— Нет, женится! Он обещал! — закричала девушка, на них с Джоном обратили внимание остальные. Сноу показал знак, что всё в порядке, отряд продолжил путь.

— Мия, ты же не дура. Сама подумай, когда в последний раз кто-то из детей благородных домов заключал браки с бастардами. С детьми влиятельных и зажиточных торговцев — да. С абсолютно незнакомыми иноверцами ради приданого или политического союза — да. Но никогда — с бастардами. Сам Микель, может, и хочет жениться на тебе, но его семья не позволит ему «запятнать» честь дома браком с бастардом.

— Ты и сам бастард! — крикнула Мия и убежала вся в слезах.

— Я знаю, Мия. Я знаю, — прошептал в пустоту Сноу.

Пусть лучше девушка узнает правду сейчас, чем пострадает от неё потом. Так будет лучше, как для неё, так и для остальных. Сансу ещё можно медленно и аккуратно перевоспитывать и учить жизни, избавив от наивности, даже Арью можно. Но Мии уже почти двадцать, тут нужны иные меры.

— Том, — подозвал он.

— Лорд Сноу?

— Позаботься, чтобы леди Изилла Ройс и Мия Стоун не пересекались между собой никоим образом.

— Слушаюсь.

…

В полдень третьего дня отряд наконец добрался до замка. Как только их заметили, навстречу тут же двинулись почти четыре сотни всадников. Джон видел знамёна Ройсов, Белморов и Корбреев. Настроены те были явно враждебно. Сноу вышел вперед, держа в руке знамя, к нему выехали «делегаты» в сопровождении двух десятков всадников. Среди них был и Джон Ройс, который искренне удивился, узнав бастарда.

— Не стрелять! Опустите оружие! Это сын Хранителя Севера! — кричал он.

Солдаты начали рассеянно переглядываться, но приказ выполнили. Лорды и их личные телохранители выровнялись напротив Джона.

— Что ты здесь делаешь, сын Неда? — спросил Бронзовый Джон, спешиваясь.

— Ну… — Сноу не успел ответить, как из-за него вперёд выбежала рыдающая Изилла.

— Отец! — крикнула она и буквально влетела в объятия ничего не понимающего лорда Рунстоуна. — Сир Джон спас меня, отец! Спас всех нас.

Пока лорды хлопали глазами, вперёд вышли и остальные женщины. Изилла увидела жениха и с криком «Микель!» бросилась и к нему. Лорды и солдаты начали расспрашивать остальных женщин, те не переставали нахваливать Кошмарного Волка и его людей.

— Ты совершил настоящий подвиг, как я могу… — начал было Ройс, как позади него раздался громкий смех. Он и Сноу обернулись.

На земле, прикрывая рукой окровавленный сломанный нос, сидел Микель Редфорт, а рядом с ним стояла Мия Стоун и потирала кулак. Но на этом представление не закончилось. Девушка на глазах у «жениха», демонстративно виляя бёдрами, подошла к Кошмарному Волку и, обхватив того руками за шею, подарила ему страстный поцелуй. И, будто бы ничего не случилось, ушла прочь.

— Полагаю, это очень интересная история, — отметил Ройс, обращаясь к опешившему от такого финта Джону. Великан Том отсыпал в ладонь Эдрику Дейну горсть монет.

— Так и есть, лорд Ройс. Но всё, чего я хочу, так это отдохнуть и поскорее вернуться домой. Меня там ждут.

— Тогда пойдем в замок. Расскажешь мне обо всём, что было, а потом обо всём, что не упомянул, а потом я уж подумаю, отпускать тебя домой или же нет, — засмеялся Бронзовый Джон.

Следующие пару дней Джон и его люди гостили в замке Суровая Песнь. Лорд Ройс решил познакомить бастарда со своей родиной и то и дело донимал рассказами за бутылкой вина. Долина представляла собой не самое маленькое из королевств, полностью окружённое с суши Лунными горами — самыми высокими на материке. Край богатый и, в сравнении с Севером, относительно спокойный. Широкие реки, озёра, чернозёмы — всё это позволяет выращивать продукты не хуже, чем в Просторе. Холод горных вершин с никогда не тающим там снегом, горцы и почти полная изолированность королевства во время Зимы являются его единственными недостатками.

Помимо всего этого, Долина была в тёплых отношениях с Севером. Многие лорды Долины были потомками первых людей и вели родословные с века героев. Между домами этих королевств часто заключались браки и другие союзы. С одними только Ройсами представители дома Старк роднились трижды. Тут уважали тех, в ком текла кровь первых людей, и без презрения относились к вере в Старых богов, даже с учётом того, что абсолютно доминировала Вера в Семерых.

Слухи о том, что бастард Эддарда Старка вырезал почти две сотни горцев и спас благородную леди, расползлись по долине подобно лесному пожару в летнее время. Лорд Ройс и некоторые другие обещали Джону поспособствовать тому в получении достойной награды за его подвиг. Сам Сноу слабо верил, что его чем-то наградит Король, лорд Аррен или хотя бы отец. Максимум — дадут золота в количестве, соответствующем приданому за леди, и отпустят на все четыре стороны.

Отдохнув и пополнив запасы, Джон с отрядом отправились домой. Они спустились по реке к замку Змеиный Лес и там сели на корабль до Белой Гавани.

* * *

Простор, Хайгарден

Санса Старк была просто в восторге от резиденции Тиреллов настолько сильно, что на первое время грусть от разлуки с семьей ушла на второй план. Замок был возведён из белого камня и не зря считался одним из самых красивых на материке. Сады, многочисленные фонтаны, беседки и мраморные колонны давали возможность поверить в то, что сон стал явью. Маргери по секрету рассказала подруге, что к её приезду Уиллас приказал навести в богороще порядок, чтобы невеста чувствовала себя комфортно и могла говорить со своими богами. В момент, когда лицо юной Старк расплылось в глупой улыбке, Тирелл поняла, что начала разговор правильно.

Лорас с Виллой почти не отходили друг от друга и просто источали счастье. Настолько сильное и яркое, что Гарлан с Лионеттой устали над ними подшучивать уже на второй день. Зато лорду Мейсу было чем заняться, помимо организаций турниров. Данстонбери требовал внимания, времени и ресурсов, а явно впечатлённый Новым Замком Мейс не хотел, чтобы оригинал уступал своему северному двойнику хоть в чём-то. Вороны с письмами полетели во все концы Простора, и вскоре множество каменщиков, кузнецов и прочих ремесленников были заняты подготовкой к работе по восстановлению замка, что станет для Лораса и его детей новым домом.

Заодно и лорд Хайгардена будет меньше пересекаться с матерью, которая была, мягко говоря, раздражена выходкой сына во время пира. Слово «идиот», адресованное ему и произнесённое в теплом семейном кругу, прозвучало, по меньшей мере, полторы сотни раз, и это только во время плавания.

В один из дней Санса застала свою новую подругу в богороще, девушка сидела в тени трёх сердце-древ, сросшихся в одно. Их называли Тремя Певцами, и многие гости замка избегали посещения богорощи даже ради интереса, лишь бы не смотреть на это дерево.

— Леди Маргери? — удивлённо спросила Санса. Девушка открыла глаза и тепло улыбнулась.

— Просто Маргери, мы ведь подруги и совсем скоро станем сестрами.

— Прости, Маргери, — тут же исправилась Старк. — Я немного удивилась, увидев тебя здесь.

— Тут спокойно, пусть и немного скучно, зато нет надоедливых септонов и септ. Никто не мешает молиться и размышлять.

— Ты молилась старым богам?

— Ты удивлена? Мы ведь вместе ходили в богорощу в Белой Гавани.

— На юге немного домов, поклоняющихся Старым богам.

— Уверена, они просто боятся этих жутких вырезанных на деревьях лиц. Если бы не они, то у веры в северных богов было бы куда больше последователей.

— Не думаю.

— Скажу по секрету, в детстве я до жути их боялась, мне даже снились кошмары, в которых моя мебель смотрела на меня этими плачущими кровью лицами.

— Правда? — с участием спросила Санса, Маргери пыталась держать лицо, но не удержалась и, «хрюкнув», рассмеялась в ответ. — Эй, а я тебе поверила!

— Не смогла удержаться, — Тирелл взяла девушку под руку и повела на выход из богорощи. — Конечно, такие кошмары мне не снились, но ликов я действительно боялась. А теперь и ты можешь поделиться со мной какой-нибудь тайной.

— У меня нет тайн.

— Тогда расскажи мне подробнее о своих старших братьях, — Санса удивлённо изогнула бровь. — У меня семь незамужних кузин, — пояснила Маргери.

— Ну… — начала рассказ Санса, а Тирелл направилась в сторону беседки, где девушек уже ждала леди Оленна. Санса Старк уже была идеальной будущей женой. Осталось только сделать из неё идеальную леди Тирелл.

* * *

Ров Кейлин, Север

Джон и его люди вернулись в крепость аккурат к обещанному времени. Солдаты наконец могли нормально поесть и отдохнуть от давно надоевших болот. Весь месяц Сноу почти не отходил от своих жён, отвлекаясь исключительно на тренировки с Эдриком и на контроль обучения новобранцев.

Схватки Дейси начинаются почти точно в «назначенное» время. Повитухи, по просьбе самой девушки, быстро выгоняют будущего отца за дверь и принимаются помогать роженице. Сноу не отходит далеко, готовый в любой момент прийти на помощь, если это будет необходимо, о чём ему сообщит Коготь. Роды длятся почти десять часов, и, в конце концов, Джону разрешают войти в комнату.

У Дейси измученный, но счастливый вид, её кожа побледнела, но щёки остались румяными. Волосы в полном беспорядке и из-за пота прилипают девушке ко лбу, её, однако, это не сильно волнует, всё, что тревожит её сейчас — это младенец около груди. Сноу уверен, что Мормонт ещё никогда не была такой красивой, как сейчас. Джон переводит взгляд на первенца, младенца с вытянутым лицом, пушком чёрных, как смоль, волос и серыми глазами — глазами Старка из Винтерфелла. Нос и уши у него точно от Джона, а вот скулы и разрез глаз от матери.

— Мальчик, — еле слышно произносит Дейси.

— Спасибо, — Джон присаживается на край кровати.

— Ты должен дать ему имя.

— Ты не хочешь поучаствовать?

— Имя первенцу выбирает отец, — девушка даёт Джону полную свободу, но тот хочет, чтобы и она поучаствовала.

— Давай дадим ему имя одного из Королей Зимы.

— Тогда Родрик, Родрик Мормонт.

— Благодарность за остров? — игриво спросил Сноу.

— Возможно, — глаза Дейси блеснули игривыми огоньками.

…

Роды Вель проходят почти по тому же самому сценарию, с той лишь разницей, что занимают почти в три раза меньше времени. Вольная женщина перенесла их лучше, чем Дейси — северяне неспроста считаются физически сильными и здоровыми, но жители Застенья, видимо, превосходят даже их. Вид девушки был не такой измученный, однако в серых глазах отчётливо была видна тень страха, а её руки тряслись. Джон заподозрил нечто неладное, всё же он не видел этого в глазах Вель с момента битвы за Темнолесье.

— Джон, у меня не было мужчин кроме тебя, — произносит Вель, показывая ему младенца.

Его второй ребёнок — девочка с лиловыми глазами и светлыми волосами, что по цвету больше похожи на молоко, чем на мед. Разрез глаз, уши, скулы, нос, в малышке нет ничего старковского, а сама она на диво мелкая. Если бы Сноу не знал, что роды прошли, как и подобает, на девятом месяце, то сказал бы, что его дочь недоношена.

Бастард не успевает ничего ответить, как в комнату, распихав повитух, входит Эдрик вместе с Дейси.

— Уже всё? Можно посмотреть малыша? — спрашивает Дейн.

Вель с Джоном одновременно переводят взгляд на Эдрика, затем на свою дочь, они делают так несколько раз, на что Дейси и лорд Звездопада выражают взглядами неозвученный вопрос. Мигом спустя они подходят ближе, и Вель демонстрирует им младенца. Всем становится ясно, что малышка похожа на Эдрика больше, чем на собственного отца. Следующие фразы Джон с Эдриком произносят почти одновременно:

— Значит, всё-таки Эшара Дейн.

— Это не я!

* * *

Королевская Гавань, некоторое время спустя

Лорд Варис, по прозвищу — Паук, по праву считался одним из лучших и наиболее опасных игроков. Руководитель шпионской сети, что протягивается далеко за пределы материка, сначала при Эйрисе Таргариене Безумном, а затем и при свергнувшем его Роберте Баратеоне. Лысый евнух знал почти всё и почти обо всех. Ходили слухи, что нет в Вестеросе тайны, о которой он не ведает, и что за личиной безобидного евнуха скрывается настоящий зверь.

Но почти никто не знал, что на самом деле этот опасный человек не служил верой и правдой ни своему первому королю, ни второму, да и вряд ли он будет делать это третьему. Варис служил только самому себе и, возможно, своему покровителю из Эссоса, но точно не короне. Напротив, Паук делал все, чтобы ослабить Семь королевств, внести раздор, начать смуту и расчистить путь для вторжения.

В своё время он узнал о готовящемся восстании Бейлона Грейджоя задолго до того, как то началось. Было невозможно не заметить, что Грейджои собирают и наращивают флот, ведут переговоры с вассалами и не выпускают из портов ни единый торговый корабль. Грейджой мог вполне добиться успеха и начать парад суверенитетов королевств, что тоже могли отколоться от власти «узурпатора». Но для вступления в игру главного игрока было слишком рано, а Грейджои проиграли почти сразу и почти везде.

Сейчас же, по прошествии восьми лет, Семь королевств напоминали бочку с диким огнём, которая могла вспыхнуть от малейшей искры. Поводов было множество, выбирай любой: хоть королеву, что трахается с родным братом и рожает бастардов, выдавая их за детей Роберта, хоть кредиторов, что в любой момент могут затребовать выплату долгов короны. Дорн всё ещё был зол и жаждал мести за свою принцессу, железнорождённые, униженные поражением, хотели взять реванш.

Но игроком, усугублявшим положение королевства, был не один только Варис. Лорд Петир Бейлиш попытался стравить Речные земли и Север, развязав войну и дав старт смуте. Король не сможет не поддержать лучшего друга в войне, но пойти против семибожников, встав на сторону северян с их деревьями — значит стать врагом Веры, чего король, как её защитник, позволить себе не может. Лорд Аррен разрывался бы в том, кого поддержать: воспитанника или семью супруги, всё выглядело грандиозно, но провокация дала не тот результат, что ожидался.