Как и ожидалось, спокойно провести зиму эльфам не дали. Уже на второй неделе, от разведчиков пришли вести об идущей из глубины континента армаде, которую вел вождь одного из крупных племен. Он последовательно громил мелкие племена, проходя через них, как нож сквозь подтаявшее масло. По данным разведки, у него было не менее двух десятков элефантов, сотня или даже больше Говорящих, и шесть сотен воинов, большая часть из которых ехала на гарнах.

Мелкие племена на его пути дрались отчаянно, образовывая спешные союзы, но не смогли достойно сопротивляться и вырезались почти полностью подавляющими силами армады. К границе эльфов, это племя подошло практически без потерь. Ночь раскрасилась по всему южному направлению сотней костров и куполами шатров, ткань которых сверкала в сполохах их пламени. Племя было очень сильно и, несомненно, богато. Ткань шатров очень сильно походила на шелк, а воины составляющие костяк войска, потрясали воображение своими разукрашенными боевой раскраской лицами и обилием золотых колец, которые гроздями висели на их ушах и носах.

Утром, подбадриваемые гортанными выкриками командиров, шатры спешно свернули, костры затушили и войско, вслед за элефантами, двинулось через границы эльфийской территории. Клети на спинах громадных животных, были сделаны не в пример прочнее и солиднее, чем у бывшего соседа, полностью уничтоженного накануне. Не только каркас, но и стенки были выполнены из тонких стволов древесины, плотно подогнанных друг к другу, с выпиленными затем бойницами, смотрящими во все стороны. Крепление их тоже было гораздо надежнее. Вместо лиан, тут использовались плетеные веревки толщиной с корабельные швартовые. Гарны и кошки у них были защищены нагрудниками из кожи, в которые на заклепках были закреплены бронзовые шипы. Нагрудники имели плотно закрывающие бока животных клапана из толстой кожи, с постромками, проходящими через их спину и брюхо. Вооружение воинов было традиционное: пики, копья, луки, парные сабли и ножи, но все они были выполнены более искусными мастерами, что говорило о том, что центральные племена имели гораздо лучшее снабжение, а качество изделий их оружейных мастеров, превосходило местных оружейников в разы.

Лендолас слегка порадовался тому, что соседние племена были уничтожены, а не присоединились к наступающим. Если даже их силы не слишком бы усилили армаду, то сведения о ловушках, которые на своей шкуре испытали они, могли бы помочь наступающим противникам их преодолеть без лишних потерь. Он надеялся, по крайней мере, избавить это племя от тяжелых элефантов, которые единственно кто могли разрушить частокол, даже с учетом его укрепления за прошлый год. Рейнджерам на пути следования армады, был дан приказ максимально сконцентрироваться на элефантах, которые смогут преодолеть сеть волчьих ям, сильно разросшихся в количестве и даже немного подросших в глубину, по опыту использования их прошлой зимой.

Элефанты наступали широким фронтом по семь животных в три ряда. Ожидаемо, первый ряд попался целиком, но вот из второго, в волчьи ямы влетели только трое, остальных Говорящие сумели вовремя остановить. Движение застопорилось. Вперед были высланы наездники на гарнах, но их не слишком тяжелые животные, легко преодолевали замаскированные ловушки, поэтому, как только элефанты снова двинулись, ямы тут же подловили еще четырех из них. Вождь прокричал что-то из накренившейся, но не слетевшей со спины изувеченного элефанта корзины, и лучники покинули бесполезные теперь укрытия. Движение войск снова застопорилось, как раз на линии, где слева, в полосе подступающих к дороге джунглей, прятались первые из засадных рейнджеров.

Тремя залпами в этот раз стрелки не ограничились, успев выпустить по пять-шесть стрел, прежде чем отступили, уходя вглубь от приближающихся к ним гарнов, со спин которых, по их позициям стреляли лучники южан. Щиты были утыканы стрелами, но среди эльфов оказалось только трое легкораненых. Гарны в джунгли не полезли, упершись рогами в щиты и отказываясь идти дальше.

Стрелы эльфов были смазаны пчелиным ядом и пергой, от чего оставшиеся на ногах элефанты пришли в дикую ярость, учуяв запах единственных существ, которых они панически боялись на генетическом уровне. Все семь монструозных животных, не попавших в ловушки, но щедро утыканные отравленными стрелами, сконцентрировавших на них огонь лучников, ломанулись назад, не разбирая дороги. Под их громадные ноги попадались воины, гарны, кошки, которых они давили беспощадно, зверея все больше от жгущих их ядом наконечников стрел, которые эльфийские лучники вонзили им в самые потаенные места, где кожа не была слишком толстой. Даже толстые канаты не выдерживали тряски и порывистых движений элефантов, встающих на дыбы и сталкивающихся между собой в слепой ярости. Клети трещали, обрывая крепления, разваливались и засыпали плотные ряды воинов осколками древесины и падающих тел искалеченных лучников.

Говорящие с пеной у рта пытались усмирить рвущихся на юг, назад, к дому животных, но сами попадали под их колоннообразные конечности, которые превращали животных, людей и кошек в кровавое месиво. Наконец порядок удалось восстановить. Элефанты громко топоча, унеслись прочь, преследуемые Говорящими, которые отстали от бегущих монстров, но еще надеялись отловить важных, с военной точки зрения и наверняка, очень не дешевых животных. Остальное войско двинулось вперед.

Следующая засада поджидала слегка поредевшую армаду уже близ лагеря. Южане на этот раз были готовы к ней и, сконцентрированная на их левом фланге конница, тут же бросилась к стрелкам, позволив им выпустить только три залпа, в основном пришедшихся на гарнов. Если первой целью были элефанты, то в этот раз лучники стремились выбить побольше рогатых коней южан. Ядовитые стрелы вызывающие только жалящую боль у громадин, на гарнов действовали гораздо эффективнее, тем более что в этот раз, в составе яда присутствовали вытяжки из ядовитых трав. Гарны, получившие такую стрелу даже не добегали до щитов эльфийских стрелков, а воины, пораженные такими стрелами, тут же падали с их спин пыльными кулями.

Лендолас с удовлетворением наблюдал за своими бойцами, в уме подсчитывая потери армады, еще даже не подошедшей к их частоколу. Все элефанты выведены из строя, три десятка гарнов больше не смогут подняться, более пяти десятков умерших воинов и не меньше покалеченных от взбесившихся монстров. Не меньше десятка раздавленных Говорящих и их кошек. Шестеро убежавших вслед за элефантами Говорящих. Несколько десятков покалеченных стрелков из корзин. Еще десятка два подстреленных воинов отравленными стрелами. Итоги были впечатляющие, особенно если учесть что сюрпризы далеко не закончились для оставшихся в строю южан.

Вечером того же дня южане наконец разбили лагерь примерно в том же месте, что и год назад. Атаковать воины Южного континента предпочитали с утра. Традиции или просто так им было удобно, но Лендолас учел и это, приготовив ночной сюрприз таким легко предсказуемым южанам. Как только шатры их были расставлены, а воины, приняв пищу, разбрелись по своим местам для ночлега, Лендолас отдал приказ действовать.

Требушеты, заряженные камнями, обернутыми в ткань пропитанную смолой, а затем подожжённые, выстрелили разом. В небо с воем и шипением понеслись горящие снаряды, чертя дымные, чадящие следы в воздухе. Требушетов у эльфов было всего шесть, но зато они все были хорошо пристреляны, и команда на каждом из них могла сделать не менее одного-двух выстрелов в минуту. Когда горящие камни начали падать посреди лагеря южан, в нем началась паника. Воины выбегали из палаток и шатров, многие из которых уже горели. По лагерю носились обезумевшие гарны, у которых огонь вызывал панический ужас, и они неслись прочь, не разбирая дороги. Рыжие кошки, разбуженные криками, запахом дыма и всполохами горящих шатров, подчиняясь инстинктам, не слушались партнеров по ментальной связи, а тут же нападали на своих извечных врагов – ночных охотниц. Черно-рыжие клубки, с летящими во все стороны клоками шерсти, добавляли хаоса в происходящее.

Гарны бежали во все стороны, а те, что выбрали направление к частоколу и попадали в зону действия баллист, тут же оказывались обстрелянными длинными стрелами с горящими наконечниками. Точность баллист намного превышает требушеты, предназначенные для поражения противников по площади, а эльфы имели достаточное время для тренировок, чтобы не промахиваться. Даже если пораженный огромной стрелой в рост человека гарн не умирал на месте, то он резко менял направление, несясь подобно горящему факелу обратно. Тем самым добавляя огня и паники в уподобившийся, разворошенному горящим факелом муравейнику, лагерь южан.

Крики, стоны горящих и умирающих, злобное рычание кошек лишившихся своих Говорящих, или пришедших в неуправляемую ярость, блеяние и вой гарнов наполняли лагерь, чадно полыхающий под ночным небом. Вонь горящей шерсти, расползающегося на огне шелка, обугленного мяса, крови, испражнений и копоти, смрадным пологом покрыл всю площадь ночной стоянки. Везде были разбросаны прилетевшие с неба горящие булыжники, обломки каркасов шатров, трупы, раненные, догорающие останки гарнов, растерзанные кошки и обломки амуниции.

Вождь племени, чудом уцелевший в этом хаосе, с перевязанной рукой и замотанной какой-то тряпкой наспех головой, из-под которой торчали горелые пакли волос, шел по дымящимся руинам некогда гордого лагеря, пинками и окриками заставляя командиров и бойцов, навести хоть какой-то порядок и заняться спасением живых людей и имущества. Лагерь переезжал подальше от частокола, за пределы наконец-то переставших метать огненные болиды требушетов.

Лендолас стоял на площадке одной из башен и пытался в рассветных сумерках подступающего утра оценить оставшиеся силы южан. Если гарнов и немногих уцелевших Говорящих, одетых весьма характерно еще можно было подсчитать, то определить количество способных держать оружие воинов, снующих туда-сюда под грозными очами командиров, он смог прикинуть только приблизительно. Картина складывалась такая: Воины, включая лучников – три сотни, гарны – пять десятков, Говорящие – четыре десятка. С таким количеством противника можно было уже не опасаться разгрома, но силы южан все еще оставались достаточно опасными.

Надо отдать должное южанам, в себя они пришли быстро. Перегруппировавшись и оказав друг другу посильную в полевых условиях медицинскую помощь, заключающуюся в перевязке и смазыванию ран каким-то густым отваром, они выстроились атакующим строем, и пошли на штурм. Строй был традиционным: двухрядная цепь гарнов с седоками, за которой бежали копейщики, сабельники, а следом лучники, не поместившиеся на спинах гарнов. Замыкали атакующие ряды Говорящие со своими кошками, многие из которых имели рваные раны и подпаленные шкуры.

Строй был разомкнутым, южане и их вождь все же умели делать выводы, поэтому Лендолас велел оставить требушеты и сосредоточиться сперва на гарнах, как на наиболее подходящих целях для баллист, а затем, когда атакующие подбегут на расстояние уверенного поражения лучников, переключиться на воинов. Десяток баллист защелкали, выпуская стрелы, и передний ряд атакующих гарнов споткнулся, заставляя сидящих на их спинах стрелков кубарем перелететь через рогатые головы скакунов и покатиться вперед, постепенно замедляясь и попадая под копыта второго ряда скакунов. Гарны были не такими умными, как лошади, которые не станут давить лежащих людей, а скорее перепрыгнут или скорректируют бег, обходя лежащего седока. Гарны же немилосердно топтали людей, даже не наклонив свои рогатые головы, чтобы посмотреть, куда их копыта наступают.

Десяток первых попавших под залп гарнов упал, сбросив со своих спин тридцать южан, многие из которых отделались только ушибами, приземлившись на землю, но были тот час втоптаны в грязь следующим рядом несущихся вперед рогатых шерстяных туш. Шипы на нагрудниках в данном случае только добавили увечий тем из них, кто смог успеть подняться и пытался увернуться от толпы скачущих во весь опор зверей.

Баллисты гораздо более скорострельные, чем требушеты. Уже через полминуты следующий залп поразил очередной десяток рогатых, заставив повторить воздушные пируэты, сидящим на их спинах стрелкам. На их счастье, третьего ряда гарнов не было, и поэтому лучники отделались лишь ушибами и переломами.

Третий залп вновь проредил немногих оставшихся рогатых скакунов, уже почти достигших рва. Нельзя сказать, что гарны медленно бегают, конечно, они были менее скоростные, чем кони, но все же несколько десятков из них смогли достигнуть кустов, но тут же напоролись на скрытые в их ветвях чесноки.

Воины южан, бегущие следом, бесстрашно вломились в кусты следом, застревая и падая в их ветви, жалящие любые открытые участки их тел своими ядовитыми шипами. Десятки замерших от яда воинов послужили живыми понтонами, для бегущих следом за ними. Осыпаемые стрелами, падая и умирая, воины буквально засыпали своими телами кусты. Но лавина воинов все же преодолела эту преграду, захлестывая и проламывая заросли и скатываясь в ров. Обстрел не прекращался, но воинов еще было достаточно много, чтобы преодолеть крутой подъем и достигнуть частокола.

Помогая друг другу, и используя приставные лестницы, южане карабкались наверх, падали, оскальзывались на расквашенной от их же ног земле, скатывались вниз, пронзались стрелами, но все же упорно продвигались к цели. По телам своих погибших соплеменников, грязные, раненые, они все же взобрались наверх и перевалили через последнюю преграду.

За частоколом стояли закованные в броню мечники, хмуро и недобро глядя на спрыгивающих вниз варваров. В их глазах южане могли бы прочитать свою смерть, но им было не до этого. Вождь, был рядом и его грозный рык не оставил им иного выбора, кроме как поднять копья, обнажить сабли, достать кинжалы и нестройными рядами броситься вперед на стальную стену готовых к бою эльфийских элитных бойцов. Следом за ними, подобно черным и рыжим молниям, обгоняя и заходя с флангов, неслись кошки.

Лендолас стоял среди своих мечников в первом ряду. Рядом с ним, справа расположился Лаирасул, слева сводный брат Альгар, старший сын Мериэль, рожденный от ее погибшего давным-давно мужа. С ним Лендолас почти не общался до сего момента, но в трудный час он без колебаний встал рядом, прикрывая принца слева. На них неслась толпа варваров, потому что строем их неровный и беспорядочный бег назвать было никак нельзя. Окровавленные, раненые, замотанные протекающими повязками, грязные, но яростно оскаленные, расписанные боевыми узорами морды варваров, не имели ничего общего с ровными рядами хладнокровно смотрящих вперед лиц, готовых к бою эльфов. Обнаженные мечи в опущенных, напряженных руках мечников, застывших в ожидании команды, сверкали на солнце отполированными лезвиями и идеальной заточкой.

С башен стрелки продолжали огонь, но по приказу Лендоласа их луки были теперь обращены только наружу частокола, чтобы не вносить сумятицу и предотвратить случайные попадания и исключить возможность рикошета. Эльфы стояли стандартным двухрядным построением, перекрывая всю южную сторону внутреннего двора, расположившись между двух южных башен частокола. С флангов, за их линиями, стояли разделенные на две части рейнджеры, готовые прийти на помощь, или закрыть брешь во втором ряду, если кто-то из первой шеренги погибнет и его место займет мечник из второго ряда.

– А Квалта Нготтору! – Проревел Лендолас, и мечи в едином слитном движении первого ряда бойцов взметнулись вверх, разрезая тела и выставленные вперед пики подбежавших на расстояние удара южан.

Через время одного удара сердца, последовал обратный взмах вниз и вправо, и трупы были отброшены назад, прямо на выставленные сабли и копья второй волны бегущих вперед варваров. В их и без того не слишком слитных рядах началась сутолока, позволяющая первому ряду эльфийских бойцов сделать дружный шаг вперед и единым движением трех десятков клинков, перерубить головы, плечи, руки и бока очередных наступающих. После этого началась пора единоличных схваток, потому как южане окончательно смешали свои ряды и образовали беспорядочную кашу, как волны, разбившись о прибрежную стальную скалу бронированных мечников.

Десятками ежесекундно гибнувшие южане, все же изредка пробивали доспехи мечников, или наиболее удачными ударами находили бреши между пластинами, подлавливая удачный момент для укола пикой во время движения мечников. Бойцы из второго ряда тут же занимали место убитого или раненого, не позволяя нарушить единый стальной щит обороны, закрывающий линию атаки южан. Кошки легко перепрыгивающие строй эльфов, наводили беспорядок среди задних рядов обороняющихся, устроив кровавое побоище среди рейнджеров, стоящих за стальными фигурами мечников. Десятки молниеносных тел метались за спинами бронированных бойцов, сверкая желтыми и зелеными глазами, парализуя не прикрытые сталью тела рейнджеров, чтобы тут же впиться зубами в их горла, не закрытые даже кожаной броней.

Лендолас спиной чувствовал переполох позади, но ничем не мог помочь собратьям, полностью занятый непрекращающейся кровавой рубкой. Несколько раз он успел повернуть голову, но увидел лишь поредевший второй ряд мечников и неясные тени мечущихся хищников, снующих среди окровавленных и исполосованных длинными порезами от острых когтей рейнджеров. Он видел, что они еще держались, образовав каре и прикрывая свои спины спинами собратьев. Он чувствовал как хитро и беспощадно атакует его кошка, скрываясь в тени правой башни, молниеносно бросаясь на пробегавших мимо противников и тут же отступая назад, слизывая с морды кровь очередного врага. Она выбирала только рыжих, а ее ментальный голос, звучавший в голове Лендоласа, убеждал его в том, что их кровь намного более вкусная и питательная, чем у ночных черных охотниц.

Рука, державшая меч, уже ныла от постоянного напряжения, когда Лендолас, наконец-то увидел просветы в нескончаемых волнах наступающих, а еще через несколько минут атака прекратилась, из-за закончившихся противников. Первыми опустили луки лучники на башнях, затем перестали звенеть мечи, а за спинами стальных бойцов закончилась возня и уже больше не кричали жалобно кошачьи голоса, погрузив залитый кровью лагерь эльфов в благословенную тишину.

Лендолас рывком сорвал помятый в нескольких местах шлем и огляделся. Его бойцы усталые и раненые, неторопливо брели в сторону домиков, где оставшиеся в живых рейнджеры уже оказывали первую помощь, самым тяжелым из еще дышащих бойцов. Сегодня его отряд понес страшные потери. Мечники в последние минуты боя уже не имели за спинами второго ряда, а это означало, что их количество уменьшилось наполовину. Рейнджеры, итак самые малочисленные, почти полностью были уничтожены кошками, он насчитал только десяток целых и несколько раненых. Лучники пострадали меньше других, скрытые защитными стенами башен, но и им досталось от стрел и от невероятно как пробравшихся в одну из башен двух черных кошек, устроивших в тесной и закрытой со всех сторон площадке настоящее кровавое побоище. Точное количество оставшихся бойцов еще предстояло подсчитать, но было ясно уже сейчас, что их общая численность, уже более чем в два раза сократилась от изначального количества.