Мыслящий слой датского общества все более осознавал необходимость радикальных перемен, ибо жесткие рамки меркантилистского и протекционистского регулирования экономики, полукрепостнические порядки в деревне, клерикальный и полицейский контроль общественной и частной жизни — вес это тормозило развитие страны. Идеи французских просветителей, прежде всего Вольтера и физиократов, то, что впоследствии историки назовут «просвещенным деспотизме», или «просвещенным абсолютизмом», стали входить в моду в Европе в 40-х годах XVIII столетия, когда их попытался реализовать прусский король Фридрих II. В 50-х годах этими идеями прониклись образованная часть датского общества — верхушка фактически правившего страной бюрократического аппарата, аристократы-землевладельцы, немногочисленная, но в духовном отношении влиятельная интеллигенция.
Именно в это время абсолютизм в Дании — Норвегии олицетворял всевластие бюрократии, во многом потому, что формально всемогущие самодержцы Фредерик V (1746—1766) и Кристиан VII (1766—1808) фактически были не способны управлять государством. Фредерик V, смолоду пьяница и распутник, мало интересовался государственными делами, предпочитая проводить время в копенгагенских борделях. Кристиан VII, возможно, и рад был бы посвятить себя делам государства, но психическое заболевание, от которого он довольно скоро впал в маразм, оставаясь при этом абсолютным монархом, исключало такую возможность. Судьба подданных зависела от близких к трону и боровшихся между собой за доступ к королевской подписи группировок.
При Фредерике V страною сначала правил пользовавшийся его безграничным доверием мекленбуржец граф Адам Готтлоб Мольтке (1710—1792), а затем приглашенный в 1751 г. из Ганновера в качестве министра иностранных дел барон Иоганн Хартвиг Эрнст Бернсторф (1712—1772), в будущем известный всей Европе выдающийся дипломат.
В 1746 г. Фредерик V отменил многие указы своего отца, выдержанные в строгом пиетистском духе, что привело к ослаблению цензурных рогаток, позднее, в 1755 г., почти устраненных. Все это способствовало быстрому изменению интеллектуальной атмосферы, взлету общественной мысли. Не случайно публицисты все чаще обращались к теме сельского хозяйства, разительное отставание которого на фоне прогресса торговли становилось все более очевидным. Правительство разделяло озабоченность авторов, писавших об экономике и сельском хозяйстве, и даже избавило их от всякой цензуры. Более того, иногда подобные труды публиковались за счет казны.
Во второй половине XVIII в. среди помещиков стало модным обсуждать новые методы хозяйствования более развитых, чем Дания, стран, прежде всего Англии, информацию о которых можно было почерпнуть из «Экономического журнала для Дании и Норвегии», издававшегося с 1757 г. В последние годы пребывания на троне Фредерика V в Дании широко распространились идеи английских и французских просветителей. Особая заслуга в пропаганде этих идей принадлежит известному интеллектуалу, профессору государства и права столичного университета и публицисту Енсу Шелдерупу Снеедорфу (1724—1764), издававшему в 1761—1763 гг. журнал «Den Patriotiske tilskuer» (Патриотический обозреватель).
Конечно, владельцы поместий прежде всего стремились увеличить свои доходы, однако сделать это традиционным путем — путем усиления эксплуатации крестьян (увеличив объем барщины) или расширения барской запашки уже не представлялось возможным, отчасти потому, что государство по фискальным и рекрутским соображениям не было заинтересовано в сокращении численности и обеднении крестьянства. Увеличение оброка предполагало достижение арендатором определенного уровня зажиточности. Кроме того, опыт других стран, в первую очередь Англии, свидетельствовал о пользе рационализации земледелия, о пользе внедрения более прогрессивных методов. Нужно было ликвидировать архаичное трехполье, когда треть земли оставалась под паром, упразднить крестьянскую общину, провести земельный передел, укрупнив и сконцентрировав крестьянскую запашку; заинтересовать крестьянина в труде и гарантировать ему определенные права, прежде всего путем превращения пожизненной аренды в наследственную и фиксирования сроков барщины.
Крестьянские реформы начались в 1755 г., когда всем желающим было предложено разработать и послать одному из самых богатых помещиков Дании обергофмаршалу А. Г. Мольтке проекты относительно «всего, что может способствовать процветанию страны». Так начался свободный обмен мнениями по поводу дальнейшего развития сельского хозяйства. Через два года под руководством самого А. Г. Мольтке была образована первая так называемая крестьянская комиссия (Landbokomission) (ее официальное название — «Комиссия 26 ноября 1757 г. для блага и пользы сельского хозяйства»). Состав комиссии отражал интересы помещиков, видевших главную задачу в том, чтобы содействовать сельскохозяйственному производству путем укрепления поместной системы. Пункт об освобождении крестьян от сеньориальной зависимости в программу работы комиссии включен не был. В итоге в 1758, 1759 и 1760 гг. были обнародованы три указа относительно ограничения тех форм крестьянской общины, при которых приписанные к одной общине земельные угодья принадлежали разным владельцам. Запланированный передел земли между деревнями осуществить не удалось. Поэтому в 1761 г. с той же целью был издан новый указ — «об отмене общины» (хотя это громкое название не предполагало ничего, кроме ликвидации усложненных форм общинно-земельного пользования). Этот указ, как и прежний, запрещал раздел поместий и продажу на сторону владений, сданных крестьянам в аренду. Таким образом, вторая попытка модернизировать сельское хозяйство — упразднив средневековые общинные препятствия, но в то же время сохранив и укрепив крупные поместья — вряд ли могла увенчаться успехом. Эта тенденция к укреплению поместной системы проявилась еще сильнее, когда в 1764 г. был ужесточен ставнсбонд.
Указ 1761 г. также не выполнялся: сопротивление переделу было слишком мощным, а возможности власти реализовать его силой очень ограничены. Поэтому итоги официальных «крестьянских» реформ при Фредерике V оказались весьма скромными.
Гораздо большее значение для будущего имели те прогрессивные эксперименты, которые проводились в отдельных поместьях. В 1759—1761 гг. в поместье Херсхольм была отменена барщина и введена наследственная аренда. В 1763 г. магистрат Копенгагена продолжил подобные реформы в принадлежавших городу земельных владениях, а в 1764 г. в поместье Бернсторфа около Копенгагена не только была упразднена община, но и осуществлен передел земли внутри деревень.
В 1766г. на престол ступил Кристиан VII, вокруг которого собралась поддерживаемая Бернсторфом группа просвещенных и мечтавших о реформах аристократов. Среди них были родственник короля граф Карл Гессенский (1744 — 1836) и видный сановник Фредерик Даннескьольд-Самсёе (1703— 1770). Молодой король прислушивался к советам своего учителя и секретаря кабинета швейцарца Элие Саломона Ревердиля (1732—1808) и военного министра графа Клода Луи де Сен-Жермена (1707—1778), известного французского полководца, который из-за приверженности идеям Просвещения впал в немилость в Версале. Ревердиль, в течение многих лет имея возможность часто видеться с королем, не упускал случая поговорить с ним о тягостном положении датских крестьян. Постепенно ему удалось склонить своего ученика к мысли, что их освобождение — это наипервейшая и наиважнейшая задача монарха.
К. Л. Сен-Жермену еще Фредерик V поручил руководить обороной Дании, когда угроза войны с Россией в самом конце Семилетней войны сделала необходимым принятие чрезвычайных мер. Проект военной реформы, подготовленный Сен-Жерменом, настроил против него большую часть офицерского корпуса, который рекрутировался в основном из поместного дворянства. Поэтому он одобрял меры, которые могли бы ослабить власть помещиков, — именно в этом свете следует оценивать заинтересованность военного министра в крестьянских реформах. Ревердиль и Сен-Жермен объединились с одним из ведущих тогда юристов, генеральным прокурором Дании Хенриком Стампе (1713—1789). Отношение Стампе к идее освобождения крестьян определялось его гуманистическими взглядами, а также желанием заменить архаику сельских правовых обычаев более современными формами. Общими усилиями Ревердиль, Сен-Жермен и Стампе убедили короля создать в 1767 г. новую «крестьянскую» комиссию, которой, в частности, следовало изучить возможности облегчения участи крестьянского сословия.
Вскоре после образования комиссии Ревердиль и Сен-Жермен по разным причинам покинули Данию, что, впрочем, никак не отразилось на ее деятельности. Первую скрипку в ней играл Стампе, продолжавший работу согласно намеченным директивам. В результате в 1769 г. были обнародованы четыре указа. Первый, от 6 мая, требовал от помещиков точного фиксирования барщины в договоре об аренде. Указ от 13 мая «о крестьянах-собственниках» решительным образом порывал с прежним земельным законодательством, ибо отменял постановление 1761 г., по которому усадьба не могла отделяться от ее крестьянского хозяйства, кроме того, в указе говорилось, что цель земельной политики — переход от арендного владения к собственности. Согласно указу от 6 июня, владелец усадьбы, включивший крестьянские владения в усадебную землю, наказывался штрафом. Последний указ был издан 28 июля. Он касался дальнейшего упразднения общин, распространявшихся на владения разных помещиков. Указы 1769 г. имели целью обеспечить экономический прогресс и социальную безопасность крестьянства.
Даже если указы 1769 г. одобряло большинство представителей помещиков в «крестьянской» комиссии, а преобразования в отдельных поместьях зашли гораздо дальше, чем они предписывали, все равно эти попытки, казалось бы, скромных реформ вызывали протесты — как консерваторов, хотевших сохранить прежний уклад, так и радикалов, видевших в старых порядках серьезный тормоз для развития хозяйства. Тогда же, в 1769 г., в Дании образовалось Сельскохозяйственное общество, оно занималось внедрением передовых аграрных методов и выступало за более глубокие реформы.
На протяжении четырех лет (после вступления на престол Кристиана VII) вокруг трона шла непрерывная борьба за возможность влиять на больного короля. Как бы сама эта ситуация выдвинула необычную для того времени фигуру временщика-реформатора Иоганна Струэнзе (1737—1772), в руках которого благодаря случаю оказались бразды правления королевства. Вскоре после вступления на трон Кристиан VII женился на шестнадцатилетней сестре английского короля Георга II Каролине Матильде (1751 — 1775). В 1768 г. король, болезнь которого еще не проявилась, отправился в путешествие за границу — в Голландию, в Англию и Францию, взяв с собой Струэнзе, тогда безвестного медика из Альтоны.
Иоганн Струэнзе родился в 1737 г. в Галле в семье пастора. Он рано закончил университет и в девятнадцать лет стал доктором наук. В 1757 г. в качестве врача переехал в Альтону. I столюбивый и талантливый, а кроме того, горячий поклонник идей просветителей, прежде всего Вольтера, Руссо и Гельвеция, Струэнзе сблизился с группой местных прогрессивно мыслящих дворян. С их помощью он вошел в окружение короля, который в 1767 г. объезжал свои голштинские владения. Болезнь короля обострялась, и Струэнзе стал сначала его личным врачом, а затем докладчиком и кабинет-министром, через которого к королю теперь шли все бумаги. Каролина Матильда стала любовницей временщика. Так в руках Струэнзе сосредоточилась почти безграничная власть, и он решил привести страну в соответствие со своими представлениями. Располагая подписью душевнобольного короля, Струэнзе с осени 1770 г. до января 1772 г. опубликовал более двух тысяч указов, которые буквально перевернули весь прежний уклад страны и приковали к ней внимание просвещенной Европы.
И. Струэнзе — один из тех европейских государственных деятелей второй половины XVIII в., кто пытался радикально реформировать общество согласно идеям «просвещенного деспотизма». Шансы на успех начатых им реформ были минимальными, поскольку иностранец Струэнзе, мало знавший о стране, не мог привести свои идеи в соответствие с традициями ее народа. Струэнзе не только не знал языка, у него не было настоящего интереса ни к стране, в которой он оказался, ни к обычаям и культуре датчан и норвежцев. Более того, склонность к авантюрам и высокомерие способствовали почти полной изоляции Струэнзе не только от народа, но и от администрации — единственного реального инструмента реформ. Жажда власти вынуждала Струэнзе прибегать к более чем сомнительным средствам. Он по сути опозорил юную королеву: воспользовавшись ее несчастным браком, он сделал ее любовницей. Она же увлеклась им, вызвав тем самым неприязнь и осуждение подданных.
Струэнзе удалось добиться того, что в сентябре 1770 г. король отправил в отставку самого способного из своих министров, И. Х. Э. Бернсторфа, почти двадцать лет возглавлявшего Немецкую канцелярию, фактически — министра иностранных дел Дании, и других влиятельных чиновников. Он не допускал никаких устных контактов между королем и главами коллегий. Королевский совет был распущен, и вся власть сосредоточилась в кабинете короля, главой которого стал сам Струэнзе. Теперь он мог по своему усмотрению облекать в приказы кабинета те решения, которые король сообщал ему устно; подписывая их, Струэнзе лишь добавлял «по приказу короля». Написанные им по-немецки краткие декреты, подписанные монархом, становились законами. Струэнзе пригласил в Данию опальных реформаторов Ревердиля и Сен-Жермена, а кроме того, реорганизовал аппарат управления, заменив коллегии подчиненными королю департаментами с ограниченными функциями. Все прежние главы коллегий получили отставку. Счетная палата, Коммерц-коллегия и Таможенная палата были объединены в Финансовую коллегию, во главе которой Струэнзе поставил своего брата известного математика Карла Августа (1735—1804). Международные дела были переданы в ведение вновь созданного специального департамента, который возглавил угодный Екатерине II бывший посланник в С.-Петербурге граф А. С. фон дер Остен (1726—1797). Струэнзе провел декрет об отмене цензуры и свободе печати, существовавшей до тех пор лишь в Великобритании и Голландии, узаконил независимость судебной власти от исполнительной. Либерализм Струэнзе отчетливо проявился и в его экономической политике. Он отменил таможенные барьеры между королевством и герцогствами и привилегии Копенгагена во внешней торговле, прекратил выплату правительственных субсидий мануфактурам и ремеслам. Были существенно ущемлены монопольные привилегии ремесленных цехов, причем впервые стало поощряться свободное ремесленничество. В декабре 1771 г. была отменена выгодная для помещиков датская хлебная монополия в Южной Норвегии.
Естественно, особое внимание Струэнзе привлекала аграрная проблема. Еще в ноябре 1770 г. была сформирована новая крестьянская комиссия, в которую вошли видные сторонники реформ. В феврале 1771 г. по ее предложению была существенно ограничена барщина — в зависимости от стоимости земли и расстояния двора от господской усадьбы. В августе комиссия представила свои предложения относительно постепенной отмены ставнсбонда, возрастные рамки которого теперь составляли 15—34 года вместо прежних 4—40. Поощрялась свобода при заключении договоров между землевладельцами и арендаторами. Для поощрения выкупа крестьянами земли были созданы специальные фонды, планировалось даже отменить ставнсбонд.
Струэнзе успел издать указы о серии реформ, призванных гуманизировать многие сферы жизни в духе идей Просвещения. Были запрещены телесные наказания и пытки, улучшено положение заключенных в тюрьмах и трудовых домах. В Копенгагене был открыт первый госпиталь для бедных, созданы дома призрения, чтобы прекратить убийства новорожденных детей незамужними матерями. Вообще термин «незаконнорожденный» запрещался, и дети, рожденные вне брака, уравнивались в правах с «законнорожденными». Была отменена ответственность за адюльтер; учрежден медицинский контроль за многочисленными публичными домами Копенгагена, одного из крупнейших морских портов того времени, служившими рассадниками венерических заболеваний. Впервые в Европе в Дании была провозглашена свобода совести для членов любых христианских и нехристианских конфессий. Прохождение дел через административный аппарат было упрощено, а многие чиновники уволены. Юридическая администрация была реформирована в гуманитарном духе. В финансовой администрации была введена экономия, между прочим, путем прекращения государственных субсидий нерентабельным отраслям промышленности. Были отменены праздничные дни, сочтенные Струэнзе ненужными.
Многие реформы Струэнзе вызвали восторг в просвещенной Европе. Вольтер, например, отправил Кристиану VII письмо с поздравлениями по поводу принятия указа о свободе печати. Однако полная неподготовленность реформ, скорость, с которой они декларировались, но не проводились, — все это вызвало в народе сильное недовольство. Свобода печати дала возможность противникам Струэнзе открыто его критиковать.
В стране начиналось брожение. В сентябре 1770 г. норвежские моряки с военно-морской судоверфи в Копенгагене организовали демонстрацию, требуя выплатить задержанную зарплату. Струэнзе никак на нее не отреагировал, что привело к дальнейшему падению его авторитета и выражению недовольства в армии и на флоте. В октябре в столице появились листовки, призывавшие к убийству «тирана». В декабре приказ Струэнзе расформировать остатки батальона гвардии, составленного главным образом из норвежцев, привел к настоящему бунту, с которым удалось покончить, только пойдя на уступки. Все это еще больше дискредитировало правительство.
В Копенгагене распространились слухи о том, что Струэнзе намерен убить короля и кронпринца, жениться на королеве и стать хозяином в королевстве в качестве нового «Кромвеля». Не меньшим было недовольство в королевской семье, исходившее от вдовствующей королевы (второй жены Фредерика V) Юлианы Марии Брауншвейг-Вольфенбюттельской (1729—1796), ее сына принца Фредерика (1753—1805) и их окружения.
В январе 1772 г. заговорщикам удалось проникнуть к королю и заставить его подписать приказы, необходимые для ареста Струэнзе. Особый трибунал осудил его за «оскорбление величества» (связь с королевой) и покушение на абсолютную власть монарха. Струэнзе был приговорен к отсечению правой руки, обезглавливанию и колесованию, что было исполнено через несколько месяцев. Брак королевы с Кристианом VII был расторгнут; какое-то время она провела в Кронборге. Затем прибывший за ней британский корабль отвез ее в Ганновер, где она умерла через несколько лет. Ее сын, наследник трона, кронпринц Фредерик (с 1808 г. король Фредерик VI), и дочь Луиза Августа (отцом которой являлся Струэнзе), чья легитимность была официально признана, остались в Дании. Кроме того, за «оскорбление величества» был казнен молодой граф Эневольд Бранд (1738—1772), которому Струэнзе поручил развлекать короля (по-французски эта должность называлась maitre de plaisir), чтобы без помех посвятить себя делам. Однажды, когда Бранд случайно стал жертвой каприза короля, то того с одобрения Струэнзе примерно наказали, говоря проще — выпороли.
После казни Струэнзе в Дании была восстановлена старая форма правления: Королевский совет и система коллегий стали функционировать по-прежнему. Все государственные акты снова подписывал король, доступ к которому имели вдовствующая королева и ее сын, однако подлинная власть оказалась в руках воспитателя и секретаря принца Уве Хёг-Гульдберга (1731 — 1808), сына купца и профессора теологии.
Большинство указов Струэнзе были отменены, поскольку Гульдберг счет их вредными для нравов и королевской власти. Особенно острой была его реакция на немецкое засилье при дворе, что нашло поддержку в народе. Сам Гульдберг очень интересовался развитием датского языка. По его приказу были установлены часы преподавания датской литературы в школах и предписано обязательное чтение «Сборника примечательных эпизодов, извлеченных из истории Дании, Норвегии и Гольштейна» историка О. Маллинга, очень популярного и ценимого в ту эпоху сочинения. Датский язык стал языком команд в армии, заменив немецкий; это было сделано в момент увольнения немецких наемников, составлявших большую часть датской армии.
Чтобы ограничить постоянно возраставшее число немцев в администрации, правительство приняло в 1776 г. закон о так называемом «праве рождения» (Infødretslov), согласно которому на государственную службу мог поступить подданный, родившийся в королевстве, т.е. в Дании, Норвегии или Шлезвиг-Гольштейне.
Просвещенные круги датской аристократии были недовольны реакционным курсом Гульдберга. В начале 80-х годов, отчасти под влиянием войны за независимость британских колоний в Северной Америке, все чаще стали вестись разговоры о необходимости полного освобождения крестьян от любых форм зависимости, о либерализации экономики в духе учения Адама Смита, о необходимости отмены сдерживающей развитие страны монополии привилегированного купечества Копенгагена. Вокруг подраставшего наследного принца Фредерика стала складываться группа просвещенных либерально настроенных дворян и влиятельных аристократов, понимавших настоятельную необходимость реформ. Среди них были видные государственные деятели: временно отстраненный в 1780 г. министр иностранных дел Андреас Петер Бернсторф (1735—1797), директор финансового ведомства (с 1782 г.) граф Эрнст Шиммельман (1747—1831), просвещенные аристократы-помещики братья графы Ревентлов — Кристиан Дитлев (1748—1827) и Юхан Людвиг (1751—1801), которые провели реформы в своих поместьях.
14 апреля 1784 г. шестнадцатилетний Фредерик впервые участвовал в заседании Государственного совета, на котором в присутствии короля должны были дать присягу три новых члена этого органа. Однако принц Фредерик внезапно прервал церемонию и зачитал указ, в котором говорилось об упразднении кабинетного правления и восстановления во всей полноте власти совета, в состав которого вводились Бернсторф и три других сторонника принца. Затем он попросил отца подписать заготовленный указ. Несмотря на протесты дяди наследника (сына Юлианы Марии), король указ подписал, после чего, испугавших переполоха, убежал из зала заседаний. Однако дело было сделано. Юлиана Мария, ее сын и Гульдберг фактически были отстранены от власти, которая отныне переходила в руки наследного принца Фредерика и приближенной к нему группировки реформистски настроенных сановников.