Это моя любимая история. Я раньше рассказывала её всё время, шептала про себя, игнорируя всё остальное. Но Рэй всегда прорывался через неё — толкал горячими руками, тянул, растягивал меня. Он никогда не слышал мою историю, но убедил меня, что она — ложь. Это было просто притворство, а притворяться тяжело.

Легче просто врубить телевизор и смотреть бесконечные истории оттуда. Позволять телеку рассказывать мне другие сказки, которые заканчивались песенками про средство для чистки унитазов или про новые модели автомобилей. Смотреть на лицо Рэя, пока оно не превращалось в размытое пятно — страх, злость, ненависть сливались в пустоту.

Вот эта история:

Давным-давно. Жила-была девочка. Она жила по адресу Дейзи-Лэйн, дом 623. Её родителей звали Хелен и Гленн. У неё была комната с голубыми стенами. У неё был компьютер, письменный стол и лак для ногтей, который она могла брать с собой в школу.

В школьном туалете она вместе с подругами красила глаза тенями. Голубыми — под цвет своих глаз.

Ей было почти десять и прямо перед днём рождения она заболела, осталась дома и пропустила намеченную поездку в океанариум. Но подруги сказали, что там отстойно и дельфинов вообще нет, а родители сказали, что ей никогда-никогда не придётся туда ехать.

У неё был праздник, она ела торт и мороженое, а потом…

А потом…

А потом история заканчивалась. Даже тогда, в самом начале, когда я пыталась притворяться, у меня не получалось. После того, как она пропустила поездку, для этой девочки уже ничего не было. Ничего, что я могла бы увидеть за пределами её комнаты, помимо лиц её родителей. Воспоминания не тускнели, никогда не тускнели, а просто замирали, не двигаясь. То, что было, стало тем, что есть. А история работает только тогда, когда ты знаешь её конец.

Когда люди в ней не кажутся выдуманными. Когда ты можешь подумать об этой девочке и о том, какой она была когда-то и представить её взрослой.

Когда больше не осознаешь что эта история — ложь.