Утром мы проснулись, бодрые и весёлые, собрались и двинулись к Порт-Арми.

Сидя верхом на старом добром жеребце (или как правильно было бы называть истоптавшего полмира хитрого, хотя и дружелюбного коня?) я по привычке запустил Рой. Получил нейтральные доклады от Марка, Ройнгарда, Хрегонна, Шпренгера и хотел уже деактивировать навык, когда мне в него постучал, внезапно, старшина дозора, сидящего на маяке на входе в бухту.

«Командор, докладываю, приближается судно, на торговца не похоже, чёрный флаг, не можем опознать».

«Это флот или один корабль?»

«Один».

«Какого класса? Фелюка, когг, драккар?»

«Большой… Командор, я не могу опознать, хотя видимость неплохая. Разве что мелкая дымка. Виноват».

Не может опознать. Чёрт. В дозор я поставил бойцов, которые в отдалённом мутном прошлом были моряками. Положа руку на сердце, они были пиратами, но так как в Штатгале не было невинных овечек, куда важнее было, что они ориентировались по морским вопросам. А тут он вдруг не может опознать тип. Это имеет значение, тащит он на борту пять сотен панцирников или это драккар, который берёт на борт от силы сорок воинов средней пехоты.

«Нет проблем. Доложись в ЦУП, продолжай наблюдение, тревогу пока не бей. Он же не атакует?»

«Нет, просто идёт боковым ветром, скорость узла четыре, примерно».

«Понял. Отбой».

Я обратился к Маглите. Ментальный канал Роя позволял мне видеть её глазами, чувствовать запах йода и копчёной рыбы, которую продавали в каждой портовой пивной, слышать крики белобоких чаек, снующих над причалами.

Бухта жила своей привычной, суетливой жизнью. Скрипели лебёдки, грузчики коротко переругивались, таскали мешки, тюки, ящики, плотники забивали сваю в постепенно растущий мол, который должен был бы защищать бухту от штормов.

«Маглита», — позвал я, обращаясь к её сознанию.

«Тысяча шлюх мне на борт, каждый раз как в первый! Командор, это так неожиданно. Кхе. Флот к выходу не готов, срок не подошёл».

«Погоди ты с выходом. Дозор с маяка заметил чужака».

«И что? Это порт, постоянно кто-то приплывает, уплывает. Война Богов — не причина прекращать морскую торговлю».

«Не думаю, что их бы заинтересовал торговец. В общем, было бы недурно, чтобы ты спла… вышла из бухты проверить, кого там нелёгкая к нам несёт».

«Я бы сейчас разразилась длинном тирадой, Рос, от которой бы у тебя уши покраснели, как у школьника, который зашёл в женскую парную. Но если подумать, ты ни разу не просил меня о таком, значит, дело нечисто… Ладно, командор, буду покладистой девочкой и проверю».

Общаться с тёмными эльфами, сочетающими пролитие рек крови, магию, интриги и разврат очень трудно.

Но по факту она стала командовать своему личному судну, «Летающему кальмару» экстренный выход в море.

Она даже не удосужилась собрать всю команду, хотя и загнала трёх членов клана из других команд стать под снасти «Кальмара».

Матросы Братства Бойк действовали молча, умело и легко, играючи. Никакой паники, для них это была как игра, развлечение.

Маглита взбежала по трапу на ют, капитанский мостик, к штурвалу, и лично проконтролировала манёвр выхода из бухты.

При этом, несмотря на несерьёзный тон её общения, ситуацию она восприняла со всей ответственностью.

Я анализировал ситуацию вместе с ней. Одиночный парус на горизонте не походил на полномасштабное вторжение. Либо разведка боем, либо провокация. В обоих случаях требовалась визуальная оценка.

Следить за тем, как действует мой адмирал, было поучительно, потому что в морском деле я не смыслил почти ничего, мне приходилось полностью полагаться на неё.

Паруса у неё над головой надулись, «Летающий кальмар» плавно отошёл от причала, набирая скорость.

Тяжёлые катамараны были вторым поколением москитного флота. Они по-прежнему не годились для масштабной переброски войск, абордажей и массовых грузоперевозок, однако были втрое больше, чем первое поколение и учли недостатки и слабости первых катамаранов.

Воины клана Бойк были влюблены в свои новые суда и мастерски научились ими пользоваться, ставя всё новые и новые рекорды скорости на конкретном участке и при больших переходах.

Пока что мой флот никак нельзя было назвать ударным, они подходили для разведки и диверсий, но — лиха беда начало.

Я собирался основать Морскую академию, где собрать в кучу всё, что было известно и о строительстве судов и об их эксплуатации, в том числе боевой. Если как следует подтянуть теорию, мы станем на голову выше. А если учить гражданских капитанов, в том числе иноземных, то через поколение львиная доля всех капитанов всех стран будут знать, где Порт-Арми. А многие даже питать к нему тёплые чувства, и это не считая того, что на обучении можно было бы неплохо заработать. Пока что единственным известным мне учебным заведением, где учили будущих капитанов, была Умарская академия имени падишаха Чи. И обучали там только высокородных орков.

Моя будет брать всех, но за деньгу, так что пришлют своих сыновей представители богатых торговых кланов, заинтересованные в том, чтобы их чадо стало матёрым капитаном в отдалённом светлом будущем.

Но пока что это только планы и мечты, а реальность — Маглита, которая скакала по борту своего флагмана как кузнечик, пока катамаран проходил в опасной близости от мола и всматривался в горизонт.

И достаточно скоро из лёгкой дымки вынырнул силуэт.

Крупный, неповоротливый трёхмачтовый галеон. Или нечто вроде галеона. Хрен его знает, в мире Гинн таких судов не было. И такой фиговины тоже не должно было быть.

И вот когда глазами Маглиты я увидел это зрелище, этот плавучий кошмар кораблестроителей, тогда всё и понял. Почему, собственно, мой дозор даже со здоровенной оптической трубой (а у них была стационарная, тяжёлая как станковый пулемёт и поставленная на опорную ось) не смог определить, что за ерунда к нам плывёт.

Громадное судно с крытыми бортами, тёмными и грязными, так что его истинный цвет невозможно было определить. Его паруса представляли собой омерзительное зрелище: сшитые куски кожи и грубой ткани, пропитанные чем-то бурым и маслянистым. Корабль шёл тяжело, проседая в воду. Узкие иллюминаторы смотрели пустотой, но парусами с палубы кто-то управлял. Понять, кто и как, издалека не представлялось возможным, катамаран имел не особенно высокую палубу, тогда как чужак казался небоскрёбом. Поэтому мой адмирал приближалась, не снижая скорости, а когда стало совсем близко, взлетела по снастям в «воронье гнездо», крошечную люльку в верхней части мачты, для наблюдения за горизонтом.

Дистанция сокращалась. Маглита одной рукой приобнимала мачту, вторую вытянула, отдавая жестами приказ рулевому развернуться, скинуть скорость и лечь на параллельный курс. Дистанция визуального контакта, но вне зоны абордажа.

На палубе галеона копошились фигуры. Десятки скелетов в ржавых, проеденных солью доспехах. Они не метались в хаотичной ярости, свойственной обычной нежити. Их движения были дёрганными, но скоординированными. Они управляли парусами и выстраивались в шеренги, готовые к отражению атаки.

Но главным сюрпризом оказался нос вражеского судна.

Там в сидячей позе возвышался скелет огромного тролля. Три метра голых костей, толщиной с хорошее бревно. В пустых глазницах черепа горело багровое пламя. Мертвецы на палубе галеона разразились хриплым, скрежещущим воем, вероятно, желая напугать «Летающего кальмара» и его экипаж. Звук напоминал трение металла о камень.

Я почувствовал, как участился пульс Маглиты. Даже для бывалой морской волчицы это было чересчур.

Если в первый момент у ней была идея для проверки судна взять его на абордаж, то при виде скелетов, особенно тролля, её желание улетучилось.

До острых ушей Маглиты донёсся скрип зубов здоровенного, но молодого рулевого. Матрос у борта побледнел, глядя на скелет великана. Эльфийка схватилась за снасти и с ловкостью обезьяны спустилась вниз, после чего бросила на него короткий, ледяной взгляд.

Парень судорожно сглотнул и вытянулся по стойке смирно, насколько это вообще возможно, когда ты держишь в руках руль.

— Право руля, — негромко, но четко скомандовала Маглита. — Полный ход, возвращаемся в бухту, никакого абордажа.

«Летающий кальмар» послушно стал отклоняться от чужака, обгоняя его на пути в порт.

Я отключил навык и потёр лицо. Не было печали. Выходит — десант? Скелеты припёрлись с моря. Сколько их, не постесняюсь спросить? Корабль большой, в такой можно и тысячу натолкать. Эти рассчитывают на то, что на них попробуют напасть, а они всех сожрут, как стая оголодавших пираний?

В принципе такой орды достаточно, чтобы запустить зомби-апокалипсис в отдельно взятом порту.

Дьявол, а нас до сих пор нет зелья против обращений. Проблемы, куда не плюнь.

Война Богов шла на всех фронтах одновременно. Мёртвые боги проверяли нашу оборону на прочность, а может быть, мстят за захваченный алтарь или перебитую орду?

Я связался с гражданской администрацией порта и велел прокричать тревогу, чтобы все гражданские попрятались, а экипажи вернулись на суда, не путались под ногами у военных. Потому что, когда мертвяки дойдут до порта, он в очередной раз превратиться в арену.

После этого дёрнул командира роты, стоящей на стене между городом и портом, велел быть готовыми запереть ворота.

Потом переключился на Хайцгруга, которого в настоящий момент щупал и проверял дыхание Зульген, то есть орк был в госпитале в Цитадели.

Я снова подключился к Маглите, когда её флагман швартовался у причала.

Гражданские портовые рабочие благоразумно попрятались за ящиками и бочками.

Маглита сошла по трапу. Её лицо оставалось непроницаемым, но я чувствовал её досаду.

Пока Хайцгруг бросил лечение и надевал на себя доспехи в Цитадели, то есть был далеко, она считалась старшим офицером. Она же приняла на себя командование отражением атаки с моря.

Вариантов действий оставалось немного. Тащить на катамараны катапульты с взрывающимися зарядами? Слишком долго. Огненные стрелы? Эльфы отлично стреляют, в том числе и тёмные, однако пропитанные чёрной дрянью паруса галеона могли оказаться невосприимчивыми к огню.

Взгляд эльфийки остановился на фигурах, замерших на дальнем конце причала. Взвод троллей помогал строителям с расчисткой дна бухты.

Дно следовало углубить, средняя глубина была чуть более двенадцати метров, этого было более чем достаточно для большинства судов. Однако тяжёлым торговым редондам приходилось жаться к середине бухты и пользоваться причалом номер 2, потому что кое-где на дне были крупные камни.

Решали эту проблему целых три бригады пловцов, в основном людей и гоблинов. Они ныряли и собирали в корзины мелкие камни и мусор, каждую смену доставая со дня тонны мелкой массы, чтобы углубить её, однако крупные, массой в несколько тонн камни, само собой, были им неподвластны.

Тут-то в роли тяжёлой техники выступали тролли. Пловцы цепляли за большие камни обвязки, крепили и подавали на берег толстые канаты.

Тролли собирались всей толпой и без затей тянули. С десяток вывернутых таким образом валунов уже укрепляли собой мол, то есть насыпь, отделяющую бухту от открытого моря. Некоторые каменюки ломали гномы, парочку бросили тут же на берегу.

Тролли, ввиду отсутствия тяжёлой техники в мире Гинн были ключевым элементом этой истории, и они приносимой городу пользой гордились.

Тайфун, несмотря на свой особенный статус, физического труда тоже не чурался, показывая личным примером возможности малочисленной, но очень важной расы, её силу и упорство.

Сейчас ввиду объявленной тревоги они остановили работу. Тайфун стоял неподвижно, сложив руки на груди. Тролли подтянули поближе инструменты, которые могли бы использовать в качестве оружия. Со своей силой размером и прочностью шкур они были готовы к бою в любой момент.

Он смотрел в направлении моря, туда, где неспешно двигался уродливый силуэт корабля мертвецов.

Маглита вспомнила, как во время борьбы с её соотечественниками Тайфун поднял настоящий шторм.

С другой стороны, в тот раз ему помогали маги, были сделаны приготовления, магический контур, всё такое. Но ведь судно мертвецов такое медленное…

Для гордой предводительницы тёмных эльфов просить о помощи не было чем-то привычным. С другой стороны, формально она была старше по званию, чем тролль. Хотя и понимала, что он пользуется особенным уважением у меня и у Фомира, которое нельзя конвертировать в ранговую систему. Да и суровая математика войны не оставляла ей особенного выбора.

Она легко скользнула по порту, практически побежала, преодолев расстояние в три сотни метров на одном дыхании, сбавила скорость, поправила адмиральскую кожаную курту, подошла к троллю и остановилась в десяти шагах.

— Уважаемый… лейтенант Тайфун. Мне нужна Ваша помощь, — произнесла Маглита ровным голосом, без предисловий. — К берегу приближается вражеское судно, полное нежити. Абордаж рискован и скорее всего бессмысленно пожрёт моих людей. Скажи, ты можешь расправиться с судном… при помощи своей особенной расовой магии?

Тайфун медленно повернул голову. Его глубокие, древние глаза встретились со взглядом эльфийки.

Как это ни странно, взгляд ей понравился, и она непроизвольно улыбнулась. Но тролль был сама флегматичность, ни одна мышца на его лице не дрогнула.

После того, как он чуть не помер при взятии Фелзеня, он стал ещё менее разговорчивым, если такое только возможно.

Несмотря на прямой и достаточно понятный вопрос, он ей ничего не сказал.

Тролль отвернулся от неё и сделал три тяжёлых шага назад, на открытое пространство. Каменные плиты под его ногами глухо застонали.

Я затаил дыхание, наблюдая за ним через глаза Маглиты. Рой подсказал мне что его ответ: «Да», но в специфической мудрости своей он считал, что не смысла вести пустые разговоры, когда можно начать что-то делать.

Тайфун медленно, словно преодолевая огромное сопротивление, поднял руки ладонями к почти что чистому голубому небу, чью глубокую синь нарушали только редкие узкие облачка.

Воздух над бухтой дернуло порывом ветра. Бриз, рождавший рябь на воде, на какое-то время исчез, наступила тревожная звенящая тишина. Некоторое время поверхность моря была гладкой, как отполированное зеркало.

Замолкли чайки, прекратился скрип снастей, даже хриплый вой мертвецов с галеона на время умолк в этой неестественной пустоте.

Тайфун резко развёл руки в стороны.

Мне было интересно, что он сделает. Шторм с боковым ветром, чтобы чужака унесло к едрене фене и утопило? Обычно для шторма он разгонял ветер, увеличивая амплитуду волн и напор ветра, а тут, наоборот, всё стихло.

Пространство словно бы загудело, протяжно и жалобно.

Слева и справа от чёрного корабля стали подниматься две волны, размером с пятиэтажки, несимметричные и неестественные. Они росли и росли, а море между ними, то место, где двигался (как там оно, не плыл, а шёл?) чужак, явно проседало, делаясь ниже уровня моря.

Это видели сотни глаз. Маглита, затаив дыхание, переводила взгляд с рук тролля на волны. Руки явно повелевали этими водяными горами. Напряжение было таким, что все зрители этой поистине великой магии не отводили взор и старались не шевелиться.

Две гигантские водяные волны превращались в стены, увенчанные белой пеной, и никто не смог заметить момента, когда эти две стены медленно и неостановимо двинулись. На такой громадный, если сравнивать с нашими катамаранами, но такой ничтожный по сравнению с величием стихии корабль мертвецов.

Удар был чудовищным.

Маглита вздрогнула. Она смотрела на движение водяных стен, тогда как в момент смыкания его сухие огромные ладони громко хлопнули друг об друга рядом с ней.

Звук ломающегося дерева был заглушён неумолимой стихией.

Корпус судна не только поглотило, его смяло в лепёшку, как коробку спичек от удара молотком, от одного могучего движение, всего за какую-то долю секунды.

Скелет исполинского тролля на носу судна сломило как игрушку, разметало на части, поглощая тёмными морскими водами.

Там, где полминуты назад шёл (не плыл!) боевой корабль нежити, образовался бурлящий водоворот из обломков, чёрной пены и кусков тёмных парусов. Море поглощало тяжёлую нежить с неумолимостью, на которую была способна только великая стихия.

На месте крушения возник водоворот, неестественный, гудящий, который стал засасывать обломки и плавающий мусор и не успокоился, пока ни одного фрагмента на поверхности не осталось.

Чистота.

На причале повисла ошеломлённая тишина. Воины клана Бойк замерли с раскрытыми ртами. Грузчики, экипажи иноземных торговцев, работяги и богатеи обменивались потрясёнными взглядами.

Тайфун опустил руки и всё так же неподвижно застыл. Однако от зоркого взора тёмной эльфийки не укрылось, что на поверхности его лба выступили крупные, прозрачные капли пота. Это было единственным свидетельством приложенных усилий. Ни одышки, ни дрожи в огромном теле.

Через десять секунд поверхность бухты вновь стала оживать, мелкие волны и спокойный ветер рождали зыбь.

Маглита смотрела на спину тролля. Двести сорок семь лет в море. Сотни штормов, стычек со стихийными магами, магических аномалий. Но ничего подобного она не видела. Это не был разгул стихии, а точечная, хирургически выверенная казнь.

Разумное поведение стихии и того, кто ею повелевает.

— Благодарю, — Маглита помедлила, после чего встала на одно колено. — Спасибо тебе, тролль, сегодня ты спас многих и поразил меня в самое сердце.

Тайфун не ответил. Он медленно сел на землю и прикоснулся широкой ладонью к каменным плитам причала. Привычный жест единения с землёй. Из-за бочек вынырнул тощий портовый кот, весь мокрый от брызг, и потёрся о каменные пальцы гиганта.

Я активировал двустороннюю связь.

«Я всё видел, адмирал. Ты молодец и тролль молодец. Угроза устранена, мертвым пришёл карачун».

«Рос, я в восторге, если бы у меня не было отношений с Фаэном, я бы немедленно переспала с Тайфуном».

«Оставь свои фантазии при себе. Выжди час, вышли судно разведки, удостоверься, что всё чисто, продолжай подготовку к рейду на Утиную бухту».

«Принято, суровый командор!»