После ночи сдержанных утех внутри меня всё кипит: я хочу её ещё больше… Я словно урвал каплю крема с целого торта и теперь злюсь оттого, что меня заставляют ждать начала праздника: я хочу своё угощение здесь и сейчас – смысл тянуть?!

Зная, что сорвусь, если увижу её в таком своём состоянии, первую половину дня я провёл в своих покоях, а вторую отдал успокоительной прогулке по парку. Марен, приходившая с утра с предложением себя, разозлила, по пути в парк неприятный моим перепонкам голос Флорентины поинтересовался, не стоит ли ей зайти ко мне вечером “на аудиенцию”… Обе пустышки были со мной по разу много лет назад, а до сих пор лелеют надежды примерить на свои недостойные плечи роль Королевы… Удивительно, насколько Диандра отличается ото всех… Сказал бы мне кто-то раньше, что в мире существует такая женщина, как Диандра Рокс, я бы не поверил, а теперь не могу разубедить себя… Надо же, какая в ней неисчерпаемая, космическая, сверхъестественная сила! Воля к сопротивлению, как и нежелание быть коронованной, поразительны…

Она нашла меня в парке. И это очень порадовало: сама устремилась искать меня, значит, её тело – и особенно её сладкий язычок, – на физическом уровне помнит, как этой ночью откликнулось на мой зов.

Она замешкалась… Как мило. Однако, стоило мне показать, что я заметил её, как сразу же взяла себя в руки… Королева.

Смело приблизившись ко мне – какое всё-таки бесстрашие! – она располагается на лавке рядом, по мою правую руку. Вздохнув, поднимает на меня глаза и, стоит нашим взглядам встретиться, как сразу же замирает, словно испуганная пташка… В выражении её лица я пытаюсь найти признаки того, действительно ли ей было так хорошо, как она стонала в моих руках, помнит ли её тело, что за ночь успело перезарядиться трижды…

Поняв, что не пойму, пока не спрошу, задаю наводящий вопрос:

– Как спалось?

– Ночь была беспокойной, – её голос звучит невозмутимо. – Никогда не слышала столь мощных раскатов грома.

Дорогая моя, это был не гром – это были твои стоны…

– Штормы могут быть и более громкими, – достаточно отдаться в мои руки добровольно.

– Там, откуда я родом, таких штормов не бывает.

Мне уже печально, что она не знает столь многого из нашей истории: её оргазмы доступны только мне, я не могу их обсудить с ней, поинтересоваться, каким образом ей нравится глубже переживать удовольствие…

Должно быть, она неправильно поняла мою эмоцию – восприняла выражение моих глаз не за муку любовника, а за печаль друга, – потому как неожиданно кладёт свою тонкую ладонь – я целовал эти пальцы всего несколько часов назад, каждый отдельно, – и вдруг с новой смелостью заглядывает в мои глаза:

– Я ведь не была с тобой слишком резка?

Ты была со мной недостаточно резка, милая…

– Вовсе нет. Я понимаю тебя, – теперь ещё лучше, моя недотрога. Ты любишь долгие ласки, ты жаждешь дикого секса.

– Правда? – её голос выдаёт испытанное ею резкое облегчение, вслед за чем она спешит убрать руку, но я молниеносно накрываю её своей тяжёлой дланью, таким образом не позволяя ей отстранить руку от моего сжатого кулака.

Мы немного молчим, пока я разрываюсь между желанием сказать ей правду и порвать на ней платье здесь же. Однако я надеюсь на ту страсть, которую увидел в ней ночью, потому, в надежде призвать к ней, задаю следующий вопрос:

– Ты пришла, чтобы что-то сказать мне?

Я искренне верил в то, что она явилась ко мне с хорошими новостями, что её здравомыслие наконец нашептало ей тайну жажды её тела… То же, что она ответила, что ж… Я предполагал и такой вариант развития событий, однако не хотел в него верить, а потому считал, что сейчас услышу нечто вроде: “Может быть не сегодня, но я постараюсь принять твоё предложение стать твоей Королевой”.

– Я не сказала тебе на балу, не желая портить твой праздник, а после тебя не было долгие дни, потом наша встреча прошла странно, за чем последовала Ночь Розалии… В общем, настало время…

Она замялась, и тогда я решил помочь:

– Настало время для чего?

Скажи это, ну же… Скажи…

– Мы уходим.

– Мы? – она предлагает мне бросить Триединое Королевство вместе с Дворцом? Что ж… Трахаться можно и в развалинах Диких Просторов. Если у неё имеется такой фетиш – я только за.

Она поспешила положить вторую свою руку поверх моей руки, уже накрывающей одну её ладонь…

– Я, Борей и Кайя, – она даже в глаза мои не смотрит от переживания! – Нам было здесь очень хорошо и уютно… Впервые в жизни мы встретили себе подобных… Я безмерно благодарна тебе – всем вам – за такое душевное гостеприимство! У тебя чудесная и очень интересная семья, но…

– Но?

Она наконец встречается со мной взглядом, и сразу же замирает, очевидно, верно восприняв шторм моей души.

– Но я чувствую, что… Кхм… – у неё перехватывает дыхание и даже её бывшие до сих пор уверенными пальцы начинают дрожать на моей коже. Что, боишься меня, детка? Правильно делаешь, ты ведь такая хрупкая, а у меня такая большая весовая категория… – Нам нужно двигаться дальше…

– Куда же?

Её наигранная улыбка выдаёт нервозность:

– Мы Металлы без дома. Может быть, наконец посмотрю Европу.

Я перестаю играть. Мой тон звучит громоподобно и мгновенно сдувает с её милого личика дрожащую улыбку:

– Европа – это другой конец света.

– Может быть, мы ещё встретимся… – она предпринимает попытку поспешно подняться, но сразу же встречается с моей полной силой… Держа её руки, я заставляю её обрушиться назад на лавку с лёгкостью тополиного пуха.

Явно не ожидав такого поворота, она не успевает скрыть своего испуга. Резко придвинув красавицу к себе за её нежные ручки, я выпаливаю сверху вниз прямо в её бездонные глаза:

– Никуда ты не уйдёшь, Диандра Рокс.

Маски срываются, забег начинается – без забвения, без жалости.

– Звучит как приказ, – она почти рычит, уже не со страхом, а с неподдельным вызовом глядя прямо в мои глаза, всё ещё пытаясь, но не находя в себе достаточных сил высвободить свои руки из моей стальной хватки… Картина дико возбуждающая. – Я же не твоя слуга. Я твой гость.

– Ты та, которую я не отпущу, – увы, в этот момент я сжал её правое запястье с такой силой, что не заметил, как причинил ей боль…

– Что за вздор! – резко вскочив на ноги, она всё же сумела вырваться из капкана моих рук, так как я ослабил хватку, как только заметил, что причиняю ей боль. – Я ухожу, Багтасар! Надеюсь, однажды мы ещё сможем общаться нормально…

Я с металлической резкостью поднялся на ноги и вырос перед ней подобием непробиваемой горы… Думаю, в эту секунду она наконец осознала истинную серьёзность ситуации, в которой оказалась: я значительно крупнее неё – её металлическая сила против моей металлической силы подобна скромному чиху!

– Боишься? – перестав контролировать себя, я прищуриваюсь совсем уж по-хищнически. – Не бойся. Я не сделаю с тобой ничего из того, что ты сама не пожелаешь.

Этой ночью ты желала очень многого, и я сделал с тобой всё из тобой желаемого… Ну или почти всё.

– Хорошо. Хорошо, Багтасар… – её голос дрожит. – Мы уйдём позже, когда ты будешь готов попрощаться… – она резко разворачивается, и… Ха-ха! Сбегает, подобно маленькой девочке!

Конечно, так я и поверил в то, что ты согласилась на ожидание, мышка. Беги-беги… Твоя ловушка всё это время была захлопнутой, тебе осталось только понять это.

***

Зеф и Джодок нашли меня на стыке дворцовых коридоров менее чем спустя час после моего разговора с Диандрой. Надо же, я думал, она не будет столь поспешна…

– Это новички, – первым за моей спиной подаёт голос Джодок. – Они предпринимают попытку к бегству. Уже о купол бьются… Отпустить их?

Зеф пытается вторить:

– Зачем отпускать тех, кому можно оторвать головы?..

Я с металлической скоростью и силой хватаю последнего за горло, и молниеносно обрушиваю на колени перед собой. Ничтожество задыхается, но сделать ничего не может: даже в банальной физической силе я втрое мощнее каждого из них.

– Ещё раз услышу нечто подобное из чьих бы то ни было уст по отношению к семье Рокс – обращу в расплавленный слиток дерьма, – я резко отпускаю горло недоумка, так что он свободно отваливается спиной в колонну. – Тебе всё понятно, червяк?

Червяк спешит с ответом, так как прекрасно понимает, что его жалкая жизнь до сих пор не приобрела никакой ценности в моих глазах:

– Я всё понял…

Молнией швыряю взгляд на Джодока. Сквозь зубы слабак цедит:

– Всё понятно, Багтасар.

– Если хотя бы взглядом кто-нибудь попробует причинить вред Диандре и её спутникам, если хотя бы волос с её головы упадёт из-за чьих бы то ни было, пусть даже случайных действий – казнь на месте, без шанса на пощаду. Сегодня же все во Дворце должны узнать этот указ, вы оба постараетесь.

– Да, мой господин, – Зеф продолжает спешить проявлять характер слизняка.

Когда-нибудь задушу его белобрысого дружка за неспособность к навыку такого же быстрого ответа.

***

…Спустя пять минут я со своей свитой уже нахожусь там, где Диандра, Борей и Кайя пробуют пробиться наружу из-под купола… Надо же, какая красочная картинка. Интересно, где она умудрилась раздобыть этот сексапильный наряд? Впрочем, неудивительно, что ей неприлично идут обтягивающие штаны, особенно с такой низкой посадкой, подчёркивающей осиную талию, облачённую в топ, не прикрывающий торс – глаза можно сломать об этот секс-символ!

…Многие дни я украдкой наблюдал за тем, как моя Авиарх практиковалась в своём даре: усердно, увлечённо, успешно… Поэтому когда она не просто использовала свой дар в бойцовских целях, но использовала его именно против меня, мысленно я загордился ею как никогда до сих пор… Такая сильная, с таким клыкастым характером… У неё воистину королевский дар: красивый, мощный, стремящийся перерасти в бо́льшую силу. Моя пташка. Она напала на меня с целью одолеть, а значит, уничтожить… Ну-ну-ну… Так вести себя со своим мужчиной нельзя, если только не жаждешь соблазнить его на ночь беспощадной страсти.