Я все никак не могла прийти в себя после разговора с Арабеллой. Меня все еще немного потряхивало. Я смотрела на свое отражение в воде и собиралась с мыслями. Да, теперь на меня из воды смотрело мое собственное отражение — обычное и спокойное, словно ничего не произошло.

— Вот ты где! — внезапно появилась Митрофановна.

— Да, я решила немного прогуляться, — слабо улыбнулась ей я.

— Что-то случилось? — тут же уловила мое настроение метелка.

Я качнула головой и пожала плечами, так и не определившись, как относиться к тому, что произошло. Я хотела рассказать старой подруге о странном разговоре с Арабеллой в каком-то непонятном междумирье, как снова ощутила, как мир содрогнулся.

— Не нравится мне это, — пробурчала Митрофановна.

— Мне тоже, — тихо ответила я.

Я медленно выдохнула и поднялась.

— Скорее, идем к детям! — сказала я. — Где Грошик?

— Он с детьми, — ответила Митрофановна, догоняя меня на дорожке.

— У меня к нему серьезный разговор!

Я вернулась в дом. Дети по-прежнему были в гостиной. Эриэль что-то увлеченно рассказывала Виллему, размахивая руками. Живая. Смеющаяся. Моя.

От этой мысли внутри что-то резко встало на место. Я даже остановилась на пороге, рассматривая детей.

— Мам! — первой заметила меня Эриэль. — Смотри, у меня почти получилось!

Я улыбнулась и шагнула к ним.

— Что именно получилось? — спросила ее.

И в этот момент что-то щелкнуло. Это был не звук, скорее ощущение, словно по дому прошла невидимая волна. Я резко замерла.

— Ты тоже почувствовала? — напряженно спросила Митрофановна.

— Да…

Виллем нахмурился.

— Что это было?

Я не успела ответить. В следующую секунду окна в доме дрогнули с глухим звоном.

Эриэль испуганно вскрикнула и вцепилась в меня.

— Мам…

Я прижала ее к себе.

— Тихо, не бойся. Я здесь.

Но сама уже знала. Это не случайность. Это он.

Второй удар был сильнее. Где-то наверху треснуло стекло. Дом словно застонал.

— Это защита, — прошептала Митрофановна. — Ее ломают.

У меня внутри все похолодело. Я стиснула зубы.

— Дети! — на меня внимательно уставились четыре пары глаз. — Идите сюда!

Я опустилась перед ними и взяла их за плечи.

— Слушайте меня внимательно. Сейчас вы идете в нижнюю комнату.

Виллем сразу кивнул.

— Это там, где хранятся продукты?

— Да! Закрываетесь изнутри. Ни при каких обстоятельствах не выходите. Понятно?

— А ты? — испуганно спросила Эриэль.

Я провела рукой по ее волосам.

— А я вас защищаю! — подмигнула ей.

Она крепко обняла меня.

— Мама…

Сердце сжалось, но я мягко отстранила ее.

— Быстро. Идите.

В гостиную вбежала перепуганная служанка.

— Лоэра, — вскрикнула она.

— Собирай всех и идите с детьми в подвал, — велела ей я.

Девушка кивнула и взяла близнецов за руки. Виллем взял сестру за локоть и потянул за собой.

Перед тем как исчезнуть в коридоре, он обернулся.

— Ты справишься? — совсем по-взрослому спросил он.

Я посмотрела ему прямо в глаза.

— Обязательно!

Мальчик кивнул и ушел. Я медленно выпрямилась. Третий удар сотряс дом, и защита рухнула. Я это не услышала, а ощутила, как будто что-то огромное и невидимое треснуло и рассыпалось. В ту же секунду воздух потяжелел. Стало трудно дышать.

— Они здесь, — тихо сказала Митрофановна.

Я шагнула вперед.

— Пусть попробуют.

Я слышала крики на улице, звуки борьбы и какие-то взрывы. Охрана билась на смерть, чтобы не пустить в дом нападавших, и я не знала, сколько они еще продержатся.

Дверь в холл распахнулась сама.

Мы с Митрофановной приготовились.

— Не бойся, Настена, — зазвенел Грошик, — мы тебя в обиду не дадим!

Я и не боялась. В проеме медленно сгустилась тьма. Из нее вышли фигуры. Маги. Я почувствовала их сразу.

— Ну конечно, — выдохнула я, сжимая кулаки. — Без массовки никак.

Один из них сделал шаг вперед. На кончиках его пальцев сверкнул белый огонь.

— Передай силу добровольно, — ровно произнес мужчина. — И никто не пострадает.

Ага, щас! Я усмехнулась.

— Конечно, вот только шнурки поглажу, — оскалилась я.

Он не изменился в лице.

— Это твой последний шанс, — нехорошо усмехнулся он.

Я медленно сжала пальцы. Где-то внутри уже поднималось знакомое тепло.

— Вы пришли не по адресу, покиньте мой дом!

Митрофановна воинственно двинулась на незваных гостей. Возможно, она пыталась повторить тот трюк в парке, но на этот раз маги были готовы к нападению. Мужчина вскинул руку, метла зависла в воздухе.

— Ах ты свиный сын! — выругалась она.

— Отпусти мою метлу! — рассердилась я.

На мой крик никто внимания даже не обратил. За их спинами дрогнуло пространство. Сильнее, чем раньше. Тьма словно расступилась и из нее вышел он — верховный маг Совета стихийников, лоэр Вальденн. Отец Селинды.

Мужчина был одет в черный костюм. Светлые волосы убраны назад, что придавало его внешности какую-то хищность. Черты лица резкие и холодные, голубые глаза словно кусочки льда, губы сжаты в тонкую полоску. Он посмотрел на меня с интересом. Как на вещь.

— Значит, это ты.

По спине пробежал холодок, но я не отвела взгляд.

— А ты, значит, тот самый заботливый папаша? — нагло улыбнулась я.

В его глазах мелькнуло что-то темное.

— Я делаю то, что должен, — мрачно ответил верховный маг.

— Ради дочери? — тихо спросила я.

— Ради ее будущего, — его ухмылка мне не понравилась совсем.

Ясно же, что он не намерен оставлять меня в живых, теперь может позволить себе и пооткровенничать.

— Нет. Ради своих амбиций, — покачала я головой.

Он слегка улыбнулся.

— Ты ничего не понимаешь!

— Я знаю, что ты пришел за детьми. И не надо говорить, что эта жертва оправдана. Нет! Селинда не может быть драконом, и ты из нее его не сделаешь!

На секунду тишина стала тяжелой.

— Они лишь носители той силы, что мне нужна, — спокойно сказал он.

Меня накрыла горячая, живая волна ярости.

— Ошибаешься! — прошипела я и сделала шаг вперед. — Они моя семья.

Внутри меня отозвалась магия. В глубине, под кожей словно солнце разгоралось.

— Вот оно! — удовлетворенно улыбнулся Верховный.

Я не дала ему договорить. Сила вырвалась сама. Пол вздрогнул и воздух вспыхнул. Но я не испугалась. Я знала, что делаю. Потому что за моей спиной были те, ради кого я останусь. Я не дала себе времени подумать.

Если остановлюсь — испугаюсь, если испугаюсь — проиграю, а проиграть я не имею права.

Сила рванула наружу, как будто ее слишком долго сдерживали. Воздух вокруг меня задрожал, стены дома отозвались глухим эхом, словно узнавая.

— Интересно, — негромко произнес он.

Я не ответила. Один из магов дернулся вперед, поднимая руку. Я даже не поняла, что именно сделала. Просто захотела, чтобы он остановился. И он остановился. Прямо в движении. Как будто врезался в невидимую стену. На лице мужчины мелькнуло изумление. Я сама на секунду растерялась.

— Неплохо, — одобрительно заметил отец Селинды.

Второй маг атаковал сразу. Темная вспышка рванула ко мне. Я инстинктивно выставила руку вперед. И свет… разошелся. Не отбил, не поглотил, а просто не позволил этой магии коснуться меня. Как будто она не имела права.

— Уже лучше, — тихо сказал лоэр Вальденн.

Меня это начало злить.

— Может, перестанешь комментировать и попробуешь сам? — огрызнулась я.

Его губы чуть тронула улыбка.

— С удовольствием.

В следующее мгновение давление стало почти невыносимым. Словно весь воздух в комнате сжался. Я пошатнулась. Это было уже не похоже на атаки его людей. Это было… подавление. Сила более старая, более тяжелая. Я стиснула зубы.

— Ты думаешь, что сильнее? — спокойно спросил он.

Я едва удержалась на ногах. Сердце колотилось, дыхание сбилось.

— Я не думаю, — прохрипела я. — Я знаю, за кого сражаюсь.

Он сделал шаг вперед, и этого оказалось достаточно, чтобы давление усилилось. Колени дрогнули. На секунду в голове мелькнула паника. Он слишком сильный, слишком опытный. Я не справлюсь. И в этот момент…

— Мама!

Я вздрогнула от испуганного голоса Эриэль. Меня словно ударило. Я резко выдохнула.

Нет!

Я не имею права падать. Сила вспыхнула снова. На этот раз иначе. Глубже. Я не пыталась сопротивляться. Я просто… удерживала. Себя. Дом. Их.

Давление треснуло, словно лед. Я медленно выпрямилась. И посмотрела на него.

— Ты ошибся, — тихо сказала я.

В его взгляде впервые мелькнул настоящий интерес. Я шагнула вперед.

— Это не твоя сила.

Он чуть наклонил голову.

— Уже моя.

— Нет, — покачала я головой. — Ты не понимаешь.

Я сама не до конца понимала, но чувствовала.

— Ее нельзя забрать, — продолжила я. — Только принять.

В воздухе что-то изменилось. Он это тоже почувствовал. Его лицо чуть потемнело.

— Посмотрим, — пообещал маг.

На этот раз он не стал ждать. Удар пришел сразу. Такой мощный, прямой, что я не успела увернуться. Сила врезалась в меня, выбивая воздух из легких. Меня отбросило назад. Я ударилась о стену, на секунду потеряв ориентацию. В ушах зазвенело. Перед глазами потемнело.

— Настя! — закричала Митрофановна.

Я стиснула зубы и заставила себя подняться. Руки дрожали, все тело ныло, но внутри… Внутри было тепло. Живое. Я медленно выпрямилась.

— Все? — хрипло спросила я.

Он смотрел на меня уже иначе. Внимательнее.

— Ты держишься дольше, чем я ожидал, — с какой-то затаенной гордостью сказал отец Селинды.

Я усмехнулась.

— Я вообще люблю удивлять.

И в этот момент во мне что-то изменилось. Свет разлился по комнате, но уже не мягкий, а яркий, почти слепящий.

— Наконец-то! — ухмыльнулся Верховный.

Пол под ногами треснул, воздух загудел. Я чувствовала, как меняется мое тело, магия, само пространство вокруг.

— Ты опоздал, — тихо сказала я.

Он сделал резкий жест рукой. Его маги снова двинулись вперед. Но теперь… Я даже не шелохнулась. Сила сама рванула им навстречу и отшвырнула их, как ненужное. Лоэр Вальденн резко шагнул вперед. Он готовился снова ударить. Я находилась на грани перехода в тело дракона. Балансировала в этом пограничном состоянии. Обернуться сейчас означало бы для меня ловушку в собственном доме. Моя вторая ипостась слишком большая для этого помещения, покидать дом мне тоже нельзя, я должна защищать детей и не уйду отсюда, пока не вышвырну Вальденна и его приспешников из особняка. Но в то же время, драконы сильнее людей. Магически более устойчивые, чем люди.

И в этот момент… где-то за его спиной раздался крик.

— Отец, хватит!

Все замерло. Даже он.

Медленно. Очень медленно он обернулся. Я тоже перевела взгляд. И увидела ее.

В проеме стояла Селинда. Девушка была бледной, растерянной и совершенно не похожей на ту холодную красавицу, которую я знала.

— Что ты делаешь… — прошептала она.