Метель слепила глаза, хлестала по лицу колючими иглами снега. Женя шла наощупь, выставив вперёд руки в толстых перчатках, пытаясь нащупать деревья, чтобы не врезаться. Куртка у неё была хорошая, пуховая, купленная специально для этого похода, но холод всё равно пробирался внутрь, заползал под воротник, сочился сквозь молнию.
Она уже час как поняла, что заблудилась.
Тропа исчезла где-то позади, растворилась в белой пелене. GPS на телефоне показывал пустоту, сигнала не было уже давно. Последняя отметка геолокации осталась в трёх километрах отсюда, у того самого места, где она свернула с дороги, решив срезать путь через лес. Идиотское решение. Но тогда, ей казалось, что всё будет нормально, что она справится, что лес не такой уж большой.
Теперь лес казался бесконечным.
Женя остановилась, прислонилась к стволу дерева, перевела дыхание. Лёгкие горели, пальцы в перчатках уже не чувствовались. Она вытащила телефон, проверила время. Половина пятого, скоро стемнеет. Зимний день короткий, солнце уже клонилось к горизонту, свет становился серым, тусклым.
Ночью в лесу одна, в метель.
"Не паникуй. Не паникуй. Тебя хватятся на базе, когда не придёшь к назначенному времени. Отправят поисковую бригаду".
Но сколько времени они будут искать? А если не найдут до темноты? Искать ночью в такую погоду... она знала, что это почти невозможно.
Нужно укрытие. Срочно.
Женя оттолкнулась от дерева, пошла дальше. Направление выбирала наугад, лишь бы не стоять на месте. Движение хоть немного согревало. Рюкзак оттягивал плечи, спальник внутри казался насмешкой. Что толку от спальника, если некуда его постелить? Спать прямо на снегу? К утру превратишься в ледышку.
Лес начал редеть. Деревья стояли дальше друг от друга, кроны тоньше. Она вышла на какую-то поляну, продралась сквозь заросли кустарника и остановилась.
Впереди, сквозь завесу метели, виднелась тёмная громада.
Женя прищурилась, вгляделась. Руины. Огромные, мрачные, торчащие обломками башен и стен на вершине невысокого холма. Провалы окон зияли чёрными глазницами. Камни осыпались, крыша обвалилась, но основные стены ещё стояли.
Старый особняк или даже замок.
Первой реакцией был страх. Место выглядело зловеще, как декорация к фильму ужасов. В таком впору ожидать встречи с толпой зомби или оживших скелетов. Женя даже рассмеялась, нервно, истерично. Очень смешно. Самое время самой себе выдумывать страшилки.
Нужно мыслить рационально. Стены есть, крыша, пусть частично, но есть. Это, возможно, единственный вариант сейчас укрыться от ветра и переждать бурю.
Лучше встретить призрака, чем превратиться в сугроб.
Женя пошла к холму. Подъём был крутой, осыпь скользкая под снегом. Она карабкалась на четвереньках, цеплялась за камни, два раза соскользнула вниз, ободрала ладонь об острый край булыжника. Наконец добралась до пролома в стене, протиснулась внутрь.
Ветер здесь был тише. Не совсем затихал, но гулял эхом под сводами. Женя достала телефон, включила фонарик. Луч света прорезал темноту, выхватил клубы пыли, кружащиеся снежинки, каменный пол под ногами.
Огромный зал с высокими потолками, частично обрушенными. Снег лежал сугробами у стен, ветер наметал его через дыры в крыше. Но в дальнем конце, справа, виднелся уцелевший угол. Стены там казались целее, перекрытия держались, образуя что-то вроде навеса.
Женя направилась туда, осторожно ступая по скользкому полу. Луч фонарика плясал в руке, тени метались по стенам. Страшно до жути, но альтернативы не было.
Я увидел свет.
Странный, не похожий ни на что виденное мной раньше. Не тёплый мерцающий огонь факела, не мягкое сияние магического кристалла – холодный, резкий. Он прорезал темноту зала, скользил по стенам, приближался.
Я услышал шаги, сбивчивое дыхание.
Кто-то живой.
Впервые за... сколько? Пятьдесят лет? Семьдесят? Я потерял счёт. После того, как обрушилась северная башня, похоронив под обломками последних мародёров, сюда больше никто не приходил. Замок стал могилой, а я её единственным обитателем.
Теперь кто-то был здесь.
Из-за яркого света я не мог видеть того, кто шел в мою сторону, только слышал приближающиеся шаги.
Свет упал прямо на меня.
Следом раздался вскрик – резкий, испуганный. Фигура отшатнулась назад, раздался стук чего-то упавшего на пол, свет погас.
Женя отшатнулась, вскрикнула, и телефон выскользнул из окоченевших пальцев. Гаджет ухнул в глубокий нанос снега у её ног и мгновенно погас, словно его проглотила тьма. Спасительный луч исчез, погрузив руины в густую, давящую темноту.
Первым порывом было бежать. Развернуться и рвануть вслепую обратно, к пролому в стене, подальше от этой неподвижной фигуры, которая только что возникла перед ней. Она уже сделала шаг назад, хрустнув ледяной крошкой под ботинком, но замерла.
Телефон. Чёрт возьми, новенький айфон, за который ей ещё полгода платить кредит. Оставить его здесь? В сугробе? Ну уж нет.
Женя застыла, вслушиваясь в темноту до звона в ушах. Ветер завывал в проломах стен, где-то далеко скрипело дерево, но оттуда, из угла, не доносилось ни звука. Ни дыхания, ни шороха одежды. Если там кто-то и стоял, то он умел хранить тишину лучше любого спецназовца. Или... он был неживым.
Она медленно опустилась на корточки, лихорадочно шаря руками в сугробе. Пальцы наткнулись на холодный, твёрдый прямоугольник. Схватила, выдернула из снежного плена. Нажала кнопку сбоку — экран вспыхнул, и Женя чуть не разрыдалась от облегчения. Работает.
Трясущимися пальцами активировала фонарик снова. Луч прорезал тьму.
— Ладно, — прошептала она одними губами. — Ладно. Кто бы ты ни был.
Она резко вскинула руку, направляя свет прямо перед собой.
Луч выхватил фигуру из темноты, и Женя снова отшатнулась, на этот раз вцепившись в телефон мёртвой хваткой. Сердце ухнуло куда-то в пятки, колени предательски подогнулись.
Огромная статуя выше человеческого роста стояла у самой стены, сливаясь с камнем и тенями. Свет скользнул по широкой груди, одетой во что-то наподобие военной формы, только странной и старомодной. Плащ, застывший складками ледяной ткани. Руки опущены вдоль тела, одна чуть согнута в локте.
Женя шагнула ближе, не в силах отвести взгляд от лица. Красивое, даже несмотря на каменную неподвижность. Строгие черты, тонкие губы, сжатые в линию. Высокие скулы. И уши... она присмотрелась... заострённые?
"Эльф?"
Рассмеялась, нервно, коротко. Ну конечно, толкинисты или ролевики. Устроили себе игру, построили декорации, а потом забросили замок или просто оставили до следующего сезона. А эта статуя... наверное, часть антуража. Очень реалистичная, надо признать, мастерски сделанная.
Хотя... Женя обошла статую кругом, осветила фонариком все детали. Слишком реалистичная. Складки одежды, пряди волос, даже текстура кожи... будто не камень, а настоящий человек, замёрзший в один момент.
Мурашки побежали по спине.
— Хватит пугать саму себя, — проговорила она вслух.
Женя отвернулась, осмотрела угол. Здесь действительно было суше. Камни пола чище, будто кто-то подметал. Над головой перекрытия держались крепко, без трещин. Странно — остальной замок сплошные развалины, а этот кусок словно законсервирован.
Магия, подумала она с усмешкой. Защитные чары.
— Так, Женька, не дрейфь. Стены есть, крыша есть. Сосед тихий, — нервный смешок вырвался и эхом отразился от стен. — Идеальное место для ночлега.
Она сбросила рюкзак, достала спальник, расстелила у ног статуи. Там было суше всего, к тому же фигура закрывала от сквозняка. Женя села, обхватила колени, попыталась унять дрожь. Холод пробирался сквозь куртку, джинсы, ботинки. Пальцы ныли.
Взгляд снова скользнул вверх, на лицо статуи.
При ближайшем рассмотрении оно казалось ещё более живым. Выражение... не холодное, как показалось сначала. Скорее отстранённое. Грустное, может быть. Глаза смотрели куда-то в пустоту.
— А ты красивый... для статуи.
Женя снова усмехнулась, на этот раз мягче. Говорить вслух было легче. Голос заполнял пустоту, отгонял страхи.
— Строгий такой, серьёзный. Наверное, был генералом или кем-то вроде того, да? — Она обвела фонариком фигуру, задержалась на военной форме. — Точно, эльф-генерал. Очень круто.
Она помолчала, прислушалась. Ветер выл где-то наверху, но сюда не доставал.
— Слушай, ты тут вроде как хозяин, — Женя посмотрела на статую снизу вверх, на каменное лицо. — Можно я переночую? Обещаю ничего не ломать. И мусор за собой уберу. Честно-честно.
Тишина.
Конечно, тишина. Что она ждала?
Женя грустно улыбнулась, потёрла лицо ладонями.
— Пожалуйста... побудь моим защитником. А то мне одной до жути страшно, — голос дрогнул. Она сглотнула комок в горле. — Защитишь меня от монстров, ладно, красавчик? Если вдруг зомби придут... ты их отпугнёшь своим суровым видом. Договорились?
Она откинулась назад, прислонилась плечом к холодной каменной ноге. Странно, но рядом со статуей было спокойнее. Будто она правда не одна. Будто кто-то на самом деле стоит на страже.
Глупости, конечно. Но приятные глупости.
После десятилетий тишины, после бесконечного молчания мёртвого замка её голос звучал как песня.
Я впитывал каждое слово.
Она просила разрешения остаться, просила защиты. Называла меня красивым.
Что-то шевельнулось внутри ледяной груди – странное тепло. Крошечная искра, едва ощутимая, но такая яркая на фоне вечного холода.
"Защитить".
Она просила меня защитить её.
Я, который не смог защитить своё королевство. Не смог спасти Эдмунда, армию, людей, которые мне доверяли. Я стоял истуканом, пока они умирали, варвары грабили замок, а мир рушился вокруг.
Бесполезный и жалкий.
Но сейчас, глядя на эту девушку у моих ног, на её круглое лицо, румяное от мороза, на испуганные глаза, на дрожащие руки... я чувствовал забытый импульс. Желание защищать. Укрыть её собой от холода, страха и темноты.
Если бы только мог.
Женя полезла в рюкзак, достала термос с чаем. Тот был уже чуть теплым, но всё равно лучше, чем ничего. Сделала несколько глотков, почувствовала, как жидкость согревает изнутри. Достала протеиновый батончик, откусила кусок. Есть не хотелось, но нужно было поддерживать силы.
Она жевала медленно, смотрела в темноту зала. Фонарик на телефоне пришлось выключить, чтобы экономить батарею.
— Знаешь, красавчик... — Она снова заговорила, не в силах молчать. — Я вообще-то сюда приехала от депрессии сбежать. Смешно, да? Думала, поход поможет. Природа, свежий воздух, одиночество. А в итоге... заблудилась в метель и ночую с каменным эльфом в развалинах.
Рассмеялась коротко.
— Хотя, знаешь... оно того стоило. Сижу сейчас и думаю... а может, это знак? Вселенная говорит мне: хватит ныть, Женька. Вот тебе настоящие проблемы. Выживи сначала, а уже потом о смысле жизни думай.
Она допила чай, завинтила крышку термоса. Засунула обратно в рюкзак.
— Завтра найдут обязательно. Я же оставила GPS-трек... ну, пока сигнал был, — голос дрогнул снова. — Найдут. Точно.
Она забралась в спальник, застегнула молнию до подбородка. Холод всё равно пробирался, но внутри было теплее. Женя свернулась калачиком, подтянула колени к груди.
— Спокойной ночи, генерал.