Глава 7. Узники болот

Как же хорошо нормально выспаться, вытянув ноги и скинув с себя одежду, пропахшую дымом, потом и кровью. Полежать, наслаждаясь тишиной и долгожданным покоем. Дать наконец столь желанный отдых для разума и тела. И проснуться, когда тебе хочется, не подгоняемый вечным трезвоном будильника, после которого еще несколько минут приходится собирать мысли в одну кучу. Так сколько же я проспал? И даже не успел призвать Компас, как получил ответ.

«Больше десяти часов, — шепнула Тай. — Несколько раз приходили оповещения о поступлении писем, но я не стала тебя ради них будить. Тебе был необходим отдых, без него ты не можешь адекватно оценивать обстановку и правильно реагировать. Организму нужно время для восстановления. У тебя, между прочим, почки с печенью до сих пор выводят из крови остатки выпитых тобой зелий».

Сладко потянувшись, я провел рукой по пульту, выключив проекцию звездного неба над собой. Да, без отдыха — никак, вот только времени до встречи с Турухом становится все меньше. А значит, и возможности проводить дальнейшую разведку больше нет. Хотя, пока альянс не объявил о начале жеребьевки, все еще можно порыскать на свободных территориях в поисках возможных ресурсов и трофеев, пусть и не очень долго. В идеале, вообще, оттянуть это событие хотя бы дней на пять…

В любом случае нужна определённость, мне надо знать, что хочет Турух, а от этого уже и рисовать дальнейшие планы. Сейчас что-то серьёзное я банально не потяну. Почти все золотые карты в откате, сам я в не лучшей боевой форме, снаряжение разряжено, а зарядить его… Я, вспомнив свой предыдущий поход к артефактору, невольно поежился. Столько свободных дайнов у меня сейчас нет. Что ж, посмотрим, в любом случае время терять больше нельзя. Прежде чем вылезти — краткий просмотр почтовых сообщений. Доклад от Саймиры о текущем положении дел: прибыла третья волна, форт продолжает возводиться и началось формирование цитадели, среди раненых потерь нет, Медж с Сури сейчас в клановом лагере и готовятся к отправке в Двойную Спираль, легкое любопытство по поводу добычи в логове Керумера. А самое интересное было в конце — через три дня должно состояться большое совещание командиров альянса, и, скорее всего, на нем и будет распределение будущих владений. И постскриптум: они достигли понимания с Никрисом по поводу моей компенсации за поддержку воззвания к Смеющемуся Господину об окончании текущей войны. Дом ящеров готов выделить нам участок территории для охоты и освоения в Адском морозильнике. Просторная долина на севере континента с небольшой горной грядой. Детальной разведки там не проводилось, есть только воздушные снимки, на которых четко видны остатки руин поселений прошлых хозяев планеты. Плюс есть надежда найти ценные ископаемые в горах. В любом случае это лучше, чем ничего. В конце просьба подтвердить, что она гений переговоров и большая умница, с чем я легко согласился. Если честно, я вообще не ожидал хоть что-то стоящее получить, а тут вполне себе неплохой кусок территорий, размером с небольшую страну. И даже если там, в принципе, ничего не будет, свою выгоду мы в любом случае сможем получить, даже просто в очках влияния за контроль территории на следующем параде миров. Их можно вполне успешно реализовать, кому-то перепродав или использовав самим. Да и иметь свои владения сразу в двух мирах — весьма неплохо для престижа.

Следующее письмо от Никриса с сообщением о том, что по полностью подтверждённой информации Керумер мертв, и его более не стоит опасаться, а также приглашение на совещание по поводу дальнейших действий альянса. И снова в конце меня ждало самое интересное. С подачи подключившего все свои связи и возможности Хотреша, совет альянса значительно увеличил награду за голову Змея Бурь, а порядок распределения владений между союзниками было решено изменить. Теперь оно будет происходить не с помощью слепого жребия, как планировалось ранее, а согласно рейтингу вклада участника в ход боевых действий. Клан, оказавшийся наиболее эффективным, получает право первым выбрать свои будущие владения, второй выбирает из оставшегося, и так далее. Последний получит объедки с общего стола. Что ж, по-своему справедливо, а с учетом того, что Керумера убрали мы, нам достанется чуть ли не четверть его бывших земель, да еще и в наиболее интересных местах. Впрочем, время покажет. Все, пора.

Быстрым рывком я выбрался наружу и с удивлением огляделся по сторонам. Повсюду было нагромождение трупов, идеально разложенных по кругу охранного периметра. Десятки тел, больших, маленьких: змеи, аллигаторы, болотные кошки и даже донник распластался неподалеку, раскинув многочисленные ловчие щупальца. А откуда вы все здесь взялись? Я взглянул на статуэтки обезьян, молчаливо стоящих на своем пьедестале. Лапы одной из них все еще были в свежей крови. Скорее всего, какая-то гадость случайно пересекла периметр, ее убили защитники, на запах смерти и крови пробрался кто-то крупнее и тоже умер, ну а дальше местные твари принялись сползаться, словно мошки на огонек. Тушу пятиметрового аллигатора я прихватил с собой, с трудом запихнув его себе в сумку. Пригодится, из его шкуры можно будет сделать немало хороших плащей и поясов на продажу. Осталось написать письмо Меджу, чтобы дождался моего возвращения и пока не совался к Никрису. С учетом новых изменений, конфликта с Хотрешем, скорее всего, не избежать, и даже несмотря на свой новый статус будущего полководца, встреч со свинолюдом другу лучше опасаться. Это со мной толстобрюхий побоится связываться, но не с ним. Свернуть лагерь, щелчок печати на горлышке бутылки. Пора.

Механическая птица, активно размахивая крыльями, стала набирать высоту, ловя подходящий поток ветра.

……………….

Спустя два часа.

Полет нормальный. До точки отбытия осталось меньше часа. Плохо, что она расположена на территории Великого Жужжащего, ближайшего соседа ныне покойного Керумера. Не факт, правда, что он вообще знает, чем нам важен этот кусок болот, неотличимый от других таких же в его владениях. А даже если знает, то контролировать всю тридцатикилометровую область отбытия специально вряд ли станет. Я думаю, у Первых, после гибели двух из них, сейчас хватает иных забот, а мне достаточно залететь хотя бы на самый краешек, чтобы тут же активировать Компас, помахав рукой этому недружелюбному месту. По привычке веду поиск. Кто знает, что еще интересного можно будет найти по пути. И кстати, кое-что стоящее я действительно обнаружил — еще одно поселение выживших, расположившееся на огромном круизном лайнере, ржавой громадиной, высившимся среди топей. Там, на просторных палубах, я заметил убогие теплицы с чахлой зеленью, возле башен-труб мелькали люди, по периметру были расставлены небольшие пушечки. Интересно. Налаживание контактов с местными обитателями весьма перспективно, наверняка у нас найдется, чем друг-друга заинтересовать. Возможно, даже какие-то совместные действия получится проводить. Запомним. Хотя, на территории еще живого Первого я, пожалуй, от рейдов и полноценной охоты на демонов отказался бы. Слишком высока вероятность нам самим, по итогу, оказаться добычей. Привычно бросить взгляд на Компас: стрелки бегут по экрану, черная, дёрнувшись, указывает на восток, в сторону лайнера, который я пролетел минут десять назад. Сбросить отметку и запустить повторный поиск.

«Господин».

Голос Нидейлины, раздавшийся в ракушке-переговорнике, заставил немного дернуться от неожиданности.

«Слушаю», — коротко ответил я.

«Я прибыла к месту, отмеченному вами, изучила его и извлекла то, что там находилось».

Нидейлина, закончив доклад, замолчала, довольная собой. Найти цветочную поляну, пусть даже по отметке, выставленной господином, оказалось непросто. Точный портал без полноценного маяка создать не вышло, и она появилась достаточно далеко от цели, а используемый ею транспортный конструкт оказался абсолютно неудобен для путешествия по топям. Костяной шар, некогда задуманный как универсальное средство перемещения по любым поверхностям, к сожалению, показал свою неэффективность: постоянно вяз в жиже болот, привлекал много лишнего внимания, требовал для передвижения много силы, да к тому же был достаточно медлителен. Конструкция явно нуждалась в доработке.

И, конечно, эта дикая спешка вызывала у нее раздражение, она только хотела начать разбираться с головой Керумера. Чем она свежее, тем больше из нее можно извлечь. Но приказ сеньора не обсуждают. И она справилась. Костяная шпилька, банально сброшенная сверху Рэном в качестве метки, привела ее к нужному месту. Затем она кропотливо изучала все вокруг, пытаясь определить с чем столкнулась, не спеша анализировала вибрирующие потоки силы, и поняв, что опасность ей не грозит, осторожно шагнула на поляну. Кирка-лопата вгрызлась в почву, десяток взмахов, и она опускается на колени, осторожно разгребая руками землю, чтобы, наконец, нащупать ветхую рогожу, обмотанную полуистлевшими веревками. Смахнуть их и увидеть статуэтку жабы с умоляюще широко раскрытым ртом. Она почти сразу ощутила мольбу духа, скрывающегося в ней. Осторожно уколов палец, она поделилась кровью и силой, почувствовав сильнейшую благодарность. Жабка вздрогнула у нее в руках, покрылась пупырышками, постепенно ставшими разрастаться и лопаться, и из нарывов посыпались крохотные золотые монетки. Спасибо, но это было не нужно. Она с сочувствием провела пальцем по спине жабки. Это что за негодяи спрятали тебя здесь, и зачем? Несчастный дух, поддерживая себя, буквально высосал энергию из местных топей, но, соблюдая закон равновесия, часть отдал пространству вокруг. Бедный. Ну ничего, эта мука для тебя завершена. Твой новый господин, уверена, будет щедр и добр с тобой. Смертные очень ценят и любят Приносящих богатство, и пусть дух слаб и истощён, но со временем он придет в форму.

«Ты уверена? Дух изобилия?» — уточнил я, удивленно хмыкнув. Вот так просто найти то, ради чего в прошлом устраивали войны, сжигали города и обрушивали государства. Ни тебе могучих стражей, ни каких-либо сокровищниц, упрятанных в глубинах гор, ни ловушек и охранных заклинаний.

«Мне кажется, его специально спрятали здесь, — ответила, задумавшись, Нидейлина. — Возможно из-за событий, описанных вами, чтобы не допустить их повторения вновь. Все выглядело очень поспешно, словно тот, кто спрятал идол, надеялся за ним вернуться вновь, или наоборот, избавиться от него навсегда. Хотя, узнать, что именно произошло, мы уже вряд ли сможем».

«Хорошо», — кивнул я. В любом случае это интересная находка, не зря я посылал за ней Нидейлину. И пускай, по словам моей новой помощницы, идол лишь в начальной стадии формирования, и толку от него немного, но даже так это, пожалуй, стоит того, чтобы зайти в храм Слепца и сказать «спасибо». Привычно бросил взгляд вниз, и удивленно выругался: белая стрелка на Компасе Желаний, отвечавшая за поиск всего похожего или как-то связанного с образом Небесного сокола, настойчиво задергалась и стала указывать куда-то на север. Расстояние примерно сорок тысяч шагов, пусть и в стороне от зоны отбытия, но небольшой крюк, в принципе, можно сделать. Время, пусть немного, но все же есть. Легкий поворот корпуса, и моя птица, сменив направление, устремляется туда.

…

По широкой дуге, осторожно снижаясь, я плавно опускаюсь вниз, к небольшому холму, густо поросшему мхом. Наконец виджер касается лапами земли и замирает. Выскальзываю из него наружу, ощутив, как пружинит под ногами травяной ковер. Делаю осторожный шаг вперед, взмах мечом — и клинок буквально срезает пласт зеленых наслоений, слышен скрежет металла. Подхожу ближе и вижу что-то металлическое под слоем мха.

Окидываю взглядом зелень перед собой. Такими темпами я это буду долго расчищать. Может, огонь? Но он может повредить и то, что скрыто под растительностью. Кислота? То же самое. Тогда что? Время дорого. Быстро открыв, просматриваю Книгу и, решившись, выбираю Облако тлена. Применить. Отойти в сторону, чуть подождать. Расползающаяся волна некроса стремительно поглощает жизнь: густая зелень, покрывавшая металл, чернеет, умирает, сухим пеплом осыпаясь вниз, а из-под нее начинает проступать то, что она скрывала, судя по всему, многие годы. Тяжелые угловатые формы, округлый нос и небольшие крылья по бокам, повреждённые, видимо, при посадке. Разбитое обзорное стекло, прикрывавшее кабину экипажа, широкие трещины бегут по нему в разные стороны, и этот удар был другим, нанесенным явно не во время приземления. Я обхожу флаер по кругу и, наконец, замечаю то, что тайно надеялся увидеть — изображение небесного сокола, летящего вперед в окружении звезд, и под ним — эмблема Ордена Порядка. Все-таки ты здесь. А я, честно говоря, и не надеялся тебя тут найти. Думал, что куда-то дальше унесло. Дверь внутрь флаера заблокирована изнутри. Открыть ее не получилось, пришлось взламывать. Лезвие Ринору со скрежетом разрезает металл, оставляя за собой рваные куски. Минут семь усилий, и, наконец, мне удалось проделать проход. Слегка согнувшись, захожу внутрь. Пусто. Впрочем, я был бы скорее удивлен кого-то здесь встретить. Какие-то коробки с кусками породы и образцами почвы расставлены вдоль прохода, они здесь что, исследования вели? Хотя, учитывая, что им вряд ли удалось понять, куда они попали, то вполне возможно. Иду дальше к пульту управления. Новая дверь в этот раз полуоткрыта. Немного возни, и ее удалось сдвинуть в сторону. А вот и экипаж. Чего-то такого я подсознательно и ожидал: два тела, замерших навсегда в креслах для пилотов. Один из них так и не отпустил штурвал. На комбинезонах видны почерневшие следы крови и рваные отверстия от пуль, прошивших тела. Интересно, это чем же по вам шарахнули, что сумели пробить бронированное стекло и силовое поле, одной очередью положив экипаж, причем произошло это, судя по всему, в небе. Флаер опускала уже автоматика, выполняя последнюю команду пилота. С такими ранами они долго протянуть бы не смогли. Чуть постояв, отдавая дань почтения, я осторожно коснулся пульта управления. Крупная оранжевая клавиша, чуть в стороне от остальных, открыла небольшую нишу с черным диском внутри. Бортовой журнал. Здесь должен быть ваш маршрут с полетным заданием, а значит, я легко смогу найти точку, откуда вы начали полет. Скорее всего, там будет находиться и сам корабль. Оглядываюсь по сторонам, прикидывая, стоит ли еще здесь что-то поискать. Образцы с землей — мусор, для меня интереса не представляют, но, если они проводили разведку, должно же быть личное оружие и приборы для проведения измерений.

«Попробуй потянуть тот зелёный рычажок на пульте, — подсказала Тай. — Он разблокирует грузовые отсеки внутри корабля».

Легкое нажатие, и я слышу шипение позади себя. Щелчок — и панели по бокам от прохода раскрылись. Внутри обнаружились небольшие ниши. Потянуть первую крышку вверх и увидеть желтые коробочки универсальных полевых пайков. Пригодятся. В следующей — ремонтный набор, а рядом лежат тяжелые бруски энергоячеек, какие-то приборы, аптечка и, наконец, пара лучевиков, замерших в фиксаторах. Отправляю их внутрь сумки к прочим трофеям. Пора уходить. Спите спокойно, парни. Прощальный салют, и быстро наружу, времени и так почти нет. Впрочем, метку стоит поставить. Флаер почти цел, немного потратить на ремонт, и можно будет использовать. Теперь однозначно все. Только прикрыть за собой дверь. Не хочу, чтобы всякая живность наползла внутрь. И снова в небо.

…………

Хотреш очнулся от боли. Не от той маленькой, почти не ощутимой, как порез на пальце при неосторожном взмахе канцелярским ножом, а от ошарашивающе-невыносимой, раскаленным сверлом вгрызающейся в мозг. Хотелось орать, выть, только бы хоть на миг облегчить эту муку, но даже этого он сделать не мог — рот был забит чем-то клейким и липким, не позволявшим его открыть.

— Очнуууулся, — гул сложился в знакомое слово, и он осторожно приоткрыл глаза, пытаясь осознать, где он и что происходит.

Перед лицом что-то мельтешило, не сразу удалось понять, что это сотни мелких мух, от которых буквально рябило в глазах, летают перед ним, иногда сближаясь настолько плотно, что между ними исчезает даже малейший просвет. В такие моменты они формировали нечто единое — огромное лицо с продолговатыми жвалами и широкими фасеточными глазами, внимательно наблюдавшими за ним.

— Уже не спишь, — снова тот же голос, созданный дребезжанием крыльев мошкары. — Это хорошо. Я боялся, что ты пропустишь все самое интересное.

Хотреш, не отвечая, молча попытался призвать Активатор, рука сжалась, по привычке готовая ощутить его… и ничего.

— Не получится, — шелест крыльев вновь складывается в знакомые слова. — Пришлось потрудиться, чтобы заблокировать связь между тобой и печатью вашего бога, с помощью которой вы призываете ваши атрибуты. Это было даже интересно, довольно долго мне не приходилось сталкиваться с подобным. Такие как вы в моих владениях почти не встречались. Мои братья не восприняли вас всерьез, игрались с вами, заключали союзы, помогали в борьбе с другими прислужниками Хаоса. И все это плохо закончилось: Юри пленен, Керумер мертв, сотни других детей Отца разделили их участь. А я говорил, что с едой нужно не играть, ее нужно жрать, насыщаться и отдавать Отцу положенную часть. Все остальное — лишнее и пустое, все, что приходит извне — лишь пища или должно ею стать.

Хотреш почти не слушал, о чем дребезжит Первый, его глаза рыскали по сторонам в надежде найти спасение и выяснить, где он находится. Мозг лихорадочно искал способы выжить. Тело полностью обнажено, экипировка, ранее находившаяся на нем: одежда, оружие, защита, даже сумка Игрока — все изъято. Вокруг видно лишь широкое помещение, одновременно напоминающее пчелиный улей и гигантский желудок. Живая пористая плоть заполняла все обозримое пространство. На ней выступали толстые трубы-вены, подсоединённые к развешанным повсюду коконам, в ближайшем из которых он, приглядевшись, узнал одного из своих слуг. Безвольное тело было погружено в зеленоватую жидкость, и по нему ползали сотни личинок, медленно поедавших его. В другом коконе чуть вдали находилась женщина с неестественно разбухшим животом, внутри которого что-то копошилось. Та самая биофабрика, догадался он. Это здесь Великий Жужжащий создает себе новых слуг, используя смертных в качестве живых инкубаторов. Выходит, и его ждет такая же участь… От этой мысли он задергался в ужасе, пытаясь вырваться из липких пут, державших его тело.

— О, не бойся, я не планирую тебя так использовать, — лицо из тысяч мошек склонилась к нему чуть ближе, явно наслаждаясь страхом, охватившим свинолюда. — Ты будешь умирать долго, часами, пока твоя душа окончательно не утратит возможность держаться за ошметки плоти. А потом твою муку, твою боль, твои крики и агонию того, что останется от тебя, увидят и почувствуют все остальные, находящиеся в вашем лагере. Зеркало Маргрима запечатлеет все происходящее здесь, а потом покажет это над фортом. Пусть ненадолго, но это увидят все, кто посмотрит в небеса. Прочувствуют и запомнят.

Свинолюд задергался, пытаясь что-то сказать, но липкая масса снова помешала ему произнести хоть слово.

— Не говори, думай, я услышу твои мысли, — и Хотреш запоздало вспомнил, что главные аспекты силы Великого Жужжащего — это Ментал и Жизнь.

— Не надо. Я могу быть полезен.

— Чем? — пришел ответ, и одновременно с ним по Хотрешу прокатилась новая волна боли. Он почувствовал, как с его лица буквально стянули, всосав в себя, кусок кожи, словно пробуя его на вкус.

— Я занимаю высокий пост в альянсе Летящих, у меня свой клан, мы могли бы решить все конфликтные вопросы, ваши владения никто бы не побеспокоил…

— Не интересно, — что-то тонкое начинает ввинчиваться в ухо, заставив все его тело дергаться в судорогах боли.

— Не надо… остановись… у меня много денег, — острое жало продолжает погружаться, проникая все глубже. — Я… Я заплачу…

— Меня не интересуют деньги смертных, — Керу-Керу не раз и не два слышал подобное. Все они начинают скулить, умолять, предлагать. Сотни, тысячи раз одно и то же. Скучно. Он надеялся, что этот окажется более стойким, но свинолюд, был уже близок к истерике, а ведь он даже не начал по-настоящему с ним играть.

— Я не про деньги, — завопил Хотреш, выгнувшись дугой. — Я дам рабов. Много сочных, вкусных, живых рабов.

Давление мозгового бура приостановилось, дав ему время на передышку. Ободрившись, он быстро затараторил, пока мука не началась снова.

— Я дам вместо себя десять тысяч смертных, которых ты сможешь жрать, пытать и делать с ними что захочешь, женщин, детей.

— Одаренных? — уточнил Первый, слегка надавив на вновь задергавшегося в путах Хотреша.

— Не могу много, слишком редкий товар. Десяток, полтора — это все что есть, — Хотреш, терпя муку, торговался, понимая, что сейчас решается все.

— Мало.

Боль усилилась.

— Двадцать тысяч… Тридцать…

Боль нарастала с каждым словом.

— Сто…Сто тысяч и будь ты проклят! Или можешь меня сожрать!

— И сто одарённых, — дополнил Первый, оценив предложенное. — И из этих ста тысяч не менее половины должны быть детьми, в них больше всего жизненной силы.

— Треть, — прошептал Хотреш. — Даже столько это очень много, и полсотни одаренных, больше я просто не отыщу.

— Хорошо, — согласился Керу-Керу. — Меня это устроит, ты обретешь свободу, когда я получу то, что ты обещал.

— Мне нужно время, чтобы это собрать, — попросил Хотреш. — Будь разумен, за мою жизнь ты и так получишь награду в тысячекратном размере.

— Пять дней.

— Слишком мало, — ответил Хотреш, снова вздрогнув от боли.

— Хорошо, у тебя есть год, но первую тысячу я хочу получить в течение трех дней. И ты будешь мне служить все то время, пока наш мир находится в Игре. Я хочу знать, что у вас происходит, что вы планируете, кто следующая мишень для ваших ударов, одним словом — все.

— Но мне придется давать клятвы на Книге, они не позволят — мысленно прошептал Хотреш.

— С этим я помогу. У тебя будет возможность на время разрывать связь с печатью Хаоса. А как это использовать, ты, я вижу, и сам в состоянии придумать.

— Согласен, — натужно кивнул свинолюд — Только мне нужна свобода, отсюда я не смогу провести поставку обещанных тебе рабов. Давай заключим договор. Я готов дать тебе любые клятвы, что его исполню.

Боль, словно плеть шарахнула по мозгам свинолюда, заставив того судорожно задергаться в путах.

— Ты глуп или наивен, или держишь меня за такого. Чтобы гарантировать исполнение договора, мне твои клятвы не нужны, у меня есть кое-что получше и понадежнее.

Несколько секунд ожидания, и из глубин улья вылетела здоровенная оса с темно-желтым брюхом, присевшая на грудь Хотреша. Она с размаху вонзила жало ему в живот, впрыскивая что-то внутрь.

— Мои дети, частички меня, — донёсся голос Первого. — Где они, там и я. Не выполнишь сделку, станешь оттягивать выполнение договора, и они начнут тебя жрать, попытаешься избавиться — я это услышу, увижу, почувствую, и тогда никто и ничто тебя не спасет. У тебя есть год. Сто тысяч жизней, такова плата за твою. А теперь спи, Владыка, мои дети доставят тебя наружу.

Что-то укололо в шею Хотреша, и он провалился в дрему, а затем и в глубокий сон.

………..

Дом встречает прохладой мягкого бриза, ярким солнцем над головой и привычным докладом Валли.

— Хозяин, капитан Роджерс вместе с рыбаками покинули остров три дня назад, сочтя мир, в который переместилось Море, подходящим для выживания. Они воспользовались оставленными вами припасами, а также пополнили запасы воды.

Что ж, пожелаю им удачи. Аналитика же вместе с его семьей Саймира забрала еще до проведения рейда. Теперь мать и дочь трудятся в нашем баре, разнося эль клиентам, а отец отрабатывает билет в нормальный мир, помогая Сай с ее делами. И, кстати, та весьма высоко оценила его навыки.

Радостно вереща, мимо промелькнул десяток фей, на лету деля между собой цветные ленточки, что я принес им из Двойной Спирали. Древо жизни продолжает расти, стараниями малявок оно вымахало в гиганта, ствол которого мне целиком уже не охватить, и, судя по всему, это далеко не предел. Юная королева со свойственным для ее народа энтузиазмом старается вырастить из Древа нечто эпохальное.

— Нужно произвести пополнение припасов, гостевые домики я уже привел в порядок, так же необходимо восполнить запас лечебных зелий, предыдущие моряки забрали все подчистую, решив, что они им больше пригодятся.

С этим не поспоришь. Не знаю, куда их там Блуждающее море занесет, но пусть Слепец присматривает за ними.

— Еще капитан просил передать вам слова благодарности за гостеприимство и помощь.

Ну, эти хоть «спасибо» сказали. Предыдущие, уплывая, забыли даже об этом, посчитав меня кем-то вроде местного спасателя, который по долгу службы обязан помогать всем и вся. Надоело, если честно. Почему доброту всегда воспринимают как слабость? Шепчущий, даже если просто не убьет, уже сделает огромную милость и ты, ползая на коленях, будешь благодарить его за то, что еще можешь дышать. А тут, помогаешь, объясняешь, делишься с людьми, давая хотя бы элементарный шанс выжить, а не перерабатываешь на эмбиент или отправляешь на рынок рабов, а тебя даже поблагодарить забывают. Достало это все… Все эти ненужные гости, бесполезные встречи в своем доме, хочу тишины и покоя, приключений мне хватает и за его пределами. Может, выпустить какого-нибудь монстра, да и пускай плавает вокруг острова, распугивая ненужных мне визитеров?

— Хозяин, так что мне делать? — напомнил о себе Валли.

— Пока ничего, я решу позже. Если объявятся новые гости, пусть ждут. Разрешаю им только набирать воду и срывать молочные орехи, дальше берега и тропы до родника не пускать, в случае несогласия разрешаю применять силу.

— Я понял, хозяин.

А вот и дом. Направляюсь сразу к башне маяка. Ключ с легким скрипом входит в замочную скважину, поворот, и я быстро иду по винтовой лестнице вверх. Еще одна дверь, в этот раз бронированная. Даже если на дом нападут, сюда не сможет проникнуть никто, кроме хозяина. Вхожу внутрь, оглядываясь по сторонам. Полки, шкатулки, сундуки. За время битв и путешествий здесь уже скопилось немало. А вот и очередное пополнение коллекции моих реликвий. Сфера, укутанная металлическими лентами, ложится на полку. Скоро найдётся работа и для тебя. Я провожу по ней пальцами, на время прощаясь. Теперь то, зачем, собственно, я сюда и пришел. Осторожно снимаю с полки чешуйку Великого дракона, похожую на массивный белый щит. Дар Селедры, вызывающий грустные воспоминания о проваленном плане. Я старался как мог. Жаль, что тогда помочь не получилось. Следом в сумку ложится камень фей, можно было бы развивать этот редчайший источник и дальше, но, думаю, его время пришло. Турух написал, что встреча с мастером может состояться со дня на день. И мои сокровища будут ждать его в Городе-в-Пустоте. Настал черед использовать старые трофеи, что уже долго ждали своего часа. Следом в сумку сгребаются, коробочки, банки и пузырьки, найденные мной в кузнице Гефеста. Нужно хотя бы попытаться понять, что я там нашел. Время не ждет, сейчас я все отчётливее понимаю, что начал играть в высшей лиге. Совет Старших, союзы, альянсы, конфликт с Хотрешем, возможная ссора с Домом Змей. От меня слишком многое зависит, мне нужно позаботиться о своем выживании. Хорошая амуниция и оружие смогут в этом здорово помочь. Теперь все. Но мои дела еще не закончены.

Мастерская. Здесь, в центре комнаты, высится Сад камней, и зреют, набираясь маной, камни силы. Из-под песка уже выглянула дюжина малышей, еще три уже достигли весьма приличных размеров, примерно с мой кулак, а в центре высился настоящий валун — зеленовато-серый булыжник тихо гудел, продолжая накапливать силу. Нужно пополнить пищевую среду. С полки рядом снимаю пузырек, наполненный металлическим концентратом, и аккуратно высыпаю его среди камней. Теперь твоя очередь. Из лейки медленно проливается густая жижа, создаваемая из смолы Древа жизни. Было замечено, что она весьма позитивно влияет на рост и наполненность камней силы. Так, здесь пока все. Растите, малыши. Я с любовью погладил валун. На основе его я надеялся создать алтарь-накопитель для маны, ну или переносное хранилище силы для отряда. Как получится. Проверить карту, мало ли что за мое отсутствие успело вынести на остров. То, что гостей не видно, еще не значит, что все спокойно и безопасно. Пару циклов назад на берег выкинуло неразорвавшуюся торпеду, весьма заинтересовавшую любопытных фей. Осмотр территории, время уже поджимает, но я все же должен позаботиться о собственных интересах и безопасности жителей моего дома. Так, все относительно спокойно, неразорвавшихся боеприпасов вроде нет, только на окраине острова виден спасательный круг и перевёрнутая шлюпка, к сожалению, или к счастью, без пассажиров. Кажется, все. Осталось заглянуть в Темницу, где у меня безвылазно сидит единственный узник.

Снова поворот ключа, затем еще один, и еще. Замков на двери больше, чем в сокровищнице. Шаг вперед. Предчувствие нехорошо кольнуло сердце, слишком тихо. Светильники зажигаются под потолком, и я вижу книгу Гузуфа, затаившуюся в углу. Она грозно скалится в мою сторону — из страниц показались настоящие клыки. Значит нашла-таки способ выбраться из-под пера Иштар и все же вылезла наружу. Да и защищенный рунами сундук не помог, а ведь гномье железо и само по себе отличается не только физической стойкостью, но и высоким сопротивлением к магии. Это за сколько же ты его прогрызть сумела? Рваная дыра в боку размером с мою ладонь, толстые стенки толщиной в два пальца, хорошая вещь, что весьма недёшево мне обошлась.

— Ну и что мне с тобой делать?

Книга вместо ответа еще сильнее вжалась в угол, грозно щелкнув переплётом, но при этом не пытаясь нападать. Знает, что ей за это будет.

— Надоела ты мне, может, тебя на цепь посадить возле двери дома? Будешь вход охранять, распугивая незваных посетителей.

— Отпусти, — человеческое лицо, возникшее на обложке, почти прохрипело мольбу.

— Не могу, ты же у нас снова начнёшь злодействовать, — ответил я, тем временем раздумывая, что мне с ней все же делать. — Опять людей начнешь жрать, войны устраивать, а самое главное — зачем? Я вот этого не понимаю. Поиск знаний? Так он бессмыслен и не достижим, сколько бы ты их не собирала, ты все равно не сможешь вобрать их все, потому что мир будет создавать все новые и новые. А самое главное, тебе некому их передать. Творца, создавшего тебя, уже нет, он погиб, а значит то, ради чего он создал тебя, теперь невозможно. Ты же не глупая, у тебя есть самосознание и даже воля, иначе бы ты так упорно не рвалась на свободу. Может, пора повзрослеть, не следовать чужим приказам, а обрести собственный смысл жизни?

Молчит, ну хоть зубы не скалит. Боги, чем я занимаюсь? Пытаюсь достучаться до совести книги-людоеда. Я качнул головой и, подойдя к сундуку, вынул из прогрызенной в нем дыры переливающееся перо богини, на миг согревшее душу теплом и светом.

— Надоела ты мне, ступай назад, — я указал на неровное отверстие в металле. — Еще раз попытаешься убежать, скормлю трансмутатору, хоть какая-то от тебя будет польза.

Книга, громко гремя металлом обложки, попрыгала назад к сундуку. На миг уменьшившись в размерах, юркнула внутрь и затаилась, молча шелестя страницами.

Теперь окончательно все. Направляюсь к двери, ведущей в Двойную Спираль, приходится ускорить шаг, время критично поджимает. Затем в Дом чаш и еще одна дверь, за которой заждались парящие мостовые Города-в-Пустоте.