К чему-то подобному, собираясь на эту встречу, я и готовился. Пусть и не ожидал, что произойдёт вот так резко и ни с того ни с сего, но всё же не сплоховал. В предупреждающем жесте для прибывших со мной людей поднял руку и обратился к грани таланта, поспешно окутывая свою голову пеленой густой зелёной дымки, тем самым вступая в конфронтацию с принцем крови.

Удивительно, но он отнюдь не переживал за то, что находится здесь в явном меньшинстве. Вот настолько был уверен в своих силах и силах находившихся возле спальни телохранителей! И зря.

В ту же секунду почувствовал, как из меня живо потянуло ману. Усилием воли отбросил замаячившую перед глазами картину вступивших в противостояние энергий, и нарочито разочарованно покачав головой, уставился в глаза противнику.

Скрыть удивление от того факта, что меня в кратчайший миг не свернуло в бараний рог, он не сумел. Я должен был пасть ниц и корчиться в муках, слёзно умоляя прекратить атаку. Но нет, выдержал и не поморщился. Негодование Грота по этому поводу выразилось в плотно сжатых губах, пуще прежнего обострившемся взгляде и неровном дыхании — последнее смог заметить только на контрасте.

Момент растянулся. И пока отыгрывал подчёркнутое спокойствие и даже не помышлял об ответной атаке на его мозги, принц старательно и совсем не экономя сил пытался меня подавить. Видимых успехов достичь не выходило, отчего Висхара злился и тужился всё сильнее. Не удивлюсь, если подобная ситуация для него ощущалась чем-то давно забытым или же и вовсе происходила впервые в жизни. Ведь если верить рассказам пленных ящеров, представители правящей семьи в плане ментальной магии считались едва ли не на порядок сильнее любых других арайа в империи.

Миф это или реальность, я с уверенностью отвечать не брался. Неправильно возводить подобные утверждения в абсолют, но на текущий момент мой личный опыт всё же заставлял склоняться в сторону того, что правды в этих словах больше чем раболепных преувеличений.

Что же касалось моих ощущений от первых минут схватки, то несмотря на подчеркнуто спокойный вид, приходилось отнюдь нелегко. Вроде как и защищала созданная мной аура от внешнего воздействия врага, но, к большому для меня сожалению, не без нюансов. Если от атаки подполковника Борисова я некогда с легкостью отмахнулся, имея все шансы прижать того ответным ударом, не моргнув при этом и глазом, то с первым наследником схватка проходила совсем по другому сценарию. Его упорство не осталось без вознаграждения — выстроенный мной ментальный щит в какой-то момент стал понемногу сбоить. Изредка жгуты вращавшейся вокруг энергии продавливали мою защиту, и тогда приходилось несладко. К черепу будто невидимый гвоздь прикладывали, и тот вот-вот грозился вонзиться прямо в мозг. Делать вид, что ничего не происходит, становилось всё труднее и труднее.

Тогда-то я и понял, что эта ситуация стала возможной отчасти благодаря тому, что я создал для принца самые что ни на есть благоприятные условия! Учитывая силу и запас личной мощи Грота, не самое благоразумное решение предоставлять ему возможность и время на совершенно безнаказанную и концентрированную атаку!

Мысль мгновенно вылилась в ответные действия. Сначала обрушил на плечи Висхары плиту телекинетической энергии, а следом выпустил и рой светлячков, сконцентрировавших свою атаку у того за спиной.

Расход энергии увеличился едва ли не вдвое — скромничать и экономить силы сейчас казалось без малого смерти подобно.

Так и зависли, буравя друг друга жёсткими взглядами, не произнося и слова, практически пять минут. Краем глаза отмечал, как и без того напряжённая обстановка в помещении стала накаляться до предельных значений — по неведомой мне причине, несмотря на то, что я вступил в бой с их господином, охрана принца всё готовилась к штурму, но до сих пор ни одной попытки прорваться внутрь не предпринимала. Блокировав телекинетической стеной вход в опочивальню Грота, застыли в безмолвном и нервном ожидании мои люди — начнись бой, и тут уже всё понятно. А пока нет. Пока все они находятся в состоянии неопределённости и гадают во что выльется наша с наследником немая дуэль.

За это время моё состояние медленно ухудшалось: постепенно подступала тошнота, усиливался звон в ушах, а неприятная пульсация всё жестче отдавала в виски. Никакой возможности сохранять невозмутимый вид я уже не имел, впрочем, и принц, первое время никак не реагировавший на мою контратаку, к нынешней минуте взмок и теперь выглядел напряжённее некуда — от былого раздражения не осталось и следа. Только концентрация и фокус, полностью отсекая всё остальное.

— Мне начинает наскучивать наша беседа, Грот, — безразлично-холодным голосом произнёс я, не отводя взгляда от лица противника. — И, к слову, вы зря надеетесь на помощь своих спецслужб. Без моего разрешения сюда никто не зайдёт и отсюда не выйдет.

В подобном темпе наша ментальная схватка могла продолжаться долго, и нужно было на ситуацию как-то влиять. Да и такие громкие слова без подкрепления действием вряд ли бы были способны хоть что-то изменить. В результате я принял решение задействовать один из своих козырей…

Перед лицом ящера внезапно возникла пелена чёрного дыма, одновременно с чем я отдал команду своим людям:

— Отряд Дмитрича держит дверь. Остальные давят на принца телекинезом. Вертикальная нагрузка.

Грот потерял возможность видеть перед собой всего на несколько секунд — в следующий миг стена мрака перед ним рассеялась. Впрочем, ощутив воздействие его силы, я построил одну за другой сразу ещё несколько подобных преград, полностью закрывающих первому наследнику обзор, и приказал бесам восстанавливать заслоны, по мере того как принц с ними расправляется.

Старания не прошли даром — напор пытающейся пробиться сквозь мой барьер энергии стих, но, к моему удивлению, не иссяк. Более того, мозги продолжало периодически до скрежета зубов сжимать, отчего я болезненно и раздражённо морщился, но не более.

Тем не менее, спустя полминуты такого противостояния неприятные ощущения вдруг пошли на спад. Обрушившееся на плечи Висхары давление быстро стало отвлекать у того слишком много внимания. Но это ещё полбеды: в какой-то момент ножки под креслом принца и вовсе не выдержали, неожиданно даже для меня надломившись, отчего тот резко и стремительно рухнул пятой точкой прямо на пол. Вот тогда-то я и увидел неподдельный, по-настоящему гневный взгляд ящера. У принца даже рука к поясу потянулась, только вот свой клинок он сегодня с собой почему-то не взял — тот остался висеть на стене над кроватью. Иначе, уверен, нам сейчас была бы судьба схлестнуться в ближнем бою…

Да, между задницей и полом по-прежнему оставалась мягкая сидушка, но Висхара вмиг оказался в положении сильно ниже моих глаз, что с учётом его титула было для него явно недопустимо.

Улыбнуться с ситуации или того хуже — продемонстрировать победный высокомерный взгляд — я себе не позволил. Недальновидно это, политически невыгодно. Так что, напротив, спешно поднялся с места и шагнул к Гроту, следом протянув тому руку, одновременно произнося:

— Видимо, качество материалов страдает. Сломался, — прежде развеяв чёрную дымку, постарался я сгладить момент, ляпнув первое пришедшее на ум.

По моей команде телекинетическая атака на ящера, крайне серьёзным образом истощавшая запасы его энергии, в этот момент прекратилась. Единственное, что не стал отзывать, так это своих светлячков, медленно, но верно, прогрызающих в барьере Грота брешь.

Пусть работают — ничего пока ещё не закончилось!

Принц мою помощь принимать не захотел, предпочитая подняться на ноги самостоятельно. Но в то же время последовал моему примеру и свою ментальную атаку прекратил. Так и встали друг перед другом, без слов буравя взглядом.

— Твои братья желали крови и мести, и нам пришлось воевать. Тебе какое дело до моей планеты? — произнёс я, и следом повернулся влево и направился к окну.

Никакого малодушия — действительно хотел снизить градус напряжения. А иначе как договариваться? А уж если с этим всё намертво встанет, то вернуться к противостоянию мы всегда успеем. И уж тогда моя стратегия в корне изменится. Но до этого ещё нужно опробовать дипломатию… Должно выгореть!

Из спальни принца открывался прекрасный вид на сад, тогда как вдали тёплым светом мерцали огни ночного города. Конкретно с этой точки были видны только юго-западные окраины, но как бы там ни было, на мой вкус отсюда открывался более чем красивый и располагающий вид.

— Пока никакого , — несколько беспечно отозвался Грот, впрочем, от былого гонора не осталось и следа.

— Хотелось бы убедиться, что так оно останется навсегда. В таком случае повода для противостояния у нас не будет. Но мне недостаточно только слов, — продолжая смотреть вдаль, промолвил я. — Я прибыл сюда заключить договор, который мы скрепим кровью.

— Исключено , — тут же категорично ответил ящер, предельно раздражённо скривившись от моих слов.

— Придётся, — повернулся я к нему лицом. — Безопасность планеты для нас превыше всего. Будем стараться обеспечить её любой ценой.

Предпоследнее слово я выделил интонацией, заглянув в глаза собеседнику, вместе с тем приказав бесовке сделать аналогичный акцент во время перевода моей речи. Важность момента ощущалась едва ли не физически: либо я добьюсь своего и Грот подпишет нужный документ, либо… либо придётся отправить его на тот свет. Слишком высоки ставки.

Казалось, что наследник буквально непреклонен в своём решении, но неожиданно принц нарушил молчание:

— Составление такого договора займёт немало времени .

— Всё уже готово, — коротко улыбнулся я, и жестом фокусника вытаскивая прямо из воздуха обычную папку для бумаг, протянул ту ящеру. — Прошу ознакомиться. Мы потрудились перевести на ваш язык.

Принц не спешил что-либо принимать из моих рук, уставившись сначала на меня, а затем на бумаги с явным недоверием и долей удивления. Ну ещё бы, со стороны всё это действительно выглядело предельно странно! Подобные документы неделями, если не месяцами, готовятся делегациями с привлечением юристов обеих сторон, утрясаются все разногласия, недочёты и недовольства. После чего, в присутствии свидетелей и, обычно, СМИ, наконец ставятся заветные подписи. Причём я это всё сейчас вкратце и с большими сокращениями описал — на деле оно могло происходить ещё дольше. Если, конечно, речь не шла о безоговорочной капитуляции одной из сторон.

Сегодня же, ввиду диверсионного характера нашей вылазки, у нас возможностей провернуть всё с фанфарами не имелось. Вместо императора, в качестве подписанта и гаранта с нашей стороны — я. Пусть юридически на это и уполномоченное Романовыми лицо, но всё же явно ниже чином своего визави. Помимо этого, договор. Кто согласится подписывать такой важности документ, увидев его впервые в жизни? Только наглухо разбитая и спешно капитулирующая сторона. Талаакская Империя таковой не являлась — это объективный факт, с которым не поспоришь.

Всё это понимал не только я, но и Грот. Знание это отражалось на его лице и вылилось в простой короткий жест: взяв в руки папку, ящер неспешно бросил её на некое подобие журнального стола, стоявшего у простенка между двумя окнами. Следом добавил вслух:

— Мы будем изучать ваше предложение. Позже дадим ответ. На этом наша встреча подходит к концу.

Надо сказать, что гонора у Висхары после произошедшей стычки немного поубавилось. По крайней мере он перестал считать себя чуть ли не богом, полностью контролировавшим происходящую ситуацию. Теперь я для него не таракан, который без разрешения забрался на хозяйскую кухню, а как минимум равный соперник. Вести диалог можно, подчиняться — ни в жизнь.

А между тем, выполнить мое прошение — считай изучить бумаги и их подписать — именно подчинением для наследника престола и ощущалось. И с этим нужно было что-то делать.

— Мы намерены закончить с этим делом до наступления утра и не можем позволить себе уйти без ратификации с вашей стороны, — отрицательно покачав головой, произнёс я, спокойно добавив: — Изучить придется здесь и сейчас. Вызывайте своих советников или писарей. Быстрее начнём — быстрее закончим.

По мере того как моя речь переводилась на зорканский, лицо Висхары менялось. Сначала насмешка с раздражением, затем откровенный гнев.

— Ты и правда думаешь, что я на это пойду⁈

— Буду откровенен, Грот, — не обращая внимания на его интонации, безэмоциональным тоном начал я. — В этих бумагах нет ничего кроме мира. Твоя империя обязуется отказаться от любых посягательств на нашу звёздную систему, планету и расу людей. Не более. Всё детально и просто прописано. Но не стоит думать, что если мы так мало просим, у нас нет возможности взять своё силой, — и следом, сделав шаг прямо к лицу ящера и пронзительно его оглядев, со сталью в голосе добавил: — Не подпишете вы, подпишет другой наследник. Помимо вас, их ещё три имеется.

Намёк был весьма прозрачен: принцы нынче дохли как мухи, и никто сейчас не был способен прийти на помощь будущему императору зорканской расы, если он решит идти на рожон. Но как бы там ни было, одних лишь слов Гроту оказалось недостаточно.

— Смеешь мне угрожать⁈

Это были не просто слова — от тела принца в тот же миг разошлась неконтролируемая волна энергии, вот только мне до неё совершенно не было дела — отмахнулся и не отвёл взгляда. Даже не поморщился.

— Искренне желаю договориться, — ответил, доброжелательно выставив перед собой открытые ладони.

Вторую часть фразы о том, что, если с этим не получится, я готов действовать радикально и агрессивно, придержал при себе — принц и так всё отлично понимал. Моей же целью было обставить ситуацию по возможности так, чтобы он сохранил лицо и после подписания бумаг не таил на меня и наш мир злобу. А между делом, прижми мы его сейчас к полу и под страхом смерти заставь подписать нужное нам соглашение, однозначно всё так и будет. Разумному, обладающему большой властью, очень тяжело отказаться от мыслей о мести. По себе знаю… Лучше уж тогда действительно отправлять Грота в расход и переходить к переговорам со следующим на очереди наследником…

К нашему общему благополучию, что-то в голове Висхары всё-таки щёлкнуло. Тут и за жизнь в пору было беспокоиться — не мог он теперь не брать в расчёт ту толпу одарённых бойцов, что сейчас находилась в его спальне помимо меня. Да и со мной в противостоянии один на один справиться не вышло. Собственные же телохранители, до того момента как мы его порешим, не факт, что успеют прорваться внутрь. А ведь я ещё даже не задействовал демонов, в присутствии которых принц ничуть не должен был сомневаться. Так что, как ни погляди, расклады не в его сторону.

Ну и вдобавок, Висхара должен был переживать и о жизни своей супруги. Та, к слову, молодец — пыталась не отсвечивать и лежала на кровати, прикрывшись каким-то уж очень странным мешковатым одеялом. Никак особый защитный материал… Иначе чего в него так закутываться? Впрочем, плевать.

Я тоже держал марку: слова о том, что в случае провала переговоров мы будем искать возможность договориться с другим наследником — вовсе не блеф. И это должно было чувствоваться. Да и что касается самого соглашения: не просили мы ведь о чём-то запредельном или унизительном! И уж тем более не старались склонить противника к вассалитету, либо какому другому позору, что мог бы подмочить честь и репутацию Грота. Лишь отказ от всяческих угроз и попыток вмешательства, не больше.

В итоге, первый наследник всё же протянул руку к документам и, отойдя от окна, вернулся к креслу, в которое и уселся их изучать. Благо этих самых кресел в спальне имелось два, помимо того, что всегда в таких случаях устанавливали для меня демоны.

Времени ушло на изучение соглашения минут десять, хотя по-хорошему, чтобы всё прочитать, достаточно было и минуты. Но мы терпеливо ждали. Я, переговариваясь с бесами и получая от тех справки о происходящем за дверью, смотрел в окно. Ну а прибывшая со мной команда вояк продолжала наблюдать за всем со стороны, одновременно выполняя страхующие от возможного штурма функции.

Ящеры, к слову, не переставали суетиться. Снаружи, вокруг каждого из трёх имевшихся в помещении окон, находилось по целому отряду Минзари. Те только и ждали отмашки на штурм. Но на этот счёт я не переживал — здесь была зона контроля демонов. Только дёрнутся — и большая часть, лишившись страховочных тросов, тут же полетит вниз. Не спасут даже реактивные ранцы, уж тёмные об этом позаботятся.

Возникло желание выглянуть наружу и махнуть зелёным рукой, но не стал — ни к чему сейчас это ребячество.

— Сюда направляется мой специалист. Прикажите, чтобы не препятствовали , — наконец нарушил мои мысли голос Грота, небрежным движением головы указывая в сторону моих людей.

Молча кивнув, я отдал распоряжение бойцам обеспечить проход вызванному принцем ящеру, но в то же время приказал усилить бдительность. Не стоит исключать попыток охраны Висхары проявить чрезмерное геройство — слишком многое на кону, чтобы верить зелёным на слово.

Принц провёл ладонью над браслетом по левой руке и завис на несколько секунд. Уже через минуту раздался стук в дверь, которая после короткой паузы распахнулась. Следом внутрь вошёл немолодой худощавого вида ящер, в бордовом кожаном костюме по фигуре, и тут же поклонился принцу. Вид у него был не самый свежий и даже слегка помятый — вероятно, вырвали прямо из постели.

— Вызывали, Абето хун? — перевела мне его речь Кали.

— Прочти, изучи, огласи своё мнение, — коротко, без каких-либо объяснений произнёс Висхара и протянул тому мою папку.

Юрист, как я про себя принял его называть, уважительно склонив голову, тут же подступил ближе и осторожно принял документы, чтобы следом же отойти с ними на почтительное расстояние и удариться в чтение. На меня и присутствующих в помещении людей он нервно косился, но никакого любопытства выказать себе вслух не позволил.

Следующие пять минут они с Гротом неспешно переговаривались, по отдельности обсуждая каждый пункт соглашения. Кали старательно переводила мне их слова, но не улавливая в том ничего важного для себя, я в какой-то момент попросту перестал слушать.

Конечный вердикт юриста, как нами и ожидалось, заключался в том, что никаких угроз такое соглашение Талаакской Империи не несёт. Кроме, конечно же, невозможности без нарушения оного совершить вторжение или любое другое посягательство на суверенитет, свободу и целостность нашего мира и даже звёздной системы. Юристы Романовых постарались составить весьма дотошный и обстоятельный текст, который уже мои демоны под руководством Кали и нескольких пленных ящеров из числа пленных арайа перевели на язык зорканцев.

— Если позволите, Абето хун , — уже под самый конец, возвращая документ принцу, произнёс ящер, — подписывать подобное я всё же бы не советовал. Незачем нам подобным образом связывать себе руки, даже если действительно нет намерения подчинить их мир .

Грот коротким и молчаливым жестом приказал юристу покинуть помещение, следом сосредоточив своё внимание на мне.

— Что я получаю взамен? — озвучил Висхара, едва дверь за спиной слуги закрылась.

— Взамен? — приподнял бровь я.

— Именно. Или вы считаете, что я приму эти условия в одностороннем порядке?

И вновь я отказался от варианта повести себя грубо и прямолинейно. Пригрозить, надавить силой, взять своё, продемонстрировав противнику его уязвимость и слабость, когда он наконец сделал шаг навстречу — не тот путь, по которому, как мне казалось, стоило следовать в общении с Гротом. Он ведь не только первый наследник престола, с наиболее широкими политическими возможностями и властью, но и, что немаловажно, лидер той партии в совете их империи, которая выступала против войны с Землёй. И я в крайней степени не хотел, чтобы его позиция на этот счёт изменилась. И если дальше мыслить в этом направлении, то и смерть главного сторонника мира, коим он для своего электората и политических оппонентов является, однозначно могла бы сыграть с нами дурную шутку.

Если не дай бог выяснится, что к убийству Грота причастны земляне, это с немалой долей вероятности даст партии «ястребов» все карты. Первый наследник пользуется большой любовью народа, также за ним стоит и силовой блок, и в конце концов, возможно даже сам император. Устранение такой фигуры — это не только очередной повод для мести и появление новых кровных врагов, но и вполне себе реальная причина для зорканцев уже на полном серьёзе воспринимать нас как опасную угрозу. Причём степень этой самой угрозы, которую несут земляне в таком случае, вырастает до таких высот, что игнорировать её уже будет попросту нельзя…

Так что убийство принца — это в некоторой степени выстрел себе в ногу, а потому остаётся как самый крайний вариант, если уж договориться с Гротом у меня никак не выйдет. По практически тем же причинам, равносильно было и унижение собеседника. А значит имело смысл стараться договариваться.

Я также занял место напротив Висхары. Вот тогда и настало время торга. Говорили долго, около часа. В первую очередь условились обменяться пленными — в нашем соглашении этот пункт имелся изначально, и я не удивился, когда аналогичное требование прозвучало в ответ. Также Грот запросил ответное обязательство с нашей стороны не нападать и не проводить диверсии на территории Талаакской Империи. Здесь было много нюансов и моментов, которые пришлось обсудить, чтобы напрочь не отрезать самому себе возможность посещать их планету, а также, в случае чего, провести диверсию.

Помимо этого, Висхара пытался затребовать от меня защитные артефакты, которые бы смогли прикрыть его дворец от действия тёмных чар — никак разочаровался в тех бесполезных скульптурках, которые мы в явно недостаточном количестве повстречали во дворце. Вдобавок те оказались ещё и разряжены, о чём я разумно предпочёл умолчать. В итоге по этому вопросу я его оставил ни с чем — честно заявил, что преграды подобного рода совершенно никак не мешают мне перемещаться в пространстве. Формулировка была достаточно общей, чтобы оказаться правдой, но Гроту пришлось довольствоваться и этим.

К слову, я в своей жизни настолько привык не использовать ложь, что только задним числом потом осознал, что в случае, когда используется полностью лояльный мне переводчик, говорить она ему и обещать могла буквально что угодно.

Но нет, конечно же, нет. Мне нужна была честная сделка.

Кому-то даже могло показаться, что переговоры прошли максимально удачно и положительною, если бы под самый конец принц не заартачился.

— По предоставленным мне данным, вы, князь Черногвардейцев, не являетесь единоличным правителем той планеты, интересы которой сегодня представляете. Можно сделать вывод, что никакого права, а также полномочий подписывать какие-то документы от лица планеты Земля, у вас нет. Собственно, даже ваши гарантии безопасности не могут иметь юридической силы. Любой предводитель хотя бы самого маленького государственного образования может легко провести свою армию через портал и предпринять атаку на наши объекты. И никакой ответственности по условиям нашего соглашения за подобный прецедент вы нести не будете.

Да уж… обычное «мы не бьем вас, вы не бейте нас», в таких случаях не работало. Множество нюансов, подводных камней и переплетений интересов… Разговор пошел на третий круг, и во времени я уже стал откровенно теряться. Находившаяся в помещении команда моей поддержки и вовсе заскучала. Но куда деваться? Важность переговоров трудно было переоценить, и терпеть придётся всем столько, сколько будет нужно.

— И тем не менее, вы со мной разговариваете, — с короткой улыбкой отреагировал я, решив по порядку отвечать на озвученные замечания. — Значит не сомневаетесь в моих возможностях. И смею вас заверить, что правильно делаете. У меня есть рычаги влияния, способные обеспечить выполнение ответных обязательств. Мои полномочия также признаются сильнейшими семьями планеты. Главная гарантия для вас — это то, что исполнение условий договора в наших интересах. Да и кровь на документе — лучший стимул держать слово, в том числе и нам.

Да, по договорённостям, к которым мы с принцем пришли, окропить бумагу своей кровью придётся не только ему. Думаю, во многом именно поэтому от дальнейших возражений Висхара и отказался. Даже с учётом того, что в моём случае ответственность весьма размазана и во многом подразумевает лишь аннулирование соглашения, их сторона ничего не теряла — просто останутся при своих. Так что есть у меня полномочия или нет — уже не важно.

И насчёт своих слов о признании сильнейшими семьями Земли моего права находиться здесь я не лукавил: во-первых, благодаря содействию Романовых уже несколько десятков государств Азии и Африки были готовы признать полномочия моего рода подписывать документы о «Вечном мире». Макет примерного договора мы всем предоставили, оставалось только получить обратную связь в виде подтверждающих документов. Этим и придётся заниматься по возвращении. Ну а после, вероятно, мне уже в составе Ордена Хранителей, который я серьёзно намеревался возглавить, придётся добиваться согласия всего остального мира. Потому как была уверенность, что кое-кто начнёт вилять задом, не желая сковывать себя каким-то обещаниями. Но ничего, инструменты воздействия, как говорится, имеются…

Заветную подпись в двух экземплярах договора о Вечном Мире Грот выводил уже в тронном зале, под объективом нескольких земных видеокамер, которые протащили мои бесы, а также при свидетельстве всей нашей штурмовой команды. Миссия была почётней некуда — все имена бойцов и предоставленных императором наблюдателей, которых, подумав, я решил также перенести во дворец Висхары, в расширенном тексте документа были указаны.

Покидали Талаакс все в приподнятом настроении, хоть и понимали, что работы на этом фронте ещё очень и очень много. Впрочем, главное сделано — угроза существования нашей цивилизации снята. Подписанный кровью договор о ненападении внушал спокойствие — это не просто «хоть что-то», это, вероятно, тот максимум, который был вообще возможен. Худой мир лучше любой войны — думаю, это высказывание вполне неплохо подходило к сложившейся ситуации. Тем более что и «мир» был в нашем случае не такой уж и худой…