— Чего? — сдвинув брови, удивленно промолвил я.

— Моё видение…

Признаться, я и не надеялся, что провидица возьмёт и сразу сообщит мне о каких-то деталях произошедшего видения. Обычно ей требовалось немного времени чтобы прийти в себя, собрать мысли в кучу, всё вспомнить и упорядочить в голове. И только после этого она шла ко мне в кабинет, где мы обстоятельно и по пунктам пытались воспроизвести увиденную ею картину. Сейчас же, судя по тому как девушка на меня вытаращилась, мне предстояло выслушать её сразу.

— Постарайся в подробностях мне его описать, — отметив, что Соня некстати замолкла, нарушил образовавшуюся паузу я.

— Х-хорошо… — кивнула она и, сглотнув, одарила меня каким-то странным, грустным взглядом. — Это была спальня. По крайней мере там присутствовала большая кровать… Вы сидели в кресле. Ваши друзья у вас за спиной. Напротив этот… ящер. Зорканец. Тоже в кресле. Это был их принц… Ещё между вами, но немного сбоку, стоял другой ящер. Она переводила, — постоянно делая паузы и без остановки теребя края своей футболки, буравя пространство перед собой, повествовала она. — Вы разговаривали спокойно. Даже улыбались… Но это не помешало зорканцу в какой-то момент атаковать. И спустя десяток секунд как это произошло, вы резко схватились за голову… Ребята тоже! А дальше… дальше всё было очень плохо, Алексей Михайлович!.. Вам нельзя к ним, понимаете⁈ — под конец едва ли не в слезах воскликнула Соня.

— Тише-тише… Всё будет хорошо, — попытался успокоить я девушку, отмечая как её медленно одолевает истерика. — Ты меня предупредила, молодец.

Получилось не сразу, но уже спустя минуту Соня сидела передо мной в относительно спокойном виде. Мне, к слову, от её слов тоже не мешало бы немного выдохнуть. Потому как и без того от планируемого мероприятия веяло нешуточной опасностью, а с учётом слов провидицы — и вовсе угрозой гибели. Причём не только моей лично, но и тех, кто пойдёт со мной. И если рисковать своей жизнью я вполне себе привык за эти годы, то относиться к жизням и здоровью Максима со Стёпой без должной осторожности было для меня непозволительно. А ведь именно их я и собирался взять с собой на эту задачу.

Надо думать…

— Давай ты попробуешь рассказать мне всё с самого начала, а я запишу? — доставая телефон и включая диктофон, произнёс я, отбросив атаковавшие голову мысли.

К слову, классно придумал. А то достало постоянно всем всё пересказывать…

* * *

Сразу после завтрака Алиса сообщила мне, что испытывает надежды уже сегодня разрешить вопрос со своей охраной. Противиться просьбе супруги я не смог, да и не было в этом совершенно никакой нужды — подумать о своём поведении у группы Николая время было, и сейчас чтобы не превратить это всё в фарс и унижение, я и сам был не против процесс форсировать.

Варианта было по сути два: первый — поговорить с князем по телефону, что в данном случае воспринялось бы совершенно нормально, и второй — сделать это уже воочию. Поразмыслив над тем, что для скорейшего разрешения ситуации мне всё равно придётся переправлять телохранителей Алисы в Тюмень, я решил и сам туда слетать. Да и супруга была только рада от новости, что выпала возможность погостить дома.

Вдобавок ко всему сказанному, надо мной внезапно навис Максим. Известие о том, что все желающие направляются в Тюмень, не могло оставить его равнодушным. Товарищ тут же напомнил мне о моём обещании, которое я во всей окружающей суматохе последних дней позволил себе бесстыдно забыть… Да и что уж там! Ой как не вовремя он придумал своё сватовство! Да только как уже откажешь другу, когда действительно обещал? Тем более, что мы-то все успели жениться, а он вон ходит… мается.

В общем случилось так, что прибыли мы в Тюмень в мой особняк одной большой толпой — даже Алину с собой прихватили.

Кажется, судьба завтрашнего учебного дня заранее предрешена — в университет мы рискуем не успеть.

* * *

Тюменская резиденция встретила нас вполне себе уютной обстановкой. Особняк, в отличие от московского, был несколько поменьше, но то же самое отнюдь нельзя было сказать про территорию, на которой он расположен. Радовало, что с момента прошлого нашего визита, когда мы принимали княжича Меншикова с моими тётками, здесь всё ещё оставалось чисто — за двое суток до этого приёма мне пришлось заказывать клининг, а затем и переправлять самолётом слуг, чтобы дом привели в порядок и подготовили к вечеру.

Впрочем, когда мои родственники наконец увидели цель своего визита в Тюмень, до возможной пыли на люстрах или шкафах им точно не могло быть никакого дела. Хорошо посидели, к слову, но в полной мере уважить Олега мне всё же не удалось — княжич будто заворожённый прицепился к этой змеиной башке — продай, да продай… Но я пошёл в отказ. Откровенно говоря, жалко почему-то стало… Хотя в будущем может и сделаю ему подарок даже, но к этому надо бы себя мысленно подготовить. А вот так сразу — нет. Мне, может, те воспоминания дороги… А ещё их лица было приятно и одновременно весело наблюдать!

Несмотря на имевшуюся возможность задержаться дома, мы с Алисой почти сразу переместились в её родовое гнездо — нас во дворце Белорецких уже ждали. Друзья же пока что решили погулять по моему саду и покормить ёжиков, а кто — подготовиться к сватовству. Как только вопрос с охраной Алисы будет решён, мы должны будем направиться уже в другое поместье. На этот раз графское.

Усадьба Белорецких встретила нас радушием. Едва оказались внутри дома, княгиня нас расцеловала и лично направила к столу. Евгений Константинович спустился пятью минутами позже, с его появления и начался обед.

— Что расскажете, молодёжь, как семейная жизнь? — начал разговор князь, поочерёдно нас с Алисой оглядев.

— Нормально… — немного не ожидав вопроса, ответил я. — Живём. Всё хорошо.

— Лёша очень заботливый, — добавила к моим словам супруга, прижавшись к моему плечу. — И добрый.

— Молодые, счастливые… — с улыбкой нас оглядывая, довольно отметила княгиня. — Мы рады за вас. И что в гости нагрянули рады. Не стесняйтесь с этим.

— Будем стараться, — расслабленно улыбнувшись, ответил я, немного смущаясь того факта, что прибыли мы в Тюмень по делу.

Правда, разговор об этих делах случился не ранее чем через пару часов с того момента как мы сели за стол. Анна Владимировна всегда казалась мне очень мягкой и доброй женщиной. По крайней мере в моём присутствии она всегда именно таковой и выглядела. И как по мне, такие качества — большая редкость для представителей аристократии.

Единственный раз, когда я видел её в ярости и в состоянии крайнего напряжения, случился примерно десять лет назад. Тогда возле городской резиденции Белорецких случился серьёзный прорыв и стая гигантских изменённых волков из другого мира атаковала их дом. Помню я тогда свою будущую жену с помощью Кали переместил подальше от опасности, а следом попросил девочку позвать мать. Вот тогда-то она и ворвалась к нам в помещение, словно разъярённая фурия. Княгиня однозначно была готова порвать любого за своего ребёнка. Собственно, так случилась наша первая встреча с тёщей. Правда, увидев дочь в здравии и относительной безопасности, Анна Владимировна тут же изменилась в лице и немного успокоилась.

Сегодня княгиня активно поддерживала разговор, улыбалась, изредка о чём-то нас с Алисой расспрашивала и совсем не напоминала женщину, которую я увидел в тот страшный день. Но это только если говорить об эмоциональной составляющей и о той энергетике, которая окружала её в миг опасности. Что же касалось лица и в целом внешности Анны Владимировны, то мне отчетливо казалось, что она не постарела ни на один день за всё время нашего с ней знакомства. Магия.

Так незаметно разговор подошёл к теме сватовства молодой графини.

— Значит, время пришло, считаете? — задумчиво кивнул князь, пока женщины о чём-то довольно между собой шушукались.

— Давно пришло, — ответил я. — Только за всеми этими делами и праздниками всё откладывалось.

— Что ж… дело молодое. Кто сватом будет?

— Я и родной отец Аверина.

— Ожидаемо, — всё тем же задумчивым тоном говорил Белорецкий и следом неожиданно добавил: — С вами поедем. Алина мне как дочь — не могу пропустить такое.

И это были не просто слова. Я не понаслышке знаю сколько дел и забот у человека такого уровня как Евгений Константинович. И вот так вот взять отложить это всё и поехать к брату — немалого стоило. Мне однозначно нравились тёплые взаимоотношения в этой семье.

— Но сначала наше дело, — вырвал меня из рассуждений князь, краем глаза отмечая как оживились наши женщины. — Что с охраной делать решил?

— Так ясно что… — тут же посерьёзнел я, встречаясь взглядом с собеседником. — Они мне присягу принести должны, чтобы доступ в дом получить. В противном случае, назад в ваш род верну, а Алисе выберем телохранителей из числа моих людей. Другого выхода не вижу.

Грешным делом подумалось мне, что князь сейчас начнёт что-то выдумывать или пытаться продавить какой-то другой вариант работы своих людей в моём особняке, но он в два счёта мои не самые приятные ожидания перечеркнул. Даже стыдно немного стало.

— Нечего тут думать, Алексей. Я людей освобожу от присяги, а ты их примешь к себе. Несмотря на некоторые случавшиеся в прошлом оплошности, они верные ребята и за Алису жизнь положат — сам знаешь.

Я знал. Кому как не мне об этом было знать…

— Надо было это сразу сделать… — облегчённо вздохнула Алиса.

— Ждал, когда вы созреете, — коротко улыбнулся князь, переводя взгляд с дочери на меня.

А я в этот миг понял, что вопрос этот им был решён давно и заранее. Своеобразная проверка! Единственное, что мне нужно было сделать — это прибыть сюда и поговорить. А я вместо этого усложнил себе и людям жизнь, заставил жену понервничать и потратил собственные ресурсы времени и немного нервов.

Впрочем, бойцы Николая сами полезли в бутылку, спровоцировав Святогора. Хотя… не по указке ли своего бывшего господина они это сделали? Так сказать, чтобы привлечь моё внимание к делу и ускорить процесс? Смотря на задумчиво улыбающуюся физиономию тестя, я не смог полностью отбросить этот вариант. Правда и уточнять тоже не стал.

— Тогда сейчас и поставим точку, — кивнул я, отринув ворвавшиеся в голову размышления. — Скоро ребята окажутся у вас во дворе.

И не обманул — спустя пару минут Николай и его бойцы переминались с ноги на ногу в гостиной княжьего дома. Во дворе их по приказу Евгения Константиновича ожидали и по прибытии тут же проводили внутрь особняка.

* * *

Кабинет Клаудии Беннет был оформлен в строгом английском стиле: деревянные панели, кожа, покрытый дорогим ореховым лаком огромный стол, с винтажным торшером на поверхности, целых две стены под шкафы с книгами и два гостевых кресла, помимо того, что принадлежало хозяйке. Перед столом лежал светло-бежевый с бордовыми узорами уютный красивый ковёр, привлекавший внимание всякого гостя, кто оказывался удостоенным аудиенции герцогини. Иных же она встречала в совсем другом месте — это было рабочее пространство.

— Ваша Милость, можно? — после короткого стука дверь отворилась и внутрь слегка просунулась голова темноволосого мужчины.

— Входи, — нервно бросила Клаудия.

— Как вы просили. Здесь всё, — решительно шагая к столу, на ходу произнёс мужчина, следом протягивая в сторону хозяйки кабинета папку с бумагами.

Среднего роста, с ровным пробором и аккуратно уложенной набок чёлкой, в строгом чёрном костюме-тройке, он застыл перед герцогиней безмолвной статуей, уставившись прямо перед собой. Поза не выглядела напряжённой, но взгляд вошедшего и абсолютная неподвижность его фигуры у стороннего наблюдателя могли вызвать ощущение, что перед ними стоит робот, а не живой человек.

— Изучил?

— Да, Ваша Милость, — коротко ответил мужчина.

— Тогда докладывай самое важное, Джефф, чего застыл?

— Как прикажете, — совершенно не реагируя на раздражённый тон госпожи, отрапортовал вошедший и следом принялся выполнять приказ: — Данные о том, что ни одному из зашедших в прибрежные воды Габона кораблю уцелеть не удалось — подтвердились. Мы также изучили записи радиообменов диспетчерских групп и вынуждены подтвердить ещё одну неприятную информацию — авианалёт был осуществлён исключительно силами нашей собственной авиации. В сухом остатке выходит, что наша Авианосная Ударная Группа прибыла к Габону, подняла бомбардировщики, а после сама же себя уничтожила.

— Сама себя⁈ — взревела от ярости Беннет. — Ты считаешь, они сами себя уничтожили⁈

— Всё верно, Ваша Милость. Я так и сказал. Если не вдаваться в детали…

— А мне именно что и нужны детали!

— Если опустить лишние размышления, то никто не верит, что несколько десятков пилотов могли разом перейти на сторону врага, — холодным беспристрастным тоном ответил Джефф. — Это дело рук демонов.

— И так всем ясно, что Черногвардейцев приложил к случившемуся свои лапы, — фыркнула герцогиня. — Что мне говорить на совете⁈

Последняя фраза была брошена в сердцах, и то, что никто у стоявшего перед столом мужчины подсказок и напутствий не спрашивал, он отлично понимал. Впрочем, молчать тоже не стал.

— На текущий момент, мы ведём переговоры с несколькими семьями, обладающими светлыми дарами. Придётся щедро заплатить, но они помогут нам с защитными чарами.

— Защитными? — недобро оскалилась Беннет. — Я хочу уничтожить этого выродка! А не запираться в защите!

— В этом направлении работа также идёт, — безэмоционально кивнул мужчина, всё так же глядя перед собой.

— А что касается этой помощи от светлых… ты ведь в курсе, что вместе с ней одним пакетом поставляется и отряд шпионов, которые будут рыскать по нашим объектам?

Джефф коротко кивнул, не посчитав нужным как-либо комментировать вопрос. По-видимому предполагалось, что в таком случае придётся выбирать меньшее из двух зол.

— С имперскими фанатиками переговоры вели? — немного успокоившись, озвучила очередной вопрос герцогиня.

— Да. На текущем этапе переговоров, сотрудничать отказываются. Хотя для всех ясно, что именно у них сейчас самый большой опыт противостояния с демонологом. А ещё доступ к знаниям предков.

Информация о серии убийств и пожаров в домах и библиотеках родов, имеющих принадлежность к светлому дару, проявилась в голове Клаудии неприятной болью, переходящей в очередной приступ раздражения. Так уж случилось, что после уничтожения демонологов по всему миру, два десятка лет назад, Ордену Хранителей понадобилось также ослабить и тех, кто от случившейся резни супрессоров получил больше всего. Не нужны они стали, как было принято тогда считать. Но до откровенного геноцида всё-таки не дошло.

Не коснулась эта беда только клана Светлицких, что находился на территории Российской Империи.

— Эти русские в своё время позволили фанатикам неслыханно подняться… Хотя договор был совсем другим, насколько мне известно, — проговорила в пустоту перед собой женщина, вспоминая разговоры с отцом, и следом, с рвущейся наружу злостью добавила: — А ещё они умудрились провалить задание с уничтожением наследников Михаила! Хранители два десятилетия успешно отправляли на тот свет каждого мелкого ублюдка, что имел хоть какой-то шанс взрастить в себе тёмный дар! По всему миру! А эти…

Бросив себе под нос несколько неразборчивых проклятий, Беннет резко поднялась на ноги, и, ухватив с собой ранее полученную из рук помощника папку, направилась в сторону дверей.

— Подготовьте переговоры с русскими в обход императора. Я лично буду их проводить.

— Будет сделано, Ваша Милость.