— Ты мне за это ответишь, обманщик! — изображает обиду Ракель и резко отстраняется от Терренса. — Клянусь, ты мне заплатишь!

— Да что ты! — удивляется Терренс. — И как же я заплачу?

— Тебе это так просто с рук не сойдет.

— Неужели ты посмеешь делать вид, что у тебя нет ко мне никаких чувств после того что сейчас произошло?

— Какие такие чувства? — округлив глаза, удивляется Ракель. — Ты чего городишь?

— Не строй из себя дурочку, Кэмерон.

— Ты еще скажи, что я типа благодарила тебя за спасение моей жизни, когда вы с Линвудом затащили меня на крышу.

— Ты же сказала, что не помнишь такого!

— Конечно, не помню! Потому что такого не было!

— Но ведь откуда-то ты знаешь, что тогда сказала.

— Я ничего не знаю, — невинно улыбается Ракель. — Ничего не знаю о каких-то мечтах о том, как ты приходишь и спасаешь меня.

— Решила немного побесить меня?

— Нет, милый мой, это ты меня бесишь.

— А зачем же я тебе тогда нужен? Зачем ты хочешь ехать куда-то со мной?

— Ха, да я… А я пошутила ! Пошутила, что люблю тебя и готова отправиться с тобой хоть на край света.

— Пошутила? — хитро улыбается Терренс.

— На самом деле ты мне и даром не нужен!

— Думаешь, я слепой и ничего не вижу?

— Не знаю, что ты там увидел, но все что ты слышал было неправдой. — Ракель с хитрой улыбкой гордо приподнимает голову. — Я просто подыграла тебе.

— Ну да, подыграла! Так я и поверил!

— Я сразу поняла, что ты хочешь проверить мою реакцию. Узнать, что я буду делать и как вести себя.

— Твои слезы были настоящими .

— Ошибаешься, МакКлайф, — уверенно заявляет Ракель. — У меня тоже есть актерские способности. Мне не составит никакого труда заплакать, если это от меня требуется.

— Это была не игра. Это были твои настоящие чувства.

— Слушай, перестань видеть то, что ты хочешь. Тебе хочется, чтобы я что-то к тебе чувствовала. Но на самом деле это всего лишь твое воображение. Больное воображение.

— Да? А если я это проверю?

Терренс резко приближает свое лицо к лицу Ракель, бросает короткий взгляд на ее губы и уверенно смотрит ей в глаза, пока та с тихим вздохом слегка напрягается, но не подает виду, что даже после этого сердце начинает биться в разы чаще.

— Проверю, что ты чувствуешь на самом деле, — более низким голосом добавляет Терренс.

— Можешь целовать сколько хочешь, — с гордо поднятой головой говорит Ракель, уверенно смотря Терренсу в глаза. — Мне будет все равно. Потому что я ничего к тебе не чувствую.

— А ты прямо-таки этого хочешь.

— Я хочу? — Ракель нервно усмехается и с дрожью во всем теле криво улыбается. — Да ты сумасшедший! Ха… Я хочу этого…

— Прекрати делать вид, что это не так.

— Говорю еще раз, ты мне и даром не нужен. И никуда я с тобой не собиралась и не собираюсь. А если ты так хочешь, то можешь валить куда хочешь. Мне все равно.

— Ну ты и сучка…

Терренс прикладывает руку к щеке Ракель и приближает свое лицо к ее лицу настолько близко, что их губы вот-вот могут соприкоснуться. И сразу же отмечает, как часто начинает дышать девушка, которая изо всех сил старается сделать вид, что подобная близость оставляет ее равнодушной.

— Опять начинаешь свои провокации… — Терренс большим пальцем нежно ласкает губы Ракель. — Начинаешь действовать мне на нервы.

— Отвали! — низким голосом требует Ракель.

— Я уже давно понял, что ты никогда не будешь милой и покорной девочкой. И поэтому перестал надеяться, что ты будешь смотреть мне в глаза и исполнять мои желания.

— Ты ошибся адресом, МакКлайф. Если тебе нужен кто-то, чтобы исполнять твои похотливые желания, то это не ко мне.

— В любом случае бесполезно что-то отрицать, ибо ты уже выдала себя с потрохами.

— Пошел ты к черту, козел! Надоел до чертиков.

— А ты мне – нет!

Терренс безо всяких предупреждений хочет вовлечь Ракель в продолжительный, жаркий поцелуй, притянув ее к себе за затылок. Но стоит ему едва коснуться ее нежных губ, как девушка резко отталкивает его от себя, тут же залупляет ему пощечину и с хитрой улыбкой наблюдает за мужчиной, который слегка растирает щеку.

— Ах, вот так, значит… — хитро улыбается Терренс.

— Сунешься еще раз – пожалеешь, — уверенно заявляет Ракель и гордо приподнимает голову. — А хотя… Ты, конечно, можешь делать что хочешь. Только вот я все равно останусь равнодушной. В худшем случае я просто врежу тебе между ног, чтобы ты заскулил от боли.

— Ну ладно, красотка, раз не хочешь сдаваться по-хорошему, буду брать крепость силой.

Терренс пытается резко подползти поближе к Ракель с хитрой улыбкой на лице, чтобы повалить ее на песок и одарить таким волнительным поцелуем, какого у нее еще никогда не было. Однако девушка явно не настроена так быстро сдаваться и начинает сопротивляться всеми возможными способами, не только толкая мужчину и швыряя в него песок, но еще и начав обрызгивать его водой из океана после того как она резко соскакивает на ноги. Впрочем, и мужчина не остается в долгу и делает все то же, что и она, не оставляя попытки поймать эту очаровательную, неуловимую красавицу.

А благодаря огромной силе обаяния Терренса и его широкой, неземной улыбке, что ни на секунду не сползает с лица мужчины, Ракель в какой-то момент перестает быть слишком серьезной и начинает по-настоящему искренне смеяться, напрочь забыв о своем желании отомстить и проучить этого человека. Когда брюнет начинает пытаться окатить ее океанской водой с ног до головы, она с громкими визгами уворачивается и отвечает ему тем же. Иногда оба пытаются повалить друг друга на песок и хорошенько побить, но у них это не всегда получается, ибо противник яро сопротивляется и не сдается.

Их борьба очень быстро превращается в детскую забаву. Трудно оставаться равнодушным и не желать присоединиться к ним, слыша их громкий, заразительный смех и видя искренние улыбки на их лицах. Похоже, что Терренсу и Ракель как раз не хватало таких забав, которых у них уже так давно не было. Понимая, что они уже давно не дети, эти двое сдерживали себя и старались вести как взрослые, умные люди. А сейчас мужчина и девушка решили наплевать на свой возраст и просто немного повеселиться в компании друг друга.

Шуточное противостояние между Ракель и Терренсом продолжается еще около двух минут, во время которых оба постоянно обливают друг друга водой, продолжают громко смеяться и вскрикивать, но временами находят способ уходить от удара противника. А когда им вскоре надоедает обливаться водой, молодые люди начинают просто играть в догонялки, с громкими возгласами бегая по большей части пустого побережья.

И как бы Ракель ни старалась, ей так и не удается далеко убежать от Терренса и назло не дать ему поймать ее. Ему в считанные секунды удается догнать девушку, со спины обхватить руками ее талию и удерживать несколько секунд, пока та пытается вырваться с громкими возгласами. Ей также приходиться терпеть и его легкую щекотку, которой он слишком сильно увлекается. А в какой-то момент МакКлайф игриво прикусывает самые чувствительные участки ее шеи и легонько шлепает по ягодицам, когда ей все же удается вырваться и отбежать в сторону с громкими, возмущенными комментариями, которые она выкрикивает с широкой улыбкой на лице.

А когда Ракель самой приходиться догонять Терренса, который может одной своей улыбкой сразить девушку наповал, то поначалу ей не удается поймать его, поскольку он убегает от нее слишком быстро. Но чтобы не обижать ее, в какой-то момент мужчина решает поддаться ей и начинает бегать гораздо медленнее. В итоге девушка все-таки догоняет его и довольно легко сбивает его с ног с помощью одного лишь толчка. Впрочем, он очень быстро поднимается на ноги, снова крепко обнимает брюнетку со спины и носом щекочет ей заднюю часть ее шеи, заставляя ту громко смеяться и сам не сдерживая скромных смешков и широкой улыбки. Ракель снова начинает вырываться и делает все, чтобы не дать Терренсу повалить ее на песок, и выкрикивает какие-то угрозы, которые из ее уст кажутся всего лишь забавой или даже легким флиртом.

Правда черноволосый красавец быстро находит способ угомонить неугомонную девушку. Когда она все-таки вырывается из его хватки, он резко притягивает ее к себе, придерживая за макушку, и без всяких предупреждений впивается ей в губы с целью одарить продолжительным, нежным поцелуем, который несомненно должен ей понравится. Первые несколько секунд Ракель усиленно сопротивляется и пытается что-то промычать, но потом сдается под давлением Терренса, расслабляется и отвечает на этот внезапный поцелуй, нежно погладив его лицо обеими руками.

Хоть мужчина приходит в восторг и с радостью продолжил бы целовать ее, он не слишком затягивает этот момент и довольно быстро отстраняется от нее после парочки нежных чмоков на изгибе ее шеи, постаравшись сделать этот поцелуй настолько невероятным, чтобы девушке захотелось продолжения. Несколько секунд лица немного тяжело дышащих молодых людей находятся очень близко друг к другу. Их глаза уставлены друг на друга, а в какой-то момент можно заметить легкую улыбку, которой они одаривают того, кого на самом деле так любят.

Увидев, что реакция Ракель на поцелуй оказалась положительной, Терренс думает пойти чуть дальше и позволить себе немного расслабиться. Только вот девушка с хитрой улыбкой в последний момент мокрой ладонью накрывает лицо его и быстро убегает с заразительным смехом, вынудив мужчину тут же побежать за ней. А когда ему все-таки удается догнать ее, то она начинает так яростно брызгаться водой и бросаться песком, что ему буквально приходиться спасаться бегством. Ну а чтобы еще немного « помучить » своего противника, Ракель с разбегу решает с громким визгом запрыгнуть на спину Терренса, чтобы тот прокатил ее, крепко обхватив его шею руками. Однако он не теряется и охотно начинает катать девушку по всему пляжу, пока та весело кричит, размахивает руками и требует, что он не расслаблялся и катал ее на себе.

Им обоим сейчас очень хорошо. Забыв обо всех обидах и позволив себе показать свои настоящие чувства, Терренс и Ракель смогли получить столько удовольствия от этой игры, сколько не получали за те несколько месяцев, что они прожили вместе. Не исключено, что разлука все-таки пошла на пользу их чувствам, еще больше укрепила их и помогла им узнать много нового друг о друге. Разлука позволила им понять, что они самом деле намного ближе друг к другу, чем им казалось.

А спустя какое-то время Ракель и Терренс понимают, что слишком сильно устали после этой долгой игры. Будучи довольными и слегка запыхавшимися, они возвращаются на то место, где сидели до того, как устроили этот бой. На лицах обоих можно увидеть счастливые улыбки и легкий румянец, а пальцы их рук сплетены между собой. В какой-то момент они начинают сидеть в обнимку друг с другом и прижиматься как можно ближе к любимому человеку. Как будто между ними никогда и не было никаких ссор. Как будто у них всегда царила гармония. Как будто все эти несколько месяцев они были очень счастливы.

Терренс и Ракель несколько секунд с легкой улыбкой наблюдают за океаном, который бушует уже не так сильно, как раньше. Ветер тоже немного стих, хотя он все еще может здорово испортить им прическу. Впрочем, молодым людям это уже не понадобится, потому что их волосы и так сильно взъерошены, а на одежде – да и на голове тоже – все еще остался песок после этого шуточного боя.

— Может быть, ты и бегаешь гораздо быстрее… — немного тяжело дыша и осматривая одежду Терренса, покрытую песком, спокойно говорит Ракель. — Но у меня лучше получается сбивать тебя с ног.

— Я всегда очень быстро бегал, — признается Терренс и с таким же тяжелым дыханием хитро улыбается. — Но один раз я все-таки поддался тебе. И специально бежал не так быстро, как прежде.

— Я так и поняла.

— Просто не хотел обижать тебя. Ведь ты ни разу меня не поймала. Так что я все-таки уступил разочек…

— Трудно не догадаться об этом! — скромно хихикает Ракель. — Думаю, должно случиться какое-то чудо, чтобы я смогла догнать тебя. Ведь за тобой вообще не угонишься.

— Может быть.

— Слушай, а я не знала, что ты можешь носиться как угорелый.

— Я вообще много чего могу, — с загадочной улыбкой произносит Терренс.

— Спорю, что ты бы пробежал сто метров всего за несколько секунд и никому не дал шанса выиграть.

— Да уж, с такой скоростью я вполне мог бы стать бегуном. Запросто взял бы кучу золотых медалей и стал бы многократным Олимпийским чемпионом.

— И побил бы кучу мировых рекордов.

— Хотя надо признаться, в этот раз я бегал намного быстрее, чем когда-либо. Удивлен, что мне удалось развить такую скорость.

— Я знаю причину! Желание отомстить мне за пощечину!

— Может быть… Ты ведь первая начала!

— А нечего было играть на чувствах девушки!

— Я не играл! Просто хотел узнать твою реакцию.

— Знала бы я, что ты со мной играл, намеренно осталась бы равнодушной.

— Поздно, девочка. Ты уже выдала себя с потрохами.

— Ну да, все тебе выложила.

— И да… — Терренс резко переводит взгляд на Ракель. — Должен признаться, ты меня удивила.

— Я? — округляет глаза Ракель.

— Мне всегда казалось, что ты можешь быстро бегать. А ты ползла как черепаха.

— Ты мою обувь видел? — скромно хихикает Ракель, показывая Терренсу свои массивные ботинки на небольшом толстом каблуке. — Конечно, я не очень хороший бегун, но если бы на мне были надеты кроссовки, то еще смогла бы хоть что-то показать тебе и еще немного настучать тебе по голове.

— Да уж, в такой обуви далеко не убежишь, — посмотрев на обувь Ракель, которая вся покрыта песком, слегка хмурится Терренс.

— Ну и ладно! Зато мне было весело! Должна признаться, я уже давно не получала такого удовольствия, какое получила сейчас.

— Мне тоже было весело, — скромно улыбается Терренс. — Впервые за долгое время я чувствую себя намного легче. Как будто я избавился от тяжелого груза.

— Да уж, оказывается носиться за тобой по всему пляжу и в шутку избивать – это реально круто. — Ракель немного лохматит Терренсу и без того взъерошенные волосы. — И почему я делала этого раньше? Надирать тебе задницу – ужасно весело!

— Я и сам жалею, что мы раньше так не развлекались.

— Надеюсь, у меня еще будет возможность снова настучать тебе по голове и немного посмеяться над тобой.

— Я еще подумаю, предоставлять ли тебе такую возможность, — с хитрой улыбкой уверенно говорит Терренс.

Ракель ничего не говорит и просто скромно хихикает, положив голову на плечо Терренса, который прижимает девушку к себе и убирает с ее волос кое-какой песок.

На некоторое время в воздухе воцаряется неловкая пауза, во время которой оба просто наблюдают за океаном. Ракель и Терренс хотят найти в себе смелости найти момент наконец-то принести друг другу свои извинения и попытаться дать своим отношениям второй шанс. Ведь с каждым разом вероятность того, что эти двое могут помириться возрастает. Все к этому и идет. Сейчас молодые люди стали намного ближе друг к другу, чем когда-либо и чувствуют себя счастливее рядом с любимым человеком.

В какой-то момент Терренс неуверенно переводит взгляд на Ракель, которая в этот момент наблюдает за океаном, нервничая так, будто он готовится сказать что-то очень важное.

— Э-э-э, Ракель… — тихо произносит Терренс.

— Да, Терренс, — быстро переведя взгляд на Терренса, отзывается Ракель.

Терренс резко выдыхает с закрытыми глазами, чтобы мысленно расслабляется и приготовиться что-то сказать.

— Пожалуйста… — с жалостью во взгляде произносит Терренс. — Прости меня за все плохое, что я тебе сделал. За все то, в чем есть только лишь моя вина.

Терренс обеими руками берет Ракель за руку и несильно сжимает ее.

— Прости, что я в тот раз накричал на тебя, — извиняется Терренс. — Прости меня за все обидные слова, которые я тебе наговорил, за все те ложные обвинения, за мое грубое поведение… За то, что бросил тебя одну в тот момент, когда тебе нужна была помощь… Мне очень жаль, что я причинил тебе столько боли и вынудил так страдать. Клянусь, я совсем не хотел, чтобы все так получилось…

Пока он все это говорит, Терренс довольно тяжело дышит и все больше начинает нервничать и напрягаться, снова и снова пытаясь найти в себе силы продолжить говорить дальше.

— И та вещь, за которую мне всегда будет стыдно перед тобой, это то, что я однажды поднял на тебя руку, — слегка дрожащим голосом говорит Терренс. — Пожалуйста, прости меня за это.

Терренс качает головой.

— Клянусь, я не знаю, о чем думал, когда пошел на это, — добавляет Терренс. — Я совсем не хотел совершать один из самых ужасных поступков для любого мужчины. В тот момент мои способности думать куда-то испарились. Я… Я был просто диким! Со мной реально было опасно находиться!

Терренс нервно сглатывает.

— Я признаю свою вину и понимаю, что моему поступку нет никакого оправдания. И я нисколько не злюсь на тех, кто однажды отвернулся от меня из-за этого с мыслью, что раз произошло рукоприкладство, то… Я буквально могу стать насильником. Хотя я обещаю, что этого никогда не произойдет! Я ни за что не опущусь до такого. Никогда! Я намного порядочнее этих людей, хотя и не отрицаю, что далеко не идеален.

Терренс с тихим вздохом качает головой.

— Я правда очень хочу вернуть твое доверие и получить шанс все исправить и стать намного лучше, — с грустью во взгляде добавляет Терренс. — Мне не нужна никакая другая девушка, кроме тебя. Теперь я прекрасно это понимаю. И больше не собираюсь бежать от своих чувств и пытаться убедить себя в том, что любви нет. Она есть ! Была, есть и будет… И ничто это не изменит.

Терренс нервно сглатывает, покрепче сжимает руку Ракель и нежно гладит ее с надеждой, что это поможет ему успокоиться, не переставая смотреть девушке в глаза, пока она внимательно слушает его.

— Пожалуйста, Ракель, дай мне еще один шанс, — с еще большей жалостью во взгляде умоляет Терренс. — Обещаю, на этот раз все будет совсем по-другому. Я больше не совершу прежних ошибок и не буду вести себя так, как вел тогда. Позволь мне доказать, что я действительно люблю тебя и хочу быть только с тобой.

Терренс качает головой.

— Пожалуйста, милая… — отчаянно произносит Терренс. — Не бросай меня. Вернись ко мне… Мне безумно не хватает тебя… Ты очень нужна мне. Я тоскую по тебе и всему, что с тобой связано… И не хочу потерять тебя. Прошу, прости меня за все мои ужасные поступки и слова. Останься со мной… Навсегда . Прости меня… Прости… Пожалуйста-пожалуйста…

Терренс берет Ракель за обе руки и нежно целует каждую, слегка трясясь от волнения, не переставая смотреть на девушку испуганным, умоляющим взглядом и ожидая услышать от нее хоть одно слово.

Сама же Ракель широко улыбается со слезами на глазах, не скрывая своей радости из-за того, что она услышала эти желанные ею слова. В которых столько сожаления, что девушка просто не может не простить Терренса. Мысли о расставании уже давно отошли на последнее место. Ее любовь к этому человеку все-таки оказалась гораздо сильнее, чем обида на него. И что-то подсказывает ей, что на этот раз все и правда будет иначе. Намного лучше, чем раньше.

Ракель несколько секунд ничего не говорит и пытается собраться с мыслями. А потом она сжимает руку Терренса в ответ, понимая, как слезы подступают к ее глазам и медленно катятся по щекам.

— Боже, Терренс… — с жалостью во взгляде качает головой Ракель.

— Я уже много раз говорил, что был безмозглым дебилом, — с грустью во взгляде отвечает Терренс. — Нет смысла повторять все это в сотый раз… Хотя если мне придется сделать это ради того, чтобы заслужить твое прощение и убедить тебя не разрывать со мной отношения и вернуться ко мне, я готов сказать это еще пару сотен раз. Я на все готов ради тебя. На что угодно. Лишь бы услышать, что ты прощаешь меня и будешь со мной.

Ракель требуется несколько секунд, чтобы взять себя в руки и начать говорить более-менее нормально, ибо ее голос сильно дрожит, а она сама не может связать слова в целые предложения и постоянно заикается. Но чтобы не волновать и без того испуганного, бледного Терренса, она решает не тянуть и нарушить напряженную паузу.

— Терренс, ты тоже прости за меня… — со слезами на глазах дрожащим голосом произносит Ракель. — Прости за все плохое, что я тебе сделала и наговорила. Я была полной дурой, когда вела себя так омерзительно и наплевала на тебя… Когда думала только лишь о себе и не обращала на тебя внимания.

Ракель тихо шмыгает носом.

— Прости, что тебе пришлось подозревать меня в неверности, — извиняется Ракель. — Знаю, ты выслушал от меня достаточно много неприятных вещей и не получил от меня ни капли любви, заботы и уважения. Знаю, что совсем не заботилась о тебе и не интересовалась тем, что с тобой происходит. Я знаю, что вела себя ужасно и никогда не была тебе хорошей девушкой. Но… Но мне правда очень жаль.

Ракель качает головой.

— Я слишком увлеклась собой, — признается Ракель. — Своей карьерой. Была готова променять ее на что угодно. Это… Это была какая-то одержимость. Из-за этого я совсем забыла о тебе. Забыла, что когда-то не могла перестать думать о тебе, когда мы только познакомились. Но клянусь, теперь все иначе. Я осознала все свои ошибки и понимаю, что ты все еще многое для меня значишь. Несмотря ни на что, мое сердце продолжало принадлежать тебе. Теперь я это хорошо понимаю.

Ракель издает тихий всхлип.

— Я тоже хочу, чтобы ты был со мной и дал мне шанс доказать, что я умею быть любящей и заботливой, — добавляет Ракель. — Что я вовсе не самовлюбленная эгоистка, которая думает только о себе и своей карьере.

— Пожалуйста, не вини себя в том, что мы охладели друг к другу, — спокойно говорит Терренс. — Не ты одна была увлечена своей карьерой… Я и сам так сильно хотел стать музыкантом, что только и думал об этом. И постоянно ходил на встречи с людьми, связанные с музыкальным бизнесом. Из-за этого у меня совсем не хватало времени на тебя. Мы оба не должны были уделять друг другу хотя бы немного времени. Но вместо этого буквально бегали друг от друга все эти несколько месяцев.

— Но все же в этом есть большая часть моей вины. Я первая решила увлечься работой и наплевать на тебя и твои чувства. И забыла, что нужно всегда поддерживать отношения с возлюбленным и заботиться о нем… Точнее… Мне никто это не объяснил. Я просто слышала, что должна найти себе парня и выйти замуж. А почему – ни один человек не сказал. Никто не учил меня быть хорошей возлюбленной.

— Я понимаю. Такое бывает. Люди часто принуждают кого-то к отношениям и свадьбе, но не объясняют, что это такое. Говорят, что так положено. Что человек не может жить один. Вот многие с кем-то встречаются и вступают в брак для того, чтобы от них отстали. Правда, это не приносит им того счастья, о котором все так много говорят. Точнее, они до него еще не доросли.

— Верно… Но если ты останешься со мной, я обещаю, что не повторю прошлых ошибок и не забуду про тебя. Буду делать все, чтобы ты не переставал любить меня и восхищаться мной и всем, что я делаю. Начну по-настоящему уважать тебя и не относиться к тебе как к пустому месту.

— Я верю, — со скромной улыбкой кивает Терренс. — И буду любить тебя не только за твою невероятную красоту, но и за то, какой ты человек. Видеть в тебе не только сексуальный объект, но и друга. Партнера. Родственную душу.

— И прости меня за то, что из-за меня тебе пришлось пойти на риск, — на секунду стыдливо опустив взгляд, с грустью во взгляде говорит Ракель.

— Ты о чем?

— О решении пойти вслед за мной на встречу с Саймоном. Это было рискованно . Ты мог здорово пострадать.

— Я понимал все риски. Но меня это не остановило.

— Каждый раз, когда он… — Ракель убирает с глаз некоторые пряди волос, которые ветер сначала развивает в разные стороны, а потом заставляет их упасть на лицо. — Направлял на тебя пистолет, я вздрагивала и хотела громко кричать от ужаса. Потому что боялась… Боялась, что Саймон мог выстрелить в тебя. Я могла запросто потерять тебя. А я вряд ли это переживу. Точнее, не переживу. Это будет сильный удар.

— Буду откровенен, мне и самому было немного страшно… — признается Терренс. — Но мне было бы гораздо страшнее, если бы этот тип что-нибудь сделал с тобой.

Ракель ничего не говорит и с легкой улыбкой опускает взгляд вниз.

— Но я пошел на это ради тебя, — добавляет Терренс. — Ради твоего блага. Ведь ты – причина, по которой я хочу что-то делать и к чему-то стремиться. Ты заставляешь меня чувствовать себя живым.

С этими словами Терренс нежно гладит Ракель по щеке, с удовольствием пользуясь шансом прикоснуться к этой мягкой коже своей теплой ладонью.

— Я знаю, — скромно улыбается Ракель. — А ты – причина, благодаря которой я верю в себя и свои силы. Причина, почему я чувствую себя намного уверенно.

Терренс улыбается намного шире.

— И кстати, спасибо тебе большое за то, что ты пришел туда, — искренне благодарит Ракель. — Я обязана тебе жизнью. И никогда не забуду, благодаря кому я осталась жива и не была изнасилована этим больным подонком.

— Бр-р-р, даже и думать не хочу о том, что этот ублюдок мог пойти на это, — слегка морщится Терренс. — Если бы он сделал это, то, клянусь, я бы закопал его прямо там. Или взял пистолет и выстрелил ему в голову.

— А я не хочу думать о том, что могло произойти, не будь там тебя. Я бы зря драла глотку, потому что меня все равно никто бы не услышал.

— Нет-нет, милая, выкинь эти мысли из головы! — Терренс уже обеими руками гладит Ракель лицо и убирает с ее глаз несколько темных прядей волос, пока та скромно улыбается. — Даже и думать не смей, что это могло произойти.

— Тем не менее я никогда не забуду всего, что ты сделал для меня, — отвечает Ракель. — Этим поступком ты доказал, что действительно сожалеешь и хочешь как-то загладить свою вину.

— Я безумно жалею… И хочу услышать, что ты не собираешься разрывать со мной отношения, сможешь простить меня и вернешься ко мне.

— Сказал бы ты это раньше, я бы послала тебя куда подальше, — скромно смеется Ракель. — Но сейчас я не могу сделать это. Не могу бросить того, с кем мне всегда было хорошо. И я не брошу его. Я останусь с ним, чтобы сделать этого мужчину очень счастливым. Как он того заслуживает.

Терренс с более широкой, искренней улыбкой берет Ракель за руки.

— Ты – моя любовь, Ракель Эллисон Кэмерон, — с гордо поднятой головой уверенно заявляет Терренс. — Самая большая любовь в моей жизни. Мое ценное сокровище, которое я не хочу потерять. Ни сейчас, ни когда-либо.

— Сделаю все, чтобы это не случилось, — скромно обещает Ракель.

— Мне очень грустно и одиноко без тебя. Грустно без любимой девушки, которая только одним своим присутствием может сделать меня счастливее.

— Теперь уже точно сделаю тебя таким.

— Ты ведь не бросишь меня?

— У меня не хватило бы на это смелости. Не хватило бы, потому что я люблю тебя. Ты – тоже моя любовь, Терренс Джеймс МакКлайф. Самая большая любовь в моей жизни. Первая . И надеюсь, что последняя .

— Рад это слышать, — скромно улыбается Терренс. — Очень рад.

— Мне кажется, что эта разлука даже пошла нам немного на пользу. Мы… Нуждались в ней. Ведь она помогла мне понять, чего мне действительно не хватало для настоящего счастья. Помогла понять, что ты намного ближе мне, чем я думала.

— Я тоже так думаю, — соглашается Терренс. — После того что между нами произошло, я понял, что ты на самом деле очень дорога и близка мне. И до смерти боялся того дня, когда ты заявишь, что нам придется смириться с расставанием. В глубине души я наотрез отказывался это принимать. Даже если знал, что это… Бесполезно .

— Считай, что ты этого не слышал, — широко улыбается Ракель и немного приглаживает Терренсу волосы. — Я не смогу это сделать… У меня не поднимется рука… Бросить того, кого люблю…

— Я так рад.

— Тем более, что ты… Моя первая любовь. Первый человек, в которого я влюбилась по-настоящему серьезно, Который помог мне узнать, какого чувствовать себя по-настоящему счастливой и желанной. Как когда-то давно сказала Наталия, это диагноз .

— Точно! — по-доброму усмехается Терренс. — Диагноз …

Ракель со скромным смешком на секунду опускает взгляд вниз.

— Знаешь… — задумчиво произносит Ракель. — Я жалею о многих вещах, которые сделала в своей жизни. Но есть кое-что, о чем я точно не жалею и никогда не пожалею.

— И что же это? — с легкой улыбкой спрашивает Терренс.

— О том, что встретила тебя. О том, что не стала сопротивляться своим чувствам. — Ракель нежно дотрагивается до щеки Терренса, покрытую щетиной, и гладит ее, вызывая у него скромную улыбку. — Ты – лучшее , что со мной происходило в жизни. Самое лучшее.

Терренс улыбается намного шире, обеими руками гладит лицо Ракель и убирает пару прядей ее волос в сторону.

— Я тоже нисколько не жалею о том, что встретил тебя и решил быть с тобой, — признается Терренс. — Потому что я нашел то, что делает меня счастливым.

— Терренс… — скромно улыбается Ракель.

— Это правда. Правда, которую я не хочу скрывать. Особенно от человека, которого так сильно люблю.

Ракель с искренней, широкой улыбкой мягко гладит Терренса по щеке и немного приглаживает ему волосы. Они еще несколько секунд неотрывно смотрят друг на друга, а потом подвигаются поближе, и один заключают другого в свои объятия. Не просто дружеские объятия двух лучших друзей или родственников. А уже более глубокие, нежные и трогательные объятия влюбленных. Терренс зарывает лицо в изгибе шеи Ракель, прикрыв глаза от удовольствия, крепко обняв девушку за талию и начав гладить ее по спине. От волнения он немного тяжело дышит, но в какой-то момент медленно выдыхает с чувством облегчения и прижимает любимую поближе к себе, будто боясь отпустить ее. Девушка же прячет лицо в груди мужчины, прикрыв глаза, обеими руками обвив его шею, время от времени издавая тихие всхлипы и наслаждается тем теплом, что исходит от его тела.

Молодые люди никак не могу поверить своему счастью. Не могу поверить, что они все-таки воссоединились и покончили с проблемами, которые у них были. Еще недавно это казалось невозможным, но вот они сидят на пляже и крепко обнимают друг друга после того как извинились за все страдания и пообещали стать лучше. А значит, окружающие их люди были абсолютно правы, когда говорили, что еще не все потеряно, а Ракель и Терренс вряд ли бы смогли найти в себе силы осмелиться бросить того, кого любят даже больше, чем они могут подумать.

— Боже, поверить не могу, что я чуть не потерял такого родного человека, — запустив пальцы в мягкие волосы Ракель, которые пахнут как-то по-особенному и поглаживая ее по голове, с затрудненным дыханием слегка дрожащим голосом тихо говорит Терренс. — Поверить не могу, что ты рядом.

— Я тоже, — тихо шмыгает носом Ракель. — Не могу поверить, что ты со мной.

— Неужели ты и правда останешься со мной и не разорвешь со мной отношения?

— Я ни за что не уйду сама.

Ракель с широкой улыбкой сквозь слезы радости покрепче обнимает Терренса и носом утыкается в его плечо.

— Все будет по-другому… — слегка дрожащим голосом обещает Ракель. — Намного лучше, чем прежде… Обещаю, милый… Больше я никогда не буду относиться к тебе так безобразно.

— Я верю, хорошая моя, верю, — мягко произносит Терренс, нежно гладит Ракель по голове и целует ее в макушку. — Больше я не дам тебе повода разочароваться во мне. И сделаю все, чтобы научиться контролировать свои эмоции.

Ракель ничего не отвечает и с тихим всхлипом просто вытирает слезы об плечо Терренса, которого она затем нежно целует в щеку. Слегка дрожащий от волнения мужчина с большим удовольствием крепко обнимает девушку, все еще не веря, что она все-таки простила его и не будет разрывать с ним отношения. Он понимает, как больно сжимается его сердце, и как сильно ему хочется пустить слезу от внезапного облегчения, что он почувствовал, но все же старается как-то сдержать себя.

— Черт, мы своими же руками чуть сами все не разрушили, — слегка дрожащим голосом говорит Терренс.

— Знаю… — тихо произносит Ракель и шмыгает носом. — Знаю…

— Для меня наше расставание было бы самой огромной ошибкой, которую я бы никогда себе не простил.

— У меня мурашки по коже бегут от этой мысли, — отвечает Ракель, положив голову на плечо Терренса и начав играть с его мягкими на ощупь волосами. — Не знаю, чтобы я сделала, если бы так не смогла найти мужество отказаться от идеи разойтись.

— Ты даже представить себе не можешь, какое чудо только что совершила, — Терренс облегченно выдыхает. — Настоящее чудо… Ты вернула мне смысл жить и желание двигаться дальше! Теперь я снова могу почувствовать себя живым…

— Могу сказать про тебя то же самое, — с легкой улыбкой говорит Ракель, на секунду прикрыв глаза, когда она чувствует, как Терренс нежно гладит ее по голове.

Терренс улыбается намного шире, все больше понимая, как ему становится легче дышать.

— Черт, я… — медленно, с дрожью выдыхает Терренс. — Я так испугался… Испугался, что навсегда потерял тебя.

— Терренс… — мягко произносит Ракель, все еще крепко обнимая Терренса, копаясь в его волосах и нежно поглаживая заднюю часть шеи.

— Я жить не хотел те несколько минут, когда считал тебя мертвой. Когда собственными глазами увидел, как ты упала с крыши. Когда понял, что не успею тебе помочь.

— А я слышала, как ты кричал. Как выкрикивал мое имя. Это было словно глоток воздуха. Именно поэтому я заставила себя собраться и любой ценой забраться на крышу. Выжить… Не сорваться… Да, я была совсем без сил, но твой голос заставил меня продержаться. Он… Он вдохнул в меня жизнь.

— Я сам хотел рыдать от радости, когда ты уже была на крыше. Когда обнял тебя… Не верил, что ты и правда со мной. В тот момент мне не хотелось тебя отпускать. Никогда.

— И ладно, ты меня поймал! Я помню все, о чем мы говорили, до того, потеряла сознание. И мои слова тогда были искренними. В тот момент я не вспоминала ни о каких ссорах. Я просто была счастлива, что ты был рядом. Что я могла обнять тебя и порыдать на твоем плече. Да и я была настолько истощена, чтобы у меня хватало сил и желания строить из себя недотрогу. Мне просто нужен был кто-то сильнее меня.

— Ракель… Девочка моя маленькая…

Терренс с легкой улыбкой выдыхает, отстраняется от Ракель и обеими руками гладит ее лицо, с нежностью смотря в ее покрасневшие, влажные от слез глаза.

— А ведь я на секунду подумал, что ты все-таки умерла , когда потеряла сознание у меня на руках, — признается Терренс и с учащенным дыханием прислоняется лбом ко лбу Ракель, все еще держа ее лицо в руках. — На тебя страшно было страшно смотреть. Ты выглядела так, словно тебе осталось жить немного. Говорила будто на последнем издыхании.

— Я и сама испугалась, что увидела тебя в последний раз, — отвечает Ракель, мягко взяв Терренса за запястья. — Но была безумно счастлива, что ты был рядом в ту минуту. Если бы я и умерла, то рядом с любимым…

— Тот случай заставил меня многое понять. Понять, что ты значишь для меня намного больше, чем я думал. Что мне еще ни с кем не было так хорошо, как с тобой.

— А я поняла, что только рядом с тобой могу чувствовать себя в безопасности. — Ракель берет Терренса за руку обеими руками и начинает мягко поглаживать его запястье. — Что одна я не смогу справиться с какими то ни было напастями и коварными злодеями.

— Больше ты не будешь справляться с этим одна, любимая, — обещает Терренс и накрывает руки Ракель своей второй рукой. — Чтобы с тобой ни случилось, я всегда буду рядом. И больше не поверю ни одному проходимцу, который захочет рассказать про тебя ложь.

— По крайней мере, даже если у нас ничего не сложится, то я не буду жалеть о том, что попробовала, — скромно улыбается Ракель. — Хотя я очень хочу, чтобы в этот раз у нас все было хорошо. Я буду стараться изо всех сил.

— Я верю.

— Так или иначе теперь я обязана тебе жизнью. Ведь именно благодаря тебе я сейчас жива и сижу здесь.

— Даже думать не хочу о том, что все могло бы иначе. — Терренс мило целует Ракель в щеку. — Что ты могла упасть с крыши и разбиться.

— После такого я определенно начну до дрожи бояться высоты, — скромно хихикает Ракель. — И не могу быть уверена в том, что смогу спокойно сесть в самолет или жить в квартире на последнем этаже высотки. Прямо как тетя Алисия, которая долгое время боялась сесть за руль после того как сбила маленькую девочку.

— А если я буду рядом?

— М-м-м… Тогда я смогу подумать.

— Да нет, ты у меня сильная и смелая девочка. И очень упрямая. Захочешь что-то сделать – тебя уже ничто не остановит.

— Однако одно я могу сказать точно, — более низким, глубоким голосом говорит Ракель, очень медленно приближает лицо к лицу Терренса, оставляет на его губах короткий, тянучий поцелуй и с нежностью смотрит ему в глаза, заставив того почувствовать, как сердце приятно трепещет в груди. — Я видела , как ты страдал и жалел. Но долгое время была слишком упряма и обижена и отказывалась это признавать. Меня разрывало от желания оказаться к тебе поближе, но ужасно хотела разодрать лицо ногтями, вспоминая все, что ты со мной сделал.

— Тем не менее судьба вновь свела нас и дала нам еще один шанс попытаться вновь стать счастливыми.

— Да… И лично я надеюсь, что ты правильно им воспользуешься.

— Воспользуюсь. Обещаю.

— Я сделаю все, чтобы исправить все свои ошибки и стать той, о которой ты мечтал.

— Правда я не могу быть уверенной в том, что та ситуация больше не повторится, — смотря куда-то в сторону, неуверенно признается Ракель. — Да, я знаю, что ты не хотел этого и мечтаешь забыть о том, что сделал, но…

Ракель не успевает договорить свою мысль, так как Терренс уверено берет в руки ее лицо и уставляет свой взгляд в ее глаза, заставив девушку посмотреть на него.

— Нет, Ракель! — уверенно восклицает Терренс. — Клянусь, что подобного больше никогда не случится. Никогда.

— Знаешь, почему я сомневалась в том, стоит ли давать тебе шанс?

— Почему?

— Потому что боялась, что та ситуация может повториться. Боялась, что во второй раз дело может закончиться не пощечиной, а чем-то похуже.

— Ракель…

— Это правда, Терренс. Я не была уверена в том, что ты не поднимешь на меня руку во второй раз. Уж про свою неуверенность в том, что я смогу стать лучшей возлюбленной, я молчу. Но все же…

— Если тебе нужно что-то еще для того, чтобы увидеть, что я не вру, то дай мне это знать. Для тебя я сделаю что угодно. Хоть в лепешку расшибусь!

— Нет-нет, не надо расшибаться и что-либо делать с собой, — с округленными глазами резко качает головой Ракель. — Я не выдержу, если с тобой что-нибудь случится.

— Однако я готов . — Терренс аккуратно вытирает слезы под глазами Ракель. — Готов поклясться, что если я еще раз посмею поднять на тебя руку, то сам уйду из твоей жизни.

Ракель с легкой улыбкой запускает пальцы в мягкие волосы Терренса, а потом обхватывает шею мужчины руками, которую она скромно, нежно поглаживает, не отрывая взгляд от его глаз.

— Надеюсь, что тебе не придется этого делать, — с легкой улыбкой выражает надежду Ракель и убирает с лица Терренса волосы, которые попадают ему в глаза. — Иначе я точно не переживу это. Разлука с тобой будет сравнима для меня с гибелью близкого человека… Такая же трагедия, от которой будет трудно оправиться…

— Как и для меня тоже… — скромно произносит Терренс и мягко прикладывает ладонь к щеке Ракель. — Меня, так сказать, заставили испытать демоверсию этого испытания. И оно мне ужасно не понравилось.