Врачи реабилитационного центра сотворили чудо, и к Евгении вернулась память. С ногами оказалось сложнее, хотя травма позвоночника и не была тяжелой. Доктора объясняли все шоком и страхом, но в конце концов преодолели и это. Благодаря тренажерам и массажу Женя заново научилась ходить, а потом и бегать. Молодые вернулись домой после двухмесячного пребывания в центре, а через полгода снова отправились туда. Виталий ликовал. После второго курса реабилитационных процедур он незамедлительно сделал Жене предложение — и стоит ли говорить, что она его приняла? Вскоре после свадьбы Карташов и Беляев стали подумывать об открытии филиалов и начали со столицы. Они сделали хорошую рекламу, и заказы посыпались рекой. Вскоре они смогли переехать в Подмосковье, поближе к московскому филиалу и к ювелирному магазину, который готовили к открытию. Виталий хотел купить загородный дом, пусть небольшой для начала, а приморский продать, но Евгения заартачилась. Она безумно любила коттедж с видом на горы и утверждала, что здесь они всегда были очень счастливы. И ювелир уступил жене. Они приобрели дом в Подмосковье, двухэтажный, трехкомнатный и уютный, чем‐то похожий на старый. Виталию удалось осуществить свою мечту и сделать колье для супруги одного богатого человека. В восторге те советовали их фирму своим знакомым, и приятели впервые в жизни лопатой гребли деньги. О них писали в газетах, а однажды Карташов и Беляев сфотографировались со своими женами для какого‐то женского модного журнала. В тот же день Виталий предложил Жене переехать в более комфортабельный дом, но она отказалась.

— Вит, я привыкла к этому. Здесь такая красивая природа! Рядом лес, озеро. Зимой вообще чудо. А летом мы будем ездить в Приморск.

Карташов пожал плечами:

— Ладно, с домом понятно. Тогда я присмотрю квартиру в Москве. Знаешь, мне не всегда удобно добираться на работу, особенно в непогоду.

— Как хочешь, — равнодушно бросила Евгения. — Я-то отсюда никуда не тронусь. Буду ждать тебя долгими зимними вечерами.

Он улыбнулся и обнял ее:

— Как декабристка.

— А как тот браслет? — поинтересовалась молодая женщина. — Ну, княгини Гагариной.

— С ним все в порядке, — заверил ее Карташов и поспешил отвернуться, чтобы она не заметила бледности в его лице.

— Надеюсь, — она вздохнула. — Ну и наделала та попытка ограбления шуму. Мне обо всем рассказала Таня Беляева. А почему ты молчал?

— Потому что не хотел тебя расстраивать, — Виталий отошел к окну. — Опять дождь, а мне нужно ехать. Сегодня открытие нашего магазина. Ты точно не хочешь со мной?

Евгения покачала головой:

— На таких мероприятиях я быстро устаю.

Он придирчиво осмотрел себя в зеркале:

— Скучать не будешь?

— Вит, мне нравится сидеть у камина в дождливый осенний день с детективом в руках. Это так здорово. А переться в такую погоду в Москву — увольте! — Евгения в притворном ужасе замахала руками.

Он залюбовался ее точеным личиком и зелеными глазами.

— Женя, я очень хочу ребенка.

Она покраснела:

— Уже скоро, милый. Доктор сказал повременить еще полгода. Время пролетит быстро, вот увидишь.

Карташов послал ей воздушный поцелуй и вышел на крыльцо, где его ожидал новенький джип. Ему и самому не хотелось ехать по скользкой дороге, усыпанной осенними листьями, он с удовольствием остался бы с женой и посмотрел какой‐нибудь сериал. Но такое мероприятие они с Беляевым пропустить не могли. Мужчина вывел автомобиль на шоссе, включил тихую классическую музыку — прелюдию Рахманинова — и повел машину в город. Когда мобильный разразился песней Фредди Меркьюри «Шоу должно продолжаться», он ответил без всякого беспокойства: в последнее время его телефон разрывался от звонков клиентов.

— Карташов слушает.

На том конце не ответили.

— Карташов слушает, — повторил Виталий с раздражением. — Говорите.

Никто не отозвался, и ему показалось, что он слышит чье‐то прерывистое дыхание. Неожиданно стало страшно, и ювелир отключился, пытаясь себя успокоить:

— Вечно проблемы со связью!

До самой Москвы его не беспокоили, но почему‐то звонок не выходил из головы — в основном потому, что абонент не сказал ни слова. Кто он и что ему понадобилось? Мужчина вздохнул с облегчением, когда припарковался возле двенадцатиэтажного дома в одном из спальных районов столицы. Сначала они с Беляевым хотели снять помещение покруче и недалеко от центра, но там за аренду просили такие огромные деньги, что приятели решили повременить. Если дела в магазине пойдут хорошо, можно будет подумать и о более выгодном месте. Выйдя из машины и морщась от холодных дождевых капель, бьющих по глазам, Виталий поспешил в спасительное тепло ювелирного, с удовольствием рассматривая украшенное шарами и лентами крыльцо. Юрий уже ждал его у двери.

— Скорее, скорее, — поторопил он, — журналисты прибудут сюда с минуты на минуту.

Разгоряченный ведущий, совсем молодой парень лет двадцати с лишним, прилизанный невзрачный блондин, впрочем, уже известный в кругах тусовщиков как прекрасный диджей — именно поэтому ему доверили мероприятие, — очень волновался и крутил пуговицу на модном пиджаке. Официанты расставляли на столах бутерброды и бутылки шампанского.

— Сам глава района к нам пожалует, — Беляев тоже беспокоился, но старался этого не показывать. — Представляешь, как нас ценят?

Несколько журналистов ввалились в магазин и расселись на предложенных стульях. Глава района, невысокий представительный мужчина с ежиком седых волос, пришел последним и с достоинством уселся впереди. С ним была его супруга, полная блондинка, и какие‐то люди, вероятно, занимавшие высокие посты.

— Можно начинать, — шепнул Беляев ведущему, и тот взял микрофон трясущимися руками.

— Уважаемые жители и гости нашего города! — начал он. — Сегодня мы собрались неслучайно. В нашем городе открывается новый ювелирный магазин. Уважаемые господа ювелиры представят нам товары, которых вы больше не найдете в Москве. Вы можете купить изделия, которыми удивите своих близких и друзей. Я думаю, скоро ювелирные изделия фирмы «Беляефф» станут известны во всем мире. Пусть же господам Беляеву и Карташову сопутствует удача и поддержка высших сил!

На последнем слове голос ведущего сорвался, вероятно, от волнения, и Юрий с улыбкой посмотрел на Виталия. Тамада нервно сглотнул и продолжил:

— Мне очень приятно видеть вас, уважаемые, в качестве желанных гостей. Позвольте поблагодарить вас за оказанное внимание и от души поприветствовать.

Люди зааплодировали, в том числе и глава района.

— Думаю, что хозяева этого магазина готовы присоединиться к моим словам и выразить лично свою благодарность гостям, разделившим с ними это значимое для них событие. Я с удовольствием представляю вам господина Юрия Васильевича Беляева и Виталия Григорьевича Карташова.

Ведущий вытянул руку, как бы приглашая приятелей к микрофону. Снова раздались аплодисменты.

— Начинай, — шепнул Виталий другу. Тот взял микрофон и откашлялся:

— Добрый день, уважаемые гости! Я от души благодарен за то, что вы пришли на открытие магазина-салона «Престиж», который стал для меня осуществлением давней мечты. Надеюсь, что современное здание станет украшением нашего города, а сам магазин-салон будет полезным для всех, кто придет за покупками. Наш коллектив всегда рад видеть своих покупателей и окажет им радушный прием. — Он передал микрофон Виталию, который сразу продолжил:

— Я думаю, москвичи оценят наше стремление шагать в ногу со временем и желание внести в торговлю новые веяния, которые во всем поддерживает администрация нашего города.

— Слово предоставляется главе района… — тут же подхватил тамада. В голове Карташова мелькнуло, что фамилия чиновника все время вылетает у него из памяти, и он напрягся, чтобы наконец запомнить — мало ли, пригодится, — но сидевшая в последнем ряду женщина в темных очках (это смотрелось довольно странно в пасмурный осенний день) привлекла его внимание. Что‐то знакомое было в наклоне головы и в осанке. Ювелир засмотрелся на даму, она сняла очки — и у него все оборвалось внутри. Это была Дарья, да, именно Дарья, в этом он мог поклясться. Виталий непроизвольно сделал шаг вперед, и Беляев незаметно стукнул его по бедру:

— Куда ты?

Женщина в последнем ряду встала и, не дожидаясь окончания пафосной речи чиновника, прошмыгнула между журналистами к выходу. Карташов хотел броситься за ней, но удержался. Глава района закончил обещанием всячески помогать бизнесу, потому что в их районе это был пока единственный ювелирный магазин. Ведущий предложил гостям отметить открытие, и все направились к столикам с закусками. Виталий взял маленький бутерброд с семгой, но кусок не лез в горло. Он постоянно думал о Дарье. Почему она пришла на мероприятие? Какие цели преследует? Давно ли догадалась, что в ее руках фальшивка? На эти вопросы пока не было ответа, и Карташов не сомневался: Дарья ему позвонит. Он ждал и боялся этого.

— Что это ты такой хмурый? — поинтересовался Беляев, хлопая напарника по плечу. — По-моему, все идет прекрасно. Вот увидишь, о нас заговорят в мире!

Виталий вяло улыбнулся:

— Голова что‐то болит. Извини, но если я не нужен…

Юрий огляделся по сторонам.

— Сейчас дадим интервью той бойкой девице — и отправляйся восвояси. Честно говоря, я тоже чертовски устал. Да и Татьяна где‐то подхватила грипп, хотя вроде не сезон. Сейчас лежит с высоченной температурой, и мне нужно привезти ей лекарства. — Он хотел что‐то добавить, но рыжая худая девушка в рваных джинсах завладела их вниманием:

— Парочку слов для нашей газеты. — Она достала диктофон. — Скажите, как долго вы шли к такому успеху?

Беляев, бросив взгляд на приятеля и поняв, что Карташов ничего не скажет, отвел ее в сторонку и начал рассказывать про долгий и тяжелый путь из Приморска до Москвы. Рыжая мучила его полчаса, потом сфоткала их вдвоем и ретировалась.

— У тебя так хорошо получается, что я не нужен, — произнес Виталий и положил на тарелку недоеденный бутерброд. — Может, все‐таки меня отпустишь?

Юрий увидел, что столы опустели, все было съедено, а шампанское — выпито.

— Ладно, иди. Я сам все разрулю.

Карташов вздохнул с облегчением и, попрощавшись со всеми и сославшись на неотложные дела, почти выбежал из душного помещения, пропахшего разношерстным парфюмом и рыбой. Он сел в машину, повернул ключ и медленно выехал со стоянки возле дома. На его счастье, улицы оказались незагруженными, и ювелир спокойно доехал до шоссе. Когда раздался звонок, он вздрогнул. Виталий знал, кто это, и не ошибся. Мужчина не хотел отвечать, но понимал, что этим сделает только хуже.

— Слушаю, — сказал он, и голос его дрогнул.

— Слушай, — раздалось в ответ. — Узнал меня?

Ему показалось, что весь мир рухнул.