Сижу за столом в кабинете Тамерлана.
Перед носом кипа бумаг, которую нужно разобрать, а в голове – полнейший хаос.
Сосредоточиться не получается. Мои мысли то и дело утекают к странному диалогу у туалета ресторана.
Тамерлан ревнующий – это что-то новенькое в наших послеразводных реалиях.
А может это не ревность, как мне хочется думать, а лишь навязчивое желание держать всё под железным колпаком контроля? Это больше похоже на Тамерлана, к тому же, мы всё уже обсудили и решили. Там не за что больше цепляться. Не за что бороться.
Победитель – остаётся.
Проигравший – уходит.
Формулировка предельно прагматична и понятна.
Телефон коротко вибрирует.
Машинально тянусь к нему, уже прекрасно зная, что увижу очередное сообщение от Арса.
После вчерашнего «свидания» он явно решил перейти к решительным действиям, и теперь атакует меня бесчисленными предложениями о том, куда мы можем выбраться на выходных. Сейчас вот – скинул смешную картинку с котиками.
Не фокусируясь на горящем экране, быстро тыкаю пару смайликов и бросаю с раздражением телефон обратно на стол.
Мне даже не нравится Королёв. Нет в нём тех качеств, которые я считаю фундаментальными для мужчины.
Но сама мысль о том, что мои гипотетические отношения с Арсением сворачивают кровь Тамерлану, делает всё это занятие до неприличного увлекательным.
Из коридора доносится громкий визг.
Узнаю голос Ксюши – раздражённый и срывающийся на фальцет.
Подскакиваю с кресла и выглядываю в коридор.
– Я НЕНАВИЖУ ВАШИХ КОТОВ! – Морща нос, стремительно шагает по длинному коридору Ксюша.
Тащит в брезгливо вытянутых перед собой руках туфельки от Джимми Чу. Те самые, сиреневые, с пышными бантами на носах. С одной туфли капает тонкая жёлтая струйка.
На крик, разумеется, тут же реагирует Тамерлан – он появляется в противоположном конце коридора Чертогов так неожиданно, словно материализовался из воздуха. Хотя я даже не стала бы удивляться, будь оно на самом деле так.
В его руке – маленькая баночка йогурта. Изо рта торчит чайная ложка.
– Ты чего кричишь, Ксень?
Они идут навстречу друг к другу и останавливаются каждый ровно в пяти шагах от меня, как дуэлянты, собравшиеся стреляться.
Ксюша взмахивает туфлями в воздухи так, будто это неопровержимая улика против преступника.
– Вот что случилось, Тамерлан! Ваши мерзкие коты нассали в мои туфли! Ты хоть представляешь, сколько они стоят?! Ненавижу этих пушистых тварей! Их надо выбросить или усыпить!
– Ксения Юрьевна, возможно, вам просто не стоило называть их безмозглыми и бесполезными тварями в их присутствии, – кусаю губы, стараясь сдержать улыбку. – В мои туфли они не гадят.
Ксюша поворачивает лицо ко мне – стремительно, резко, словно разгневанная фурия. Её шея красная, лицо – пятнами, а носогубный треугольник почти синий от натуги.
Конечно, так орать…
– Тамерлан, сделай что-нибудь! Выбрось этих засранцев из нашего офиса!
Тамерлан вздыхает, словно эта тема уже не раз обсуждалась.
– Предлагаешь мне выбросить котов на мороз из-за одной пары обоссанных туфель?
Ксюша испепеляет его взглядом.
– Из-за одной пары ахренеть, каких дорогих обоссанных туфель!
– Предполагаю, ты снова закрыла дверь в раздевалке. – Тамерлан лениво склоняет голову к плечу. – Я ведь просил тебя этого не делать, чтобы случайно кого-нибудь не запереть. Котам нужно ходить куда-то в туалет. Собственно… Они нашли, куда.
Да уж… И я искренне завидую пушистым, ведь они могут выражать своё неодобрение таким недвусмысленным образом, в отличии от нас, людей.
– Ненавижу! – Багровея от ярости, Ксюша замахивается туфлёй и швыряет её в Тамерлана.
Тот ловко уворачивается, успевая проследить взглядом за траекторией движения токсичного снаряда.
– Ненавижу! – На всякий случай повторяет Ксюша для тех, у кого ещё остались сомнения в её позиции.
Она резко разворачивается и уходит с таким видом, будто весь мир теперь ей должен.
Тамерлан спокойно и методично выскребает со дна баночки остатки йогурта, провожая свою невесту взглядом.
Возможно, в их отношениях не всё так гладко, как кажется на первый взгляд?
Тамерлан переводит взгляд на меня. Вытаскивает изо рта ложку и направляет её в мою сторону, как указку.
– Фабьен, – щурится. – Не забыла?
О, ну, конечно. Начинается.
– Нет, не забыла. Самолет только в девять.
Он кивает. Разворачивается, чтобы уйти, на останавливается на полушаге.
– По трассе езжай осторожно. Говорят, там скользко сейчас.
– Я не первый день за рулём.
– Ты машину переобула?
– Переобула, – раздражённо.
Так и хочется сказать: «да, мам».
Этот его контроль иногда просто добивает.
Будто я сама не способна подумать о таких важных вещах!
Тамерлан задумчиво кивает.
– Хорошо. Держи меня в курсе. Встретишь – отзвонись. Апартаменты для Фабьена уже забронированы, так что, думаю, всё пройдёт гладко.
– Конечно, всё пройдёт гладко. – Закатываю глаза. – Перестань уже переживать из-за каждого пустяка.
Тамерлан смотрит на меня пристально.
Его губы вздрагивают, размыкаясь, будто он собирается что-то сказать.
Но он не говорит.
Вместо этого снова коротко кивает и уходит, точным трёхочковым броском закидывая баночку от йогурта в мусорку у стены.
Ну почему же ты такой невыносимый?!
Р-р-р…