— Речные земли и Долина, в своё время, восстали против драконов, так же как и Север. У нас нет причин питать к ним более тёплые чувства, — взял слово Чёрная Рыба.

Слова старика были совершенно справедливыми, однако отношение регионов к представителям старой династии действительно несколько разнились. Если Долина и Трезубец были настроены к Таргариенам откровенно враждебно, то Север питал к ним лютую ненависть.

Когда Безумный король взял Дикого Волка под арест, Рикард Старк явился в столицу на суд в главами и представителями почти всех домов Севера. Исключение составили лишь болотные кланы, что и спасло глав последних от расправы правящей династии. А если учесть, то насколько тесно были кровно связаны северные дома, то можно смело заявить, что не пострадавших среди них не оказалось.

Таргариены стали кровными врагами, для всех перволюдских домов, в то время, как Долина и Речные земли, получили причины для ненависти уже в ходе восстания Баратеона.

«Переговоры», хмыкнул Эддард Старк своим мыслям. «А отец, отправлялся на суд, нести ответ за слова и деяния своего наследника». Возможно Эйгон, безумен под стать деду и попытается повторить одно из его деяний, обезглавить Север и весь Ковенант за одно, а затем разбить раздираемых распрями лордов поодиночке. Либо это просто ловушка с целью захватить заложников и попытаться выторговать присягу на переговорах. Слишком опасно, слишком самонадеянно было бы пытаться договориться с Таргариенами, даже на собственной территории.

— Думаете это ловушка, милорд? — нарушила повисшее молчание Мира Рид, чем вывела Эддарда из раздумий. Мужчина вновь вчитался в свиток.

— «Закатные королевства истекали кровью, пока на троне сидел сын узурпатора. Я положил конец его бесчинствам, помогите же мне навести в государстве порядок и сплотить его», — озвучил Старк один из отрывков.

— Хочет выглядеть другом, избавившим Семь Королевств от Тирании Джоффри, — дал свою оценку Бронзовый Джон.

— Будто бы мы без него не справились, — фыркнул лорд Толхарт.

— Нет, тут другое, — отметил Джон Дейн. — Он называет Джоффри «сыном узурпатора». Эйгон и сам узурпатор, но пытается выглядеть спасителем, таким себе освободителем от гнёта и тирании, ну или же дело проще и он желает сказать, что его права на Железный трон сильнее, чем были у Джоффри, а значит и править должен он. — Закончив монолог, Кошмарный Волк пожал плечами.

— Слова — ветер, они не сделают претензии Эйгона на трон весомее, — заключил Эддард.

— В отличие от дотракийской орды, наёмников, копий Дорна и драконов, — фыркнул Чёрная Рыба.

— Свыше восьмидесяти тысяч одних только воинов, возможно даже больше, — согласился с ним Дейн. Сухие цифры несколько поумерили воинственный пыл северных лордов.

— Так, что же, нам склониться перед властью огнедышащих тварей?! — возмущенно закричал Большой Джон Амбер. — Вновь начать пресмыкаться перед безумцами и порождениями инцеста?! Один такой на Железный трон уже уселся. Ещё одного такого Семи королевствам не нужно. Увольте, милорды.

— Запад и Железные острова разбиты, и навряд ли окажут ощутимую поддержку Стене, даже если захотят. Количество мечей Тиреллов впечатляет, но для победы над Иными даже общих сил Простора и Ковенанта может не хватить, а вот у Эйгона есть десятки тысяч не обескровленных в боях солдат…

— Предлагаешь, присягнуть Эгону и защитить Стену руками его людей? — изогнул бровь Бронзовый Джон.

— И драконов, — добавила Мира. — Помните, такие огромные, летающие, дышащие огнём твари? Тот самый огонь, который ещё вихтов убивает.

Совет лордов, даже не взорвался возмущением в ответ на вопиющее заявление Дейна. После Близнецов, и благословения создания Ковенанта Старыми богами, слова Кошмарного Волка обдумывали со всей серьезностью, сколь бы безумными они не казались.

— Нет. Предлагаю озвучить это предложение Эйгону и оценить его реакцию. Король на Железном троне не только Владыка Семи Королевств, но и Защитник Государства. Хочу понять насколько правдивы написанные в этом письме слова, а заодно и увидеть драконов воочию. Ну, и выиграть время для сбора всех наших сил тоже не будет лишним.

Ковенант не мог рисковать ни Эддардом, ни ключевыми лордами союза, однако кого-то влиятельного на переговоры отправить было нужно. Кого-то, чья персона не оскорбит другую сторону, кого-то, кто сможет избежать проблем, даже если встреча окажется ловушкой. Джон ещё не знал какой окажется реакция Эйгона, но точно мог предугадать отцовскую.

— Блядь, Джон, — два самых главных слова и вот лицо Дейнв вновь украшает по детски пакостная ухмылка.

* * *

Остров Ликов, Речные земли

Остров, находившийся в центре самого большого на материке озера был покрыт густым лесом из чардрев с вырезанными ликами, которые, согласно преданиям, стали свидетелем заключенного мира межу первыми людьми и Детьми Леса.

Эйгон обожал символизм и полагал, что историки грядущих лет, проведя параллели, отметят грандиозность происходивших на острове событий. Пакт, положивший конец самой продолжительной из войн, присяга дому Таргариен со стороны Ковенанта и реставрация династии, а возможно, спустя поколения, и нечто гораздо более значимое. Однако, своё имя Эйгон Шестой в историю впишет сегодня.

Вдалеке от берега били по воде вёсла, пока на озёрной глади покачивались небольшие суда. Северяне явились на переговоры.

— Ебучий дикарь! — выплюнул Джон Коннингтон, откладывая в сторону мирийскую трубу.

— Что там? — поинтересовался Эйгон.

— Старк отправил к нам своего ублюдка.

— Правда? — лукаво уточнил монарх.

— Но ничего, за это оскорбление он ещё ответит! — не унимался Старый Гриф. — Ответит кровью!

— Умерьте свой пыл, лорд Коннингтон, — спокойно произнёс король. — Эддард Старк оказал нам услугу. Зачем говорить через посредников, если к нам прибыл человек, принимающий все решения?

Не прошло и получаса, как лодки подошли к берегу. Солдаты сопровождения первыми выбрались на сушу, чтобы подтащить их прямо на влажную землю. Уже вслед за ними на сушу ступили благородные. Кошмарный Волк в компании телохранительниц, пепельноволосый дорниец, держащий знамя переговоров и ещё пара-тройка младших детей, присягнувших Ковенанту лордов.

Эйгон оставил на том берегу несколько десятков Золотых Мечей. Люди короля должны были поприветствовать северян на острове и проводить к месту переговоров. Наёмники хотели было подойти ближе, чтобы попросить старобожников сдать оружие, но тут же замерли на месте, словно зачарованные не успев ступить и пары шагов. Одна из телохранительниц Кошмарного Волка, опустила капюшон плаща, медовые локоны упали ей на плечи, обрамляя прелесное личико.

Солдаты с геральдикой Старков и Дейнов Заката на щитах и броне, сдали оружие. Процессия, под сопровождением Золотых Мечей двинулась к месту встречи, когда чарующую тишину острова нарушил странный звериный рёв, разорвавший небо.

Огромная, взмывшая в небо летающая рептилия пронеслась аккурат над идущей на переговоры процессией. Пара огромных перепончатых крыльев казалось, заслонила собой всё небо, визуально делая тварь ещё больше.

Шея у монстра была длинная и извилистая, заканчивалась большой рогатой головой от которой начинал рости гребень, шедший вдоль всей линии хребта. Он заканчивался где-то на середине хвоста, который не уступал шее в плане длины и помогал, как балансировать в полёте, так и вполне был способен раздробить подошедшим слишком близко недругам кости, одним мощным ударом. Отдающая металлическим отливом, чёрная как смоль чешуя покрывала почти всё его тело, а огромные когти выглядели по меньшей мере устрашающе.

Перепуганные считавшейся вымершей тварью северяне тут же упали на землю, накрыв головы руками, кто-то даже в начал молиться Старым богам. Лица большинства из них перекосились от ужаса. Лишь четверо остались стоять на месте, глядя на пролетающего рядом с ними монстра. В их слегка округлившихся от удивления глазах не было ни тени страха, лишь живой интерес и капля… разочарования.

…

Вычурно одетый герольд представлял Эйгона Таргариена больше пары минут. С невообразимой для простолюдина гордостью и достоинством он перечислял титулы и достижения своего короля, так словно те были его собственными. Однако, лишь единицы из перечисленных могли иметь в Закатных королевствах хотя бы намёк на значимость. Наконец, фарс подошёл к концу.

— Вот и мы наконец-то встречаемся лицом к лицу лорд Дейн, — проговорил Эйгон Таргариен, с высокомерной улыбкой, глядя в невозмутимые стальные глаза оппонента. — Я представлял вас несколько иначе…более диким с бородой до пояса и без шрамов на лице. — Пакостно добавил юноша. С уст закатившей глаза Вель вот-вот должна была слететь фраза «Дурацкая идея».

— А вот я вас не сразу узнал, — улыбнулся ему Джон. — Подумал, что на встречу явилась ваша тётя. Какая "досадная" ошибка с моей стороны. — Иронично подметил Дейн, возвратив колкость, но при этом держа своё лицо непроницаемым, несмотря на смешки сопровождающих его людей от простых солдат, до благородных. Улыбка Эйгона соскользнула.

— Вы смеете… — начал было возмущаться Коннигтон, но его перебили.

— Я всего лишь вернул шутку, лорд Коннигтон. Ведь "король" Эйгон просто пошутил… не так ли?

— Вы знаете кому язвите, ублюдок, — взорвался Старый Гриф, кладя ладонь на рукоять меча. Дейси Мормонт сделала шаг вперед, закованная в латную перчатку ладонь уже покоилась на рукояти эбеновой булавы, леди Уайтлинг покрепче ухватилась за направленное в сторону Коннингтона копье.

— Просветите меня "лорд" Десница, — вежливо попросил Джон, полностью проигнорировав, возросшее напряжение. — Боюсь со всеми проблемами, войнами и заботами я не обращал внимание на смену власти в Королевской Гавани.

— Почему их не разорожули?! — возмутился Коннингтон.

— Насколько мне известно, родовое оружие такой же дворянский атрибут, как гербы и титулы. Уверен, благородный король Эйгон не стал бы оскорблять нас, требуя расстаться с ним.

— Об этом вынужден попросить я, — взял слово сир Барристан. — Не сочтите за дерзость, лорд Дейн, но того требует безопасность монарха.

— Что ж, — пожал плечами Дейн, снимая с пояса ножны с Закатом и кинжалами. — Я готов оставить оружие на время переговоров, но в чужие руки я его не доверю. Ваши люди поступят также.

— Да как ты… — снова возмутился Коннингтон.

— Ваше предложение справедливо, — согласился Эйгон, давая рукой отмашку.

Королевские гвардейцы и лорды из числа лоялистов Таргариенов, начали складывать оружие в стороне. Так же поступили и представители Ковенанта, убрав в сторону Закат, Рассвет, эбеновую булаву, копье и чардревный лук. Эйгон со сторонниками заняли места по одну сторону большого стола из чардрева, редкая роскошная вещь и чрезмерно дорогая. Джон Коннингтон, предложил Джону стул. Дейн остался стоять на месте.

— Ваше величество, возможно ваш Десница не заметил, но я прибыл на переговоры не один. Позвольте представить вам моих соратников: Мира Рид, Эдрик Дейн, Русе Рисвелл, Клей Сервин, Вель Уайтлинг и Дейси Мормонт.

Лиловые глаза Эйгона медленно прошлись по каждому из представленных, если судить по проскочившей в них надменности и пренебрежении, интересными он счел едва ли половину из них. Правда Вель смогла удержать на себе взгляд короля особенно долго. Её чарующая красота мешала лоялистам старой династии сконцентрироваться и полностью сосредоточиться на переговорах, что вполне может сыграть северянам на пользу. Наконец, Золотые Мечи вынесли ещё несколько стульев.

— Не заставляйте короля ждать, — сухо произнёс Коннингтон, будто бы и не нанёс другой стороне оскорбление, всего несколько секунд назад.

Северяне пусть и не были рады такому холодному приёму, но сохранили самообладание, Джон знал кого стоит взять с собой на переговоры. Ланнистеры, Фреи, Грейджои, Вера, все они презирали северных дикарей, и где они теперь? Сейчас Таргариены поступали точно так же.

— Полагаю, вы прибыли сюда, чтобы обсудить условия по которым так называемый «Ковенант Зимы» преклонит колено Железному трону, — предположил Эйгон, как только благородные северяне уселись. Дейси с Вель остались стоять по обе стороны от Дейна, как и подобает телохранителям.

— Что же навело вас на такую мысль? — с живым интересом уточнил Дейн, отвлекая Таргариена от созерцания Вель.

— Три века назад ваш предок Торрхен Старк поклялся в вечной верности моему. В обмен Эйгон Завоеватель сохранил его жизнь, а также земли и титулы, назначив Торрхена первым Хранителем Севера.

— Я знаком с историей Вестероса. Мой благородный отец позаботился о моём образовании, — ответил ему Дейн пристально глядя на собеседника. Его лицо осталось совершенно непроницаемым, однако в серых глазах появился едва уловимый озорной блеск.

— То, что ваш отец, в отличие от остальных, не объявил себя независимым королём и не отколол от Железного трона, подвластные ему регионы о многом мне говорит. Семь Королевств процветали, пока Старки правили Севером, а Таргариены сидели на троне. Лорда Эддарда называют по разному, кто дикарём, кто человеком чести, а кто и лицемером, но кем бы он ни был, он точно не клятвопреступник. И не стал бы нарушать клятву вечной верности.

Лицо Дейси напряглось, исказившись в недовольстве. Высокомерно-снисходительный тон этого мелкого царька выводил Мормонт из себя, равно как и лицемерные апелляции к давно нарушенным клятвам и договорам. Большая часть северян, судя по виду её мнение разделяли.

— А я клянусь, что тебе всегда найдётся место подле меня. Клянусь быть тебе защитником и не требовать от тебя ничего, что опорочит твою честь и достоинство. Клянусь Старыми богами и Новыми, — пробормотал Джон, глядя в пустоту затуманенным взглядом, словно находясь в трансе.

— Простите?

— Вы получили прекрасное образование, но всю свою жизнь прожили в Эссосе, — ответил ему Кошмарный Волк, взгляд Дейна прояснился. — Феодальное право Закатных королевств работает в обе стороны. Клятва данная Торрхеном, была нарушена вашим отцом, когда он похитил и изнасиловал Лианну Старк, а позже и вашим дедом, когда он казнил Рикарда и Брандона Старка, в ответ на их требования правосудия.