— Ну-ну, тише, дорогая моя, тише, — спокойно говорит Саймон. — Я не глухой и прекрасно слышу тебя.

— ГОРЕТЬ ВАМ В АДУ! Я СТРАДАЮ ПО ВАШЕЙ ВИНЕ! И ТЕРЯЮ ВСЕХ, КОГО ЛЮБЛЮ!

— Лучше оставь свои вопли для своего парня или подружек. Используй их, чтобы окончательно довести их и заставить уж точно поверить, что ты реально больная. Сейчас они еще могут быть в сомнениях, но после того как ты предстанешь перед ними истеричкой, то все до единого поверят мне. И будут на моей стороне. Возможно, что они даже помогут мне уничтожить тебя.

— А, вы хотите, так сказать, завербовать их? Хотите собрать армию Саймона Рингера, чтобы уж точно покончить со мной?

— Может быть… — хитро улыбается Саймон. — Я хочу создать свою армию. Армию ненавистников Ракель Кэмерон.

— Какая же вы мразь, Саймон… Просто мразь…

— Да, и не забывай о том, что я сказал тебе во время первой нашей встречи. Если ты пойдешь в полицию, то точно пожалеешь об этом. И к твоим близким это тоже относится.

— Да что вы?

— Я внимательно слежу за вами. И знаю обо всем, что вы делайте, куда ходите и с кем разговаривайте. От меня ничто не может скрыться.

— И каким же образом вы это делайте? — удивляется Ракель. — Посылайте своих сообщников следить за моим домом и моими подругами? Или придумал и более оригинальный способ?

— О, Ракель, если я очень захочу, то даже легко залезу в твою головушку и узнаю все, о чем ты думаешь. Хотя я и без этого знаю все твои мысли. Мне не нужно угадывать и думать. Твои мысли на моей ладони. Ясны как слеза. К тому же, при моих-то связях узнать что-то про тебя будет не так уж сложно. Если ты не знала, то известность приходит и уходит, а знакомые навсегда останутся знакомыми.

— Ха, да какие у вас могут быть связи, Саймон? — презрительно усмехается Ракель. — Вы – никто! Жалкий нищеброд! Который где-то познакомился с какой-то малолеткой и заставил его выполнять ваши пожелания.

— А, ты говоришь про Ричарда? Ну да… Он – славный паренек… Делает все, что я ему говорю, и во всем со мной соглашается.

— Не удивлюсь, если этот мальчишка замешан в каких-нибудь делишках и может запросто пойти в тюрьму.

— Меня его дела не волнуют. Главное – чтобы он делал все, что я ему говорю, и не попадался на глаза полиции. Остальное не имеет никакого значения.

— Знайте, Рингер, я не понятия не имею, что вы там задумал и как решили погубить меня с помощью той малолетки, — громко, взволнованно говорит Ракель, будучи готовой едва ли не придушить Саймона собственными руками, чтобы он оставил ее в покое. — Но запомните, если вы и дальше продолжите травить мою жизнь и жизнь моих близких, то вам придется ответить за это. Клянусь, я сделаю все возможное, чтобы так и было!

— Ха, да ты уже и так растоптала меня в грязи! — грубо восклицает Саймон. — Так, мать твою, растоптала, что на мне всю жизнь будет ужасное клеймо. Клеймо лгуна и человека, который захотел попиариться на твоем имени. Да, пусть об этом никто не знает. Но если кто-то узнает, то мне конец.

— Надо было думать, прежде чем рассказывать всем ложь обо мне с надеждой прославиться на моем известном имени.

— У меня все бы получилось ! ПОЛУЧИЛОСЬ! Если бы не твои дружки! Это они все мне испортили!

— Рано или поздно ложь раскрывается! Вы должны прекрасно это понимать.

— Я никогда не прощу тебе то унижение. Слышишь, НИКОГДА! Ты, тварь, ответишь мне за это! Теперь настал мой черед заставить тебя чувствовать себя такой же униженной, каким униженным чувствовал себя и я, когда один жалкий фотограф и его подружка разоблачили меня.

— Да? — искренне удивляется Ракель, округлив глаза. — И каким же образом? Как еще вы хотите сломать мне жизнь?

— Ну… Возможно… Мне есть что рассказать тебе про кого-то из твоих близких…

— Что бы вы ни сказали, я ни за что в это не поверю.

— А может, и поверишь!

— Зная, что вы – откровенный лгун, никогда!

— Ну хорошо, сейчас мы это проверим. — Саймон замолкает на пару секунд, с хитрой улыбкой готовясь воплотить в реальность одну свою задумку. — Сколько раз ты задавалась вопросом о том, как я узнаю все о твоих перемещениях и имею в своем распоряжении номера и адреса всех твоих друзей и родственников?

— О, неужели вы захотите признаться? — удивляется Ракель. — Захотите рассказать, как умудрился достать номер одной из моих подруг и матери моего парня?

— Может быть, дорогая… Может быть…

— Что-то мне подсказывает, что я не услышу ничего хорошего.

— Я так не думаю.

— Может хватит уже врать? Сколько можно мотать мне нервы!

— А знаешь, Ракель, мне было совсем не сложно найти тебя и твоих родственников, — с хитрой улыбкой говорит Саймон. — Ведь у тебя столько друзей и знакомых! Да еще и таких « верных… » А один прекрасный человек как раз помог мне найти адрес и телефон матери твоего любимого парня.

— К чему это вы говорите? — недоумевает Ракель. — Совсем там умом тронулись что ли? Что вы хотите еще мне рассказать?

— А я хочу назвать тебе имя человека, который предал тебя и помог мне заполучить все данные, которые должны быть конфиденциальными.

— Ну и кого вы решили приплести к этой истории на этот раз?

— Спешу сообщить тебе, что человек, который помог мне найти тебя, твоего парня и его любимую мамочку, была твоя подружка, — уверенно сообщает Саймон.

— Моя подружка? — слегка хмурится Ракель.

— Да. И имя подруги, которая тебя предала – Наталия Эмили Рочестер.

Ракель широко распахивает глаза и рот и несколько секунд не может ничего сказать, будучи потрясенной тем, что только что услышала.

— Что? — с ужасом во взгляде недоумевает Ракель.

— Что слышала, — спокойно произносит Саймон. — Твоя лучшая подружка Наталия здорово помогла мне, и я безмерно благодарен ей за такую помощь.

— Что вы там сказали? — чуть громче возмущается Ракель.

— Ты все правильно услышала, дорогая моя. Наталия действительно помогла мне найти мать Терренса и сама дала мне адреса и телефоны всех твоих друзей и родственников.

— Да как вы, мерзкая сволочь, смейте заявлять такое? Совсем что ли из ума выжили?

— Да, я понимаю, тебе непросто это признать. Но я говорю правду. Наталия Рочестер – предательница.

— Вы лжете ! Наталия никогда не поступила бы так со мной! Она не способна пойти на такой отвратительный поступок.

— Прости, дорогая моя девочка, но ты еще очень молодая и плохо знаешь людей, — без всякого сожаления отвечает Саймон. — А они способны на все… Даже на предательство.

— Вы лжете, ЛЖЕТЕ! — раздраженно вскрикивает Ракель. — Наталия никогда не смогла бы так предать меня. Она – моя лучшая подруга!

— Нет, Ракель, я не шучу и говорю серьезно. Наталия воспользовалась моментом, когда я снова объявился и решил мстить тебе. Она предоставила мне все адреса твоих друзей и родственников и рассказала мне много чего интересного. Например, про твои отношения с парнем. Про то, насколько сильно они ухудшились из-за твоего полного безразличия.

— Нет…

Ракель качает головой, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не выдрать все волосы у себя на голове.

— Хватит… — слегка дрожащим голосом произносит Ракель. — Пожалуйста, хватит… Хватит губить меня еще больше…

— Ты хотела знать, как мне удалось заполучить адреса и номера всех, кто тебя знает. Вот пожалуйста! Теперь ты знаешь правду.

— Я вам не верю! Не верю, что моя подруга могла так поступить со мной.

— Извини, Ракель, но это правда, — без эмоций на лице спокойно отвечает Саймон. — Я прекрасно понимаю твои чувства, но прими тот факт, что твоя подруга – предательница.

— Мразь… — Ракель крепко сжимает свободную руку в кулак. — Подонок… Сколько еще соков вы хотите высосать из меня?

— Поверь, я и сам не понимал, почему эта милая девушка вдруг решила пойти против тебя, — уверенно говорит Саймон. — Но потом она призналась мне, что на самом деле никогда не любила тебя и не считала своей сестрой.

— ТВАРЬ! — во весь голос вскрикивает Ракель. — НЕНАВИЖУ ВАС! БУДЬТЕ ВЫ ПРОКЛЯТЫ, САЙМОН РИНГЕР! ГОРЕТЬ ВАМ В АДУ! НЕНАВИЖУ! НЕНАВИЖУ!

— Наталия всегда завидовала тебе. Да, она молчала об этом и все это время действительно была твоей подругой. Но это не значит, что она не была одержима завистью к тебе. К твоей успешности… Ты – девушка, которая своими силами построила блестящую карьеру, стала известной во всем мире, завоевала любовь поклонников, стала для многих примером для подражания и заполучила самого Терренса МакКлайфа. По которому сохнут все девушки… Включая и твою подружку Наталию.

— Закройте свой грязный рот, ублюдок…

— Думаешь, она бы не хотела оказаться в его объятиях и получать от него столь же жаркие и страстные поцелуи, которые доставались тебе? Нет, Ракель, она хотела бы! Эта девочка жутко завидовала тебе и с самого начала мечтала быть на твоем месте и стать возлюбленной этого человека. Наталия мечтала о том, чтобы заполучить известного актера в мужья, стать миссис МакКлайф и родить детей от такого шикарного мужчины.

— ЗАТКНИТЕСЬ, СВОЛОЧЬ! ЗАТКНИТЕСЬ! ИЛИ Я ВАС В ПОРОШОК СОТРУ!

Ракель вцепляется в свои волосы, борясь с желанием вырвать их с корнем, впасть в истерику и кричать во весь голос от злости, ненависти, отчаяния и боли.

— ХВАТИТ РАССКАЗЫВАТЬ МНЕ ВСЕ ЭТО! — продолжает кричать Ракель. — Я НЕ ХОЧУ НИЧЕГО СЛЫШАТЬ!

— Ну а пока Наталия шлялась по клубам и флиртовала со всеми мужиками подряд, которые, впрочем, не интересовались ею, ты быстро охмурила Терренса с которым поначалу собачилась черт знает как, — с хитрой улыбкой говорит Саймон. — И сделала его своим парнем. Отхватила себе шикарный экземпляр, надо признать.

— ХВАТИТ! ХВАТИТ!

— Ну а это привело твою подружку в бешенство, потому что именно тебе повезло стать девушкой Терренса МакКлайфа, а не ей. Однако Наталия не показывала своей зависти и мужественно терпела и притворялась, что была очень рада за тебя и твоего парня. Однако ее радость была наигранной. На самом деле ее пожирало чувство зависти к тебе и твоей успешности…

— Я ВСЕ РАВНО ВАМ НЕ ПОВЕРЮ! НЕ ПОВЕРЮ!

— Ты всего добилась сама, а она до сих пор не встретила мужика, да еще и нигде не работает и сидит на шее у своих родителей. Выходить замуж за простого человека она не планировала, потому что им не хватало бы денег на ее пожелания. Наталия была бы вынуждена пойти работать. А это уж точно не входит в ее планы, поскольку она привыкла ничего не делать и тратить родительские деньги, что те кладут ей на карточку каждую неделю. Она привыкла жить как принцесса и ничего не делать. Ну а ее мамочка с папочкой не спешат выгонять ее из дома и не требуют, чтобы их доченька начала что-то зарабатывать.

— Замолчите, Саймон, замолчите! Я не могу это слышать!

— Впрочем, тот факт, что она не работает, волнует ее куда меньше, чем тот факт, что ни один мужичек не сделал ей предложение, а она упустила возможность стать девушкой самого Терренса МакКлайфа. Хотя я не исключаю, что сейчас, когда вы с МакКлайфом близки к расставанию, он обратит внимание на твою подружку и захочет сходить с ней на пару свиданий. А потом может случиться такое, что он даже захочет жениться на этой блондиночке. С мыслью, что она любила бы намного больше, чем ты.

— А-А-А-А-А-А!

Ракель с раздраженным криком начинает нервно наматывать круги по всему пляжу, все больше приходя в ярость от того, что ей говорит Саймон, который постепенно зарождает в ней сомнения насчет верности Наталии.

— Вот почему твоя подружка задумала уничтожить тебя, — с хитрой улыбкой абсолютно спокойно рассказывает Саймон, поглаживая свой подбородок. — Правда поначалу она не знала, как… Однако ей так повезло, что я хотел ворваться в твою жизнь и отомстить тебе… Однажды она встретила моего знакомого, который также помогает мне осуществить мою месть, и он предложил ей стать частью моего плана. И Наталия, конечно же, без раздумий согласилась . Таким образом она стала нашей верной союзницей, дав нам все известные ей контакты и рассказала кое-что из твоей жизни после начала романа… И скажу больше… Эта девочка до сих пор продолжает рассказывать мне, что с тобой происходит. Абсолютно все…

Как бы сильно Ракель ни хотелось отказаться верить в это, она признает, что причина подобного поведения Наталии вполне может быть реальной. Зная, что та уже несколько дней не спешит узнавать, как у нее дела, ее подруга действительно может отказаться причастной ко всему происходящему. И брюнетке хочется плакать от осознания того, что та, которой она так доверяла, все это время притворялась хорошей подругой и строила план мести из зависти ее успешности.

— Нет… — понимая, что ее глаза постепенно увлажняются слезами, сильно дрожащим голосом произносит Ракель и тихо шмыгает носом. — Нет, это не так… Я не хочу в это верить…

— Ракель, девочка моя хорошая, я прекрасно понимаю твои чувства, — с фальшивым сочувствием говорит Саймон. — Понимаю, что тебе очень больно узнать о том, что твоя якобы лучшая подруга столько лет притворялась ею и была с тобой только ради своей выгоды. Но к сожалению, это правда…

— Нет… — Ракель издает тихий всхлип. — Нет…

— Когда я узнал о причинах ее мести, то еще долго не мог поверить в это. У вас ведь была такая крепкая дружба, как она сказала… Однако тут я услышал все это…

— Почему именно она? — дрожащим голосом со слезами недоумевает Ракель. — Почему именно Наталия? Мой самый близкий человек, которому я столько лет доверяла все самое сокровенное!

— Близкие тоже могут предавать. Поэтому нельзя никому верить. Нельзя на кого-то все время надеяться и ждать чьей-то помощи.

— Господи… Только не это… — Ракель тихо шмыгает носом, понимая, что ее слегка трясет. — Уж лучшие бы Терренс поступил так со мной. Если бы это сделал тот, кому я не доверяла с самого начала, мне не было бы так больно. Но только не лучшая подруга… Которую я знаю едва ли не всю жизнь! С одиннадцати лет…

— Вот именно поэтому я никогда не верил в женскую дружбу. Ее просто не существует. Потому что женщины всегда завидуют друг другу. Особенно тем, кто успешнее и красивее них.

— Неужели это все из-за нее? Неужели я так страдаю по ее вине?

— Конечно, по ее вине. Наталия страшно завидует тебе из-за того, что ты поймала такую удачу и утерла нос всем своим обидчикам, которые однажды задирали тебя. Завидует, потому что она сама ничего не добилась в своей жизни. Ну не говоря о том, что у нее очень богатый список бывших мужиков. Но разве это достижение?

— Господи… Господи…

— Вот что сделала твоя подруга для того, чтобы кто-то ею гордился? Да ничего ! Ничего такого, чтобы утереть кому-то нос! А раз она ничего не может добиться в своей жизни, а мужчины пользуются ею ради своих целей, то это прекрасная причина возненавидеть подругу и начать травить ей жизнь.

— Вот дрянь… — сквозь зубы цедит Ракель. — Просто дрянь…

— О, еще какая дрянь… — Саймон улыбается намного шире. — И ты еще называла эту дрянь своей лучшей подругой.

— Ну Рочестер… — более низким голосом произносит Ракель. — Ну повыдираю я тебе волосы… ПОВЫДИРАЮ! ТАК ИЗУРОДУЮ, ЧТО НА ТЕБЯ НИ ОДИН МУЖИК НЕ ОБРАТИТ ВНИМАНИЯ!

— Тише-тише, Ракель, успокойся, — мягко говорит Саймон. — Не надо так нервничать.

— НЕ НЕРВНИЧАТЬ? НЕ НЕРВНИЧАТЬ? — Ракель крепко сжимает руку в кулак. — ДА КАК Я МОГУ ОСТАВАТЬСЯ СПОКОЙНОЙ, ЕСЛИ МОЯ ПОДРУГА ПРЕДАЛА МЕНЯ! ПОДСОБИЛА ВАМ! СДЕЛАЛА ВСЕ, ЧТОБЫ ВЫ РАЗРУШИЛИ МОЮ ЖИЗНЬ!

— Наталия, конечно, действительно тварь, которая заслужила самого худшего, — уверенно отвечает Саймон. — Но постарайся для начала успокоиться. А уже потом поговоришь с ней и узнаешь, почему она так тебя ненавидела.

— ДА Я УБЬЮ ЭТУ СВОЛОЧЬ! — во весь голос с вытаращенными глазами вскрикивает Ракель. — И ВАС Я ТОЖЕ УБЬЮ, УБЛЮДОК! ЗА ВСЕ МОИ СТРАДАНИЯ!

— Тише-тише, миленькая моя, тише…

— ГОРИТЕ ВЫ В АДУ, РИНГЕР! ВМЕСТЕ С ТЕРРЕНСОМ, ЭТОЙ ПРЕДАТЕЛЬНИЦЕЙ И СВОИМИ СООБЩНИКАМИ! НЕНАВИЖУ ВАС ВСЕХ! БУДЬТЕ ВЫ ВСЕ ПРОКЛЯТЫ!

Не дав Саймону ничего сказать, Ракель тут же заканчивает звонок и швыряет свой телефон прямо на песок. После этого она руками вцепляется в свои волосы и нервно наматывает круги напротив океана, довольно тяжело дыша, время от времени издавая тихие всхлипы и мокрыми от слез глазами окидывая взглядом все, что она видит перед собой.

Как бы то ни было, девушка все-таки попалась в очередную ловушку этого человека и поверила ему… Тем более, что он снова подобрал такие аргументы, которые убедили ее в том, что подруга не верна ей. Наталия не слишком спешит помогать Ракель и искренне верит, что у нее могут быть проблемы с головой. Да еще и запросто может завидовать ей и мечтать о том, чтобы ее отношения с Терренсом подошли к концу.

Из-за того, что Саймон умело промыл ей мозги и убедил в том, что ее подруга оказалась предательницей, Ракель приходит во все большую ярость, понимая, как сильно она сейчас напряжена, и как сильно ею одержимо желание кого-нибудь придушить или прибить. Девушка находится в таком состоянии, что она запросто может доказать всем, кто ее окружает, что слова Рингера правдивы и выставить саму себя бешеной истеричкой, которая запросто может накричать на любого без какой-либо причины, напасть на любого с кулаками и даже схватить оружие и кого-нибудь убить.

— Тварь… — с довольно тяжелым дыханием тихо произносит Ракель. — Тварь… Гадина… Ненавижу… Ненавижу …

Спустя несколько секунд Ракель подбирает свой телефон, стряхивает с него весь песок и кладет его в сумку.

— Не могу поверить… — качает головой Ракель. — Не могу поверить…

Ракель снова садится на песок напротив океана и начинает вспоминать весь разговор с Саймоном. В частности то, что он сказал ей про Наталию.

— Господи, я так не хочу верить, что Наталия предала меня… — прижав согнутые ноги к груди, дрожащим голосом говорит Ракель. — Не могу поверить, что она притворялась моей подругой и сгорала от зависти… Дала Рингеру все контакты моих друзей и родственников… Да еще и на МакКлайфа глаз положила…

Ракель тихо ухмыляется.

— А то я смотрю, она все время ему мило улыбается… — более низким голосом говорит Ракель. — Явно положила на него глаз… А-р-р-р… Гадина… Захотела, значит, охмурить богатого мужика и выйти за него замуж, чтобы и дальше ничего не делать.

Ракель кивает.

— Ну все с тобой ясно, блондиночка… — уверенно говорит Ракель. — Саймон разоблачил тебя… Раскрыл твою наглую ложь. Ты предала меня. Предала…

Ракель нервно сглатывает, все больше начиная верить Саймону и быть уверенной в том, что Наталия действительно стала союзницей этого человека и во всем ему помогает.

— Вот дрянь… — сквозь зубы цедит Ракель. — Дрянь… Как она могла? Как могла так подло поступить со мной? Что я ей сделала, раз она решила разрушить нашу дружбу? Неужели Рочестер забыла, сколько всего я для нее сделала за те годы, что мы были подругами? Неужели она стала такой стервой лишь из-за того, что мне повезло в жизни, а она до сих пор шляется по клубам в надежде встретить там хоть какого-то богатого мужика, который захочет жениться на ней и не заставлять ее работать?

Ракель уставляет свой хмурый взгляд вдаль, наблюдая за тем, как ветер приносит и уносит огромные волны.

— Так вот почему ты меня так резко бросила… — задумчиво заключает Ракель. — Оказывается, ты работаешь на Саймона… И шпионишь за мной, чтобы докладывать ему обо всем. Ну конечно… А иначе как он мог знать обо всем, что происходит у меня в жизни… И так умело управлять людьми, заставляя их верить ему. Я выкладывала тебе все на блюдечке, а ты бежала к этому мерзавцу и докладывала ему обо всем.

Ракель тихо усмехается с долей презрения.

— Да уж… — резко выдыхает Ракель. — Вот уж не ожидала от тебя такого, подруга! Поверить не могу, что ты выбрала сторону этой сволочи. Поверить не могу, что в моем окружении оказался предатель. Да даже два. Включая этого подонка МакКлайфа…

Ракель раздраженно рычит.

— Да горите вы оба в аду, твари, — хмуро бросает Ракель. — Ненавижу вас… Ненавижу…

Ракель крепко сжимает руки в кулаки.

— Ну погоди, белобрысая сучка… — низким голосом произносит Ракель. — Я еще разберусь с тобой… И потребую с тебя объяснений. Ты дорого мне заплатишь за такое предательство. Раз уж ты решила так поступить со мной, то я не дам тебе спокойной жизни. Вот увидишь, Рочестер. Ты узнаешь, кто такая Ракель Кэмерон. Увидишь…

Наталии определенно повезло, что Ракель сейчас не с ней, потому что ее подруга точно что-нибудь сделала. Например, набросилась бы на нее с кулаками… Или вообще придушила бы своими руками… И заставила бы Рочестер убедиться в том, что Рингер не лгал, когда говорил о проблемах Кэмерон с психикой.

К этому моменту Ракель окончательно забывает о том, что раньше не считала Наталию способной на предательство. И не думает о том, что Саймон специально мог обмануть ее и подставить блондинку, чтобы девушки поругались в пух и прах, а Ракель почувствовала себя одинокой, подавленной и сломленной.

Пока что никто знает, какие еще сюрпризы в скором времени ожидают эту девушку. Однако самой Ракель кажется, что это еще не все, и Рингер будет и дальше издеваться над ней и делать все, чтобы ее жизнь превратилась в настоящий ад. Чтобы ей становилось все хуже и хуже с каждым разом. Чтобы с каждым днем все ее близкие больше и больше ненавидели эту бедную девушку и окончательно убедились в том, что у нее не все в порядке с головой.