Джон перевёл взгляд на свой щит, это был треугольный тарч с изображением его герба. Парень погладил ладонью изображение волка в попытке собраться с мыслями. Надо же, после стольких лет боёв в Тамриэле, он всё ещё может волноваться и предвкушать хорошую, интересную схватку, пусть и турнирную. Вель предпочла остаться в доме, она находила «развлечения поклонщиков» скучными.

Ткань шатра распахнулась и внутрь вошла Дейси.

— Джон, твой бой следующий.

— Противник тот, что был назначен вчера?

— Нет, он успел напиться и подраться с местными, так что против тебя кто-то из бесчисленного выводка старого Фрея.

— Дай угадаю, его зовут Уолдер?

— А ты догадливый. Но ты его одолеешь.

— Ты прямо источаешь уверенность.

— Я поставила на тебя три золотых дракона. Так что лучше бы тебе победить.

— Хороший коэффициент?

— Шестнадцать к трём против тебя.

— Они меня недооценивают, — пробормотал Джон.

— Заставь их поплатиться за это, — улыбнулась Дейси и оставила на щеке парня поцелуй.

Парень зашагал к выходу из палатки, гвардейцы Мормонтов ободряюще хлопали его по плечу. Кто-то из них стал напевать «Бастард из Винтерфелла». Джону подали шлем и подвели коня, когда все приготовления были завершены, Сноу двинулся вперед. Напоследок он обернулся, чтобы увидеть ободряющую улыбку от Дейси.

Тем временем глашатай объявил соперника Джона, сам Джон особо не вслушивался. Ему было откровенно наплевать, который из Уолдеров перед ним, будь то сын, внук или даже правнук нынешнего лорда Фрея, а уж какой он по счету, лучше не знать.

Джон перевёл взгляд на трибуны. Те ломились от количества люда, без сомнений, там было гораздо больше людей, чем предполагалось изначально. На ристалище глядели и из окон, и с крыш ближайших к нему домов. К счастью, хоть деревьев рядом с ристалищем не было, толпы зевак на ветках смотрелись бы, по мнению Довакина, совсем уж дико. Удивительно, что такой ажиотаж вызвал турнир: они совершенно не были редкостью для Простора. Вероятно, люди хотели посмотреть на рыцарей из других королевств или, может, их сюда согнали силой, чтобы уделать Ланнистеров в масштабности.

Ложа для господ выглядела иначе. Куча свободного места для гостей, разного рода мебель: от столов с яствами до шкафов. Тут и там шныряли слуги, готовые выполнить любой каприз. Весь цвет Простора в дорогих одеждах увлечённо что-то обсуждал. Леди тихо переговаривались между собой, девушки помладше разбились на небольшие группки и хихикали, поглядывая то на ристалище, то на юношей, что были в ложе.

На самом почётном месте сидел высокий, но толстый лорд с густыми каштановыми волосами, которые уже начала беспокоить седина. Судя по услышанному описанию, это наверняка был Мейс Тирелл — верховный лорд. Рядом с ним сидела миниатюрная высохшая старушка, похожая на куклу, и стройный юноша с небольшой бородкой и каштановыми волосами, он явно скучал. Неподалёку от них за одним из столиков сидела и смутно знакомая девушка в компании подруг. Хихикающие детишки возрастом от трёх до десяти лет, что бегали туда-сюда от своих леди-матерей, невольно вызвали у Джона улыбку.

Наконец глашатай начал объявлять Джона:

— Сын Хранителя Севера, лорда Эддарда Старка. Рыцарь, известный как Кошмарный волк — сир Джон Сноу.

Лицо Джона исказилось в улыбке, он был готов поклясться, что услышал несколько разочарованных вздохов после того, как назвали его имя. Тем не менее, он словил на себе несколько заинтересованных взглядов. Бастард лорда Винтерфелла явно будет поинтереснее очередного Фрея. Парень опустил забрало шлема и поклонился. Тем временем ему и его сопернику принесли копья.

Раздался звук рога, помощники глашатая опустили флажки, подавая сигнал к началу. Ноги Джона ударили по крупу коня, и тот двинулся вперед. То же сделал и его противник, он явно чувствовал уверенность и предвкушал скорую победу над сопляком. Всадники стремительно приближались друг к другу опустив копья. Спустя несколько мгновений раздался характерный треск. Джон попал сопернику в щит, и сломал свое копье, удар был столь стремительным и резким, что Фрей не смог нанести свой, но хоть в седле остался. Во время следующего захода Сноу попал сопернику в грудь и таки выбил его из седла. С трибун послышались крики и овации, кто-то даже бросал на ристалище цветы.

Спустя чуть более часа был второй поединок Джона, в этот раз против рыцаря из Западных земель, его парень выбил из седла с третьего захода. Пока что на соперников везло. Портило настроение только то, что нищий Фрей и скряга-западник выкупили свои доспехи за семь золотых драконов в сумме. Зато Дейси была довольна, её ставка сыграла.

Третьим, но самым интересным противником Джона в этот день стал рыцарь с гербом из двух золотых роз на зеленом поле. Сам Гарлан Галантный — сын верховного лорда Простора — стал Джону противником. Бастард заметил, как Тирелл презрительно поморщился, глядя на простые, без украшений доспехи Джона перед тем, как опустил забрало.

— Не боишься нового противника? — спросила у Джона Дейси, подавая копье.

— Я его опасаюсь. Только идиоты ничего не боятся, от того и умирают первыми.

— Я и против него на тебя поставила.

— Леди Мормонт не оставляет мне выбора, — засмеялся Джон, опуская забрало.

— Не поранься, волчонок.

— Разве что только для того, чтобы ты за мной ухаживала.

— Засранец.

Раздался звук рога и соперники двинулись навстречу друг к другу. Первый заход был безрезультатным, Сноу смог лишь задеть плечо противника, тот в свою очередь попал по щиту, но тоже не смог добиться видимого успеха. Второй заход был зеркально противоположный первому. Третий тоже не смог определить победителя. Джон чувствовал, что противник обладает многолетним турнирным опытом и в бое на копьях бастард ему не соперник. Держаться относительно на равных удаётся благодаря физической силе, реакции и простому управлению невероятно послушной лошадью, что обеспечивается тем, что Джон оборотень. Словом, жульничество, в котором не уличат. Победить можно при помощи крика, но использовать его на виду у всех слишком рискованно.

Тем временем хозяин турнира должен был решить, кто из претендентов пройдёт дальше, что вызвало некоторую заминку. Он склонился над старушкой, и та что-то говорила, но, по-видимому, совсем тихо, чтобы это мог услышать только он. С одной стороны, оба всадника равны в своём мастерстве, но если объявить победителем собственного сына, то это может вызвать некоторое недовольство в виду откровенного фаворитизма. С другой стороны, хочется, чтобы именно Гарлан, а не бастард прошёл дальше. Пару минут спустя было объявлено, что всадники совершат ещё три захода. Этот вариант устроил бы всех.

К сожалению, следующие три захода всё так же закончились ничьей, не определив лучшего из претендентов. Джон с Гарланом остановились около ложа и ждали окончательно решения. Мейс Тирелл о чем-то спорил с матерью, но, судя по всему, не чувствовал себя хозяином положения, та лишь безразлично смотрела на сына, явно недовольная его решением.

— Позвольте предложить выход из ситуации, милорд, — неожиданно для всех в ложе заговорил Джон. Неслыханная наглость. Старушка изогнула бровь, глядя в сторону бастарда.

— Говори, — обратилась та, не дав сыну ответить первым.

— Раз мы с сиром Гарланом одинаково хороши во владении копьем, то пусть дальше пройдет тот из нас, кто лучше владеет мечом, — Гарлан засмеялся, явно обрадованный предложением.

— Сир Гарлан, вас это устроит? — обратилась женщина к внуку.

— Более чем, — ответил тот.

— Быть по сему.

Всадники спешились, их коней отвели в сторону и принесли мечи. Гарлан был уже полностью готов, ему принесли каплевидный щит с его личным гербом, Джон же от щита отказался, взяв во вторую руку кинжал.

— Показушник, — раздалось приглушенное замечание из-под шлема.

— Я бы вам ответил, но меня заставят за это поплатиться, — дерзко улыбнулся Джон, чего не было видно из-за шлема.

Вскоре в очередной раз прозвучал рог, дав сигнал к началу схватки. Гарлан сделал шаг вперёд и с вызовом пару раз ударил мечом по щиту. Джон этот вызов принял и тоже шагнул вперёд, заняв нужную стойку. Правая рука с эбеновым клинком вытянута вперёд, левая чуть позади с зажатым обратным хватом кинжалом. Четыре метра, разделявшие бойцов, исчезли в мгновение ока.

Первый удар Гарлана был довольно мощным, несмотря на то, что Джон его отбил, его рука продолжала чувствовать некоторое онемение. Джон нанёс свой удар, но тот был принят на щит. Соперники зашагали по кругу присматриваясь и оценивая противника. Гарлан совершил резкий рывок, намереваясь ударить Сноу щитом по корпусу, но тот уклонился безо всяких проблем. Джон сделал новый замах, но не смог обойти защиту соперника, так что прекратил атаку. Намеренно бить по щиту мечом будет только полный идиот, даже если этот меч эбеновый.

Джон проводил атаки и отбивал удары Гарлана в незнакомом для южного рыцаря стиле: в нём угадывались некоторые элементы Северного стиля и даже стиля Дорна. Но точно определить его происхождение Тирелл не мог. Удар за ударом темп схватки возрастал. Гарлан был невероятно умел и виртуозно владел своим оружием, но затяжная схватка играла против него, а она переходила в затяжную, так как оба воина не хотели убивать соперника и старались сделать такой исход невозможным. Но вскоре схватка закончилась. Когда Гарлан в очередной раз попытался повалить Джона на землю, бастард перекатился и нанес удар плашмя по спине противника, сбив того с ног. Как только Гарлан перевернулся на спину, у прорези его шлема было лезвие кинжала соперника.

— Победитель — Джон Сноу! — провозгласил глашатай. Трибуны взорвались криками, некоторые радостными, другие — криками разочарования.

Триумф Джона, однако, был не долгим. В четвёртой и последней за день схватке его выбил из седла Рыцарь Цветов в первом же заходе.

* * *

Джон наконец закончил переодеваться и вылезать из доспехов. Больше всего он сейчас хотел принять ванну, воняло от него жутко, но до домика нужно было ещё дойти. Оставалось лишь тяжело вздохнуть и уйти отдыхать. Джон отчётливо слышал смех Дейси неподалёку, наверняка реакция на очередную пошлую шутку от кого-то из гвардейцев. Сноу вышел из шатра и направился в ту сторону, с которой доносился знакомый смех. Неожиданно парня окликнул незнакомый голос:

— Волчонок?

Джон обернулся. Он посмотрел на говорившую, но так и не понял, кто она. Что-то внутри говорило о том, что они знакомы, но парень не узнавал девушку внешне, а уж вспомнить имя казалось и вовсе невозможным. Он поднял взгляд и всмотрелся в её глаза. Карие, он определённо помнил этот разрез глаз, оставалось только вспомнить, откуда именно.

— Эмм… Леди Свинка? — неожиданно даже для самого себя произнёс он.

Глава 17

Ситуация была, мягко говоря, не самой хорошей. Благо, неподалёку, за исключением двух гвардейцев Тиреллов в двадцати метрах позади, никого не было. Так что если назвать неуместный ответ Джона оскорблением, то уж точно не прилюдным. Оставалось надеяться, что девушка поступит в этой ситуации подобающе леди. Вариантов было немного: она могла просто проигнорировать неуместное обращение, поменять тему или свести всё в шутку. Главное, чтобы девушка не «оскорбилась».

Вопреки всем ожиданиям Джона, лицо собеседницы не выражало и толики гнева, вместо того, чтобы сморщить носик и гневно высказаться или развернуться и уйти прочь, девушка прикрыла рот ладошкой и тихо рассмеялась. Наигранный румянец коснулся её щёк.

— В последний раз меня называли этим прозвищем три года назад, — заговорила она. — Волчонок, так это действительно ты?

Сноу вздохнул с облегчением — проблем на горизонте не предвиделось, а личность собеседницы удалось точно установить. Парень рассмотрел девушку повнимательнее, от той восьмилетней пухлой девчушки, которую он встретил пять лет назад в Ланниспорте, не осталось и следа.

Девушка была стройной и прелестной, каштановые волосы водопадом спадали до пояса, ростом она была чуть ниже Джона. Глаза невероятно большие, похожие на два омута. Фигура уже начала принимать нужные округлости, а сама девушка вот-вот должна была расцвести окончательно. Несмотря на это, глазу уже было на чём задержаться и чем полюбоваться, нижние округлости уже были весьма неплохи. Одета она была в платье с узором из золотых роз, оно оказалось слишком открытым: без рукавов и высокого воротника, а спина почти полностью оголена. Северные леди, да и, вероятно, большинство других сказали бы, что так одеваются исключительно падшие женщины.

— Да, это я, Марджери. Рад тебя видеть, — девушка снова засмеялась, вспомнив, как учила мальчика правильно выговаривать её имя, а тот упрямо делал вид, что у него не получается.

— Маргери, — поправила она.

— Я знаю, — ответил ей он улыбкой на улыбку.

— Ты не расстроен поражением? — с участием спросила она, подойдя ближе.

— Каждый юноша будет расстроен проигрышу. Но я не испытываю других негативных эмоций по этому поводу. Твой брат невероятно умел, так что проиграть ему не стыдно и не позорно.

— Не хочешь немного прогуляться? — спросила Маргери.

— Рыцарь не может отказать леди в просьбе, — Сноу галантно подал девушке руку. — Только недолго, — если Маргери и почувствовала дискомфорт от того, что от парня воняет потом, то явно не подала виду.

Пара медленно зашагала в сторону города. Джон успел отметить, что в двадцати-тридцати метрах позади шагают гвардейцы Тиреллов, Коготь сообщил, что есть ещё пара чуть впереди, одетые как простолюдины. Всё же дочь верховного лорда без надлежащей охраны не гуляет.

— Как тебе Простор? — она начала с нейтральной темы.

— Тут тепло и красиво, всюду зелень и нет снега.

— Северянин, гляжу, скучает по снегу, — улыбнулась девушка.

— Ты даже не знаешь, как сильно! — нарочито серьезно заговорил он. — Ты только представь: утром выходишь из шатра, думаешь, что сейчас наклонишься, зачерпнёшь снега, и можно будет умыться, а там трава! Трава, Маргери! Ты можешь в это поверить!?