Она стоит — чёрные штаны, белая футболка, оранжевые кроссовки (левый шнурок развязан). Кривит рот, как взрослая женщина, которой ей не стать. Рэй не позволит ей вырасти. Не в этом мире. «Никогда не вырастай», — шептал он мне по ночам. «Никогда не вырастай. Оставайся такой, какая ты есть, Алиса. Поклянись, что никогда не изменишься. Поклянись. Хорошо».

Она стоит и смотрит. А я вижу её через пять лет — пустую внутри, с безучастным взглядом, маленькое усохшее существо. Уже не девочка, но и не что-то другое. Совсем неправильная. Но ты ведь не будешь смотреть, правда? Нет, ты отвернёшься. Ты всегда отворачиваешься.

Все говорят, что хотят помочь, но на самом деле никто не помогает. «Он был такой милый», — говорят по телевизору о соседе-убийце. «Он был такой тихий. Мы никогда не думали, что с ним что-то не так».

«Девочка? Мы думали, она его дочь. Он говорил, что она больна, что он делает всё возможное. Он казался таким… нормальным. А она никогда ничего не говорила. Почему она ничего не сказала? Ей нужно было всего лишь произнести хоть слово».