Сейчас я находился за сотни миль от Порт-Арми, в горах, сидел на заботливо подстеленной под мою филейную часть шкуре и пытался согреться от недавно разведённого костра. Однако через магию Роя смотрел во все глаза на смотровую площадку Пантеона на неподвижную тушу дракона.

Поверженный монстр напоминал рухнувшую чёрную скалу, густо усеянную уродливыми костяными шипами. Из-под массивной чешуйчатой лапы ящера стремительно расползалась широкая лужа густой, неестественно тёмной крови.

После нападения дракона кровля оказалась пробита в нескольких местах и эта самая кровь сейчас густо капала вниз, попадая в основной зал, заливая пространство у ног статуй богов.

Когда я переключил сознание на одного из жрецов, который ошалело смотрел на целое озеро крови у ног богов, в моей голове как будто включилась громкая акустическая система.

Чужой мужской голос, незнакомый, глубокой, с хрипотцой ворвался в моё сознание как вихрь.

«Твоя славная жертва принята, чужак Рос».

«Кто это?»

«Как кто? Григгас, конечно. И да будет тебе известно, это я благословил своего отпрыска на подвиг и помог победить эту подлую змеюку Анддрака».

«Как-то вы слишком просто его победили?»

«Тебе нужно представление или результат? Орки убивают, понятно?»

«Понятно. А можешь сказать, как там Хайцгруг? И как насчёт поговорить?»

Тишина…

Мне никто не ответил. От ментального вмешательства Рой деактировался, а голова пошла кругом.

Я помассировал виски.

— Горячего сладкого чая, командор? — заботливо спросил меня один из гномов из Сводной роты.

— Спасибо, Макринги. Скажи пожалуйста, а для твоего народа представляет ценность дракон? Шкура там, кости, все дела?

Гном приподнял бровь:

— Вы про того дракона, что нападает сейчас на наш славный город? Что толку мечтать, драконы прилетают и улетают, приносят разрушения. Это всё равно, что сидеть у подножья горы со связанными руками и мечтать о том, сколько внутри горы может быть золота или драгоценных камней.

— А мы не мечтаем, друг-гном. Мы всегда в центре, если не сказать, что в эпицентре. Нас это золото пытается прибить, как тапок таракана.

Я шагнул в центр лагеря. За то время, что я сконцентрировался на событиях в городе, вокруг возник обширный лагерь.

Три десятка походных конусообразных типи из жердей и шитых шкур, возведённых орками, землянки, сооружённые гномами, костры, на которых жарились барашки и варилась каша из местной красной чечевицы.

У магов были свои шалаши и мне даже показалось, что стоят они благодаря применению магии.

В лагере «Победителей» собралась магическая рота, Сводная рота и более трёх сотен орков, пожелавших отпраздновать победу вместе со Штатгалем. Более того, они вместе с Фомиром уже использовали магию, чтобы изготовить несколько сот литров пива прямо в походных условиях.

Вот это я понимаю, практическая магия…

Бисс Урай был помещён в крошечную клеть, мусор убран в отдельную кучу, орки неспешно обменивались трофеями, собранными с поля боя и даже предлагали часть Сводной роте и магам.

Я вышел на середину лагеря, на меня тут же обратились сотни взглядов.

— Итак, как вам должно быть известно, на Порт-Арми напал дракон.

Десятки отрывистых возгласов на всеобщем и орочьем подтвердили, что эта информация уже разошлась по воинству подобно волне цунами. Судя по настроениям и тональности ответов, они считали, что по возвращению домой их ждут разрушения и жертвы, но дракона удастся прогнать войскам, которые дома.

— Да будет вам известно, что майор Хайцгруг в одиночку сразился с драконом и победил его.

— Что⁈ — орков раздвинул невысокого роста немолодой вождь Бройгц Рожденный Волчицей.

— Привет, Бройгц, рад видеть тебя, вождь.

— И я тебя, Владыка Орды. Так что ты сказал насчёт дракона и нашего друга Хайцгруга?

— Он убил дракона. Да, если это важно, его на это благословил Григгас, бог-покровитель вашего народа.

— А откуда известно про Григгаса? — прищурился вождь.

— Мы построили Пантеон, чтобы иметь привилегированное положение перед богами, чтобы они помогали нам и общались. Про благословение, так это слова самого Григгаса, он говорил со мной и сказал, что принимает кровь дракона как пожертвование.

— О, как! — присвистнул вождь. — Так у нас победа? Две победы за день? Орки! Радуйтесь, один из наших братьев победил дракона.

Орки весьма охотно подхватили клич и стали голосить, обниматься, кричать, махать руками, вовлекая в свою радость и бойцов Сводной роты, и магов.

Тем временем Бройгц скользнул между своими сородичами и взял меня под локоть.

— Владыка, раз такое дело, то мы хотим признать Хайцгруга вождём и если подтвердиться, что именно удар этого орка прервал жизнь дракона…

— Нечему там подтверждаться, там не было толпы драконоборцев. Он был тупо один там. Один орк, одно крутое гномье копьё.

— Так просто?

— Не было там просто! — возмутился я. — Дракон, здоровый как шесть орочьих типи, составленных вместе в ряд! Дракон попытался отнять у Хайцгруга щит… вернее сказать, он его отнял, но пока ящер мотал башкой туда-сюда, наш орк врезал ему в глаз! Отчего дракон пришёл в гнев и встал на дыбы. А Хайцгруг его… героически разил в сердце снизу.

— А дракон?

— А что дракон? Дракон психанул, навалился всем телом и издох, потому что никто не может жить, когда тебе орк ввинтил здоровенное гномье копьё в сердце. Единственное, что из-за вмешательства Григгаса я не знаю, как там наш чемпион, его же дракон завалил всем весом.

— Пошли ко мне в типи, посидишь, попробуешь узнать. А то нам надо либо его со всеми почестями хоронить, посылать делегацию, всё такое, либо думать, какое звание мы ему присвоим. Скорее всего «омытый-кровью-дракона». Он же омытый?

— Да он там как бы не утонул. Пошли, где там твой типи?

В «вигваме» вождя Бройгца было тихо и тепло, в центре из камней сложен небольшой очаг, в нём тлели почти не дающие дыма угли. Пара женщин хлопотали.

Бройгц махнул им уйти, а потом остановил одну из них.

— Владыка Рос, нашей печали нет горше и глубже!

— Чего? — не понял я.

— Ты одинок, Владыка Рос и никто не греет твою постель по ночам. Вот у меня есть внучка, остроглазая Скаэрдигга, вот она. Смотри какая красивая? Не хочешь взять её в жёны?

— Так, отставить. Девушка, идите, нам с дедом надо поговорить.

…

— Уважаемый Бройгц, что это было?

— Мы согласны даже на роль наложницы, — пару раз моргнув, сказал вождь.

— Орк, это какое-то малодушие! Ну, что за сводничество?

— А что? Если Владыка немощен, у нас есть парочка мощных снадобий.

— Не надо мне снадобий, всё у меня работает, где надо и как надо! Бройгц, у меня обет.

— Что ещё за обет?

— А такой. Меня родители учили, сначала надо с работой разобраться, потом с жильём, а там уже и отношения заводить.

— Какие ещё «отношения»? Не понял! Бабу, что ли?

— Девушку, невесту. Короче, у меня война, дом в моем домене не достроен, квартира стоит полуразрушенная.

— Так ты и проживёшь всю жизнь в походах и наследников не оставишь! — возмутился Бройгц. — А нам потом как жить, если род герцогов прервётся? Тут же через пару лет начнётся гражданская война по всей Газарии. А ты подумай, она у меня девка красивая и поёт так, что птицы сбегают прочь.

— Может быть, слетаются послушать? — переспросил я.

— Нет, орчанки поют так красиво, что птицы, наоборот, подальше улетают от этой непередаваемой красоты.

— Гм. Ладно. Короче, пока с войной не разрулю, никаких девок румяных. Но я тебе обещаю, что о твоей этой, как её…

— Скаэрдигга волоокая.

— Во-во. Я её кандидатуру первую рассмотрю.

В типи вошёл Фомир, который с трудом нёс деревянное ведро, наполненное какой-то жидкостью. И как мне показалось, там вовсе не ключевая вода.

— Командор! Благая весть! Дракона убил Хайцгруг.

— Да и если вы дадите мне минутку, я смогу узнать, пережил ли он свой героизм.

Рой. Активация.

Голову пробило болью так, что прошибло на слезу. И всё же я не вырубил его и обратился на недостижимое до недавних пор расстояние в пару сотен миль.

…

Новак со всех ног бежал к Пантеону, а за ним, в совершенно небоевом построении весь его полк. Видеть бегающего полковника не типично, в военное время это вызывает панику, а мирное — смех.

Но Новаку было плевать. Он бежал.

Тем временем, взвод пехоты Второго полка сержанта Хикса прибежал на крики жрецов. Не отвлекаясь и игнорируя рассуждения о том, где воинам можно находиться при оружии, а где нет, в полном составе проник на крышу.

Там им открылась картина издохшего дракона и только благодаря жалобным воплям Деиаклессио они, наконец, поняли, куда, собственно, делся герой дня Хайцгруг.

А орка похоронила под своим телом бронированная туша дракона.

— Мама моя жирный тролль! — от волнения Хикс сам себе сжал челюсти. — Ребята, надо срочно доставать оттуда орка, его и так в котлетку расшибло, а эта скотина так и валяется над ним.

— И на жрецов никакой надежды, — почесал голову один из солдат.

— А нас гномы учили при строительстве Замка Шершней ворочать камни при помощи рычага, — худой высокий гоблин Доркхи был полукровкой, в прошлом мошенником и большим любителем пошутить и посмеяться. Но не сейчас.

Сейчас он отыскал среди мусора и пожарищ на крыше Пантеона с корнем вывернутую трубу-флагшток. Шпренгер предполагал повесить над Пантеоном флаг Штатгаля, как основной государственный символ, но не успел, пока была только труба.

— Нужна опора! — прокричал ещё один боец и через минуту, оперев повреждённый флагшток о полусожжённую лавку, взвод, матерясь и оскальзываясь на кровь, стал ворочать тушу дракона.

После третьей попытки догадались двигать ящера по частям. Сначала сдвинули голову, потом смогли приподнять грудную клетку.

— Он тут! — заорал Доркхи.

— Жив?

— Хрен его знает. Нужно держать и вытягивать. Эй, жрец! А ну, иди сюда.

Деиаклессио неохотно отлип от ступеней, за которые держался и неохотно подошёл.

— Тяни его за руку, я за вторую… Тяжёлый, зараза. Давай, навались!

На помощь Деиаклессио и Доркхи пришла ещё парочка солдат и им удалось извлечь из лужи крови, смешанной с каменной крошкой, бездыханное тело Хайцгруга.

Рой не показывал его как умершего, но не показывал его и как живого, то есть, он был как кот Шредингера, в некоторой неопределённости.

А что, если так?

У меня был божественный буст, запуск физических сил, магического наполнения и нейронной активности.

Буст…

Отрицательно…

Да етить твою мать…

Буст.

Критические значения… отрицательно.

Я попробовал иначе, представил себе площадку на Пантеоне, с драконом, солдатами, прислужником жрецов и измазанным кровью Хайцгругом, и стал действовать в обход стандартных команд Роя. Тут мне приходилось изобретать что-то принципиально новое, однако… Рой — это стандартный набор возможностей, к которым я привык. Однако это и «связь» на ментальном и энергетическом уровне, а связь означает, что по этому каналу можно что-то передавать.

И….

Я не задействовал команду буст, зато влил в орка лошадиную дозу силы и энергии.

— Он дышит! Слабо, но дышит! — воскликнул Доркхи.

В этот момент на площадку, задыхаясь от долгого бега, вывалился Новак.

— Твою мать, не могли внизу подраться… Фу… Фу… Смирно! Вольно! Хикс, что там у нас?

— Дракон мёртв, а майор… Мы не знаем.

— А чего он такой грязный у вас? А ну-ка, давайте что-нибудь приспособим под носилки!

Солдаты оторвали на первом этаже дверь и, уважительно обойдя громадную лужу крови в основном зале, поднялись наверх.

В это время солдаты Хикса использовали воду во флягах и как могли омыли кровью Хайцгруга.

Бойцы погрузили его на дверь.

— Тащите его в госпиталь Цитадели! Прямо к Зульгену на стол! Передайте, чтобы делал всё возможное и невозможное, но нашего ушибленного драконом товарища спас.

Надо отдать должное Новаку. Он понятия не имел, что я слежу за ситуацией и отправил мне сообщение-доклад через Рой о том, что враг отбит, точнее сказать, убит, герой-победитель без сознания и направлен в лазарет.

«Мурранга подтяни, наверняка гномам будет интересен дракон, как источник ресурсов. Ну или пусть чучело из него сделают, решайте сами. Мы с Фомиром вернёмся завтра. У нас тут всенародные гуляния».

«А что там с нежитью? Орда остановлена?»

«Да, применили магию по площадям. В ограниченном пространстве у них не было шансов. Дома расскажу».

Я отрубил Рой и… И он немедленно активировался снова, показывая, что в мой изнасилованный мозг кто-то стучится.

«Что-то ещё, Новак?»

«Это не Новак. Командор, это Ройнгард».

«Да, докладывай, как обстановка?»

«Докладываю, осада с городка Ндеки успешно снята. Мы зачистили периметр и отбросили нападавших. Враг двигался со стороны топей и отошёл туда же. Мы задействовали местных и чиним повреждённую стену. Враг в город не проник, мы успели вовремя».

Ндеки, прикинул я. Это небольшой городок в восточной части Газарии, не особенно важный, но укреплённый, как и прочие, для обороны от пиратов Собачьих островов. Контрабандисты, рыбаки и шесть небольших кланов гномов. Неподалёку от города были солончаки и вонючие болотца, там было нечто вроде лимана и иногда ветер доносил до города неприятный запах. Я был там один раз, когда проезжал до Босстора, крайне-восточного городка Газарии.

«Гномы чинят стену?»

«Да».

«Принято, капитан, — я так устал, что мне уже ни с кем не хотелось общаться. И на помехи не сошлёшься, Рой не ведает технических проблем. — Доложи примерную численность уничтоженной нежити. Надо соотнести это с данными по кладбищам и для прогнозирования блуждающих групп».

Мой собеседник не торопился отвечать и это меня слегка озадачило, ведь если офицер активирует канал связи, то ему определённо есть, что сказать. Даже данные о том, сколько было наших, сколько врагов и чем всё закончилось, на мой взгляд — вполне себе ожидаемы командиром.

Ройнгард словно подбирал правильные слова для описания своей ситуации, и она была не типичной.

«Никак нет, командор».

«Что никак нет? Не понял. Ройнгард, сколько примерно нежити было и почему она ушла с поля боя? У них был разумный командир?»

«Это были не трупаки, командор. Сегодняшний враг не имеет ничего общего с умертвиями и прочими видами нежити. Мы взяли с десяток тел для исследования нашими умниками типа Фомира, но это была никакая не нежить».

«Ну, говори уже. Кто?»

«Похожи на людей или скажем, орков. Прямоходячие, руки и ноги как наши, только у них не ногти, а когти. Но только голова у них какая-то волчья или собачья. Словом, это псоглавцы».

«Псоглавцы?»

«Я понимаю, босс, звучит как-то по-идиотски, если бы сам не увидел, не поверил бы. Гоблины в моём полку иной раз травят байки о таких тварях по вечерам на привалах. Выходит, что это сказочные существа, которые живут в степях. Только в сказках их ровно пять. А сегодня мы бились с шестью сотнями таких тварей».

«Соберись, Ройнгард, ты же офицер! Опиши их поведение и тактику».

«Ну, твари суетливые, дёрганые, однако они не совсем тупые как нежить. Они умеют держать базовый строй, прикрывают друг друга примитивными деревянными щитами».

«А дерутся чем? Когти и зубы?»

«Как бы не так, босс. Работают грубыми копьями с костяными наконечниками. И это ещё не всё. В толпе тварей были не только псоглавцы, там были драконолюды».

«Это ещё что за хрень? Вы там на фабрику Доктора Моро напали?»

«Чего?»

«Описывай и этих, раз с разумными расами мы уже не дерёмся».

«Выше самого высокого человека, худые, голые, сильные, руки-ноги длинные. И они чертовски сильные, а их шкура… Она как у крокодилов из Умара, даже прочнее, наверное. С крокодилами я не дрался. Толстая роговая чешуя бурого цвета. Мощные челюсти, вытянутые черепа, костяные гребни вдоль спины».

«Но вы справились?»

«Да. Рубить не получалось, зато, когда мы по ним приложили из арбалетов, дело пошло. Они пытались прорваться через стену городка. Мы перебили около шести сотен псоглавцев у самых стен. Псоглавцы глупые, суетные, лезли на копья, убегали. Никакой дисциплины. А драконолюды, как только потеряли восьмерых своих, ушли».

«У них была речь?»

«Ну… Не видал, чтобы драконолюды болтали. А вот псоглавцы лаяли и подвывали по-всякому».

«И ушли в сторону болот?»

«Да».

«Ройнгард, слушай, приказ у меня такой. Категорически запрещаю преследование врагов, искать и всё такое. Ты сейчас в Ндеки?»

«Так точно!»

«Переходи в режим обороны. Сколько у тебя сил?»

«Четыре роты».

«Окапывайся там, держи город, ожидай повторного нападения. Мало ли. Я приду с основными силами и посмотрим, что там за псоглавцы такие. Конец связи».

Я без сил откинулся на вонючие шкуры типи вождя Бройгца.

— Ты опять разговаривал с духами, Владыка? — спокойно спросил орк.

Фомир подал ему кружку со свежим пивом, у самого мага было ещё две таких же, одну из которых он подал мне.

Я принял пенный напиток, понюхал. Весьма недурно.

— Знаете, вождь и архимаг…

— Да, босс, — спросил Фомир, не забыв отхлебнуть после чоканья.

— Мне нравятся орки.

— То есть, у моей внучки есть шанс? — хитро прищурился Бройгц.

— Конечно, есть. Мне нравятся эльфы, люди, гномы, молчаливые тролли и суетливые гоблины. Но, пожалуй, на этом расовое разнообразие в мире Гинн для меня исчерпано. Я категорически не хочу появления тут новых рас, да и богов тоже. Тут бы со старыми разобраться. Ну, за победу.

— Так что там Хайцгруг? — спросил вождь.

— Будет жить. Я с медиками пока не общался, но… Он очень живучий.