— Волнения и война плохо сказались на городе. Порт и гавань нуждаются в скорейшем ремонте, часть складов разграблена, среди матросов начинает ходить молва о дезертирстве, — Киван начал вводить нового Мастера над кораблями в курс дела. — Займитесь этим.

— Милорд, — Кивнул Ренфред.

— Подсчитайте, во сколько это всё обойдётся, и сообщите мне как можно скорее. Чем раньше я запрошу у Утеса новый заём, тем быстрее вы сможете полноценно приступить к работе.

— Таким темпом деньги будет в пору делать из бумаги, — отметил лорд Варис, намекая на то, что в сокровищнице сейчас обитали лишь крысы, тараканы и долговые расписки. Именно ими в последнее время члены Малого совета и рассчитывались с гильдиями и торговыми домами.

— Хорошо, что вы обратили на себя моё внимание, лорд Варис.

— Готов служить, — поклонился евнух.

— Есть вести о наших подкреплениях из Эссоса?

— Пташки нашептали мне, что нанятый лордом Тайвином отряд полным составом прибыл в порт Лисса. Там они наймут ещё несколько тоскующих по войне в Спорных землях пиратских капитанов и их суда, после чего отбудут в Тирош, а оттуда до нас рукой подать.

— Сколько судов ожидать?

— Не меньше трёх-четырёх десятков. Лорд Тайвин не поскупился.

— От Лисса до Тироша плыть около недели. Всё зависит от погоды в Узком море, — встрял в разговор Риккер. — От Тироша ещё две недели до столицы. При всем уважении, лорд-Десница, я не успею уладить все дела в порту и городе до их прибытия. Как и обеспечить им безопасный проход через залив в случае, если Станнис начнёт морскую блокаду.

— Не переживайте, милорд. В этом нет необходимости.

— Я… я не понимаю.

— Лорд Тайвин заплатил наемникам не для того, чтобы они плыли в столицу, — усмехнулся мейстер Пицель.

Методы Щита Ланниспорта были ему знакомы. Очевидно, уже совсем скоро в мягкое подбрюшье Штормовых земель вонзятся львиные клыки. По восточному побережью запылают деревни, пираты начнут грабить и гнать людей в рабство, а лорды Тарт и Эстермонт лишатся своих островов. Мальчишка, дерзнувший бросить вызов короне, ответит за свою наглость, равно как и все его поддержавшие.

— Сир Барристан, — обратился Киван.

— Да?

— Королевская Гвардия нуждается в пополнении. Подумайте о возможных кандидатурах.

— Кандидатурах? — переспросил рыцарь, делая акцент на множественном числе.

Джейме Ланнистера действительно было необходимо заменить, но это всего одно место. Пусть ныне гвардия и была тенью своего былого величия, но клятвы их рыцарей пожизненные. Ланнистеры не посмеют отправить кого-то в отставку. Хотя, глядя на то, что в последние дни происходит в королевстве, Барристан уже не был так в этом уверен.

— Времена сейчас не спокойные, — успокоил его Киван. — У короля Джоффри много недоброжелателей. Вполне возможно, что очень скоро в гвардии потребуется заменить ещё кого-то. Будет лучше, если к этому моменту у нас на уме уже будут кандидатуры.

— Сделаю всё, что в моих силах.

* * *

Королевский лес, Штормовые Земли

Добравшись до Путеводной, лорд Тайвин обнаружил перед собой лишь разрушенный мост, а на противоположном берегу — всадников под знаменем с венценосным оленем, выкрашенным в обратные цвета, и сотни стрелков, вооружённых длинными луками со стрелами на изготовку. Старый лорд был совершенно уверен, что мальчишка сейчас триумфально ухмыляется.

Поначалу казалось, что штормовики вовсе не собираются оказывать сопротивление, но это было лишь затишьем перед бурей. Всё изменилось по окончании второй недели военной кампании. За время путешествия вглубь леса войско короля потеряло убитыми и ранеными почти шесть сотен мечей. Неважно, насколько хорошо на марше было выстроено войско, выставлены караулы и организованы патрули. Всё это словно не имело никакого эффекта. Прошедшие не одну войну ветераны, домашняя гвардия лордов, ополченцы, межевые рыцари. Все они страдали одинаково, вне зависимости от того, как ответственно относились к своим обязанностям.

Дорнийские марки, в виду мощной военной традиции, славились своими лучниками, однако остальные штормовики были не менее опасны. Годы охоты с луком, выученная почти наизусть местность вкупе с праведным гневом за убийство своего лорда и выжженные дотла деревни создали поистине адскую смесь.

Мелкие налёты на авангард или обоз, ночные диверсии, наглые стычки с разведчиками короны, шальные стрелы из-за деревьев, выпущенные в идущих на марше западников и, как следствие, многодневная беготня за наглецами по лесам. И чем дольше длились эти преследования — тем большие потери были среди участвовавших в них западников. Волчьи ямы, засады лучников и незнакомый лес медленно, но планомерно уменьшали численность вражеского войска.

Местами доходило до того, что, просто игнорируя убегающих в лес штормовиков, можно было избежать больших потерь. Иногда одинокие наглецы, а то и передовые дозоры штормовиков просто шагали за деревьями, сопровождая войско короны на расстоянии арбалетного выстрела. Всё это плохо сказывалось на боевом духе — набранное в столице ополчение, три тысячи человек, пребывали в самой настоящей панике и, казалось, были готовы разбежаться. Даже с учётом того, что попытка лобового столкновения просто обречена на успех королевского войска.

Эдрик Баратеон на это не шёл. Он делал всё, чтобы показать Старому Льву, чем для него обернётся путь вдоль реки через лес, и вынудить того идти к Живописному замку по тракту, что выиграет для восставших около двух-трёх, так необходимых для сбора войск, недель. Однако Тайвин уже предпринял меры, и мальчишку ждал весьма неприятный сюрприз.

С каждым днём Старый Лев становился злее и раздражительнее, с каждым днём его маска спокойствия и пренебрежения грозила дать трещину, тем самым делая участь первых попавшихся ему на пути городов, замков и деревень всё более и более незавидной. Однако все деревни, попавшиеся ему на пути, уже были сожжены. За остальные придётся побороться.

— Интересно, что кончится раньше, ополчение столицы или терпение штормовых лордов? — спросил у самого себя Тайвин.

— Милорд? — уточнил у него Реджинальд Ланнистер, его дальний кузен.

— Я бы поставил на первое, — ответил на свой же вопрос Тайвин.

— Вчера мы повесили две дюжины дезертиров, — поспешил доложить Реджинальд.

— Да хоть сотню. Они в любом случае закончатся, если мы сунемся глубже в лес. Прикажи горнистам трубить перестроение!

Эдрик не смог рассмотреть, как лорд Тайвин почтительно кивнул в его сторону. Ему оставалось лишь смотреть на повернувшее на север войско.

* * *

Красный Замок

К недовольству Джоффри, лорд Киван, как Десница короля и глава его Малого совета, не только ограничивал власть действующего монарха, но и активно ставил палки в колёса всем без исключения монаршим инициативам. Ланнистер был кардинально против расширения совета и места для верховного септона в нём. Равно, как и был против личного участия Джоффри в очередной реорганизации городской стражи.

"Закон о проскрипции и врагах государства" он хоть и выслушал, но тоже отверг. Несмотря на то, что это отличная возможность пополнить казну золотом, на нехватку которого он постоянно жалуется. Мол, слишком сильны риски начала очередных волнений в столице. Ланнистер, а опасается голозадых крестьян и городской элиты.

Теперь же Киван и вовсе перестал проявлять к своему королю должное почтение. Всё это выводило Джоффри из себя, однако наиболее плохие вести были ещё впереди. Лорд Варис принёс своему королю копию завещания короля Роберта, и золотому оленю, впервые с момента той злосчастной дуэли в Винтерфелле, стало страшно.

Джоффри знал, что его брата не просто так увезли из Королевской Гавани, теперь стало ясно, почему. Семья, о которой так часто говорил дедушка Тайвин, фактически списала своего короля со счетов. Джоффри никто не считает монархом, а короноваться ему позволило лишь своеволие Серсеи и "счастливый" случай, за что та была изгнана из города.

Джофф со всей силы сжал в кулаке злосчастный свиток, впившись ногтями в ладонь, так сильно, что на пол начали падать алые капли ланнистерской крови. В голову начали лезть неприятные факты и догадки, а картина будущего становилась всё мрачнее и мрачнее.

Его власть постоянно ограничивают, его не допускают к принятию решений, а на троне его удерживает лишь пламя мятежа и нежелание деда терпеть издержки в плане утраты престижа и репутации. С этим было необходимо покончить. Как можно скорее.

Из размышлений короля вырвал голос Мастера над шептунами.

— Мой король, некоторое время назад у меня был серьезный разговор с королевой, — осторожно начал Паук. — Леди Серсея посвятила вас в его суть?

— У моей матери нет от меня секретов, — ответил Джоффри, Варис подобострастно усмехнулся. — Мне известно о союзе Севера с Простором и речниками и возможном заговоре против моего правления.

— Боюсь, у меня плохие вести.

— И это?

— Как вам могло быть известно, Робб Старк заключил брачный союз с домом Ройс, который в ближайшие луны возглавит Долину.

— А значит потенциально мятежных королевств станет не три, а четыре.

— Боюсь, Старки не желают видеть вас на троне, как только весть о смерти вашего отца и вашей коронации разлетится по всем регионам, может начаться ещё один мятеж. Необходимо принять меры.

— Королева-мать могла бы поднять этот вопрос на заседании совета, но её нет в городе, — начал размышлять вслух Джоффри.

— Значит, к совету придется обратиться вам, мой король, — сказала Тиена, добавив во взгляд побольше восторга и преданности. Джоффри лишь отмахнулся от её предложения.

— Король, которого он не уважает, ссылается на попавшего в немилость советника, — указал на Вариса Джоффри. — Нет. Лорд Киван не послушает и лишь продолжит засыпать Долину золотом, чтобы та набралась сил и укусила кормящую её руку. Хотя… — В голове у монарха начался зарождаться идея.

— Мой король? — Прошло около трёх минут перед тем, как леди Сэнд осмелилась прервать тишину.

— У меня не так много влияния и сил в городе, лишь Вера полностью на моей стороне. Однако и позиции совета ещё не так крепки, они не успели переманить на свою сторону Верховного септона и сформировать лояльную городскую стражу.

— А если лорд Киван опять сляжет с лихорадкой, то и не успеет, — отметил Паук. Джоффри перевел на него подозрительный взгляд. — Всё ради королевства, ваша милость.

— Боюсь, лишь боги властны над болезнями.

— Но смертные способны придать… «подозрительным обстоятельствам» её вид. — Добавила Тиена. — Лорд Киван стар и не так здоров, как раньше, а мейстер Пицель бесполезный похотливый идиот, ему будет проще списать всё на болезнь, чем попытаться докопаться до правды.

— Вы действительно способны на это? — спросил Джофрри.

— Ваша воля, моими руками, мой король, — улыбнулась Тиена.

— Будет прискорбно осознавать, как далеко зашла болезнь Десницы, — принял решение Джоффри, Тиена поклонилась и поспешила удалиться. — Лорд Варис.

— Да?

— Я хотел бы переговорить с недавно прибывшим в столицу заложником, пусть ему сообщат, что король хочет его видеть.

* * *

Если в Семи королевствах и был регион, способный соперничать с Простором в плане населенности и урожайности, то этим регионом определенно были Речные земли. И пусть экспорт зерна Северу приносил весьма солидный доход, но точно не составлял львиную его часть — слишком маленький рынок сбыта. Географическое расположение в самом сердце государства и обилие рек позволяли хорошо зарабатывать на речной и сухопутной торговле. А большое, по меркам других регионов, население регулярно обеспечивало солидный приток золота с налогов.

Однако недовольные всё равно остались. Не сумевшие добиться «справедливости» от короля или лорда Тайвина и отказавшиеся играть по правилам рынка, Фреи и Маллистеры начали собирать их вокруг себя. Тех, кого не устраивала новая торговая политика Севера, тех, кого не устраивал новый Владыка Рва Кейлин, успевший изрядно попортить им жизнь, и тех, кто был откровенно насторожен как вновь поднявшим голову Старобожьем, так и его новой конфессией.

Несколько ослабленные на почве известий о преступлениях леди Лизы и изгнании сира Бриндена позиции дома Талли играли им только на руку. Как и неспособность Эдмара наказать виновников набегов на деревни четырёхлетней давности. Разумеется, положение дома Талли нельзя было назвать шатким, но быстро набирающие влияние Фреи вызывали здравые опасения. Слишком осторожный лорд Уолдер пусть и не бросал вызов сюзерену в открытую, но вполне мог совершить какую-то глупость. Особенно с учетом того, как далеко от границ сейчас находятся мечи Старков.

Пусть среди лояльных Талли домов и не было монолитности, но владыки Речных земель тоже собрали вокруг себя сильный лагерь, не слабее, чем был у Фреев. Обе ветви дома Вэнс без сомнений останутся на стороне сюзерена в случае возможного противостояния. Лорд Пайпер приходился Эдмару хорошим другом, и в его лояльности тот не сомневался, как и в семейной поддержке Уэнтов. Больше всего вопросов вызывал дом Гудбрук.

Особняком от остальных стояли Блэквуды, самый значимый из сохранивших веру в Старых Богов домов к югу от Перешейка. Владыка Древорона возглавлял древнейший в Речных землях род и мог собрать под свои знамёна куда больше мечей, чем собственный сюзерен. «Просеверная» позиция этого дома не оказалась чем-то удивительным.

Титос Блэквуд начал объединять вокруг себя готовые адаптироваться к новым правилам игры дома. Поначалу его союзники были совершенно незначительны: малые, торговые и рыцарские семьи. Но чем большего он добивался, тем более влиятельных сторонников обретал.

Началось всё аккурат после турнира в честь пятнадцатых именин принца Джоффри. Спустя неделю по возвращении из столицы на чардреве внутри замковых стен вновь появилась кроваво-красная листва. Дерево ожило, лорд Титос объявил это чудом божьим, а Древорон начали посещать немногочисленные паломники. Вскоре в замок зачастили и Дочери Мары. Женщины привозили целебные алхимические зелья и припарки, лечили больных, проповедовали среди черни и собирали пожертвования на строительство чардревного дома.