Катя

Они все ещё разговаривают. Хотя говорит в основном папа, Паша больше слушает, иногда кивает, местами коротко отвечает. Я слежу за ними, стоя коленями на диване и подглядывая через отодвинутую занавеску окна в моей комнате.

Мама помогает мне собрать вещи.

– Катя, да не волнуйся ты так, – раздается за спиной ее голос, – Дай отцу прийти в себя. Он бедный, до утра не спал.

– Почему? – оборачиваюсь я, – Он расстроился вчера?

Мама тоже смотрит на меня как–то по–новому. На ее лице замешательство вперемешку с радостью и неверием. Стоя с моей футболкой в руках, она внимательно разглядывает меня.

– Нет... Дай нам время свыкнуться с мыслью...

– Но вы не расстроены? – стою на своем, потому что если они с папой не рады за нас, это очень сильно расстроит меня.

– Мы ошарашены, Катя. Ещё вчера ты для нас была младшей дочкой, домашней девочкой, а уже сегодня готовишься стать мамой и съезжаешь от нас.

– Я сама пока ещё в шоке, – слезаю с дивана и, шагнув к ней, крепко крепко обнимаю, – Мне кажется, всё это происходит не со мной!

– Но ты счастлива?

– Да!... Мне кажется, что исполнилось самое заветное мое желание!

Мама целует мои щеки, убирает волосы от лица и смотрит в глаза.

– Когда ты успела влюбиться в него, Катя? Как это случилось?

– Я не знаю!

Конечно, я не расскажу ей о той ночи в Пашкиной квартире и о тех поцелуях, которые поставили точку в нашей дружбе.

– Я думала, он для тебя как брат...

– Нет, мам... Мы привыкли с Пашей думать, что как брат и сестра друг другу, но на самом деле это уже давно не так.

Когда мы спускаемся вниз, наши мужчины уже на кухне. Папа греет чай, Пашка с затаенной улыбкой смотрит на меня. Дескать, не волнуйся, твой отец меня не покусал.

– Я почти все собрала, – проговариваю негромко, – Поможешь спустить?

Сегодня утром я сделала УЗИ и даже попала на прием к врачу, которая вышла на работу в свой выходной только ради меня. И исследование, и осмотр показали, что беременность действительно есть, и что все в порядке. Наш малыш родится в июле следующего года. Мне придется на время оставить учебу в магистратуре, а Пашке – приготовить все к рождению ребёнка.

Через час в машине, забитой под завязку моими вещами и контейнерами с едой, которую мама и тетя Марина приготовили для нас, мы приезжаем домой.

Пока он поднимает сумки, я впервые присматриваюсь к его квартире, как к своему жилищу на ближайшее время.

Медленно курсирую по комнатам и вдруг понимаю, что подсознательно всегда хотела быть тут хозяйкой, и в те разы, что бывала здесь, непременно наводила свои порядки или даже делала перестановку. Паша относился к этому терпимо, чаще просто не обращал внимания, словно это в порядке вещей.

Теперь все по–настоящему.

Я встречаю его у порога с моими двумя чемоданами в руках и повисаю на шее. Он тут же ловит мои губы, словно только этого и ждал.

– Паш... Паша, тебе не кажется, что мы спим, и нам снится сон?...

– В моём сне не может быть так много твоего отца, – хмыкает он весело, – Нет, я точно не сплю.

– Что он говорил тебе? Угрожал или рассказывал, что у меня аллергия на гранаты и что я терпеть не могу маринованные помидоры?

– Это я и без него знаю.

– Что тогда?

– Давал наставления. Советы бывалого семьянина.

Я смеюсь и зацеловываю его лицо.

– Потерпи немного, он скоро привыкнет и успокоится.

Потом Пашка помогает мне раскрыть все сумки и освободить полки для моих вещей и уезжает не надолго в офис.

Я открываю холодильник, забитый едой, и впервые заговариваю с малышом.

– Чего ты хочешь? Мясо под сыром или овощи?

От важности момента и от осознания, что внутри меня теплится жизнь, и вот–вот застучит маленькое сердечко, в горле вырастает огромный ком. На глаза наворачиваются слёзы.

– Может, йогурт?...

В этот момент желудок сжимается, и я понимаю, что угадала. Мы оба хотим йогурт. Достав и вскрыв упаковку и нахожу в сумке свой телефон и вижу в нем пропущенный от Натки.

Предвкушающе ухмыльнувшись, набираю ее. Наверняка, до нее дошли последние новости.

– Катя! – выпаливает она в трубку без приветствий, – Мне мама все рассказала! Это правда?!

Я отпиваю прямо из бутылки и облизываю губы.

– Думаешь, мама стала бы шутить такими вещами?

– Ты что, беременна?!

– Да...

– Вот черт!...

– Ты не рада? – смеюсь я, – У тебя будем племянник, и ещё, мы породнимся с Просекиными. По–моему, идеально!

Я на самом деле так думаю и теперь даже представить не могу рядом с собой никого, кроме Паши. И свекрови лучше, чем тети Саши, не придумать, и свекра, ближе, чем Олег Сергеевич.

– Я в шоке!... Когда ты сказала мне, что влюбилась в Пашку, я подумала, что это временное помутнение, – признается она смущающимся голосом, – Ну знаешь, ты только что рассталась с Андреем, а Просекин всегда рядом, надежный и понимающий. Я решила, что ты перепутала признательность с любовью.

– Нет, Нат... Все иначе было. Я долго путала любовь и дружбу. Потом наши отношения наперекосяк пошли, и мы даже перестали общаться на некоторое время.

Ната слушает, молча. Даже через динамик телефона чувствую, что проникается моими словами. Верит мне.

– Но беременность... Так быстро...

Я тихонько смеюсь в трубку.

– Так вышло.

– Катя... ты счастлива?

– Очень!... Ещё никогда моя жизнь не была такой яркой и наполненной, Ната.

– Правда?... – выдыхает сестра, – Я очень рада!!! Очень – очень счастлива за тебя. Наверное, это и правда судьба. Никто не знает и не любит тебя так, как он.

– Да, – соглашаюсь я и спрашиваю, – Как у тебя дела? Резников не связывался с тобой?

– Не–а... зачем?...

– Ну... не знаю. Может быть, он захотел бы...

– У него девушка есть, Кать, – перебивает Натка, – Я иногда вижу ее рилсы и фото. Она держит его руки, прижимается к ним щеками. Цветы нюхает, которые он дарит.

– Только руки? – уточняю я, – Самого его в рилсах нет?...

– Ты же знаешь его характер.

– Знаю.

Нрав у Петра Резникова не из самых приятных. Я бы не хотела, чтобы Натка тратила на него свои моральные ресурсы. Там без вариантов.

– Кажется, у них все отлично.

– Тогда забудь его, – говорю я.

– Уже, – отвечает со смехом.

– И не принимай близко к сердцу то, что между вами произошло...

– Ага...

Мы разъединяемся. Я принимаюсь наводить порядок и к Пашиному приходу накрываю на стол. Он приезжает даже раньше, чем обещал. Входит в прихожую с огромным букетом розовых роз и с широкой улыбкой на лице.

– Предложение делать будешь? – догадываюсь сразу.

– Выйдешь за меня?