— Хорошо, что ты это понимаешь, — спокойно говорит Фредерик. — Понимаешь свои ошибки.

— Урок на будущее. В следующий раз буду умнее. И надеюсь, что Ракель тоже извлечет какой-то урок и поймет, что она сделала не так.

— Ну пока что мы не видим, что она что-то поняла. И боюсь, что моя внучка повторит все свои ошибки уже со другим мужчиной. Если Ракель, конечно, решится на новые отношения.

— Рано или поздно до нее дойдет, — выражает надежду Алисия. — Все уже неоднократно указывали ей на ошибки. Моя племянница должна хоть о чем-то призадуматься.

— Возможно, она поймет, когда придет в себя после всего этого кошмара, — задумчиво предполагает Терренс. — Когда Ракель перестанет быть зацикленной на Саймоне и всем, что его касается.

— Дай бог, Терренс.

— В любом случае надо что-то делать с ее состоянием, — уверенно говорит Фредерик. — Нельзя закрывать глаза на то, что с ней происходит.

— А раз уж она уже давно измотанная, то рано или поздно это может привести к ужасным последствиям.

— Да, вы правы. Надо принимать меры. Немедленно.

Терренс ничего не говорит и лишь качает головой, с жалостью во взгляде смотря на Фредерика и Алисию, которые переглядываются с ним и между собой. К этому моменту они все уже потеряли аппетит и понимают, что у них нет желания допивать остатки кофе из своих чашек. Родственники Ракель понимают, что дела с ее состоянием серьезные, но не могут даже представить, что на самом деле ей намного хуже, и она уже столкнулась с негативной реакцией организма на стрессовую ситуацию, что выжала из нее почти все соки.

***

Время близится к вечеру. Ракель по-прежнему находится дома и уже долгое время никуда не выходит и целыми днями сидит в своей комнате. События, которые происходили с ней в последнее время, повлияли на нее в худшую сторону и лишили всякой надежды на что-то хорошее. Так или иначе Саймон добился своего и довел бедную девушку до ужасного состояния, что все больше начало беспокоить ее родственников.

Ракель ничего не хочет делать. Даже заниматься своей карьерой. Теперь она уже не имеет для нее такого огромного значения, как раньше. Ей стало все равно, что с ней будет. Она уже не боится потерять статус звезды и любимицы публики. Девушка хочет только одного – как можно скорее разобраться с Саймоном и сбежать куда-нибудь подальше, чтобы начать новую жизнь, в которой не будет места для плохих людей и негативных событий.

В какой-то момент Ракель медленно выходит из своей комнаты и направляется на кухню, чтобы проверить, что можно поесть. Однако стоит девушке только заглянуть в холодильник, как вдруг у нее в горле появляется какой-то комок, который брюнетка никак не может проглотить. И понимает, что совсем не хочет ничего есть.

« Нет, не хочу есть … — слегка морщится Ракель. — Совсем… Меня тошнит… Не могу видеть всю эту еду… »

Ракель резко закрывает холодильник, быстро покидает кухню и только тогда перестает страдать от неприятного чувства тошноты. После этого она еще долгое время медленно ходит по всей квартире, бездонным взглядом рассматривая каждый ее уголок и касаясь рукой некоторых вещей, что попадаются ей на глаза.

Вскоре Ракель заходит в комнату Фредерика, которая на данный момент пустует, потому что его нет дома. Оказавшись в ней, она сразу же чувствует что-то очень приятное и хорошее, что немного согревает ее и заставляет почувствовать себя чуточку лучше и даже слегка улыбнуться. А рассматривая фотографию мужчины в рамке, висящую на стене, в ее голову лезут некоторые детские воспоминания, связанные с этим человеком. Например, Ракель хорошо помнит, когда неоднократно прибегала к своему дедушке после того как ей снились кошмары. Ей было очень страшно, и она боялась, что все это станет реальностью. Но когда Фредерик крепко обнимал ее, нежно целовал и позволял ей спать вместе с ним, то сны становились более яркими и прекрасными…

Девушка и сейчас хотела бы также крепко также прижаться к своему любимому дедушке и почувствовать его любовь и ласку, в которых она так нуждается. Так хотела бы оказаться ребенком. Ребенком, у которого нет никаких по-настоящему серьезных проблем. Хотела бы вернуться в то время, когда ее мог защитить близкий ей человек, который любого порвал бы, если бы его кровиночку так или иначе обидели.

В его комнате все вещи аккуратно разложены по полочкам, чистая постель заправлена, а на письменном столе не лежит ничего лишнего. Только лишь стакан с ручками и ножницами, футляр для очков и пара толстых книг. Также здесь стоит маленький шкафчик, в котором лежат какие-то старые бумаги, что вряд ли кому-то нужны, и еще какие-то книги. Очень много книг. Фредерик обожает проводить время за чтением хорошей литературы. И очень рад, что это увлечение передалось и его внучке. Однако сейчас даже самая любимая книжка вряд ли смогла бы помочь ей отвлечься ото всего плохого и хотя бы на время очутиться в прекрасном мире, что подробно описан на белоснежных страницах.

Ракель довольно долго бесцельно ходит по комнате и рассматривает каждый ее уголок и временами проводит рукой по каким-то предметам. А через какое-то время внимание девушки привлекает большая черная книга, похожая на фотоальбом. Недолго думая, она берет его в руки и осторожно проводит по нему рукой, сразу же почувствовав какую-то положительную энергию, которая исходит от этого предмета и заставляет ее бросить легкую улыбку. Девушка, крепко прижав к себе этот альбом, медленным шагом направляется в гостиную, присаживаются на диван, раскрывает его и начинает изучать все, что в нем есть.

На первых страницах альбома можно увидеть фотографии с маленькой Ракель. На этих снимках ей примерно пять-шесть лет. Тогда эта счастливая девочка с искренней широкой улыбкой еще не знала, что ей предстоит пережить в возрасте семи лет. Что ей предстояло узнать про своих родителей… Маленькая девочка на фото выглядит веселой и беззаботной… Она явно считала, что в мире полно добра и в нем нет места злу. Ах, как же она тогда ошибалась! Маленькая Ракель не знала, что на самом деле мир полон жестокости и несправедливости. А если бы знала, то перестала бы верить в волшебство и те добрые сказки, которые она читала сама и слышала от своих родственников.

Рассматривая эти фотографии, Ракель слегка улыбается и мысленно переносится в те дни, когда все казалось таким прекрасным и легким. Когда казалось, что все всегда будет так же хорошо… Когда она и подумать не могла, что вскоре ее жизнь превратится в ад. Она не только узнает о гибели родителей, но еще и начнет терпеть постоянные издевательства своих одноклассников, которые не упускали шанса как-то оскорбить или унизить ее, не желая даже попытаться подружиться с ней.

Следующие фотографии как раз сделаны в тот период, когда Ракель уже пошла в школу. На эти фото девушка даже не хочет смотреть, так как они вызывают у нее не самые приятные воспоминания. А сейчас ей тем более это не нужно, ибо она и так постоянно думает о плохом. Поэтому она быстро переворачивает страницу и продолжает без спешки листать альбом дальше, внимательно рассматривая каждое фото, пытаясь вспомнить, когда оно было сделано, и какие события с ними связаны.

А немного позже взгляд Ракель останавливается на фотографиях, на которых она позирует с Терренсом. Точно такие же она когда-то давно отправила своей тетушке по ее личной просьбе. Они оба выглядят такими счастливыми… Блеск в глазах яркий, а улыбки широкие и искренние. И не скажешь, что эта пара начала роман только лишь ради каких-то своих целей и только лишь играла в счастливых влюбленных. Вряд ли тогда кто-то думал, что спустя чуть больше года они начнут на дух не переносить друг друга и будут мечтать расстаться и покончить с этой историей, о которой никто не хочет вспоминать. По крайней мере, девушка уж точно хочет забыть об отношениях с этим человеком раз и навсегда.

Может, где-то в глубине души Ракель понимает, что она далеко не равнодушна к Терренсу и не может сказать, что вообще никогда не любила его. Однако она не хочет признавать это. Не хочет признавать, что хотела бы расставаться с ним меньше всего на свете и согласилась бы дать их отношениям второй шанс. Девушка определенно попробовала бы исправить все свои ошибки и начать ценить этого человека так, как должна была.

И Ракель начинает все больше понимать, что не была той идеальной девушкой, которая нужна Терренсу. Она даже жалеет, что все это время думала лишь о себе и своей карьере и забыла про своего парня, которого все это время отвергала, когда он предлагал провести время вместе. Девушка прекрасно все это понимает, но отказывается признавать это, поскольку все еще одержима сильной обидой на него. Ее разум кричит, что ей стоит держаться подальше от этого мужчины. Говорит, что она вряд ли сможет стать счастливым рядом ним, а он запросто может бросить ее во второй раз, поверив очередной лживой клевете наподобие той, которую ему рассказал Саймон. Терренс уже причинил ей сильную боль и вел себя омерзительно по отношению к ней. А Ракель не собирается прощать его и возвращаться к человеку, который запросто может стать одним из тех, кто всячески издевается над девушками и никогда об этом не жалеет.

Правда от этого ей не становится лучше. Потому что время ушло. Ничего нельзя вернуть или исправить. Поезд уже уехал. И это мысль заставляет Ракель едва сдерживать слезы и все больше жалеть о том, что она не ценила то, что буквально само прилетело ей в руки. Но то, от чего осознанно отказалась из-за одержимости карьерой и желанием добиться еще большего. У нее уходит много сил на то, чтобы взять себя в руки и кое-как сдержать желание плакать, ибо у нее и без того опухшие и красные глаза. Девушка усердно пытается внушить себе, что ей удастся справиться с этой болью и забыть того, кто уже давным-давно стал ее бывшим возлюбленным, и будет жить своей жизнью. И заставляет себя верить, что однажды она встретит более достойного человека, который не посмеет предать ее и сделает по-настоящему счастливой. Не будет говорить впустую. И уж точно никогда не посмеет поднять на нее руку…

Ракель так сильно увлекается просмотром фотографий в альбоме, что не замечает, как Алисия возвращается сюда вместе с Фредериком. А пока мужчина делает какие-то дела, стоя рядом с входной дверью, женщина, уже снявшая верхнюю одежду и обувь, проходит в гостиную и медленно подходит к своей племяннице. Она встает у нее за спиной и начинает с интересом рассматривать фотографии, с легкой улыбкой на лице вспоминая тот период, но в то же время понимая, что все это останется лишь воспоминаниями.

— Вы выглядели очень счастливыми… — шепчет Алисия. — Даже не верится, что ничего не осталось от этой красивой картинки.

Ракель слегка вздрагивает от испуга и резко оборачивается на голос Алисии, на которую уставляет свои широко распахнутые глаза.

— Жаль, что ваша жизнь сложилась не так, как мы хотели, — с грустью во взгляде говорит Алисия.

— Ой, тетя! — резко выдыхает Ракель. — Вы меня напугали!

— Прости, я не хотела.

— Я не знала, что вы здесь.

— Так замечталась, что не слышала, как открывается входная дверь?

— Э-э-э, да, я и правда задумалась…

— Ах, моя девочка…

— Кстати, а когда вы успели вернуться домой?

— Только что. Мы с твоим дедушкой ездили в магазин купить кое-что… А то у него практически ничего нет.

— Надо же. А я не слышала, как вы зашли в квартиру.

— Так ты же весь день не выходила из комнаты.

— Да, но сейчас вышла. Надоело там сидеть.

— Понятно…

— Кстати, а дедушка уже вернулся? Или еще нет?

— Да, он здесь. Что-то делает в коридоре. А я пошла сюда и увидела, как ты рассматриваешь фотографии в альбоме.

— Да так… — пожимает плечами Ракель. — Нашла альбом в комнате дедушки и решила посмотреть его…

— Если хочешь, то мы можем подождать твоего дедушку и посмотреть фотографии вместе.

— Э-э-э…

— Посмотрим на твои детские фотографии, вспомним приятные моменты.

— Да нет, спасибо… Я уже все посмотрела.

— Прямо все?

— Да. Я уже закончила их смотреть. — Ракель резко захлопывает альбом и протягивает его Алисии. — Если хотите, можете посмотреть потом вместе с дедушкой.

— Могла бы подождать нас, — задумчиво говорит Алисия, неуверенно взяв альбом из рук Ракель, на которую она смотрит с грустью во взгляде. — Посмотрели бы фотографии вместе.

— Не подумала об этом… Простите.

— Ну ладно. — Алисия бросает легкую улыбку. — В следующий раз.

— Да… — Ракель замолкает на пару секунд и бросает короткий взгляд в сторону. — Ладно, я пойду к себе… Может, почитаю что-нибудь… Не знаю…

Ракель резко встает с дивана с желанием уйти в комнату и ни с кем разговаривать. Однако Алисия, быстро рассмотрев ее с головы до ног, останавливает ее:

— Подожди, дорогая.

Ракель медленно разворачивается к Алисии.

— В чем дело, тетя? — без эмоций во взгляде спрашивает Ракель.

— Присядь со мной, — мягко просит Алисия, положив альбом на диван.

— Зачем?

— Я хочу поговорить с тобой.

— Простите, но я не очень хочу с кем-то разговаривать.

— Даже с любимой тетушкой?

— Не обижайтесь, тетя Алисия, но я хочу побыть одна.

— Пожалуйста, солнце мое, не беги от меня.

— Я и не бегу.

— Присядь, Ракель, присядь. Поговори со мной. — Алисия присаживается на диван и мягко хлопает по месту рядом с собой. — Иди сюда, милая.

Хоть Ракель не очень желает с кем-то разговаривать, она тяжело вздыхает, подходит к дивану и все-таки присаживается рядом с Алисией.

— И… — неуверенно произносит Ракель, медленно хлопая своими ресницами, которые даже и без огромного количества косметики довольно большие и пушистые. — О чем вы хотите со мной поговорить?

— Я просто хочу немного побеседовать с тобой, — признается Алисия. — Хочу понять, что творится у тебя в душе.

— У меня в душе?

— Ракель, милая… — Алисия складывает руки перед собой. — Ты прекрасно знаешь, что у нас с тобой никогда не было друг от друга секретов. Даже когда я не хотела говорить о том, что со мной произошло, ты все равно убедила меня рассказать тебе всю правду. И должна признаться, ты правильно поступила. Ведь кто знает, чтобы случилось бы, если бы ты не стала что-то выяснять и помогать мне.

— Вы же знайте, что я сделала это ради любви к вам, — спокойно отвечает Ракель.

— Знаю… — Алисия бросает легкую улыбку. — Так вот, теперь я хочу помочь тебе. Так сказать, оплатить тебе той же монетой. Хочу помочь так же, как и твой дедушка. Мы оба хотим помочь тебе и вытащить из той бездны, в которой ты оказалась.

— Вы уже помогайте мне, — слегка улыбается Ракель. — Тем, что находитесь рядом. Тем, что не поверили Рингеру и его лжи, которую он всем наговорил.

— Только не думай, что я хочу помочь тебе потому, что чувствую себя должницей перед тобой. Нет! — Алисия нежно гладит Ракель по руке. — Я хочу помочь, потому, что очень люблю тебя.

— Тетушка, я тоже очень сильно люблю вас, — уверенно говорит Ракель. — Вы – мой близкий человек. Дороже вас и дедушки у меня никого нет.

— Ну раз ты любишь меня, то я бы хотела знать все, что тебя касается.

— Вы и так все знайте.

— Нет, Ракель, не все.

— Тетя Алисия…

— Ты не хочешь что-то рассказать или чем-то поделиться? Может быть, ты хочешь спросить у меня совета?

— Я ведь уже рассказала вам обо всем, что меня беспокоит. — неуверенно отвечает Ракель.

— Ты сейчас мечтаешь о чем-нибудь?

— На данный момент все, чего я хочу – это навсегда покончить с Саймоном.

— Да, но я чувствую, что тебя беспокоит что-то еще.

— Что-то еще?

— У меня есть все основания так думать. В последнее время ты постоянно избегаешь нас с девушкой и сидишь в своей комнате.

— Я не избегаю вас с дедушкой. С чего вы взяли?

— Пожалуйста, Ракель, не ври мне. — Алисия мягко берет Ракель за руки. — Я вижу, что с тобой не все в порядке. Любой поймет, что тебе плохо. Достаточно просто взглянуть на твой внешний вид.

— Тетя… — мягко произносит Ракель.

— Ты меня пугаешь, солнышко. Когда ты в последний раз смотрела на себя в зеркало? Ты хоть видела, что с тобой стало? Как сильно ты похудела!

— Да, я знаю, что сильно похудела…

— Господи… Ты всегда была худенькой девочкой, а сейчас кожа, да кости! — Алисия с ужасом в глазах быстро осматривает Ракель, замечая, что майка и штаны девушки свободно болтаются на ней. — Смотри, на тебе уже вся одежда болтается! Щеки сдулись, руки и ноги стали веточками, а ты сама постоянно ходишь бледная и вялая.

— Со мной все в порядке, тетушка, — бросает легкую улыбку Ракель, сложив руки перед собой. — Не надо обо мне беспокоиться.

— Господи, что ты с собой творишь? Почему ты так изводишь себя? Из-за какого-то больного ублюдка ты обрекаешь себя на страдания! Хочешь доставить ему удовольствие и дать понять, что ему удалось извести тебя!

— Вовсе нет.

— К тому же, мы с мистером Кэмероном замечаем, что ты практически перестала есть. Вообще ничего не ешь!

— Я ем. Не очень много, но ем.

— Да как ты вообще ноги таскаешь? Ты хоть понимаешь, что у тебя будут руки трястись от голода? Кружится голова! Будешь падать в обморок от слабости! Желудок себе испортишь, в конце концов!

— Тетя…

— Или ты уже испортила себе здоровье? И поэтому целыми днями лежишь в кровати?

— Нет, я…

— Нам что вести тебя ко врачу?

— Не надо… Со мной все в порядке.

— Что-то сомнительно.

— Нет, я правда хорошо себя чувствую.

Алисия медленно выдыхает и качает головой, с жалостью во взгляде смотря на Ракель.

— Я боюсь за тебя, милая, — мягко говорит Алисия и берет Ракель за руки. — Переживаю из-за всего, что с тобой происходит.

— Я прекрасно вас понимаю, — спокойно отвечает Ракель. — Но к сожалению, я не могу ничего сделать.

— А как сильно переживает твой дедушка… Он ночами не спит и переживает за тебя и за твое состояние. Не дай бог, ему станет хуже.

— Нет, тетя, пожалуйста, не говорите так.

— Я говорю правду, девочка. Если ты не перестанешь так себя изводить и пугать нас, то это не приведет ни к чему хорошему.

— Но вы же сами видите, что нет выхода из этой ситуации. Нет просвета в конце тоннеля.

— Однако я хочу верить, что он будет. Я каждый день молюсь Богу о том, чтобы Он не бросил тебя и помог тебе держаться и выдержать все это, а нам – подсказать способ помочь нашей любимой девочке.

— Просто будьте рядом, и вы уже очень много для меня сделайте.

— Послушай, мы с мистером Кэмероном прекрасно понимаем твои чувства. Но ты не должна так легко сдаваться. Возьми себя в руки, Ракель! Этот больной мерзавец не должен думать, что ему под силу заставить тебя согнуться под тяжестью того груза, что он водрузил на твои плечи.

— А как мне оставаться сильной? — удивляется Ракель. — Как? Я не вижу выхода из этой ситуации! Саймон не звонит и не пишет мне! Я не знаю, что он сделает и когда! Каким будет его следующий шаг. И понятия не имею, сколько мне еще ждать.

— Я все понимаю, радость моя, но ты сделаешь себе только хуже, если будешь все время сидеть и переживать.

— А что вы мне предлагайте?

— Взять себя в руки. Не позволяй себе сдаться! Не смей позволять Рингеру сожрать тебя с потрохами. Он этого и добивается, а ты поддаешься ему! Делаешь все, что тебе говорит тот мерзавец! И я имею в виду не только то, что изводишь себя, как этот тип того хочет. Ты ведешь себя так, как он говорит. Вон Саймон заставил тебя думать, что у тебя проблемы с головой – ты вела себя так со своими друзьями и близкими. И они поверили. Поверили, что ты такая. Хотя на самом деле это не так.

— Тетя Алисия…

— Господи, Ракель, как ты можешь верить этому проходимцу и делать все, что он говорит? А если он скажет тебе спрыгнуть с моста, ты что пойдешь и сделаешь это?

— Нет…

— Хватит, милая, хватит! Ты делаешь себе только хуже, а этот ублюдок сейчас радуется и смеется над тобой. Смеется над тем, что ты слепо доверяешь ему и делаешь все, что он говорит. Рингер того и добивался! И ты доставила ему такое удовольствие.

— Мне сейчас абсолютно все равно, что со мной происходит, — тихо признается Ракель. — Мне важно только лишь знать, что этот мерзавец получил то, что заслужил и решил оставить меня в покое.

— Хоть немного подумай о других! Обо мне, о дедушке… Подумай о том, каково нам видеть тебя в таком состоянии. Или же тебе все равно на нас? Ты думаешь только о себе?

— Я вовсе не думаю только о себе.

— Тогда прекрати так изводить себя и пугать нас, — строго говорит Алисия.

— Я не могу…

— Господи, да пойми ты… В жизни бывают более серьезные проблемы. А ты сидишь в своей комнате и страдаешь из-за одного больного ублюдка, который мстит тебе неизвестно за что. У него не все в порядке с головой. А ты веришь ему больше, чем тем, кто любит тебя. Ты слушаешь только его.

— Послушайте, тетя Алисия, я…

Но Ракель не успевает договорить, так как ее лежащий в комнате мобильный телефон издает очень громкий звук, который говорит о том, что ей пришло сообщение. Удивленная девушка встает с дивана и направляется в свою комнату, пока Алисия почти сразу же следует за ней, слегка нахмурившись. Девушка берет свой смартфон с небольшого столика, стоящий рядом с кроватью, снимает с него блокировку и открывает сообщение с помощью двойного нажатия на значок уведомления на экране. И после этого брюнетка начинает читать текст, который предстает перед ее глазами:

«Думаю, пришло твое время расплатиться по счетам. Можно приступить к последней части моего плана. И надеюсь, ты готова к этому. Готова к встрече со мной. Да-да, моя дорогая, мы с тобой встретимся. Послезавтра в пять часов вечера ты должна приехать в одно очень тихое местечко, где нам с тобой никто не помешает. Мой выбор пал на одно заброшенное здание, которое никак не патрулируется полицией и находится на окраине города. ОДНА. Хочу подчеркнуть слово « одна » жирной линией. Если ты приведешь с собой хоть кого-нибудь, то я расквитаюсь со всеми твоими друзьями и близкими. А я сомневаюсь, что ты хочешь быть виновной в чьей-то смерти… Надеюсь, что ты меня хорошо поняла и сделаешь то, что я тебе сказал. Чуть позже я напишу, где конкретно находится то место, и как ты сможешь меня найти. До встречи, королева глянца! С наилучшими пожеланиями, Саймон Г. Р.»

Вот и пришло время! Настал тот долгожданный момент, когда Ракель сможет наконец-то встретиться с Саймоном и все с ним обсудить. Она очень рада, что этот человек все-таки связался с ней и решил положить этой истории конец. А то, что он приказал ей поехать в какой-то заброшенный лес, ее мало волнует…

Алисия все это время стояла в дверном проеме и внимательно наблюдала за Ракель. А увидев, что девушка слегка побледнела после прочтения сообщения, женщина подходит поближе к своей племяннице.

— В чем дело, милая? — проявляет беспокойство Алисия. — Тебе пришло сообщение?

— Да, от Саймона, — тихо отвечает Ракель.

— Что? От Саймона?

— От Саймона. — Ракель замолкает на пару секунд, медленно поворачивается к Алисии лицом и уверенно смотрит ей в глаза. — Послезавтра в пять часов вечера я должна с ним встретиться.

— О, господи… И где именно?

— В каком-то заброшенном здании на окраине города. Не знаю, где именно, но он обещал попозже написать мне еще раз и все подробно написать.

— Что? — широко распахивает глаза Алисия. — В заброшенном здании? На окраине города?

— Да, — уверенно произносит Ракель, в миг позабыв о плохом самочувствии, из-за которого ей хотелось лишь лежать и спать. — И я должна поехать туда одна. А если я возьму кого-то с собой, то мне будет плохо.

— Не могу поверить…

— Господи, наконец-то… — слегка улыбается Ракель. — Наконец-то я смогу покончить с этой историей.

— Нет… — качает головой Алисия, все больше начиная понимать, что Терренс был прав, когда выразил опасение насчет того, что Ракель не станет связываться с полицией и запросто могла бы встретиться с Саймоном с глазу на глаз.

— Наконец-то я смогу остановить эту падлу, — уверенно говорит Ракель. — Наконец-то я сделаю все, чтобы Рингер оставил меня в покое раз и навсегда. О, боже мой… Неужели это правда?

— Я надеюсь, ты не пойдешь туда одна? — неуверенно спрашивает Алисия. — Ты ведь возьмешь с собой кого-нибудь?

— Нет, тетя, я пойду туда одна , — с гордо поднятой головой отвечает Ракель. — Как и просит Саймон. Никакой полиции и никого из посторонних я с собой не повезу.

— Что? — широко распахивает полные ужаса глаза Алисия. — Ракель, ты что, с ума сошла?

— Раз Саймон сказал, я должна это сделать.

— Нет, ты не поедешь туда одна!

— Не беспокойтесь, тетя, я не позволю Саймону причинить мне вред. Я умею за себя постоять.

— Господи Иисусе, неужели ты не понимаешь, что Саймон специально назначил тебе встречу в таком месте и заставил приехать одной? — слегка повышает голос Алисия.

— Это не важно. Главное – он объявился! И я смогу все с ним обсудить.

— Да уж, хорошее он выбрал место для встречи! Очень хорошо убивать там! Чтобы никто уж точно не смог найти виновника! И твое тело!

— Не придумывайте, тетя Алисия. Все будет хорошо.

— Господи, ну ты же умная девушка! Почему же сейчас ты ведешь себя так глупо? Почему наивно веришь, что сможешь каким-то чудом убедить Рингера в том, чтобы он отказался от своих планов и оставил тебя в покое?

— Я должна это сделать, поймите. Из-за меня пострадало слишком много людей. По моей вине Саймон угрожал всем тем, кого я знаю и тем, кого любила и люблю.

— Открой глаза, Ракель! — восклицает Алисия. — Не делай глупостей! Ты никак не заставишь этого ублюдка сдаться.

— Я смогу убедить его сдаться.

— Не убедишь. Он специально заманил тебя в то место, чтобы там же и убить по-тихому.

— У вас очень бурная фантазия, тетушка, — слегка улыбается Ракель.

— Дорогая, ради бога, не ходи туда одна, — с жалостью во взгляде умоляет Алисия. — Я уверена, что он зовет тебя туда, чтобы убить и не оставить следов.

— Все будет хорошо, не переживайте за меня.

— Ради Христа, обратись в полицию. Пусть они защитят тебя и арестуют этого больного ублюдка.

— Нет, тетя! — резко отрезает Ракель. — Никакой полиции!

— Пожалуйста, солнце мое, не делай этого… — едва сдерживает слезы Алисия и тихо шмыгает носом. — Мы с твоим дедушкой не хотим потерять тебя из-за этой сволочи.

— Вы не потеряйте, я обещаю.

— Возьми с собой хоть кого-нибудь, кто сможет тебя защитить.

— Мне не на кого рассчитывать, тетя. Никто не станет мне помогать.

— Нет, это не так!

— И раз все меня бросили и считают сумасшедшей, то я сама с этим справлюсь. Теперь я рассчитываю только лишь на себя и свои силы.

— Боже, Ракель, какая же ты наивная девочка… — с ужасом в глазах качает головой Алисия. — Как ты можешь быть такой глупой! Тебя заставили ехать в лес! Заброшенное место! На окраине города! Неужели тебе это ни о чем не говорит?

— Я встречусь с ним где угодно.

— Больше Рингер не будет разбрасываться угрозами и звонить тебе и твоим близким с целью напугать их. Теперь у него есть новая цель – убить тебя. Саймону больше не нужны твои близкие люди. Ему нужна только ты. Он намерен убить тебя.

— Со мной все будет хорошо, тетушка, — мягко говорит Ракель. — Не переживайте за меня.

— Как я могу не переживать? Эта сволочь вот-вот убьет тебя, а я должна оставаться спокойной?

— Вот увидите, я заставлю Саймона оставить меня в покое и вернусь домой целой и невредимой.

— Господи, пошли этой девочке мозгов, чтобы она поняла, в какую ловушку ее собирается загнать этот мужчина, — с усталым стоном взмаливается Алисия.

— Не бойтесь, я покончу с этой истории и больше никому не позволю пострадать по его вине, — с грустью во взгляде уверенно обещает Ракель. — Больше он никому не будет угрожать.

— Может, и не будет. Но тебя он точно убьет.

— Кстати, тетя… — Ракель слегка хмурится. — А Саймон случайно не угрожал вам? Однажды он уже звонил дедушке Фредерику, но про вас я ничего не слышала.

— Да, милая, он и мне немного подпортил жизнь, — кивает Алисия. — Однако начал он не с угроз…

— А с чего?

— Сначала кто-то перерезал мой телефонный кабель, чтобы я не смогла позвонить тебе. Потом кто-то отключил электричество только в моей квартире. Как я узнала чуть позже, кто-то копался в моем щитке и что-то там подкрутил… Ну а незадолго до моего приезда сюда мне позвонил какой-то парень и начал рассказывать про твои якобы проблемы с головой и сказал, что скоро тебе придет конец. Говорил так, будто знал абсолютно о тебе.

— Это был Саймон?

— Не думаю. Голос как будто принадлежал молодому парню…

— Наверное, это был его сообщник… И я, кажется, догадываюсь, кто это был…

— Ты знаешь?

— Возможно. На следующий день после моей первой встречи с Рингером возле дома МакКлайфа крутился какой-то молодой парень. Рочестер видела его и принесла нам письмо от Саймона, которое он ей передал после того как не смог пройти на территорию дома.

— Может быть… В любом случае он сразу дал понять, что работает на Саймона. И я не сомневалась, что это не было чьим-то розыгрышем.

— Нет, тетя, это не розыгрыш.

— Я так и поняла. И после этого звонка решила бросить все свои дела и поехать в Нью-Йорк. Я больше не могла оставаться в Лондоне и чувствовать, как мое сердце болело за тебя.

— Понятно…

— Кстати, забыла сказать тебе, что когда у меня перерезали телефонный кабель, я решила написать тебе письмо.

— Письмо? Какое еще письмо?

— Я написала тебе письмо и отправила его по почте. Но… Так и не получила ответ. И начала еще больше волноваться.

— И давно вы послали его?

— Да, около месяца назад. Я ждала ответа пары недель, но так и не получила от тебя ни одной весточки.

— Странно… Я не получала от вас никакого письма. Да я даже и не знала, что вы что-то писали мне.

— Когда мне позвонил тот парень, я подумала, что Саймон сделал что-то, чтобы письмо не дошло до тебя. Он ничего не сказал мне про него, но я уверена, что не ошибаюсь.

— Да, думаю, это и правда может быть связано с Саймоном и его проделками. Не удивлюсь, если тот парень снова приходил сюда, покопался в почтовом ящике и выкрал то письмо, которое в итоге оказалось в руках Саймона.

— Кстати, я только что вспомнила, что твой дедушка Фредерик говорил про него. И когда Саймон позвонил ему, он признался, что письмо находится у него, а тот парень действительно выкрал его из почтового ящика.

— Ох, боже, этот человек – мое сущее наказание… — тихонько стонет Ракель, проведя руками по лицу.

— Вот видишь, дорогая! — пожимает плечами Алисия. — Хоть этот человек не трогал никого из твоих друзей или родственников, от него можно ожидать чего угодно. Поверь, я абсолютно уверена в том, что если он будет мстить, то точно пойдет настолько далеко, насколько это возможно.

— И я не понимаю, почему… Что я такого ему сделала, не считая разоблачения его лжи? Я и знать его не знала до того, как он встал у меня на пути!

— Кто знает, милая… Но я точно знаю, что тебе опасно ехать на встречу одной.

— Тетя Алисия…

— Я настаиваю на том, чтобы ты обратилась в полицию и попросила защиты, когда тебе предстоит ехать туда. Так шанс, что он ничего с тобой не сделает будет намного выше.

— Нет! — Ракель резко соскакивает с дивана. — Я уже все решила! Послезавтра я поеду туда, куда он мне сказал, встречусь с ним и постараюсь сделать возможное, чтобы заставить его сдаться.

— Пожалуйста, солнце мое, не делай этого! — с жалостью во взгляде умоляет Алисия, сложив руки вместе. — Хотя бы ради меня и своего деда! Если этот ублюдок что-то сделает с тобой, мы этого не переживем.

— Простите, тетя, но я ни при каких обстоятельствах не могу пойти в полицию. От этого зависит жизнь близких мне людей, которыми я никак не могу рисковать. Они и так достаточно настрадались из-за меня.

— Ракель…

— Я обязана сделать все, чтобы не дать им пострадать. Даже если ради этого мне придется принести себя в жертву.

— Нет… — качает головой Алисия.

— Все будет хорошо, не переживайте. Уже послезавтра это история закончится раз и навсегда, и я снова буду спокойной жизнью.

Ракель с легкой улыбкой целует Алисию в щеку, разворачивается и уходит к себе в комнату, склонив голову и потупив грустный взгляд в пол, пока женщина смотрит ей вслед. А после того как дверь в комнату девушки закрывается за ней, она качает головой и прикрывает рот рукой.

— Ах, Ракель, Ракель… — с ужасом во взгляде произносит Алисия. — Эта девочка не понимает, что Саймон может зайти слишком далеко в желании уничтожить ее. Эта просьба о встрече в лесу дает явный намек на то, что он задумал что-то нехорошее.

Алисия нервно сглатывает.

— А эта глупышка наивно полагает, что спасет всех, если пожертвует собой… — добавляет Алисия. — Жаль, что она не понимает, что ее героизм ни к чему не приведет.

Алисия обнимает себя руками.

— В любом случае она не пойдет туда одна, — уверенно говорит Алисия. — Не пойдет. Я этого не допущу.

Алисия бросает короткий взгляд в сторону.

— И думаю, что надо связаться с Терренсом и буквально начать умолять его отправиться на встречу вслед за ней, — тихо говорит Алисия. — Сейчас вся надежда только на него. И я очень надеюсь, что он еще не передумал помогать Ракель и придумает что-то, чтобы спасти ее… В противном случае иначе мы с мистером Кэмероном такое устроим этому пустозвону, что он надолго запомнит. Этот человек не посмеет приблизиться к моей девочке и заговорить с ней… Не посмеет…

Пока встревоженная Алисия с ужасом во взгляде думает о предстоящей встрече и пытается представить себе все возможные варианты развития событий, к ней спокойно подходит Фредерик, который сразу же замечает, что женщина выглядит напуганной и немного бледной.

— В чем дело, Алисия? — проявляет беспокойство Фредерик. — На вас лица нет!

— Ох, мистер Кэмерон, я так боюсь того, что может произойти… — покачав головой, тихо говорит Алисия. — У меня так болит сердце за мою племянницу. Она погубит себя… Точно вам говорю…

— Да уж… Я видел, что она была очень грустная, когда шла в свою комнату… — Фредерик тяжело вздыхает. — Совсем девочка не бережет себя. Буквально изволит, больше, чем этот мерзавец Саймон.

— И скоро он точно уничтожит… — немного неуверенно говорит Алисия.

— Что? — широко распахивает глаза Фредерик. — В смысле?

— Я серьезно. — Алисия переводит грустный, слегка испуганный взгляд на Фредерика. — Саймон прислал ей сообщение и назначил встречу.

— Да ладно? — удивляется Фредерик. — Назначал встречу?

— Да. Ракель только что получила сообщение.

— Неужели эта падла наконец-то объявилась?

— Скорее всего… И вы себе даже представить не можете, куда этот мерзавец заставил ехать нашу с вами девочку.

— О, боже мой…

— Когда Ракель сказала мне об этом, так у меня на секунду все в глазах потемнело.

— Господи, Алисия, не пугайте меня, пожалуйста! — прикладывает руку к сердцу Фредерик. — У меня и так сердце сжимается из-за мысли, что Рингер может что-нибудь сделать с ней.

— Я не хочу вас пугать, но…

— Куда она должна ехать? И когда?

— Послезавтра Ракель должна ехать в какое-то заброшенное место на окраине города.

— Что? — с чувством, что сердце пропускает удар, широко распахивает глаза Фредерик. — В заброшенное место?

— Прекрасное место для того, чтобы убить мою племянницу.

— Вот подонок! — возмущается Фредерик, все больше приходя в ужас от того, что он услышал.

— Причем она должна ехать одна.

— Господи Иисусе… — Фредерик качает головой. — Похоже, Терренс был прав, когда сказал, что Рингер захочет устроить ей ловушку и заманить ее в нее, чтобы сделать свои ужасные дела.

— Тут даже гадать не надо. Любому было бы ясно, что он решил сделать это только ради желания убить ее.

— И, конечно же, Ракель хочет ехать туда абсолютно одна, наивно думая, что ей под силу справиться с таким опасным мерзавцем, как Саймон Рингер?

— Именно, мистер Кэмерон, именно!

— Господи, у меня нет слов! — Фредерик прикладывает руку ко лбу. — Когда же все это закончится? Когда эта тварь остановится? Чего он хочет от моей внучки?

— Боже, как хорошо, что Терренс вызвался помочь ей, — резко выдыхает Алисия. — Слава богу, что мы договорились с ним действовать сообща, чтобы спасти Ракель от рук этого больного ублюдка.

— Конечно, я все еще хочу прибить его за то, что он сделал. Однако сейчас нам нужно забыть о любых разногласиях ради спасения Ракель от рук этого больного человека. Уж ради своей внучки я готов терпеть Терренса.

— Я молюсь о том, чтобы он не бросил ее в такой тяжелый момент. Если Терренс откажется от своих слов и ничего не сделает, считайте, что мы точно потеряем нашу девочку.

— Господи, Алисия, не говорите так! — ужасается Фредерик, мягко погладив Алисии плечи. — Если этот мерзавец и кинет ее, то мы сами пойдем в полицию. Вы сказали, встреча назначена на послезавтра?

— Ну да…

— Отлично, у нас есть время подготовиться. И мы с вами ни за что не отпустим Ракель одну. А если будет противиться – мы с вами примем меры. Можем даже не пустить ее на встречу.

— Мне так страшно за нее, мистер Кэмерон… — чуть дрожащим голосом признается Алисия и тихо шмыгает носом. — Наверное, в этот день я буду сидеть на успокоительных таблетках и молиться всем богам о том, чтобы все хорошо закончилось.

— Поверьте, дорогая моя, я тоже ужасно волнуюсь и теперь уж точно не смогу спокойно спать по ночам. Вы же знайте, как сильно я люблю свою внученьку и переживаю за нее. Она – то, ради чего я живу.

— Сейчас вся надежда только на Терренса. На его помощь. Если он поедет за ней, да еще и прихватит с собой полицию, то я могу быть более спокойной.

— Кстати, а вы уже сообщили ему о том, что Рингер назначил ей встречу? — тихо спрашивает Фредерик. — Он же просил нас давать ему знать о любых новостях насчет Саймона.

— Я только собиралась позвонить ему до того, как вы пришли. Но думаю, что нам надо отойти куда-нибудь. А иначе Ракель может услышать весь наш разговор с ним и понять, что мы в сговоре с Терренсом. Она придет в ярость…