Глава 39: Монстр

НАСЕЛЕНИЕ СТАНЦИИ КЛАРК: 137

ДНЕЙ ДО ОТЛЁТА К РЮГУ: 493

РЕСУРСОВ ДОСТАВЛЕНО НА L2: 102 300 ТОНН

Джеймс Тай и Севастиан Яковлев сидели в открытом рабочем пространстве в скромно обставленном офисе Catalyst Corporation в Западном жилом модуле, слушая чешского инженера по ядерным двигательным установкам по имени Олег Гусев, который говорил через виртуальную видеоконференцию с Земли — экран проецировался в их кристаллические гарнитуры.

Тай заметил Джина Хана, приближающегося быстрым шагом, рядом с ним был Кернер.

Як прервал Гусева. — Олег, ужасно извиняюсь. Нам нужно идти. Мы скоро перезвоним. — Он разорвал конференц-связь, пока Гусев пытался что-то ответить. Як убрал экраны в тот момент, когда Джин заглянул в комнату.

— Идёмте в оперативный центр. Это экстренная ситуация. — Он направился по коридору.

Тай и Як вскочили и последовали за ним.

Тай спросил: — Что случилось?

Джин развернул общий виртуальный экран прямо на ходу. На нём было видно затенённое изображение Солнца. — Центр прогнозирования космической погоды сообщает о гигантском корональном выбросе массы, который направляется прямо к Луне. По их оценкам, он достигнет нас через пятнадцать-восемнадцать часов.

— Насколько всё серьёзно?

— Очень серьёзно — солнечная буря класса S5. Намного мощнее вспышки, которую мы пережили у Рюгу. Взрывной выброс плазмы солнечного ветра — миллиард тонн заряженных частиц, летящих со скоростью до нескольких тысяч километров в секунду. Мощные магнитные поля. Мы узнаем точные масштабы, когда головная ударная волна бури пройдёт мимо Обсерватории глубокого космического климата на SE-L1. В зависимости от энергии, стоящей за этими частицами, у нас будет от пятнадцати минут до часа до того, как она нас накроет.

В этот момент они вошли в оперативный центр — зал управления с рабочими столами, расставленными по кругу, обращёнными к роению виртуальных экранов. С полдюжины сотрудников ЦТБ и Catalyst Corporation дежурили за рабочими станциями.

Як спросил: — Что от нас нужно?

— Як, иди помоги Прие. Она работает с центром управления полётами и командами телеприсутствия, чтобы перераспределить массу в снабженческом дворе. Сто тысяч тонн между нами и Солнцем мы переставить не сможем, но всё, что успеем развернуть в качестве щита до удара, поможет.

— Это ухудшит работу тепловой электростанции.

Джин кивнул. — Знаю, но все системы станции нужно обесточить до прихода бури. Мы будем работать только на аварийном питании — и даже тогда по минимуму.

Тай вспомнил солнечную вспышку, которая ударила по астероиду Рюгу после похорон Эми Цукада. Застань она их на открытом месте — все бы погибли. К счастью, Рюгу их прикрыл. Однако Станция Кларк не имела такой защиты и почти постоянно находилась в зоне прямой видимости Солнца — удобно для выработки энергии на тепловой электростанции, но совсем не хорошо в такие моменты.

Джин проверял виртуальные экраны. — Основную часть массы снабженческого двора мы сосредоточим прямо перед ядром Станции Кларк — прикрыв электростанцию и нефтеперерабатывающий завод. Это оставит кольцо искусственной гравитации слабо защищённым. Поэтому я прикажу всем на станции перейти в ядро.

Тай сказал: — Но у нас на борту больше ста человек. Сколько, по-твоему, поместится в ядровом отсеке?

Як ответил: — Поместятся. Неважно, что будет тесно.

В этот момент в оперативный центр вошла профессор Линн Холстад и деловито произнесла: — Капитан, вы хотели меня видеть?

Джин был рад её видеть. — Да, Линн. Каков статус вашего проекта с радиотрофными грибами?

— Я могу попросить одного из ассистентов передать вам—

— Мне нужны наилучшие оценки. Сейчас. Какую защиту они обеспечивают?

Она помедлила. — У нас есть… десять слоёв приблизительно 1,7 миллиметра в двойном корпусе. Вероятно, они блокируют около 90 процентов входящего излучения — хотя ГКЛ это—

— Хорошо! Это хорошо.

Як сказал: — Ваши грибы вот-вот получат шведский стол.

Она посмотрела на него с недоумением.

Джин сказал: — Нас ожидает крупная радиационная буря к концу дня. Я сделаю объявление, но подготовьте своих людей. В шлейфе бури мы можем ожидать поток заряженных протонов; полное нарушение связи — никакого телеприсутствия с нашими мулами и другими космическими аппаратами. Никакой связи с Землёй. При буре такого масштаба нам придётся отключить почти все компьютерные системы — кроме самых критичных и самых экранированных. Иначе начнутся перевороты битов, защёлкивания, выгорания.

— Мне нужно укрыть как можно больше растений.

Як сказал: — Рядом с основанием лифтовых колонн есть резервуар воды «по требованию» на 10 000 литров — там, где трубопроводы входят в кольцо станции. Можно укрыть растения за ним.

— Хорошо. Мы займёмся этим… — Она поспешно покинула оперативный центр.

Як повернулся к Джину. — Солнечные панели, обращённые к буре, получат повреждения. Нужно убедиться, что все солнечные панели на космических аппаратах и спутниках отвёрнуты от Солнца до прихода КВМ. Особенно «Дейзи».

Джин кивнул. — Прия, ты слышала?

Её голос прозвучал по каналу связи. — Да. «Дейзи» в основном состоит из зеркал, но мы отворачиваем все солнечные панели от Солнца — или по крайней мере пытаемся.

Джин листал виртуальные экраны. — Джулиан, сколько времени займёт остановка вращения станции?

— Тридцать семь минут после активации двигателей.

Тай удивлённо поднял голову. — Вы переводите нас в невесомость?

— Да. Если во время бури произойдёт сбой компьютера в системе балансировки масс, станция может выйти из-под контроля. Поэтому мы останавливаем вращение.

Тай огляделся. — Чем я могу помочь?

— Подготовь базу Морра к шторму. После этого пройди по кольцу и убедись, что всё в жилых отсеках готово к невесомости. — Джин заметил входящий вызов. — Это Космические силы. — Он открыл видеолинию и сделал экран видимым для всех в оперативном центре.

В виртуальном видеоокне появился майор Эрол Васкес, нынешний наблюдатель от Космических сил США. Он был аккуратно подстрижен и говорил с техасским акцентом. — Капитан Джин, CSpOC только что переслал мне вот это. — В папку входящих Джина поступило изображение, и он вывел его среди других виртуальных экранов. На нём было видно синеватый силуэт Солнца с огненными щупальцами, тянущимися от него. — Коронографические снимки. Этот КВМ — настоящий монстр.

Как втянул воздух, разглядывая коронограф. — Северное сияние над Шпицбергеном сегодня ночью будет великолепным.

Джин тоже изучал изображение. — Какую дозу радиации мы можем получить, майор?

— По оценкам, каждый, кто окажется в открытом космосе, может получить дозу радиации, эквивалентную трёмстам тысячам рентгеновских снимков грудной клетки, а сорок пять тысяч уже смертельны. Это может быть самая мощная буря со времён события Каррингтона 1859 года. Пожалуй, больше, чем КВМ 1956 года. Разница в том, что сегодня на орбите десятки тысяч спутников и миллиарды низковольтных точных устройств, обеспечивающих функционирование цивилизации там, на Земле. — Он поднял глаза от изображений. — И если внизу будет плохо, то здесь, без защиты атмосферы и магнитного поля Земли, будет настоящий ад.

Джин нахмурился. — Другие лунные станции окажутся в большой опасности.

Васкес кивнул. — Я учту это. Базы Шеклтона должны быть в безопасности — у них есть реголитное экранирование. Но сейчас на борту Lunar Gateway находятся двое членов экипажа ЕКА. На китайской станции — четверо. Они не успеют добраться до кратера Пири. Поэтому они попытаются эвакуироваться на капсуле — постараются спрятаться за Луной от Солнца. Хотя со временем будет непросто. — Он поднял взгляд. — Иными словами: обе команды могут быть в опасности.

Джин сказал: — И они не смогут добраться до нас вовремя?

— Это заняло бы несколько дней.

Джин обратился к Яку: — Свяжись с Роскосмосом. Дай им знать, что мы, возможно, сможем оказать помощь, если понадобится. Я свяжусь с CNSA. — Он повернулся к Васкесу. — То же самое с персоналом ЕКА и НАСА.

Васкес кивнул. — Каким будет план здесь, на Станции Кларк?

—

На протяжении нескольких следующих часов Тай и остальные поспешно обеспечивали безопасность базы Мора и Станции Кларк. Джин сделал объявление через аварийную систему громкой связи, приказав экипажу укрыться в центральном отсеке станции, после чего напряжение возросло. Вскоре после этого Тай перемещался по внешним отсекам станции в лётном комбинезоне, проверяя, нет ли чего-нибудь, что могло бы стать опасным в условиях микрогравитации, и заметил нескольких исследователей и астропредпринимателей, со слезами на глазах звонивших родным домой. Другие успокаивали охваченных паникой коллег. Информация об оценке дозы в рентгеновских снимках грудной клетки уже распространилась.

Вскоре по системе громкой связи раздался голос Чиндаркар — более успокаивающий, чем голос Джина. — Ожидается, что мощная солнечная буря достигнет нас примерно через четыре часа. Через пять минут начнётся торможение вращения станции, которое продлится тридцать семь минут. Пожалуйста, обеспечьте безопасность рабочего и жилого пространства для условий микрогравитации, отключите все электроприборы и наденьте защитный лётный комбинезон — хотя на данный момент герметизировать его не нужно. Если вам нужна помощь, обратитесь к персоналу Станции Кларк.

Мысль о внезапной микрогравитации посреди толпы людей беспокоила Тая. Несомненно, кого-нибудь затошнит, а в тесноте центрального отсека, набитого более чем сотней членов экипажа, это могло вызвать очень неприятную цепную реакцию.

Через несколько минут Станция Кларк загудела, и пол слегка дрогнул под ногами Тая. Голоса в соседних каютах выразили тревогу. Тай крикнул им: — Это просто торможение! Всё в порядке. Невесомость через тридцать минут!

Мимо прошёл Рамон Марин, неся серверную стойку и одновременно нажимая на виртуальные экраны.

— Эй, Рамон… — Тай схватил его за руку, останавливая. — Надень лётный комбинезон.

— Да, надену. Только обеспечу безопасность спутниковой группировки.

— Сначала надень комбинезон.

Марин кивнул и поспешил дальше. — Надену.

Тай крикнул ему вслед: — И доберись до центрального отсека!

Сирены завыли несколько секунд, затем прозвучало очередное объявление по системе громкой связи. — Пожалуйста, пройдите в центральный отсек станции. Это чрезвычайная ситуация. Немедленно пройдите в центральный отсек станции.

По мере того как ощущение гравитации постепенно уменьшалось, Тай в конце концов парил по коридорам станции. В кольцевом отсеке осталось мало людей, и те, кого он видел, спешили к лифтам в чём-то похожем на панику. Он следил за их уходом. Грохот и стук по корпусу Станции Кларк не успокаивали нервы, но, скорее всего, это просто оборудование на внешней стороне станции убирали или снимали роботизированные аппараты.

Тай знал, что снаружи полимерные баллонные резервуары со склада материалов собираются в щит, располагаясь между ядром станции и Солнцем. Эти ресурсы не только сделали возможным строительство спасательного корабля, но и теперь могли спасти им всем жизнь. Тай с трудом представлял себе солнечную бурю, способную пробить десятки тысяч тонн массы.

И хотя Станция Кларк остановила вращение, её солнечная тепловая станция продолжала работать — хотя и с уменьшенной мощностью, поскольку всё больше зеркал затенялось от солнечного света. Аварийное аккумуляторное резервное питание было установлено совсем недавно, и по оценкам эти аккумуляторы должны были продержаться лишь около часа, да и то лишь при работе критических систем.

Прозвучала ещё одна серия сирен.

Затем по системе громкой связи раздался голос Джина: — Внимание: говорит ваш капитан. Обсерватория глубокого космического климата только что обнаружила передний край магнитного поля КВМ. Рассчитано, что буря достигнет нас через шестнадцать минут. Станция Кларк переходит на аварийное питание…

Освещение потускнело, и включились небольшие аварийные фонари.

— В течение следующих десяти минут снимите и выключите кристаллическую гарнитуру. Выключите все электронные устройства. Не паникуйте, но немедленно пройдите в центральный отсек станции.

По коммуникационной связи Тая раздался голос Чиндаркар: — Дж. Т. Я смотрю на карту RFID-меток. Почти все уже в центральном отсеке.

— Кто остался?

— Ты и Рамон. Он до сих пор в Западном Хабе и не отвечает на мои сообщения.

— Чёрт. Я же говорил ему добраться до центрального отсека. Я заскочу в Западный Хаб и захвачу его по дороге к лифту.

— Поторопись.

Тай тянул себя по коридорам за ручки, размещённые для условий микрогравитации, сверяясь с всплывающей картой корабля, чтобы найти RFID-метку Марина.

Влетев на уровень Г1 Западного Хаба, он вошёл в компьютерную комнату. Марин был там и в невесомости лихорадочно вытаскивал серверы, упираясь в стойки.

— Рамон! Пора уходить. У нас меньше десяти минут до удара!

— Я остаюсь здесь, на кольце.

— Ерунда! — Тай заметил, что тот привязывает серверы к тележке эластичными шнурами. — Что ты делаешь?

— Мне нужно перенести эти серверы в безопасное место.

— Почему ты не сделал это часы назад?

— Потому что другие члены экипажа не должны иметь к ним доступа.

— Это компьютеры. Я уверен, у тебя есть резервные копии. Ну, давай же. — Тай видел, что у Марина ещё десятки и десятки серверов. — У нас нет времени, чтобы ты закончил. Нам нужно добраться до ядра.

— Рядом с лифтовой колонной есть резервуар с водой объёмом десять тысяч литров. Я укроюсь за ним — вместе с этими серверами.

— На таком расстоянии от центра баки в зоне снабжения могут тебя не защитить.

Марин поднял взгляд. — Я не могу занести эти серверы в ядро — туда, где столько людей. Среди наблюдателей на этой станции есть агенты разведки.

— Забудь об этом — мы всё равно не втиснем всё это в ядро при таком скоплении народа!

Марин продолжал извлекать серверы и привязывать их к тележке. — Это слишком важно, Джей-Ти.

Тай приблизился к нему вплотную. — Хватит этой криптовалютной чепухи. Неважно, какую схему быстрого обогащения Лукас заставил тебя для него осуществлять. Это всего лишь деньги, Рамон. Ну же… — Он попытался схватить Марина за руку.

Но тот отстранился. — Отпусти меня!

— Насколько ты жаден?

— Это не имеет никакого отношения к жадности! — Он вернулся к серверам. — Ты даже не знаешь, что такое деньги.

— Я знаю, что быть готовым умереть ради них — это глупо.

— Ты путаешь деньги с богатством. Деньги — это технология, которая поддерживает жизнь миллиардов людей.

— Ты не будешь жив, если останешься здесь.

— Я не важен! — Он указал на серверы. — Это важно. — Лицо его выражало боль. — Ты не знаешь, потому что не видел, что происходит, когда деньги рушатся. Моя страна за одно поколение упала с вершины процветания в Южной Америке до полной нищеты и распада общества. Люди, которых я любил, умирали у меня на глазах. Виновен был крах денег. Только это и понадобилось.

Тай почувствовал, что Марин страдает. — Мне жаль это слышать. Но нам нужно идти.

— Без денег общественный порядок распадается — ведь именно общая иллюзия денег позволяет человеческому обществу выходить за пределы простых племенных связей. Это позволяет нам осуществлять сделки с теми, кого мы не знаем. А промышленная цивилизация требует этого. Миллиарды людей, живущих сейчас на Земле, нуждаются в этом. В отсутствие этого они погибнут.

Он поднял взгляд. — Земные деньги обречены рухнуть, Джей-Ти. И когда они рухнут, должно быть что-то, что займёт их место. — Он вернулся к серверам. — Этот новый экономический механизм мог бы сохранить нашу цивилизацию. Предотвратить катастрофическую войну. Он мог бы спасти биосферу Земли. Мог бы спасти всех нас. Отрасли, финансируемые на этой станции, — мы должны не дать этой свече в темноте угаснуть. Она могла бы сделать жизнь возможной для тысячи поколений. Неужели ты не видишь этого? — Он с трудом сдерживал чувства. — Я не должен подвести их.

Тай смотрел на Марина и понял, что не он один на борту Станции Кларк обладает единственной целью. Что, возможно, цель Марина более рациональна, чем его собственная.

В этот момент в коммуникаторе раздался голос Чиндаркар. — Джей-Ти, что там происходит? У тебя осталось пять минут! Иди в ядро!

Тай вздохнул и произнёс в микрофон. — Отрицательно. Мы с Рамоном пережидаем здесь за одним из водяных баков на кольце.

— Джей-Ти! Это безумие. Ты…

Он отключил связь и посмотрел на Марина. — Чем я могу помочь?

Марин взглянул на него и, помолчав, кивнул на стойки. — Снимай серверы. Спасибо.

Работая вместе в лихорадочном темпе, они сняли последние стоечные серверы — оставалось всего пара минут. Затем они подплыли с перегруженной тележкой серверов к лифту и спустились на уровень Н1. Там Марин обесточил лифт и открыл расположенный рядом насосный отсек. Они затащили тележку внутрь — в то, что должно было стать «тенью» полимерного водяного бака диаметром в несколько метров, едва достигавшего роста каждого из них.

Оказавшись рядом с грудой серверов, Тай проверил время. — Тридцать секунд в запасе. — Он поднял взгляд. — Разве не безумие пережидать здесь?

— У нас три метра воды и семнадцать миллиметров радиотрофных грибов, которые нас экранируют. Плюс та часть зоны снабжения, что простирается сюда. Это немало. — Он протянул руку. — Спасибо, Джей-Ти.

Тай пожал её. — Будем надеяться, что это сработает.

Марин вытащил из нагрудного кармана дозиметр и глубоко вздохнул. — Сейчас мы узнаем, есть ли у Станции Кларк будущее.

— Да, узнаем.

Когда пришёл КВМ, он начался с беспорядочного поведения аварийного освещения. Сначала светодиоды потускнели, а затем стали ярко светиться и пульсировать.

В тени водяного бака дозиметр Марина начал щёлкать быстрее — но не до тревожного уровня. Они обменялись озабоченными взглядами, потому что буря только начиналась.

Из дальних частей станции доносились странные звуки — треск электрических разрядов и искр. Аварийное освещение продолжало пульсировать. Где-то слышался искажённый сигнал тревоги.

Однако без своих кристаллов ни один из них не мог знать, что происходит за пределами их маленького отсека. Тай подумал, что это, очевидно, один из недостатков виртуального интерфейса управления и контроля. И что теперь, когда у них есть больше массы, возможно, имеет смысл добавить больше физических приборов.

Радиационный шторм продолжался несколько минут, но дозиметр Марина так и не поднялся до опасных значений. Затем его щелчки начали медленно затихать, пока наконец не вернулись к нормальному фоновому излучению.

Вскоре по громкой связи послышался голос Джина. — SWPC сообщает, что КВМ миновал. Мы приступаем к включению систем станции. Группам пожарной безопасности провести осмотр и представить рапорты. Всему остальному персоналу оставаться на местах.

Марин посмотрел на дозиметр, закрыл глаза и беззвучно произнёс слова благодарности кому-то.

— К своему великому изумлению, они убедились, что ущерб от крупнейшего КВМ, задевшего человеческую цивилизацию в новейшей истории, оказался вполне управляемым. Правда, солнечный удар не пришёлся прямо по Земле, поэтому потери среди спутников на НОО были невелики, а серьёзных сбоев в земных системах и службах удалось избежать.

Зато лунный регион принял прямой удар.

Джин повернулся к бортовому врачу Зара Волковой. — Есть раненые?

Она ответила: — Четверо испытывают сильное тревожное расстройство, но в остальном видимых признаков лучевой болезни нет. Дозиметры в основном отсеке не превысили допустимых норм радиации. Так что план экранирования сработал.

— Сто тысяч тонн массы своё дело знают. — Джин повернулся к Чиндаркар, Яку и Кернеру. — Что со станцией? С оборудованием?

Кернер сказал: — Потеряли один мул: он оказался слегка открыт для прямого удара КВМ, и его системы сгорели. По решётке снабжающего двора прошли скачки напряжения, но мы провели проводку так, чтобы отвести их от летучих веществ. — Он просматривал виртуальный список. — Шесть небольших электрических пожаров на борту, но мы откачали атмосферу из главного электрощитового отсека, так что возгорание не распространилось. Мы проверяем энергосистему, и пока ущерб, похоже, локализован. Автоматы защиты сработали, как и предполагалось. — Он поднял взгляд. — По мере инвентаризации нам потребуется заказать запчасти, но полное восстановление работоспособности должно быть возможным.

Джин облегчённо откинулся назад. — Значит, мы пережили это и по-прежнему в строю.

Все переглянулись с мрачным осознанием того, как близко была катастрофа.

Як вставил: — Однако мы потеряли связь с тайконавтами и космонавтами на лунной орбите.

Васкес добавил: — Экипаж лунной Gateway за один этот случай превысил допустимые профессиональные дозы радиации. Их дозиметры показывают тревожные цифры. Нам нужно доставить их на Станцию Кларк для лечения. Если им повезёт, отделаются только катарактой.

Джин сказал: — Нам надо их спасти.

Васкес сказал: — Я пойду. Для этого я и записался. Если, конечно, вы можете одолжить мне корабль.

Джин повернулся к Кернеру. — У нас есть рабочий транзитный аппарат?

Кернер кивнул.

Джин повернулся к Яку. — Если Роскосмос не сможет восстановить связь, будь готов выйти на «Транзит-05». А пока продолжайте пытаться выйти на тех тайконавтов и космонавтов. Дайте всем знать, что мы можем оказать помощь.