Прошла неделя, но Евгении не становилось легче. Виталий каждый день навещал возлюбленную, которая по-прежнему не могла пошевелить ногами. Валентин Иванович торопил Карташова с деньгами, но ювелир не спешил выставлять дом на продажу. Ему намекнули, что скоро Женю можно будет забирать, и он метался, думая, что делать, если на дом быстро найдутся покупатели. Пожилая мать девушки жила в Мурманске, и везти к ней дочь было бы преступлением. Виталий еще не сообщил ей о беде, настигшей Евгению, и считал, что поступил правильно. Ну чем бы помогла бедняжка, недавно потерявшая мужа? Стала бы ахать и охать из боязни лишиться единственного позднего ребенка? А если она вздумает приехать и поселиться в доме? Нет, это не выход из положения. После утреннего посещения больницы Виталий ехал в офис и колдовал над копией, напрягая мозги, где взять деньги. Он был уверен, что Юрий не одолжит такую сумму, однако решил попросить его совета: вдруг что подскажет? Когда Беляев зашел в офис, Карташов поднял голову и проговорил:

— Юрка, привет. Может быть, ты что посоветуешь? Нужны большие деньги, чтобы Женька пришла в себя.

Беляев прищурился:

— Насколько большие?

— Два миллиона, не меньше! — выпалил Виталий с испугом. Юрий дернул плечом:

— Ну, это не ко мне. Сто тысяч я бы еще мог одолжить, но два миллиона!..

— Может быть, ты знаешь, где мне их взять? — не отставал Карташов. Приятель присвистнул:

— Вот тут я тебе не советчик.

— Тебе не предлагали хорошие заказы? — спросил молодой человек с мольбой в голосе.

— Настолько хорошие, чтобы заработать миллионы? — уточнил Беляев. — Нет, мой друг, таких я не видел за всю мою жизнь. Вот поэтому и мечтаю открыть филиалы фирмы в больших городах. Там совсем другие заработки.

Виталий вздохнул:

— Что ж, на нет и суда нет. Придется продавать дом.

Юрий сел рядом и положил руку на плечо друга.

— Продавать дом? Ты серьезно? Он ведь так нравился Женьке.

— А теперь сыграет другую роль, — буркнул Карташов. — Женя должна встать с постели. Я бы отдал за это жизнь.

— Ты молодец, — Беляев отпустил его плечо. — Что ж, это самое верное решение. Дом вы купите потом, когда она поправится.

Виталий снова погрузился в работу, стараясь отогнать от себя печальные мысли. «Мы больше никогда не купим такой дом, — думал он. — После реабилитации останется на однокомнатную квартиру. Что ж, сейчас и это для нас хорошо. Хоть какая‐то крыша над головой».

— У тебя есть знакомый риелтор? — спросил он Юрия после паузы. — Мне бы хотелось продать побыстрее.

— Вот в этом я могу тебе помочь, — обрадовался приятель. — Ее зовут Елена, и она очень опытный риелтор.

— Значит, и проценты у нее хорошие, — констатировал Карташов.

— Как у всех, — заверил его Беляев, — три процента с продажи. Хочешь найти дешевле — валяй.

— Дай мне ее телефон, — быстро проговорил Виталий, словно боясь передумать.

— Пиши, — Юрий с удовольствием продиктовал номер. — Позвонишь и скажешь, что от меня. Думаю, она сделает тебе скидку, небольшую, но все же.

— Спасибо. — Карташов смотрел на цифры как на спасательный круг. — Очень кстати.

— А что скажет Женя, когда придет в себя? — задумчиво проговорил Юрий. — Я помню, как она пыталась украсить его, вкладывала душу.

— Пока мы можем себе позволить однушку. — Виталий избегал смотреть на друга. Странно, что ему было стыдно. Все же он старался помочь возлюбленной.

Беляев ободряюще улыбнулся:

— Ну ничего, вы молодые, у вас все еще впереди. Да и у меня впереди большие заработки, я в это верю. Подожди, вот раскрутимся — и поправим материальное положение.

Карташов ничего не ответил. Одно дело — когда у тебя уже есть эти филиалы и клиенты и дело за подсчетом прибыли, а другое — когда все в далеком проекте.

— Дай-ка посмотреть на копию, — Юрий вдруг сорвался с места и подошел к приятелю. — Слушай, это просто шедевр. Не отличить от подлинника.

Виталий вспомнил слова Дарьи и покраснел. Странно, но они запали ему в душу, хотя он всячески гнал их от себя.

— Жаль, что мы запросили так дешево, — Беляев скривился, словно положил за щеку кусок лимона. — Но ничего не поделаешь, договор составлен, старушка дала аванс.

— Аванс? Она дала аванс? — глаза Виталия округлились. — И ты молчал?

— Милый мой, это престижный заказ, и я не дам тебе денег и не возьму сам, пока не будет готова копия, — парировал друг. — Если ей что‐то не понравится, пусть забирает все до копеечки. Для меня престиж фирмы прежде всего. Я потерплю, и ты потерпишь.

Это замечание задело Карташова. Может быть, Юрка и прав, но почему он скрыл от него получение аванса?

— Ладно, работай и ни о чем не думай, — Беляев попытался его успокоить. — Я придержал денежки на всякий случай, а на самом деле уверен, что все у нас получится. Правда ведь?

— Конечно, — Виталий снова углубился в работу, но никак не мог сосредоточиться. Работа явно не спорилась.

— Юра, можно я сбегаю к Женьке? — вдруг спросил Карташов. — Что‐то у меня тяжело на душе.

Приятель смерил его взглядом.

— Извини, но нет, — отчеканил он. — Я понимаю твои проблемы, но у нас срок сдачи. Сделай два звена — и можешь отчаливать.

Виталий тяжело вздохнул, однако не стал возмущаться. Он подцепил пинцетом одно из незаконченных звеньев и постарался углубиться в работу.