Если в саванне самым опасным хищником являлась без сомнения Рыжая кошка, которую южане называют Желтой смертью, то в джунглях властвовала ее прямая родственница, которую те же южане называют Черная смерть. Эта кошка была немного крупнее своей смертоносной сестрицы, но в отличие от нее, охотилась в основном по ночам. Днем она предпочитала спать, либо забираясь на толстую нижнюю ветку дерева, либо зарываясь в палую листву или густой подлесок.

Мы в первый же день нашего путешествия через джунгли, наткнулись на еще одного обитателя, который так же представлял серьезную опасность не только для людей, но и даже для крупных хищников. Это была огромная змея, по виду имевшая в своих родственниках удавов. Ее длина по моим прикидкам, была не менее двадцати футов. Темно-зеленая окраска с бурыми пятнами хорошо маскировала ее в траве, и нам повезло, что благодаря постоянно действующему ментальному заклинанию, которое я не гасил теперь ни днем, ни ночью, мы ее заметили заранее. Такая крупная змеюка, была способна спеленать и удушить за считанные секунды, поломав своими мощными кольцами, которыми она обвивала жертву, все ее кости.

Мы обошли ее стороной, не смотря на то, что она, попав в зону действия моего ментального поля, тут же потеряла к нам интерес. Первые часы нашего продвижения сопровождались повышенным вниманием к нам со стороны многочисленных обитателей джунглей. Над нами кружили разномастные птицы, а по сторонам рыскали всевозможные звери семейства кошачьих, более мелкие, чем Черная смерть, а так же грызуны и обезьяны всех мастей и размеров.

Чуть позже, видимо насмотревшись на новых, явившихся в их царство незваными гостей, они поутихли, перестали оглашать окрестности чириканьем, свистом, криками и воем. Затем и вовсе потеряли к нам интерес, разбежавшись и разлетевшись по своим делам. Агрессию они почти не проявляли, мое заклинание действовало успокаивающе и даже если при обнаружении нас издалека они и хотели напасть, то как только ими пересекалась невидимая глазом граница его действия в сотню футов от нас, такое желание быстро улетучивалось.

Самыми настырными и безбашенными, оказались мелкие обезьянки, прятавшиеся на ветвях среди листвы и еще издалека норовящие кинуться в нас всем тем, что попадалось им под руку. При этом они противно верещали, двигаясь высоко над нашими головами по ветвям и лианам небольшими стайками, ловко перескакивая с дерева на дерево.

Обедали мы поздно, уже под вечер. Я подстрелил смешную зверушку, которую поначалу, издалека принял за дикую свинью. Но подойдя ближе для свежевания, сразу обратил внимание на небольшой хоботок спереди, на месте носа, вместо классического для свиньи пятачка. Мясо его оказалось на вкус очень схожим со свининой, и мы с Сэмом с удовольствие зажарили пару окорочков, устроив себе небольшую, импровизированную пирушку.

Мы уже достаточно далеко отошли от саванны, и я надеялся, что дым и запах от костра, уже не привлечет внимания южан, но как оказалось, за нами к этому времени уже следили. Едва мы приступили к трапезе, как я почувствовал, что в зону действия моего сторожевого заклятия вошли двое. Они неплохо маскировались, что собственно в таких зарослях было немудрено, и сейчас крались ползком в нашу сторону по самой границе стофутового радиуса. Сделав знак Сэму об опасности, я начал спешно накастовывать на быстрый запуск несколько боевых заклинаний, при этом, не прерывая, якобы беззаботное обгладывание прожаренной ляжки, добытого мной зверя.

Между нами сейчас располагались несколько достаточно крупных стволов пальм, не считая вездесущего древовидного папоротника, и нескольких зеленых кочек с густой травой. Я не мог до сих пор разглядеть подползающих, как и того оружия, которое они планировали против нас применить. Для луков, даже таких примитивных, какими пользовались южане, было уже достаточно близко, как и для метания дротиков, или пращи. Если же у них при себе боевое длинное копье или сабли, то время для атаки еще не пришло.

Несколько минут прошли в осторожном приближении к нам южан с их стороны, и продолжением пиршества с нашей. Когда мне уже порядком надоело ожидание и совсем уж медленное продвижение с их стороны, непозволительно долгое с точки зрения профессионализма и здравого смысла, я прожевал очередной кусок и обратился в их сторону со словами:

– Я бы уже несколько раз подстрелил вас из лука! Покажитесь, или через три удара сердца, я начну выполнять мной обещанное действие.

Из-под разлапистого папоротника показались два чумазых подростка, сплошь перемазанных в перегное, соке зелени и прочей грязи. Им было лет по двенадцать. В руках одного из них было зажато сильно потрепанное и явно очень старое копье, а у второго была в руках ржавая сабля, с обломанным кончиком лезвия и стертой от многочисленных лет использования рукоятью.

– Кто вы и откуда здесь? – Спросил я строго, продолжая при этом спокойно сидеть, и держать в руках наполовину обглоданную, берцовую кость дальнего родственника дикой свинки.

– Мы из тренировочной базы, которая совсем недалеко отсюда, в джунглях.

– Зачем вы охотитесь на своих соплеменников? – Спросил я, делая максимально зверское лицо, насколько это позволяла моя личина бывалого воина южан.

– Нас еще не учили читать племенную окраску по рисункам на лицах. Мы думали, что вы разведчики из соседнего племени.

– Марш отсюда! Возвращайтесь на базу, и чтобы я вас рядом больше не видел! Здесь слишком опасно для неумелых подростков. Как вас вообще выпустили за ее стены вдвоем, без взрослых воинов?

– Мы тренировались охотиться! Она тут совсем недалеко! Мы пошли? – Залепетал подросток, косясь на мою еще покрытую кусками мяса кость в руках, и шумно сглатывая поступающую от голода слюну.

– Исчезните! – Я махнул рукой и вернулся к трапезе.

Подростки шмыгнули в заросли и быстро удалились, не забывая, однако внимательно оглядываться по сторонам. Все-таки кое-чему их, похоже, научили. Я с удивлением, густо замешанным на недовольстве и раздражении на самого себя, обернулся и посмотрел на сидевшего рядом Сэма:

– Неужели южане имеют в джунглях тренировочные лагеря? Я много раз слышал от них, что джунгли для них табу.

– Не понятно! Может быть те племена, что имеют джунгли на своей территории, все же обучают своих подростков, хотя бы азам выживания и охоты в джунглях? – Ответил тот.

– Скорее всего! А это значит, мы не учли того, что некоторые воины могут продолжить преследовать нас и здесь, а кроме того, нужно опасаться дозоров южан, если кроме сторожевой цепи, которую мы прошли, они догадаются выставить своих разведчиков еще и тут, в джунглях.

– Мудррро мыссслишшшь, магисссстрррр. – Передразнивая Рейгарна, поддел меня Сэм и чуть не подавился при этом искусственном шипении, недавно откушенным и еще не пережеванным, шматом жареного мяса.

– Надо увеличить радиус заклинания! – Резюмировал я, пихая его в плечо, чтобы он не очень-то тут резвился.

– Манны то хватит? Как идет восполнение? – Сэм все же проглотил кусок, который едва не выронил изо рта, от моего увесистого тычка.

– Все еще плохо, но все же как-то идет. Если расширю радиус заклинания, то, наверное, остановится. Сейчас более – менее баланс, с совсем небольшим прибытком. Плохо другое: до восстановления полного запаса манны еще далековато.

– У меня пока тоже не получается сильно поднакопить. Все что прибывает, тут же трачу на свою разрезанную руку. Но могу немного приостановить лечение. Кризис миновал, яд полностью нейтрализован, заживет и сама, просто подольше немного.

– Если вдруг станет хуже, скажешь мне и тут же восстановишь прерванное лечение! Понял меня, Сэм?

– Хорошо. Идем дальше? – Он скривился от такой явной опеки и то ли обиделся, то ли засмущался, отвечая мне кратко, и тут же перевел тему.

Мы собрали остатки трапезы и двинулись дальше. Я немного переживал, что подростки расскажут в лагере о встрече и опишут нас. Грамотные воины сразу поймут, что наши рисунки на мордах наших личин, совсем не совпадают с их племенными татуировками и мгновенно забьют тревогу. Я специально отослал подростков заранее, чтобы они не видели, в какую сторону мы двигаемся. Но если мозги местного вождя на месте, он сможет сопоставить эту встречу и выставленный из его собственных воинов заслон, который он сам организовал по просьбе вождя могущественного центрального племени, защищающий проход в джунгли от двух странных южан, или как там нас еще охарактеризовали, когда об этом договаривались два вождя.

      Тогда наше генеральное направление на север будет раскрыто, и нужно будет уповать только на то, что мы сейчас двигаемся по диагонали, не на север, а на северо-запад. Радовало и то, что в любом случае, мы будем иметь сколько-то времени форы и этим нужно пользоваться, максимально увеличивая наш отрыв от возможного и вполне вероятного преследования.

Мы шли до глубокого вечера и уже на следующий день, на рассвете снова были на ногах. Многочисленная растительность и серьезно пересеченная местность не позволяла развить нам приличную скорость. Мы шли гораздо медленнее, чем даже по травянистой саванне, не говоря уже об удобном береге реки. Расширенная сфера моего заклинания, за счет добавленной в нее силе, гораздо лучше, и на большем расстоянии распугивала, а точнее умиротворяла местных зверей и хищников, но никак не защищала нас от колючек, ядов и природных ловушек растительного мира. Нам приходилось внимательно смотреть, куда ставить ногу при каждом новом шаге, обходить завалы и препятствия, прорубаться через густые заросли и перешагивать стволы упавших и быстро гниющих во влажной сельве деревьев.

За день мы проходили не больше двух десятков миль, что равнялось шести неполным лигам. Весь путь через джунгли, я оценивал лиг в пятьдесят-шестьдесят, что при нехитрых расчетах говорило о том, что нам предстоит провести в дороге не менее десяти дней. Этот расчет был весьма условен, с учетом того, что путь наш, к сожалению, был не прямым, а изобиловал обходами и периодическим преодолением густых зарослей, что нас сильно замедляло.

Мы шли уже третий день, и наша одежда постепенно превращалась в рванину, а все открытые участки кожи изобиловали кровоточащими царапинами, укусами насекомых, разводами из грязи и засохшего сока прорубаемой нами сельвы. Вечером Сэм проводил необходимые лечебные манипуляции, не позволяющие нам заболеть, получить отравление или не прошеных паразитов, способных начать развиваться в любой кровоточащей ранке под нашей кожей, или в крови. Одежду приходилось снимать и перетряхивать, избавляясь не только от мусора и впившихся в нее ядовитых шипов, но и от многочисленных жуков, пауков и прочей местной мелкой живности. Сапоги были порваны и прорезаны в нескольких местах, и вскорости совсем готовы будут развалиться, от постоянной сырости, промокания и едкого сока некоторых местных растений.

Несколько раз я уже пожалел, что не эльф. Они настолько гармонично жили в подобной, да и в любой другой растительной среде, что не имели вышеперечисленных проблем вовсе. Конечно, перед ними не расступались тесно сплетённые заросли и не рассасывались сами собой буреломы и природные ловушки в виде ям, топей, или зыбучих почв, но паразиты, мошки, москиты и прочая живность, изобилующая здесь, не досаждала им, а кусты и колючки, как будто нарочно, не цеплялись за их кожу и одежды. Их шаг был легок, они не проваливались по колено в зыбких или влажных почвах, а среди зарослей проскальзывали легко, как будто могли просочиться в самую узкую щелочку между спутанными лианами, манграми, кустарниками и многочисленными злаковыми культурами. Они бы без сомнения, преодолели бы этот путь не за десять дней, а как минимум вдвое, или даже втрое быстрее.

Я не представлял как за нами будут пробираться южане, которые кроме наших проблем, получат на свои глупые головы еще и нападения агрессивных животных, но мне не было их жаль. Даже если погоня и состоится, я надеялся кроме существующей форы во времени, увеличить ее за счет большей скорости передвижения. Еще я надеялся, что у них нет грамотных следопытов, и они кроме всего прочего, будут идти практически наугад, растягивая свои ряды. На их стороне несомненная многочисленность, по сравнению с нами и вкупе с оставшимися в живых эльфами, а на нашей стороне, лишь фора по времени, которая с каждым днем только увеличивается, как я надеялся, исходя из всех моих вышеупомянутых рассуждений.

При самых благоприятных обстоятельствах, я за счет этой самой форы, рассчитывал успеть встретиться с Лендоласом и его бойцами, и тут же, не медля, начать погрузку на корабль, который в самом ближайшем времени, должен будет прибыть в условленное место и ожидать нас. Если все сложится так, как я себе наметил, мы просто обязаны успеть отплыть до того, как нас нагонят южане, вместе со своими кошками.

Заклинатель эльфов, плывущий на корабле, на связь еще не выходил, а это значит, что корабль был еще в пути, но я со дня на день ожидал от него ментального послания с условленным мыслеобразом. В любом случае, они должны были по морю, даже в обход северо-восточного мыса, достичь дельты реки Нхоран на несколько дней раньше, чем это сделаем мы с Сэмом, пробираясь и прорубаясь сквозь джунгли пешком.