30. КСЕРО

На следующее утро, после выезда из отеля, я возвращаюсь в пентхаус и снимаю панель в задней части шкафа, которая отделяет его от остальной части крыши. Джинкссон сидит внутри с ноутбуком, на экране которого отображаются разные точки обзора по всему номеру.

Остаток вчерашнего вечера я провел, изучая острова архипелага. Всего их тридцать, восемь из них в настоящее время заняты. Мы начали с них, и Тайлер со своей командой проверил все возможные места для стрельбы.

Наша цель — вывести из строя Отца и его окружение, оставив в живых как можно больше людей, чтобы они помогли нам уничтожить X-Cite Media и найти базу убийц-детей. Я отказываюсь верить, что Отец просто бросил мальчиков, чтобы сосредоточиться на производстве снотворного. Каким-то образом эти два предприятия связаны. Это лишь вопрос времени, когда я выясню, как именно.

— Есть новости? — спрашиваю я Джинксона.

Он зевает, не отрывая взгляда от экрана.

— Рейс Камилы только что приземлился. Она на арендованной машине, едет за такси падре.

— Покажите мне, что происходит.

Он поворачивает компьютер, выводя изображение с камеры на приборной панели. На экране желтое такси движется по извилистому шоссе, проложенному между холмами.

— Камила, докладывай, — говорю я.

— Его один раз стошнило в самолете, и он уже дважды разрыдался. Ему понадобится помощь, чтобы дойти до вечеринки сегодня вечером.

— А как насчет миниатюрного заряда С4 в прямой кишке? — спрашивает Джинкссон.

Она усмехается.

— Доктор Диксон уже вставил ему эту взрывчатку, чтобы он не облажался в аэропорту.

— Сделайте ему укол лоразепама перед мероприятием. Есть новости от отца?

— Да, он создал групповой чат. Девять человек, включая его и Томаса.

Джинкссон присвистывает.

— Значит, он уже заработал полтора миллиона только на продаже билетов в первый ряд.

Я стискиваю зубы. Восемь человек, каждый из которых вложил по четверти миллиона. Это больше, чем мы зарабатываем на одном убийстве.

— Не говоря уже о том, сколько он будет зарабатывать на членстве и аренде контента за сто долларов в час. И все это без единого пятнышка на репутации.

Когда в пентхаус приходит уборщица, чтобы прибраться, я подключаюсь к зеркалу телефона преподобного и нахожу групповой чат. Вверху — сообщение от Дельты, приглашающее их заглянуть в его ближний круг. Он уже полон нетерпеливых откликов о съемках, а также комментариев о предыдущем фильме с Лиззи Бат в главной роли.

Каждый мужчина спрашивает, удастся ли ему встретиться с Долли, и приходит в восторг, когда узнает, что она сыграет в следующем фильме. Их восторг вызывает отвращение, но я заставляю себя вчитываться в каждый комментарий в поисках подсказок о том, где Долли и Дельта держат Аметист. В комментариях полно просьб, чтобы они первыми трахнули ее труп.

Ярость закипает во мне. Отец не планирует убивать свою жену. Он использует Аметист в качестве дублера Долли.

Джинксон читает через мое плечо.

— Это какое-то извращенное дерьмо.

В чате кто-то под ником Nemesis спрашивает, сколько гостей уже прибыло в "Рояль". Двое других мужчин упоминают, что у них поздний завтрак, и приглашают остальных присоединиться к ним в ресторане отеля. Судя по тому, как они болтают, они не в первый раз наблюдают за съемками X-Cite Media.

Я отправляю сообщение Тайлеру и его команде, чтобы они собрали имена и адреса всех, кто заселяется в «Рояль». После того как Аметист будет в безопасности у меня, я хочу выследить самых ярых сторонников Отца.

Остаток дня мы посвящаем координации действий оперативников, ожидающих в марине, и установке небольших взрывных устройств в укромных местах вокруг пентхауса. Наша цель — создать как можно больше хаоса, чтобы было проще схватить Отца.

Позже появляется преподобный Томас, а Камила устраивается в комнате по соседству.

— Что-то пошло не так, — говорит Джинкссон, пока я проверяю последнюю взрывчатку.

Я выпрямляюсь.

— Что?

Он протягивает мне телефон.

— От Дельты пришло сообщение, в котором говорится, что он задерживается из-за технических неполадок на съемочной площадке. Долли встретит их за ранним ужином, а он присоединится к ним, как только сможет.

— Что за проблемы? — Я жду, что кто-нибудь задаст этот вопрос, но все слишком увлечены возможностью встретиться с Долли без ее обычного сопровождающего.

— Значит, мы еще долго будем торчать на этой крыше? — бормочет Джинкссон.

— Мы не можем рисковать тем, что Долли или инвесторы предупредят Дельту о нашем приезде. — Я отвечаю.

В половине четвертого звук приближающегося вертолета заставляет нас обоих вздрогнуть. Я ожидал, что они приедут на лимузине, но этот способ передвижения наводит меня на мысль, что съемки проходят на одном из других островов архипелага.

— Камила, — говорю я в гарнитуру. — Дайте ему дозу.

Джинкссон переключает экран своего ноутбука на все мониторы, которые мы установили по всему пентхаусу. Я проверяю групповой чат и вижу, что Долли вошла в систему и сообщила инвесторам, что в четыре часа они должны собраться в пентхаусе.

Я смотрю на экран, ожидая, когда Долли появится в кадре. Блондин с волосами, как у ее спутника в аэропорту, выходит на балкон.

От напоминания о том, что он и его друзья подставили меня, кровь в моих жилах вскипает от ярости. Аметист в смирительной рубашке, которую провезли через всю страну. Я увеличиваю изображение, узнавая его по видео с кладбища.

Позади него стоит женщина, которая как две капли воды похожа на мою маленькую призрачную девочку, от ярких зеленых глаз до двухцветных волос. Мое сердце замирает. Единственная разница — в одежде. Аметист никогда бы не надела белое.

— Это твоя девочка, — бормочет Джинкссон.

— Это Долли, — рычу я.

— Я не вижу разницы.

Она заходит в пентхаус и кружится по комнате. Блондин следует за ней по пятам и обнимает ее за талию.

— Это великолепно, — говорит она и целует его в губы.

— Вот так, — говорю я. — Аметист носит черное. Ей нравится черный декор.

— А еще ей нравятся блондинки, — говорит Джинкссон.

Я сверкаю зубами.

Через балкон в пентхаус входит черноволосый мужчина лет тридцати с небольшим. Он останавливается, оглядывает пентхаус и тихо присвистывает. По выпуклости на его кожаной куртке и по тому, как его глаза-бусинки осматривают все выходы, я понимаю, что он здесь в качестве охранника.

Блондин ведет Долли прямо к барной стойке и наполняет ведерко льдом. Она достает из холодильника бутылку шампанского и кладет ее в ведерко.

— У Аметист недавно был неудачный опыт с шампанским, — бормочу я, вспоминая, как мне пришлось спасать ее из лимузина того ублюдка с книжной ярмарки. — И она предпочитает водку.

— В любом случае мы ничего не сможем сделать, пока не прибудет Дельта, — отвечает Джинкссон, все еще сомневаясь, что Долли — близнец Аметист. — Как только мы его схватим, разберемся, кто есть кто.

Раздается стук в дверь, и черноволосый мужчина пересекает пространство, пропуская поток персонала, обслуживающего номера, который вкатывает тележки с едой. Они ставят буфет у стены зала, а также несколько бутылок вина и ассортимент напитков.

Черноволосый мужчина раздает чаевые сотрудникам, прежде чем проводить их до двери. Как только дверь закрывается, Долли подходит к нему с двумя бокалами в руках.

— Сет, я хочу, чтобы ты прикрывал мне спину. Вмешивайся, если кто-то из этих придурков приблизится слишком близко.

Черноволосый мужчина поворачивается к Долли и хмурится.

— Но Дельта сказал…

— Дельта не придет, — резко отвечает она.

Я широко раскрываю глаза и встречаюсь взглядом с Джинксоном.

— Я его жена, а значит, владею половиной X-Cite Media, а значит, сама решаю, с кем трахаться.

Блондинка обнимает ее за плечи.

— Верно. Сегодня вечером мы просто встретимся и поприветствуем друг друга. Мы пробудем здесь час или два, а затем отправимся на вертолете обратно в психиатрическую больницу.

Психиатрическая больница?

Я резко подаюсь вперед, эта новая информация словно удар кулаком в живот. Мы думали, что они держат Аметист в студии или арендованном доме, переоборудованном для съемок.

Джинксон хватает меня за руку.

— Это грандиозно.

— Тайлер, — говорю я в гарнитуру. — Ты меня слышишь?

— Уже ищу психиатрические больницы на Хельсинге и близлежащих островах, — отвечает он. — Дай мне минутку.

С колотящимся сердцем я слушаю их разговор и догадываюсь, что Аметист сбежала из своей камеры и прячется в четырехэтажном здании психиатрической лечебницы, окруженном несколькими акрами земли. Долли напряжена, потому что Отец использует ее для завтрашней стрельбы, если Аметист не поймают.

— Нам нужно убираться отсюда, — говорю я.

Джинкссон напряжённо кивает.

— Тайлер, ты что-нибудь нашёл?

— Три, — вздыхает он. — Два на острове Хельсинг. Третий на Равенклиффе.

— Какой из них заброшен?

— Секунду… «Сент-Кристину» закрыли почти десять лет назад. Сейчас я посмотрю спутниковые снимки. Да. Вот он. Огромный особняк в викторианском стиле, окруженный лесом. Очень уединенный, к его воротам ведет единственная дорога.

Я закрываю ноутбук и встаю.

— Пошли.

— Может, нам украсть этот вертолет? — спрашивает Джинксон.

— Дельта что-то заподозрит и поймет, что что-то не так. — Я прохожу по периметру крыши к задней части кладовки, которая выходит в общий коридор.

— Погоди. Разве ты не хочешь взять Долли в заложницы? — спрашивает Тайлер.

Это было бы разумно, но инвесторы первыми поднимут шум в групповом чате, если их старлетка пропадёт. К тому же отец не из тех, кому есть дело до того, что его жена в опасности. Этот ублюдок смотрел, как я убиваю всю его семью, и ни разу не попросил меня остановиться. Если я возьму Долли, это только подвергнет опасности Аметист.

Когда я тяну на себя дверь, лифт открывается, и я вижу четверку мужчин средних лет в костюмах. Я отступаю, позволяя им потоком хлынуть в коридор, ведущий ко входу в пентхаус.

Если мы найдем Аметист до конца их вечеринки, я взорву эти бомбы.

— А как же Томас? — шепчет Джинксон мне в спину.

— Камила, — говорю я в гарнитуру. — Оставайся на месте, разберись с преподобным. Он идет, как и планировалось. Если нам понадобится дополнительная информация, мы его спросим.

Двери пентхауса открываются, впуская инвесторов. Я выхожу в коридор вместе с Джинксоном и направляюсь к пожарному выходу.

— Тайлер, у тебя есть точные координаты убежища? — спрашиваю я, спускаясь по лестнице.

Ответа нет.

— Тайлер?

— Мы потеряли связь, — говорит Джинкссон.

У меня сердце упало. Без Тайлера и его дронов, которые помогли бы определить местонахождение Аметист, наши шансы найти ее до стрельбы выглядят призрачными.