С телепатией, то есть банальным ожидавшим меня просвечиванием мозгов, разобрались. Со зрением тоже. Стал понятен курс на Сатурн, где только местные специалисты могли излечить Сашку от слепоты.

Я предположил: может, дело в том, что наследного принца сбили с толку какой-то особой, нарисованной с помощью голографии растровой таблицы?

Хамон Тута пожал плечами.

– Все может быть. Таких версий может быть множество.

Василь Василич горячо поздравил меня с открытием.

– С каким?

– Ты сумел отыскать еще одну версию. Теперь дело сможет сдвинуться с мертвой точки.

Сашка засмеялся.

…мы сидели в уголке, в котором ютился принц.

Дед Крайзе вообще отличался неизбывной тягой к такого рода укрытым подвалам, подземным ходам, таинственным пещерам. Сказывалось, видно, сказочное происхождение из лесных богов – фавнов.

Сашка нашел мою руку, слабо пожал ее, потом поинтересовался:

– Как мы на Сатурн попадем?

Дед предупредил:

– Я ничего говорить не буду, а то опять что-нибудь скажу. Если по правде, я уже голову сломал, размышляя, как мы до планетарного гиганта доберемся и в какой конфигурации?

– На боевом челноке.

– На каком челноке? – не понял дед.

Я раздумчиво поделился:

– Говорят, какие-то пустынные бегуны в Нангакане объявились. Зайчихи утверждают, – я указал на Сашку, – по его душу пожаловали.

Сашка призадумался.

Я попытался успокоить его.

– Ты этим монстрам поддайся, а мы уж подсобим. Помощников позовем.

Тутанхамон объяснил:

– Помощники не помогут. Ты этих марсианских бегунов не знаешь. Они любого скрутят. У них силушки немерено. И подготовка классная. Только у нас на Меркурии их раз-два – и обчелся. Те, которых я знаю, были изгнаны с Красной планеты и прибились к Гавиланам. Нормальные ребята, очень сильные.

– Как насчет медведей? – поинтересовался я. – Волков матерых? Лосей-чудовищ? Только живорожденных, а не в пробирках созданных?

Заметив скепсис в пустых глазах Сашки, я добавил:

– Можно также абасов[4] на помощь позвать. Или великого воина-ворона.

– Это кто такой? – заинтересовался принц меркурианский.

– Предводитель местных сибирских духов. Он на искуживов и прочих симулякров, особенно из охранного племени, очень отрицательно настроен. Пусть померяются силой.

– Ты это серьезно? – спросил Сашка.

– Вполне.

– Ты, Мишаня, в своем гробу от безделья совсем свихнулся, – заявил принц. – Кто с хорошо изготовленным боевым бибрионом, обладающим стандартным набором убойных программ, или собранным из человечины киборгом совладать сможет?

– Те же абасы. Я слыхал, они когда-то, от рождения мира, столько зла натворили, что трудно пересказать. По призванию творили, по убеждениям, но, чтобы над человечиной, тем более над таежными животными издеваться, выделывать из их плоти всяких монстров, этого они себе никогда не позволяли. А тут еще ядерным ударом их долбанули. Они теперь на всех симулякров злые.

Принц решительно заявил:

– Без меня! Я с кошаками-охранниками на родине мирно жил. Сдаться им я, конечно, сдамся. Если сценарий будет толковый… Со мной им придется поцеремониться, но бегать от них наперегонки с зайцами не буду. Глаза не позволяют.

– Надо, Саша, надо! Если хочешь прозреть, придется принять участие в этих маски-шоу. Пусть твои киборги полюбуются на чудеса, которые им приготовила матушка-Земля.

* * *

Непривычного вида брутальные коты появились у нас в поселке на следующий день к вечеру. Ростом они были под два метра, широкоплечие, мускулистые, накачанные так, что мышцы выпирали из отверстий защитных комбинезонов. Из-под расстегнутых верхних заклепок выступала кошачья шерсть. На человечьих руках – кошачьи когти пугающих размеров.

Первым делом гости зашли в трактир. Сели в углу. Видно, для начала решили с обстановкой ознакомиться, Сашку послушать.

Я сидел за соседним столиком, и их скудное, едва слышимое мурчанье вполне отчетливо доносилось до меня. Кошачье мурлыканье было отчетливо структурировано человеческими согласными, что позволило мне проинтуировать главное – вредить принцу им было категорически запрещено.

«…только в крайнем случае. Если выхода не будет, хлопните его из плазбума[5]. Но это в крайнем случае!»

Я отметил про себя странное дополнение к приказу любой ценой доставить Сашку на Меркурий живым и здоровым.

Интуиция расширилась, и я уловил тень страха в голове одного из котов.

«…явимся мы на Меркурий с покаянием, начнем оправдываться – это не мы стреляли… случайно вышло… мы ничего поделать не могли. И дальше что?»

В мурлыканье командира разорвано прошуршало – «…с какой стати Гордону Гавилану в этом деле светиться?»

Хотелось бы поподробнее ознакомиться с их заданием, но их мысли угасли. Они чокнулись кружками с пивом.

* * *

Я подошел к стойке и поинтересовался незваными гостями. Женщина, ни слова не говоря, подозвала здоровенную, в метр ростом, ходящую на задних лапах трехцветную кошку, работавшую в трактире уборщицей. Голова у нее была размером с голову новорожденного младенца.

Зверюга, как умеют только кошачьи, в растяжку, обнажив клыки, зевнула и неожиданно на вполне понятном русском «новоязе» представилась:

– Мурка. Если желаете, можете называть меня Леопольдовной.

Я с трудом удержал едва не отпавшую челюсть и ответил:

– Зови меня Мишустиком.

Мурка кратко, с пропуском слов и оборванными концами предложений объяснила:

– Я к ним за заказом… Один из них мой… знакомый. Я от него котенка на Марсе родила, Шнурком назвали. Уведу с собой… на ребенка полюбуется. Может, совесть проснется. Это их разом с толку собьет. Командира искать – такого еще не случалось.

Буфетчица подтверждающее кивнула.

Я решил воспользоваться драматической ситуацией с брошенным котенком.

– У тебя подруг нет? Чтобы их всех пристроить?

– Еще чего! За кого ты наш род кисок-мутантов держишь? – невозмутимо, вполне по-кошачьи объяснила кошка. – Мы тебе не как-нибудь кто, а кто-нибудь как. Ты к мышам обратись. Эти – кошачий спецназ, они все со звериными повадками. Стоит им самую плохонькую мышь учуять, сразу о задании забудут. Я знаю… Ничего человеческого в них нет – только лови, хватай, тащи, с жертвой поигрывай.

Глубочайшее знание кошачьей психологии, проявленное мутанткой Муркой – кошкой по виду и философом по сути, – поставило меня в тупик. Но дело оставалось делом.

Я поинтересовался:

– Как же мне к мышам лицом повернуться? Времени с гулькин нос.

– На улицу… и зайти со двора. Я ихнего вожака Перандыча пришлю.

«Вечер становился томным» – так, кажется, выразился в первобытные времена знаменитый юморист. Кто бы мог подумать, что древний автор окажется провидцем, и мне, великому хранителю, придется договариваться на заднем дворе с мелким седошкурным Перандычем. Тот поначалу крутил хвостом, увиливал, но, когда я припугнул его Василь Василичем, извечным хранителем в том числе и их мышиных шкурок, ответил вполне вразумительно.

– От нас-то что требуется?

– Этих двух в чувство привести. Пусть почувствуют при всей их кошачье-человечьей мощи, что их исконное занятие (ловля мышей) – не самое важное.

– Ага, а если они моих сородичей переловят да казнь им египетскую учинят?

– А вы не поддавайтесь. Заманите их к пятой опоре, там их волки в оборот возьмут.

– А что, волки уже мышами брезговать начали? Тоже нашел гуманистов!..

Я пообещал мышам полную безопасность. Поклялся именем мышиного короля.

– С волками проведена воспитательная работа. Им строго указано: когда решается судьба поселка, а тем более всего Тахтамыгденского уезда Сибирского улуса, я уж не говорю о порабощенной Земле, следует вести себя сознательно. Тебе, Перандыч, вновь хочется ядерного удара отведать?

– Нет, не хочется.

– Так в чем загвоздка?

Седовласый мышь призадумался, потом спросил:

– А какого мышиного короля ты упомянул?

– Повелителя подвалов Мыша XXII, который Щелкунчика едва не слопал. Он Крысиную книгу написал. Хочешь славословие зачитаю?

– Не надо. Верю. Если от Мыша Двадцать второго, поможем.

* * *

Когда Мурка собралась увести из-за столика старшего из пустынных бегунов, двое спецназовцев вскочили, двинулись вслед за начальником, однако тот остановил их.

– Сидеть. Следить за целью. Сопровождать до дома, там скрутить. Обездвижить, чтобы двинуться не мог.

Один из кошачьих мордоворотов осклабился.

– От нас не убежит.

Сашка между тем затянул любимую всем посетителям «Вот кто-то с горочки спустился», однако чутья ему хватило переиначить песню на современный, подходящий моменту лад.

Этот вариант привел публику в дикий восторг. Двое оставшихся пустынных бегунов с кошачьими головами и могучими человеческими фигурами начали подмяукивать певцу, тем самым снимая напряжение, которое испытывали бойцы из моего добровольческого отряда, глядя на непрошеных гостей, у которых, возможно, что-то недоброе было на уме.

Скоро спецназовцы набрались так, как обычно напиваются вырвавшиеся в самоволку человеческие особи.

Из трактира они вышли, поддерживая друг друга за плечи. Помогал им Куприян, прозванный Прокурорчиком, с которым заезжие спецназовцы скорешились после того, как Сашка спел «По диким пустыням Плутона».

* * *

Битва котов с мышами разгорелась на окраине поселка, возле сгоревшего сарая, крышу которого одним концом пробила ферма монорельсовой дороги.

Для начала один из котов, одетых в форменные комбинезоны отряда пустынных бегунов, зацепил когтем маленького мышонка, бросившегося ему под ноги, однако коготь оказался слишком велик, чтобы с ходу полакомиться добычей.

Мышонок вырвался и приземлившись, бросился наутек. Пушистый спецназовец попытался еще раз подхватить детеныша, и в этот момент его окружило войско мышей. Мутант радостно взвизгнул, и оба приятеля начали ловить окруживших их серых разбойников. Размеры и, конечно, алкогольное опьянение помешали котам провести целенаправленный захват добычи. Мыши выскальзывали из-под когтей, кусали незваных гостей за ноги, потом все скопом бросились в сторону упавшей фермы.

Мутанты, не в силах совладать с инстинктами, прыгнули за ними. Там, прижав войско мышей к стене полуразвалившегося сарая, они встали на четвереньки и принялись хватать лапами серых разбойников.

В этот момент у них из-под ног обрушилась земля, и оба полутораметровых, а то и повыше, кошачьих монстра провалились в глубокую яму. Я сразу задвинул железную крышку. Охранять непрошеных гостей я оставил деда Василича, а сам поспешил к Мурке.

Та уже провела разъяснительную работу с внушительным, человеческого вида громилой с кошачьей головой, державшим на коленях здоровенного пушистого котенка, игравшего с разряженным плазбумом.

Мурка объясняла мрачному, по-кошачьи редко, но во всю глотку зевавшему гостю:

– …так и будешь хищником по тайге бег-бег? Тебе, Мурк, из этой котовасии никак не выбраться. Неужели не понимаешь? Зачем вас, беглецов с Марса, послали? Вы чужие! С вами можно как с мятежниками. Привезешь принца – хорошо, Гавилан похвалит, а потом вниз, на поверхность, в подземный город, чтобы помалкивали. Или для верности несчастный случай – и кранты!

Не привезешь – военно-полевой суд. Каторжные работы. А то выдадут Марсу. Тогда взвоешь. Ты кому доверяешь – двуличному Гордону, которому я однажды глаз выцарапала, или своей жене? Помнишь, что ты мне о нем рассказывал?

– Что ты мне мозги… Я все варианты перебрал. Что так сплошной кошмарик, что так! Я Рудольфу доверял, он к звездам собирался. Сыну его… А Гордон всегда был на два лица, что-то тайное на уме держит, но теперь он командир, новый глаз ему вырастили и вставили, и я вынужден… его приказание… При первом разговоре потребовал беспрекословного повиновения, иначе, говорит, Мурке твоей не поздоровится, или просто сошлю тебя на Марс. Уму-разуму научат быстро там.

Мурка указала на меня, стоявшего в дверях.

– Вот тебе другой вариант. Слушать, что умный скажет. У него ни одной силиконовой или кремниевой жилки нет.

После такого хвалебного отзыва я невольно встал по стойке «смирно».

– Мурк, Тута Хамон готов к пересылке. Принц, говорят, был отчаянным пилотом, так что твоя помощь может не понадобиться.

Кот усмехнулся.

– Ага! Он, слепой, управляться как будет с челноком?

– С помощью телепатии. Я буду ловить твои сигналы…

– Ага, много ты понимаешь в управлении. Мне Куприян твои тайны выдал. Ты засланец ниоткуда, явился спасать принца?

– Да.

– Вот и спасай.

– Помоги нам! Много на борту челнока экипажа?

– Два бойца.

– Где они?

– На орбите. Скиммер замаскирован под шхуну.

– Какую шхуну? – не понял я.

– Орбитальная. Комплексная.

Я не стал углубляться в подробности.

– Ты со своей командой договоришься?

– О чем, мр-р-р, с ними договариваться. Они моя команда. Прикажу…

– Вот и прикажи! – настоятельно потребовал я. – В случае чего укроешься на Земле. Здесь, в Нангакане.

– Укроешься!.. Гордон хрен укроешься.

– Тебя немного переделают и будешь ты вполне законным мужем своей Мурки.

Я отчаянно фантазировал. Чувствовал – можно. Меня вела интуиция, как ее ни назови: сверхчувственным угадыванием, телепатическим предвидением, пророчеством, предсказанием.

– Что требуется? – спросил Мурк.

– С орбиты сообщишь на Меркурий-Прайм, что задание выполнено. Принц у тебя, только одно условие – он потребовал взять с собой двух его друзей с Земли. Думаю, король спорить не будет, разве что прикажет предъявить корешей. Предъявишь! Дождемся распоряжений, тогда и будем решать.

Я сделал паузу, потом добавил.

– …потом сменим курс и двинемся в сторону Сатурна. Доложим, что на нас напали пираты из Пояса.

– Глупо!

– Что глупо?

Мурк надолго задумался, потом заявил:

– В скольких авантюрах участвовал, но в такой глупой… – и развел лапами.

– Нам умничать некогда. Время не ждет. Как думаешь, Гавилан бросится нас искать? – спросил я.

– Сам не пойму. С одной стороны, племянник нужен ему живой. С другой, лучше мертвый. Участвовать в этом не будет. Официально Тута – его наследник. Один из наследников после сына Гордона. Почему так получилось, не знаю и знать не хочу. В этих тайнах Меркурианского двора останешься без головы.

– Ты уже по горло в этих тайнах.

Мурк устало кивнул и признался:

– Последняя экспедицию на Марипозу – я должен сопровождать прежнего короля Рудольфа. Несколько дней до полета мне предложили незаметно вставить в королевский челнок, в компьютер, какую-то программу. Сказали – для контроля! Мой начальник по службе безопасности сказал: для повышения надежности. Во-о как!

Мурк зевнул во всю пасть.

Это было жуткое зрелище – тигры так не зевают! С другой стороны, тигры никогда не считались профессионалами, а этот зевака был одним из лучших «джинни».[6]

– Без личного приказа влезать в компьютер короля отказался, – объяснил Мурк. – Был отстранен от полета на следующий день. Я, конечно, постарался держать язык за клыками, но кое-кто из службы безопасности начал коситься на меня.

Потом авария с королевским скиммером, странная… Меня никто словом не упрекнул.

Спустя срок Гордон лично приказал отправиться за наследным принцем. Его, как объяснил новый король, захватили земляне и держат в качестве заложника.

Объяснил – дело трудное. На Земле принца охраняют. Я, моя команда, должны, невзирая ни на что, доставить принца на Меркурий-Прайм. Живым и здоровым! – он подчеркнул.

Потом дал вводную: если не получится, живым его в руки землян не возвращать.

Мурк звучно и хищно мяукнул.

Выходило нелогично: с одной стороны, доставить на Меркурий; с другой, если угроза захвата, должен устранить его. Я переспросил:

– Сам?

– Да, чтобы наверняка. Принц якобы настолько ценный источник информации, что не должен попасть в руки врагов королевства Солнца. Зачем тогда вытаскивать с Земли?

– Что, у Меркурия есть такие отъявленные враги?

Мурк кивнул, потом продолжил:

– Я додумал. Таким способом король Гордон загнал меня в тупик. Заодно еще раз подчеркнул: жизнь принца ему дороже собственной.

После паузы Мурк добавил:

– Думай что хочешь, принцу лучше долететь до Меркурия или не долететь?

– Послушай, Мурк, нутром чую, наш единственный шанс сохранить мир и спокойствие в Солнечной системе – это жизнь принца. И, конечно, его зрение. Необходимо вернуть ему способность видеть – это главное условие.

Мурк еще раз коротко мяукнул, потом признался:

– О том, что принц ослеп, Гордон ни словом не обмолвился. Это неспроста, поэтому я и выслушал тебя.

– Поступай, как велит тебе совесть. Обопрись на согласие, ведь ты слышал о согласии?

Мурк протяжно, как могут только коты, зевнул.

Мурка сразу поняла – ей что, она знает кошачий язык.

– Мурк, это ловушка. Однако нельзя останавливаться.

Я согласился с Муркой.

– Лучшим решением будет спасение принца. Доставить его на Меркурий можно только зрячего. Сам диагноз, тем более метод лечения могут многое подсказать, но главное – ввести его в курс дела. Меня тоже.

Я не договорил.

Мурк глухо муркнул:

– Согласен.

Потом обратился к Мурке:

– Только ты того… жди.

– Буду ждать.