Отправляю вам сира Гарольда Хардинга в качестве наблюдателя за исполнением сего приказа и человека, его контролирующего. Для облегчения взаимодействия с короной дарую ему должность временного Хранителя Востока, до момента, пока ситуация в регионе не стабилизируется. Ради обеспечения безопасности и защиты подданных короны, отправляю вместе с ним людей, выделенных в помощь Западом.

Джоффри из дома Баратеон, первый этого имени, король андалов, ройнаров и первых людей, защитник веры и Владыка семи королевств.»

Аккурат в конце красовалась королевская печать и печать Десницы. Губы Бронзового Джона сложились в тонкую полоску. На его лице играли желваки. Месяцы переговоров были потрачены в никуда, часть лордов теперь точно пожелает поддержать ставленника Железного трона в обмен на подачки со стола короля.

Ройс бросил взгляд в сторону «гостей» как раз в момент, когда четвертый всадник опустил капюшон. Им оказалась молодая девушка, эталонно ланнистерской внешности, подозрительно сильно похожая на принцессу Мирцеллу. Она тут же перевела взгляд испуганных изумрудных глаз на Хардинга, тот подарил ей лукаво-покровительственную улыбку. Картина начала проясняться. Ройс пришел к вполне очевидному выводу.

Ланнистеры решили его поиметь.

Часть 65

Ров Кейлин, Север

— Играю, — ответила Мия после некоторых раздумий и выложила на стол пару монет.

Компания играла в карты, хороший способ развеяться и отдохнуть. Проигрывать деньги полезно для расслабления и быстро входит в привычку. А вкупе с праздным настроением и алкоголем это просто гарантировало хорошее завершение вечера.

— Тоже, — Алаяйя уравняла и со своей стороны. — А что сир Дейн? Будет играть? Мы вроде его посвящение празднуем.

— Чтобы выпить за его здоровье, сам Эдрик нам не нужен, — весело ответила Мормонт. — Пас.

— За Эдрика! — выкрикнула Вель, подняв кубок.

— За Меч Зари! — поддержали её остальные.

— И действительно, где он? — уточнила Аллирия, которая весь вечер пыталась притворяться абсолютным новичком в такого рода играх.

— Бродит по замку, собирает в отряд кого посмышлённей, — ответил Джон, рассматривая «руку».

— Зачем? — спросила Мия.

— Хочет уехать патрулировать окрестности. Показать, что сам справится с управлением отрядом, без моей опеки. Ну, это официальная версия.

— А по факту? — тон Уэймара был наполнен смешинками.

— Боится, что позову на серьезный разговор о завершении моей опеки и сошлю с Арьей в Звездопад.

Дейны Заката проводили регулярную работу по обеспечению безопасности вдоль Королевского тракта и его окрестностей. Патрули, сопровождение караванов, охота на разбойников, помощь в строительстве сторожевых застав и дозорных вышек. Однако почти вся армия Севера была сейчас под Стеной, и мечи Рва просто не могли охватить все те территории, с которыми раньше помогали остальные дома. Чем не повод для бандитов и разбойников?

— И ты сошлёшь? — уточнила Аллирия, сузив глаза.

— Хотел. Мол: «Плыви в Дорн, Эдрик, и приводи вотчину в порядок». Там, поди, утонет в заботах и управлении, а потом и свадьба с Арьей, и Горный Приют в придачу, да и Арианна наверняка в гости наведается. Глядишь, и всю войну с Иными пропустит.

— Но… — подхватила линию разговора Стоун.

— Но засранец уже взрослый и ссылаясь на авторитет я его домой не сошлю. А если ему в споре и Арья поможет, то пытаться их переубедить себе дороже. «Это такой же мой бой, как и твой, Джон, это бой всего Царства людей, не отсылай меня, не сейчас. Каждый должен внести свою лепту». Воспитал на свою голову!

— Наш мальчик стал таким взрослым, — Аллирия вытерла с щеки наигранную слезу, раскрывая карты одновременно с остальными. — Каре, кажется, я опять выиграла.

— Избранник Старых богов не так уж и хорош в игре в карты, — весело поддразнила Джона Вель.

— Накажу, — ответил ей Джон.

— О-о-о, — протянула Вель. — И как же?

— Ночью заделаю тебе ещё ребенка и уеду войну воевать, оставив в замке.

— Буду ждать, мой лорд, — Вель захлопала ресницами, набросив на лицо наигранный румянец.

Компания опять разговорилась. Дейси рассказывала, каким сорванцами стали Родрик с Дианной, Вель поделилась забавными историями о проблемах адаптации своих подопечных к жизни поклонщиков. Алаяйя вгоняла лучшую подругу в краску историями о том, как та таки перетянула грудь и пошла дразнить юных горожанок. История за историей, игра за игрой, кубок за кубком.

На смену вечеру пришла ночь, время праздности подошло к концу и компания начала расходиться. Леди Аллирии ещё собираться в обратную дорогу, а она никак не может закончить пересчитывать выигранные монеты. Женщина успела соскучиться по малышке Эшаре и лорду Берику.

С ноткой зависти она посмотрела в сторону одной из колон, за которой целовались Эдрик с Арьей. Уэймар нес Алаяйю на руках в сторону своих покоев, Торрхен флиртовал со служанкой, а довершал эту картину Джон, который придерживал Вель левой рукой за талию, а правой взял за руку Дейси, переплетя их пальцы. Положение дел не устраивало не её одну, но леди Дондаррион была не так пьяна, чтобы возмущаться вслух, в отличие от Мии Стоун. Новоявленная дворянка, как и её отец, могла выпить немало эля, а вот перенести алкоголь с той же лёгкостью, увы, была не способна.

— Эх… — возмущённо вздохнула бастард. — Все пойдут трахаться, а мне только слушать останется.

— Жизнь несправедлива, — поддразнила подругу Алаяйя.

— Джон, эй, Джон! Можно с вами?

— Ты слишком пьяна, Стоун, это зависть, даже не похоть. Так что — нет.

— Нет?

— Нет.

— А Нимерию брали к себе!

— Предложи то же самое трезвой и, вполне возможно, получишь другой ответ.

— Обещаешь?

— Обещаю, — улыбнулся Дейн.

— Ого, — в шутку поразилась Вель, когда они уже отошли. — Похотливый Кошмарный Волк отказался от красотки. Не верю.

— Она пьяна, утром ей может стать неловко и стыдно, а так, в случае чего, она сможет списать своё предложение на похмелье, — ответил ей Дейн.

— А ещё ты боишься, что её стошнит в процессе, — добавила Дейси.

— А ещё я боюсь, что её стошнит в процессе, — не стал спорить Джон, открывая дверь их покоев.

Кошмарный Волк уже готовился уйти в постель, как его окликнули. В дверях стоял мейстер со свитком в руках, плечи уже давно немолодого мужчины были опущены, а покрытое морщинами лицо — скорбным.

— Что-то случилось?

— Только что прилетел ворон из Данстонбери на Мандере. Боюсь, у меня дурные вести, милорд, — ответил ему мейстер Гормон.

…

— Блядь, — скрипнув зубами, выругался Джон, перечитав письмо.

Всего пару месяцев назад Долина вернулась под власть короны. Железный трон опять крепко держит власть в своих руках. Наиболее влиятельные и могущественные из лордов королевства были оповещены о грядущей угрозе и пообещали помочь. Все силы объединённого материка в едином порыве должны были начать поход на Стену. В битву, что решит судьбу Царства людей. Казалось, что может пойти не так?

Как выяснилось, абсолютно всё. Король Роберт умер. Психованная сука Серсея наспех посадила на трон своего бастарда, столица ударилась в религиозный угар. Кто-то додумался убить принца Ренли, Лорд Станнис решил раструбить на весь материк об истинном происхождении золотых оленят, в Штормовых землях поднялся новый мятеж, а Лорас Тирелл перекрыл Дорогу Роз, написав другу письмо с призывом выступить против Джоффри Беззубого.

Дейн знал, что лорд Тайвин был рационален и расчетлив, он понимал, что если Север падёт в войне с Иными, то Царство людей последует вслед за ним. В мире, в котором воцарится нежить, некому будет воспевать наследие Старого Льва, некому будет бояться Тайвина и испытывать благоговейный трепет и страх перед его домом, некому будет владеть Утёсом Кастерли и «Тёмным Рёвом».

Вот только у этой медали была и вторая сторона: мелочная, меркантильная. Зачем защищать Царство людей, если по итогу дом Ланнистер утратит свои позиции, а сам Тайвин потеряет то, чего с таким трудом добивался, золотого льва на Железном троне? Во главе угла всегда будет стоять наследие семьи, если Тайвину придется выбирать, в первую очередь он будет защищать именно его.

Север рекрутировал в армию женщин и детей, его лорды согласились примириться с одичалыми и забыть о былых распрях, новая религиозная конфессия Старобожья делала всё, чтобы облегчить грядущее противостояния, но для победы даже этого было недостаточно. Северу нужны мечи юга. Единого юга, собранного под королевским стягом. Но, не покончив с восстанием, Тайвин людей на Стену не отправит.

Джон не был знаком с Эдриком Штормом, принц Ренли не был его другом или соратником, Западные и Штормовые лорды вцепились друг другу в глотки, а поддержать одну из сторон значит снять людей со Стены, чего северяне себе уже не могут позволить.

Лорды Севера никогда не признают Джоффри королём, потомки первых людей его притязания не поддержат, но и восстание поднимать не будут. Сам Тайвин тоже не доверит ему трон и заменит внука Томменом при первой же подвернувшейся возможности. Той, которая не ударит по престижу Ланнистеров, разумеется.

Вопрос был в том, как долго по итогу Беззубый будет сидеть на своём троне и не устранит ли он за это время своего основного соперника в лице младшего брата, что вытворит, уже не боясь Роберта, и как это скажется на королевстве. Можно было попытаться устранить Джоффри собственными силами, но на это может уйти две-три недели, а то и больше месяца. К моменту прибытия в столицу всё может уже решиться, а Джон пообещал отцу и брату оберегать юг Севера в это нелёгкое время. Пообещал быть справедливым правителем и защитником для подданных. Да и за Эдриком нужно присматривать, не без помощи воронов, чтобы кузен не помер, доказывая свою зрелость и взрослость. В довершение ко всему оставался нерешенный вопрос с домом Рид.

Из Томмена со временем получился бы достойный король. Хорошо обученный и воспитанный, заботящийся как о дворянах, так и о прочих сословиях. Имея надёжных, образованных, не заботящихся исключительно о собственных интересах советников, он со временем завоевал бы сердца поданных и привёл королевство к процветанию. Однако своими письмами принц Станнис поставил под сомнения и его притязания.

Любое признание детей Серсеи бастардами и действия, опирающиеся на эту позицию, равно как и проявление официальной поддержки Станниса со стороны Севера и его союзников, ударит и по Томмену.

Шутка ли, но Тёмной лошадкой в войне за наследие Роберта Баратеона оказались сами Баратеоны. Ну, настоящие Баратеоны. Главы благородных домов не любят прямолинейного, строго следующего букве закона Станниса. Эдрика Шторма почти никто не знает, у штормовиков есть огромный флот, но меньше всего солдат.

Довакину было глубоко наплевать, кто именно сядет на Железный трон и окажет помощь Стене. Кому-кому, а уж точно не бретонцу, водрузившему на голову ярла Элисиф Зубчатую корону и обеспечившему ей статус Верховной королевы Скайрима, говорить об истинности чьих бы то ни было притязаний на престол. Кровные узы, деньги и власть, греховное происхождение. Всё это не имело значения.

Северу оставалось лишь выжидать, пока одна из сторон не возьмёт верх, или пока её победа просто не станет очевидна. На крайний случай, пока она сама не сделает северян своим врагом, тем или иным способом.

…

Вечером следующего дня в покои Джона постучала заплаканная Мия. До девушки дошли вести о смерти последнего из родителей. Ещё вчера молодой лорд предполагал, что девушка придет, чтобы извиниться или потрахаться, но не для того, чтобы поплакать. Дейна посетила мысль, что добрый король Роберт действительно не заслуживал той любви, которую к нему питали его дети.

* * *

Королевская Гавань

Ночь — извечный друг разного рода сброда, боящегося покидать свои укрытия при свете дня. Ночью воры и мародёры выходят на дело, ночью контрабандисты отваживаются на наиболее опасные авантюры, ночью почти в каждой подворотне городских кварталов слышны стоны шлюх, а на улицах — пьяные вопли.

Тайвин Ланнистер смог избавить город от всех этих проблем и навести на улицах порядок, горожане смогли вздохнуть спокойно, но с коронацией его внука у жителей столицы появилась новая причина бояться ночи. Бояться и ненавидеть её.

Как только улицы погрузились во мрак, верные слуги короны вышли на очередную охоту. Десятки воинов, облачённых в латы и кольчуги, с семиконечной звездой на щитах, наведались к очередному врагу государства. Сотни «кротких мирян», вооружённых чем попало, следовали за ними, перекрывая улицы, и не оставляя возможности сбежать любому, кто попытается.

Выбиваются двери поместий, Сыны Воина заходят внутрь, убивая любого, кто оказывает сопротивление. Не проходит и десяти минут, как семья торговца, рыцаря или мелкого дворянина, уличённая в связях с «узурпатором», связанная, наблюдает за тем, как все накопленные непосильным трудом за десятки лет ценности выносят и складывают в телеги.

Агенты лорда Вариса указывают на все места в доме, где могут быть спрятаны золото, украшения и прочие ценности, некоторые тайники становятся новостью даже для некоторых из самих задержанных. Служащие короны ведут опись имущества и оценивают его стоимость.

Двадцатая его часть пойдет в награду верному Железному трону информатору, сообщившему об изменниках. Четверть получит Вера в качестве награды за самоотверженную службу и защиту города. Остальное будет конфисковано в пользу короны и пополнит пустую казну. Новый закон нравился всем участникам того, что городская элита в перешёптываниях смела называть погромами.

С рассветом городскую площадь украшают новые виселицы, а Верховный Септон произносит очередную речь о борьбе с внутренними врагами и тяжёлом труде на благо государства. Вместе с паствой он молится Семерым о долгом правлении Короля Джоффри и процветании королевства. Народ ликует, радуясь смерти изменников, феодальных угнетателей, завышающих цены торгашей и шпионов Эдрика Шторма (Баратеона). Словом, тех, кого им покажут сегодня.