В висках стучала кровь. Во рту резко пересохло. Я нервно кусал губы. А еще я почувствовал, что вспотел, несмотря на продирающий до костей ветрище. Все потому, что план внезапно начал потрескивать в местах, где не должен был.

Екарный бабай… Какого это вообще сейчас было? Если бы еще минут на десять-пятнадцать где-нибудь задержался, то вообще бы пропустил… Как так? Почему так рано⁈ Твою мать!

«Девятнадцать… Двадцать…» — я по второму кругу пересчитывал лучи.

В итоге вышло двадцать три белых, одиннадцать зеленых, пять синих и парочка фиолетовых. Все, что я смог разглядеть даже с биноклем. Разброс как будто случайный, вот так со своего места никакой закономерности я не заметил.

— Что это? — спросила вставшая рядом женщина.

— Радуга… — погруженный глубоко в свои мысли, мрачно ответил я.

Она чуть нервно хихикнула.

— А внизу горшочек с золотом?

Я убрал бинокль от лица и оглядел ее с ног до головы. Под моим взглядом она заметно стушевалась. А еще я не мог не обратить внимания на то, что она взяла бинокль из второго футляра.

— Ты трогала мои вещи?

— Не будь совсем уж козлом, а? — неприязненно фыркнула она. — Просто скажи, на что смотреть, я помогу.

На секунду я испытал прилив раздражения и острое желание просто сбросить ее с крыши. А потом попробовал на секунду представить себя на ее месте и пожал плечами.

— Да, — просто сказал я, снова поднимая бинокль и разглядывая окрестности.

— Что «да»? — растерялась она.

— Да — там «мешочки с золотом». И мне нужен один из них. Ты родилась здесь?

— Почему?..

— Да или нет?

— Да, я коренная москвичка, родилась и…

— Тогда просто смотри на город. Это последний день, когда ты сможешь увидеть его таким.

Лучи опустились уже достаточно, чтобы можно было хотя бы с какой-то достоверностью прикинуть, где опустятся ближайшие.

Судя по всему, с расположением мне относительно повезло. Ближайший белый луч должен будет опуститься где-то в этом районе. То, что надо. Жаль, что рядом не будет ни фиолетового, ни хотя бы синего. Они вообще все где-то через полгорода от меня.

Я перевел бинокль на Садовое кольцо.

Вот только… план здорово так полагался на то, что между началом конца света и лучами пройдет хотя бы несколько часов. Конечно, телефоны в полицейских участках уже обрываются от сообщений о нападениях со всего города. Но, возможно, еще не настолько, чтобы совсем забить и парализовать их работу. К тому же все это еще толком не успело жахнуть в интернете и новостях, обрасти слухами и убрать людей с улиц.

Мрачно оглядел наглухо забитую машинами дорогу. Водители гудели, выглядывали из дверей и смотрели в небо. На тротуарах было полно пешеходов. Почти все стояли, направив вверх мобильники.

Я скривился.

Нда, как-то все пока неудачненько складывается. Можно просто сразу забыть про попытку добраться до второго груза. Впрочем, как там говорится? Ни один план не выдерживает столкновения с реальностью?

Чуть кривовато улыбнулся самому себе и вздохнул.

Ладно. Работаем по необходимому минимуму и сваливаем из города. Элитный поселок, так она сказала? Ну, почему бы и нет. Поглядим заодно, как тут богатые живут. Жили. В общем, на день-два, пока не разберусь с грузом.

Я снова направил бинокль на выбранный луч. Который ближе всего был.

Тонкий столб белого света уже скоро должен был достигнуть одного со мной уровня. Хвала Системе, хоть не прямо у Садового! Там такая толпа бы набежала…

Я неплохо знал прилегающий к высотке, на которой находился, район. Много гулял по округе. Иногда во время обеда, иногда по утрам, когда особенно тошно было слушать про семейные дела того толстяка. Там, куда луч опустится, тоже бывал неоднократно.

Сжав зубы, я следил, как луч опускался все ниже, пока не решил, что понял, куда он упадет.

— Почти, — проговорил я, не отрывая взгляда. — Будь готова.

Кажется, все же повезло! Там стойка какая-то было у железки. Уже толпы зевак не будет. А если совсем подфортит, и рабочие успели свалить…

Все, больше ждать нельзя!

— Бежим! — я рванул обратно к пожарной лестнице. — Держи дверь! Нужен свет!

Считая про себя секунды, упал на колени. Убрал оба бинокля в футляры, засунул в сумку. Туда же все остальное. Стул? Я схватил его и заклинил металлический каркас между дверью и полом, чтобы не закрывалась.

— Сумку, которую тащила — брось, возьмешь эту. Где ключи от машины? — сосредоточенным голосом спросил я, закончив сборы.

Замдиректора тут же вытащила небольшую дамскую сумочку.

— Все тут.

— Ключ, — потребовал я и она положила ключ с брелком сигнализации в мою протянутую руку. — На каком этаже машина?

— Минус третий.

Я чуть скривился. Могло быть и хуже — парковка-то пятиэтажная.

— Двигаемся быстро, не отставай, — я посмотрел ей в глаза. И в этот момент на лестнице зажегся свет.

Плохо дело. Лучи достигли земли. Теперь время играло против меня.

Я закинул рюкзак за спину, снова надел шлем, подняв визор. Копье в руку.

И затем я побежал. Судя по топоту позади, не только я.

Мы пролетали этаж за этажом. Теперь уже было не до осторожности. Какие тут цепи. Плевать уже.

Управились минуты за две с половиной. На втором этаже я чуть сбросил скорость, вытаскивая из кармана связку ключей и нащупывая тот, который отпирал внешнюю дверь.

Пожарка выходила в проезд, один конец которого вел во внутренний двор, а второй на улицу. Пожарная лестница гаража располагалась метрах в пяти и открывалась тем же ключом. Видимо, чтобы не создавать лишней неразберихи в случае настоящего пожара.

Когда мы выбежали на нужный этаж парковки, я махнул копьем.

— Веди! Куда⁈

С перекинутой через плечо сумкой, женщина выскочила вперед и замотала головой по сторонам, пытаясь сориентироваться, затем уверенно махнула рукой и тут же рванула с места.

Я последовал за ней.

— Там зомби! — вдруг вскрикнула она, указывая на группку мертвецов.

— Пофиг, — я мельком глянул в том направлении. Несколько заляпанных кровью мертвяков заковыляли в нашу сторону по полупустой парковке. Вряд ли это кто-то уже обратиться успел после укуса. Скорее всем им не повезло при зомбячьей лотерее, и где-то валяется загрызенный неудачник, который им попался под руку. — Где машина?

— Вот та!

Я вытянул руку с ключом и вжал кнопку снятия с сигнализации и разблокировки дверей. Тут же свернул к мигнувшей фарами машине. Темно-синий кроссовер. Крупный и «пузатый», вместительный. Судя по знаку — БМВ. А в моделях я не разбирался.

Лишь бы ехал.

Мы запихали сумку и рюкзак на заднее сиденье, туда же наискосок я положил копье, чиркнув по обивке. Обойдя машину, уселся на водительское и пристегнулся.

— Готова? — пытаясь удержать улыбку, которая так и норовила снова выползти на лицо, спросил я, быстро поправляя под себя сиденье и зеркала. Завел двигатель.

— Да? — немного неуверенно ответила она.

— Тогда погнали!

Мы пролетели этажи, шуганув какого-то припозднившегося офисного работника. Шлагбаум на выезде был поднят, а будка охранника пуста.

Как и ожидалось. Скорее всего эти ребята, как только поняли, что творится чертовщина, отзвонились в полицию и свалили от греха подальше. Мудрое решение.

Сразу на выезде я резко крутанул руль в сторону, выезжая на тротуар. Ни малейшего намерения пытаться вклиниться в пробку у меня не было.

Я вжал сигнал и втопил вперед.

— Ты собьешь кого-нибудь! — испуганно вскрикнула хозяйка машины с соседнего сиденья. С побледневшим лицом она держалась за потолочную ручку, неотрывно глядя на дорогу.

— Ага! — радостно скалясь, согласился я. — Если тупить будут. Все равно дебилы, которые не догадываются, что стоять на пути несущегося по тротуару психа это плохая идея, не доживут до понедельника. Естественный отбор.

— Это настолько важно? Добраться туда? Ты расскажешь, что происходит?

От меня не укрылся этот переход от заботы о здоровье окружающих к попытке выведать информацию. Если бы я уже не улыбался, то наверняка расплылся бы в широченной ухмылке.

Ладно, должен признать, она начинала мне нравиться. Чем дальше, тем больше. Спать с ней я все равно не стану, потому что не враг своему здоровью. Но что-то такое в ней было. Опасное. С ноткой безумия. Острое. Знакомое. Почти домашнее.

Я начал подозревать что, если немного подтолкнуть и направить в нужном направлении, то из нее выйдет отличный Игрок. Как знать, может, даже напарник.

Какой-то мужик только в последний момент успел увернуться от бампера. Ну а нехрен стоять, целясь мобилой в небо! Что он пытался снимать? Уже несколько минут как ничего там не было. Не прекращая сигналить, я еще немного прибавил скорость.

Выскочил на проезжую часть уходящего от Садового в сторону области проезда. Еле-еле разминулся с машиной, вильнув в сторону. Снова выехал на тротуар.

— Важно, — кивнул я. — И я подумаю.

Удивительно, но я никого так и не сбил.

Уловив краем глаза уходящую в нужном мне направлении улочку, которая была практически свободной от автомобилей, я резко крутанул руль, сворачивая на нее. Совсем немного осталось!

Поворот, еще один. Я пролетал светофоры, бесстыдно вклиниваясь и царапая чужие машины.

Еще один плюс на ее счет — заместительница покойника сидела молча и никак не комментировала царапины и вмятины на своей машине. Только смотрела перед собой, поджав губы.

Наконец, после очередного поворота показался окружавший стройку забор. Я пронесся мимо закрытых ворот, но тут же затормозил и сдал назад, разворачиваясь к ним задом и выезжая на тротуар для разгону.

Никогда не понимал прикола таранить что-то передней частью автомобиля. Там же всякое важное расположено — двигатель и прочее. Зачем именно этим местом рисковать?

— Держись, — сказал я, переключая рычаг коробки на задний ход.

Машина впечаталась в ворота, сорвав замок. Затормозив, я вытащил ключ.

— Отлично. Жди меня тут, — сказал я, доставая шлем с заднего сиденья и надевая на себя.

— Ни за что, — фыркнула она, открывая дверь со своей стороны. — Я уже достаточно влезла во все это. Если меня посадят, хочу хотя бы знать, ради чего все это было.

Я не стал настаивать. Хочет, пусть идет. Будет больше шансов посмотреть, как поведет себя в неоднозначных ситуациях.

Закончив со шлемом, я тоже вышел наружу. Осмотрелся. Сюда доставал свет фонарей снаружи, плюс и своих пара ламп болталась тут и там. Нормально, найдем. И в тот момент, когда, открыв заднюю дверь, я вытаскивал копье, из-за угла недостроенного здания по центру выскочил субтильного телосложения мужичок с фонариком в руках. Он тут же остановился, испуганно глядя на нас и покореженные ворота.

— Вы это… вы чего наделали, а? Вы на кой ворота…

— Куда опустился луч? — перебил его я.

— А, так вы это. Про то. Вы про ящик, что ли?

— Где он?

— Так, там это. Только закрытый и не открывается…

— Показывай, — приказал я.

Видимо, моего внешнего вида и голоса оказалось достаточно, чтобы охранник решил не спорить и, махнув рукой, пошел вперед.

— Тут еще кто-то есть? — спросил я его, оглядываясь. Строительные материалы кучами, какие-то еще полусобранные здания, подсобки.

— Нет, т-только я… — испуганно оглянувшись на меня, ответил он.

— Хорошо. Где?

— Так это… вон, — он повел лучом фонаря, осветив небольшой прямоугольный сундук у штабелей досок, сложенных рядами. Белый материал, полоски металла по краям. С обеих сторон было по ручке для переноски.

— Ты его открывал? — я внимательно посмотрел на охранника.

— Я? Не-не! Так закрыт же! Не открывается… — он выставил перед собой ладони. — А это… а вы кто? Можно я хотя бы там документики взгляну, эт самое?

— Конечно, можно, — кивнул я. — Сейчас достану.

А затем, шагнув ближе, с коротким замахом ударил его по голове древком копья. Тихо пискнув, мужчина повалился на землю.

Ничего, жить будет. Не так уж сильно я ударил. Оклемается. Впрочем, вряд ли это поможет ему пережить следующие дни.

Присев на корточки, я подцепил крышку сундуку и потянул. Не открывалось.

Хм, странно. Я думал дело в том, что этот бедолага просто интерфейс не успел открыть, потому Система и не дала сунуться. Хм…

Обычно белые сундуки мог открыть кто угодно, начиная с первого уровня. Зеленые — с десятого, синие — с двадцатого. Ну, и так далее.

Так что не так-то?

Я положил копье и ухватился обеими руками. Без толку.

— Эм… — раздался за спиной голос женщины.

— Подожди, я занят, — не глядя, отмахнулся я.

Достал метательный нож и попробовал поддеть крышку.

Через пару секунд я остановился и задумался.

Стоп. А нафига я вообще этим сейчас занимаюсь? Дурак, что ли? Заигрался? Хватай весь чертов чемодан и валим отсюда! Потом разберемся!

Немного раздосадованный, что сразу об этом не подумал, я начал подниматься.

— Что здесь происходит⁈ — раздался властный окрик позади меня. Мужской голос, уверенный в себе. Судя по интонации, привыкший раздавать приказы.

Я оглянулся через плечо, готовясь метнуть нож. И уставился на ствол автомата, направленный прямо на меня. Несколько раз моргнул.

Это был полицейский. Лет под тридцать. Темные брюки, рубашка, поверх бронежилет, кепка. Он настороженно смотрел на меня и напряженную… блин, заколебало уже. Надо будет все же спросить, как там ее зовут. Короче, она стояла с поднятыми руками.

Ладно… Полагаю, при такой вводной можно и поговорить.

Я тоже медленно повернулся и поднял руки.

— Я задал вопрос, — напомнил полицейский, переводя взгляд с валяющегося неподвижно тела на нас.

— Он накинулся на нас! — эмоционально воскликнул я, постаравшись добавить в голос и немного испуга. — Все цеплялся и пытался укусить!

И полицейский, и моя спутница уставились на меня. Как мне показалось оба с удивлением. Но все же девушка сообразила первой.

— Так и было! — она показала рукав пиджака, который был порван еще после самой первой ее стычки с зомби. — Вот! Это он порвал! А еще у него глаза такие были… ну, серые какие-то… Это правда!

— Во-о-от как, — протянул полицейский, чуть опуская ствол и по-новому оглядывая охранника в бессознанке. Он снова взглянул на меня. — Вы не могли бы снять шлем?

Ну, почему бы и нет. Можно и пойти на некоторые уступки, если тебя вежливо просит человек с автоматом. К тому же вдруг и правда получится чисто на базаре съехать?

Я снял шлем и, пригнувшись, положил его на землю рядом с собой.

В этот момент рация на плече полицейского заработала, выдав что-то неразборчивое. Я уловил что-то насчет «где вы», «не вижу», «напарник», «не нашел».

Он поморщился, кивнул нам, чтобы подождали, и поднял руку к плечу.

— Дежурный, передатчик в машине две недели барахлит. Потому сигнала у вас и нет. Замену не дали. Я недалеко от него, патрулировал. Кажется, еще на одного наткнулся. Прием, — в ответ снова раздалась тарабарщина. — Да, кусается, странные глаза. Помощь не требуется. Короче, передайте, что скоро буду, подберу его. Прием.

Рация что-то прохрипела в ответ. Полицейский только устало лицо потер.

— Ну и дурдом сегодня. Вы не представляете. Так, а вы что вообще тут забыли? Ворота вы снесли?

— Да, товарищ полицейский, мы, — покаянным голосом сообщила женщина быстрее, чем я смог что-то вставить. — Вы же видели эти лучи? Вот и мы заметили, как один сюда попал. Решили посмотреть. И конечно же, мы оплатим и сломанные ворота, и штраф. Просто сами понимаете, такое не каждый день бывает…

Полицейский было прищурился, но под конец покачал головой и пожал плечами — мол, да и хрен бы с ним.

— Ладно, если честно, мне вообще не до этого. Но на вашем месте я бы как можно быстрее доехал до дома и заперся там. Никого не впускайте, у нас таких психов, — он кивнул на лежащего. — По всему городу целая толпа. И на работу завтра я бы тоже не рекомендова… Секунду. Это у вас нож в руке?

Упс. Вместе со всеми остальными я взглянул на руку, в которой все еще держал метательный нож. Ну, как бы… да?

— Бросьте его, пожалуйста, — голос полицейского посерьезнел, он еще раз мельком взглянул на валяющегося охранника и недвусмысленно навел на меня ствол автомата.

Твою мать, дружище, вот надо оно тебе, а? Нормально же общались? Вот прямо очень сильно надо?

— Бросьте нож! И я вынужден попросить вас проехать со мной! — в его голосе прорезалась сталь.

Вот прямо настолько, да? Совсем больше во всей чертовой Москве заняться нечем⁈..

Ну, хорошо.

Я закашлялся, согнувшись и чуть отвернув лицо в сторону. Прикрыл свободной рукой лицо. Руку с ножом выставил вверх и в сторону, расправив ладонь и удерживая нож только большим пальцем. Типа — да, да, я ничего такого. Только откашляюсь и сразу.

— Покажи сиськи, — шепнул в сторону спутницы. Она чуть дернулась, явно расслышав мои слова.

Соревноваться с пулей просто так я не был готов. Нужно было, чтобы он хоть на секунду от меня отвлекся. И теперь все зависело от нее.

— Одну — кх-кха-кх! — секунду… Изви- кх! — извините, пожалуйста…

— Нож на землю!

Заметив, что девушка рядом начала двигаться, я начал выпрямляться, все еще кашляя, но по уменьшающейся.

— Эй! Что вы делаете! — несколько озадаченно спросил полицейский.

— Просто хочу показать, что у меня никакого оружия нет, — невозмутимо ответила она, расстегивая пуговицы блузки.

— Женщина, остановитесь! Хватит!

Мельком скосив глаза в ее сторону и увидев, что она уже бралась руками за бюстгальтер, готовясь задрать его вверх, я окончательно выпрямился и произнес:

— Товарищ полицейский, не стреляйте, пожалуйста! Вот, я бросаю нож! — и разжал ладонь, выпуская рукоять.

В детстве у меня не было интернета. И телевизора тоже не было. Зато у нас с прочими детьми всегда был доступ к разнообразному оружию. Те же ножи метать в цель умели все. Потому мы придумывали много всякого куда более сложного. Метание с завязанными глазами. Или из-за спины. Стоя на руках. Или в прыжке.

Или, например, когда выпускаешь нож из вытянутой вверх руки так, чтобы поймать его на носок ноги и отправляешь в цель пинком.

Совершенно бесполезный в реальной жизни навык, на освоение которого надо потратить дофига свободного времени. Так мне стало казаться, когда подрос. А оно вон как вышло.

Этот трюк состоял из двух частей. Правильно провести клинок вдоль тела, чтобы тот опустился рукоятью на носок. И сам бросок-пинок.

Я видел, как глаза полицейского начали опускаться вслед за скользящим по мне ножом, а потом резко вильнули в сторону, когда сиськи моей спутницы оказались на свободе. Заметил, как взметнулись его брови.

И в этот момент, ощутив, как рукоять ткнулась в ботинок, пнул нож.

Я не увидел попал ли. Зато услышал характерный звук втыкающегося в плоть клинка. А не видел, потому что прыгнул в сторону, сбивая с ног полуголую замначальницу.

Короткая автоматная очередь грохотнула и тут же затихла.

— Какого хрена⁈ — зло прошипела она через пару секунд.

— Ш! — шикнул я на нее, прислушиваясь.

— Удобно? — ядовито поинтересовалась она еще через секунду.

Че ей надо, блин?

Я чуть приподнял голову и только тогда заметил, что уткнулся лицом меж ее грудей. А-а.

— Норм, — коротко ответил я, приподнимаясь. — Лежи пока. Проверю.

Полицейский лежал, упав на спину. И пытался дотянуться рукой до автомата, валяющегося рядом. Он подрагивал всем телом и издавал хрипящие, булькающие звуки.

Ха! Смотри-ка! Попал!

Не то чтобы я прямо сильно тренировал этот конкретный прием за последние годы, так, когда скучно становилось, бывало. Но вот, результат, как говорится, на лицо.

В горле полицейского, войдя чуть под углом, торчал мой нож.

Я подошел ближе и носком сапога оттолкнул автомат подальше.

Тогда полицейский потянулся непослушными руками к кобуре на поясе.

Я нахмурился, убрал его руку и открыл кобуру. Вытащил пистолет и бросил его к автомату.

Тогда он потянулся к рации на плече.

Какой упорный!

Я вытащил нож и, перерезав провод, швырнул рацию к прочим вещам.

— Ты что… мента завалил?.. И меня сделал соучастницей?..

Вздохнув, я оглянулся на заканчивавшую поправлять одежду спутницу.

— Почти, — сказал я и поманил ее рукой. — Иди сюда.

— Зачем? — она недоверчиво смотрела на меня.

— Подойди.

Нехотя и с опаской она приблизилась, встав рядом.

— Так он еще жив! — она расширенными глазами уставилась на истекающего кровью. — Мы должны вызвать скорую!

— Не приедет скорая, — помотал головой я. — Я это знаю. Он это знает. Да и ты сама должна догадываться. По всему городу убийства. В Москве столько скорых нет, так еще и пробки.

— И… и что тогда? — непонимающе спросила она.

— Добей его, — я кивнул, указывая на умирающего.

— Что⁈

— От этой раны он еще минуты две, а то и три будет одновременно истекать кровью, задыхаться и захлебываться. Хочешь помочь? Добей.

— Я не буду убивать!

— В смысле? С зомби же справилась?

— Но это человек!

— Если тебе так будет проще, то убил его я. Ты только облегчишь его страдания. Он так-то мучается каждую секунду, пока мы спорим, — напомнил я.

— Я не стану этого делать!

— Ты же хотела узнать, что происходит? — выложил свой козырь я. — Сделаешь это, получишь информацию.

Она замолчала, лихорадочно переводя взгляд с меня на хрипящего что-то невнятное полицейского.

— Если… если я это сделаю, а ты не… — угрожающе начала она, уставившись на меня исподлобья.

— Просто добей, — прервал я ее.

Скорчив лицо, она прошла мимо, толкнув меня плечом. Я украдкой улыбнулся на это. Нравилась мне ее реакция на стресс.

Она опустилась на колени над головой полицейского и с силой прижала его голову к земле.

Я приподнял бровь. Не совсем то, чего я ожидал, но молодец же! Давай и дальше в том же духе…

— Я схожу с ума. Что я вообще делаю?..

Выдохнув сквозь сжатые зубы что-то матерное, она рывком выдернула нож из шеи мужчины, который тут же дернулся всем телом, захрипел и забулькал. Не давая себе шанса передумать, она поднесла нож его глазнице — под правильным углом, как я отметил — и загнала его внутрь.

Полицейский дернулся напоследок и обмяк.

А она уставилась на меня злым взглядом.

— Ну⁈ Доволен⁈ Этого ты хотел⁈ Сделать меня убийцей⁈ Я… — тут она резко дернулась в сторону, потеряла равновесие и свалилась бы прямо в лужу крови, которая натекла из полицейского, если бы я не успел подхватить ее и удержать. — Что? Что это было? Кто это только что сказал?..

Агась! Чудесно! Вот и достижение подъехало!