Знаешь, когда я жил в Лопатове монастыре лет 10 тому назад, ну дак вот какая история тут случилась при мне, уму помраченье. Недалеко от монастыря есть волость Пальшена — Пальшенская волость. Дело было по весне. Баба садила в огороде лук, на подмогу к ней приходит свекровушка, — баба и давай ее ругать: «Чего ты там запропастилась, не идешь садить луку?» — «Что ты ругаешься, ведь я с твоими ребятами вожусь, не оставить их одних. Вон, Маша-то побольше, дак и играет одна». В это время Маша, девушка лет 4, и бежит к матери по гряде, где насажен лук, та увидала и закричала на нее: «Ой, — говорит, — Никудимка-то тебя унесла, леший бы тебя унес, весь лук, — говорит, — истопчешь». Свекровь услыхала эти слова и говорит: «Полно, баба, говорить нехорошие слова, чего бы не случилось с Машей». — «Да ничего, небось не леший ее унесет, никуды не деваечче». — «А ты бы попридержала язык-то немного. Маша немного натоптала луку». Побранились бабы между собой и бросили. Известно, бабы дак бабы и есть.

Они побранились (рис. Л. Альбрехта)

Тут пришли три девушки-подруги, Маша-то и пошла с ними в поле на лужок играть. Играют ребята, и Маша с ними, только вдруг, откуда ни возьмись, прибегает большущий серый волк, схватил Машу в рот и понес в лес. Баба со свекровью в это время досадили лук, свекровь и говорит: «Поди, баба, поищи Машу, приведи ее домой». — «Да она и сама придет». — «Поди, тебе говорю, приведи». Баба пошла к ребятишкам в поле, где они играли, а они ей навстречу бегут и кричат: «Ой, тетушка, прибежал к нам серый волк, схватил Машу в рот и ушел в лес; несет, а она кричит: „Ой, мама, ой, мама, ой, мама!“» Тут у бабы сердце так и захолонуло. Собрали народ, давай искать Машу, да фига найдешь, когда ее леший унес. После-то видали ее, да поймать-то никак не могут. Один мужичок говорил, что неодинова видел Машу: «Вижу, — говорит, — ее, да все за канавой, большая канава, и полная воды, мне все представляется, перейти никак не могу». Так и пропала девушка. Ходила баба с мужем и к знахарю, который знается с чертями, да и тот поделать ничего не мог. «Нет, — говорит, — ничего не поделаешь, служите молебны, дак разве что будет, а то ничего не поделать».

Серый волк схватил Машу в рот и понес в лес (рис. Л. Альбрехта)