— Если честно, я тоже очень рада, что мои родители захотели переехать именно сюда, — с легкой улыбкой задумчиво признается Наталия. — Они не хотели оставаться в нашем родном городе, так как планировали много работать над своим бизнесом. А сделать что-то подобное в Кингстоне было просто невозможно. Все это было создано именно здесь, в Нью-Йорке. А мотаться туда-сюда довольно утомительно. Хотя поездка не отнимает много времени.
— Как я уже сказала, моя семья оказалась здесь из-за моей мечты учиться только в нью-йоркском университете и работы моих родителей. Так что, нам пришлось переехать в Нью-Йорк. Хотя мои отец с матерью уже давно планировали переехать сюда, поскольку у них здесь был какой-то бизнес с важными партнерами.
— А я бы так и осталась жить в своем маленьком городке и мечтать о красивой жизни, если бы мне не был дан шанс стать моделью, — с грустью во взгляде говорит Ракель. — Мы с дедушкой жили не очень богато и никогда не могли позволить себе купить что-то. У нас никогда не было свободных денег – каждый цент уходил на все самое необходимые.
— Да и мы с родителями не всегда жили так хорошо, — задумчиво говорит Наталия. — Однажды у них было свое дело, но оно не приносило огромных денег – одни лишь убытки.
— Ты говорила…
— Однако в том случае свою роль сыграла неопытность в таких делах. Мои родители много не знали и не умели руководить. Именно поэтому им пришлось попрощаться с ним и какое-то время работать за небольшие деньги.
Наталия пожимает плечами.
— Лишь спустя некоторое время мама с папой смогли найти в себе силы взяться за новую работу, объединившись со своими более опытными знакомыми, — добавляет Наталия. — И с учетом прошлых ошибок и знаний, полученных от этих людей, они наконец-то смогли добиться потрясающих результатов. И стали очень известными в узких кругах юристом модной сферы и фэшн-журналистом.
— Однако твои родители никогда не экономили на тебе и всячески баловали тебя, — с легкой улыбкой отмечает Анна.
— По их мнению, ребенку должно доставаться все самое лучшее. Поэтому они не отказывали мне в чем-либо и сами покупали что-нибудь просто так или за какие-то заслуги. Даже если им приходилось отдавать последние деньги. Да и сейчас они ни в чем меня не ограничивают и регулярно переводят достаточно денег на мою банковскую карту.
— Порой дедушка тоже порой мог отдавать мне последние деньги на то, чтобы я побаловала себя, — скромно признается Ракель. — Правда, единственное, чем я могла себя побаловать на те суммы, – это более вкусная и разнообразная еда.
— Тогда было тяжело, но сейчас мы можем позволить себе что угодно, — бодро отмечает Анна. — Конечно, мои родители не настолько щедры и не выдают мне по тысяче долларов в месяц, но пока что мне вполне хватает на развлечения и какие-нибудь покупки. Уж пару платьев я всегда могу прикупить.
— Да, но после того что произошло недавно, я не уверена в том, что у меня получится жить такой же прекрасной жизнью.
— Ракель… — немного неуверенно произносит Анна.
— Ты уже знаешь, что произошло?
— Да, я знаю, что тебя незаслуженно оклеветали. Мне очень жаль…
— Анна! — тихонько зыкает Наталия, хлопнув Анну по руке. — Замолчи!
— Все в порядке, Наталия, — спокойно произносит Ракель и опускает взгляд на свои руки, сложенные на столе. — Как бы то ни было, я не смогу избежать подобных разговоров.
— Мне очень жаль, что все так сложилось, — мягко говорит Анна. — И помни, что я ни за что не поверю во весь этот бред.
— Спасибо большое. Да… Этот скандал может поставить крест на моей карьере. Но возможно, со временем все и правда наладится.
— Думаешь?
— Я не совсем уверена, но мне хочется верить, что вскоре народ успокоиться и поймет, как их обманули.
— И что ты будешь делать?
— Наталия посоветовала мне немного подождать, пока все успокоятся. И немного подумав, я решила, что это единственное верное решение на данный момент.
— Ну это ты сейчас такая спокойная, — скрещивает руки на груди Наталия. — Но когда ты только прочитала об этом в Интернете, то едва ли не заливалась слезами.
— Слушайте, а кто вообще пустил эти сплетни? — недоумевает Анна. — Кому это понадобилось?
— Да есть один козел… — хмуро бросает Ракель.
— Правда?
— Я не сомневаюсь в том, что это его рук дело.
— А Наталия сказала правду о том, что это мог сделать какой-то актер, с которым ты однажды работала на фотосессии?
— Правда.
— А что это за актер? Я его знаю?
— Самовлюбленный осел по имени Терренс МакКлайф.
— Что? — широко распахивает глаза Анна. — Терренс МакКлайф? Да ладно!
— Это он распространил эти сплетни обо мне. Захотел сделать все, чтобы уничтожить мою карьеру.
— Вот так поворот! Так значит, ты познакомилась с самим Мэйсоном из « American Love Affair »? С тем горячим красавчиком, по которому сходили с ума все девчонки по всему миру?
— Я не знаю, где он снимался, и ни разу не видела этот фильм.
— Да ты что, Кэмерон! — удивляется Анна. — Терренс МакКлайф был очень известен в нулевые годы!
— И ты туда же?
— Он уже был известным в тот момент, когда ты только начала свою карьеру модели. Пользовался огромной популярностью.
— Наверное, это его единственная роль, которой он может гордиться. И никак не может смириться с тем, что ему уже никогда не стать более известным.
— Слушай, а чего ты вообще с ним поругалась? Чего вы не поделили?
— Ну… — Ракель складывает руки на столе. — Во-первых, он – самовлюбленный пингвин, который привык к тому, что все им восхищаются, и ни одна девчонка не смеет ему отказывать и говорить, что не знает его. Во-вторых, МакКлайф – невоспитанный грубиян, которого не учили хорошо обращаться с девушкой. Ну а в-третьих, этот козел посмел распускать свои руки и приставать ко мне.
— Ничего себе! — слегка приоткрывает рот Анна.
— А еще они поцеловались ! — вставляет Наталия.
— Что? Поцеловались?
— Да-да, ты не ослышалась!
— Ты меня обманываешь!
— Нисколько нет!
— Я не верю своим ушам.
— Но это правда, Сеймур, — радостно отвечает Наталия. — У нашей Ракель состоялся первый поцелуй. Ее впервые в жизни поцеловал мужчина .
— Эй, так с этого и надо было начинать!
— Я этого не хотела! — возражает Ракель, приподняв руки к верху. — Он сделал это насильно !
— Господи, подруга, не могу поверить, что ты говоришь об этом так спокойно! Как будто у тебя не было никакого первого поцелуя. Да еще и с таким мужчиной.
— А почему меня должно это волновать?
— Да потому что тебя поцеловал сам Терренс МакКлайф!
— И что? Кто такой Терренс МакКлайф? Кто он такой? Почему я должна буквально трястись перед ним?
— Нет, подруга, ты точно ненормальная, если так спокойно к этому относишься.
— Да я ненавижу его за это! Стала ненавидеть еще больше после того как прочитала ту статью и одно из анонимных писем, которыми он меня заваливал.
— Э-э-э… Ну да, Наталия говорила мне про те письма…
— После того как этот придурок поцеловал меня, а я врезала ему по лицу и ушла, МакКлайф крикнул мне вслед, что заставит меня пожалеть и сделает все, чтобы разрушить мою карьеру.
— Неужели ты и правда думаешь, что это Терренс?
— А больше некому! — восклицает Ракель.
— Да нет, Ракель, перестань! Я не думаю, что это он.
— Ну не знаю… — задумчиво произносит Наталия. — Я бы не стала так защищать этого человека. Поначалу мне тоже казалось, что он не причем. Но сейчас я уже не так в этом уверена.
— Но зачем ему это нужно?
— Захотел отомстить за оскорбленную честь, — хмуро бросает Ракель.
— Прославиться на известном имени Ракель, — добавляет Наталия. — С надеждой, что его наконец-то заметят, и он получит свою долгожданную главную роль.
— Вот именно!
— Значит, Терренс не такой ангел, каким всегда хотел казаться? — слегка хмурится Анна. — Значит, он лишь притворяется милым и пушистым?
— Он – нарцисс , Анна. Самый настоящий нарцисс, который любит только себя. Который не терпит, когда его не замечают, не хвалят и не превозносят до небес. МакКлайф явно не замечает никаких своих недостатков и считает себя самым неотразимым и прекрасным.
— О боже мой… — Анна с тихим вздохом качает головой. — Мне совсем не хочется верить, что практически мой идол может быть таким. Но с другой стороны, ты бы вряд ли стала врать и наговаривать на человека.
— Я говорю то, что есть, — уверенно отвечает Ракель. — И более, чем уверена, что виновник всех моих бед – Терренс МакКлайф.
— И ты можешь это доказать?
— Пока что я могу лишь распечатать все письма, которые он прислал мне на электронную почту.
— Вряд ли это хорошая улика.
— А его слова о том, что он уничтожит мою карьеру и заставит пожалеть? Разве они не могут стать прямым доказательством того, что я не ошибаюсь?
— В любом случае не надо обвинять кого-то без доказательств. Да, Терренс может быть главным подозреваемым, но на самом деле виновником может быть кто угодно. Любой, с кем ты работала и работаешь по сей день.
— У меня со всеми прекрасные отношения. В последнее время я не ругалась ни с кем, кроме МакКлайфа.
— Ну знаешь, враг может скрываться и под маской друга, — задумчиво отмечает Наталия.
— Дедушка сказал примерно то же самое…
— Поэтому тебе не стоит так уверенно обвинять МакКлайфа, — уверенно говорит Анна.
— Жаль, что у меня нет никаких контактов с этим козлом или его менеджером. Я бы все ему высказала. Заставила бы извиниться за то, что он сделал.
— Ты уж с ними поосторожнее, подруга. Я слышала, что Терренс – очень влиятельная персона в мире шоу-бизнеса. Одно его слово может разрушить карьеру любого человека или же помочь кому-то прославиться.
— Да он только пугает! Хочет пустить пыль в глаза. Навести на людей страх.
— Я серьезно, Ракель. Не провоцируй его.
— Я не боюсь этого придурка, Анна. Если он в ближайшее время не остановится, клянусь, МакКлайф дорого за это заплатит.
— Распространив ложные слухи про него, ты сделаешь себе только хуже.
— Не сейчас, разумеется. — Ракель облокачивается на спинку стула и задумывается о своем на пару секунд. — А чуть позже. Когда народ немного успокоится. Уж тогда-то я превращу жизнь этого павлина в настоящий ад.
— Хорошо, поступай как знаешь, — пожимает плечами Анна. — В любом случае мне очень жаль, что все так произошло.
— Спасибо, Анна.
— Не переживай, все будет хорошо.
Анна мягко гладит Ракель по рукам, сложенные перед ней на столе.
— Не могу поверить, что все это происходит именно со мной, — тихо говорит Ракель. — Моя жизнь была такой спокойной, а тут на моем пути встал этот придурок и перевернул все с ног на голову.
— Послушай, Ракель… — мягко произносит Анна. — Я прекрасно понимаю, что тебе сейчас очень тяжело. Но ты должна понимать, что не сможешь все время ото всех прятаться и плакать в подушку.
— Тебе меня не понять.
— Почему это не понять? Я очень даже хорошо понимаю тебя и знаю, что ты сейчас чувствуешь.
— Моя карьера вот-вот будет разрушена, а для людей я уже стала эгоистичной тварью, которая свысока смотрит на всех, кому она обязана успехом.
— Но мы-то прекрасно знаем, что это не так.
— Знаю, но как доказать это другим?
— Не надо думать об этом сейчас. Сейчас ты должна сосредоточиться на себе. На своем самочувствии. Ты же изведешь себя, если все время будешь думать об этом.
— Но я не могу не думать! Я могу потерять то, что для меня очень важно.
— Неужели карьера для тебя важнее близких людей?
— Нет, конечно. Просто я очень сильно люблю то, что делаю.
— Я понимаю, но в жизни есть более важные вещи.
— Да, но…
— Слушай, Ракель, а давай мы с тобой сходим куда-нибудь? Например, завтра! Можно пройтись по каким-нибудь магазинам, зайти в салон красоты или в кино.
— Ты серьезно?
— Тебе сейчас это необходимо . Ты должна как-то отвлечься и развлечь себя.
— Нет, Анна, я не могу, — качает головой Ракель.
— Разве ты не хочешь устроить себе шоппинг-терапию и купить парочку новых кофточек или пару шикарных туфель?
— Сейчас мне вообще лучше нигде не появляться на людях.
— Ну и что теперь? Ты всю жизнь будешь прятаться?
— Пока что буду прятаться. А там посмотрим.
— Перестань, Кэмерон, чего ты так боишься?
— Осуждения. Этот скандал может негативно сказаться на моей безупречной репутации. Даже если все это забудется, однажды кто-то захочет припомнить этот случай и назвать меня зарвавшейся стервой, которая думает только о себе.
— Господи, Ракель, да не паникуй ты так, — устало вздыхает Анна. — Если все действительно так серьезно, то мы что-нибудь придумаем. Оденем тебя так, что никто не узнает, что это ты.
— Я не уверена, что кто-то не узнает меня сейчас, пока на мне надет этот парик.
— Ну лично я узнала тебя не сразу.
— А ты знаешь, что мои поклонники могут быть теми еще сыщиками? Они изучают меня буквально с лупой в руках, чтобы найти хоть что-то, чтобы найти повод обсудить меня.
— Ну и что? Пусть ищут!
— Ты ничего не понимаешь, Анна…
— Господи, но ты же не та звезда, которую знают абсолютно все. Тебя знают не все поголовно. Кто-то вообще пройдет мимо и примет тебя за обычного человека. Как будто все интересуются модельным бизнесом. Или кто-то вообще не любит его, прямо как мистер Кэмерон.
— Да я говорю ей о том же! — восклицает Наталия. — Многие сто процентов ни разу в жизни не слышали имя Ракель Кэмерон. А кто-то вообще не следит за жизнью моделей, актеров, певцов и прочих известных людей. Но зато наша подружка вбила себе в голову, что стоит ей только выйти на улицу, как целая толпа начнет указывать на нее пальцем и говорить ей гадости.
— Я бы посмотрела, что бы вы обе делали, если бы против вас был весь мир, — уверенно говорит Ракель.
— Все, Кэмерон, хватит придумывать глупости.
— Это не глупости!
— Ну хорошо, если ты так переживаешь, что кто-то может узнать тебя, то мы оденем тебя так, что никто не догадывается, кто скрывается под маской.
— Не надо ничего придумывать, — тихо, неуверенно говорит Ракель. — Я не хочу никуда ходить.
— Но, Ракель…
— Сейчас это слишком рискованно. Я не хочу еще больше злить людей. Даже сейчас я не хотела никуда идти. Сделала это только потому, что Наталия будет настаивать.
— Неужели ты собралась и дальше сидеть дома и страдать? — недоумевает Наталия. — Страдать, пока какой-то козел издевается над тобой и рассказывает всем ложь?
— Да, Наталия. Сейчас мне лучше никому не показываться на глаза. Следуя твоему совету, я подожду какое-то время, а потом что-нибудь придумаю и постараюсь найти в себе силы исправить эту ситуацию.
— Ну да… Если ты вообще захочешь что-то придумывать…
— По крайней мере, у меня будет шанс провести время с дедушкой Фредериком, — слегка улыбается Ракель. — Ведь мы так редко видимся из-за моей работы. А сейчас в связи незапланированным перерывом я могу уделить ему чуточку больше внимания.
В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, во время которой Анна переглядывается с Наталией.
— Что ж, как хочешь, — пожимает плечами Анна. — Поступай как считаешь нужным.
— Главное, чтобы это не было тебе во вред, — добавляет Наталия.
— К тому же, я смогу не только проводить время с дедушкой, но еще и уделять вам обеим достаточно внимания.
— Но ты же не хочешь никуда выходить.
— Однако я всегда буду рада видеть вас у себя дома.
— Ну естественно, мы будем чаще захаживать к тебе домой, — уверенно заявляет Наталия. — Неужели ты подумала, что мы бросим тебя?
— Вот именно! — восклицает Анна. — Мы будем спасать тебя от скуки и делать все, чтобы развеселить тебя.
— Мистер Кэмерон взял с меня обещание. А я не могу его подвести.
— Ах, девочки… — с легкой улыбкой качает головой Ракель. — Чтобы я без вас делала…
— Так ладно, все, хватит говорить о плохом! Давайте поговорим о чем-нибудь другом.
— Ну раз уж мы с тобой встретились впервые за несколько лет, то я буду рада узнать, как ты сейчас живешь, что делаешь и чем планируешь заниматься после окончания учебы.
— С удовольствием расскажу все, что смогу.
— Мне интересно все!
— Хорошо.
— О, слушайте, девчонки, а давайте закажем себе какой-нибудь сладкой воды или какой-то другой напиток? — предлагает Анна. — А потом посидим здесь и спокойно поболтаем обо всем, что изменилось с тех времен.
— В этот раз буду налегать на сладкое, — уверенно говорит Ракель. — На шоколад и выпечку.
— Да-да, я тоже хочу побаловать себя, — скромно признается Анна. — Буду набирать энергию для учебы в университете, которая заставляет меня чувствовать себя как выжатый лимон.
— А у меня диета , — с гордо поднятой головой заявляет Наталия. — Поэтому я выберу что-нибудь легкое и буду тихо завидовать вам.
— Господи, Рочестер, да какая тебе диета!
— Какая такая! Между прочим, я набрала вес, пока путешествовала по Италии целый месяц и объедалась блюдами итальянской кухни.
— Да ладно тебе! — машет рукой Ракель. — Неужели ты не можешь дать себе послабление и съесть что-то вкусное хотя бы сегодня?
— А потом это вкусное придется неделю отрабатывать в спортзале.
— Для тебя это не составит никакого труда, — уверенно говорит Анна. — Ты же у нас обожаешь заниматься спортом.
— Ар-р-р, вот какого черта ты предложила встретиться в кафе? — хмуро бросает Наталия. — Не могла что ли выбрать другое место?
— Не злись, Блонди, — скромно хихикает Ракель.
— Да я точно никогда не похудею, если буду постоянно ходить по гостям и кафе и есть всякие вкусности.
— Давай-давай, подруга, хватит думать о весе, — весело тараторит Анна. — И так стройная и красивая, но собралась еще худеть!
— Пошли, девочки! — жестом зовет с собой Ракель. — Посмотрим, что здесь есть.
Сначала Ракель и Анна встают из-за столика, а затем Наталия тихонько рычит с закатанными глазами и увязывается за подругами. Они втроем направляются к стойке, за которой стоит продавец, и изучает ассортимент товаров, среди которых есть огромное количество напитков, шоколадных батончиков, жвачек и прочих вкусностей. Девушки быстро выбирают себе кое-какие сладости, расплачиваются и снова присаживаются за столик.
Подруги все больше увлекаются разговором и успевают обсудить очень многое из того, что касается их школьных лет и тех изменений, что произошли в их жизни после окончания школы. Конечно, немного позже Ракель снова упоминает Терренса и то, как он оклеветал ее, но Анна и Наталия быстро закрывают этот разговор и находят то, что заинтересовывает их подругу. Они вообще стараются не травмировать ее и делают все возможное, чтобы развеселить ее. Чтобы помочь девушке отвлечься от негативных мыслей и не позволить ей сойти с ума из-за сильных переживаний.
***
Как она и планировала, на следующий день Ракель осталась дома. Сейчас она находится в своей комнате и читает какую-то книгу. Девушка чувствует себя немного лучше, хотя сложившаяся ситуация все равно заставляет ее расстраиваться. А тот факт, что она не знает, как ей разрешить эту проблему, вызывает еще большее беспокойство.
Ракель любит полежать на своей мягкой удобной кровати или устроиться на диване с чашкой крепкого кофе и любимой книжкой в руках. Чтение всегда помогало ей немного расслабиться и отдохнуть, например, после долгого дня на тяжелых съемках рекламы или какого-то интервью. Девушка также любит читать и в перерыве между съемками, когда идут все необходимые приготовления, и пользуется каждым моментом, чтобы сосредоточиться на том, что написано на страницах того или иного произведения.
Любовь к книгам у Ракель появилось благодаря Фредерику, который и сам любит проводить время за чтением произведения мировой классики. Мужчина считает это увлечение необходимым в жизни и не устает напоминать об этой своей внучке, которая и без того любит что-нибудь читать с самого детства. Ему даже не пришлось насильно приучать девушку к чтению, ибо она сама изучала все книги, которые у него есть, брала какую-то одну, чтобы прочитать ее, и выбрала следующую спустя какое-то время.
Ее подруги Наталия и Анна обещали как можно чаще заходить к Ракель в гости, чтобы та не грустила в одиночестве и не позволить ей страдать и переживать. Вчера они провели потрясающее время в компании друг друга, после которого девушке действительно стало намного лучше. Она выговорилась и получила поддержку от своих близких людей, которых очень сильно любит. И сейчас нисколько не жалеет, что доверилась им и позволила девушкам помочь ей если не смириться с позором, так хотя бы спокойно реагировать, если кто-то захочет оскорбить и унизить ее.
В какой-то момент, пока Ракель внимательно читает каждую строчку в небольшой по объему книжке, в комнате сначала раздается тихий стук в дверь, а после этого на пороге показывается Фредерик. Девушка тут же переводит взгляд на мужчину и быстро кладет книгу на столик рядом с кроватью, заложив закладку на нужной странице.
— Привет, Ракель, — с легкой улыбкой произносит Фредерик.
— О, привет, дедушка, — скромно улыбается Ракель и заправляет за ухо болтающуюся в воздухе прядь волос, которые сейчас красиво забраны у нее на макушке. — Ты уже вернулся из магазина?
— Да, только что. Накупил много всего вкусного специально для тебя.
— Хорошо. Я потом посмотрю.
— Ну как ты, солнце мое? — Фредерик прикрывает дверь и подходит поближе к Ракель. — Тебе лучше?
— Да, немного, — уверенно кивает Ракель.
— Правда лучше?
— Мне здорово помогают твои поддержка и забота.
— Ну и слава богу!
— Хотя не могу отрицать, что нынешняя ситуация все еще расстраивает меня.
— Не переживай, солнышко, рано или поздно все будет хорошо, — уверенно говорит Фредерик.
— Хотелось бы тебе верить.
— Не надо искать решение проблемы сию минуту, потому ты ничего не сможешь сделать.
— Да, я знаю… Я и не пытаюсь ничего делать.
— Лучше не думай об этом. Не заставляй себя переживать. Подумай о чем-нибудь хорошем.
— Думаю, ты прав… Наверное, мне и правда надо поменьше думать об этом. А иначе можно сойти с ума.
— Вот это верно! Любая проблема разрешаема. Просто иногда нужно время, чтобы найти решение.
— Я понятия не имею, как буду все это решать.
— Не думай об этом, Ракель. Сейчас не время.
— Верно… Не время.
— Лучше проводи побольше времени с подружками. — Фредерик мягко гладит Ракель по плечу. — Вон как здорово ты вчера провела с ними время. Они смогли успокоить тебя и уговорить относиться к ситуации спокойнее.
— Да, мне определенно стоит проводить больше времени с подругами и не закрываться от них, — пожимает плечами Ракель. — Ведь девочки смогли заставить меня хоть немного отвлечься от плохих мыслей.
— Тебе помогла вчерашняя встреча с ними?
— Да, я почувствовала себя намного лучше. Мы с девочками провели вместе прекрасное время.
— Что ж, прекрасно, — с легкой улыбкой произносит Фредерик. — Я очень рад, что им удалось немного развеселить тебя.
— Они пообещали почаще заходить ко мне в гости, пока я буду отсиживаться дома.
— Я не против. Наоборот, буду только рад увидеть девочек.
— Может, как-нибудь я уговорю их остаться с нами на ужин.
— Было бы здорово.
В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, во время которой Фредерик бросает короткий взгляд на окно, а Ракель просто наблюдает за ним со скромной улыбкой на лице.
— Я могу присесть к тебе на кровать? — мягко интересуется Фредерик.
— Конечно, присаживайся! — дружелюбно произносит Ракель. — Почему ты спрашиваешь!
С этим словами Ракель принимает сидячее положение и подгибает ноги под себя. Фредерик же скромно присаживается на край кровати и мягко гладит девушку по руке.
— Вообще-то, я пришел к тебе, чтобы сказать кое-что, — задумчиво говорит Фредерик.
— Что-то плохое? — округляет глаза Ракель.
— Нет-нет, не плохое.
— Тогда что произошло?
— Дело в том, что… — Фредерик бросает короткий взгляд на окно, ибо его внимание привлекает какой-то звук с улицы. — Пока я ходил по магазину, мне позвонила твоя тетя Алисия.
— Тетя Алисия? — переспрашивает Ракель.
— Да, мы с ней немного поговорили и узнали, как друг у друга дела.
— Она уже знает, что произошло?
— Знает. Я рассказал ей всю правду. Хотя ей уже кое-что известно благодаря газетам, журналам и новостям. Она не знала только про те анонимные письма, но я все ей объяснил.
— Ясно…
— Твоя тетушка очень сильно скучает по тебе. И сожалеет, что у нее пока что нет возможности приехать в гости.
— Я тоже скучаю по ней… — слегка улыбается Ракель, пока ее глаза загораются каким-то особым блеском. — И недавно как раз вспоминала ее. Спрашивала себя, как она там поживает. И почему давно нам не звонила.
— Алисия сказала, что была очень занята. Да и на работе дел много.
— Но было бы здорово, если бы она приехала к нам хотя бы на недельку. Ведь тетя Алисия уже очень давно не приезжала к нам.
— Да, но раз она не приезжает к тебе, ты можешь приехать к ней.
— В смысле?
— Мы с ней немного поговорили и решили, что тебе стоит на время скрыться ото всех. Подождать, пока все успокоятся.
— Что ты хочешь этим сказать? — слегка хмурится Ракель.
— Алисия хочет пригласить тебя к себе в гости.
— Правда?
— Она предлагает тебе пожить у нее хотя бы пару неделек. А может, даже и остаться с ней на Рождество. И вернуться сюда уже после праздников.
— Было бы здорово… — слегка улыбается Ракель. — Должна признаться, недавно я как раз думала о поездке в Англию. Было желание поехать к тете на рождественские праздники.
— Ну так поезжай в Лондон, — дружелюбно предлагает Фредерик. — Алисия ведь тоже очень скучает по тебе и хочет о многом тебя расспросить. Хочет узнать, как ты выросла и изменилась. Ведь прошло уже много лет с того момента, когда ты видела ее в последний раз.
— Я знаю.
— Твоя тетя уже давно хотела пригласить тебя к себе, но у тебя было столько работы, что ты просто не могла вырваться.
— Да уж…
— Ну так как? Что ты думаешь о предложении своей тети?
— Ох, честно говоря, я не знаю, дедушка… — тихо вздохнув, неуверенно говорит Ракель. — Меня ведь могут узнать работники аэропорта. А если кто-то все расскажет прессе, то всем быстро станет известно, что я сбежала.
— Ну и что? Пусть узнают!
— Мне будет трудно остаться незамеченной.
— В любом случае я считаю, что Алисия очень вовремя подоспела со своим предложением. Тебе надо сменить обстановку хотя бы на некоторое время. Думаю, что поездка в родную страну твоей покойной мамы, хорошо повлияет на тебя. — Фредерик бросает легкую улыбку. — Тем более, что тебе нравилось ездить в Лондон и проводить время со своей тетей Алисией, будучи еще ребенком.
— Верно, — кивает Ракель. — Там я чувствую себя просто превосходно. Это мой второй дом.
— К тому же, шанс встретить папарацци в Лондоне намного ниже, чем здесь, в Нью-Йорке, или где-нибудь в Лос-Анджелесе или Калифорнии. Здесь их как собак нерезаных. Поэтому в нашей стране легче всего попасться им на глаза. А там ты можешь немножко выдохнуть, потому что за тобой не будут бегать толпы людей с камерами.
— Да, но как быть с обычными людьми? — разводит руками Ракель. — Как мне быть, если кто-нибудь заметит меня там и начнет поливать грязью?
— Ты не обязана отчитываться перед чужими людьми, дорогая, — уверенно отвечает Фредерик. — Даже если ты и встретишь кого-то, то веди себя спокойно или просто игнорируй любые вопросы и оскорбления и иди дальше по своим делам.
— Я вряд ли смогу.
— Не думай об этом. Я уверен, что никто не обратит на тебя внимание, ибо у людей своих дел по горло, или они вообще не знают, кто ты такая. А уж в Лондоне всем точно не будет до тебя дела.
— Ты думаешь?
Фредерик уверенно кивает с легкой улыбкой на лице, а Ракель слегка прикусывает губу и задумывается на пару секунд.
— А знаешь, что, дедушка… — задумчиво произносит Ракель.
— Что? — слегка хмурится Фредерик.
— А я согласна !
— Согласна поехать в Лондон?
— Да, — скромно улыбается Ракель. — Я с радостью поеду к своей тетушке в гости и проведу в Лондоне хотя бы некоторое время. А потом подумаю… Может, я и правда останусь у нее до самого Рождества и отмечу его вместе с ней.
— Ты уверена в этом?
— Уверена , — уверенно кивает Ракель. — Думаю, я поживу у нее до тех пор, пока все не успокоятся. А там будет видно, что делать дальше. Или тетя Алисия подскажет мне, как поступить. Ведь она – женщина мудрая. И всегда знает, как лучше поступить.
— Значит, ты все-таки едешь в Лондон? — уточняет Фредерик.
— Да, дедушка. Я еду . Передай тете, что я прилечу в Лондон в самое ближайшее время.
— Отлично! — с широкой улыбкой восклицает Фредерик. — Я очень рад, что ты решила поехать к тете в Лондон хотя бы на пару недель.
— Раз уж у меня появилось свободное время, надо пользоваться этим.
— Хорошо. Тогда я сейчас же позвоню твоей тете и сообщу, что ты приняла ее предложение.
— Скажи ей, что я хочу вылететь в Лондон сегодня вечером, — уверенно отвечает Ракель. — Если это возможно, конечно.
— Сегодня ? — округляет глаза Фредерик, удивленно посмотрев на Ракель.
— Да, сегодня.
— Но, Ракель, к чему же такая спешка? Ты вполне можешь уехать в любой другой день! Спокойно соберешь свои вещи, забронируешь билет, заберешь его и улетишь на самолете в нужное время.
— Нет, дедушка, я не хочу ждать. Я хочу как можно скорее сменить обстановку и пожить в другом месте. Там, где я и правда смогу отдохнуть от преследования папарацци. А если повезет, то я не столкнусь и с разъяренными поклонниками.
— Что ж, хорошо, — пожимает плечами Фредерик. — Я тебя понял. Сегодня, так сегодня.
— Так будет намного лучше.
— Хорошо. В таком случае я пойду позвоню твоей тете и сообщу о твоем решении. Дам понять, что очень скоро ей предстоит встречать желанных гостей.
— Ну а я сейчас позвоню в агентство и забронирую для себя билет, — задумчиво говорит Ракель.
— Договорились. Пойду поговорю с Алисией в своей комнате.
Фредерик встает с кровати и неспешным шагом уходит из комнаты. Ракель же с легкой улыбкой смотрит ему вслед до тех пор, пока он не закрывает за собой дверь. После чего девушка уверенным шагом подходит к окну и смотрит в него с легкой улыбкой на лице, наблюдая за тем, что происходит за пределами квартиры.
«Скорее бы уже вечер, — с легкой улыбкой думает Ракель. — Я так хочу поскорее сесть в самолет и поехать в Лондон. К своей тетушке. Там я смогу пожить как обычный человек и не думать о проблемах и заботах. Сейчас это лучшее решение, которое я могу принять. Пусть здесь все немного успокоятся, а потом я подумаю, что буду делать. Сейчас мне нужно немного расслабиться и постараться выкинуть из головы мысли о том, что произошло.»
Ракель глубоко вздыхает, все еще смотря в окно и опираясь руками о подоконник.
« Было бы просто замечательно, если бы этот скандал затих так же быстро, как и был раздут , — думает Ракель. — Чтобы я вернулась домой и продолжила работать как ни в чем ни бывало. Дай бог, все так и будет .»
Ракель еще несколько секунд стоит у окна, рассматривая все, что находится за его пределами, пытаясь сосредоточиться только на хороших мыслях и заставить себя поверить, что рано или поздно все наладится. Но потом девушка решает не тратить время зря и начать собирать свои вещи и готовится к сегодняшнему отлету в Лондон, в родной город своей покойной матери Элизабет.
— Что ж, пора начинать собирать вещи, — задумчиво говорит Ракель. — Самолет вылетает вечером – так что, времени у меня осталось не так уж и много. Только…
Ракель слегка прикусывает губу и на пару секунд призадумывается.
— Только перед тем, как улететь отсюда, я хочу съездить в одно место… — добавляет Ракель. — Не важно, узнают ли меня кто-нибудь или нет. Я хочу поехать в Лондон только после того как сделаю это.
Ракель нервно сглатывает.
— Сначала соберу все свои вещи, а потом поеду туда, — решает Ракель. — Предупрежу дедушку и поеду. Путь будет долгий, но я все успею.
Еще немного поколебавшись, Ракель резко выдыхает, отходит от окна и начинает искать свой чемодан, в котором всегда перевозит свои вещи, когда ей приходится путешествовать по миру. Девушка не хочет брать с собой едва ли не весь свой гардероб и достает из шкафа только то, что действительно может ей пригодиться. Удобная одежда для любой погоды, обувь, кое-какие предметы для ухода за кожей, лицом и волосами, кое-что из косметики, некоторые аксессуары и самые любимые украшения.
Сейчас Ракель только рада хотя бы на время сменить обстановку и уехать из того места, где практически все напоминает ей о том, что произошло. Она понимает – если не сбежит сейчас, то продолжит и дальше пытать себя неизвестностью и мыслями о том, что же будет с ней и ее карьерой модели и безупречной репутацией. И запросто может сойти с ума и напридумывать себе таких ужасных вещей, от которых волосы могут встать дыбом.
***
Время около двух-трех часов дня. Перед вылетом в Лондон Ракель решает отправиться в Кингстон, свой родной городок, где расположено кладбище, на котором похоронены ее родители – Элизабет и Джексон Кэмероны, чтобы постоять у их могил и немного поговорить с ними с надеждой, что они слышат ее. Она добирается туда примерно за два часа на своем автомобиле, уже давно выбрав дорогу, по которой можно доехать до этого маленького городка за считанное время. И вот когда девушка наконец-то оказывается в нужном месте, она отправляется на городское кладбище. Ракель вообще не очень любит приезжать в это место, с которым у нее ассоциируется много неприятных воспоминаний. Однако единственная причина, по которой она время от времени появляется здесь, это ее родители. Если бы не они, девушка бы навсегда забыла дорогу в это место и больше никогда сюда не возвращалась.
Быстро найдя свободное место, Ракель ставит свою машину, выключает мотор, неторопливо выходит из салона, закрывает ее на ключ и спокойно, не спеша направляется к широкому входу, по пути засунув руку в карман своего длинного бежевого пальто, отлично сочетающееся с простыми светло-голубыми джинсами и серым вязанным свитером с высоким, широким горлом, который не дает ей замерзнуть в столь прохладную погоду. На ее голове надеты темные очки, а на плече висит небольшая сумочка, ремешок которой она в какой-то момент начинает нервно теребить, пока, тихонько постукивая подошвой зимних сапог по асфальту, на котором в некоторых местах лежит снег, приближается к тому месту, которое всегда заставляет ее чувствовать мурашки по всему телу. В одной из рук она держит пару небольших букетов из желтых и оранжевых цветов, которые собирается оставить на могиле каждого из своих родителей.
От сюда Ракель может слышать звуки колоколов, которые раздаются из небольшой церквушки, расположенной недалеко от кладбища. Любой желающий может прийти туда и немного помолиться. Или же здесь договариваются отпевать покойных людей, как это случилось с Джексоном и Элизабет. На огромном поле, тянущееся на многие километры и находящееся в местности, окруженной высокими густыми деревьями, хаотично расположено огромное количество могил разного вида: большие и маленькие, скромные и шикарные, дорогостоящие и дешевые.
Ракель медленным шагом проходит мимо каждой из них, с грустью во взгляде читая имена всех похороненных здесь людей и понимая, что здесь нет никого, кроме нее самой. С первого взгляда можно легко определить, за какими могилами регулярно ухаживают, а какие уже давно считаются заброшенными. Где-то похоронены уже пожилые люди, где-то – молодые, а где-то можно увидеть даже погребенных детей и младенцев, которые погибли по неизвестным причинам. Глядя на все эти могилы, девушка чувствует, как по ее коже пробегает легкий мороз, а сердце на мгновение щемит, и нервно сглатывает при виде фотографий совсем уж молодых людей, у которых жизнь, казалось бы, была еще впереди.
И вот после небольшой прогулки по этому месту, которое никогда не вызывает положительных эмоций, а кого-то даже заставляет бояться до дрожи в коленях, Ракель наконец-то доходит до двух могил, расположенных рядом друг с другом. Немного поколебавшись, она кладет по одному букету на каждую из них и с грустью во взгляде начинает смотреть на них. В глаза бросаются фотографии ее матери и отца в молодом возрасте – может быть, немного постарше, чем она сейчас. Девушка также видит немного побледневшие со временем надписи на обоих надгробьях: « Любимый сын, заботливый муж и чудесный отец » – на могиле Джексона и « Обожаемая дочь, прекрасная жена и заботливая мать » – на могиле Элизабет. На них также написаны и полные имена покойных супругов Кэмерон, даты рождения и одинаковая дата смерти – двадцать четвертое февраля тысяча девятьсот девяносто восьмого года .
На тот момент Ракель было шесть лет, хотя о смерти родителей она узнала лишь спустя некоторое время. А все из-за того, что родственники не хотели причинять девочке боль и сначала пытались как-то приготовить ее к таким шокирующим новостям. Хоть с того времени прошло уже много лет, да и она практически не помнит своих родителей, девушка до сих пор не смогла принять это и временами мечтает о том, чтобы они были рядом с ней. Как, например, сейчас, когда она поневоле оказалась замешена в скандале, устроенным Терренсом МакКлайфом, из-за которого сейчас от нее отвернулись очень многие люди.