Бетонная полоса шоссе, широкой лентой брошенная на выжженную солнцем степь, уходила за горизонт навстречу плавно оседающему за край земли светилу. Две двадцатитонные машины в сопровождении официально-чёрного «Мерседеса» свернули с магистрали на боковую дорогу, где проехали ещё миль тридцать, чтобы, в конце концов, остановиться возле ворот с надписями: «Опасно: под напряжением!», «Собственность правительства США», «Фото и киносъёмка категорически запрещена».
Маленький домик возле ограды оказался единственной понятной непосвященному наблюдателю постройкой на окруженном металлической сеткой и колючей проволокой тридцатиакровом участке. Все остальные сооружения, очевидно погребенные в земле, выдавали своё присутствие лишь странными бетонными полусферами и подходящими к ним асфальтовыми дорожками. Одна из сторон этих грибообразных монстров была затянута бронированными жалюзи, по-видимому, служившими входными дверями.
«Мерседес» посигналил клаксоном, вызывая из домика людей в военной форме и с автоматами наперевес, которые появились на крыльце практически мгновенно после начала призывной песни. Из машины также вышли двое в длинных полупальто. Один из них протянул старшему по званию офицеру папку и пластиковый жетон агента ФБР и сказал, приветливо кивая:
— Добрый вечер, господа.
В ответ военные дружно козырнули. Старший взял у приезжих папку и скрылся в домике, оставив гостей на улице под прицелом группы встречающих, уже успевших занять удобные для стрельбы места возле «Мерседеса»» и обоих грузовиков. Минут через пять офицер с папкой вернулся, взмахнул рукой, позволяя охране опустить оружие, и подошёл к приезжим.
— Добрый вечер, мистер Тодлер, — звучным баритоном проговорил он, возвращая жетон владельцу.Прошу ваши пропуска, господа. Несколько минут необходимых формальностей, и я пропущу вас.
— Разумеется, — мистер Тодлер кивнул напарнику, и они, отойдя к своему автомобилю, закурили в ожидании окончания проверки.
Тем временем старший офицер, получивший несколько листочков пропусков, сравнил номера машин с номерами, проставленными в документах, и вновь ушёл в домик, из которого тотчас же вышли трое с электронными анализаторами магнитных кодов. Они с деловым видом пошли к машинам.
Процедура, действительно, заняла от силы минут пять, и по её окончании сетчатые ворота медленно поползли в стороны, позволяя автоколонне продолжить путь.
— Можете проезжать, господа, — произнёс офицер, в последний раз появившись в дверях домика.
Он быстро козырнул и скрылся, а машины взревели моторами и двинулись дальше.
— Нам нужен четвёртый ангар, — негромко проговорил мистер Тодлер, обращаясь к своему напарнику, сидевшему за рулем.
Тот, молча, кивнул и свернул направо к большим бронированным жалюзи на боку одной из полусфер. Там Тодлер вышел из машины и достал из внутреннего кармана пиджака пухлый блокнот в кожаном переплете. Он быстро нашёл нужную ему страницу, а затем, подойдя к жалюзи, набрал десятизначный код на встроенном в бетон сенсорном табло.
Где-то под землей натужно загудели мощные двигатели, и многотонные пластины поползли вниз, открывая взгляду недлинный тоннель, уходящий под углом в глубину сооружения. Несколько довольно слабых ламп едва позволяли разглядеть внутреннее пространство полусферы и оценить солидную толщину стен купола. Один из трейлеров въехал внутрь и остановился возле дальней стены. Мистер Тодлер нажал на табло ещё несколько кнопок, и внезапно тяжёлый автомобиль медленно пополз вниз вместе с площадкой пола. Тоннель заканчивался большим подъёмником, способным перенести двадцатитонную махину. Через несколько минут лифт вернулся, чтобы унести в подземелье следующий трейлер вместе с мистером Тодлером и его напарником. Они оставили «Мерседес» на улице дожидаться своего возвращения, а сами, набрав на табло очередную цифровую комбинацию, спустились на одной площадке со вторым транспортом.
Внизу, в гигантском помещении с большой цифрой «5», написанной прямо на бетоне пола, трейлеры уже выстроились на специальной стоянке, размеченной тонкими белыми линиями. Из кабин вылезли шесть человек в сиреневых рабочих комбинезонах и принялись за работу. Они открыли металлические кузова грузовиков и с помощью специальных самодвижущихся тележек, оснащенных подъёмниками, принялись за разгрузку. Из двадцатитонников были извлечены десять никелированных сигарообразных контейнеров девяти фунтов в длину и с небольшими экранами на одной из сторон и клавиатурами, возле которых переливались разноцветными огоньками ряды индикаторов.
Во время священнодействия разгрузки и установки на самодвижущихся тележках этих странных предметов Тодлер занимался кодовым замком на очередных дверях. После того как створки дверей разошлись в разные стороны, его напарник, до сих пор выполнявший обязанности водителя, не говоря ни слова, прошел в следующий зал, а Тодлер лично проверил крепление на тележке каждой капсулы привезенного ценного груза и сказал:
— Всё отлично, ребята. Возьмите пустые автопогрузчики и поедем.
Следующий зал, в отличие от предыдущего, представлял собой сравнительно небольшую комнату с выкрашенными в ослепительно-белый цвет стенами. В ней находился компьютер, установленный на большом, также белом столе, и три стула того же цвета. Больше в комнате ничего не было. Но явный недостаток мебели с лихвой покрывался избытком дверей.
Их здесь, оказалось пять, не считая той, в которую вошёл мистер Тодлер. На одной из дверей красовалась надпись «Лаборатория», остальные же могли похвастаться лишь номерами от «1» до «4». Все двери были металлические и, очевидно, открывались только через компьютер. Во всяком случае, ни ручек, ни замков на них не предусмотрели.
Бывший водитель уже сидел на одном из стульев и нажимал кнопки клавиатуры, с ловкостью заправского фокусника вызывая на экране надписи: «В вашем распоряжении 2 свободных бокса» и «Для доступа к программе идентификации наберите кодовое слово».
На миг он остановился и поднял глаза на Тодлера, который тут же положил на стол листочек, исписанный буквами и цифрами.
— Через четверть часа начнём, — пробежав глазами по листочку, сказал программист, и продолжал манипуляции с кнопками. Ровно через четверть часа на дисплее высветилась надпись: «Объекты "7"—"16" подготовлены к изъятию. Отключение замков через 30 секунд».
Мистер Тодлер вышел из комнаты, и тут же в дверном проёме показались три пустые тележки, навстречу которым открывались вторая, третья и четвёртая двери. Металлические створки разъехались в стороны, обнажая две капсулы, расположенные на мощных подставках одна на другой.
Приняв на свои плечи по никелированному контейнеру, погрузчики чередой потянулись к выходу, чтобы затем перенести груз во чрево трейлеров. Они делали небольшую остановку возле встречавшего их возле выхода из комнаты мистера Тодлера, который колдовал с небольшим приборчиком над каждой из капсул. Затем следующие три тележки повторили путь своих предшественниц.
Опустевшие подставки из-под капсул ушли в тёмные недра хранилищ, а на их место выплыли другие четыре контейнера.
«Будет ли осуществлен возврат объектов "7"—"16"?» — высветилась надпись на дисплее, когда последняя гружёная тележка покинула комнату.
«Да», — набрал в ответ напарник мистера Тодлера.
Обратная процедура также происходила по-военному чётко, без единой заминки. Тележки по одной подходили к мистеру Тодлеру, он манипулировал над контейнером своим приборчиком, называл адрес установки.
А уже через полтора часа два трейлера и «Мерседес»» покинули территорию базы.
После только что закончившегося ливня в маленькой забегаловке возле дороги, ведущей в центр городка, людей было немного. Несколько завсегдатаев, обычно сидящих здесь за чашкой кофе с утра до вечера, да влюбленная парочка. Из тех, которым больше всего на свете нравится бродить по лужам, а потом согреваться в первой попавшейся забегаловке джином с половинной порцией тоника. Романтики. По-прошествии лет двадцати, если, конечно, они всё же поженятся, будут с восторгом вспоминать «безумства молодости» и эти идиотские выходки с прогулками под дождём.
Слева от павильона, где находилась миниатюрная стойка, припарковалась белая, как снег, полицейская машина с большим гербом округа на передней дверце и многозначительной надписью: «ШЕРИФ». Рядышком, придвинув почти вплотную к автомобилю пластиковый столик, сидели два человека в форме. Очевидно, сам шериф и его помощник. По их уставшим лицам легко читалось, что дневное дежурство они провели на колесах и только сейчас, после дождя, решили отдохнуть и подкрепиться парой гамбургеров. Беседуя вполголоса, они изредка поворачивались к стойке, бросая довольно откровенные взгляды на высокую блондинку с пропорциями «барби», стоящую за стойкой.
— 005-й! 005-й, ответьте дежурному! — зашипела бортовая радиостанция. — 005-й, срочно ответьте! — настойчиво неслось из открытого стекла дверцы автомашины.
— Вот чёрт! — буркнул сквозь набитый рот шериф Джонс и, отложив на край тарелки, надкушенный только что бутерброд, вытер губы салфеткой — Вечно у них что-то в самом конце дежурства!
Сидевший рядом напарник шерифа утвердительно кивнул.
— Я пойду, шеф?
— Давай.
Он нехотя поднялся со стула и тяжелым шагом уставшего человека подошёл к авто. Не открывая дверцы, офицер с привычным стоном дотянулся до панели с микрофоном и резким движением дернул динамик ко рту:
— Сержант Парс на линии.
— 005-й, говорит дежурный Гибсон. Это шестой пост. У них там проблемы. Им срочно нужен шериф.
— Пошли их к чёрту, — буркнул Джонс и снова надкусил гамбургер. Вода у них, видите ли, не освятится без меня. Личное участие... Будь оно неладно...
— Сейчас шериф занят... — начал, было Парс.
Но из динамика донеслось:
— 005-й, на 107-й дороге потерпел аварию пятитонный фургон. Сочно найдите шерифа.
Быстро глотнув из стаканчика колы, чтобы прочистить горло, Джонс подбежал к машине и выдернул из рук помощника микрофон.
— Да! — всё ещё продолжая жевать, произнёс он — Джонс на проводе. Что у вас произошло?
— Авария, сэр. Включаю шестой пост, — захрипела радиостанция. — Мистер Джонс, у нас фура слетела в ущелье!
— Эта, что на 73-й миле?
— Да, сэр.
— А я вас, мерзавцев, предупреждал, чтобы нарастили ограждения на поворотах?! — взревел шериф в микрофон. — Какой случай у вас в этом году? Четвёртый или десятый? А?! ... Не слышу! Кто погиб?
— Жертв, к счастью, нет, но вот машина...
— Что машина?! Что вёз этот трейлер?
— Мы не знаем, сэр.
— То есть, как не знаете? — вновь начал бушевать, начавший было успокаиваться шериф. — Какого чёрта вы мне морочите голову! Не знают они! Так раскройте борт и посмотрите!
— В этом-то всё и дело, шеф. Кузов фуры цельнометаллический. Он, правда, дал несколько сквозных трещин, но не очень больших. А вот дверцы закрыты. Там цифровой замок с карточным кодом. Нужно не только знать комбинацию цифр, но и иметь пластиковую карточку ключа. Как в банке. Просто так такие не ставят.
— Мать вашу! Ну и что теперь? Вы документы нашли? Там ведь сказано, что это за груз. Или они тоже разбились?
— Документы есть. Это правительственный груз. По-видимому, что-то секретное. Может быть, даже военное.
— Что?
— Поэтому мы и хотели получить у вас консультацию. Нам связаться с ФБР или вы сами позвоните? Лучше, конечно, вам...
— Я сейчас тебя свяжу с Господом Богом! — заорал шериф. — Разгильдяй! Ты людей в больницу отправил?
— Да, сэр.
— Тогда сидите и ждите меня! Скоро буду! Не дай Бог, радиоактивное дерьмо какое-то... Зеленые сожрут нас, завернув в ту самую газету, где об этом напечатают.
Шериф зашвырнул микрофон в салон и, чертыхаясь, сел за руль.
— Олухи! Без единой извилины! Сколько раз говорил, предупреждал засранцев! И опять эта 73- я миля!
Он завёл машину и рванул с места именно в тот момент, когда его напарник прыгал на соседнее сиденье. Только чудо и многолетняя привычка работать с Джонсом спасла офицера от тяжёлого увечья.
Шериф вышел из машины и, подойдя к краю дороги, осмотрел место аварии.
Стальные сваи, ограждавшие трассу на опасном участке, были изуродованы так, что складывалось впечатление, будто по ним проехались танком. Пятитонный фургон с металлическим кузовом, выкрашенным в синий цвет, присыпанный мелкими камнями и щебнем, лежал на крутом откосе обрыва, в шестидесяти ярдах от полотна трассы. Кабина с передним шасси находилась, по меньшей мере, ярдов на десять ниже. В том, что от неё осталось, с трудом узнавался «Мерседес»» последней модели. Предположение, что в этом металлическом месиве могли уцелеть люди, казалось полнейшим абсурдом.
Увидев только что прибывшего шерифа, подбежал офицер дорожной полиции.
— Когда это случилось? — мистер Джонс указал на останки грузовика.
— Около трёх часов назад. По-видимому, шофёр не справился с управлением. Шёл дождь. Похоже, что его машину занесло.
Джонс отошёл от обрыва и принялся осматривать полотно дороги. Два коротких черных следа тормозного пути указали направление движения пострадавшего автомобиля.
— Кто был в машине?
— По документам, которые мы обнаружили, это Антонио Вертуччи и Карло Гальени. Но кто из них сидел за рулем — неизвестно.
— Ясно, — шеф вытащил сигарету и с видимым удовольствием выпустил первое облако дыма. — Макаронники.
— Как только их обнаружили, вызвали «скорую», которая и забрала обоих в госпиталь.
Шериф нахмурился.
— Я что-то не так сделал? — дорожный коп удивлённо посмотрел на шерифа.
— Нет, нет, всё именно так, как и должно быть. — Джонс взглянул на часы. — А что у вас там с документами приключилось?
— Вот, смотрите.
Полисмен протянул шерифу несколько листов плотной дорогой бумаги, увенчанных гербами государственного департамента.
— Так, так, так, — забормотал Джонс, внимательно изучая написанное. — То, что они везли, принадлежит правительству. А вот кому принадлежит фургон? Вы проверили?
— Нет. Пока что нет, — забубнил коп. — Я думал...
— Что ты думал, болван?! — гаркнул на него Джонс. — Немедленно проверьте через компьютерную сеть!
— Есть! — полицейский козырнул и со всех ног бросился к своей машине.
— Убивать таких идиотов нужно, — саркастически послал ему вслед начальник. — Ладно, пойдём посмотрим поближе на эту проклятую жестянку, — он жестом подозвал Парса и передал ему бумаги. — Надо всё же взглянуть, что они притащили...
Сбежав по каменистому склону, Джонс осмотрел трейлер. А затем, взобравшись на его борт, подошёл по гудящему под ногами металлу к самой большой трещине, образовавшейся, по всей видимости, от страшного удара о стальные сваи.
— Мистер Джонс, — окликнул его помощник. — Я думаю, что нам не следует лезть в эту машину. — Он ещё раз пробежал глазами по документам. — Здесь ясно сказано, что груз принадлежит...
— И ты веришь этим бумагам? — шериф презрительно хмыкнул. — Вот зайдем в управление, и я тебе таких бумажек нашлепаю с полсотни, а если будет мало, то и сотню!
— Я бы не рисковал...
— А я бы рисковал, — передразнил его Джонс, но тут, же сделался серьезным. — А вдруг содержимое этой консервной банки ядовито или радиоактивно?! Она ведь ударилась настолько сильно, что чуть не рассыпалась к свиньям. Что тогда?
— Ну... — Парс задумался.
— Можешь не скрипеть мозгами, приятель, у тебя их всё ровно маловато. В крайнем случае, кто докажет, что мы немного подсмотрели? От правительства не убудет, а нам спокойнее. А вот если там действительно что-то такое... Тогда нам голову снимут за то, что мы своевременно не заглянули в этот дерьмовый фургон! Пока что в этом округе я хозяин и за безопасность жителей отвечаю я. Между прочим, отвечаю лично. Так что хватит болтать. Лучше подай-ка мне лом. Сейчас увидим, что эти макаронники везли.
Однако, сделав несколько бесплодных попыток расширить трещину в обшивке кузова, Джонс понял, что это совсем не простая работа. Раздумывая о том, как бы справиться с задачей, он поднял голову и увидел шестерых полицейских, стоящих возле края дороги. Они что-то оживленно обсуждали, с любопытством наблюдая, как шериф орудует ломом.
— Что уставились?! — заорал шериф, чем заставил копов вытянуться в струнку. — А ну, быстро сюда! Разломайте эту кастрюлю к чертям! Живо! Бездельников понабирали, мать вашу, — уже успокаиваясь, ворчал он, наблюдая, как полицейские, быстро спустившись с обрыва, принялись за работу, — только штрафы за превышение скорости и умеют выписывать. Больше ни на что не способны! Ничего, я ещё с каждого по три шкуры спущу за не построенное ограждение...
Через четверть часа кусок обшивки кузова общими усилиями был оторван от несущего каркаса и отброшен в сторону. Шериф, всё это время наблюдавший за работой своих подчиненных стоя на краю борта трейлера, подошёл к образовавшейся дыре и заглянул внутрь.
То, что он смог рассмотреть в полумраке, вызвало у него довольно противоречивые чувства. С одной стороны, явной опасности он вроде бы не обнаружил, но, с другой стороны, и определить, что это за груз, ему тоже не удалось.
В кузове было подвешено что-то большое и блестящее, более всего похожее на гигантский металлический чехол от дорогой гаванской сигары. Благодаря хитрой системе крепежа, поддерживающей груз точно в середине помещения, можно было с уверенностью сказать, что он не пострадал.
— Интересно, интересно... — пробубнил себе под нос Джонс.
Он взял у стоящего рядом полицейского фонарик и посветил внутрь кузова. Сигара тускло ответила холодным блеском никеля.
— Ну и что вы по этому поводу думаете, сэр? — полюбопытствовал Парс, тоже заглядывая в дыру.
— Не знаю, что это. Но лучше пока его руками не трогать. От этой штуковины можно ожидать всего что угодно...
— Вы думаете, это — ядерная бомба?
— Я никогда не слышал, чтобы их возили вот так запросто, в пятитонных трейлерах. Но по нынешним временам всё может быть, мой мальчик.
Джонс сделался необычайно серьезным и забрал у своего помощника документы, которые удалось обнаружить в пострадавшем автомобиле. Осмотрев их ещё раз со всех сторон, он уже в который раз углубился в изучение их содержания.
— Сэр, — обратился к начальнику Парс, очевидно решив, что необходимо напомнить шерифу о том, что самое время что-то предпринимать, — мне связаться с национальной гвардией или сразу выйти на военных?
— К чёрту гвардию и туда же армию, — спокойно проговорил Джонс, всё ещё изучая листочки. — Насколько я могу понять, эта штука не относится к их ведомству. Необходимо позвонить в УНБ. Эти штуки — дело именно Управления Национальной Безопасности.
— Значит, надо...
— Я сам сделаю то, что надо! — рявкнул шериф. — Пока что лучше оцепите здесь всё, и перекройте дорогу. Хорошо ещё, что ночь скоро. Темнеет. Поменьше будут ездить всякие, нос свой поганый совать в чужие дела. Да, и смотрите мне, если здесь появится хоть один газетчик... — мистер Джонс сжал свой солидных размеров кулак и продемонстрировал его присутствующим.
— Понял, сэр. Будет сделано.
Парс спрыгнул с кузова и принялся карабкаться по откосу к полицейским машинам, стоящим на трассе.
— Подожди, — окликнул его босс, — ещё не всё.
Офицер остановился и сделал несколько шагов к уже идущему ему навстречу Джонсу.
— Вызовешь группу дозиметрического контроля. Пусть понюхают. И кран. Надо бы затащить эту штуку на дорогу. Всё равно её придётся убирать отсюда... Если через час дорогу не очистим, то потом с пробкой промучаемся как минимум сутки. Действуй!
Шериф долго смотрел вслед уходящему по откосу помощнику, а потом вновь влез на металлический кузов, присел на корточки у края дыры и ещё раз обшарил лучом фонарика капсулу и пространство вокруг неё.
«Что ты об этом думаешь, старина?» — поинтересовался он у самого себя. Ответ не заставил ждать. Такого потока грязных слов шериф давно не слыхивал. Ему даже показалось, что из той зияющей чёрной пустоты, где должны были располагаться мысли о наводке, отвечает сам дьявол.
В этих безрадостных размышлениях быстро пролетело время — и вот на место происшествия прибыла бригада дозиметрического контроля. Ребята работали так чётко и слаженно, что шериф поневоле залюбовался их действиями. К тому времени, как появился кран, мистер Джонс уже получил отчёт, что радиоактивного излучения от обследуемого объекта не обнаружено.
У шерифа отлегло от сердца. Опасения, что «сигара» окажется ядерной бомбой, не подтвердились. Поэтому, вытащив разбитый трейлер на дорогу, его отволокли на большую автостоянку возле полицейского управления, к этому часу подготовленную для приема незнакомца. Движение на 73-й миле возобновилось.
Лично выставив усиленный кордон вокруг фуры на стоянке и проверив, что безопасность граждан города и груза обеспечена на все сто, мистер Джонс в половине двенадцатого ночи, почти падая от усталости, переступил порог своего кабинета. Он наспех заварил себе чашку черного как деготь и крепкого до рези во рту кофе, включил настольную лампу и разложил на столе листы злосчастных документов. В сотый раз просматривая букву за буквой, шериф курил одну сигарету за другой, раздумывая о случившемся.
Его всё ещё мучили сомнения в правильности своего решения относительно перевозки в город потерпевшего аварию фургона. Но ведь радиоактивности нет, а значит, это не бомба. А если бомба? Ну, во всяком случае, не ядерная бомба. А если всё же он ошибается?..
А если ошибается и это какая-то новая дьявольская разновидность, которая ни черта не излучает, то и тогда её мощности хватит, чтобы разнести вдребезги и городок и половину штата. Так что нет никакой разницы — оставлять эту бестию на шоссе или тащить сюда.
Мистер Джонсон затушил сигарету и тотчас затянулся следующей, что немного успокоило его.
Находка не повреждена, а значит, не взорвется, чем бы она ни оказалась. И вообще, во имя чего, спрашивается, надо именно здесь устраивать взрывы?! Это плод воображения, бред измотавшегося человека, которому этой ночью вряд ли удастся уснуть. Такие механизмы не используют для того, чтобы взорвать провинциальную мэрию, в которой должна сочетаться браком любимая девушка, неожиданно сбежавшая с другим. Произошел обычный для 73-й мили несчастный случай.
К двенадцати с четвертью часам ночи пепельница на столе шерифа практически полностью заполнилась окурками. Он поковырял пальцем в пустой пачке, надеясь разыскать там сигарету, но, не обнаружив её, смял ненужную упаковку и выбросил в мусорную корзину. Допив остатки кофе, мистер Джонс принес себе из комнатки секретарши две таблетки аспирина и стакан воды. Растворять таблетки, как говорилось в инструкции, он не стал, а просто отправил их в рот и запил из стакана.
Вид у шерифа был решительный. Он поднял телефонную трубку и ровно и чётко произнёс в неё:
— Дежурный! Вашингтон. Управление Национальной Безопасности. И побыстрее.
В коротком, но содержательном разговоре с каким-то чиновником шериф рассказал о происшедшем и попросил разобраться и приехать за грузом. На что получил заверения в том, что к утру, по всей видимости часам к семи, появится человек, уполномоченный разобраться на месте с этим делом. В конце разговора мистер Джонс засунул листочки с гербами в факсимильный аппарат и отправил их тому же чиновнику.
Теперь, когда уже оказалось сделанным решительно всё возможное, шериф опустился в кресло за свой стол и обхватил голову руками. Сейчас усталость навалилась на него с новой силой. Напряжённая работа последних часов сказывалась, голова отчаянно болела, веки слипались. Только мучительно долгий стук в дверь не позволил шерифу уснуть прямо за столом.
— Войдите!
На пороге стоял Парс. Его лицо, такое же помятое, как у шефа, уже не выражало никаких эмоций.
— Что-нибудь ещё случилось? — Джонс полез в карман за сигаретами, но вспомнил, что они кончились. — У тебя курево есть?
Вместо ответа на эти два вопроса Парс положил на стол тонкую папку и измятую пачку сигарет, а затем рухнул в кресло возле стола.
Джонс закурил. После нескольких глубоких затяжек, превративших в пепел половину сигареты, он постучал пальцами по принесенной папке и спросил:
— Что здесь?
— Сэр, я только что из больницы, где находятся те двое из фургона. Это отчёт.
— Отлично, — Джонс взял папку и, не раскрывая, сунул её в ящик стола. — Ну к чёрту эти буквы, у меня и так голова идёт кругом. Доложи устно.
— Пока ничего конкретного узнать не удалось. Они в тяжелом состоянии, без сознания. Оба — в реанимационном отделении. У одного разбита голова, задет мозг. А у другого, кроме некоторых мелочей и сильной кровопотери, раздроблен таз. В отчёте есть заключение медиков. Может, я не всё понял. Там же, в папке, опись вещей, найденных у них при поступлении в госпиталь.
— А что-нибудь интересное есть?
— Нет. Ни адресов родственников, ни данных об их месте жительства. Может быть, что-нибудь прояснится дня через три-четыре, но это в самом лучшем случае. А может, и вообще никогда не случится, особенно с тем, у которого проблемы с головой. Сейчас гарантий относительно их жизни никто дать не может. Слишком сильный удар, шеф.
— Понятно, — Джонс поднялся из кресла и несколько раз присел на затекших ногах. — Дрянная история приключилась, Парс. Я только что звонил в Вашингтон...
— Ну и что?
— Ничего. Всё нормально. Приказали ничего не предпринимать и ждать. К утру приедет их человек.
— Так что же тогда вам не нравится?
— Не знаю, — шеф немного помолчал. — Не нравится, и всё. Предчувствия нехорошие. Наверное, нервы расшалились. Старый я уже, усталый...
— Да, сэр, — прервал его размышления помощник, понимая, что это можно не слушать, — чуть не забыл! Мы выяснили, откуда шла фура. Из Карсон-Сити.
— Хорошо, — мистер Джонс снова опустился в кресло и настроился на деловой разговор. — Поставьте нашего человека в госпитале. Пусть дежурят днём и ночью.
— Уже сделано, сэр, — отрапортовал Парс.
— Идите отдыхать, Парс. На сегодня мы сделали всё, что могли.
После ухода подчиненного Джонс ещё раз взглянул на листочки документов, но уже без интереса, а лишь с какой-то грустью и, тяжело вздохнув в, спрятал их в сейф.
Ему всё-таки удалось поспать два часа. Наспех позавтракав и поцеловав жену, он выбежал из дома, вскочил в машину и поехал к участку, располагавшемуся в пяти кварталах отсюда.
К шести утра шериф подъезжал к двухэтажному зданию управления. Оставив автомобиль на площадке перед центральным входом, где уже стояло несколько полицейских машин, прибывших с ночного дежурства на пересменку, и обойдя здание справа, он решил проверить пост возле трейлера, потерпевшего аварию.
До вчерашнего вечера здесь всегда стоял транспорт, вывезенный дорожной полицией за нарушение парковки, но сейчас только покореженный грузовик, поднятый накануне из ущелья, уродливой махиной торчал в центре расчищенного асфальтного поля. Восемь полицейских, вооруженных автоматическими винтовками, охраняли его, лениво перенимаясь с ноги на ногу. Увидев начальника, они несколько оживились и поочередно принялись козырять. Джонс небрежно ответил им и, убедившись, что за время его отсутствия ничего существенного не произошло, пошёл в участок.
В регистрационном зале полным ходом шла пересменка. У столика дежурного стояли несколько подвыпивших парней, которых недавно задержал патруль. Парни шумно оправдывались, размахивали руками, что-то разъясняя.
Шериф вяло ответил нескольким коллегам на приветствие и, не обращая внимания на привычно царящий вокруг хаос, прошел в свой кабинет, дверь которого через небольшой коридор вывела в зал.
В городке вставали рано, и секретарша уже сидела за своим столиком, что-то набирая на компьютере. Увидев начальника, она приветливо улыбнулась:
— Доброе утро, сэр.
— Доброе, — равнодушно согласился шеф. — Меня никто не спрашивал?
— Пока что нет. Вам приготовить кофе?
— Пожалуй, — согласился он. — Двойной без сахара.
Шериф прошёл к себе и, растирая ладонью начинающий ныть затылок, плюхнулся в кресло. Время тянулось мучительно медленно — пока в половине восьмого не раздался телефонный звонок. Джонс поднял трубку, и устало выдохнул:
— Эрл Джонс у аппарата.
После нескольких прозвучавших в трубке фраз его лицо из вялого сделалось серьёзным. Молча выслушав сообщение, он лаконично отрапортовал:
— Да, сэр. У нас всё в порядке, сэр. Ждём. До свидания.
Он с минуту смотрел в окно, откуда была видна площадка с охраняемым грузовиком, после чего нажал кнопку на селекторе:
— Сержанта Парса ко мне. Немедленно.
Не успел он договорить последнего слова, как в кабинет влетел Парс.
— Что случилось? — не ожидая такой прыти от подчиненных, удивился Джонс.
— Они приехали! — выдохнул тот— Кто?
— Люди из УНБ. Они уже здесь. Трое, и с ними фургон. Такой же точно, как разбился на 73-й миле.
— Что за чёрт?! — шериф поднялся из-за стола и машинально поправил правой рукой пистолет, висевший у него на боку. — Мне же только что позвонили из Лос-Анджелеса. Они задерживаются минимум на час...
Джонс не договорил. Грохот автоматной очереди заставил говорящих ошалело переглянуться и стремглав броситься к окну.
Кордон из восьми полицейских, охранявших грузовик, лежал на асфальте и вел беспорядочную стрельбу в сторону дороги, проходившей мимо стоянки и центрального входа в полицейское управление.
— Мать вашу! — заорал Джонс, выхватывая пистолет и бросаясь к двери. — Всем в ружье! Быстро! Немедленно! Нападение на участок! Всем немедленно!..
Его крик заглушили испуганные женские вопли, не особо громкие взрывы и звон вылетающих из рам стекол. Пригибаясь, шериф бросился через приёмный зал к выходу из здания, где наткнулся на тело убитого полисмена. Очевидно, уже появились первые жертвы...
Прижавшись к дверному косяку, он выставил на улицу пистолет и дважды выстрелил вслепую.
После чего на мгновение выглянул наружу. Там шёл настоящий бой.
Фургон, о котором ему доложил Парс, стоял на Дороге, напротив полицейской автостоянки. Левый борт его кузова подняли вверх, и теперь два пулемёта, установленные в трейлере, стреляли без остановки. Один из них не давал подняться с асфальта охране разбившейся вчера машины, а другой бил в сторону центрального входа в участок. Кроме того, по зданию вели огонь из-за двух спортивных «Альфа Ромео», совершенно одинаковых и установленных на редкость удачно для нападения: как раз напротив участка.
Полицейские, укрывшись за припаркованными на площадке машинами, которых, к счастью, оказалось здесь достаточно много, отстреливались.
— Дерьмовое дело, — прохрипел шериф, вытирая со лба выступивший пот.
К нему только что по-пластунски подполз Парс, который, успев забежать в оружейную, теперь тащил оттуда две винтовки 32-го калибра.
— Подкрепление сейчас будет, — доложил он, протягивая шерифу одно из ружей.
Джонс взял винтовку, и они вдвоем принялись палить по близстоящему «Альфа-Ромео», за которым прятались трое нападавших.
— Да, кстати, босс, — перекрикивая звук выстрелов сказал Парс, — они представились как люди из УНБ.
— Ты уже говорил мне об этом, сынок, — напомнил ему шериф. — Но всё же расскажи, что было дальше.
— Ничего. Ровным счётом ничего. Я сказал им, что мы их давно поджидаем, и пошёл за вами.
— А ты проверил их документы?
— Конечно, сэр. За кого вы меня принимаете?! С этим у них всё в полном порядке...
Шквал огня заставил их отпрянуть в сторону, и в тот же миг очередь разнесла вдребезги деревянный каркас двери, за которой прятались Джонс и Парс. Поняв, что больше оставаться на этом месте небезопасно, шериф указал подчиненному на одно из окон с правой стороны зала, а сам быстро перебрался в другое крыло, где, укрывшись за металлическим шкафом с документацией, принялся стрелять через окно в странных гостей.
На несколько секунд стрельба стихла. По-видимому, обеим сторонам требовалось осмыслить происходящее, перевести дух и сменить магазины в оружии. Этим и решил воспользоваться Джонс. Набрав полную грудь воздуха, он, словно чёртик из табакерки, выскочил из своего укрытия и, встав в полный рост в оконном проёме, сделал два прицельных выстрела в капот ближайшего «Альфа-Ромео».
Автомобиль ухнул железом, принимая свинцовые порции, и через мгновение, объятый пламенем, взлетел в воздух, разбрасывая в пространство укрывшихся за ним людей. В ответ на эту вылазку из фургона вылетел белый шар колеблющегося пламени. Это был выстрел из гранатомета.
Однако Джонс успел отреагировать на нападение. Он молниеносно повалился на пол, отбросив винтовку и закрыв голову руками.
Гром разорвавшегося снаряда потряс здание — и больше шериф уже ничего не слышал. Только периодически ухающие разрывы следующих гранат... Вокруг рушились стены и потолок, откуда-то валилась рассыпающаяся в воздухе мебель, но шкаф с документацией, намертво привинченный к полу, стоял стеной, укрывая шерифа от осколков и обломков.
Взрывы следовали один за другим. Улучив мгновение, Джонс хотел было подняться на ноги и убраться из этого ада, но очередной сноп пламени расцвёл совсем неподалеку, и последнее, что почувствовал отважный полицейский, была страшная боль в боку и спине.
Белый «нисан» остановился возле жёлтой ленты ограждения, натянутой через всю улицу между домами напротив. Трое полицейских, стоящих здесь же, переглянулись, после чего один из них направился к автомобилю. Резко раскрыв дверь, из него вышел человек и поспешил навстречу стражу по- рядка . Оставшиеся возле жёлтой черты два полисмена вскинули автоматические винтовки, поймав на мушку приехавшего и его брошенный «нисан».
— Я Ричард Прайер, — представился гость и ткнул в лицо не успевшему ещё открыть рот копу карточку с гербом. — Департамент юстиции, Лос-Анджелесское отделение Управления Национальной Безопасности.
Тот моментально вытянулся по стойке «смирно» и козырнул, не показав, однако, своим напарникам, чтобы те опустили оружие.
— Мне нужен шериф Эрл Джонс, — продолжал, не обращая ни на что внимания, приехавший. — Я здесь по его вызову.
— Шериф Джонс тяжело ранен, — ответил полицейский. — Есть помощник шерифа, сержант Парс. Он сейчас выполняет его обязанности.
— Ладно, — согласился Прайер. — Как мне найти сержанта?
— У нас здесь возникли проблемы. Сержант Парс на месте произошедшего инцидента. Я свяжусь с ним по рации.
— Он придет сюда или мне следует самому поискать его?
Полицейский на мгновение задумался, а потом ответил:
— Пожалуй, вам стоит пройти чуть дальше по этой улице, — он указал в ту сторону, куда вход и въезд был запрещён, — там вы найдёте мистера Парса. Но автомобиль придётся оставить здесь.
— Хорошо.
Прайер нырнул под натянутую полоску желтого пластика и, заложив руки в карманы плаща, двинулся по проезжей части. Совсем недавно он изучал карту этого захолустного городка и знал, что именно на этой улице расположено полицейское управление — цель его настоящего визита.
Впереди по ходу улицы всё пространство занимали сгрудившиеся в кучу, полицейские автомобили фургоны «скорой помощи», какие обычно используют при больших катастрофах или авариях и в которые можно поместить несколько человек, машины пожарной службы. Это скопище гудело моторами и звенело человеческими голосами, переливаясь чёрными, белоснежными, и чёрными блестящими, с ярко-оранжевыми бликами, копошащимися фигурами, и омерзительно воняло горелым пластиком.
Подобной картины Прайер не видел уже много лет. Поэтому, отойдя от кордона, так любезно пропустившего его к помощнику шерифа, ярдов на тридцать, он решил вернуться, чтобы уточнить у полисмена, где именно в этой суматохе ему следует искать мистера Парса. Может, лучше зайти в управление полиции, если, конечно, это недалеко?
Но, обернувшись, Прайер с удивлением обнаружил, что коп, с которым он только что так мило беседовал, держит его на прицеле, а двое его товарищей почему-то всё ещё целятся в его белый «нисан». Подивившись местному «гостеприимству», Прайер понял, что помощника шерифа ему придётся искать самостоятельно.
Чем ближе он подходил к месту трагедии, тем отчётливее понимал, что здесь произошло настоящее сражение. Об этом красноречиво свидетельствовали полицейские автомобили, изрешеченные пулями до практически полной прозрачности, и щедро усыпанный гильзами асфальт.
От нескольких авто остались лишь обгорелые, ещё дымящиеся остовы. Кроме того, один из домов серьезно пострадал. Как понял Прайер по сохранившимся на фасаде большим лепным буквам, это и было здание полицейского управления. Когда до суетящейся толпы осталось не больше десяти ярдов, оттуда вынырнул человек в форме сержанта и сказал:
— Здравствуйте. Я сержант Парс. Помощник шерифа. Мне доложил постовой, что вы меня ищете.
— Да. Я Ричард Прайер. Департамент юстиции, Лос-Анджелесское отделение Управления Национальной Безопасности, — вновь представился гость и предъявил карточку и пластиковый жетон.
Чуть дольше, чем обычно случается в такой ситуации, сержант изучал удостоверение, а потом с облегчением вздохнул и уже значительно более любезным голосом сказал:
— Господи, сэр, если бы вы приехали на час раньше!
—У вас неприятности?
—Да, и очень серьёзные! Здесь произошло нападение на полицейское управление. Впервые такой случай за всю историю нашего города. Пойдёмте, вас ждёт шериф...
— Но, минутку, он же ранен? — удивился Прайер. — Да, он ранен, но он ждёт вас. Именно вас. Мы уточнили по телефону ваше имя и теперь знаем точно, что вы - это вы. — Подождите, мистер Парс, а что с грузом, ради которого я приехал сюда?
— Нападавшие забрали его. В этом аду, который посетил нас сегодня утром, мы потеряли не только груз, но ещё шестнадцать человек убитыми и тридцать четыре ранеными. Мистер Джонс среди них. Идемте же, он ждёт вас...
— Ну, идемте. А где же он меня ждёт? В госпитале?
— Нет, сэр. Он отказывается ехать в госпиталь до тех пор, пока не переговорит с вами. Он здесь, в «скорой помощи».
Парс решительно развернулся и пошёл быстрым шагом в толпу. Прайеру ничего не оставалось, как последовать за ним, стараясь не отстать и не потеряться в этом бушующем море.
В самом центре неразберихи островком торчала «скорая помощь», возле которой нервно курил один из врачей. Окружающие старались не приближаться к этой машине, а если случалось пройти поблизости, то понижали голос до шепота. Увидев приближающихся Парса и его спутника, врач сделал несколько шагов им навстречу и произнёс негромким голосом:
— Сэр, прошу прощения, но пациенту очень плохо. Нужна срочная госпитализация. Пожалуйста, поговорите с ним как можно быстрее и уговорите его немедленно отправиться в госпиталь.
— Разумеется, доктор, — Прайер понимающе кивнул.
— Тогда подождите минутку.
Врач исчез в дверях фургона, где присутствующие успели заметить целую толпу медиков, суетящуюся с капельницами вокруг носилок, на которых лежало человеческое тело. Через несколько минут они все покинули «скорую помощь» и Прайер смог зайти к шерифу.
Тот лежал на носилках, с ног до головы запеленатый в бинты и подключенный сразу к двум капельницам и кислородной маске. Однако глаза его на бледном лице оказались живыми, а голос на удивление властным.
— Парс, оставьте нас одних. Всем отойти от машины на шесть шагов. Проследи, сержант.
Подождав, пока будет исполнена команда, шериф прислушался и сказал:
— Добрый день, мистер Прайер. У нас с вами серьёзный разговор. Я с самого начала понял, что от всей этой истории за милю несёт первоклассным дерьмом...
Через сорок минут Ричард вышел из фургона «скорой помощи» и, кивнув уже позеленевшему от переживаний врачу, сказал:
— Извините, доктор, но разговор действительно был слишком серьезным. Теперь можно отвозить его.
К нему тотчас подошёл Парс:
— Ваши приказания, сэр?
— Какая сейчас у вас обстановка?
— Мы перекрыли все дороги из города. Прочесываем сам городок и ближайшие районы.
— Неплохо. Эта штука ведь не иголка... Металлический контейнер длиной в десять футов нелегко спрятать в кармане.
—Сэр, тут одна небольшая проблема возникла.
— Что ещё?
— Пресса. Ей надо срочно дать какую-то информацию. Я, по понятным причинам, приказал пока никому ничего не говорить, но вы же понимаете, сэр, что долго так продолжаться не может.
— Да, конечно. Устройте для них брифинг и скажите, что заезжая банда решила устроить разборку с местной полицией. Теперь вы предпринимаете меры для их поимки. О фургоне, естественно, ни слова.
— Ясно.
— А теперь, — сказал Прайер, заканчивая разговор, — будьте добры, укажите мне, где расположен кабинет мистера Джонса. Я должен забрать там кое-какие бумаги.
— Пожалуйста, — Парс указал рукой на полуразрушенное здание полицейского управления. Сейчас я провожу вас, а затем сразу же займусь местной прессой. Они у нас хоть и свои, но злые...
Кабинет шерифа, как ни странно, пострадал мало. Наверное, потому, что располагался достаточно далеко от фасада здания, которому досталось сполна. Здесь же оказалась совершенно целой вся мебель, даже телефон работал; правда, осыпавшаяся штукатурка покрыла все предметы, находящиеся в комнате, толстым белым налетом.
— Спасибо, сержант, — Прайер необычайно обрадовался телефону. — Пожалуй, здесь я останусь и некоторое время поработаю.
Отпустив Парса, он сбросил с кресла и со стола мусор и открыл сейф. Быстро найдя нужные бумаги, Прайер разложил их на столе и углубился в изучение документов. По-видимому, они были подлинными и, более того, имели несколько степеней защиты, как, впрочем, и другие государственные бумаги. Местом прибытия груза значился Лос-Анджелесский порт.
После недолгого раздумья Прайер поднял телефонную трубку:
— Агент Прайер на линии, — произнёс он.— Отдел внутренних перевозок второго управления, пожалуйста, — подождав, пока его свяжут с нужной ему дистанцией, он снова пробежал глазами путевой листок. — Да. Прайер. Ричард Прайер. Дайте пожалуйста, сведения о грузе серии N 3411 № 24000782в-43861. Примите факс моего личного удостоверения, — он сунул свою пластиковую карточку в факсимильный аппарат. — Спасибо. Через четверть часа? Да, я перезвоню.
Прайер посмотрел на часы и прошёлся по кабинету. Четверть часа ожидания показались ему неделей. Но вот это время истекло, и он повторил звонок.
Факс выплеснул ленту, на которой Ричард увидел точную копию документов, находившихся у него в руках. Единственным отличием их было то, что на полученных стояло сегодняшнее число и печать с подписью отправившего запрос оператора.
Груз действительно оказался легальным, как и люди сопровождавшие его, совершенно реальными и «законными». Так что у Прайера остался только один вопрос: кто и зачем устроил жестокую перестрелку возле полицейского управления и кому понадобился секретный груз?
Надо сказать, сам Прайер тоже представил себе, что именно вез потерпевший аварию трейлер. На инструктаже ему выдали лишь подробное описание внешнего вида груза. Но что это такое и кому могло понадобиться — он, так же как и местные полицейские, не знал. Естественно, это тормозило следствие, но, несмотря на трудности, задачу, поставленную руководством, необходимо решать.
Поразмышляв над своими дальнейшими действиями ещё с полчаса, Ричард нажал кнопку селектора:
— Пожалуйста, сержанта Парса ко мне.
Но, увы, в ответ он не услышал обычного шипения, и голос секретарши не прозвучал.
Это подействовало на Прайера, как ведро воды, вылитое в жаркий полдень на голову. Он удивлён, но осмотрелся и понял, что он всё ещё в кабинете шерифа Джона, а этот кабинет расположен в совершенно разбитом здании и засыпан толстым слоем облупившейся краски и штукатурки.
Агент осмотрел свой плащ. Прежде чем выйти на улицу, необходимо было привести себя в порядок. Сделав несколько резких движений рукой, он попытался стряхнуть с ткани липкую въедливую пыль, но — тщетно. Теперь плащ могла спасти только чистка. Поэтому, вывернув его наизнанку, Прайер перебросил совершенно бесполезную часть своего гардероба через руку и уже направился к выходу, как дверь распахнулась.
— Извините, я не помешал вам? — раздался знакомый голос.
На пороге стоял Парс.
— Я как раз собирался искать вас, сержант. Что-то ещё случилось? Или это просто визит вежливости к заезжему гостю?
— К сожалению, случилось. Мы потеряли обоих водителей. Тех, которые разбились с фургоном на 73-й миле.
— Что значит «потеряли»? — не понял Прайер.
— Сегодня утром, как раз тогда, когда у нас случился этот инцидент со стрельбой, они скончались в госпитале. Меня только что оповестил об этом дежуривший там полицейский.
— То есть, вы хотите сказать, что они оба одновременно скончались? — переспросил агент, Которого такое странное обстоятельство, мягко выражаясь, насторожило.
— Нет, сэр, не одновременно. С интервалом в сорок три минуты. Не беспокойтесь, ничего странного в этом нет. В столе шерифа мой отчёт о посещении их в госпитале. Я там был вчера. Там всё сказано. Кроме того, при этом присутствовал наш человек. Как я уже докладывал, там дежурил полицейский. Я только что говорил по телефону с врачом, которому можно доверять, и он подтвердил, что их смерть абсолютно естественна.
Потеря единственных свидетелей происшедшего, способных пролить свет на историю с грузом, граничила с катастрофой.
— Сказать, что всё это очень плохо, — вздохнул Прайер, — значит ничего не сказать.
— Не огорчайтесь, — утешил его сержант, у нас есть и хорошие новости.
— Какие же?
— Прочесывание дало свои результаты. Мы обнаружили фургон, нападавший на наш участок. А ведь именно в нём и увезли эту штуку. Это все го в тридцати милях отсюда.
— Вы хотите сказать, — глаза Ричарда заблестели, — что фургон с грузом найден?
— Нет, сэр. Мы нашли только саму машину. К сожалению, она пуста. Но зато неподалеку мы обнаружили свидетелей.
— Каких свидетелей?! — от огорчения агент не сразу понял, о чём говорит Пирс.
— Свидетелей того, как из одного фургона выгружали нечто, очень похожее по описанию на груз, а потом грузили в другой. Мы опоздали совсем немножко...
— Это очень печально, — саркастически заметил Прайер; по его лицу было заметно, что он уже обдумывает свои дальнейшие действия.
— Сэр, — не дал ему погрузиться в размышления Парс, — но и это ещё не всё. У нас теперь есть номер фургона, в котором сейчас находится груз!
Глаза Прайера вновь засияли, и он приказал бодрым голосом:
— Немедленно установите наблюдение за этой машиной!
— Уже установили, — ответил сержант. — Он движется по 245-ой дороге в сторону Лос-Анджелеса. Что прикажете сейчас делать — задержать его или...
— Пока что «или», сержант. Ведите фургон так же нежно, как если бы в нём ехала ваша невеста. Потому что в противном случае... Ясно?
— Так точно, сэр, — Парс радостно козырнул.
— Разрешите идти?
— Секундочку, — агент выглядел озабоченным, — а как же вам удалось так быстро обнаружить фургон и узнать к тому же его номер?
— Очень просто. Их остановила и досмотрела дорожная полиция.
— Что?! — Ричард побледнел. — Вы что, с ума сошли?! Кто вам разрешил подобную самодеятельность?!
— Это получилось случайно. Мы тогда ещё не успели предупредить всех. Пост, остановивший машину, не был оповещён. Они как раз занимались осмотром грузовика. Просто совпадение.
— Да вы понимаете, что вы наделали?!
— Да, сэр! Но, к счастью, всё обошлось. Вот, посмотрите — он протянул Прайеру листочки ксерокопий.
— Что это?
— Это копии документов на машину и груз. Ребята сняли их по собственной инициативе, раз уж нас так интересует этот фургон, а сейчас передали нам.
Совершенно обалдевший от такого поворота событий Ричард взял бумаги и походкой лунатика вернулся за стол шерифа, где, бросив в кресло плащ, сел на него, чем окончательно испортил его внешний вид.
В документах значилось, что груз серии N 3411 № 24000782в-43861, ранее следовавший из Карсон-Сити в Лос-Анджелес автомашиной AWZ 171110, сейчас перегружен в машину KBD 588401 и продолжает движение по тому же маршруту. Перегрузка производилась по причине аварии на 73-й миле, вследствие чего AWZ 171110 получила повреждения, что подтверждено в управлении городка, в котором он, Прайер, сейчас и находился, подписью шерифа Джонса. Ниже следовали данные о водителях, принявших груз.
Несколько минут агент сидел неподвижно, переваривая полученные данные, а затем решительно протянул лист, на котором стояла подпись шерифа, Парсу.
— Это подпись мистера Джонса? — спросил он.
— Да, сэр. Это его подпись.
— Так, — Прайер закурил, — а куда пошла машина с нашим грузом потом, после осмотра полицией?
— Дальше. Паники или чего-то подозрительного парни не заметили, документы в полном порядке.
Часа через три фургон прибудет к месту назначения, если, конечно, ничего больше не случится.
— Всё, — решительно сказал агент, — хватит самодеятельности. Свяжитесь с полицией Лос- Анджелеса, чтобы наш грузовик больше нигде не останавливали. Ясно?
— Да, сэр.
— И ещё. Подготовьте вертолёт. Мне он скоро понадобится. Через три четверти часа я снова жду вас здесь. Если, конечно, до этого не появятся ещё какие-либо новости...
Парс козырнул и вышел из кабинета, а Прайер уже в третий раз поднял телефонную трубку и набрал тот же номер.
— Агент Прайер на линии...
В очередной раз, проглотив удостоверение, факс через четверть часа выплюнул точную копию тех документов, ксерокопию которых ему только что вручил Парс. Подтверждающая печать второго отдела издевательски красовалась на своем обычном месте. Глядя на неё, Прайер понял, что начинает сходить с ума.
Украденный груз опять оказался совершенно легальным и законным. Более того, он явно следовал под присмотром полиции и туда, куда должен был следовать изначально. То есть в торговый порт Лос-Анджелеса.
Всё: и авария, и перегрузка — оказалось задокументировано. В эту стройную схему не укладывалась только перестрелка и рассказ раненого шерифа.
Не доверять провинциальной полиции и своим собственным глазам Прайер не имел никаких оснований, но не доверять документам тоже бессмысленно. Из рассуждений получалось только одно: та версия, которую Прайер посоветовал помощнику шерифа рассказать прессе, и есть правда.
Но вот поверить в неё агент никак не мог. Не получалось. Хотя бы потому, что он сам придумал её, эту версию.
Парс вошёл в кабинет и доложил, что вертолёт готов к вылету.
— Превосходно, сержант, — кивнул Ричард. — Моя работа здесь завершена. Спасибо за помощь. Да, и ещё передайте вот это мистеру Джонсу, — он протянул сержанту ключи от сейфа.
Вертолёт опустился на площадке перед таможенным управлением Лос-Анджелесского порта. Связавшись с шефом таможни ещё в воздухе, Прайер заранее подготовил себе место работы. В порту ему необходим был компьютер, желательно установленный в отдельной комнате, и автомобиль для передвижения по территории порта.
К тому моменту, как Прайер вышел из вертолёта и появился в управлении, пришло уведомление, что интересующий его фургон пришёл на территорию торгового порта и теперь ждёт своей очереди для разгрузки.
Агент даже лично сбегал и посмотрел, где находится подопечная фура, переговорил с шофёрами, которые совершенно ничего не знали о грузе и оказались просто парнями, работающими на одно из транспортных агентств. Так как проверить содержимое фуры Прайер не мог без разрешения Вашингтона, он вернулся в таможню и, воспользовавшись компьютером, запросил разрешение на допогрузочный досмотр, на котором сделал пометку «Срочно», а также послал запрос на водителей в их агентство.
«Ждите подтверждения через восемь минут», — высветила на дисплее машина и отключилась.
Прайер отодвинулся от экрана и, чтобы хоть как-то полезно использовать свободные минуты, решил побеседовать с начальником таможни. Тот сидел в соседней комнате за стеклянной стеной.
— Какие-нибудь трудности, мистер Прайер? — спросил он, увидев в дверях своего кабинета агента. — Нет. Пока что нет. Просто я хотел бы проконсультироваться у вас по одному вопросу. Вы уделите мне несколько минут?
— Пожалуйста.
— Скажите, полковник, через ваш порт часто проходят подобного рода грузы? — Прайер показал начальнику таможни документы.
Тот внимательно просмотрел их и, вернув бумаги, сказал:
— Видите ли, мистер Прайер, эти грузы не подлежат таможенному досмотру. Поймите, раз это собственность правительства, то какой же смысл нам, государственному учреждению, проверять самих себя? Мы только регистрируем их в специальном реестре — и всё...
— А могу ли я получить сведения о количестве таких перевозок, например, за год?
— Пожалуйста.
Полковник вызвал на своем компьютере соответствующий файл и через минуту подал Ричарду листок с цифрами кодов и датами регистрации.
— Спасибо. Вы мне очень помогли.
Прайер взял листочек и пошёл в отведённую ему комнату за стеклом. Там он сел за стол и внимательнейшим образом принялся изучать полученную информацию.
Из более чем трёх десятков партий правительственных грузов, пошедших через порт Лос-Анджелеса, лишь последние четыре имели литеру N и первые четыре цифры «34». Все перевозки этой серии произошли за последнюю неделю со средним интервалом примерно в сутки.
Сегодняшний фургон оказался пятым.
Его размышления прервал писк заработавшего принтера. Прайер с надеждой впился в полученную бумагу, но увы... Это был ответ транспортного агентства, не содержащий, к сожалению, ничего интересного. Водители там работали уже более трёх лет. Оба эмигранты. Итальянцы. Не женаты. Далее следовали их адреса и всякие достаточно неинтересные подробности.
Разрешение на досмотр груза ещё не поступило. Прайер посмотрел на часы. Прошло уже ровно девять минут.
Вдруг экран компьютера начал светлеть, и на нём проступила надпись: «Для получения разрешения № 593 на досмотр груза N 3411 № 24000782b- 43861 ответьте, пожалуйста, на несколько вопросов. Для получения первого вопроса нажмите клавишу "0". Все последующие вопросы вы получите автоматически после того, как ответите на первый».
С такой системой получения разрешения Прайер сталкивался впервые. Он ещё раз посмотрел на часы: через четверть часа начнется разгрузка, поэтому необходимо поторопиться. Он быстро нажал кнопку «0», и на экране замелькали вопросы.
Они следовали один за другим, не позволяя агенту ни на минуту расслабиться. Машина интересовалась датой его рождения, сексуальными пристрастиями, адресом, именами и фамилиями родственников, датами служебных повышений, наличием взысканий и ещё какой-то галиматьёй.
Но Прайер торопился и поэтому просто не успевал задать себе вопрос: для чего всё это нужно при получении разрешения на досмотр? Он только чувствовал раздражение от осознания того, что попусту теряет время, но совершенно не отдавал себе отчёт в том, сколько же именно времени он тратит на вопросник. Но вот после очередного ответа Прайера машина высветила:
«Вы получили разрешение № 593 на досмотр груза N 3411 № 24000782в-43861. Для начала печати нажмите кнопку "0"».
Через минуту Прайер уже был в кабинете начальника таможни и говорил:
— Разрешение получено. Вот оно. Теперь мне понадобятся ваши люди, полковник.
А ещё через четыре минуты Ричард с нарядом таможенной полиции подошёл к тому месту, где он уже однажды навещал фургон, ожидающий разгрузки. Но машины на месте не оказалось. Связавшись по рации с диспетчерской, агент выяснил, что она ушла на территорию нефтяного терминала для разгрузки.
Прайер как бешеный помчался туда, но не сразу обнаружил трейлер на стоянке среди бензовозов и стационарных емкостей с горючим. Уже знакомые ему водители равнодушно пожали плечами, просмотрев разрешение на досмотр, и поспешили следом за Прайером, который быстро прыгнул в кузов, оказавшийся, к удивлению агента, не запертым.
Но то, что Ричард увидел внутри, поразило его ещё больше, чем открытый цифровой замок. Кузов фургона был совершенно пуст. Там не оказалось ровным счётом ничего, что напоминало бы о странном грузе.
— Где то, что вы везли? — прохрипел Прайер, чувствуя, как его лицо покрывается капельками пота.
— Как это «где»? — парни удивлённо переглянулись. — Погрузили уже, наверное. Куда ж ему ещё деться? Мы же приехали вовремя, заработали премию за своевременную доставку. Уже минут десять, как на стоянке отдыхаем. Сейчас Зак поедет в филиал нашей компании за заказом на обратную дорогу. А что, что-то не так?
— Нет, ребята, вы отлично справились. Всё отлично, — огорчённо вздохнул Прайер.
Он понял, что потратил непозволительно много времени, отвечая на дурацкие вопросы машины. От огорчения Прайер крепко выругался и достал сигарету.
— Сэр, здесь нельзя курить. Кругом нефть, — остановил его стоявший рядом таможенник.
— Чёрт бы побрал! — взбесился Ричард.
Но тут, же его словно ударило молнией. У него возник вопрос, ответ на который может дать ниточку к потерянному грузу. Что делает фургон на нефтяном причале, куда обычно заезжают только бензовозы?
Он взял у одного из таможенников рацию и вновь связался с диспетчерской. Сведений об интересующем его грузе у них, естественно, не оказалось.
— Чёртова секретность... — сквозь зубы процедил Прайер.
Но зато диспетчер сообщил, что за последние сорок минут ушло четыре судна. Три танкера и один сухогруз. А через три с половиной минуты уходит ещё один танкер. Если агента Прайера интересует более подробная информация, то он может зайти в диспетчерскую, где для него сделают соответствующие распечатки.
— Да, пожалуйста, — попросил Прайер.
Теперь он совершенно отчётливо понял, что его работа завершена. Груз он упустил, и единственное, что остается предпринять, так это написать два отчёта: в ЦРУ и своему шефу. И если с первым из них дело обстояло довольно просто (скорее всего, объём информации, представленной Прайером, их вполне удовлетворит), то что делать со вторым отчётом, он не знал.
Но об одном Прайер догадывался наверняка: шеф вряд ли похвалит его...