3. НИА

— Тебе уже 27, Ниа. Постарайся не выглядеть такой потерянной, ладно? — говорит Лейн, одна из моих подруг.

— Вот именно. Ты ходишь с таким лицом, будто в жизни нет никакого смысла, — добавляет Дара, затем обводит рукой зал. — Посмотри на эту толпу, детка. Здесь полно потенциальных партнеров. Найди красавчика и оседлай его, пока он не упадет без сил.

— Выжми из него все и брось, как я люблю говорить, — вставляет Эмма, игриво поигрывая бровями. В этот момент я искренне жалею, что не склонна к насилию. Так бы с удовольствием и придушила ее за подобные речи.

Мы в баре «Хейзел», как обычно, проводим субботний вечер за напитками. Эта традиция зародилась еще после окончания колледжа, и я надеюсь поддерживать ее, даже когда превращусь в девяностолетний мешок костей и кожи.

Я сердито смотрю на Эмму — все-таки насилие незаконно — и слишком резко допиваю свой виски-сауэр. Я уже собираюсь прокомментировать ее неумение вести приличный разговор, но замираю, почувствовав за спиной чье-то присутствие, знакомое и одновременно раздражающее. Спину пробирает холодок.

— Пришла поискать одноразовый член, Ниа? — Его низкий голос скользит по мне, горячее дыхание почти обжигает кожу. — Надеешься найти того, кто наконец сделает тебя беременной?

Лейн, Дара и Эмма напрягаются. Я сдерживаюсь, чтобы не последовать их примеру, поворачиваюсь на стуле и бросаю яростный взгляд на мужчину перед собой.

— Брэндон, — выпаливаю его имя с максимальной неприязнью. — Чем я здесь занимаюсь — не твое чертово дело.

Его зеленые глаза вспыхивают, и он подходит ближе.

— Ты моя жена, ты…

— Бывшая, — обрываю его. — Я твоя бывшая жена, Брэндон. Ты что, не помнишь, что подписал бумаги о разводе три года назад?

Он стискивает зубы.

— Ты же знаешь, я не хотел, — шипит он, наклоняясь к моему лицу. — Я хотел быть с тобой, но ты не могла дать мне ребенка, а я не мог…

— Хватит нести чушь, Брэн, — перебиваю его. — Ты прекрасно знаешь, что это не моя вина. Мы испробовали все возможное, но ничего не сработало. Это было не в моей власти, а ты унизил меня перед всем городом на той вечеринке, обзывая так, как муж не должен обзывать жену. Если бы ты действительно хотел быть со мной, то не вел бы себя так жестоко. — Я сглатываю внезапный комок в горле. — Ты никогда не хотел меня по-настоящему, верно? Тебе просто нравилась мысль о том, что я принадлежу тебе.

Я мягко толкаю его, встаю и бросаю взгляд на подруг.

— Думаю, на сегодня хватит. Увидимся позже.

Кидаю на стойку десятидолларовую купюру и направляюсь к выходу.

— Не будь сукой, Ниа. Ты всерьез собираешься вот так уйти от меня? — кричит Брэндон, следуя за мной. Он не был пьян, запах алкоголя отсутствует. Просто сама его натура настолько отвратительна, что я снова и снова спрашиваю себя: что же я видела в нем раньше?

Я не отвечаю. Останавливаюсь лишь у деревянной двери бара, рывком открываю ее и поднимаю взгляд. Все во мне замирает, когда я вижу его в нескольких шагах от себя.

— Ты шлюха, — цедит Брэндон за спиной. — Ты никчемная и слабая женщина, которая вообразила, будто сможет…

Я перестаю слышать его слова. Потому что здесь находится болезненно незавершенная поэма моего прошлого. Юноша… нет, мужчина, стоящий сейчас передо мной, разительно отличается от того, кого я знала одиннадцать лет назад. Теперь он — отточенная скульптура, окончательно сформировавшаяся форма.

Я хотела бы ахнуть, но его подавляющее присутствие не дает мне этого сделать. Хотела бы вдохнуть, но его карие глаза держат меня в плену. Хотела бы сдвинуться с места, но его приоткрытые губы словно парализовали меня.

А когда он моргает и скользит по мне своим неистовым взглядом, я уже не уверена, бьется ли мое сердце.

— Ниа… — шепчет он, и, клянусь Богом, все мое существо разбивается о волну его голоса.

Брэндон мгновенно превращается в забытый ничтожный осколок прошлого. Я наконец выдыхаю и смело встречаю испытующий, слишком знакомый взгляд Касса Мэддена.