— Боже, Анна, что ты такое говоришь? — скромно смеется Наталия, легонько хлопнув Анну по плечу.

— А почему бы и нет? То ты все жаловалась, что никто в тебя не влюблялся, а тут сразу двое парней бы боролись за тебя и твою любовь.

— О боже мой…

И пока Наталия со скромным смехом отводит взгляд в сторону, Анна продолжает что-то говорить ей насчет двух парней, которые боролись бы за ее сердце, если бы так случилось, что и Эдвард, и Бенджамин влюбились в эту милую голубоглазую блондинку, которая своей красотой и без того смогла свести с ума уже очень многих мужчин.

***

Найдя более тихое место, чем то, где они были несколько мгновений назад, Ракель и Бенджамин останавливаются и поворачиваются друг к другу, чтобы начать свой разговор. Хоть девушка ведет себя вполне дружелюбно, ей не слишком нравится все это, ибо она понимает, о чем сейчас может пойти речь.

— В чем дело, Бен? — спокойно спрашивает Ракель. — Почему ты меня позвал сюда? Мы вполне могли бы поговорить при Анне и Наталии!

— Просто это личный разговор, — признается Бенджамин.

— Неужели у тебя что-то срочное, раз ты попросил меня оставить их?

— Да нет, ничего особенного… — неуверенно отвечает Бенджамин и слегка прикусывает губу, почесав свой затылок. — Просто я хотел бы… Не то, чтобы поговорить… Э-э-э… Просто посоветоваться с тобой.

— Если ты хочешь узнать что-то про своего друга, то я ничего не знаю о нем и советую тебе обратиться к кому-то другому, — немного резко говорит Ракель. — Наверняка у него еще много друзей, с которыми ты знаком – вот и спроси у них.

— Мы недавно поссорились… Так что я… Не думаю, что теперь нас можно назвать друзьями.

— Поссорились? Как это?

— Из-за вашей с ним ссоры, — с грустью во взгляде отвечает Бенджамин.

— Вот как!

— Терренс позвонил мне перед тем, как отправиться за тобой на встречу с тем мерзким типом Саймоном. Он сказал мне, что продаст свой дом, уволит прислугу, завершит свою карьеру и уедет отсюда куда подальше, если после его помощи ничего не изменится в лучшую сторону.

Ракель ничего не говорит и скрещивает руки на груди.

— Я просил его не сдаваться и бороться до конца, — добавляет Бенджамин. — Но он ничего и слушать не хотел. Ну а после этого я немного взбесился и высказал свое недовольство его поведением и фактом, что он ведет себя как размазня. Ведь Терренс никогда не отступался от своих целей и всегда шел к ним, несмотря ни на что. А тут вдруг парень опустил руки, окончательно сдался и начал говорить так, как будто у него уже больше нет смысла жизни.

— Послушай, Бен, мне, конечно, очень жаль, что ты поссорился с Терренсом и надеюсь, что однажды вам удастся уладить этот конфликт, — спокойно отвечает Ракель. — Но я-то чем могу тебе помочь?

— Сейчас я понимаю, что тогда немного перегнул палку и наговорил много лишнего. Мне стыдно за некоторые слова, которые я ему сказал, когда ругался с ним. Это было некрасиво с моей стороны.

— И что?

— Мне правда очень хочется помириться с ним и стать его другом. Можно сказать, я скучаю по нему и хочу снова проводить с ним время. Мы с Терренсом дружили с самого детства и всегда поддерживали друг друга. Но тут вдруг меня прорвало…

— Это, конечно, замечательно, но в чем проблема? — недоумевает Ракель. — Просто позвони ему, попроси о встрече, извинись и скажи, что был не прав. Серьезно, Бен, ты как будто никогда не извинялся перед человеком и не знаешь, как это делается.

— Нет, дело вовсе не в этом. Просто я не знаю, захочет ли он сам общаться со мной. Мы тогда реально сильно повздорили и наверняка даже подрались бы, если бы я был у него дома.

— Вам, мужчинам, легче забыть обиды, и я думаю, он все поймет, если ты поговоришь с ним.

— Да, ты права насчет обид…

— В любом случае мне жаль, что именно я стала причиной вашей ссоры.

— Просто он тогда говорил про тебя такие ужасные вещи, что у меня волосы дыбом встали.

— Со своими проблемами мы с Терренсом разберемся сами. А другие не должны в них вмешиваться. Я понимаю, что люди переживают и хотят, чтобы у нас все наладилось. Но это дело касается только лишь нас двоих.

— Люди просто осуждают его поведение и не хотят делать вид, что так и должно быть. И я тоже не скрывал своего разочарования с самого начала и осуждал Терренса после того как он признался в том, что ударил тебя.

— Я знаю.

— По-твоему, я должен был погладить его по головке и похвалить за то, что нормальный мужик никогда не сделает?

— Я все понимаю и очень рада, что есть люди, которые находятся на моей стороне. Но никто не должен был ругаться с ним и отворачиваться от него только из-за того, что он со мной сделал.

— Прости, Ракель, но это уже принципы, против которых никто не хотел идти, — уверенно отвечает Бенджамин. — Тем не менее, лично я успел выслушать все, что он говорил в свое оправдание… И поначалу я был разочарован и отказывался принимать это. Но сейчас понимаю, что этот человек реально раскаивался в содеянном. Он не хотел так поступать…

— Я верю, Бен, — кивает Ракель. — И тот факт, что он сожалеет, лично для меня является огромным плюсом. Этот факт и то, что он оказал мне помощь в поимке Саймона Рингера, повлияли на мое отношение к нему. Я немного смягчилась и больше не хочу злословить и пытаться разрушить его жизнь и карьеру.

— Да, но я хотел бы помочь вам обоим помириться и хотя бы попытаться спасти ваши отношения, — с грустью во взгляде признается Бенджамин. — Ведь вы реально очень здорово смотритесь друг с другом. Ваши поклонники до сих пор восхищаются вами и очень расстроятся, когда узнают, что вы уже не вместе.

— Теперь это останется лишь приятными воспоминаниями, — с грустью во взгляде слегка улыбается Ракель. — К сожалению, мы расстались.

— Расстаться вы всегда успейте. Но любой человек заслуживает второй шанс, если он действительно этого хочет.

— Поверь, я нисколько не жалею о нашей романе и не забуду то хорошее, что произошло в моей жизни. Я правда была счастлива с Терренсом. Хотя и не ценила его так, как должна была.

— Может, ты и не замечала этого или не хотела признавать, но он был реально разбитым в те дни, когда вы только начинали ссориться, — с грустью во взгляде признается Бенджамин. — Я помню, как он однажды позвонил мне после одной из ваших ссор и спросил, можем ли мы встретиться и поболтать. Тогда-то Терренс и рассказал мне все, что у вас произошло. И продолжал рассказывать каждый день, становясь все более несчастным.

Ракель с грустью во взгляде тихо вздыхает и скрещивает руки на груди.

— Бен, я говорила это много раз, но вполне могу повторить еще раз: примирение между нами невозможно, — спокойно говорит Ракель.

— Прошу, подумай хорошенько, — умоляет Бенджамин. — Не надо совершать необдуманные поступки.

— Мы наделали слишком много ошибок, которые уже никак не исправишь. Теперь нам остается только лишь разойтись по разным дорогам и отпустить друг друга. Одна из наших ошибок заключается в том, что мы слишком поторопились с началом романа и совместной жизнью и не убедились в том, что реально любим друг друга.

— Послушай, Ракель, я прекрасно понимаю тебя и все твои чувства, — с жалостью во взгляде отвечает Бенджамин. — Мне и самому не понравилось вся эта ситуация, когда я узнал, что он сделал по отношению к тебе. И я осуждаю то, что он повел себя так лишь потому, что поверил в твою измену, которой никогда не было, а потом сам же решил пойти на сторону… Но поверь мне, Терренс правда раскаивается в содеянном и сгорает от стыда перед тобой и всеми теми, кого он знает, и кто в курсе его омерзительного поступка.

— Я не хочу попрекать его за это, потому что в произошедшем есть и моя вина. Однако есть вещи, которые невозможно исправить. Можно раскаиваться до конца жизни и извиняться хоть сто раз, но после того что между нами произошло, доверие и любовь окончательно пропали.

— Что-то мне подсказывает, что он пошел бы даже на самый безумный поступок, лишь бы спасти ваши отношения от краха. Терренс понимает , что он виноват, и поэтому пытался стать лучше, когда ему был предоставлен шанс. Да, надежды у него практически не было, но он все-таки не сдался и не зарыл голову в песок. И за это я уже уважаю его.

— Я и сама начала еще больше уважать его после того случая, — скромно признается Ракель. — Если бы не его помощь, меня сейчас могло бы не быть в живых.

— Знаешь… — Бенджамин тихо вздыхает с грустью во взгляде. — В первые дни после вашей ссоры я реально не узнавал его. Этот человек начал делать то, чего никогда в жизни себе не позволял… И я имею в виду не только тот ужасный случай с пощечиной, но еще и частые посещения мест, где продают спиртные напитки.

— Он говорил.

— Помню, один раз Терренс немного переборщил с выпивкой, и мне пришлось отвести его к себе к домой и присматривать за ним, пока он не придет в себя. Он тогда остался у меня на ночь и пришел в себя только после обеда… Благо, моей матери дома не было, ибо она уехала куда-то по работе. Иначе бы она была в шоке…

— Ну да, я помню, что однажды он не ночевал дома.

— Правда его не остановило то, что он после этого буквально по стенке ползал от того, насколько ему было плохо. МакКлайф продолжил время от времени выпивать, хотя уже и в меньших количествах. Но в день вашей последней ссоры, после которой ты ушла из дома, он выпил всего одну стопку. И с этого момента я больше не видел его пьющим. Хотя не факт, что он вообще не пил после того случая. А может, и правда перестал. Ибо был увлечен той девчонкой, с которой он изменял тебе… Не знаю…

Как бы ни хотелось бы Ракель скрыть свои чувства, но после услышанного ей становится как-то тоскливо, и она начинает переживать за Терренса. Девушка боится, что мужчина в любой момент может вернуться к выпивке и потом не найти в себе силы остановиться. Переживает, что он может превратиться в зависимого от алкоголя человека и погубить себя, свою карьеру, свою жизнь и все-все-все. Хотя Ракель никогда и не думала, что все может до такого дойти, ведь выпивка и Терренс были несовместимыми вещами.

— Неужели ему было настолько плохо? — с грустью во взгляде спрашивает Ракель.

— Ты себе даже представить не можешь, насколько сильно, — с жалостью во взгляде отвечает Бенджамин.

— Насколько я знаю, Терренс практически не употреблял крепкие спиртные напитки.

— Верно, не употреблял. Иногда его было трудно уговорить даже выпить бокал шампанского или банку пива. Но в тот раз он пил все подряд. Начиная от того же пива и водки, заканчивая каким-нибудь ликером.

— Надо же…

— Я не узнаю нынешнего Терренса. Это не тот человек, которого я знал некоторое время назад. Тогда он был уверенным в себе и четко знал, чего хочет добиться. А сейчас ему плевать. На все. МакКлайф явно потерял смысл жизни и не хочет ничего делать. Только валяться на кровати и пялиться в потолок. Он будто стал каким-то овощем!

— Я его понимаю. Потому что и сама в первое время была овощем и ничего не хотела делать.

— А когда вы только познакомились, у него всегда было отличное настроение и боевой дух. Даже если один из вас либо не любил, либо любил не слишком сильно, все равно ты так или иначе давала ему жизнь и заставляла чувствовать его живым. Он сам так сказал. Даже когда вы с самого начала лаялись как кошка с собакой, в его глазах все равно был какой-то азарт. Какой-то яркий огонек.

Ракель ничего не говорит, потому что просто не знает, что ей ответить. Конечно, ей очень хотелось бы перебороть обиду и гордость и попытаться поговорить с Терренсом и поддержать его, но девушка не в силах это сделать.

— Ты можешь ничего не говорить, если не хочешь, — тихо, уверенно говорит Бенджамин. — Я и так знаю, о чем ты сейчас думаешь.

— Ты ничего не понимаешь… — качает головой Ракель.

— Я не говорю, что ты немедленно должна бежать к нему мириться и говорить о том, как сильно любишь его. Просто спокойно поговори с Терренсом. Попробуйте разрешить все свои разногласия. Короче говоря, наладь с ним хотя бы дружеский контакт. А уже потом можно и попробовать спасти свои отношения.

— Да мы вроде бы и так говорили…

— Говорили?

— Терренс был рядом со мной, пока я ждала каких-то новостей о своем дедушке, который три дня назад попал в больницу с сердечным приступом.

— Да ладно? Твой дедушка в больнице?

— Да, но сейчас ему уже лучше. Скоро его должны выписать домой.

— Надо же… Мне очень жаль…

— Сначала мы с Терренсом поспорили, и он явно хотел наплевать на свое желание остаться со мной. Но он все-таки смог перебороть себя, да и я нашла в себе силы хотя бы на время положить конец нашим ссорам. В итоге мы смогли объединиться и даже спокойно поговорили. Хотя после этого разговора ничего не изменилось.

— Ну знаешь, мне кажется, это уже очень хороший знак, — уверенно отвечает Бенджамин. — Даже если это было временное примирение, оно все равно должно как-то помочь вам.

— Мне помогло . Я уже не испытываю такой огромной злости, какую испытывала некоторое время назад. — Ракель бросает короткий взгляд в сторону. — Наверное, если бы не этот разговор, я бы так и продолжила мечтать стереть его в порошок и заставить сгорать от стыда перед своими поклонниками. Но сейчас я готова отпустить Терренса и сохранить уважение к нему… А если что, я всегда готова защитить его перед прессой и поклонниками. Я правда хочу, чтобы мы расстались в хороших отношениях и были хорошими друзьями.

— В любом случае не беги впереди паровоза и хорошенько подумай. — Бенджамин мягко берет Ракель за плечи. — Я не хочу, чтобы вы совершили ошибку, которую уже будет невозможно исправить. Хотя я уверен, что стоит вам только захотеть приложить некоторые усилия, то у вас будет прекрасный шанс воссоединиться и попробовать стать счастливыми. По крайней мере, если вы решите расстаться во второй раз, никто не будет сожалеть о том, что ничего не пробовал сделать.

— Все уже решено, Бенджамин. Прости, но тебе придется с этими смириться. Как, впрочем, и всем тем, кто также опечален новостью о нашем расставании.

— Я немного побаиваюсь представить себе, что с ним будет после расставания с тобой. Если Терренс уже сейчас запустил себя и собирается превратиться едва ли не в затворника, то что же с ним будет потом…

— Думаю, тебе следовало бы помириться с ним, — пожимает плечами Ракель. — Все-таки вы были очень хорошими друзьями с самого детства. Находились друг с другом в хорошие и плохие времена.

— Ты права… Может, иногда Терренс бывает невыносимым, наглым и слишком самоуверенным, но он все равно хороший человек, который умеет дружить и быть преданным. А еще он довольно умный и всегда может что-то посоветовать. Иногда его советы реально работают. И временами мне не хватает его мудрого слова и дружеской поддержки…

— Вот и извинись перед ним и скажи, что хочешь снова дружить с ним. Я же прекрасно вижу, что ты скучаешь по Терренсу и хочешь восстановить вашу дружбу. Думаю, сейчас ему не помешала бы дружеская поддержка, которую сможешь оказать только ты. Как его самый лучший друг.

— Это будет непросто… — с легкой улыбкой предполагает Бенджамин. — Но я постараюсь. Хотя я не смогу сделать его счастливее. Друзья не заменят ему девушку, которую он любит. У Терренса может быть хоть сто друзей, но это ничего не изменит.

— Я знаю, — скромно улыбается Ракель. — Но дружеская поддержка ему сейчас тоже не помешает. А если что, ты можешь поговорить с Джозефом и Коди и попросить их оказать ему поддержку. Уверена, он будет рад поболтать с этим ребятами и провести время.

— Я как раз думал о том, чтобы поговорить с ними. Если честно, то я немного скучаю по этим парням. Мы хорошо ладили с тех пор, как познакомились, и я хотел бы снова встречаться с Джо и Коди. А если мне вдруг удастся помириться с Терренсом, то мы могли бы встретиться где-нибудь и поболтать.

— Ему это пойдет только на пользу. Думаю, вам удастся как-то отвлечь Терренса и вернуть ему интерес к жизни.

— Несомненно. Но ты все-таки подумай о том, что я тебе сказал. Если ты ему не поможешь прямо сейчас и не дашь шанс хотя бы объясниться с тобой, он вполне может погубить себя или причинить себе какой-то вред. А я очень не хочу, чтобы он что-нибудь с собой сделал. Например… Спрыгнул с какого-нибудь моста или высотного здания.

— Думаешь, он и правда может? — округлив глаза, ужасается Ракель.

— Терренс очень близок к этому. По крайней мере, был в тот период, когда мы еще были друзьями.

— Ты меня пугаешь…

— Я не пугаю тебя. Просто хочу дать понять, что ему плохо без тебя. Даже несмотря на конфликт с ним, я беспокоюсь за него и желаю ему только счастья.

— Прости, Бен, но я не могу вернуться к нему, — качает головой Ракель. — Я боюсь, что не смогу стать хорошей девушкой. Боюсь, что та ситуация снова повторится. У меня полно страхов, которые останавливают меня.

— Я понимаю. Но прошу тебя, будь рядом с ним хотя бы как хороший друг. Думаю, Терренсу этого было бы вполне достаточно, чтобы не быть таким разбитым.

— Это более вероятно.

— Хоть так… — Бенджамин с еще большой грустью во взгляде смотрит куда-то в сторону, пока Ракель рассматривает свои руки. — Ну в принципе, все… Я сказал то, что хотел… И надеюсь, что заставил тебя немного призадуматься. Больше не буду тебя задерживать. Ты можешь возвращаться к подругам, а я пойду по своим делам.

— А ты разве не хочешь остаться со мной и девочками? — спрашивает Ракель.

— Думаю, что нет. Передай девчонкам привет от меня и скажи, что я не смог остаться с ними. Тем более, я не думал, что встречу тебя здесь и зашел сюда лишь на несколько минут, чтобы выпить стаканчик… Но к сожалению, сейчас мне нужно идти по своим делам.

— Ну хорошо, иди.

— До скорой встречи, Ракель. — Бенджамин отходит от Ракель на пару шагов, бросив ей грустный взгляд. — Я надеюсь, ты примешь верное решение и все-таки не бросишь этого человека. Он нуждается в тебе, помни об этом.

Бенджамин медленно разворачивается и уходит куда-то по своим делам: не то покидает этот клуб, не то идет куда-то еще, чтобы провести хорошее время. А грустная после этого разговора Ракель стоит на том же месте еще некоторое время, снова и снова думая о том, что ей сказал этот человек.

От мысли, что Терренс может как-то причинить себе вред, у Ракель внутри все переворачивается вверх дном. Нет-нет, он не может этого сделать… Не может! Девушка не переживет, если с ним что-то случится! Слова Бенджамина не на шутку напугали ее и заставили начать всерьез бояться за человека, с которым она уже давно рассталась. В глубине души она не может с этим смириться, но понимает, что не сможет забыть и простить то, что между ними произошло. В любом случае Ракель решает, что даже после расставания останется рядом с Терренсом как хороший друг и будет поддерживать его и защищать, если ему это понадобится.

***

Наталия и Анна все еще сидят за столиком и ждут, когда Ракель вернется к ним. Пока она разговаривала с Бенджамином, девушки обсуждали эту ситуацию и гадали, о чем же пойдет этот разговор. Время пролетает совершенно незаметно, и подруги и опомниться не успевают, как Ракель возвращается к ним, будучи очень задумчивой и грустной. Брюнетка подходит к столику, за которым сидят девушки, и молча присаживается с ними. Наталия и Анна вопросительно переглядываются между собой и переводят свои взгляды на свою подругу.

— Эй, подруга, ты как? — неуверенно положив руку на плечо Ракель, интересуется Анна. — Выглядишь, честно говоря, не очень.

— Со мной все нормально, — тихо отвечает Ракель. — Не беспокойся.

— Что тебе сказал Бенджамин? — спрашивает Наталия. — Неужели у него было что-то серьезное, раз он попросил тебя поговорить в другом месте?

— И почему он не возвращается к ним? — удивляется Анна.

— Бен сказал, что у него какие-то дела, и он не может остаться с нами, — без эмоций отвечает Ракель. — Просил передать вам привет, кстати…

— Ну ладно… Тогда что он сказал тебе, раз сидишь будто сама не своя?

— Ничего особенного…

— Это касается Терренса? С ним что-то произошло?

Ракель несколько секунд молча сидит за столом, оперевшись локтями о поверхность стола, сцепив пальцы своих рук и поднесся их ко рту, а потом переводит немного испуганный взгляд на Наталию и Анну.

— Девочки… — неуверенно произносит Ракель. — А как вы думайте… Может ли Терренс как-то погубить себя, если я так и не смогу помириться с ним? Или он все-так справится и найдет в себе силы жить дальше?

Наталия и Анна с ужасом во взгляде переглядываются между собой, как бы спрашивая, почему Ракель вдруг начала об этом думать.

— Господи, Ракель, с чего ты это взяла? — недоумевает Наталия. — Откуда у тебя такие мрачные мысли?

— Да, почему ты вдруг начала думать о таких ужасных вещах? — удивляется Анна. — Неужели ты думаешь, что Терренс и правда способен на подобное?

— Бен сказал, что все может быть, — тихо отвечает Ракель.

— Бен?

— Он считает, что если мы не помиримся, то Терренс может что-нибудь с собой сделать. Паркеру кажется, что его друг выглядит слишком подавленным. Мол, он ничего больше не хочет и потерял интерес к жизни.

— Ну вообще-то, МакКлайф и правда выглядел подавленным, когда мы сегодня разговаривали в кафе, — с грустью во взгляде признается Наталия. — Правда я не думала, что он настолько переживал из-за этой ситуации, что все зашло так далеко…

— А кто-то из вас знал, что когда мы были в ссоре, Терренс каждый день выпивал?

— Что? — не скрывая своего удивления, округляет глаза Анна. — Выпивал?

— Выпивал довольно много…

— Ракель, что за глупости ты сейчас говоришь? Ты сама же говорила, что Терренс не употребляет крепкое спиртное!

— Да, это так, Терренс сам говорил это. Но Бенджамин сказал мне, что в те дни, когда мы с МакКлайфом ссорились, он довольно много выпивал. А однажды он так сильно напился, что Паркеру пришлось отвести его к себе домой и приводить в чувства. А когда состоялась наша последняя ссора, то он выпил в последний раз и больше не прикасался к алкоголю… Но это только со слов Бенджамина, с которым Терренс, оказывается, поругался. Кто знает… Может быть, он когда-нибудь выпивал в одиночку…

— Ничего себе… — Анна прикрывает рот рукой. — Вот это дела…

— Слушайте, но вы ведь обе много общались с ним в тот период. Неужели вы не замечали ничего подозрительного? Может, вы чувствовали, что от него пахнет спиртным?

— Нет, мы с Наталией ни разу не замечали ничего подобного, — качает головой Анна. — С нами он разговаривал полностью трезвым и совсем не пах алкоголем.

— Верно, хотя странно то, что ему удавалось так быстро привести себя в норму, — слегка хмурится Наталия. — Неужели он выпивал по ночам, когда мало кто гуляет и ходил по местам, где можно выпить? Ведь после похмелья всегда чувствуешь себя ужасно!

— Скорее всего… — предполагает Ракель. — Да и я не думаю, что он напивался в стельку каждый день… Со слов Бена, это произошло всего лишь один раз, когда ему пришлось забирать Терренса к себе домой.

— А разве Бен не предупреждал тебя, что Терренс будет у него? Он ведь должен был позвонить тебе и сказать, что твой бывший перебрал с выпивкой и не вернется домой!

— Нет, он ничего не говорил и не звонил мне. — Ракель пожимает плечами. — Не знаю, может, не додумался. А может, Терренс просил… Или все уже поняли, что у нас не все так уж хорошо, а Бен решил, будто мне все равно, где шляется мой возлюбленный.

— А тебя это и правда не волновало? — интересуется Анна.

— Нет, если честно. — Ракель на пару секунд о чем-то призадумывается с грустью во взгляде. — Но я помню, что после первой нашей ссоры Терренс куда-то поехал. Когда мы были в больнице, он сказал, что поехал выпить. Но тогда я этого не знала. Я никогда не переживала, что он возвращался домой лишь ранним утром. Мне действительно было все равно…

— Ну и дела… — качает головой Наталия.

— И дело было не только в обиде. Я просто не любила его так, чтобы мое сердце болело каждый раз, когда он не приходит домой в обещанное время или не говорит, куда идет. Он мог пропасть хоть на неделю, а я бы даже этого не заметила. И не забила бы тревогу. — Ракель тяжело вздыхает и на секунду опускает взгляд на свои руки. — Да, я замечала, что Терренс где-то очень долго пропадает. Но не думала, что он решит начать выпивать.

Ракель тихо шмыгает носом и аккуратно вытирает слезы под глазами, пока Анна и Наталия приходят в ужас от того, что слышат.

— Господи, подруга, неужели ты и правда совсем не переживала из-за того, что он где-то задерживался и пропал целыми днями? — недоумевает Анна.

— Тогда мне и правда было как-то все равно на него… — неуверенно признается Ракель. — Не знаю… Просто в какой-то момент я стала равнодушной к нему. Мы не поддерживали наши чувства после переезда в тот дом и погрязли в своих делах. Поэтому и мне не было дело до него, и он не обращал на меня внимания…

— Думаю, теперь ты понимаешь, почему все это произошло, — немного неуверенно говорит Наталия. — Терренс вел бы себя иначе, если бы ты не забыла про него. Поэтому он так легко разругался с тобой, поверил в твою измену и не захотел оставаться на твоей стороне тогда, когда ты в этом нуждалась. И к выпивке он пристрастился из-за отчаяния. Из-за обиды. Из-за разочарования. МакКлайф думал, что у вас все будет хорошо, но увы…

— Знаю… Но сейчас уже поздно говорить об этом…

— Слушайте, так что же это получается… — задумчиво говорит Анна. — Где-то под вечер он уходил из дома, ехал в какой-нибудь клуб или бар, выпивал где-то и… А потом что делал?

— А потом он где-то гулял всю ночь. Наверное для того, чтобы алкоголь выветрился. Хотя кто его знает…

— Боже, а если Терренс и правда что-нибудь сделает с собой? — широко распахивает глаза Анна. — Он ведь был в таком подавленном состоянии, да еще и не соображал из-за алкогольного опьянения. МакКлайф мог запросто попасть под машину или что-то вроде того!

— Нет, я не позволю этому случиться. — Ракель тихо шмыгает носом. — После расставания я продолжу общаться с ним и окажу всю поддержку. Буду ему другом. Это единственное, что я могу сделать. Думаю, с моей помощью ему будет чуточку легче…

— Боюсь, этого будет недостаточно… Сейчас ему поможет только одно – воссоединение с тобой.

— Бенджамин сказал, что только мне под силу помочь ему вернуть интерес к жизни. И я сделаю все, что в моих силах, чтобы не дать ему погубить себя. Я не смогу оставаться его девушкой, но всегда буду хорошим другом, советчиком и защитником. Дружить мы можем . И будем.

Анна ничего не говорит и лишь тихо вздыхает с грустью во взгляде.

— Ох, девочки… — устало стонет Наталия, проведя руками по лицу. — Ну почему мы опять заговорили про все наши проблемы? Ведь хотели же обойтись безо всего этого…

— Прости, — скромно извиняется Ракель. — Я не хотела.

— Из-за вас я только что вспомнила и о своих переживаниях… О том, как мне вот-вот разобьют сердце…

— Если ты говоришь про того парня, то тебе не стоит из-за него переживать, — спокойно говорит Ракель, резко замолкает и слегка прикусывает губу. — То есть… Э-э-э… Ты не должна думать о том, что твои чувства безответны. Я уверена, что ты ему интересна, раз он часто приглашает тебя куда-нибудь и обращается с тобой очень вежливо.

— Все мужчины вели себя подобным образом перед тем, как бросить меня… — Наталия тяжело вздыхает с грустью во взгляде. — Так что если он старается быть вежливым и милым со мной, это не значит, что я реально интересую его. И я ничуть не верю его словам о том, что он не хочет прекращать общение со мной.

— Ракель права, Наталия, — положив руку на плечо Наталии, мягко говорит Анна. — Не думай, что ты влюбилась безответно. Вдруг ты напрасно переживаешь, а на самом деле тот парень вообще жить не может без тебя, постоянно думает о тебе и хочет быть с тобой?

— Если честно, я гораздо меньше начала доверять мужчинам после того как мне столько раз разбивали сердце. Да, я все еще продолжаю широко улыбаться и краснеть, когда мне говорят комплименты. Но когда эйфория проходит, я тут же начинаю думать, что меня обманывают.

— Но почему тебя должны бросить?

— Потому что тому парню нужно было найти одного человека. И я это сделала! Так что смысл оставаться со мной и тратить на меня время?

— Господи, Наталия… — устало стонет Ракель. — Ну я же уже рассказала тебе, как бы он себя вел, если ему и правда нужна была только лишь твоя помощь в поисках того человека.

— И я миллион раз говорила тебе, что такой заботливый и внимательный мужчина просто не может быть обманщиком и разбить тебе сердце, — уверенно добавляет Анна.

— Не знаю, девочки… — с грустью во взгляде качает головой Наталия и тяжело вздыхает. — Не знаю… Но если он не захочет со мной общаться, я буду несчастна. Я еще никогда так сильно не терять мужчину, который мне нравится.

— Да не потеряешь ты его! Не переживай ты так!

— К тому же, я вряд ли смогу забыть наш первый поцелуй.

Ракель и Анна слегка приоткрывают рты, быстро переглядываются между собой и с широкой улыбкой издают радостные возгласы.

— Что? — громко, радостно удивляется Ракель. — Вы уже целовались?

— Это был просто изумительно , девочки… — признается Наталия. — Еще никогда прежде мне приходилось испытывать такие прекрасные чувства, какие я испытала в тот момент, когда он поцеловал меня.

— Господи, неужели? — радостно произносит Анна. — Ты реально поцеловалась с ним?

— Поцеловалась, — со скромной улыбкой кивает Наталия. — Хоть мне и казалось, что у меня случится секундная остановка сердца, я бы многое отдала, лишь бы вновь испытать это незабываемое чувство.

— Черт, Рочестер, да как ты могла не сказать нам о таком? — широко раскрывает рот Анна, легонько хлопнув Наталию по руке. — Так надо было с этого и начинать рассказ про своего прекрасного ухажера!

— Не переживай, Анна, мы исправим это, — уверенно отвечает Ракель. — Сейчас Блонди все нам выложит!

Ракель с широкой улыбкой переводит взгляд на Наталию и легонько хлопает ее по руке, быстро забыв о своих переживаниях насчет того, что может случиться с Терренсом.

— Так, подруга, а ну давай рассказывай, как все прошло, — бодро просит Ракель.

— Давай-давай, колись, когда это произошло! — взволнованно тараторит Анна. — И чтобы не упустила ни одной детали! Рассказывай все! Как началось, кто изъявил желание и всякое такое…

— А все произошло настолько быстро, что я не сразу это поняла, — с легкой улыбкой признается Наталия. — Я просто где-то гуляла, думала о чем-то своем и потом случайно налетела на этого парня. Он предложил мне погулять с ним, раз уж мы столкнулись в прямом смысле, и я согласилась.

— Так-так, уже что-то… — загадочно улыбается Ракель.

— Ну а потом все как-то завертелось, закрутилось, и мы признались друг другу в симпатии…

Наталия бросает короткий взгляд на свои руки.

— А когда ему вроде бы удалось убедить меня в том, что это правда, он… — немного взволнованно рассказывает Наталия. — Э-э-э… Недолго смотрел мне в глаза и нежно гладил мне лицо… А потом я почувствовала его нежную руку на своем лице. Из-за этого у меня на секунду остановилось сердце, и я почувствовала, что меня бросило в жар.

— М-м-м… — с широкой улыбкой кивает Анна.

— А потом он нежно поцеловал меня, и я мгновенно испытала кучу невероятных эмоции. И боже… Какие же у него нежные и теплые руки… Мне мгновенно стало тепло, когда он просто погладил меня по щеке… Его голос такой мягкий и бархатистый, а глаза невероятно красивые…

Рассказывая о своем поцелуе с Эдвардом, Наталия время от времени мечтательно закатывает или прикрывает глаза, вспоминая тот прекрасный момент, который так согревает ей душу и заставляет слегка вздрагивать и понимать, как ее сердце на мгновение замирает.

— Боже, девочки, это было незабываемо… — с широкой улыбкой задумчиво произносит Наталия. — Я никогда не забуду эти мягкие губы и тот головокружительный запах, который от него исходит…

— Ах… — с широкими улыбками умиляются Ракель и Анна.

— Если бы мне пришлось умереть, то я бы предпочла умирать именно так – от поцелуя этого человека… — Наталия скромно смеется. — Хотя я до сих пор удивлена, что не упала в обморок прямо там, а всего лишь пережила несколько остановок сердца и едва могла дышать… Приходилось постоянно заставлять себя дышать, ибо у меня сильно кружилась голова.

Анна и Ракель улыбаются все шире и шире с каждой секундой и едва сдерживают желание завизжать от радости во весь голос, видя, как взволнованная Наталия едва может нормально говорить и выглядит слегка покрасневшей.

— Значит, твоя симпатия невзаимная? — недоумевает Анна. — Не любят тебя? Пользуются тобой! Ха!

Анна громко ухмыляется.

— Да этот парень точно без ума от тебя, раз признался тебе в любви и поцеловал! — восклицает Анна. — А если эти чувства и правда безответны, то я заявляю вам обеим о том, что хочу стать инженером или физиком-ядерщиком.

— И правда, подруга, почему ты говоришь, что влюблена безответно? — с загадочной улыбкой интересуется Ракель, положив руку на плечо Наталии. — Твои чувства очень даже взаимны, а тот парень действительно без ума от тебя.

— Не знаю, девочки… — с грустью во взгляде тяжело вздыхает Наталия. — Но я так боюсь, что больше не смогу влюбиться в кого-то еще, кроме того человека. Я вряд ли смогу забыть того, в кого влюбляюсь все больше и больше. Того, кто подарил мне такой шикарный поцелуй…

— Не думаю, что тебе придется это делать. Лично я бы никогда не поцеловала человека, который мне не нравится. Я не думаю, что и этот парень стал бы целовать тебя просто так.

— Эй, а что он чувствовал во время поцелуя? — интересуется Анна. — Выглядел счастливым? Взволнованным?

— Выглядел немного покрасневшим и широко улыбающимся, — скромно улыбается Наталия. — Хотя я помню только лишь то, как закрыла глаза и вздрагивала с чувством остановки сердца и легкого головокружения. И после этого еще минут пять ходила ошалевшая. Как будто меня ударили сковородкой по голове.

— Ха, и после этого ты пытаешься убедить нас в том, что тебя не любят? — громко удивляется Ракель.

— Не любят!

— Нет, дорогая, я уверена, что в скором времени у нас появится еще одна романтичная пара.

— Да брось, Ракель! — машет рукой Наталия. — Никакой пары не будет! Этот человек тоже обманет и бросит меня!

— Так, ну-ка сейчас же выбрасывай все эти мысли из головы! — легонько похлопав Наталию по плечу, уверенно требует Анна. — Я уверена, что этот парень неравнодушен к тебе! А раз уж вы поцеловались, считай, ситуация становится все лучше и лучше.

— Этот поцелуй еще ничего не означает! — отнекивается Наталия, заправив прядь волос за ухо. — Просто так получилось… Случайно … Ни я не смогла сопротивляться, ни он не устоял.

— Таких случайностей не бывает, дорогая моя. Вот увидишь, этот парень в ближайшее время опять позовет тебя куда-нибудь на свидание. И еще через некоторое время тебе вообще предложат встречаться. Ну а там и свадебка не за горами…

— Теперь уже вряд ли позовет…

— Господи, Рочестер, ну ты и дурочка! Неужели ты и правда не замечаешь очевидных вещей?

— Знайте, девочки… — Наталия тяжело вздыхает. — Наверное, мне будет намного легче, если я сама прекращу наше общение. Не стану ни на чем настаивать и просто поблагодарю за все хорошее, что он для меня сделал.

— Что? — громко удивляется Ракель. — Только не говори, что ты сама собралась отталкивать от себя того парня!

— Мне будет не так больно, если я сделала бы это по своему желанию… Раньше, чем он решит сделать это сам.

— Господи, Рочестер, ну и ты дурочка! Просто глупая дурочка! Парень сам признался тебе в любви, а ты собралась от него бегать.

— Действительно, подруга, ты точно ненормальная, — соглашается Анна. — Тут все признаки того, что в тебя по-настоящему влюбились! А ты, глупенькая, сама отталкиваешь от себя свое счастье! Разве я сделала это, когда мой возлюбленный признался мне в любви и предложил мне стать его девушкой? А Ракель в свое время бегала от Терренса, когда он сделал то же самое?

— Я не верю, что меня может кто-то любить, — неуверенно признается Наталия.

— Не будь такой дурой, Наталия!

— Может, у тебя уже больше не будет шанса встретить человека, который реально беспокоится не только о самом себе, но еще и о тебе, — уверенно добавляет Ракель. — Про всех предыдущих твоих ухажеров мы такого сказать не можем. Но этого ты просто обязана беречь. И должна сделать все, чтобы он точно никуда от тебя не делся.

— Иногда мне кажется, что я уже никогда не встречу свою настоящую любовь… — тяжело вздыхает Наталия, оперевшись локтем о стол, а подбородком – о ладонь. — В этом плане я реально невезучая… Мне всегда встречались либо уродливые извращенцы, либо слишком красивые обманщики. Меня все бросают и обманывают…

— Так и будет происходить, если ты оттолкнешь этого парня от себя, — уверенно заявляет Ракель. — Конечно, если бы мы с Анной знали его, то осторожно поговорили бы с ним и узнали, что он думает о тебе на самом деле. Но мы не сомневаемся, что дело дошло бы до начала отношений, если бы ты дала ему зеленый свет.

— Ох, не знаю, Ракель… Может, вы с Анной и правы. Но конкретно сейчас я бы хотела позволить ему провести время с человеком, которого он так долго искал. Им есть что обсудить…

— Если ты важна для него, то он всегда найдет для тебя время.

— Нет, тот парень будет так увлечен времяпрепровождением с тем, кого сегодня нашел, что ему будет не до меня. Пока что я действительно оборву с ними любой контакт, а потом будет видно… Может, мы еще раз поговорим о том, что было, и решим, что делать.

— Уж не знаю, кто мог бы так сильно увлечь того парня и заставить забыть о тебе, но ты совершишь огромную ошибку, если оттолкнешь его от себя, — уверенно отвечает Анна. — Ты можешь довести все до того, что тот человек и правда решит, будто он не нужен тебе и действительно бросит тебя. А потом ты будешь плакать в подушку, жалея, что упустила свое счастье.

— Запомни наши слова, подруга! — восклицает Ракель. — Потом ты еще скажешь нам « спасибо » за то, что мы наставили тебя на правильный путь и помогли обрести личное счастье.

— В любом случае спасибо за советы, — слегка улыбается Наталия.

— Так что если ты действительно хочешь быть счастливой и любимой, дай этому парню шанс любить и сделать тебя самой счастливой.

Наталия ничего не отвечает и лишь тихо вздыхает, уставив свой грустный взгляд в одной точке, пока Анна и Ракель переглядываются между собой и пожимают плечами.

— Ладно, девочки, давайте мы не будем говорить о плохом, — предлагает Анна. — И хотя бы сейчас проведем хорошее время вместе, не думая о парнях, о проблемах с ними и всяком таком.

— И правда, мы что-то не тем увлеклись, — скромно хихикает Наталия.

— Я вот хотела бы предложить вам еще один тост…

Анна берет в руки свой стакан с напитком.

— Э-э-э… — слегка прикусывает губу Анна. — Допустим за то, чтобы наша милая подружка Наталия перестала думать, что ее захотят кинуть после такого шикарного поцелуя, от которого она, походу, до сих пор ходит ошалевшая. И перестала думать, что тот парнишка не влюблен в нее взаимно и только и думает о том, чтобы побыстрее кинуть ее.

— И за то, чтобы она даже не вздумала обрывать с ним контакт и отталкивать того, кто, возможно, станет ее судьбой, — уверенно добавляет Ракель и тоже берет свой стакан в руки. — А иначе ей предстоит очень серьезный разговор с нами обеими.

— Лучше давайте просто выпьем за исполнение всех наших желаний, — скромно предлагает Наталия и последней берет свой стакан с напитком. — И чтобы все беды обходили нас стороной.

— Тогда за нас! — бодро восклицает Анна.

— За нас! — одновременно произносят Ракель, Наталия и Анна. — Да-а-а-а!

Издав негромкие возгласы, Наталия, Анна и Ракель слегка ударяют по стакану друг друга и делают несколько глотков. После этого они решают поболтать на более интересные темы и отбросить все плохие мысли в сторону, от души наслаждаясь этим вечером, который они впервые за долгое время проводят в компании друг друга. Девушки очень быстро расслабляются и начинают намного больше улыбаться и смеяться, вспоминая обо всех хороших моментах, которые с ними случались, с интересом наблюдая за тем, что происходит вокруг них и медленно попивая свой напиток.

А вдоволь наговорившись и выпив весь напиток из своих стаканов, за которые быстро расплачиваются с одним из официантов, Наталия, Ракель и Анна отправляются на танцпол, чтобы вместе с другими людьми немного потанцевать под потрясающую музыку, что играет в этом заведении. Они позволяют себе полностью расслабиться и оставить все негативные эмоции на танцплощадке, на которой отрываются по полной и демонстрируют свои танцевальные навыки, которые оценивают многие их тех, кто развлекается вместе с ними.

Благодаря зажигательным танцам Ракель, Анна и Наталия получают море позитивных впечатлений, приятную усталость и хорошее настроение. Тем более, что кто-то решил поставить для этих троих многие их самые любимые песни, под которые не грех исполнить парочку зажигательных танцев. Да и они не отказывают себе в удовольствии повеселиться с незнакомыми людьми, которые принимают их довольно дружелюбно и охотно разговаривают с ними о чем-то интересном.