Лица у посланников Хашима были растерянными. Элай принимал их в Зале церемоний. Утонченный и изящный, он повторял очертания судебного, но за счет богатой инкрустации в мраморных стенах выглядел роскошнее и, по сути, представлял собой тронный зал, предназначавшийся для короля, когда тот находился в Тайезе. То, что сейчас его место занял Элай, служило одним из прозрачных намеков для гостей.

Их оказалось двое: мужчина и женщина. Первый носил офицерское звание, у второй должность звучала крайне расплывчато и не давала никакого представления о роде ее деятельности. Лишь когда прозвучала фамилия посланницы – вей-Джаббах, стало ясно, что она принадлежит драконьему роду, но родилась человеком, а не драконицей. Умей она оборачиваться и обладай неуязвимостью, занимала бы какую-нибудь серьезную должность, а не носилась у принца на побегушках.

Настоящими драконами королевская династия дорожила – их рождалось слишком мало. Потому Аштар и стал для них такой угрозой.

А сейчас к тому же у посланников были все шансы из дворца больше никогда не выйти.

– Не понимаю, о чем вы толкуете, ваше высочество, – уже третий или четвертый раз, как попугай, повторял офицер Хашима. – Отряды отправлены сюда из Эсаргоса исключительно для охраны побережья. Приказ его высочества Хашима звучал так: «Оказать помощь командиру стражи Тайеза в борьбе с пиратами». Если вы не снимите магическую преграду со входа в гавань, мы не сможем сотрудничать.

Элай с раздражением потер переносицу. Встреча с посланниками продолжалась не очень долго – всего около четверти часа, но все это время она шла по кругу. Создавалось впечатление, будто эти двое нарочно игнорируют принца, талдыча одно и то же, либо Хашим заранее о чем-то догадывался и отправил сюда самых тупых своих подчиненных, которых не жалко потерять.

Кроме отряда стражи, которая сопроводила посланников от порта до дворца, в зале присутствовали только Аштар, Мирале и я. Старик сначала еще пытался вежливо объясниться с гостями, затем замолчал. Я и вовсе не стала открывать рот. Что-то в происходящем казалось странным.

– Вы меня слышите? – Элай указал на ларец, который перед посланниками держал слуга. Размера сундучок был ровно такого, чтобы в него поместилась человеческая голова. – Никакую преграду я снимать не буду. Если вы не понимаете сложно, то давайте я для вас упрощу: возвращайтесь обратно на корабли, передайте мой подарок Хашиму и затем убирайтесь обратно в столицу. Никакая помощь в борьбе с пиратами в Тайезе не нужна.

– Ваше высочество, – на сей раз голос подала женщина, бросив нервный взгляд на ларь, – прошу прощения, кажется, возникло какое-то недопонимание. Мы не можем вернуться, пока не выполним свою задачу – охрану побережья. Приказ его высочества Хашима был четким – помочь городу отбиться от атликийских пиратов. Если вы не впустите нас в гавань, мы не сможем защитить город.

– Бред какой-то, – едва слышно пробормотал Мирале, стоявший рядом со мной, и громко произнес: – Ваше высочество, кажется, наши гости намеренно тянут время, давая возможность захватчикам подготовить новые козни. Предлагаю отправить их к дворцовому палачу. Может быть, его компания сделает уважаемых посланников разговорчивее.

– Хорошая мысль, – согласился принц. – Стража!

– Ваше высочество, это какая-то ошибка! – испуганно воскликнул офицер. – Наши отряды присланы из Эсаргоса исключительно для охраны побережья. Приказ его высочества Хашима звучал…

– Стойте!

Властный окрик Аштара заставил стражников, уже шагнувших к гостям, замереть. Дроу, как и в Зале Дивана, занял место у плеча Элая, на возвышении, но сейчас спустился и встал напротив офицера, сузив глаза и пристально глядя на него.

– Как зовут твою мать? – четко спросил Аштар.

Взгляд мужчины заметался по залу.

– Это ошибка. Наши отряды присланы…

Аштар резко развернулся к женщине.

– А если я сейчас перережу вам обоим глотку?

– Возникло недопонимание, – слабо ответила она. – Мы должны выполнить задачу по охране побережья. Приказ его высочества Хашима…

Перестав слушать, дроу вернулся на возвышение.

– Палач не поможет, лучше разбудите Хведера. По-моему, на этих людях заклинание, которое не позволит им сказать ничего иного, кроме как несколько заданных фраз, как бы они этого ни хотели.

– Такое что, правда возможно? – удивился Элай, глядя на меня.

Я кивнула.

– Да. Но меня беспокоит кое-что другое – где тот, кто это заклинание наложил.

Мы переглянулись.

– Стража! – опять позвал принц. – Сколько было человек на лодке, которая отплыла от галер?

– Пятеро, ваше высочество! – уверенно ответил один из мужчин, которые привели во дворец посланников.

– Четверо, – тут же сказал второй стражник, оглянувшись на товарища. – Пятеро не может быть. Как ты себе это представляешь – три гребца? Посланников же двое.

Первый стражник нахмурился.

– Да нет, гребцов двое было.

– А кто тогда пятый?

– Я… ну…

Его лицо аж покраснело от натуги, но вспомнить явно не получалось. Лишь глаза начали бегать по залу так же, как у офицера, который все повторял про ошибку и приказ Хашима.

Элай перевел взгляд на второго стражника.

– А по-твоему, на лодке было два гребца и два посланника?

– Нет, три посланника, – не задумываясь, ответил он.

– Ты же только что сказал, их было четверо.

Мужчина сдвинул брови.

– Четверо, да. Два гребца и… ну… четверо же должно быть, как, в самом деле, могло быть три посланника? – забормотал он себе под нос.

– Мне что, весь отряд сюда вызвать? – возмутился Элай.

– Не утруждайся, – мрачно посоветовала я. – Они будут повторять ту же нелепицу.

Аштар тихо выругался.

– Мы большие молодцы. Прямо у нас под носом в город преспокойно приплыл хелсарретский маг, и мы это прозевали. Если у него хватило сил навести чары на целый отряд стражи, то и мои наблюдатели в порту его пропустили.

– К сожалению, наверняка так и есть, – кивнула я. – Только, думаю, это были не чары, а маскирующий амулет, поэтому стража и путается: гребцом был лишний человек на лодке или представителем принца.

– А есть разница, заклинание или амулет? – недовольно потряс головой Мирале.

– Есть, – сухо ответила я. – Заклинание влияет только на тех, кто находится рядом в момент колдовства. Оно могло сбить с толку отряд, но не всех наблюдателей в порту. Амулет, после того как его задействуешь, закрепляет чары на носителе и работает долго, особенно если он в руках кого-то настолько опытного, как королевский маг. А я думаю, Хашим подослал к нам именно его. Это значит, что маг наверняка уже покинул порт, пройдя прямо под носом у стражи. Он может быть где угодно, хоть во дворце.

– Стража! – рявкнул Элай. – Отведите этих людей…

Видимо, он хотел сказать «в тюрьму», но передумал – посланники вряд ли жаждали оказаться под чарами с перспективой закончить у палача за то, что своим попугайством разозлили принца.

– …куда-нибудь и продолжайте охранять. Срочно приведите к ним Хведера – пусть снимет заклинания. Все прочие вон, кроме моих советников!

Стражники, которые теперь выглядели не менее растерянными, чем представители Хашима, вывели их из быстро опустевшего зала. Я, похоже, теперь входила в число советников, потому что меня на выход никто не попросил.

Как только мы остались одни, принц грязно выбранился, вскочил с трона, подошел к решетчатому окну и уперся в стену предплечьем, глядя на виднеющееся вдалеке море. Галеры убрали паруса и все еще покачивались у перегороженного входа в гавань.

– Хашим действует хитрее, чем я думал, – процедил Элай. – Зачем ему хелсарретский маг в городе? Почему он просто не летит сюда?

– Потому что знает, что здесь буду я, – ответил Аштар, который подошел к окну следом за ним и держал руку на черном мече. – Альго с его маниакальными подозрениями насчет меня наверняка сообщил своему хозяину, что в городе готовится мятеж с моим участием. Хашим не одержал бы столько побед в битвах, если бы не осторожничал. Нужно усилить охрану у запасов зерна и воды на случай осады.

– Думаешь, маг подослан для этого? – принц покачал головой. – А мне кажется, он идет по мою душу.

– Убить дракона он все равно не сможет, – возразил Мирале.

– Убить – нет, но большинство причиняющих боль заклинаний на драконов действует отлично, – проворчал он. – Да и насчет убийства уже нельзя быть так уверенным. Если Аштар раскрыл секрет, то и другие смогут.

– Не смогут, пока я сам не передам его, а я этого пока не сделал, – отрезал дроу. – Ты дракон, Элай, подобает ли тебе трястись от страха, пока враг орудует уже не на пороге, а внутри твоего дома? Подумай, где он может нанести самый ощутимый удар, чтобы подорвать твою власть в Тайезе.

– Если бы эта власть еще была, – мрачно ответил принц. – Она держится только на вас двоих с Мирале. Ты – моя армия. Мирале – казна.

– А Хведер – магия, – добавил старик. – Королевскому магу вряд ли известно, что Аштар тоже маг, но о том, что Хведер встал на сторону Аштара, он наверняка уже знает. Ослабить тебя, лишив единственного волшебника, было бы умным ходом.

– Хелсаррет сам отдал Хведера, чтобы тот выяснил секрет Аштара, – нахмурился Элай. – Зачем им устранять северянина и таким образом остаться без тайны, за которой они столько охотились?

– Хелсаррет одной рукой дает, другой отбирает, – сказала я. – Хведер уже жаловался мне, что королевский маг будет бить в полную силу, без оглядки на то, что они оба работают на обитель. Но я все же не думаю, что Хвед в опасности. Или что королевский маг будет атаковать.

– Почему? – Аштар приподнял бровь. – Сейчас лучший момент для удара – задушить мятеж, пока он не охватил всю провинцию.

Я медленно набрала в грудь воздух. Правильно сформулировать смутное ощущение оказалось не так-то просто.

– Ты мыслишь как воин, а не как маг. Тебя всю жизнь вела определенная цель, и ты готов пожертвовать чем угодно ради нее. Но ты свободен и подчиняешься только себе. Хелсаррет… он подавляет. Большинство неофитов стремятся туда за богатством и властью. Однако, завершив обучение, они обнаруживают, что всецело зависят от обители и обязаны делать то, чего хотят наставники, а не они сами. Учитывая, сколько магу приходится терять, чтобы заработало заклинание даже самого низкого уровня, мало кто искренне рвется выполнять чужую волю. Резиденции Хелсаррета в городах чаще всего впечатляют простонародье ловкими трюками и фокусами, которые к колдовству не имеют никакого отношения. На простейшие чары вроде «счастливой руки», – тут я не удержалась и бросила косой взгляд на Мирале, – богачи тратят целые состояния. Амулеты и прочие артефакты, продающиеся в резиденциях, создают в основном те самые неофиты в обители, которые еще не научились рассчитывать силы и не знают, сколько потерь способны вынести. Я не знакома лично с королевским магом, но он человек наверняка опытный. Я бы поставила на то, что он в первую очередь будет думать о себе и не станет торопиться с приказами принца, а спрячется и выждет момент, который позволит ему решить проблему одним ударом. Рассеивая наши силы на множество целей, мы лишь создаем еще больше брешей в обороне.

Поколебавшись, Аштар кивнул.

– Здравое рассуждение, но усиленная охрана запасов не помешает. Чтобы их испортить, колдовать не нужно, достаточно всего лишь высыпать яд, а маскирующих амулетов у высокопоставленного мага может быть сколько угодно. Хведеру эскорт я тоже обеспечу. Он ему в любом случае теперь необходим – боевой маг Погибели Драконов не может бродить в одиночку. Прости, Мэль, тебе это не понравится, но охрана из дроу с этого часа появится и у тебя.

Мне действительно была не по душе мысль, что за мной повсюду будет следовать толпа темных эльфов. Я без этого обходилась даже тогда, когда считала, что за моей жизнью могут прийти неуловимые гашишшины.

 – Королевскому магу недоучка ни к чему. Я даже ритуал очищения от чар не смогла сама провести, понадобилась помощь Хведера. Никто не станет тратить силы, чтобы избавиться от меня.

– Альго считал иначе, – многозначительно заметил Мирале.

Я мрачно глянула на него. Кто его за язык тянул?

– Он прав, – тихо сказал Элай, все еще наблюдающий за неподвижными галерами. – Хашим не знает о ваших отношениях с Аштаром. Альго был уверен, что ты моя любовница, следовательно, так будут думать и мой брат с его магом. Когда погибла Лейла, я чуть с ума не сошел и успел натворить много глупостей, пока слегка не пришел в чувство. Тебя могут попытаться убить, чтобы мою крышу опять снесло к демонам.

– Охрана нужна каждому из нас, – подытожил старик. – Кого из нашей пятерки ни тронь, все рискует разлететься на куски.

Принц вдруг ударил кулаком по стене. Это было так неожиданно, что я вздрогнула. Элай крайне редко выказывал истинные чувства.

– Почему этот паршивый сын осла и обезьяны просто не может прилететь сюда? – процедил он. – Может, нам стоило бы потопить галеры и выманить его…

– Чтобы он улетел обратно и в следующий заход привел к нашим стенам всю армию Сенавии? – ехидно уточнил Мирале.

– Я отдам приказ утопить шестьсот человек только в одном случае, – ответил Аштар, – если станет ясно, что они собираются на нас напасть. На кораблях уже должны были понять, что дело неладно. Галеры могли бы отойти от гавани и поискать другие места, чтобы пришвартоваться, однако они стоят на месте. Вам не кажется это странным?

– Может, командование там тоже в растерянности? – предположила я.

– Настолько в растерянности, что на всякий случай подослало к нам в тыл королевского мага, – проворчал старик.

– К нам и подсылать никого не надо. Первая же проблема – и мы начали ссориться между собой, – Аштар сложил на груди руки. – Вы все здесь прекрасно знаете, что я уже разбивал войска Хашима и что в этот раз не дам ему уйти. Мы собирались его выманить – этого плана и будем придерживаться. Посланники все еще у нас, и они могут знать что-то о том, с какой целью мага отправили в Тайез. Как только Хведер снимет с них чары, у нас появится шанс это выяснить. Если галерам надоест ждать и они решат отойти от города, я просто не позволю это сделать.

– Как? – прямо спросила я, глядя ему в глаза.

Он посмотрел на меня.

– Магией.

– И какую цену ты заплатишь?

– Точно выверенную, – сухо ответил Аштар. – Я бы с радостью вырезал хоть всю армию Сенавии, оставив ее без защиты. Это вам нужно думать о том, что шестьсот обученных воинов могут присягнуть Элаю после смерти Хашима и помочь разделаться с другими претендентами на престол.

Мирале вздохнул и похлопал в ладоши. Звук хлопков гулко разнесся по пустому залу и затих где-то среди мраморных арок.

– Ты, как всегда, прав, генерал. Рядом с тобой я начинаю чувствовать себя ребенком.

– В этом нет ничего удивительного – ты вдвое младше меня, – ровно сказал дроу.

– С королевским магом-то что делать? – подал голос Элай. – Ждать, пока он не нанесет удар?

У Аштара, казалось, был ответ на все.

– Сами мы его найти не сможем, значит, пусть его ищут те, кто умеет думать так же, как он. Вызови во дворец хелсарретских магов из резиденции на Храмовом холме.

– Я делал это уже с десяток раз, – возразил принц. – Они отказываются со мной сотрудничать. У них мировой баланс, видите ли, и прочая чушь.

– Вызови, – повторил Аштар. – Начнут сопротивляться, предупреди, что тогда к ним приду я. И нет никаких гарантий, что от их резиденции после этого останется хотя бы один целый камень.

– Подобные угрозы магам слишком рискованны, генерал, – заметил Мирале. – Даже драконы много раз пытались запугать Хелсаррет и добились не так уж много.

– А я тот, кто убивает драконов, – спокойно сказал дроу. – Меня они послушаются.

Я искоса бросила на него взгляд. Аштар выглядел невероятно уверенным в себе, и пока причин сомневаться в нем не было – он оказался тем редким мужчиной, чьи слова не расходятся с делом. Но если он станет моим мужем, мне придется точно так же расплачиваться за его решения, как сегодня – Нисе за Альго. Однако пугало меня в этом не то, что я могу отправиться в тюрьму, как племянница.

Аштар и так уже много раз танцевал на острие ножа. То, что он не погиб в руках Хашима, будучи его пленником, по-моему, было чистейшим чудом, которое второй раз не случится. Чем эльф пожертвует в следующий раз и чем это закончится? А как же наше счастье? Не благо для всего королевства, а та самая маленькая, личная радость, которая нужна всем женщинам и включает дом, детей, маленький садик и улыбающегося мужа, живого и здорового?

Проклятье. Я начинала понимать, куда исчез Тахат и почему Аннатэ осталась с детьми на острове одна.

Бравада эльфа убедила Элая, однако Мирале скептически поджал морщинистые губы.

– Мне стоило бы довериться опытному военачальнику, но уж прости, я старый человек, и у меня нет впереди еще ста пятидесяти лет. Мне свойственно волноваться, и в твоем ультиматуме магам с Храмового холма меня беспокоит, что из них торговцы втрое лучше, чем из меня, а я этим занимаюсь всю жизнь. То, что мы проделали с утра, было красочно, и все же, глядя на нас с позиции Хелсаррета, я бы не поставил на нас ни ломаного гроша. Тебе нужно иметь что-то очень ценное, чтобы торговаться с магами, при том что даже за секрет убийства драконов они дали тебе лишь Хведера.

Уголки темных губ Аштара слегка приподнялись.

– Это не они мне дали Хведера, а я настоял на том, чтобы моим магом стал именно он.

Мирале, не сдаваясь, покачал головой.

– Так или иначе, у нас очень слабые позиции для торговли. Ты провозгласил себя и Мелевин богами, только подтверждений этому пока не видно, а пустые слова ничего не весят. Чтобы выпутаться из этой ситуации, хотя бы одному из вас стоит найти в себе божественные силы. А сейчас прошу прощения, раз мы все равно вынуждены ждать, я займусь улаживанием беспокойных настроений среди знати.

Поклонившись, он вышел из зала. Я некоторое время провожала взглядом его слегка сгорбленную старческую спину со сцепленными за ней руками.

А ведь Мирале, джинны бы его побрали, попал в самую точку.

После того как он ушел, не стал задерживаться и Аштар.

– Мне нужно расставить стражу, – сказал он, обращаясь к Элаю, затем повернулся ко мне и вздохнул. – Полагаю, ты так и не надумала возвращаться в поместье?

– И не надейся, – хмыкнула я.

Отдохну, когда жизни перестанет угрожать столько всего…