочет покончить с собой из-за стыда…

— Давай пойдем в мою комнату, — дружелюбно предлагает Питер. — Поговорим…

Хелен пожимает плечами и первая направляется в комнату Питера, который следует за ней и приобнимает за плечи.

— Слушай, ты когда в последний раз прибирался здесь? — с ужасом во взгляде окинув взглядом всю квартиру, интересуется Хелен. — Ты же раньше терпеть не мог грязь и внимательно следил за чистотой своей квартиры!

— Может, чуть позже я займусь этим… — неуверенно отвечает Питер, пожав плечами. — Вот станет немного лучше – и приберусь.

— Ну судя по всему этому беспорядку, ты уже месяц-полтора собираешься… — Хелен останавливает свой взгляд на несколько грязных футболок Питера, что валяются в углу одной из комнат. — Уж одежду можно было бы положить в машинку и постирать.

— Э-э-э… А машинка уже кое-что стирает… Не слышишь?

Хелен прислушивается к звукам в квартире и действительно слышит, как на кухне тихо работает стиральная машина, которая стирает его окровавленную одежду.

— Это хорошо… — скромно улыбается Хелен. — Вижу, тебе и самому начинает надоедать носить грязную одежду… Или же она просто закончилась.

В этот момент Питер и Хелен приходят в комнату мужчины, который после этого оборачивается к девушке и смотрит на нее с грустью в красных глазах.

— Расскажи мне, как поживает Джесс после нашей с ней ссоры, — неуверенно просит Питер.

— Не очень, если честно, — тихо вздохнув и скрестив руки на груди, с грустью во взгляде отвечает Хелен. — Она очень грустит из-за того, что ты на нее накричал и выпихнул из квартиры. Ты настолько сильно напугал ее, что Джесс боится приходить к тебе домой из-за твоего агрессивного поведения.

— Она что-нибудь говорила тебе обо мне?

— Только то, что ты – больная сволочь, что таких тварей она еще никогда не встречала, и что ей совсем не жаль тебя.

— Ты думаешь, она бы выслушала меня, если бы я попросил у нее прощения?

— Сейчас – нет. Ты слишком сильно обидел ее.

— Я знаю… — Питер присаживается на кровать и тихо вздыхает. — Но я очень хочу извиниться перед ней и сказать, что мне очень стыдно перед ней.

— Так сделай это! — Хелен тоже присаживается рядом с Питером. — Если тебе и правда жаль, то хотя бы позвони ей и извинись.

— Да, но я ужасно боюсь посмотреть ей в глаза после того, как ужасно поступил с ней. Джессика не заслужила такого… Она была моей подругой еще со школьных времен, и я люблю ее как свою сестренку. Я не хочу потерять дружбу с ней из-за своей глупости.

— Джессика не будет долго на тебя злиться, если ты извинишься перед ней. Тебе стоит только позвонить ей и пригласить к себе.

— Не могу же я просто сказать ей: « Привет, Джесс, прости меня за мою агрессию, я этого не хотел! », — пожимает плечами Питер. — Это будет неискренне звучать из моих уст. К том уже, эта девушка может не поверить мне.

— Ну да, не спорю, возможно, тебе придется постараться, чтобы заслужить ее прощение. Но я уверена, что тебе не придется долго извиняться, и она быстро простит тебя.

— Эта девушка считает меня эгоистом … Эгоистом, который думает только о себе… Но с другой стороны, она абсолютно права . Я и правда веду себя омерзительно и наплевал на всех, кто хотел помочь мне. И я имею в виду не только ссору с Джесс…

— Я знаю… — Хелен кладет обе руки на плечи Питера и слегка улыбается уголками рта. — Самое главное – это то, что ты жалеешь об этом.

— Ох, не знаю, Хелен… — покачав головой и окинув взглядом всю комнату, тихо вздыхает Питер. — Кто сейчас поверит в мое раскаяние? Только самый глупый и наивный идиот!

— Но ведь это не повод и дальше сидеть отмалчиваться. Если ты жалеешь, то надо это доказывать . Извинись перед Джессикой и объясни, почему ты так поступил с ней.

— А будет ли смысл? Перед тем, как она ушла, Джессика заявила, что не будет горевать, если кто-нибудь убьет меня. Эта девушка косвенно пожелала мне смерти, Хелен. Она хочет этого.

— Нет, Питер, не говорит так! — Хелен мягко кладет руку на сложенные перед ним руки Питера. — Джессика была слишком зла и не понимала, что говорила. Вот увидишь – она раскается в этом, когда немного успокоится.

— Да все в порядке, я уже не обижаюсь на правду. Многие люди говорили ее мне в лицо, но я отказывался верить и мысленно протестовал. Но сейчас я понимаю, как правы они все оказались.

— Никто этого не говорит! А тот, кто смеет говорить это, совсем не ценит тебя.

— А я как раз общался с теми, кому дружба со мной вообще была не нужна. — Питер на секунду бросает грустный взгляд в сторону. — Хотя я никогда не делал ничего плохого и всегда старался быть хорошим другом. Жаль, что некоторые люди этого не ценят…

— Выкинь мысли об этих людях из головы, они не заслуживают твоих переживаний. Думай только о тех, кто искренне любит тебя и желает тебе счастья.

— Разве такие люди есть? — без эмоций усмехается Питер. — Всем наплевать на меня! И даже если я пойду извиняться и делать что-то ради того, чтобы стать для кого-то лучше, мне никто не поверит.

— Господи, Питер, откуда у тебя такой депрессивный настрой? — недоумевает Хелен, с грустью во взгляде смотря на Питера и чувствуя, как ее сердце разрывается от того, что она сейчас наблюдает. — Что с тобой происходит в последнее время? Мне безумно больно видеть тебя таким подавленным и слышать то, что говорит о твоих сомнениях в себе.

— Я всегда сомневался в себе и до сих пор не знаю, для чего живу на этом свете, — без эмоций отвечает Питер. — И я сомневаюсь, что у меня вообще есть какие-то цели…

— Почему ты так изменился? Некоторое время назад ты был совсем другим ! Я с самого первого дня нашего знакомства помню тебя веселым и жизнерадостным парнем, который мог здорово подбодрить меня. Вспомни, как ты помог мне пережить смерть моего дедушки. Он был моим очень близким человеком, и я долго не могла поверить в его смерть. Только лишь с твоей помощью мне удалось справиться с этим.

— Не мог же я позволить тебе одной переживать смерть близкого человека. Я сделал все, чтобы немного облегчить тебе боль.

— А теперь я хочу облегчить твою и помочь тебе преодолеть свою депрессию. — Хелен берет Питера за руку, с жалостью во взгляде смотря на него. — Я хочу снова увидеть твою улыбку и горящие глаза и знать, что ты по-настоящему счастлив. Ты себе представить не можешь, какую боль причиняешь мне, все больше загоняя себя в бездну и отказываясь принимать чью-либо помощь.

Хелен тяжело вздыхает и на мгновение опускает взгляд вниз.

— Есть ли у меня шанс снова увидеть в тебе того улыбчивого и счастливого парня, с которым я познакомилась несколько лет назад? — с грустью во взгляде интересуется Хелен. — Скажи мне, Пит, скажи, что есть! Прошу тебя…

— Ах, Хелен, тебе никогда не понять меня… — отведя взгляд в сторону, тяжело вздыхает Питер. — Ты не можешь представить себе, каких усилий мне стоили все эти улыбки и притворство… Я улыбался в тот момент, когда мне хотелось кричать и реветь от боли.

— Но почему? Почему ты впал в такую депрессию? Скажи, что я могу для тебя сделать, и я из кожи вон полезу, чтобы любой ценой облегчить твое состояние.

— Ты… Ты…

Питер хочет что-то сказать, глядя на Хелен своими слегка испуганными, широко распахнутыми глазами, но потом решает не делать этого, отрицательно покачав головой. Вроде бы ему очень хорошо с этой девушкой, но вроде бы его бросает в дрожь из-за того, что она сидит так близко, смотрит ему в глаза, держит его за руки и мягко гладит их. Что-то очень сильно мешает ему полностью довериться своей подруге и признаться ей в том, почему на него напала такая сильная депрессия.

— Нет… — дрожащим голосом неуверенно произносит Питер. — Нет… Нет… Я не могу этого сказать…

— Но почему, Пит? — с жалостью во взгляде смотря на Питера, недоумевает Хелен. — Что случится, если ты объяснишь причину своей грусти? Я не спрашиваю, почему ты стал агрессивным к друзьям, ибо не сомневаюсь, что это последствие депрессии. Мне просто хочется узнать, что ты скрываешь, и как я могу помочь тебе.

— Просто оставайся со мной и не разрушай дружбу со мной. Я точно знаю, что если потеряю дружбу с такой удивительной девушкой, как ты, то не смогу вынести этого.

— Ты же знаешь, что мы с тобой давно являемся лучшими друзьями и всегда обо всем рассказывали друг другу. Мне ты можешь рассказать все и попросить о любой помощи. А если хочешь что-то скрыть, то обещаю – я никому не расскажу твою тайну.

— Прости, Хелен… — Питер мотает головой и отводит взгляд в сторону. — Но тебе не надо это знать… Ты все равно не сможешь помочь мне… А я не хочу загружать тебя своими проблемами, которые тебе не нужны.

— Мне нужны твои проблемы! Я хочу помочь тебе выбраться из бездны и облегчить твои страдания. У меня сердце разрывается, видя, как ты медленно убиваешь себя.

— Я искренне не понимаю твоего рвения помочь мне. Почему ты так сильно хочешь помочь такому уродливому и бестолковому человеку, как я? Хелен! Я же не заслужил этого! Такому уроду, как я, вообще нет места не этом свете! А ты еще хочешь спасти его!

Хелен слегка приоткрывает рот и уставляет свои широко распахнутые глаза на подавленного Питера.

— Ты – уродливый? — ужасается Хелен. — Боже мой, Питер! Как ты можешь говорить такие вещи? Почему ты так унижаешь себя?

— Потому что это правда, которую ты не можешь отрицать! Я – неудачник ! У меня ничего не получается! Моя жизнь всегда была сплошным кошмаром. Меня преследует неудачи во всем. Чтобы я ни делал, мне всегда удается все запороть.

— Прошу тебя, перестань наговаривать на себя! — Хелен мягко гладит Питеру предплечья, за которые затем мягко берет его. — Лично для меня ты всегда был удивительным человеком, который поддерживает меня и знает, как сделать мне приятное. Я уже тысячу раз поблагодарила Бога за то, что Он послал мне такого чудесного друга, как ты. И показал, что возможно встретить преданных и любящих людей. Еще ни с кем-либо мне не было настолько хорошо, как с тобой.

— Я – ничтожество, Хелен, и даже не смей говорить, что это не так. — Питер пару раз издал тихий всхлип, будучи не в силах сдерживать свои эмоции и практически перестав смотреть на Хелен. — Посмотри на меня! Во мне нет ничего особенного, что могло бы нравится другим… Я – мышь ! Жалкая, облезлая и незаметная мышь, которую можно пинать ногами или выпихивать из дома шваброй. У меня нет никаких талантов, кроме как умения портить людям жизнь и подставлять их.

— Нет, Питер, это не правда! — с подступающими к глазам слезами качает головой Хелен. — Умоляю, не слушай то, что тебе когда-то говорили твои недруги. И не смей сомневаться в себе, в своей внешности и своих талантах.

— Я говорю правду. Правду, которую все начали говорить очень давно.

Хелен начинает тихонько плакать, хотя и старается сдерживать себя и не поддаваться желанию разрыдаться навзрыд. Ее сердце сжимает каждый раз, когда она слышит от Питера подобные вещи и видит, в каком ужасном состоянии он находится.

— Нет, не говори так, пожалуйста, ты делаешь мне больно… — с жалостью во взгляде умоляет Хелен. — Ты очень важен для меня. Мне невыносимо видеть тебя в таком ужасном состоянии. Я очень хочу спасти от саморазрушения. Умоляю, дай мне шанс помочь тебе. Обещаю, я не брошу тебя и останусь с тобой до самого конца.

— Все вы так говорите, — хмуро бросает Питер, руками оперевшись о свою кровать. — А на самом деле думайте, что лучше бы меня не было на этом свете и желайте мне смерти.

— Нет-нет, пожалуйста, Питер, не говори так! — со слезами, что катятся по ее щекам, отчаянно умоляет Хелен, крепко взяв Питера за руки. — Никто не хочет, чтобы тебя не было на этом свете. Ты просто внушил себе эту мысль и веришь этому бреду. Забудь об этом, приятель, послушай то, что тебе говорят любящие люди.

— Если ты говоришь про друзей, то они не всегда бывают рядом с тобой.

— Не только. Моя бабушка тоже переживает за тебя. Я рассказала ей о твоей депрессии, и она теперь постоянно интересуется о твоем состоянии и говорит, что сделала бы все, чтобы помочь тебе.

— Твоя бабушка ничем не сможет мне помочь. Миссис Маршалл тем более бессильна перед моими проблемами и никак не сможет заставить меня преодолеть себя.

— Если ты расскажешь, что тебя гложет, то я с удовольствием помогу тебе. Как я могу помочь, если не знаю причины? Я должна знать обо всем, чтобы найти какой-то выход. Ты же прекрасно знаешь, что ради тебя я на все готова. Я пожертвую чем угодно, лишь бы видеть тебя счастливым.

— Ты не поймешь меня, если я скажу хотя бы часть из того, что произошло. Поэтому тебе лучше ничего не знать, забыть обо мне, заниматься своими делами и не беспокоиться обо мне.

— Нет, Питер, я не могу бросить тебя в беде и…

Хелен переводит взгляд на левую руку Питера, на которой надето много браслетов. Они не до конца закрывают марлю, которую только недавно наложил блондин после того, как порезал запястье.

— Господи, а что это такое? — с ужасом во взгляде интересуется Хелен, берет перебинтованную руку Питера и внимательно рассматривает ее. — Нет… Нет… Нет, только не это… Питер!

— Э-э-э, что ты имеешь в виду? — дрожащим голосом изображает удивление Питер, пока его глаза бегают из стороны в сторону. — Я не понимаю тебя!

— Ты снова сделал это? — со слезами в широко распахнутых глазах, полных ужаса, громко интересуется Хелен. — Питер! Ты снова принялся за старое?

— Я… Я не понимаю… — Питер нервно сглатывает, буквально не дыша, пока он напряженным взглядом смотрит на Хелен. — Что я такого сделал?

— Хватит притворяться, что ты ничего не знаешь! — громко восклицает Хелен. — Неужели ты опять решил начать резать себя? Ты же обещал мне, что завяжешь с этой привычкой раз и навсегда! Поклялся своей жизнью, что больше не притронешься к лезвию!

— Ты же знаешь, что я стараюсь изо всех сил. Но желание причинить себе боль, которую я заслуживаю, становится намного сильнее. Я… Я не могу ничего сделать…

— Тебе не станет лучше, если ты и дальше продолжишь резаться. А вдруг однажды ты так изрежешь себя, что тебя уже ничто не сможет спасти?

— Эта боль невыносимая , но она помогает мне отвлечься от плохих мыслей… — Питер издает тихий всхлип, качая головой. — А еще… А еще я получаю то, что заслуживаю… Я заслужил эту боль…

— Прекрати так говорить, Питер, я умоляю тебя, стоя на коленях! — со слезами на глазах громко умоляет Хелен и тихо шмыгает носом. — Ты не можешь наказывать себя ни за что. Да еще и таким ужасным способом. Тебе лишь кажется , что эта боль помогает почувствовать себя легче.

— Скоро мои недруги будут радоваться и плясать на моей могиле, когда я умру, — низким голосом хмуро говорит Питер. — Они всегда хотели этого – и я предоставлю им это удовольствие.

— Замолчи, Роуз, замолчи! — практически вскрикивает Хелен, приобняв Питера за плечи и крепко прижав к себе со слезами на глазах. — Прекрати говорить о смерти, тем более своей! Я не хочу, чтобы ты даже думал об этом!

— Я не могу так больше жить, Хелен! — чувствуя, как у него в глазах появляются слезы, некоторые из которых затем катятся по щекам, дрожащим голосом отчаянно признается Питер. — Зачем я вообще живу на этом свете? Зачем родился? Я же просто порчу воздух и приношу людям неприятности!

— Прошу, ничего больше не говори! — Хелен заключает Питера в крепкие объятия, обвив руки вокруг его шеи, и уткнувшись носом в его плечо. — А иначе у меня начнется истерика из-за твоих слов.

— Прости, подружка, но я ничего не могу с этим поделать… — Питер крепко сцепляет свои руки, пока его сильно трясет от волнения. — Мне безумно неприятно видеть твои слезы и то, как ты расстраиваешься из-за меня. Но моя ситуация безнадежная …

— Нет, всегда можно найти какой-то выход! И я уверена, что он найдется, если ты расскажешь мне, что заставляет тебя так страдать и резать себя.

— Я не могу тебе об этом сказать… — дрожащим голосом произносит Питер. — Никому не могу сказать… Меня никто не поймет…

— Питер, ну, пожалуйста… — сильно дрожа от волнения, с горькими слезами умоляет Хелен.

— Нет, об этом лучше никому не знать… И даже при огромном желании я не выдам свою тайну и ни за что не признаюсь в том, что меня гложет.

— Умоляю, прекрати убивать себя и меня… — с жалостью во взгляде умоляет Хелен, отстраняется от Питера и мягко берет его лицо в руки, посмотрев в его красные заплаканные глаза и вытерев пару слезинок с его щек. — Почему ты не хочешь говорить о настоящей причине, по которой так убиваешься? Мы же с тобой не чужие люди и всегда доверяли друг другу!

— Потому что это касается только меня и моей жизни. Ни ты, ни Джесс, ни кто-либо еще не виноват в том, что происходит со мной. — Питер тихо вздыхает. — В этом не виноват даже Даниэль… Несмотря на то, что он унижал и оскорблял меня, это в какой-то степени было оправдано…

— Я не оправдываю этого парня, но, извини меня, его реакция мне понятна. Точно так же, как и реакция Джессики. Ты напал на обоих и заставил их ненавидеть тебя.

— Знаю… И мне жаль, что я не могу им рассказать всю правду и найти в себе смелости извиниться за свое поведение.

— Но ведь если ты не помиришься с Даниэлем, то твоя группа, скорее всего, распадется, толком не начав свою карьеру.

— Надеюсь, что эти двое не разругаются сами и найдут кого-то мне на замену, чтобы не дать группе распасться.

— Но ты ведь так хотел начать музыкальную карьеру и говорил, что это было твоим призванием!

— Сейчас я уже ничего не хочу и перестал считать себя таким уж талантливым. Ребятам будет намного лучше, если я покину группу и позволю им продолжить свою карьеру без меня.

— Но, Питер…

— Уверен, они найдут нового талантливого барабанщика и построят блестящую карьеру. А поскольку я виноват во всех бедах, то мне лучше покинуть группу.

— То есть, ты хочешь покинуть ее только лишь из-за стыда перед парнями?

— Это одна из причин. Я до последнего старался держаться, и все было хорошо до определенного времени. Обвинения Даниэля полностью оправданы. Он прав во всем. Теперь я даже не злюсь на него за то, что получил удар ножом в спину от него – человека, которому полностью доверял. Потому что его претензии объяснимы.

— Ты должен поговорить с ним, рассказать всю правду и постараться как-то помириться. Этот парень знает тебя дольше меня, и несколько лет был твоим хорошим другом. Неужели ты так просто готов разрушить с ним эту дружбу и продолжать враждовать с ним?

— Дружбы между нами уже не будет, потому что я не смогу найти в себе смелости заговорить с ним об этом. А он продолжит считать меня безответственным подонком, который все испортил. Все зависит от меня, но я не смогу сделать первый шаг, который обязан сделать, чтобы наладить с ним отношения.

— Но ведь ты не сможешь избегать его и прятаться у себя в квартире все время. Однажды вам двоим и вашему третьему другу придется собраться вместе и решить вашу дальнейшую судьбу.

— Знаю… Но я уже решил, что даже если мне придется встретиться с ними, то скажу им, что покидаю группу. И попрошу найти кого-то на замену и продолжить свою карьеру.

— Боже, Питер, ты все больше начинаешь пугать меня… — взволнованно признается Хелен, взяв Питера за руку и свободной рукой погладив ему плечо. — Прошу тебя, найди в себе силы пройти через это. А если будет нужно, я готова помочь найти какую-нибудь клинику, где тебе помогут.

— Нет, Хелен, ни в какую клинику я ложиться не собираюсь и не желаю изливать душу какому-то чужому человеку. Мне никто не сможет помочь…

— И ты не поправишься, если так и будешь лежать на кровати, вспоминать все самые ужасные моменты в своей жизни и резать свои запястья, чтобы причинить себе боль. Займи себя каким-нибудь делом и сосредоточься только на нем.

— Да, но что-то турне с « The Loser Syndrome » и не заставило меня забыть о плохом. А после него я начал чувствовать еще хуже.

— Неужели что-то произошло, когда ты был в турне?

— Нет… — Питер слишком тяжело вздыхает и окидывает взглядом всю комнату. — Однако этот тур и работа в студии не помогли мне отвлечься и забыть о том, какой я уродливый, бестолковый и безответственный.

— Ты вовсе не уродливый, Питер… — с жалостью во взгляде умоляет Хелен. — Прошу, прекрати наговаривать на себя и резать руки по причине и без.

— Я не думаю, я уверен в том, что являюсь тем, кем меня считает большая часть моих знакомых.

— Боже мой, за что же ты так себя ненавидишь? Откуда взялась такая ненависть к самому себе, приятель?

— Поверь, я никогда себя не любил. — Питер издает негромкий всхлип, смотря на Хелен с жалостью в своих красных, мокрых глаз. — Я – просто бесполезное ничтожество, которое не должно жить на этом свете и заслужило всю эту боль.

— Питер, пожалуйста, перестань так говорить! — издает тихий всхлип Хелен. — И позволь мне как-то помочь тебе, чтобы хоть немного облегчить твою боль. Умоляю, откройся мне! А иначе я сойду с ума от переживаний, сама впаду в сильную депрессию и…

— Не надо заботиться обо мне, как о ребенке, Хелен, — мягко отвечает Питер, гладит плечи Хелен и берет ее за руки. — Я искренне благодарен тебе за желание помочь мне и за то, что ты интересуешься мной. Но к сожалению, ты ничем не можешь помочь мне. Я уже давно нахожусь на дне и вряд ли выберусь, будь у меня хоть сто друзей.