Дело было в первую очередь в том, что дракон там, а я, Сводная рота и маги, были тут.

— Фомир, у нас там беда, — я подошёл вплотную к архимагу.

Тот посмотрел на меня осоловело. Мол, чего надо-то?

— Готовь с Ластрионом портальное кольцо к обратному прыжку, — мой голос прозвучал ровно и сухо. — Сейчас дойдём до той долины, где оно стоит и вперёд.

— Командор, ты же знаешь, оно находится в откате, ему ещё часов двадцать до готовности к обратной переброске.

— Значит, нужно что-то сделать, Фомир. Ладно я, но магов надо срочно перебросить в столицу.

— Да что там случилось-то, Рос? Скажи ты толком, непонятно же ничего.

— Случилось то, что на Порт-Арми напал дракон. И нам кровь из носу надо туда.

— Ничего не выйдет. Мы даже тебя или парочку магов не сможем перебросить, мы ведь для этого специальный контур создаём, но у меня половина магов на частичном магическом истощении, оставшиеся тоже, краше в гроб кладут. Даже надорвав пупы, мы не сможем.

Я сжал зубы до скрежета.

Рой. Активация.

Новак стоял на смотровой площадке нижнего яруса Столбовой башни. Даже отсюда Порт-Арми лежал как на ладони. Новые городские кварталы расползались серыми каменными пятнами от старой стены, разделяющей старый и новый город. Рядом с ним стоял такой же невесёлый Мурранг. Гномы в принципе драконов недолюбливают, у них, можно сказать, расовый антагонизм.

Сегодня море по какой-то причине дало туман, лёгкую, а местами неплотную дымку.

И из этой дымки некоторое время назад нарисовался здоровенный силуэт.

Массивная туша, закованная в толстую чешую, стремительно пикировала прямо на городские кварталы. Размах кожистых крыльев превосходил любое существо, с которым Новак сталкивался в своей жизни. Кроме, пожалуй, морского чудовища, которое они видели (и хвала богам, просто видели) по пути с Южных портов и до Порта-Арми.

В городе царила паника. Даже в Цитадели была объявлена боевая тревога, солдаты бегали, но не хаотично, а к оружейкам и по позициям, которые были назначены на случай нападения на саму Цитадель. Потому что какие-то более сложные команды не поступили, но бойцы не паниковали. Они были вооружены, защищены стенами и у них были хорошие командиры, в том числе горячо любимый молодой герцог.

Но бойцы в массе своей не знали, что Голицын срочно убыл к чёрту на кулички, как и маги, а офицеры понятия не имели, что делать, потому что жизнь их к такому не готовила.

А как им поступить? В отличие от своих ребят, Новак не паниковал, но и не знал, что делать. Он уже привык к тому, что действовать нужно не сломя голову, а осмысленно. То есть, в принципе, воевать с учётом природы противника, учитывая его слабости и недостатки.

А какие у долбаного дракона недостатки? Недостаток аппетита?

Дракон с оглушительным грохотом обрушился прямо верхнюю площадку Пантеона. Десятитонная туша легко разместилась на титаническом здании и даже не повредила толстую каменную кладку и литые плиты. Массивные когти глубоко вонзились в мрамор облицовки, сбивая некоторые из них.

Каменные блоки размером с телегу дождём посыпались вниз. Зверь высоко поднял длинную шею и огляделся.

А зверь ли он, подумал Новак, а вместе с ним и я, наблюдающий за поведением врага его глазами и, чего уж греха таить, подсматривая за его мыслями.

Дракон осмотрелся и выражение глаз у него был до омерзения осмысленным.

Огромная пасть раскрылась. Из глотки вырвался слепящий поток концентрированного пламени. Огненный шторм ударил по прилегающим площадям.

Рядом была стройка, тщательно и с любовью возводимый медкомплекс, его строительные леса, деревянные, мгновенно превратились в факелы. Огонь охватил так же и стопки бревён, и строительный мусор, пожар с уверенностью занял и внутренние помещения.

Народ под действием паники уже давно разбежался и всё же когда дракон шарахнул огнём, крики ужаса отозвались как эхо по кварталами нового города. Негодующие вопли неслись также со стороны стены, где располагался сейчас Четвёртый полк Марка, вернее та его часть, которая в городе.

Мозг Новака мгновенно просчитал последствия этого удара. Пантеон представлял собой не просто красивое, стилизованное под историческое, здание. Это была личный подгон Роса по отношению к богам, способ установить с ними хорошие отношения. Как высшие офицеры в его нижних уровнях покоились Мёртвые Рыцари.

Этот храм являлся ключевым строением фракции. Физическое уничтожение Пантеона создаст огромадные проблемы, если не крах армии Штатгаля. Это, конечно, не превратит его в обычную толпу наёмников, но последствия катастрофические.

— Полковник Мурранг, — мрачным голосом спросил Новак.

— Да, Новак… то есть, того… полковник Новак?

— Да брось ты. Скажи, а можем мы по этому ублюдку требушетом долбануть? Есть у тебя развёрнутые единицы?

— Развёрнутые есть, Новак, — ответил Мурранг, — но они ж во дворе баллист, они ж до него сроду не добьют. Надо вытаскивать в город, в частично демонтированном состоянии, да и даже так, это всё равно, что попасть камнем по галке со ста шагов, если галка смотрит на тебя и будет отпрыгивать. Не то чтобы невозможно, но шанс крошечный.

У Новака заныли зубы от ощущения собственного бессилия:

— А зарядами из загутай-камня вдарить?

— Броня, Новак, на драконах отродясь броня, она защитит. У него слабое место — только подбрюшье и то там не сказать, чтобы беззащитная кожа, просто броня потоньше, не более того. Плюс, чтобы ты знал… А гномы знают это с детских пелёнок, у дракона врождённый иммунитет к большинству видов магии. Не ко всем, конечно, но вместе с природным доспехом, силой и здоровьем это делает дракона существом, равным по силе целой армии.

— Но ведь мы и есть армия, Мурранг, та самая армия, которая ровня… Я только не представляю, какую тактику избрать. И Роса нет, как назло. Может враги это подстроили, чтобы отвлечь и ударить?

Гном неопределённо пожал плечами.

— Я тогда попробую давануть его кинетикой, копьями. Навалиться со всех сторон и надеяться, что сможем проковырять ему дырку в брюхе между пластин.

Внизу из массивных ворот «Каски» уже выбегали сотни вооружённых солдат.

Тяжёлая пехота на ходу формировала монолитные прямоугольники боевого построения. Второй полк, облачённый в «тяжей» и с ростовыми щитами, собирался, Бойцы Штатгаля плотно смыкали окованные железом скутумы и синхронно выставляли вперед длинные копья. Колонны готовилась шагнуть навстречу новому врагу.

Я отдавал должное их выдержке и дисциплине, но собирался вмешаться, запретить идти в бой. Новак не знал, что я слежу за ситуацией, как не знал и того, что я понятия не имею, как завалить долбаного дракона.

Всё дело в том, что я хотя и запомнил слова Арктерриона про драконов, не воспринимал это как сигнал немедленной готовности бороться с драконами. Не был я к такому противнику готов.

Я сейчас оказался в ситуации близкой к пехоте и лёгкой коннице Первой мировой войны, когда против них выкатились первые танки.

Даже слово «танк» — обманка из той эпохи, перевозили их с большой секретностью и в документации обозначали «танк», то есть резервуар для хранения воды. Вот слово и прилипло.

И да, впоследствии у танков оказалась куча недостатков, в первую очередь проходимость, они застревали на поле боя и их могли расстрелять в статичном положении тогдашние пушки.

Но в первый момент эффект был пренеприятным.

Новак вышел к полкам, будучи облачённым в походную броню, смешанную, ту которую таскал чаще всего. Она не соответствовала стандартам лёгкой или тяжёлой, но ему были позволены многие вольности, его броня и не предполагала, что ему придётся лично махать мечом.

В это же время по центральному плацу Цитадели наперерез к Новаку, который собрался сказать несколько слов прежде, чем возглавить не особенное перспективное мероприятие «а давайте навалимся всей толпой и набьём зарвавшейся рептилии морду» — тяжело шагая, вышел майор Хайцгруг.

Внешний вид орка нисколько не соответствовал даже нашим вольным армейским стандартам. Вместо одного из своих четырёх стандартных облачений его мощное тело покрывала громоздкая, глухая броня неестественного тёмно-зелёного оттенка, делающая его похожим на ростовую куклу качка-лягушки.

Материал выглядел так, словно его грубо вытесали из цельного панциря реликтовой болотной твари, скрепив толстые пластины жилами и заклепками из матового металла. Массивные наплечники угрожающе бугрились костяными наростами, а шероховатая поверхность доспеха слегка блестела, заставляя оседающий пепел соскальзывать вниз.

Хайцгруг не стал тратить драгоценные секунды на уставные приветствия. Он вскинул закованную в перчатку руку и махнул, привлекая внимание к себе.

Новак развернулся. Его и без того высокий уровень раздражения сейчас явно достиг критических отметок. Несмотря на то, что Хайцгруг был любимчиком герцога, имел особенный статус, Новаку не понравилось, что орк проигнорировал приказ для Первого полка занять южную стену и более того, бросил свой полк непонятно зачем.

Сейчас, когда предстояло напасть на дракона, любая заминка ещё больше раздражала полковника.

— Полковник Новак!

— Майор Хайцгруг, можешь мне объяснить, какого рожна ты тут, а не со своим полком и что на тебе напялено?

— Полковник, я прошу тебя отменить приказ нападения на дракона.

— Чего⁈ — голос Новака разнёсся над Цитаделью так что вороны на дальней стене с криками сорвались с насиженных мест и улетели с карканьем.

— Отмени приказ на общую атаку, Новак, — голос орка рокотал низко и предельно уверенно. — Ты прямо сейчас кладёшь тяжёлую пехоту под огненный шторм. Их стальные щиты пожжёт раньше, чем солдаты успеют нанести первый удар. Прошу разрешить мне попытку одиночной атаки.

Новак замер, смерив майора холодным, оценивающим взглядом. Предложение матёрого орка попахивало идиотизмом.

— Ты собрался в одиночку буром переть на дракона? — Новак криво усмехнулся, хотя в его глазах не было ни капли веселья. — Твой первобытный героизм здесь абсолютно неуместен, Хайцгруг. У нас идёт война на выживание, тут не старые сказки про героя Сиврита Отважного, который победил в одиночку Фаэфнира и обмазался его кровью. Я не собираюсь бессмысленно класть на алтарь одного из лучших полевых командиров нашей армии ради твоего глупого красивого предсмертного жеста.

Орк с силой хлопнул массивной перчаткой по своей выпуклой нагрудной пластине. Звук получился глухим и тяжёлым, словно удар пудовой кувалдой по стволу векового дуба.

— Это не геройство, я всё рассчитал, — упрямо парировал майор. — Это один из доспехов гвардии Великого мага Грифона, причём офицерский, солдатские изготовлены из искусственно облегчённого металла, а эти из полиохта, природные. Он массивный, зато даёт неуязвимость к огню магического и естественного происхождения, против дракона тоже должно сработать. Я смогу пройти сквозь огненную стену и пробить ему мягкое брюхо.

— Должно быть… наверное, — скривился Новак. — Допустим, пламя действительно стечёт. А что ты собираешься делать с его силой и весом? У него когти на лапах как копья.

Тем временем к Хайцгругу подбежал гном из числа держателей склада Ластриона, который без всякого приказа и согласования со своим начальством припёр длинное тонкое чёрное копьё, изготовленное из единого металлического сплава.

Гном на бегу отсалютовал Новаку и всучил Хайцгругу копьё, пробурчав:

— Удачи идущему на дракона!

Гном отсалютовал орку, причём сделал это с какой-то трагической торжественностью. Вероятно, гном был уверен, что Хайцгруг погибнет, но сейчас гном испытывал трогательное уважение и некоторый трепет (который гном черта с два покажет на своём суровом бородатом лице) перед мужеством орка.

Новак несколько раз удивлённо моргнул и закряхтел:

— Хайцгруг, он же тебя раздавит как таракана. Одно прямое попадание этого бронированного хвоста превратит твои органы в кровавое пюре прямо внутри твоего великолепного чудо-доспеха. Пёс с ним с огнём, удары никто не отменял.

Я не спешил вмешиваться, несмотря на напряжение ситуации, я считал, что мои мальчики уже взрослые и должны самостоятельно справиться с ситуацией, пусть даже есть риск умереть. Мир Гинн вообще жутко опасное место. А я постараюсь им подыграть.

Новак испытывал острую, разрывающую мозг дилемму. Прагматик прямо сейчас взвешивал шансы.

Бросить в лобовую атаку тысячу бойцов означало, по его ощущениям и опыту — потерять треть, зато получить математический шанс завалить монстра общими усилиями. Рискнуть Хайцгругом означало поставить на кон уникального командира и своего приятеля с минимальным процентом успешного исхода дуэли.

Лично между ними были скорее дружеские отношения, они в любом случае были братьями по оружию, но и свой полк он откровенно любил. Тут были орки, люди, гоблины и даже незначительное количество гномов и эльфов, с которыми он прошёл огонь и воду. Ими рисковать он тоже не хотел.

В Новаке вспыхнул гнев. В обычной ситуации он бы выкрутил руки магам и заставил бы атаковать их. Да, магов бы прикрывала пехота, даже его пехота, но она бы играла от обороны.

И конечно же, он и до слов Мурранга понимал, что у дракона иммунитет почти ко всем видам магии. Но тут ключевым были слова «почти ко всем». То есть в таком случае он бы предпочёл утюжить дракона всеми доступными магам видами магии, пока они не найдут в нём какую-то слабость.

Как назло, почти все маги убыли давить орду нежити и даже старая ведьма Бреггонида сейчас была в рейде, как и её ведьмы, которые осуществляли поддержку рейдовских рот.

Новак думал о том, что примерно половина рейд-рот вернулись после получения информации о нападении нежити и сейчас в Порт-Арми было довольно много военных, даже две трети флота были, даже эта расфуфыренная девка Маглита была, но это ровно ничего не давало против десятитонного магического крылатого ящера.

Хайцгруг сделал ещё один короткий шаг вперёд. В его орочьих глазах горела звериная решимость, подкрепленная холодной уверенностью ветерана множества боев.

— Ты прекрасно знаешь все расклады, Новак, — орк говорил тихо, чтобы его слышал только полковник, но тон его поменялся на недовольный и даже угрожающий глухой рык. — Если коробки нашей пехоты сейчас пойдут вперёд, новые районы гарантированно умоются кровью. Что ты скажешь Росу?

— А что я скажу, если ты погибнешь, придурок⁈ — так же негромко, но эмоционально ответил Новак.

— Скажешь, что это моя инициатива, тем более что это правда. Ну, посуди сам, на одной чаше весов моя жизнь, на другой твоего полка? Хрена тут думать? Короче, отдай приказ, просто скажи, что разрешаешь и будь, что будет.

В придание веса своим словам майор ловко перехватил тяжёлое копьё, увенчанное бритвенно-острым наконечником, который блистал голубоватой закалённой гномьей сталью.

Несмотря на визуальную громоздкость и массивность болотного доспеха, Хайцгруг двигался пугающе быстро. Он плавно прокрутил толстое древко оружия в кистях, описывая широкую смертоносную дугу, и с силой всадил тупой конец копья в гранитную крошку у ног лейтенанта. Древняя броня Эпохи Магов совершенно не сковывала боевую амплитуду движений матёрого орка.

В этот момент Новаку в голову пришла спасительная мысль, о том, что драконам пришёл конец именно что в Эпоху магов. Конечно, какого-то мало-мальского образования полковник не получил, историю знал плохо, но в этом факте был уверен.

На пару секунд над плацем Цитадели повисла тяжёлая, неестественная пауза. Бойцы Второго полка не горели желанием бежать в полыхающие новые кварталы, но никто бы не ослушался приказа. Однако каждый первый тут знал Хайцгруга как легендарного воина, который уже несколько раз чуть не помер в результате своего излишнего героизма.

Эту напряжённую тишину немедленно разорвал оглушительный, вибрирующий рёв десятитонной твари. Дракон сделал пару махов крыльями и спустился к строящимся домам будущего эльфийского квартала, где тут обрушил массивную когтистую лапу на белоснежную каменную кладку, поднимая высоко в небо густое облако едкой каменной пыли.

Отсюда, из Цитадели, был прекрасный вид на город и на дракона. Взгляд Новака медленно скользнул от разбушевавшегося крылатого монстра обратно к неподвижной фигуре майора.

Глаза орка не выражали ни единой капли первобытного страха. В них читалась исключительно холодная, злобная уверенность в себе, помноженная на гордость сына Леса Шершней.

Новак коротко и отрывисто кивнул, сознательно принимая на себя всю полноту ответственности за эту атаку.

— Майор Хайцгруг, приказываю Вам попробовать одолеть зверя! И да помогут Вам боги.

Я сейчас стоял неподалёку от костра на холоде Комариных скал, следя за каждым из них.

Также я знал, что Четвёртый полк, который занял оборону Старой стены, это всего две роты, остальные в рейде. Я знал, что Альд сейчас надевает доспех и прощается с женой, он собирает ополчение в своём центральном квартале старого города.

Я знал, что Шпренгер в лёгком доспехе, вместе с Гришейком подняли не только боевое подразделение КГБ (а у них была своя специальная рота). Так же глава КГБ поставил под клинок всех своих писарей, а троих оперативно уволил за трусость и неготовность рискнуть жизнью вместе со своим руководителем. Что он поднимает ополчение квартала около библиотеки и гонит на стену в поддержку Четвёртого полка.

Я знал, что сапёры пёрли сейчас к стенам Цитадели требушеты и Хрегонн с Муррангом обещают создать стационарные площадки для орудий, которые постоянно должны стоять на стенах Цитадели.

Я знал, что Зойд, который был в этот момент в Доме Правительства, проверял караулы, загнал всех гражданских в подвалы, несмотря на то, что некоторые несознательные граждане хотели посмотреть у окон «чё будет».

Знал, что Фаэн собрал ватагу тёмных эльфов, вооружённых тяжёлыми луками и они сейчас выходят из района порта. Хотя у них примерно ноль идей, что делать дальше, потому что даже слегка отбитые эльфы понимали, что их луки панцирь дракона не пробьют ни при каком раскладе.

— Старшина Хикс! — обратился Новак к кому-то из своих.

— Да, сэр!

— Твоему взводу обеспечить сопровождение майора Хайцгруга к нашему гостю дракону. Чтобы он дошёл до врага целым и не запыхавшимся, копьё нести за него, выдать щит перед дракой и молиться за него все богам, которых знаете. Остальной полк, на северную стену Цитадели!