— Мне кажется, или чем дальше мы идём, тем более крупные попадаются монстры?

— Мне тоже показалось, — соглашается Аглая.

— Ладно, не расслабляемся, — говорю. — Ты чувствуешь что-нибудь? — обращаюсь к менталистке.

— Нет, как отрезало, — отзывается она. — Но мне кажется, что мы идём правильно. Только я никого не слышу.

Следующий монстр, размером с небольшого барсука, застывает на границе тумана.

— И что мы с ним будем делать? — спрашивает Аглая. — Разума там почти нет.

— Зато есть вода, — сосредоточенно добавляет Олеся. — Дайте мне время. — Девушка закрывает глаза и замирает.

Пару секунд ничего не происходит. Аглая уже собирается сказать что-нибудь едкое, как из монстра вычленяется его туманная копия и растворяется в воздухе. Барсук сжимается и падает на землю. Больше он нам не угрожает. Странно, что животина мелкая, и при этом без стаи.

— Ларик, твой совет работает, — с легким удивлением говорит Олеся. — Только очень медленно.

— Это нарабатывается, потом будет получаться с каждым разом быстрее. Как и с любым другим глифом. — С интересом смотрю на сухой трупик. — Поздравляю, воды в нем явно не осталось.

— Да уж. — Довольно кивает Олеся и смотрит на свои руки. — Не думала, что это будет проще, чем любая водная атака.

— Идём дальше или продолжим смотреть на кусок меха? — спрашивает Аглая.

Вокруг остается неизменная стена плотного тумана. Стараемся держаться вместе и периодически отбиваемся от случайно вышедших монстров. Все в основном одиночки — похоже, прямую атаку на нас пока не направляют. Хорошо чувствую, что повсюду очень много активной магии. Куда не повернись: хоть справа, хоть слева. Впереди и сзади то же самое.

— Кажется, там идет битва. — Олеся прислушивается и показывает в туман.

По ту сторону границы и правда много активных шевелений, и не только там, куда указала девушка. Кажется, мы оказались в самом центре урагана. Битвы идут буквально повсюду. До нас добираются только случайные существа. Теперь понятно, почему в последнее время мы встречаемся только с одиночками.

Ждать, пока все вокруг затихнет, большого смысла нет. Нужно пользоваться тем, что происходит. Очередной шаг — и волк не может продвинуться ни на метр. Монстр безрезультатно перебирает лапами на одном месте и не совсем понимает, что не так. Животное оборачивается на Аглаю в ожидании команды. Тоже подхожу ближе и утыкаюсь в плотный вязкий кисель.

— Понятно, впереди кто-то без сознания, — сообщаю девчонкам. — Скорее всего, студент. Придется немного подождать: обходить не вариант.

— С чего ты взял? — спрашивает Аглая. Девчонка делает пару шагов и тоже попадает в кисель. — Поняла, снимаю вопрос.

— А я не поняла. — Выжидающе смотрит на меня Олеся.

— Когда студент теряет сознание на арене, к нему тяжело подойти, — объясняю. — Я бы сказал, невозможно. Мы с Аглаей пока что поняли только один алгоритм: становится тяжело подойти не только монстрам, но и людям. Возможно, есть другие ситуации и обстоятельства, в которых действуют такие же ограничения на приближение. — Вспоминаю первого парня, которого достал огненными росчерками при входе на арену. Подтвердить свои догадки пока не могу.

— А-а-а-а! — раздаётся приглушенный крик Марины, и кисель пропадает. Не сразу понимаю, слышат ли крик девчонки, или он звучит только в моей голове.

Аглая срывается с места одновременно со мной. Все вместе бежим на голос. Олеся не задает никаких вопросов, а я каким-то образом уже чувствую нужное направление.

Точно так же, как и в прошлый раз, застаём неприятную картину за ближайшими невысокими башнями.

— Вроде успели, — выдыхает Аглая.

Марина выглядит более-менее целой, но ситуация крайне неприятная. Рядом нет нападающих животных или студентов. Девчонка банально попадает в ловушку.

— Где-то мы уже это видели, — замечает Олеся.

Впереди живое дерево — примерно такое же мы встретили в своё время на тропе. Ветки цепляют Марину за ногу и постепенно затягивают к себе.

Кора дерева и ветви без листьев уже хорошенько опалены молниями. Девчонка шарашит ими в разные стороны практически без разбора. Ни поджечь дерево, ни освободить ногу она не может. Неприятно.

Не думал, что на арене есть что-то подобное. Марине просто не повезло — против этого, уже опаленного дерева её молнии слабо помогают, они просто сливаются по черной коре в землю.

— Как долго она тут? — спрашивает Олеся. — Неужели с самого начала?

— Не исключено, — отвечаю, глядя на порядком прокаченные молнии. Но и эта прокачка не спасает.

Если девчонка борется с деревом больше сорока минут, значит, её резерв почти на нуле. Дерево постепенно затягивает и почти не реагирует на ответные атаки.

Марина в панике — она хрипло кричит, а воздух вокруг плывёт от снопов молний. Напоминает того парня, который изводил Олесю.

— Охх, — глубоко вздыхает Олеся и судорожно соображает, чем помочь напарнице. Видно, как девчонку передергивает от вероятно нахлынувших воспоминаний.

Подходить ближе опасно — Марина, очевидно, ничего не соображает. Задеть кого-нибудь из нас — раз плюнуть. Да и подойти мы не успеваем — Марина теряет сознание. Скорее всего, от боли. Дерево тут же замирает.

— Что будем делать? — Смотрю на девчонок.

— Разума я не чувствую, — открещивается Аглая. — Контролировать эту тварь не смогу.

— Понятно, что перед нами ловушка, — размышляет Олеся. — Но что с этим делать — ни одной мысли.

— Зато у меня есть одна. Будь наготове, — предупреждаю Олесю.

— Хорошо, — она с готовностью кивает, а водяные хлысты застывают в воздухе. Девчонка конденсирует воду прямо из тумана, и тот немного развеивается.

А ничего так придумано — сразу два в одном. И туман чуть расчистила, и техника уже готова.

Для проверки своей идеи стреляю огненным росчерком в дерево. Оно мгновенно вспыхивает — значит, магическое, как и на тропе.

— Олеся, давай! — распоряжаюсь и успеваю выставить щит, чтобы защитить Марину.

Девчонка понимает меня с полуслова и заливает Марину бочками воды. Влага из воздуха настолько резко концентрируется, что вокруг нас словно запускается лёгкая воронка торнадо.

— Кажется, нормально. Успели, — говорю и убираю щит между Мариной и деревом.

— Ого! Как далеко ты можешь его выставить! — уважительно замечает Аглая, кивая на тонкую плёнку щита.

— Надеюсь, об этом никто, кроме вас не узнает — делаю прозрачный намёк.

— Что ты, что ты, я нема как рыба, — фыркает Аглая.

— Да и зачем кому-то об этом знать, — соглашается Олеся.

Рассказывать направо и налево о том, что у меня получается таким образом манипулировать щитами, по большому счёту, действительно не стоит. Преподаватели тоже говорили об этом.

Удивляюсь сам себе: чем дольше мы находимся на арене, тем лучше пользуюсь всеми своими возможностями. И не только я — достаточно посмотреть на Марину и её молнии. Олеся тоже учится новым приёмам: высушивает монстров и пускает в переработку окружающий нас туман. Аглая выносит меньше видимых результатов, зато понимает специфику своего направления. По сути, менталистка больше всех в выигрыше. Во-первых, если сможет развить своих миньонов и научить нападать, быстро переплюнет всех однокурсников по силе. Во-вторых, она теперь хотя бы примерно знает, в какую сторону развиваться. Перестанет тратить время на ненужные ей ментальные техники и направит силы в другое русло.

Еще мне начинает казаться, что основная цель сегодняшнего занятия — не дойти до центра. Но свои мысли пока оставляю при себе.

Постоянно пробую пойти в сторону Марины. Еще несколько попыток, и у меня получается: давление киселя спадает. Подбегаем к девчонке. Быстро осматриваю обожжённую ногу.

— А⁈ Кто тут⁈ — вскрикивает девчонка.

— Свои, свои, свои, — тихо говорит ей Олеся и обнимает Марину за плечи. Та вся дрожит.

Запускаю целительские глифы с диагностикой. Как показала практика, видимых ранений может и не быть. Надо срочно проверять: мало ли, что тут происходило в последний час.

В принципе, кроме вывиха и обожжённой кожи — особых повреждений у Марины нет. Кажется, обошлось. Да и не мудрено: если вокруг дерева непрерывно бахали молнии, вряд ли бы кто-то осмелился приблизится. Как говорится, что не делается…

С вывихом мы справимся — он не сложнее, чем тот, который мы вправляли Олесе. Но в любом случае, моральное состояние Марины очень шаткое — девчонка тоже натерпелась. Ощущать на протяжении получаса свою полную беззащитность — врагу не пожелаешь. Арена будто специально подстраивает все так, что ты понимаешь: каким бы ты не был сильным магом, иногда толку от тебя ноль. Особенно, если противник может игнорировать всю твою силу. Плюс боль. Плюс постоянный страх. И отчаяние — Марина вряд ли видела тут других студентов, поэтому не знает, что погибнуть на арене невозможно.

Каждого из нас тестируют на износ. Как ни странно, после таких проверок никто не выбывает — даже взять историю с деревом. Как только Марина отключилась, существо перестало сопротивляться. Здесь не дают больше, чем ты можешь выдержать.

Во всём этом есть единственный несомненный плюс: во время сопротивления, девчонка неплохо прокачала магию. Жаль, ей это не помогает.

— Ребят, когда уже все это закончится? Где Макс? — Шмыгает носом Марина. Нога, очевидно, болит.

— Мы их пока не встретили, — отвечаю. — А сейчас приготовься: будет больно.

— Зажми что-нибудь в зубах, — советует Олеся.

— Может не надо? — Умоляюще смотрит на меня Марина.

— Ларик уже вправлял мне сегодня вывих, — успокаивает её Олеся. — Слушай всё, что он говорит. Всё получится. Видела, я уже нормально хожу? Вообще наступить не могла.

Девушка кивает и зажимает зубами рукав своей магической накидки. Вкидываю глиф с обезболом, и тут же вправляю ногу.

— Ай! — вскрикивает Марина и разжимает зубы.

— Уже почти всё. — Олеся гладит её по спине. — Самое страшное позади.

Заканчиваю работу целительским глифом. На третий раз выходит намного быстрее. Ещё один небольшой поток пациентов, и смогу спокойно оказывать первую и вторую помощь.

— Теперь нужно перевязать, — обращаюсь к девчонкам.

Аглая протягивает тонкую шёлковую маечку.

— Держи, этого должно хватить, — говорит она. — Мне уже не надо.

Осматриваю землю и смотрю, что есть вокруг. Ищу хоть какую-нибудь деревяшку. Аглая протягивает свою палочку.

— Забирай мою, рука уже почти в порядке. — Менталистка сжимает и разжимает пальцы.

Приматываю деревяшку к ноге Марины. Как бы то ни было, девчонка, похоже, пострадала несколько больше, чем Олеся. Здесь потребуется чуть больше сил на восстановление.

— Наступать можешь? — спрашиваю.

Марина морщится от боли, но кивает.

— Как вы тут оказались? — задает вопрос. Девчонка опирается о ближайший ящик и старается собрать в резинку копну рыжих волос.

— Ой, давай потом поболтаем, — отмахивается от расспросов Аглая. — Лучше договоритесь с Олесей, — тут же берёт на себя координацию. — У вас двоих отличные техники. Работайте в паре.

— Может, ты еще знаешь, куда нам идти? — Вопросительно смотрю на нашу менталистку.

— Туда. — Показывает рукой Аглая. — Только оттуда нас никто не зовёт и помощи не просит. Но я чувствую, что кто-то из наших тянет своим сознанием.

— Марк или Макс? — уточняю.

— Не знаю, — отвечает Аглая.

— Вы меня так же нашли? — тихо спрашивает Марина.

— Как тебя не найти? — ухмыляется Аглая. — Ты же орала так, что тебя чуть ли не в городе слышали, — жестковато поддевает девчонку. Впрочем, от нее вполне ожидаемо. И добавляет. — И правильно делала! Но сейчас нас никто открыто не зовет, поэтому сложнее. Ты там как? Готова или тут будешь сидеть?

— Готова-готова, — тихо отвечает Марина и, опираясь на Олесю, делает аккуратный шаг вперёд. Целительский глиф работает неплохо, и, похоже, Марина вполне себе может идти. — Если не очень быстро, то я с вами, — отзывается девушка.

— Здесь лучше быстро, — замечает Аглая, и я с ней согласен. — Ты командир, тебе решать, — сдаёт позиции девчонка и смотрит на меня.

— Ладно, минут пять можно идти спокойно, — продумываю дальнейшие действия. — Дальше будем смотреть по обстоятельствам.

— Так у нас появился официальный командир? — поддевает менталистку Марина. Между девчонками периодически проскальзывает внутреннее противостояние, но я в него не лезу.

— Он меня нашел, начал собирать остальных, поэтому так, — поясняет Аглая. — Ладно, хватит языками чесать.

— Согласен, на месте стоять нельзя. — Поворачиваюсь в сторону, в которую недавно указала менталистка.

— Волк! — кричит Марина, вытягивая руку. Девчонка замечает нашего спутника.

— Эй-эй, не трогай, — просит Аглая. — Он с нами.

— С вами? — не верит своим ушам Марина.

— Я без особых проблем контролирую его сознание, — объясняет менталистка. — А что? Нам не помешает зубастый напарник.

Во главе с волком двигаемся дальше.

Макса находим почти сразу. Парень в нашей помощи не нуждается, но и выполнить задание физрука не может. Его каменные ловушки сильно видоизменились. Фактически, парень построил прямо над собой огромный каменный шар-скелет. Отдаленно напоминает две ладони, переплетённые пальцами. Две ловушки соединяются прямо над Максом, и существа никак не могут его достать. Просто в тщетных попытках мечутся рядом.

На первый взгляд всё выглядит довольно-таки неплохо: Макс под защитой, местные грызуны-переростки никак не могут пролезть сквозь каменный скелет. К тому же в существ постоянно летят каменные снаряды. Во всей это чудной картине есть одно «но»: парень не может двинуться с места. Его стихия слишком медлительна. И, судя по количеству разбросанных вокруг снарядов, в таком патовом состоянии он находится уже долгое время.

— Макс! — Окликаю парня.

Сначала он нас не замечает, продолжая увлечённо отстреливать стайку магических грызунов. Волк изо всех сил рвётся в бой, и менталистка спускает его с невидимого поводка. Несколько тварей сразу выбывают из общей битвы.

— А вы что здесь делаете⁈ — Выглядывает Макс из своего укрытия.

— Да вот, видишь, народ собираем. — Обвожу рукой неполную группу. — Ты как? Не ранен?

— У меня всё, вроде как, удачно, — пожимает плечами парень. — Только двинуться не могу. Поставил укрепление сразу же, как на меня вышли первые существа, — кивает в сторону нескольких мертвых волков.

— Ты сам вырастил такую крепость? — восхищается Марина.

— Ага, — грустно подтверждает Макс. — Теперь даже жалко бросать.

Отстреливаем последних запоздалых грызунов. С некоторыми помогает волк Аглаи, с остальной частью стаи — Олеся с Мариной.

— Если готов распроститься со своим замком, тогда мы тебя забираем, — улыбаюсь, осматривая здоровенное укрепление. — Пошли к центру.

— Да без проблем. Только толку от меня, как оказалось… — Макс кивает на каменные пальцы защитного укрытия.

— А ничего так, внушительно, — успокаиваю парня. — В любом большом бою пригодится. Долго их строить?

— И то правда, — чуть повеселее соглашается Макс. — Пару таких ловушек могу вырастить за секунды, — хвастается он.

— Найдем Марка, в тандеме с его сетями твои укрытия сработают как надо, — добавляю. Уже прикидываю, кто и как может применить свои новые способности.

— Но куда уж нам до этой парочки. — Парень кивает на Марину и Олесю.

У девчонки, похоже, полностью проходит нога. Марина почти ни на кого не опирается и ходит самостоятельно.

Макс раскрывает стенки своей тюрьмы-защиты. Замечает, что с Мариной не всё в порядке. Тут же подскакивает к ней.

— Что с тобой? — задает вопрос.

— Уже всё хорошо, — отвечает Марина, обнимая парня.

Слышу громкий вздох Аглаи. Вопросительно смотрю на девчонку.

— Ничего не чувствую, — отвечает она. — Разве что можем попробовать сунуться туда, — машет головой в сторону, где вижу просто монструозное нагромождение техник. Походу, там идёт постоянный бой.

— Явно какое-то месиво, — с горящими глазами замечает Макс.

— Значит, идем туда, — отвечаю.