За бюджетные средства, а точнее за их использование министр финансов Васильев постоянно вёл бои местного значения с Александром Первым.

— Ваше величество, не стоит сразу все долги погашать, всё-таки пятнадцать миллионов рублей это огромные средства.

— Алексей Иванович, коли деньги есть, тем более не последние, то закроем сию финансовую дыру и больше не будем оплачивать интерес банкира.

— Так там всего лишь пять процентов в год, столько лет терпели.

Всё время побеждал император, особенно в этом случае. Поэтому уже в мае 1803 года Россия закрыла последний долг перед Европой и вздохнула свободно. Нытьё по поводу некоторых других расходов отметалось таким же образом. Вообще вся финансовая политика сводилась к пяти-шести основным направлениям, что позволяло тщательно контролировать денежные потоки, особенно их целевое использование. Васильев, как истая государственная жаба, боролся за каждый рубль и уже пару раз намекал, что готов выйти в отставку. Впрочем его пока никто никуда не отпускал.

Военный министр также боролся, но в меру, хотя и опасался что когда враги нападут, то страна останется без подготовленной и достаточно вооружённой армии.

— Ваше величество, хорошо бы арсеналы дополнить оружием и…

Прекрасный организатор и упорядочиватель всего, что относилось к военке, с опаской относился к реорганизации и реконструированию армии. В том, что более ста пятидесяти тысяч солдат покинуло войска и ещё сто тысяч также уйдёт в ближайший год, его искренне пугало.

— Сергей Кузьмич, мы же рекрутируем достаточное количество, чего вы переживаете.

— Так новые ещё не обучены, а опытных уже распустили, как же так?

— Обучаем, господин министр, очень даже обучаем. Кроме того, основной опыт приходит в боях, а экзерциции создают лишь базу умений и знаний. Другое дело, что сама армия количественно уменьшается. Так зачем тратить средства на лишние сотни тысяч, коли они нам не надобны в защите отечества. Ни в какие походы ходить не будем ещё долго, так что не переживайте.

И как тут не переживать, когда предыдущие правители то на турок ходили, то Пруссию завоёвывали, то через Италию до швейцарских перевалов добирались.

— Лучше расскажите, что в Восточном походе происходит, а то у меня лишь краткие сведения имеются.

— Так там зимой в Алтыкудуке передохнули, а весной до Яксарта добрались, где городок строят. Один раз хивинцы приходили и отлуп знатный получили, после чего послов прислали. Вроде договорились, что мы на Хиву не пойдём, так они согласны на поставки продовольствия. Кокандцы два раза набеги устраивали и многих своих потеряли зазря. А как узнали, что к Яксарту ещё и второй отряд прибыл, так сразу дружбу предложили и торг согласны наладить. Даже несколько речных судов продали для нашего удобства.

— Вот и хорошо, пусть пока обживаются и местность тамошнюю разведывают. А мы пока более укрепим созданный тракт, дабы купцам легче и безопаснее торговать стало.

Ближе к осени в Петербург вернулся Кутузов, которого в Азии сменил генерал от кавалерии Степан Степанович Апраксин. В сентябре 1803 года Михаил Илларионович был отправлен возглавить Ганноверскую субсидную армию, где заменил Римского-Корсакова и арестовал генерала Бенингсена. Леонтия Леонтьевича ждали в Комитете общей безопасности для дачи показаний по заговору против императора. Из его участников лишь Платон Зубов и Ольга Жеребцова бегали по заграницам от русского правосудия, все другие были жёстко наказаны.

— Как обстоят дела с Западной оборонительной линией, Сергей Кузьмич?

— Уже северную часть застраиваем фортами и блокпостами до самого Полесья. Пограничные воинские подразделения дислоцируются на местах и готовятся нести службу.

С учётом того, что пограничные литовские земли заселяются отслужившими своё, то там наблюдается превалирование опытного воинского люда. Если в переговорах с Пруссией удастся выкупить или выменять Мемельланд, то русско-прусской границей станет река Мемель почти на свои две трети. Очень удобная оборонительная позиция, сотворённая природой.

Пока военные планы реализуются, царь не забывает и о делах гражданских. Видели бы вы, как он радовался, когда первенец Фултона вышел в своё первое плавание в апреле 1803 года. Пароход имел более двадцати саженей в длину и около двадцати футов в ширину, оснащённый паровой машиной в двадцать лошадиных сил. Ещё больше радости принесло то, что кораблик потащил баржу с тысячей пудов груза в Кронштадт со скоростью 3 мили в час.

— Если бы не баржа, то все пять миль в час дал бы, — гордо отметил император окружающим.

Новый вид транспорта пришёл на Русь, чтобы размножаться в стране рек и больших озёр. А ежели кто вякнет, что бурлаки проще и дешевле, того отправят в Сибирь или отстранят от должности. Ныне правы те, кто согласен с государем и готов его поддержать в развитии прогресса. Тем более, что семейства Демидовых, Строгановых и Расторгуевых оценили возможности пароходов и готовы размещать заказы на их изготовление. А то и сами организовать компанию по производству этого новшества. Впрочем другие желающие строить пароходы тоже нашлись.

Мы, кстати, в конце сентября собираемся провести испытания своего варианта, но не с боковыми хлюпалками, а с винтом в заднице. Правда, изначально, ещё на стадии проектирования разошлись во мнениях с Кулибиным.

— Денис Дмитриевич, да никакая паровая машина не потянет вашу громадину, как вы не поймёте. Давайте сначала небольшое судно испробуем, а затем будем размеры увеличивать.

— Иван Петрович, не нужно этого бояться. Нам не баржи таскать придётся, а для иных целей пароходы нужны. И машину будем делать гораздо мощнее, чем английские, лучше время потратим на её разработку и доводку, чтобы пятьдесят лошадей заменила. Для такой и габариты корабля нужно побольше.

— Тогда запаса угля не будет надолго хватать.

— Тут по-другому считать нужно, дорогой мой. Грузоподъёмность корабля пропорциональна кубу его размера, в то время, как сопротивление воды увеличивается лишь как квадрат размера. Большое судно выйдет экономичнее, чем малое. Плюс, у Фултона будет поперечное расположение паровой машины, а у нас продольное.

Это было год назад и я настоял на своём, а теперь проверим что в итоге получилось. Испытания назначены на 24 сентября, на вторник.

Если сравнить мои задумки начала попаданства и то, куда меня в итоге запихали, нагрузив сверх меры обязанностями, то оно в итоге вышло в плюс. Конечно, хотелось обустроить Малую Охту, как следует, а затем заняться каким-нибудь портом на выселках. И всё это не спеша, с чувством, толком и расстановкой. О небольшой территории в Европе я и не задумывался, честно говоря. Однако Наполеон и Александр прижали своими хотелками, правда, по-честному помогали и помогают в солидных проектах. И деньгами, и специалистами и просто трудовыми резервами. Так что света белого я особо не вижу, да и денег приходится гораздо больше тратить, чем можно было бы если не спешить.

Увы, моменты Истории нельзя упускать, ибо она не ждёт когда я созрею. В этом году ту же Эстляндию, а точнее земли Ревельского уезда с некоторыми прилегающими территориями, пришлось обустраивать ударными методами. Хорошо, что мальтийцы своевременно родину потеряли, а я их приютил и финансово поддержал на старте.

— Вы, Денис Дмитриевич, дали людям второе отечество, вот они с благодарностью и отнеслись к этому, — комментирует Ланской, — даже приятно, что они предприятия создают в эстляндских землях и во всех ваших тамошних проектах участвуют с радением.

— Простые эстонцы тоже стараются, как и простые русские.

Процентное соотношение в нынешнем населении изменилось за счёт русских солдат и тех же мальтийцев. Что, кстати, привело к росту грамотности на душу населения. В самой России тоже грамотность чуток подросла, когда срок службы в армии сократили до двадцати лет и массы грамотных дембелей ринулись в народ. К концу 1803 года ещё сто тысяч грамотеев добавится, а это на Руси не хухры-мухры. Прямо не армия, а массовая школа класса «ликвидация безграмотности» какая-то.

И Ревель расцветает и расширяется, застраиваемый перерабатывающими фабриками и жильём для «понаехавших тут». Деньжищи трачу, как не в себя, но морская торговля по повышенным ценам и смещением от торговли сырьём на торговлю всё-таки товарами, солидно выручает. В этом году базовые промпредприятия Малой Охты обзавелись очередными цехами, а значит увеличилось производство товаров из русского и кое-какого заморского сырья. Даже хлопчатобумажную фабрику построили.

— Бедным англичанам опять сырья меньше достанется.

— Степан Сергеевич, они хотя и считают себя самыми солидными производителями товаров, но всё равно нуждаются кое в чём. Отправил им партию своих свечей, так они купили и даже не поморщились. Обычно они из нашего сала и жира свечи сами себе делали, а сейчас нехватка по этой позиции. Получается, что и готовую продукцию согласны покупать, ибо не хотят в темноте сидеть, — хихикаю над ситуацией.

— Да уж, им не позавидуешь в нынешние времена. А почему они в других странах тот же жир не покупают, коли своего не хватает?

— Так другим странам тоже сала не всем хватает и своего недостаточно производят. Все же промышленность развивают, а это станки, которые постоянно смазку требуют, иначе встанут. Глупо останавливать производство из-за относительно небольших затрат. Проще купить по любой цене, чтобы свои товары произвести и продать, покрыв излишний расход.

Вот она, политэкономия, во всей красе. Маркса с Энгельсом ещё нет, а понимание взаимосвязей внутри экономики уже требуется.

— А ещё мне сало с жиром для производства мыла нужно, чтобы солдатам гигиену было легче соблюдать. Всё-таки болезней гораздо меньше случается.

— Так сию гигиену в армии и государь ввёл и тоже новые мыловаренные фабрики для этого построил.

И как не построить, когда гигиена резко сократила так называемые «небоевые потери». Испытания проведённые в нескольких полках показали разницу между грязными и чистыми руками. Процент кишечно-желудочных заболеваний явно упал, чем порадовал Александра Первого. И меня порадовал, потому что я эту составную часть медицины разумной внедрил на Малой Охте и в Эстляндии, а также собираюсь озаботить и своих итальянцев в принципате.

Оба герцогства и маркизат тоже застраиваются нужным мне образом: от блокпостов и фортрессов кое-где до прядильных и ткацких фабрик. Кроме того, нужную сумму вложил в модернизацию имеющихся солеварен (некоторые нуждаются в восстановлении) и создания нескольких новых. И, безусловно, озадачил часть крестьянских хозяйств выращиванием острых красных перчиков, раз чёрный перец пока здесь не растёт. Заодно окукурузил местность, а со временем и свекловицу начну выращивать.

Честно говоря, места слегка обезлюдевшие из-за последнего французского победоносного вторжения и население воспринимает меня, как своеобразного спасителя. Я всего лишь создаю рабочие места и оказываю некоторую финансовую помощь отдельным коммунам, а люди благодарны почему-то. В конце лета в Петербург для личной встречи прибыла делегация из Мантуи (тоже герцогства в составе Итальянской республики), соседствующей с моим принципатом.

— Ваше высочество, а не могли бы вы и наше герцогство выкупить?

Такое впечатление, что от французов и их свобод они настрадались настолько, что верят в доброго русского, который им поможет. Дело в том, что по их рассказу о восьмимесячной осаде самого города, пострадало и всё герцогство. Жителей грабили и французы, и те же австрийцы, защищавшие их в 1797 году. До сих пор всё разорено, включая даже храмы и монастыри, да и нынешняя администрация не помогает восстановлению, а продолжает выжимать все соки. Естественно, что изменения, происходящие в соседних Ровиго и Ферраре, вызвали определённые надежды у мантуанцев. Однако, какие региональные руководители откажутся от возможности набивать карманы за счёт мирного населения?

Или опять случится «авторский произвол» властителей мира сего и мне «продадут» этих бедолаг, якобы для пользы дела? Тридцать три ха-ха по поводу такого варианта, сказки дедушки Мазая рано или поздно заканчиваются и это все вокруг понимают. Включая меня самого.

— Сэр Уильям, я получил свежее сообщение и не понимаю, как его воспринимать.

— А что случилось, сэр Генри, что вас обеспокоило? — полюбопытствовал Питт-младший.

— Дело в том, что… — премьер-министр слегка замялся, — … в Балтийское море вышли русские военные корабли…