22

Эпилог

— Куда вы отправитесь, Эмилия? — спросил Скрипач. Они стояли сейчас у входа в коридор, на улице, и ждали, когда вернутся остальные.

— Домой, в Контортус, — ответила та. — Вот что я скажу вам, странник. Умирать лучше всё-таки дома, как мне кажется. Особенно если ты связан с этим домом неразрывно. К тому же до фатальной сизигии ещё лет восемьдесят, так что, думаю, я успею и насладиться жизнью напоследок, и уладить дела.

— Какие именно? — Скрипач улыбнулся.

— Отправить отсюда беглецов вместе с Парви, и пристроить куда-нибудь милого Фатума, который уж точно не заслужил моей участи, — ответила Эмилия. — А я сама… пожалуй, я создам свою радиостанцию, и буду вволю слушать музыку, которая мне по нраву.

— Не обижайте тех, кто станет Тленом, — попросил Скрипач. — Они ни в чём не виноваты.

— Что с ними делать? — спросила Эмилия. — Я бы не хотела никого убивать. Да я и не смогу.

— И не надо, — из коридора вышел Ит, подошел к Эмилии и Скрипачу. — Обеспечьте им безопасность и поддержку, по мере сил. На время адаптации лучше их изолировать, дальше — многие вполне успешно смогут и работать, и жить, как раньше. А потом… вы уже сами всё сказали.

— Хорошо, — кивнула Эмилия. — Жаль, что всё заканчивается вот так. Вообще всё. Но поделать ничего невозможно.

— Вы уверены в этом? — спросил Ит.

— Да, к сожалению, — по лицу Эмилии пробежала тень. — Понимаю, вам сложно признать неизбежность смерти, но мы, все, подобные мне, уже смирились. Наше сердце пыталось подать вам весть, но она, кажется, не осознала, что смысла в этом действии нет. Всё предрешено.

— Точно ли всё? — Ит пристально посмотрел на Элин. — Откуда вам это знать?

— Мойры перерезали последнюю нить, — сказала Эмилия спокойно. — Наше поле цветов… оно становится всё чернее с каждым часом. Связи рвутся, цветы умирают. А у Стрелка больше нет сил, чтобы поднять ружьё. Колокольчик звонит всё отчаяннее, но выстрел не последует. Думаю, вы знаете, о чём я сейчас сказала.

— Вот даже как, — Скрипач нахмурился. — Впрочем, ничего удивительного. Мы столько лет транслировали этот образ, и вы увидели его, верно?

— Так и есть, — подтвердила Эмилия. — Слепой Стрелок, сила, создающая следующий шаг. Вот только шага больше не будет. Вы это знаете не хуже меня.

— Вы в этой системе — всего лишь демиург, — сердито произнес Скрипач.

— А вы — всего лишь Архэ, — засмеялась в ответ Эмилия. — Ладно, хватит об этом. Мне понравился ваш корабль, — сказала она. — У вас очень хороший корабль. И вот я думаю, может быть, я имею право напроситься на небольшой подарок? Цивилизация Локус не сговорчивая, а мы с вами друг другу, кажется, понравились.

— Что именно вы хотите? — спросил Скрипач с интересом. Кажется, он и сам обрадовался, что Эмилия решила перевести разговор в другое русло.

— Радиостанцию, — тут же ответила Эмилия. — Самую мощную и хорошую. Такую, чтобы мои передачи смог услышать весь мир. Это будет радиостанция судного дня. Если нам всем предстоит умереть, так пусть хотя бы смерть моего мира станет красивой. Как вам такая идея?

— Ну, одной радиостанции для этого маловато, нужны будут ретрансляторы, и всякое такое, — Скрипач задумался. — Наверное, мы сможем это устроить. Тем более что нам в любом случае нужно будет тут дождаться Брадов, которые решат судьбу цивилизации Локус. Ну, то есть они решат судьбу эгрегора Парви, потому что он на самом деле отделен от вашего, а дальше — думаю, их заберут. Они тут действительно чужие.

— Заберут, ага, — покивал Ит. — Западный репозиторий они заберут. А воплощенные аристократы, вероятно, останутся на месте. Здесь. Только без Парви, и без резервных копий. Хотя как знать.

— Сандру жалко, — Элин тоже вышла на улицу, и подошла к собравшимся. — Они сейчас рассматривают себя, свой истинный облик, и… Вот честно, ни Сандра, ни Дрейк не заслуживают смерти.

— Никто не заслуживает, Элин. Никто, — с грустью сказал Скрипач. — Из тех, кто не причинял зла, разумеется, а они уж точно не причиняли. Арно, конечно, подонок ещё тот, и его смерть меня бы не огорчила, вот только если принять во внимание его мотивы… Он, и его коллеги, запаниковали, и приняли решение спасти расу, причём даже не себя, а последующие поколения тех, кто являлся принадлежностью погибшего репозитория. Решили перехватить власть и влияние. Но они не знали всего. Они не знали правды. Может, если бы знали, не пошли бы на такое?

— Незнание правды не даёт права на убийство, — ответил ему Ит. — Согласись, рыжий, довольно часто бывает так, что человек, или не человек, интуитивно чувствует, что совершает нечто ужасное, но ему до того подарили некую правду, и предложили в неё поверить. То есть настоящей правды он не знает, и подчинился чужой неправде. Ты ведь понимаешь, к чему бы это привело в данной ситуации? Миллионы солдат пошли бы жертвовать своими жизнями, якобы ради победы великого востока над коварным западом, чтобы — что? Чтобы некоторое количество нэгаши получили возможность воспроизводить потомство в репозитории, о существовании которого никто из этих солдат в жизни бы не узнал. Никто из потомков солдат не пережил бы катастрофу, а они остались бы в живых. Вот тебе и модель Арно. Нравится?

— А сам как думаешь? — спросил Скрипач.

— Это мерзко, — вздохнула Элин.

— Вот и я о том же. А Эмилия, при всём уважении, не сумела бы их остановить, потому что ни она, ни Фатум против войны ничего сделать бы не захотели. Демиурги бывают очень разными, и вас, Эмилия, эта ситуация бы, возможно, устроила. Потому что вы — Тория, одно из отражений Тории, а она существо весьма специфическое. Вы ведь не против войны, верно? — спросил Ит.

— Не совсем так, — возразила Эмилия. — Я не люблю войны, но признаю их необходимость для прогресса и развития цивилизации. Хотя… именно эта война действительно была бы лишена всякого смысла. Пусть они доживут так, как есть. И я вместе с ними.

— Мудрое решение, — согласилась Элин. — Это правильно.

— Скажите, а статьи, которые вы приносили, писал ваш корабль, или вы сами? — вдруг спросила Эмилия у Скрипача.

— Сам писал, — пожал плечами тот. — А что?

— Вы ведь всё равно ещё несколько дней проведете с нами. Напишите ещё чего-нибудь, — попросила Эмилия. — У вас действительно талант, мне понравилось, читателям тоже.

— Ладно, — усмехнулся Скрипач. — Напишу. Так и быть. Но только немного, потому что нам пора двигаться дальше.

— Куда вы направитесь? — спросила Эмилия. Она посерьезнела, и сейчас смотрела на Ита и Скрипача испытующим тревожным взглядом. — Неужели вы считаете, что вам действительно необходимо рассмотреть как можно больше погибающих цветов? Кажется, вы их видели уже достаточно.

— Ну, ещё один нам в любом случае придётся увидеть, — вздохнул Ит. — А может, и не один. Но один точно.

— Так, я опять что-то пропустил? — с подозрением спросил Скрипач.

— Есть у меня пара идей, — ответил Ит. — На корабле расскажу. Если коротко, то, думаю, нам с тобой предстоит закрыть один гештальт. И ты легко догадаешься, какой именно, после слов Эмилии.

— Ты хочешь… — начал Скрипач, но Ит предостерегающе поднял руку.

— Да, — сказал он. — Возможно. Я понял это только сейчас. Спасибо, Эмилия. Вы сказали, что выстрелов больше не будет?

— Именно так, — подтвердила она.

— Вероятно, в таком случае, важен именно последний выстрел, — беззвучно произнес Ит.

— Ты хочешь сказать… — Скрипач растерянно смолк.

— Да, — так же тихо ответил Ит.

Конец второй книги

Январь — апрель, 2026 г.

Москва