Нырнув в ночную темноту, пронизанную лишь тусклым звёздным светом, мы торопливо пробирались по знакомым тропинкам академического парка, пока не увидели впереди себя нашу парочку, спорившую о чём-то всю дорогу. Переговаривались они тихо, так что понять причину их разногласий не получалось. Хотя разве не могло быть так, что они чётко следовали намеченному плану, и вели себя подобным образом, чтобы привлечь внимание окружающих? Стоило об этом подумать, как тут же пришло понимание — нет, не могло. Да и никого поблизости не было, кроме нас.

— Как вам удалось переубедить лорда Элворда? — спросила я шёпотом, коснувшись руки леди Лины. — Он же был категорически против идеи меня заменить.

Как ни странно, но несмотря на заклинание невидимости, я словно чувствовала где она находится, угадывая движения и даже мимику женщины. Правда, может так и должно быть? На занятиях по основам владения силы нам рассказывали, что сильные маги могут вплетать в заклинание дополнительные элементы, позволяющие сделать его более действенным, похоже, это был именно тот случай.

— Я и не переубеждала, — улыбнулась леди, — просто Эл не смог допустить даже мысли о том, что мне придётся рисковать своей жизнью, и предпочёл надеть морок сам. Хотя если честно я пару раз упомянула, что этот поступок всего лишь тактический ход, не более того, который позволит нам выиграть главное сражение. Это немного успокоило его мужское самолюбие.

— Но лучше ему потом об этом не напоминать, — подытожила я.

— Вот с этим не поспоришь, — тихо засмеялась она.

Главные ворота академии оказались на ночь закрытыми, но лорду Элворду ничего не стоило усыпить стражников и пройти через боковую дверь, запечатав её магией. Пришлось леди Лине немного повозиться, чтобы пройти тем же путём, но при этом не попасться в поставленную Сумеречным ловушку. Он будто чувствовал, что мы ослушаемся и направимся следом за ними. Ну, или знал нас достаточно хорошо, чтобы понять — усидеть дома точно не сможем, когда над ними нависла опасность. Сигнальный маячок, установленный неподалёку от служебного входа, должен был предупредить его о нашем появлении, но леди Элина вовремя заметила тонкую магическую нить, протянутую над самой землёй.

Когда мы нагнали их во второй раз, городские башни уже виднелись на фоне вышедшей из-за облаков луны. Каменные стены опоясывали город по всему периметру, защищая от набегов как со стороны моря, так и со стороны суши. Это сейчас здесь стало относительно спокойно, после открытия магической академии, а несколько десятилетий назад и дня не проходило без того, чтобы кто-то не позарился на имущество добропорядочных горожан, будь то пираты или разбойники с севера.

Проникнув за городские стены уже проверенным ранее способом, мы оказались в переплетении небольших улиц. В этой части города я ещё не бывала, но леди Лина без труда продвигалась вперёд, держась вдоль стен, несмотря на то, что нас скрывало заклятие невидимости. Но подозреваю, при столкновении с незадачливыми горожанами оно нам вряд ли бы помогло: материальными мы быть ведь не перестали. Так что мне оставалось лишь благоразумно следовать примеру леди и держаться в тени, чтобы оставаться незамеченной.

Несмотря на позднее время суток, прохожих встречалось предостаточно, но даже среди такого количества людей появившийся из очередного переулка мужчина в плаще, тут же привлёк наше внимание.

Надвинув на лоб капюшон, он словно тень следовал за Риком и лордом, которого сейчас было не отличить от меня, ловко сливаясь с окружающим пейзажем. Изредка я замечала лихорадочный блеск его глаз, когда тот оборачивался назад, окидывая пристальным взглядом улицу, и от хищной улыбки на тонких бескровных губах, становилось не по себе. Незнакомец напоминал крадущегося хищника, наблюдающего за своей добычей, даже не подозревая, что на самом деле добычей является он сам.

Прикоснувшись к метке на руке, жнец хаоса активировал заклинание призыва, о чём мне шепнула леди Лина, и судя по тому что спустя примерно пару минут со всех сторон стали стягиваться подобные ему личности, оказалась права.

Чем больше прибывало жнецов, тем сильнее я начинала переживать. Справится ли Рик и Сумеречный с таким количеством, смогут ли вовремя закрыться щитами от ударов? Знают ли они вообще о том, что за ними ведётся слежка. Правда на последний вопрос спустя мгновение я получила ответ, когда наклонившись якобы для того, чтобы стряхнуть пыль со штанов, Рик окинул цепким взглядом улицу, подмечая малейшие детали.

— Они сворачивают к пустырю, — выдохнула леди, вцепившись холодными пальцами в рукав моего платья, — идём скорее, там всё и случится.

* * *

Мрачные тени мелькали вдоль домов, двигаясь к цели, но стоило показаться в конце улицы рыжеволосому мужчине, как всё моё внимание тут же переключилось на него. Я не замечала ни шума ветра, ни лая дворовых собак, учуявших присутствие чужаков, не существовало ничего кроме этого человека, внутри которого скрывался самый настоящий монстр — кровожадный, безжалостный, коварный, способный манипулировать окружающими.

От него буквально веяло тёмной силой, выстуживающей вокруг себя всё живое. Он не скрывал её, наслаждаясь тем, что под его ногами жухла трава, а от прикосновений засыхали деревья, превращаясь буквально на глазах в трухлявые пустотелые остовы. Превосходство читалось на его лице, и довольная ухмылка кривила губы. Очень хотелось стереть это выражение с его надменной физиономии но, уверена, за меня это сделает Сумеречный.

Мертвенный холод подбирался к самым ногам, покрывая инеем дорогу, но наткнувшись на незримую стену, выставленную леди Линой, остановился, будто прощупывая возникшую преграду. Только бы это не заметил рыжеволосый…

Но мужчина оказался слишком самоуверенным, и не считал нужным оглядываться по сторонам, поэтому не обращал внимания на происходящее вокруг. А следовало бы.

Тёмный маг скрылся в переулке, и я неосознанно выдохнула, ощутив только сейчас, насколько была напряжена всё это время. Обхватив себя руками, попыталась унять предательскую дрожь, но эмоции били через край, не давая успокоиться.

И как могла мама влюбиться в такого? Околдовал, не иначе. А когда пелена спала, открывая его гнилую сущность, она сбежала, защищая меня от верной гибели.

— Идём, — едва слышно позвала Элиния, напряжённо вглядываясь в опустевший переулок, — мы слишком далеко от нужного места и в случае чего не успеем прийти на помощь. Но держись всё время позади меня. Обещаешь?

— Обещаю, — выдохнула я, отбросив лишние мысли и сосредоточившись на происходящем, об остальном можно подумать потом, когда всё закончится.

Одно было ясно — впереди нас ждала непростая ночь.

Едва дыша, я следовала за женщиной, вслушиваясь в тревожную тишину, спустившуюся на землю. Затихли даже дворовые псы, ещё недавно рвавшиеся с цепей, ощущая нависшее напряжение, исходившее от пустыря. Казалось, всё замерло в ожидании чего-то неизбежного, способного перевернуть весь мир с ног на голову. Тем неожиданнее было увидеть яркие всполохи магической битвы, вовсю мощь развернувшуюся на окраине города.

— Эл поставил мощный заслон вокруг пустыря, — простонала Элиния, — похоже, чтобы обезопасить случайных прохожих.

— Или, скорее, обезопасить нас, — произнесла, мотнув головой, решив высказать вслух появившееся ранее подозрение.

Если в начале пути я была уверена, что у нас получилось перехитрить Сумеречного, то сейчас в это не верилось совершенно. Он точно знал, что мы идём за ними следом, но почему-то не вернул обратно. Вот только причины подтолкнувшие лорда к тому или иному действию понять не просто, поэтому я даже не пыталась.

— Не исключено, — протянув руку к вибрирующей перламутровой пелене, и тут же отдёрнув её, согласилась леди. — Но это забирает у него слишком много энергии.

Внутри барьера беспрестанно мелькали боевые файерболы, время от времени врезаясь в защитный экран. Было трудно дышать, поскольку ледяные тиски страха сдавливали грудь. Но боялась не за себя, а за Рика, сражающегося с превосходящим числом противника. Да, он был гораздо сильнее, чем они, но их ведь так много…

Родерик метался под куполом, стремительно нанося удары направо и налево, ставя блоки, отражая выпады и проводя контрзаклинания, тем самым заметно сокращая количество жнецов хаоса, в то время как Сумеречный был занят исключительно рыжеволосым. Но то, с какой мощью они бились друг с другом, покрывая трещинами землю, вызывая молнии и вихри, кружившие под куполом, заставляло содрогаться от ужаса.

Я видела, что на чужом лице отражалось непонимание. Оно и понятно, ведь перед магом стояла девчонка, никчёмное существо, появившееся на свет с одной только целью — передать ему, Властителю, свой дар. Но стоило Сумеречному сбросить морок, как тот сразу осознал свою ошибку. Великий тёмный маг попался на крючок как глупая рыбка, схватившая желанную добычу, оказавшуюся всего лишь наживкой.

Раздавшийся рёв был слышен даже сквозь защиту. Обернувшись, будто почувствовав, что за ним наблюдают, мужчина нашёл взглядом меня, и вся мощь его силы с яростью обрушилась на барьер, покрывшийся сеткой из мелких трещин. А ведь я была уверена, что невидима для всех. Наивная.

Лорд Элворд отвлёкся буквально на миг, отшвыривая подкравшегося со спины жнеца, но этого хватило, чтобы воздвигнутая им защита, рухнула, растворившись в воздухе без остатка.

* * *

Резкий бросок, и вот уже рыжеволосый в шаге от нас, но вокруг его горла тут же обвился магический хлыст, созданный лордом Элвордом, отшвырнув его назад.

Безудержная ярость отразилась на надменном лице, а в глазах начал разгораться огонь. Сила феникса. Я была уверена, что он призвал её. Но как? Откуда она у него..? Лишь стоило вопросу промелькнуть в голове, как тут же пришёл и ответ. От моей мамы. Не получив желаемого, он нашёл способ воздействовать на неё. И страшно даже представить, чем это могло закончиться. Только бы с ней не случилось беды.

Между тем сила феникса набирала обороты, создавая вокруг рослой мужской фигуры огненные всполохи, через которые не способны были пробиться боевые пульсары, а это могло обернуться для нас большой проблемой. В руках леди Лины начала разгораться золотистая энергетическая сфера, которую она без промедления собиралась пустить в дело, несмотря на то, что всё её существо противилось применению силы Высших ради разрушения, когда на теле мага внезапно появилась огненная сетка, повторяющая ток крови, причиняя мужчине невыносимые страдания. Точно такая же, от которой в своё время мучился Родерик. Вот только Рику помогала я, забирая избыточную силу, а желающих помочь рыжеволосому не было.

Упав на колени, он заревел будто раненый зверь, срывая с груди кристалл и активируя стационарный портал, видимо, собираясь бежать. Но вспыхнув, мерцающее марево тут же погасло, оставляя в руках мага вместо артефакта оплавившийся кусок металла.

— Сила огненных фениксов так просто не даётся. Тебя не предупредили? — усмехнулся Сумеречный, неспешно подходя к нему ближе.

— Не понимаю, что не так, — рычал мужчина, а под кожей уже бежал жидкий огонь. — Я же проверял, всё было хорошо. А-а-а, это всё Скайра, треклятая ведьма, обманщица. Но я выберусь из любой темницы, и месть моя будет страшна.

Рик оказался рядом, притянув меня к себе, вот только я упрямо смотрела на того, кто готов был пожертвовать своим ребёнком, ради собственных амбиций и алчности, но не чувствовала ровным счётом ничего — ни сострадания, ни жалости, ни радости от свершившегося правосудия. Что заслужил, то и получил. Пусть почувствует на себе всю ту боль, которую причинял другим столетие за столетием.

Не знаю, получилось бы у Властителя без чьей либо помощи усмирить бушующую в его теле стихию, но шанса ему не дали. Со стороны переулка полыхнуло карающее пламя, заключая его в огненный кокон, лишая малейшей возможности освободиться. Когда же огонь опал — на том месте, где находился мужчина, не осталось ровным счётом ничего. Да, из заточения, возможно, он рано или поздно бы выбрался, а вот из цепких когтей бездны уже вряд ли.

Обернувшись, я с замирающим сердцем глядела на женщину, неспешно идущую в нашу сторону, чьё бледное лицо казалось таким родным, что в глазах защипали слёзы. Увидев меня, она на миг остановилась, но лишь для того, чтобы раскрыть свои объятия, в которые я бросилась не раздумывая.

— Мама, — всхлипнула я.

— Моя девочка, моё солнышко, родная, — шептала она, прижимая к себе, — теперь всё будет хорошо.

И я в это искренне верила.