Юлия

Оказывается, всё, что было до звонка Карине, было легкой прелюдией к дальнейшему разврату. А уж после обеда Алексей оторвался на полную катушку. И как ни странно, мое тело с готовность откликалось на все его предложения. Связывания, фиксация, легкая порка, различные игрушки и полное подчинение даже не устным приказам, а его взгляду или жесту. Да, возможно, большинство посчитает это извращением, но если нам обоим это в кайф, то какое нам дело до остальных? Мне нравилось всё: и его жесткость и проскальзывающая периодически нежность и забота. Я просто принимала его таким, какой он есть. Это ли не любовь?

Шале мы покинули ранним утром в понедельник. И я опять отсыпалась в дороге. Даже не проснулась, когда Алексей делал остановку в том же кафе. А вот запах кофе и выпечки, которые он купил для меня, постепенно разбудили. Так что я позавтракала в дороге. В отеле мы быстро переоделись и, захватив Владимира, направились на переговоры.

Всё было слишком хорошо. Так просто не бывает у меня. Но я ничего не заподозрила. В начале двенадцатого у меня стал разрываться телефон. Благо он стоял на беззвучном режиме, но вибрацию я слышала. И понимала, что что-то случилось. Её, наверное, уловил и Алексей, раз попросил в двенадцать сделать перерыв. Схватив сумочку, я унеслась в туалет. Ксюша и Галина названивали мне весь последний час.

Набрала Галину. Она тут же ответила, будто все это время ждала звонка.

– Юля, – выдохнула она. – Карине плохо с утра стало, – сердце ухнуло в пятки. – Сейчас у неё температура, рвота. Я тут же вызвала Ксюшу, мы поехали в клинику, где ей операцию делали. Возможно, это простое отравление, но мы боимся рисковать.

Я медленно выдохнула, пытаясь собрать мысли в кучу.

– А вы не пропускали прием иммунодепрессантов? – первое, что пришло мне в голову. После трансплантации это жесткая необходимость.

– Нет, Юль, ты что, – пробормотала Галина.

– Может, съела что-то жареное и сильно жирное, – предположила я. Но температура в таких случаях редко поднимается. Так что это или отравление или ротовирус… О худших вариантах я не буду сейчас думать. Не буду!!! Галина что-то бормотала про картошку в Макдональдсе, но я не вслушивалась. – Галя, как приедете в клинику, сразу мне отпишитесь. Все обследования, что назначат, и даже просто порекомендуют – всё пройдите. Я вам деньги сейчас переведу.

– Конечно, Юль, всё что можно и нельзя мы сделаем для Карины, – торопливо зашептала Галина. – Я понимаю, что ты связана контрактом, но…

– Я поговорю с Ковалевским как только мы закончим сегодня переговоры, – неуверенно пробормотала я. Сердце щемило, но бросить Алексея в разгар дебатов я не могла. И дело не только в контракте и неустойке… – Но если это обычное отравление…

– Если отравление, то мы справимся сами, – решительно перебила меня женщина. Я попросила поговорить с Кариной, если она в состоянии. И все пять минут пыталась её успокоить. Она боялась, что прошлогодний кошмар повторится. Я тоже до ужаса боялась рецидива, но отгоняла от себя эти мысли.

Попрощавшись, я поспешно вытерла выступившие слезы и вышла в коридор, где сразу столкнулась с Алексеем.

– Что случилось? – требовательно спросил он. Я прикусила нижнюю губу и опустила лицо. В голове некстати всплыло воспоминание об Игоре, который бросил меня, едва начались проблемы с дочерью. – Юля, я жду, – с нажимом сказал Ковалевский, приподнимая пальцами мой подбородок.

Да, я забыла. Подчинение.

– Карине плохо. Температура, рвота. Возможно, обычное отравление…

– Но? – вопросительно протянул Ковалевский. Я опустила взгляд.

– В прошлом году все началось тоже с тошноты, рвоты и температуры.

Ковалевский прикрыл глаза, обдумывая ситуацию.

– Так, сейчас я позвоню пилоту и уточню, сможет ли он организовать вылет в самое ближайшее время, – начал он медленно. А у меня сердце, совершив кульбит в пятки, застряло в горле. – Если нет – полетишь на рейсовом самолете.

– А как же переговоры? – просипела я.

– Мы же на английском языке сегодня общаемся, ты больше для антуража нужна, – Алексей слабо улыбнулся. – Я сорваться не смогу, но напрягу своего помощника. Он встретит тебя в аэропорту.

От полноты чувств я кинулась ему на шею и страстно поцеловала. И тут же вспомнила, где мы находимся. Попыталась отступить назад, но Алексей легко удержал меня, положив ладонь на мой затылок.

– Спасибо, Лёш, – шепнула я, снова опуская взгляд. Ковалевский нахмурился.

– В какой клинике наблюдается Карина? – тихо уточнил он.

Назвала, уже даже не пытаясь понять, зачем ему нужна эта информация. Ковалевский тем временем достал телефон и начал кому-то названивать. Я же принялась искать в интернете билеты на самолет.

– Григорий, можешь организовать вылет в Москву в ближайшее время?.. Уточни и мне сразу отзвонись.

Я замерла и подняла взгляд на Алексея. Он уже набирал кого-то другого. Вскоре поняла, что звонил он своему помощнику.

– Юля возвращается сегодня в Москву. Проблема со здоровьем дочери. Встреть в аэропорту и доставь до клиники. Параллельно уточни по квалификации лечащего врача Карины, информация есть у Анатолия. Если что-то вызовет сомнения, найди лучшего врача.

Я снова посмотрела на Ковалевского, но он уже снова рыскал в телефоне в контактах.

– Саша, ты где? Заводи машину и подъезжай ко входу. Отвезешь Юлю в отель, а потом в аэропорт.

Только Ковалевский сбросил вызов, как зазвонил его телефон.

– Да, Григорий? Замечательно. Выезжайте, и готовьтесь к взлету.

Алексей посмотрел на меня и притянул меня к себе. Ткнулся губами в висок, зарываясь рукой в волосы.

– Разрешение на вылет есть, окно через полтора часа. Как раз успеешь забрать самое необходимое из отеля. С остальным не заморачивайся.

Он снова поцеловал меня и отстранился.

– Спасибо, – снова сипло произнесла я.

– Если возникнут какие-то сложности в Москве, набери меня или Виктора. И ещё отдай паспорт Карины помощнику, чтобы он оформил все необходимые визы, вдруг нужно будет куда-то срочно вылететь.– Я закусила губу и кивнула. – Как будут новости о состоянии Карины – позвони мне. – Снова кивнула, и Алексей нахмурился. – Всё будет хорошо.

Я слабо улыбнулась и, поддавшись вперед, ткнулась губами в его подбородок. А уже минуту спустя бежала к выходу из здания.

По дороге в аэропорт, позвонила Галине и сказала, что скоро буду в Москве. Саму дорогу и перелет не запомнила. Даже боль в ушах прошла по краю сознания. Я всё ждала сообщение от Галины или Ксюши.

Виктор встретил меня в аэропорту и забрал у меня дорожную сумку со сменной одеждой и косметикой. Чемодан остался в Цюрихе.

По дороге он сообщил, что рекомендации у лечащего врача Карины хорошие.

– Я знаю, – коротко ответила я, уставившись в окно. Год назад я потратила сутки на поиски самого лучшего специалиста, поэтому в нем я не сомневалась.

– А вот гастроэнтеролог в той клинике посредственный. Поэтому я взял на себя смелость…

В этот момент зазвонил мой телефон. Ксюша.

– Привет, Юль, – преувеличенно бодро начала она. – УЗИ печени и органов брюшной полости нормальное, никаких новоообразований у Карины не выявлено. Но Олег Васильевич предлагает провести КТ…

– Делайте, – тут же откликнулась я. – Я буду в течение получаса. Как Карина?

– Уже лучше. Ей поставили противорвотное и спазмалитики, – в её голосе промелькнула обеспокоенность. – Она уже улыбается вовсю, Галина ей сказала, что ты скоро приедешь.

– Ксюш, спасибо…– шепнула я.

– Да о чем речь?– ворчливо откликнулась Ксюша.

А едва я положила трубку, как Виктор продолжил прерванный разговор. Он вызвал какого-то именитого врача и тот должен подъехать в клинику в то же время, что и мы.

И, действительно, на входе в клинику столкнулись с этим специалистом. Вежливо кивнула в ответ на приветствие и поспешила на рецепшен, чтобы узнать в какой палате Карина. Услышав мой вопрос, Виктор ответил ещё раньше администратора. По дороге кое-как накинула халат и уже в дверях палаты столкнулась с Олегом Васильевичем.

– Юлия, добрый день, – поздоровался он. Снова кивнула в ответ. – А я пришел сообщить, что через час будет окошко на КТ. Но я не вижу особой нужды в нем.

Виктор тут же влез в разговор и представил гастроэнтеролога. Я же не стала ждать, рванула к дочери.

– Мама! – счастливо воскликнула Карина, едва завидев меня. – Дернулась было встать, но Ксюша удержала её, напомнив про капельницу.

Я же за секунду оказалась возле койки Карины и аккуратно обняла её. Страх, который сжимал сердце в ледяных объятиях, чуть отступил и дал мне свободно вдохнуть.

– Как ты, мое солнышко? – спросила я, целуя её в лобик.

– Всё хорошо, мам, – храбро ответила девочка и улыбнулась. – Я так рада, что ты приехала.

– Я не могла иначе…

В палату в этот момент зашли врачи, причем на приглашенном гастроэнтерологе был уже медицинский халат. И Альберт Анатольевич начал расспрашивать малышку о её состоянии. Параллельно он ощупывал её живот, уточняя у Карины, где больнее. В какой-то момент в палату забежала медсестра и отдала Олегу Васильевичу папочку с анализами.

– Так что ты вчера ела? – спросил он у доченьки, натягивая футболку на живот и накрывая одеялом. Олег Васильевич тут же протянул ему папочку и тот несколько минут изучал её. А после посмотрел на меня. – Кишечник вздут. Очень похоже на кишечные колики. Возможно на фоне нарушения диеты, но… Необходимо исключить паразиты, инфекции и непроходимость. Поэтому КТ отменять не стоит, – взгляд на лечащего врача. – И проверить кровь на антитела к паразитам. Пройдемте, Олег Васильевич, обсудим лечение и составим план.

Вскоре пришла медсестра, чтобы взять кровь на анализы. Следом пришла другая со стаканом воды и таблеткой успокоительного для меня. Не стала спорить, руки все ещё дрожали, когда я забирала стакан.

К моменту проведения КТ я была уже спокойна. Никаких образований или повреждений не обнаружили. И после разговора с врачом я даже смогла искренне улыбнуться и похвалить дочь за смелость и терпение во время процедуры. Но выписывать Карину из стационара не торопились.

Алексею позвонила уже вечером, когда по моим подсчетам переговоры уже точно должны были закончиться. И он был рад тому, что Карина чувствует себя лучше и не торопил меня с возвращением в Швейцарию. Только напомнил, чтобы я отдала её паспорт Виктору. Это меня удивило, но спорить я не стала.

Алексей

Я долго смотрел Юле вослед. Даже к окну подошел, чтобы убедиться, что она благополучно села в автомобиль. И все равно на душе было неспокойно за неё.

Снова вспомнил, как нервно она косилась на сумку, в которой разрывался её телефон. Собственно поэтому и попросил перерыв. И Юля сразу же убежала в дамскую комнату. И вышла из неё напуганная до ужаса. И ведь даже говорить мне не хотела в чем причина!

Сомнений в том, как поступить, у меня не было. Поэтому я сразу отправил её в Москву к дочери. И вернулся в конференц-зал в одиночестве.

– Что-то случилось? – уточнил Ганс у меня.

– У Юлии заболела дочь, – коротко пояснил я. И тут же поймал удивленный взгляд Владимира. – Я отправил свою невесту на родину. Но не думаю, что у нас с вами возникнут сложности.

И их действительно не возникло.

Однако по дороге в отель Владимир решил высказать свое мнение.

– Это так не похоже на тебя, – я приподнял бровь, предлагая пояснить свою мысль. – Ты же педант и формалист. Как же ты смог отпустить переводчика, связанного с тобой контрактом? Или это такой хитрый ход, чтобы поймать её на штраф?

– Не говори глупостей, – отмахнулся я. – Ты бы видел Юлю, когда она узнала о Карине…

– О! Это всё! Клиника! Ты действительно вляпался по самые помидоры, – Владимир сокрушенно покачал головой.

– Так я и не скрываю.

Владимир хмыкнул и перевел взгляд в окно.

– Знаешь, ведь у меня был план, – тихо начал он после продолжительного молчания. – Действенный план, как вас можно рассорить.

Я напрягся, изучающе глядя на друга.

– И?..

– И сегодня он накрылся медным тазом, – насмешливо закончил он. – Не хочу делать Юле больно. Да и не в моих правилах отбивать любимую женщину у друга.

– И не в моих, – отчеканил я. Владимир посмотрел на меня и криво усмехнулся.

– Знаю.

Неужели действительно понял это? Решил отпустить старую обиду?

Уточнить я не успел – зазвонил мой мобильный. Начальник отдела безопасности, Анатолий. И его сообщение меня не порадовало. Ещё неделю назад Барский получил результат ДНК-теста, подтверждающий его родство с Кариной. Но действовать он начал только сегодня. У него есть соглядатаи в клинике, где наблюдается Карина? Или просто совпадение? И он именно сегодня узнал, что Карина осталась в Москве, в то время как Юля уехала в командировку?

– Владимир, ты составил контракт для Юли? – спросил я напряженно.

– С Барскими? – уточнил он, нахмурившись. – Не было особо времени, но наметки набросал.

– Займись им сегодня, – попросил я, обдумывая следующие шаги. Карине визу в Великобританию я и без того подумывал сделать. Теперь это насущная необходимость. Надо ещё Виктора озадачить поисками русскоязычной няни в Лондоне. И да, подарок Карине я так и не придумал. Хотя есть одна идея.

Так, про охрану Анатолию я сказал, девочки без защиты не останутся. Что ещё необходимо сделать? Пока обдумывал следующие шаги, телефон снова зазвонил. Юлия.

Карине уже лучше, и это радует. Виктор, конечно, держит меня в курсе событий, но общение с Юлей мне нравится больше.

Тем временем мы подъехали к отелю, и я напомнил Владимиру про контракт с Барскими. Друг заверил меня, что займется им прямо сейчас.

Ожидание становилось невыносимым. Понимаю, что переживаю на пустом месте, но ничего не могу поделать. Возможно, Барский и не задумал ничего плохого. Он ведь только консультировался с юристом по гражданскому законодательству. Ага, и его ужин с судьей сегодня – это тоже совпадение? Твою ж мать! Так и хочется сорваться в Москву, но это будет совсем крайняя мера. Мои люди присмотрят за Барским. Надо бы с Верой Барской поговорить, она самая адекватная из той семейки.

Заказал ужин в номер, но продолжал гипнотизировать телефон. Первым отписался Анатолий. Его ребята сработали профессионально: тему разговора они узнали. И да, Барский уточнял у приятеля, на каких основаниях можно лишить мать-одиночку родительских прав. Это сложно сделать, но в России нет ничего невозможного, тем более для того, у кого есть деньги и связи. От злости расколотил бокал с бренди об стену.

– Всё, Барский! Ты попал.

Позвонил Виктору и озадачил его сбором информации о Барском. Анатолия озадачил похожим заданием, а точнее, поставил ему цель: найти злейшего врага Барского.

Следующее сообщение тоже было от Анатолия. Он скинул мне контакты Веры Барской. Налил себе новый бокал бренди и глотнул обжигающей жидкости, обдумывая вариант с ней. Душа требовала мести за одно желание Михаила навредить Юле. Но в то же время мучает вопрос: не сделаю ли я хуже Карине? Судя по увиденному в парке, Вера понравилась Карине.

Я уже допил бокал, когда пришло сообщение от Вовы. Контракт готов, и он отправил его мне на почту. Пробежался глазами по договору. Я, конечно, не юрист, но просмотреть его обязан. Выслал контракт Юле на почту и написал ей сообщение. Сам же набрал Веру.

Как я и думал, она была не в курсе деятельности отца, как и Елена Дмитриевна. Пообещала мне поговорить с ним, но после озадачила вопросом:

– А зачем вам это, Алексей? Отец сказал, что Юля работает переводчиком у вас. Но…

– У него устаревшие данные, – перебил я её жестким тоном. – Юля – моя невеста.

– Поздравляю, – как-то мрачно отреагировала Вера, что тут же заставило меня напрячься. Возможно, я не там ищу союзников?

– Вера, я не советую вам переходить мне дорогу, – с напором продолжил я. – Я никому не позволю отнять у Юли дочь.

– Да зачем вам чужой ребенок? – спросила она с досадой. – К тому же больной. Карина в прошлом году болела раком, а он не проходит бесследно.

– А вам зачем? – с сарказмом уточнил я. – Я вышлю вам контракт, который должен подписать каждый Барский. Иначе вы Карину не увидите.

Сбросил вызов и налил себе ещё бренди. Посмотрел мессенджер. Юля прочитала сообщение и что-то писала в ответ. И в этот момент пришла какая-то фотография от Веры. Нахмурился, открывая сообщение.

На снимке были абсолютно лысые Карина и Юля в больничной палате. Обе бледные с синяками под глазами, но при этом так солнечно улыбаются с экрана телефона. Провел пальцем по лицу любимой: так вот где ты потеряла свои шикарные волосы, ведьмочка.

Сообщение от Юли было коротким:

«Это срочно?»

«Да»

«Тогда сейчас посмотрю. Хотя… я тебе доверяю. Отправляй Барским контракт. Но не думаю, что они сразу согласятся на все условия».

Я скинул контракт и Вере, и Михаилу. И только после этого увидел сообщение от Веры: «У вас с Юлей будут дети. Счастливые и здоровые дети. А Карина будет утешением бабушке и дедушке. Они дадут ей все самое лучшее».

«Мы и сами справимся с этой задачей». И это было мое последнее предупреждение Барским.

После позвонил Анатолию и приказал удвоить охрану девочек. И никого из посторонних к ним не допускать.